Жанр: Драма
Ловушка для простака
...начался фильм. Снят он был лет пятнадцать назад, а
главную роль в нем играл тот же тип, что и в "Высшей силе". Нет, не Том Селлек и
не тот английский актер, про которого вы подумали. Надо сказать, что фильм был
препаршивый. Моя рука сама потянулась к пульту, но, уже нащупав пальцем кнопку,
я кое-что вспомнил. Как-то раз, когда наша совместная жизнь с Керсти толькотолько
начиналась, я стал без предупреждения переключать каналы во время
рекламной паузы, и она неожиданно пришла в ярость. Ее невозможно было успокоить.
"Я хотела это посмотреть, а ты..." - и так далее. Не помню, о какой рекламе шла
речь, но думаю, это не имело значения. Видимо, ей просто действовала на нервы
моя привычка, но обычно она подавляла раздражение, а в тот раз дала выход своим
эмоциям.Но в среду я вспомнил про это и, прежде чем включить другую программу,
осторожно спросил:- Будешь смотреть?Естественно, Керсти не собиралась смотреть
эту чушь. Конечно, я не был уверен на все сто, что это повысит оценку, но
улыбка, которой она меня одарила, утвердила меня в этой мысли.А когда стиральная
машина остановилась, я убедился, что билет в метро я действительно
выбросил.Баллы так и плыли мне в руки.Наступило воскресенье. К вечеру я просто
не находил себе места. Приближалась минута, когда я узнаю, сколько заработал за
неделю. Во время вечернего чая я поинтересовался, как это произойдет.- Я
взвесила все за и против, - сказала Кер-сти, - и решила, что запечатаю листок с
суммой баллов в конверт и оставлю его на обеденном столе. Потом я уйду из
комнаты, и ты спокойно ознакомишься со своей оценкой.- Что?! - не выдержал я. -
Запечатанный конверт? Ты что, Оскара мне вручаешь?Керсти успокаивающе погладила
меня по плечу.- Послушай, Сэм, если я просто скажу тебе сумму, ты замучаешь меня
вопросами, начнешь выпытывать, за что ты получал баллы, на чем терял и как
заработать больше на следующей неделе. Это поставит нас обоих в неловкое
положение, потому что ответить на твои вопросы я не могу.- Я не стану этого
делать.- Станешь, Сэм. Я тебя прекрасно знаю.- Я не такой, - уныло сказал я. Она
приподняла бровь.- Ладно, - сказал я, - может быть, иногда я действительно бываю
таким. Но сегодня все будет иначе.- В таком случае моего присутствия рядом не
требуется, верно?Черт побери! Она меня поймала. В семь часов Керсти заставила
меня отвернуться, а сама оторвала листок от блокнота для телефонных сообщений,
написала на нем число, запечатала его в конверт и отправилась наверх принять
ванну.Добрых полторы минуты я был не в состоянии притронуться к конверту, не
говоря уж о том, чтобы открыть его. Дело было не только в том, что от волнения у
меня дрожали колени и даже пересечь комнату мне было нелегко. Я лихорадочно
размышлял, какое количество баллов меня бы устроило. Неплохо было бы набрать
тысячу, думал я. Если я заработал тысячу, то теперь главное не растерять
набранные баллы. Может быть, десять тысяч... Вернись на землю, Сэм. На что я мог
рассчитывать, будучи реалистом? Разделив тысячу на двенадцать, я получил чуть
больше восьмидесяти трех. Если я заработал восемьдесят три балла, я на верном
пути. Было бы здорово получить больше, скажем сто, тогда у меня осталось бы коечто
в запасе на случай неудачной недели в будущем. Если оценка ниже, например
семьдесят, это несмертельно, небольшую нехватку я смогу компенсировать в
дальнейшем. В общем, мне хотелось, чтобы сумма приближалась к восьмидесяти
трем.Я неуверенно подошел к обеденному столу, постоял перед ним несколько
секунд, потом решил, что на всякий случай лучше сесть. Отодвинув стул, я
опустился на него. Взял в руки конверт. Пальцы не слушались меня, и от
неловкости я сначала оторвал лишь уголки клапана, тогда как сам конверт остался
запечатанным. Однако в конце концов мне удалось запустить пальцы внутрь и,
разорвав конверт, добраться до его содержимого.Я пару раз сглотнул, прищурился
(как будто это могло мне помочь!) и вытащил листок на свет божий. Затаив
дыхание, я развернул его. Рукой Кер-сти на нем было написано: 27.Двадцать семь?
Черт возьми, жалкие двадцать семь?! Я не набрал и половины того, на что
рассчитывал. Здесь не было даже трети. В уме я быстро прикинул (поразительно,
что делает с умственными способностями отчаяние!): двенадцать недель по двадцать
семь баллов дают триста двадцать четыре балла. То есть, чтобы жениться на
любимой женщине, мне не хватит шестисот семидесяти шести баллов.Я удрученно
уставился на листок. Может быть, я держу его вверх ногами? Перевернув его, я
полу-чил кривоватое подобие буквы L и неуклюжую двойку. Это определенно двадцать
семь. Худшего начала нельзя было и представить. Но главное, я не понимал, что я
делал не так. Или, хотя бы, что я делал как надо. Каковы были правила начисления
баллов, которые придумала Керсти со своими подругами?И тут меня осенило: Керсти
и ее подруги...Я быстро сделал пару звонков и через десять минут направился к
двери.- Я немного пройдусь! - крикнул я Керсти.- Хорошо, дорогой.После скудной
порции баллов, которой меня только что наградили, это "дорогой" возмутило меня
до глубины души, но я решил не придавать этому значения.К счастью, в "Митр"
царило затишье, и Пит мог сосредоточиться на поставленной задаче. Дождавшись
Джорджа, мы выпили по кружке пива, и я изложил суть дела.- Я пригласил вас
сюда, - сказал я, - чтобы узнать, согласны ли вы мне помочь.- Смотря в чем, -
сказал Пит. - Выбор богатый.Такой настрой мне не понравился.- Ты знаешь, в чем.
Я говорю про баллы. Он возмущенно фыркнул.- Не понимаю, как ты это терпишь. Хоть
убей, не понимаю.Я и сам не вполне это понимал, но опускаться до жалоб не
собирался. Мне ставят оценки, и тут ничего не поделаешь.- Как бы то ни было,
Пит, вопрос остается в силе - готовы ли вы мне помочь?- На меня можешь
рассчитывать, - сказал Джордж.Готовность, с которой он это сказал, немного
приободрила меня. Мы вдвоем посмотрели на Пита.- Да, если ты считаешь, что это в
моих силах.- Я в тебя верю, - ответил я, стараясь с первых же шагов поднять
боевой дух своей команды.- Что мы должны делать? - спросил Джордж.- Быть моими
советниками. Замечать то, что упустил из виду я. Шевелить мозгами и оценивать
сложившуюся ситуацию.На самом деле Пита я решил включить в команду потому, что
он постоянно имел дело с женщинами и представлял, что у них на уме. Джордж же
смотрел на вещи с точки зрения опытного и зрелого человека. Не говоря об этом
вслух, с их помощью я надеялся одновременно использовать преимущества юности и
опыта.- Формируешь Кабинет для военных действий? - спросил Пит.- Насчет военных
действий не знаю, но, если угодно, да, мне нужно что-то вроде Кабинета
министров.- Здорово, - сказал Пит, - Только что я работал в пабе, а теперь стану
министром. Можно мне стать министром финансов?- Если хочешь.- Я бы хотел быть
министром иностранных дел, - сказал Джордж, - вот только паспорт у меня
просрочен.- Не возражаю. Премьер-министром я назначаю себя, - сказал я, - и
прошу вас отнестись к поставленной задаче со всей серьезностью. В течение
двенадцати недель я должен заработать тысячу баллов. Сегодня вечером я получил
свою первую оценку. Сказать по правде, результаты плачевные. Я набрал двадцать
семь баллов.- Двадцать семь? - недоверчиво спросил Пит. - Да это не просто
плачевный результат, это настоящая катастрофа. - Что ты натворил? Трахнулся с ее
сестрой?Мы с Джорджем одновременно бросили на него предостерегающий взгляд.-
Ладно, извини. - Пит на минуту задумался. - Жаль, нет курсов, где обучают
поведению, которое нравится женщинам. Этаких уроков послушания для мужчин.Он был
прав. Таких курсов нет, а жаль.- Послушай, - сказал Джордж, - чтобы понять, как
у Керсти вышло двадцать семь, необходимо проанализировать все твои
поступки.Составь список всего, что ты делал и что могло повлиять на оценку.Это
была неплохая мысль.- Пит, у тебя найдется бумага? Пит принес лист бумаги.- Ты
работай, а я налью нам еще по кружке. Не возражаете повторить?Я кивнул, и он
принялся наполнять наши кружки. Рэй, который маялся без дела, прискакал к нашему
концу стойки. От него за версту несло перегаром.- Что ты там пишешь? - спросил
он, заглядывая в мой список. С трудом верилось, что ему нет и сорока. С
редеющими волосами, запущенными зубами и серой кожей, давно не видевшей
солнечного света, он выглядел на все пятьдесят.- Сэм пишет список своих
поступков, которые могли понравиться его девушке или расстроить ее, - сказал
Джордж.Рэй гадко ухмыльнулся:- Ты, случаем, не брал ее зубную щетку?- Нет, -
сказал я, недовольный, что мне мешают.- Я просто спросил. Однажды дома у одной
телки я взял ее зубную щетку, так она прямо как с цепи сорвалась.- Неужели взять
чужую зубную щетку - такое страшное преступление? - спросил Джордж.Ухмылка Рэя
стала еще гаже.- Вся соль была в том, для чего она мне понадобилась.Я отшвырнул
ручку.- Рэй, даже если я поверю, что нашлась женщина, которая пустила тебя к
себе в дом, не говоря уж про ванную, слушать твои байки я не намерен. Будь добр,
отвали.Он вернулся на свой конец стойки, плюхнулсяна табурет и принялся за
"Смирновскую" со льдом.Закончив список, я протянул его Джорджу.- По-моему, всё
прекрасно, - сказал он. - Глажка - один раз. Мытье посуды - четыре раза. Спросил
разрешения, прежде чем переключить канал, один раз. Убрал посуду, после того как
она высохла, два раза. Снял пустой рулончик для туалетной бумаги и заменил его
новым - один раз. Завтрак в постель - один раз... Без сомнения, все это должно
приносить баллы.- Шоколадки не покупал? - спросил Пит. Я покачал головой.- Я
думал об этом, но сейчас она на диете.- Почему женщины не говорят, когда они
нена диете? - спросил Джордж. - Это бы значительно упростило дело.Пит щелкнул
пальцами.- Вместо шоколада можешь купить ей средство для похудания.- Блестящая
идея, - ответил я. - Вручить своей девушке подарок с намеком: "Пора бы тебе
сбавить лишний вес".- Хм... Пожалуй, ты прав.- Дело еще и в количестве подобных
действий, - сказал Джордж. - Важно не переборщить. Если ты начнешь мыть посуду
пятьдесят раз в неделю, Керсти поймет, что ты делаешь это только ради баллов, и
последние сорок раз пойдут насмарку. А то еще и снизит тебе оценку за отсутствие
воображения.- Я понимаю, о чем ты. Быть хорошим парнем, но не чересчур. Нельзя
терять чувство меры.- Что-то вроде того. - Джордж снова заглянул в список. -
Хотя с этим, пожалуй, всё в порядке. Не думаю, что разумная женщина, оценивая
будущего мужа, сочтет это чрезмерным. - Шевеля губами, он начал что-то
подсчитывать. - Даже если Керсти ставила за все, что ты делал, один-два балла, а
вряд ли она настолько несправедлива, итог должен превышать двадцать семь.
Например, вот за это - "поменял постельное белье и подоткнул простыню под матрас
с четырех сторон, даже с той, где он вплотную примыкает к стене", - уже можно
поставить не меньше тридцати баллов.- Я тоже так думал - это было настоящим
кошмаром. Когда я добрался до последней пуговицы пододеяльника, выяснилось, что
первую язастегнул не на ту петлю, и пришлось начинать всё заново. Терпеть не
могу это занятие.- Ты понимаешь, что это значит? - сказал Пит. - Ты где-то
промахнулся и потерял на этом кучу баллов, поэтому сумма такая маленькая.Без
сомнения, он был прав, но я, хоть убей, не понимал, что я сделал не так. Я ломал
голову, пытаясь вспомнить что-нибудь, подобное инциденту с переключением
каналов.- Ты уверен, что адекватно оценил каждый поступок? - спросил Джордж. -
Например, тут написано "вытирание пыли". Ты действительно вытер пыль как
следует? Ты же знаешь женщин. Из-за нескольких пылинок они поднимают настоящий
переполох.Я задумался.- Нет, - сказал я в конце концов. - Уверен, Дело не в
этом. По части уборки мы с Керсти обычно сходимся во мнениях. Мы любим порядок,
но манией на этот счет не страдаем.Джордж осушил свою кружку.- Здесь что-то не
так, Сэм. По неведомой причине ты теряешь баллы, а значит, нужно выяснить, в чем
дело.
Вторая неделя
В понедельник мне пришла в голову спасительная мысль - посоветоваться со Стивом.
Он уже перешел Рубикон и наверняка знает толк в таких делах. К сожалению, следом
за Рубиконом он преодолел и Темзу и, оставив Лондон, поселился в Суссексе.
Миссис Стив произвела на свет Стива-младшего, и молодые родители решили, что их
отпрыску необходимы природа и свежий воздух. Поэтому я не мог привлечь Стива к
работе Кабинета, хотя, если вы не забыли, он сыграл определенную роль в начале
этой истории, консультируя меня по телефону. Не откладывая дело в долгий ящик, я
позвонил ему утром в понедельник.- Привет, это Сэм.- Как дела? Дата свадьбы уже
назначена? Я совсем забыл, что мы давно не разговаривали. Стив еще не знал, что
затеяла Керсти.- Не знаю, состоится ли она вообще.- Что?!Я рассказал ему про
историю с баллами. Стив долго молчал, а потом сказал: -Но ведь она наверняка
пошутила?Так недолго и сорваться... " - Нет, Стив, это не шутка. Вновь молчание.
И потом:- Черт возьми!- Тонко подмечено. Весь этот кошмар уже начался. Она
ставит мне оценки. Я из кожи вон лезу, чтобы заработать эти чертовы баллы, но,
видимо, что-то упускаю из виду. Без тебя мне просто никак. Помоги мне
разобраться, что раздражает Керсти. У нас с тобой много общего. Попробуй
поговорить с Эмили, спроси, что в твоем поведении или характере ее не
устраивает. Любые мелочи, которые ей неприятны.Он засмеялся.- Уверен, если бы
что-то было, она бы не промолчала.- И все же поговори с ней, так, на всякий
случай.- Легко. Сегодня же всё выясню. Перезвоню завтра.- Спасибо, Стив.Утром во
вторник зазвонил телефон.- Алло!Поздороваться Стив не удосужился.- Еще вечером
Эмили насчитала тридцать девять пунктов. Сегодня утром она вспомнила еще
одиннадцать. Бог весть, сколько их будет, когда я приду с работы.- Господи,
Стив, я не ожидал...- Вся эта затея с баллами пришлась ей по душе. Она хочет,
чтобы я тоже через это прошел, и, если я буду не на уровне, она разведется со
мной и заберет ребенка. А если дела будут совсем плохи, она разведется и оставит
ребенка мне... И всё из-за тебя!- Ради бога извини. Мне жаль, что так вышло. . -
А уж мне-то как жаль! Поэтому, будь любезен, больше не впутывай меня в свои
идиотские проблемы!От дальнейших расспросов я решил воздержаться.- Стив, мне в
самом деле очень жаль. Прежде чем я успел произнести "очень", в трубке
послышались короткие гудки.В четверг вечером мне представилась блестящая
возможность проявить себя, и, хотя я так и не понял, из-за чего теряю баллы, я
немного успокоился.Когда Керсти вернулась с работы, я не сразу догадался, что
внутри у нее все кипит. Ее глаза блестели, волосы были растрепаны. Выглядела она
еще более соблазнительной, чем обычно. Вы не поверите, она до сих пор сводит
меня с ума. Стоит ей войти в комнату, и я уже на седьмом небе от счастья. В
четверг вечером она была так хороша, что я не сомневался - еще до ужина нам
предстоит нечто восхитительное.Но я ошибся. Лишь когда Керсти швырнула сумочку
на диван и, опустившись на него, сжалась в комок, я понял, что обознался и
принял отчаяние за чувственность. А глаза ее блестели только потому, что были
налиты слезами, которые теперь хлынули в три ручья.Я бросился к ней и, прижав ее
к себе, спросил: v - Милая, что случилось? - Укачивая Керсти, как ребенка, я
целовал ее волосы и шею. - Объясни, что стряслось?Она уткнулась мне в плечо и
разрыдалась. Примерно через минуту моя рубашка промокла насквозь, а Керсти
успокоилась настолько, что могла говорить.- Извини, - сказала она.- Не говори
глупостей. Что с тобой? Что случилось?-Нет, я просто дура, - сказала она,
продолжая судорожно всхлипывать. - Все это ерунда. Мало ли что бывает на
работе.- И что же случилось на этот раз?- Ты же знаешь Дженни! - Это ее
начальница. - Я так хотела, чтобы отчет поручили мне, но ведь она в лепешку
разобьется, лишь бы мне помешать!Не стану утомлять вас подробностями, которые не
относятся к делу. Разумеется, я в курсе всех интриг, которые плетет ее
начальница. Скажу лишь, что эта Дженни в самом деле довольно злобная особа и
почти все сотрудники офиса на стороне Кер-сти. Все это случалось уже не раз, и я
неплохо представляю ситуацию. Первым делом я принес салфетку, чтобы осушить
поток слез и промокнуть соленые следы наводнения. Потом я сел рядом с Керсти,
обнял ее за плечи и набросал список (если так пойдет дальше, я набью на этом
руку) шагов, которые помогут ей заполучить желанный отчет. Для начала можно
попросить Яна (это тоже ее босс) написать кому следует пару писем, а потом
предпринять кое-что еще в том же духе. Список рос, и Керсти постепенно перестала
шмыгать носом. Когда я добрался до пятого пункта, она окончательно успокоилась.-
Спасибо, Сэм, - сказала она, взяла у меня список и спрятала его в сумочку. На
самом деле я уже придумал шестой пункт, но решил оставить всё как есть. -
Спасибо, - повторила она и ласково похлопала меня по колену. - Пожалуй, я пойду
приму душ.Керсти ушла смывать потеки туши, а я на скорую руку приготовил ужин.
Когда она вернулась, все еще бледная, мы сели и почти молча поели. Я пытался
отвлечь ее от мрачных мыслей, но она отвечала коротко и односложно. Я не
обижался. С кем не бывает! Подобные неприятности здорово отравляют жизнь. Вы
прекрасно понимаете, что по большому счету это чепуха, но настроение все равно
портится. Даже у таких сильных людей, как Керсти. Пару раз она брала меня на
вечеринки в свою контору, и я видел, что там ее не только любят, но и уважают.
Это не удивительно. Керсти умеет добиваться своего. Она не упряма, но при случае
может вежливо, но твердо поставить других на место. Это относится к водителям
такси, которые выбирают окольные пути, страховым компаниям, которые норовят
напечатать самое важное мелким шрифтом, и им подобным. Думаю, она была не
расположена к беседе, потому что размышляла о моем списке и о том, как воплотить
мои идеи в жизнь.Этот вечер вернул мне веру в себя. Ведь он принес мне уйму
баллов! Наверное, я немного эгоист, но в этом есть и вина Керсти: ведь оценивать
каждый мой шаг - ее затея. Естественно, когда я утешал ее, мне хотелось прежде
всего помочь любимой женщине. Да и давать ей советы мне было не впервой. Нельзя
сказать, что за счет ее бед я без зазрения совести решал собственные проблемы.А
несколько лишних баллов были лишь побочным продуктом помощи, которую я и так бы
оказал. Таким образом, мы оба только выиграли.Думаю, вы не осудите меня, если я
скажу, что в воскресенье вечером мне было куда спокойнее, чем неделю назад.
Нельзя сказать, что я не волновался вовсе. Наверстал ли я то, что недобрал на
прошлой неделе? Приблизилась ли сумма к желанным ста шестидесяти шести? И все же
я твердо верил, что прогресс будет.Представьте мои чувства, когда я открыл
конверт и увидел... нет, я вас не обманываю... Там были жалкие, ничтожные сорок
шесть баллов!Черт побери, сорок шесть!Даже если бы я заработал смехотворные
двадцать семь, как в первую неделю, сумма составила бы пятьдесят четыре. Мои
показатели не только не росли, они катастрофически падали. Я получил несчастные
девятнадцать баллов. Даже тот, кто занимает на Евровидении последнее место,
получает больше.Добрых пять минут я размышлял, стоит ли мне вообще являться на
заседание Кабинета. (Мы решили каждое воскресенье в восемь собираться в "Митр".)
Потом я понял, что это глупо. Хотя Пит и Джордж не бог весть какие помощники,
другиху меня нет. Кроме того, Джорджа я все равно увижу завтра на работе.
Кабинет был моей последней надеждой.У меня не хватило духу сказать, сколько я
получил. Сунув им листок, я малодушно улизнул в уборную, прежде чем они успели
его развернуть. Я не сомневался, что они поднимут меня на смех, и не сразу
решился выйти. Однако когда я набрал в грудь побольше воздуха и приоткрыл дверь,
я увидел, что Пит и Джордж в гробовом молчании внимательно изучают бумагу, по
очереди поднося ее поближе к свету.- Что вы делаете?- Мы решили, что у Керсти
плохо писала ручка, - ответил Джордж. - Думали, найдем перед четверкой
единицу. - Он снова уткнулся в листок. - Нет, к сожалению, никаких следов.- Зря
тратите время, хотя идея оригинальная. Лучше перейдем к делу.Мы с Джорджем
уселись на табуреты перед баром. Пит не мог оставить рабочее место и остался за
стойкой. Рэй был в полной отключке. Он и трезвый-то сохранял равновесие с трудом
(впрочем, трезвым я не видел его ни разу), а в этот день набрался так, что
теперь из последних сил подпирал стену на другом конце стойки. Было видно, что
рассчитывать на него не приходится.- Прежде чем мы начнем, - сказал Джордж, - я
хочу кое-что предложить.- Конечно, именно для этого ты здесь. Я буду рад любым
предложениям.- Сделай то же, что и в прошлый раз, - сказал он. - Запиши все,
что, по-твоему, могло повлиять на результат. Может быть, так мы найдем ключ к
разгадке.Пит снова дал мне лист бумаги, и опять я поминутно перебрал всю неделю,
вспоминая каждую мелочь, которая могла добавить баллов или снизить оценку. Я
составил полный список, и Джордж углубился в его изучение.Наконец он оторвался
от этого занятия и сказал:- Пит, список за прошлую неделю ты, конечно,
выкинул?Пит перерыл кипу старых выпусков "Рейзинг пост" и бланков для ставок,
которые Рэй держит рядом с кассой. Я заметил, что сам Рэй, продолжая стоять,
задремал и начал постепенно сползать набок. Ну и хорошо, подумал я, это на
какое-то время избавит нас от его острот.- Нашел, - заявил Пит и вытащил из кучи
бумаг список.Джордж положил оба списка рядом.- Я так и думал, - сказал он,
сравнивая списки.- Что? - спросил я.- За разные бытовые мелочи - обязанности по
дому и тому подобное - ты опять заработал довольно много. Думаю, незначительными
различиями можно пренебречь. Вот, например, в первый раз ты дважды пропылесосил
лестницу, а на этой неделе сделал это только один раз, но, - он поднял вверх
указательный палец, - зато на этот раз ты "за семь дней ни разу не оставил
следов джема на масле", что, безусловно, не менее ценно, чем однократная уборка
лестницы. Согласны?Мы посмотрели на Пита, который утвердительно кивнул.- Поэтому
резких различий по этой части быть не должно, - продолжал Джордж. - К тому же на
этот раз у тебя есть "утешил Керсти, которая была расстроена проблемами на
работе". А значит, ты никак не мог заработать меньше, чем на прошлой неделе.
Следовательно, ты опять сделал нечто такое, что привело к потере баллов.
Возможно, ты совершал поступки, которые вели к потере баллов чаще, чем на
прошлой неделе.- Логика твоих рассуждений понятна, - сказал я, - но мы попрежнему
не знаем, за что снижается оценка.Джордж сокрушенно покачал головой. Я
повернулся к Питу:- А ты как считаешь? У тебя было столько девчонок Вспомни, что
их обижает?Он задумчиво поскреб в затылке. В конце концов он изрек:- Был один
случай. Одна моя подружка страшно разозлилась, когда я сказал, что, по-моему, ее
мать очень недурна собой. Ты ведь такого не делал?- Нет. - Я хмуро вертел на
стойке подставку для кружки. - Погоди, что в этом плохого? Большинство девушек в
восторге, если кто-то хорошо отзывается об их матери.- Видно, я в тот раз не
очень удачно выразился, - поморщившись при неприятном воспоминании, промолвил
Пит. - Да еще задал потом один вопрос. И, наверное, зря.Черт побери!- Хватит,
Пит, это не смешно. В моем случае подобное исключено.- Просто вспомнил. Я тогда
здорово надрался. Воцарилась тишина. В этот момент я понял, чтов пабе не
осталось никого, кроме нас. Смолк даже музыкальный автомат. Единственным
аккомпанементом нашему совещанию было отрывистое похрапывание Рэя.Внезапно
Джордж ударил кулаком по стойке.- Пападамы!(1) - воскликнул он.- Что?- О чем
ты?- Пападамы. Однажды я со своей девушкой отправился поесть карри. Заметьте, к
этому моменту мы встречались уже полгода. Это говорит о том, что женщины -
страшно злопамятные создания. Так ют, едим мы себе пападамы, и вдруг как гром
среди ясного неба - она перестает улыбаться и говорит: "Ты опять это сделал".
"Сделал что?" - спрашиваю я, и она изрекает: "Ты съел последний кусок последнего
пападама". И я смотрю на тарелку и вижу, что она права, кусочек, который я
только что взял и съел, обмакнув в манговый соус, и впрямь был последним.Мы с
Питом кивнули, не понимая, к чему он клонит.- Я извинился, а она сказала
"Ерунда" таким тоном, каким умеют говорить только женщины. На самом деле это
значит: "Черта лысого это ерунда, но я ни за что не скажу это вслух". Было ясно,
что ужин, а точнее, весь вечер испорчен, и... в общем, я хочу сказать, что, если
бы ты ел карри с приятелем и съел бы последний кусок последнего пападама, вряд
ли у него бы испортилось настроение.- Я никогда не замечаю, кто съел последний
кусок, - сказал Пит.- Вот именно, - провозгласил Джордж. - Нам на это наплевать.
Ты просто ешь себе и ешь, пока не увидишь, что пападамов не осталось, и тогда
говоришь "Ага!" и ждешь курицу в остром соусе. Женщины на такое не способны.-
Конечно нет, - весело вставил Пит. - Они ждут курицу с соусом карри.- Да нет
же, - с досадой сказал Джордж. - То есть да. Но я о другом. Они всегда замечают,
кто взял последний кусок. После той истории с Мадлен я тоже стал следить за
этим. Когда мы в следующий раз ели карри, я сделал всё, чтобы последний кусочек
достался ей. И знаете что?Мы дружно помотали головами.- Она отказалась от него.
Она сказала: "Нет, ешь ты". Я продолжал настаивать, но она не сдавалась, и мне
таки пришлось его съесть. С тех пор я всегда замечал, что, когда ты предлагаешь
женщине съесть последний кусочек пападама, она требует, чтобы его съел ты. Из
этого, господа министры, следует вывод. - Джордж подался вперед с видом Сократа:
еще немного - и изречет вечную истину, которая откроет нам смысл жизни. -
Последний кусок пападама всегда нужно предложить женщине. Но она ни за что не
согласится съесть последний кусок пападама.Мы с Питом переглянулись.- Все это
очень интересно, Джордж, - сказал я. - С одной небольшой оговоркой.- Какой?- На
этой неделе мы с Керсти не ели карри.Эта новость огорошила Джорджа.
...Закладка в соц.сетях
