Жанр: Драма
Командировка
...ые
турбины,
казавшиеся сверхтяжелыми, но их пластинки-вентиляторы почему-то на удивление
легко
крутились, издавая какой-то легкий шелест. Вообще С-5 "Galaxy" долгое время был
самым
большим самолетом в мире, пока не появились советские Антоновские "Русланы" и
"Мрия",
побившие его рекорд. Сейчас я даже затрудняюсь, к какой стране причислить этих
супергигантов - к России или к Украине... Гнать такой транспорт только ради
одного
судмедэкспертного барахла никто не собирался, и вскоре к нему стали поступать
другие грузы.
Специальная бригада все ловко паковала на платформы, а самолет уже сам их
затягивал в свое
брюхо сразу с двух концов. Погрузка пошла на удивление быстро. Подошел пилот,
пригласил
пройти в салон, указал на маленькие откидные кресла по бортам. Садитесь и
пристегнитесь, а
после набора высоты можете по очереди ходить к иллюминаторам, если желаете
поглазеть
вниз. Особого комфорта в транспортнике не предусматривалось.
|
Глава 5
Торчать согнутым у иллюминатора быстро надоедало, к тому же пейзаж внизу
был на
удивление скучен - серо-желтая пелена Аравийской пустыни, заметно смазанная
грязной
пылевой дымкой. У выхода к Персидскому Заливу (или Арабскому Заливу, как его
сейчас
пытаются называть по прихоти Национального Географического Общества) цвет земли
поменялся - чуть больше посерел, и появились темные пятнышки хоть какой-то
растительности. Уже перед самим Кувейтом (а выходили на него перпендикулярно
берегу из
центральной части Залива, сделав некий крюк, видать из целей безопасности
подальше от
иракских границ) на морской поверхности стали заметны пятна нефти. Нет, никаких
черных
разливов не было, просто кое-где вода слегка иначе блестела и порой отдавала
легкими
арабесками масляных пленок. Оказалось, что это не следы прошлой войны и не
результаты
диверсий - просто военный грузопоток настолько завалил порт, что многим порожним
танкерам не хватало ни места, ни времени для слива балластной воды, вот они и
опорожнялись
на добрые две третьих прямо на рейде, подходя к нефтеналивным причалам с высоко
поднятой
над водой ватерлинией и полупогруженными винтами. Танкер не может ходить
совершенно
пустым, и порожняк всегда заливают водой, которую обычно сливают в специальные
очистные,
но похоже, что в этой ситуации арабы плевали на защиту окружающей среды. А с
севера
надвигались черные тучи от горящих нефтепромыслов, как и в прошлую войну.
Похоже, это
оказалось национальным баловством иракцев, за исключением того, что тогда они
жгли чужое,
а на этот раз свое.
Подобный бардак также творился и Суэцком канале - последние из транспортов,
загруженных техникой и припасами ранее предполагаемой северной группировки 4-й
Кавалерийской дивизии и приданных ей подразделений усиления, срочно
перебрасывались
через Средиземноморье в Залив аж из акватории Черного моря, практически
парализовав там
движение для других судов. По этой же причине был завал в портах Кувейта, хотя
надо отдать
должное кувейтскому дружелюбию - кувейтцы, все еще сильно обиженные на Ирак за
его
предательскую войну и захват 1990-91 годов, называли ситуацию "Турецкий
поворот", отнюдь
не виня в этом Штаты. После того, как правящая династия и другие шейхи так
сильно помогли
Саддаму (финансово) в войне с Ираном, тот решил оплатить свои долги добрым
соседям,
попросту захватив их с полной аннексией территории и национализацией всего. А
что, решение
вполне в самых лучших традициях "братков-бандюков" - нет кредитора, нет и долга!
Коалиционная "Буря в Пустыне" выбила дядю Садди из Кувейта, но обида осталась -
все
ждали возмездия. И вот через 12 лет их чувство мести ликовало. Хотя среди
религиозных
фанатиков даже в самом Кувейте чувства были весьма смешанными с самого начала
подготовки ко Второй Иракской войне. Например, незадолго до нашего прибытия в
Кувейт,
какой-то из упертых исламистов расстрелял машину с двумя военными и одним
"военным-гражданским", ранив двоих и убив одного. Кувейтские силы внутренней
безопасности проявили завидную энергию, прижав к ногтю подобных радетелей
ислама.
Приземлились в KwIA - главном аэропорту Эль-Кувейта. Здание очень красивое,
современное, но с богатым восточным шармом. Правда, внутреннее убранство тогда
рассмотреть не удалось - прямо с поля уехали на автобусе в гостиницу Мовенпик.
Путь
пролегал по району Шувейк, некое подобие кувейтских Беверли-Хилз. Роскошные
дома,
ухоженные, хоть и небольшие участки, много плавательных бассейнов. И повсюду
арабы в
своих белых саванах и головных накидках, охваченных плетеными кольцами
веревочек-косичек из конского волоса. Что-то эти веревочки значат - вроде как,
чем больше
колец, тем выше статус человека. Попадались мужчины в европейской одежде, и
практически
отсутствовали одетые по-европейски женщины. Поражало отсутствие детей, однако
почти в
каждом дворике нечто выдавало детскую суету и многодетность - какие-то качели,
развешенное белье (независимо от статуса дома), стук мячей и многоголосый
детский смех.
Достойно уважения было и качество дорог - отличное ровное покрытие, даже на
малюсеньких
проулках в бедных кварталах. Поражало и обилие искусно выполненных фонтанов -
вода
всегда была предметом почитания для жителя пустыни.
Отель Мовенпик оказался почти в центре. Здание совсем новое, его построили
не то
шведы, не то немцы около года назад, но как все в Кувейте с национальной
арабской
спецификой. В холе был красивейший мраморный пол в какую-то замысловатую
клеточку, а в
центре на богатом ковре стоял макет старого торгового арабского парусника, как
из сказки про
Синдбада. Регистрационный прилавок и форма служащих, однако, весьма типичны, как
в
каком-нибудь заурядном Хилтоне. Гостиница роскошная, хотя и небольшая - два
этажа, во
дворике здоровый плавательный бассейн с подсветкой и островком, густо засаженным
пальмочками, что создавало некое "гавайское чувство". Номера просторные, а
кровати в них
совершенно невообрзимых размеров - некие "сексодромы", раза в полтора больше
обычных
кинг-сайз, что в популярны в отелях всего остального мира. Куча столовок, баров
(спиртное
продается свободно, но без права выноса даже во внутренний дворик или в холл),
везде
причудливо гнутые арки, колонны, ажурные решетки и иные ближневосточные силуэты.
Реально дорогой отель, но который не стоил Пентагону ни цента - формально Кувейт
не
участвует в этой войне и не финансирует ее, однако эмир распорядился оплатить
все гостиницы
для коалиции из своего кармана.
В отеле нас встретил переводчик Абдул-Аливи Абба и его личный помошник
Муфлих
Хузэйма (по-сути второй переводчик). Абдул-Аливи свободно говорил на английском,
даже с
какими-то заметными бритишскими наворотами и протягами, а также по-французски и
по-испански (уж не знаю, как хорошо). Муфлих говорил только по-английски, да и
то не на
высшем уровне. Абдул-Аливи находился в каком-то дальнем родстве к правящей
фамилии,
имел офицерский чин (никто из экспертов так до конца и не понял его звания) и
этими фактами
страшно гордился. Муфлих был из простой семьи и английский выучил сам, что для
арабов
поступок весьма редкий. Ване очень понравился этот малый - щуплый и худенький,
он
постоянно таскал с собой блокнот, куда записывал наши слова и выражения. Не
стеснялся
спрашивать, если ему что было непонятно - похоже, что он учился больше, чем
переводил.
Абдул-Аливи должен помогать до момента пересечения границы - там по решению Лиги
Арабских Наций присутствие их военных в Ираке запрещено, а вот Муфлих, как
вольнонаемный, отправится со всеми в Багдад. Поэтому, когда стал вопрос о наборе
других
переводчиков уже из иракских арабов, то ребята единогласно назначили Муфлиха
старшим, к
тому же его прогресс в английском был просто стремительным. Оказалось, что и на
арабском
имя "муфлих" может быть переведено, как "успешный". Местные переводчики
использовались
только "для улицы", все, что касалось внутренней работы, а тем более работы с
документацией,
то тут выбор был невелик - были приданы специально подготовленные кадры
исключительно
из американских арабов, в основном из проверенных эмигрантов. Правда, порой
плохо
подготовленных - иногда приходилось повторно переводить документ, уже с
абракадабрского
на обычный английский.
На следующий день всех пригласили во временный штаб AFEB (Armed Forces
Epidemiological Board - шарага главного гигиениста-эпидемиолога группировки ).
Там всех
встретил Ден Перротта, генерал-медик на очень высокой должности, типа начмеда
вооруженных сил (The Assistant Secretary of Defense for Health Affairs ).
Поговорили с полчаса
- генерал выглядел очень уставшим, галлонами глотал кофе и похоже, что
предыдущую ночь
он совсем не спал. Шел самый важный этап войны - войска подходили к позициям
хусейновской Республиканской Гвардии, окопавшихся в окрестностях Багдада.
Перротта
передал кое-какие документы, касающиеся исключительно гражданских дел, извинился
за
краткость беседы и исчез. На парковке около штаба машин не было, зато стоял
вертолет,
который и забрал генерала - после обеда тому уже предстояло явиться в Катар с
докладом в
главный штаб группировки пред светлые очи самого Томми Фрэнкса - мастера и
хозяина этой
войны.
Затем у экспертов опять начались семинары, правда, уже вперемешку с
воркшопами
(активными мероприятиями планирования и согласования действий ). Уже многое
приходилось разрабатывать вполне самостоятельно, многократно меняя задумки после
согласований с военными. Очень помогли ребята из US Army ERDEC (военные
токсикологи,
офицеры медицинской разведки и спецы по медзащите и оружию массового поражения
),
которые досконально перелопатили весь Ирак, так как реально боялись возможного
применения химии на подходах к Багдаду. Начались встречи непосредственно с
боевыми
офицерами, под защитой чьих подразделений экспертам предстояло находиться, и с
благословения которых только и возможно было выполнить задуманную работу. Все же
"сивики" на войне вещь стодвадцать-какая-то по значимости.
Чего реально боялись в тот момент? Как уже упоминалось, больше всего
боялись
Хуссейновской химии, которую так и не нашли за прошедшие два года. Я не знаю,
какой
информацией обладали верхи, но вот средний офицерский состав, а тем паче
солдаты,
конкретно готовились к возможному применению хим-бак оружия. Еще во время Первой
Иракской войны ("Бури в Пустыне"), Буш-старший абсолютно открыто заявил устами
генерала
Шварцкопфа, что в случае применения оружия массового поражения, он превратит
Багдад в
"стеклянную парковку" (дословно: glassy parking lot ), а Буш-младший
предупредил, что все
ранее сказанные заявления в отношении использования ОМП остаются в силе. Однако
ситуация
заметно отличалась - тогда непосредственно взятием Багдада никто не
интересовался, а сейчас
это была основная цель. Офицеры старших рангов только качали головой - решись
Саддам на
массированное применение химико-биологической дряни, то при той концентрации
войск, что
была создана в Кувейтской пустыне, эффект мог быть весьма серьезным, может не в
плане
смертей, а в плане потери немедленной боеспособности. А что случится с
гражданским
населением Кувейта даже трудно себе представить - все-таки защита армии на
порядок выше
возможностей простого жителя. И кто его знает, что может сделать загнанный в
угол диктатор.
Хотя, если судить именно по этому же самому сосредоточению, то, скорее всего,
высшие чины
имели куда более реалистичное мнение о ситуации, а может, просто знали о самом
"наличии
отсутствия" ОМП.
Как ни спекулируй на этих фактах, но и другой факт бесспорен - вся
кувейтская
группировка была облачена в специальное обмундирование. На вид обычная ткань,
напоминающая добротную хэбэшку, но если внимательно присмотреться, то видна
специальная
напитка, а на старых изгибах материи проступает тонюсенькая пленочка
многослойного
покрытия. На случай тревоги следует только надеть перчатки, бахилы и hood
(капюшон-противогаз ). Конечно, полегче, чем советский ОЗК (резиновый костюм
), но в
условиях жары тоже не подарок. Поэтому жара была вторым пугающим фактором -
перегревы
на солнцепеке встречались весьма часто, и офицеры в нарушение инструкций
позволяли части
подразделения, участвующей в тяжелой физической работе, менять "напитку" на
обычную
форму, чтобы солдаты не сварились и не утонули в собственном поту. Ноченьки
оказались
отнюдь не жаркими, но уже и не холодными, поэтому все, кто спал на улице, любили
надевать
гортексовые штаны и куртку, а не лезть по спальникам. У новоприбывших пехотных
подразделений зимнего гортекса не было, и им приходилось париться в синтепоновых
спальниках с флисовыми вкладышами. Хотя чаще спали просто на спальнике, а флисом
накрывались, как одеялом. К моменту прибытия экспертов, фронт уже заметно
продвинулся
вглубь Ирака, под Саддамовским контролем оставались лишь Багдад с пригородами,
да Тикрит
к северу, и реальные возможности применения химии можно было учитывать только в
отношении передовых соединений, а никак не в глубоком тылу, где и войск уже было
далеко не
так много.
Боялись возможных атак "Скадов". Саддамовские умельцы переделали старую
советскую
ракету, заметно снизив вес ее головной части и прицепив еще одну ступень.
Увеличение
радиуса повлекло снижение точности, но дало еще один шанс этой ракете - из-за
измененной
конфигурации ее ГЧ обретала сильный прецессионный момент (спиралевидный полет )
в
нижних слоях атмосферы. Из-за этой "спиральки" ее траектория оказалась мало
предсказуемой,
что сделало весьма низкоэффективными комплексы "Пэтриот" - наши хваленые
ракеты-перехватчики мазали раз за разом. Громадный сноп искр в ночном кувейтском
небе,
который так любили показывать и смаковать журналюги, почти всегда являлся актом
самоуничтожения промахнувшегося перехватчика, а не самого перехвата. Жаль, что
корпорация Рэйтеон десять лет потратила впустую, совершенствуя быстродействие по
перехвату "чистой баллистики" без учета атмосферного "маневрирования". Хотя если
сравнивать с Первой войной, то "Скадов" во Вторую Иракскскую войну было выпущено
очень
мало, - сказались санкции и возросшие возможности разведки реального времени,
благодаря
которой оставшиеся установки обнаруживались и быстро уничтожались. Однако
случай,
происшедший еще во время "Бури в Пустыне", когда "неточный" "Скад" (еще тот,
старый,
чисто советский без арабских модификаций) точно угодил прямо в казарму
коалиционных
войск в Дхахране (Саудовская Аравия), не забывался. Правда, этот случай так и
остался
единственным моментом относительно эффективного использования этих ракет (тогда
двадцать
восемь американских солдат погибло и около девяноста было ранено). Без ядерной
или какой
другой более серьезной начинки, реальной угрозы "Скад" не представлял, за
исключением
воздействия на психику мирного обывателя со стороны истеричных масс-медиа.
Немного боялись прохождения через Хармузский пролив - самое узкое место в
Персидском заливе. Паранойяльное мышление Иранских аятолл могло выкинуть что
угодно.
Конечно, флот Ирана не составлял значимого противника флотам Америки, но персы
придумали весьма простой асимметричный ответ нашим боевым кораблям - сотни малых
боевых катеров, по сути дела малюсеньких скоростных моторных лодок-глиссеров,
начиненных
взрывчаткой. В условиях близости берега и невозможности широкого маневрирования
моментальная атака многочисленной стаи самоубийц вкупе с ракетным обстрелом
могла бы
потопить не один корабль. А что духа и ума у персов на такое хватит, никто не
сомневался -
во времена Ирано-Иракского конфликта они вовсю использовали тактику "живых волн"
(массовые людские атаки ) и разминирование полей собственными бегущими
солдатами. К
счастью у аятолл нашлись выдержка и разум не вмешиваться в эту войну, в
противном же
случае коалиционная группировка в ее изначальном составе обычными вооружениями с
Иранской армией не справилась бы (по общему мнению командиров среднего звена).
Ну, немного боялись сыпного тифа, лейшманиоза и других пустынных лихорадок.
Пустыня, конечно не тропический лес, но москитов и блох в ней тоже хватает. И
вся эта мелкая
кровососущая пакость вполне естественно может быть "начинена" патогенными
микроорганизмами. Хотя почему только естественно - ожидали и Саддамовских
подарков, но
по-видимому арабская микробиология с паразитологией так и не сумела произвести
чего-нибудь "диверсионно-значимого", а после измены нескольких ключевых фигур,
то и
производство элементарного порошкового антракса (оружейной сибирской язвы )
было под
вопросом. Использование биоагентов через промежуточного насекомого-носителя куда
более
сложное дело, чем простое распыление. Боялись брюшняка, дизентерии и гепатита -
но тут
надо отдать должное армейским гигиенистам, они везде понатыкали складных
пластмассовых
туалетов с удобными унитазами со здоровой дыркой и вместительными бочками под
ними,
залитыми синеватой гадостью с лизолом и другими дизенфектантами. Вони никакой,
мухи в
яме не живут, одна забота, чтобы ассенизаторы вовремя приезжали на откачку
содержимого, да
некоторая головная боль низовым командирам - тем приходилось частенько
заглядывать в
очко, контролируя, чтобы солдаты ничего, кроме туалетной бумаги да содержимого
своих
мочевых пузырей и прямых кишок, туда не бросали - мусор очень трудно вынимать.
Нарушителей карали нещадно простым действием - если сержант замечал, что кто-то
спустил
вниз газетку или журнальчик, а хуже того, консервную банку (для естественных
надобностей в
сортирах в избытке висела обычная туалетная бумага в рулончиках), то сортир
отодвигался, а
нарушитель на виду у всего подразделения лез в бочку вылавливать весь "твердый
мусор".
Хуже дело обстояло с душами - американскому солдату, привыкшему как минимум
к
ежедневному мытью, душевая "диета" пару раз в неделю была в тягость, но к грязи
быстро
привыкаешь, и вскоре на потный запах тел никто не обращал внимания. Душевые чемто
походили на советские, машина со смонтированным на кузове насосом-обогревателем
на
соляре и специальная палатка. Но было и существенное отличие - рядом ставились
два
раскладных плавательных бассейна из пластика (такие же самые, что во многих
американских
дворах устанавливаются на лето). В эти бассейны погружались маленькие насосы для
циркуляции воды. Когда один бассейн наполнялся грязной водой из душевой, то
приходил
техник, что-то бухал туда из здоровой пятигаллонной канистры, а потом переключал
слив во
второй бассейн. В первом бассейне насос быстро взбалтывал грязную пену, потом
туда еще
чего-то добавляли, пена моментально оседала и превращалась в жирные хлопья на
поверхности
уже чистой воды. Эти хлопья собирали большущими сачками, наподобие тех, чем на
гражданке
мы ловим листья из наших домашних бассейнов. Затем вода шла через фильтр опять в
душевую, и так много раз. Шиком считалось втихую поплавать в этих бассейнах - за
это тоже
нещадно гоняли, но солдаты все равно там купались.
Питьевая вода была двух видов - "самодельная" и бутылочная. Бутылочную воду
по-моему делали в Кувейте (для чего там по слухам построили специальный завод),
а по началу
привозили аж из Америки и Европы. Вода была в обычных пластиковых бутылках от
250 грамм
до двух литров, часто с этикеткой "Эвиан", как в любом супермаркете. В
квадратные
галлонные бутылки (около 4-х литров ) и в круглые пятигаллоннные прозрачные
банки (20
литров ) уже закрывали "самодельную" воду. В тыловых службах на уровне бригады
существовали маленькие передвижные RO-plant (установки на основе reverse osmosis
-
мембранной ультрафильтрации ). Из любого водоисточника они производили
стерильную
воду с крайне малым содержанием солей, которую заливали в автоцистерны или тут
же
закатывали в пластиковые контейнеры на неком подобии миниатюрной поточной линии.
Вот
бы удивился российский командир с хорошим опытом войны в пустынных условиях,
когда не
нашел бы у солдат предмета первой необходимости - фляжки. Личные фляжки,
фильтры-соломинки и таблетки для обеззараживания воды были, но ими практически
не
пользовались. Хотя само понятие "фляжка" заметно отличалось от российского - в
специальном отделе рюкзака сделан герметичный компартмет, в который влезает
около 2-х
литров, а трубка из него идет прямо по лямке, позволяя солдату пить прямо во
время рейда. На
краткосрочных операциях же обычно три-четыре маленьких пластиковых бутылки
свободно
рассовывались по карманам разгрузки, а при необходимости, просто пустая бутылка
начинала
служить фляжкой. Пластик тонкий, но легкий и на удивление прочный, крышка
герметичная -
чего еще надо? В лагерях у палаток имелись портативные электрические генераторы,
и стоял
water-stand (тумбочка с двумя краниками - для ледяной воды и для кипятка ), а в
обязанности
дневального вменялась смена 20-тилитровых банок. Ну а к обеду часто давали соду
(всякие там
коки-лимонады из алюминиевых баночек ), свежий кофе из кофейников-термосов, да
чай в
пакетиках. Но все равно пить хотелось всегда, везде и всем. Рассказы о
мороженом,
выдаваемом в местах долговременной дислокации, оказались легендой - в боевых
условиях
нигде, кроме авианосцев, его, к сожалению, не дают, разве что по совершенно
торжественным
дням или как награду по какому-нибудь особому поводу.
Сами солдатские лагеря заметно отличались от того, что привык видеть
российский
военнослужащий, побывавший хоть раз в поле - кроме больших общих и хозяйственных
палаток барачного типа, много солдат спало по двое-четверо в небольших личных
палатках-полусферах, подобных тем, что пользуются большой популярностью у
туристов-горников. Сделаны они из прочного и легкого нейлона со сборным каркасом
из
стеклопластика, а в сложенном состоянии занимают места не больше трехлитровой
банки.
Иногда туда залезало то, что вызывало некий страх, перемешанный с любопытством -
верблюжьи пауки. Честно сказать, я до сих пор не знаю, как правильно называется
эта зверюга,
но выглядит она инопланетным пришельцем. Бледное, щетинистое, грязно-желтое
членистоногое вырастает до абсолютно невероятных размеров - размах ее лап
пожалуй более
20 см, и бегают они на удивление быстро. Солдаты ловили этих гадов и устраивали
"паучьи
бега" и "гладиаторские бои" - твари ненавидели друг друга и оказавшись рядом
всегда
дрались на смерть. Размеры и явная принадлежность к паукообразным косвенно
свидетельствовали о какой-то невероятной ядовитости, но пострадавших от укусов
верблюжьего паука никто еще не видел - то ли солдаты их ловили весьма осторожно,
толи у
них страшна одна внешность. Хотя арабы, со свойственным им гротескной манерой
все
преувеличивать и привирать, рассказывали жуткие истории, как верблюжий паук
прыгает на
брюхо верблюду и ест его плоть, или как одна такая тварь буквально месяц назад
выела глаза
двоюродному племяннику троюродной тети, остановившемуся вздремнуть в пустыне.
Военные
токсикологи, правда, подтверждали, что с некоторой натяжкой такое вполне
возможно - в
отличие от обычных, верблюжьи пауки не сосут соки из своей жертвы, а едят ее
живьем
подобно каким-то пустынным крабам, и действие их яда напоминает сильный местный
анестетик вроде новокаина. То есть чисто теоретически такая тварь способна
отожрать
полморды, да так, что и не заметишь!
Кроме арабов, много любителей слухов оказалось среди журналистов -
например, очень
популярны были байки о так называемом "третьем фронте". В реальности
существовало два
фронта - северный и южный, а третьим фронтом называли направление, где воюет
генерал
Доллар. По слухам многие иракские военачальники просто дали команду своим
подчиненным
разбегаться подобру-поздорову, так как были подкуплены. Вполне вероятно, что ЦРУ
подобные операции проводило, но все-таки главная причина бегства с поля боя была
куда более
прозаичней - элементарный страх за жизнь. Слишком свежи были воспоминания о
Первой
Иракской войне, где Саддамовская армия пыталась на полном серьезе противостоять
Америке.
У солдата тогда был единственный шанс уцелеть - сдаться в плен. Коалиционная
пропаганда
умело использовала этот фактор, и листовки, призывающие отказаться от
сопротивления,
сыпались на головы солдат так же часто, как и бомбы. Призывы не умирать за
Саддама, дни
которого сочтены, а позаботиться о своих семьях, гарантии непреследования
дезертирам
подействовали весьма разлагающе на арабскую армию, и без того никогда не
славившуюся
особо сильным боевым духом. Дезертирство приобрело массовый характер. Именно
дезертирства, а не сдачи в плен хотело коалиционное командование - дезертир
печется сам о
себе, а с пленными сколько мороки! Вообще даже сегодня видна гнилость
Баасистского режима
- его идеология, в общем-то националистическая с сильным фашистским элементом,
оказалась весьма чужда рядовому арабу, который плевать в общем-то хотел на некие
сверхценные государственные интересы. Сейчас, когда либералы-демократы
поговаривают о
"вьетнамизации" конфликта с неизбежным поражением и выводом войск вне
зависимости от
достижения политической стабилизации, хотелось бы обратить внимание на то, что
старых
партейцев в новом иракском сопротивлении почти нет. Есть новые борцы за ислам,
куда более
тупые, но куда более боеспособные, чем бывшие национал-патриоты из партии Баас.
А
конфликт больше пошел по пути "ливанизации" с некой "чеченизацией", где даже
взятие
заложников ставит перед собой политическую цель, как второстепенную.
Первостепенной
целью является коммерция, пусть это и противно слышать истеричкам из CNN и ВВС -
заложничество стало превращаться в доходный бизнес местных религиозных бандитов,
унаследовавших от баасистов одну лишь пустозвонную националистическую риторику -
деньги они на людях делают, причем покруче, чем в Чечне. Хорошая голова
иностранного
специалиста меньше чем за миллион не идет, а всякие там кореи с филипинами
платят
безоговорочно. Ну и известность на весь мир после каждой отрезанной головы, плюс
почитание
и страх "по месту работы". А умильную морду по поводу остал
...Закладка в соц.сетях
