Жанр: Детектив
Сын палача
...ь. Я справлялся в Нью-Йорке о Моррисе,
и вот ответ, который пришел оттуда. Гордон достал из бумажника телеграмму.
"Отвечаю на ваш запрос: Шауль Моррис жив. По-видимому, в настоящее время
находится в Англии. Здесь против него не возбуждено никаких обвинений, но
предполагают, что это он 17 февраля 1898 года ограбил сейф парохода "Мантания" в
Англии и, захватив пятьдесят четыре миллиона франков, бежал. Подпись".
Эльк несколько раз перечитал телеграмму, тщательно сложил ее и, передав Дику,
медленно произнес:
- Итак, Шауль Моррис в Англии. Это многое объясняет.
Когда Гордон ушел, инспектор решил еще раз проверить чемоданы: ночью ему пришла в
голову мысль, что они могут иметь двойное дно. Он вызвал Бальдера и сержанта Файре,
многообещающего молодого человека.
Открыв сейф, Эльк передал чемоданы Файре, и тот поставил их на стол.
- Сначала мы вскроем этот чемодан, - объявил Эльк и показал на самый большой.
- Надо взять другой ножик, этот тупой, - пожаловался Бальдер.
- Так поспешите, - приказал Эльк, и помощник вышел из комнаты.
Не успел Файре снять со стола чемодан и открыть его, как раздался оглушительный
взрыв.
Эльк первым пришел в себя. Комната была полна черного дыма. Инспектор поспешил
найти Файре и вытащить его в коридор. Тот не подавал признаков жизни. Повсюду слышались
тревожные сигналы, и к месту взрыва уже спешили полицейские и дежурная пожарная команда.
Когда Файре отправили в госпиталь, инспектор вернулся в кабинет, который был сильно
разрушен. Взрывом даже сорвало дверь сейфа. В полу зияла дыра.
В коридоре собралась группа офицеров.
- Чудо, что я остался жив, - заявил Эльк, - и я еще спас жизнь Бальдеру, послав его за
ножом.
- Но разве чемоданы раньше не просматривались? - спросил начальник полиции.
- Вчера я лично осмотрел каждый чемодан, когда составлял опись содержимого, -
ответил инспектор. - И лично потом запер их в сейф.
- Каким же образом туда попала бомба?
- Этого я не знаю. Счастье еще, что отослал Бальдера, он отец семерых детей!
- Что это за взрывчатое вещество?
- Динамит. Бомба взорвалась вниз. Нитроглицерин взрывается кверху...
Во второй половине дня Эльк заехал в госпиталь. Там он получил обнадеживающие
известия, главный хирург сообщил, что жизнь Файре вне опасности.
- Не понимаю, как его не разорвало на куски, - заявил он.
- А я не могу понять, как я уцелел, - добавил Эльк.
- Да, - согласился хирург. - Эти взрывчатые вещества иногда удивительные штучки
выкидывают. Они могут сорвать с петель дверцу сейфа, но оставить целой вот такую бумажку.
Я нашел ее в одежде Файре.
Хирург передал сыщику обгоревшую с углов бумажку. Раскрыв ее, Эльк прочитал:
"С совершенным почтением. Номер седьмой".
Инспектор тщательно сложил эту оригинальную визитную карточку и положил ее в свой
футляр для очков.
Глава 23
Неделю спустя о взрыве в полицейском управлении стали уже забывать. Раненый сержант
поправлялся, о "лягушках" ничего нового не было слышно.
На шестой день после взрыва Эльк снова приказал обыскать станционные камеры
хранения ручного багажа, и, как он и предполагал, на каждой станции вновь нашлись
чемоданы.
Их с большой предосторожностью вскрыли. В них было оружие, одежда и паспорта на
имя Кларенса Фильдинга.
- По-моему, - рассуждал Бальдер, - в полицейском управлении кто-то работает против
нас. Я это давно уже подозреваю и, переговорив об этом вчера с моей дорогой женушкой...
- Может быть, вы и с вашими малютками советовались? - перебил его инспектор. -
Чем меньше вы будете говорить дома о делах, тем больше это принесет вам пользы.
Эльк заканчивал составление доклада, когда по телефону сообщили, что его ожидает
посетитель.
- Просите! - приказал он, услыхав фамилию.
В кабинет вошел Жозуа Броад.
- Доброе утро, господин инспектор, - поздоровался он с Эльком и любезно поклонился
Бальдеру, хотя никогда раньше с ним не встречался.
- Садитесь, пожалуйста, мистер Броад. Чем обязан вашему посещению? Вы можете идти,
Бальдер.
- Я пришел к вам по очень странному делу... - начал американец.
- По обыкновенному делу никто не является в полицейское управление, - заметил
сыщик.
- Дело касается моей соседки...
- Лолы Бассано?
- Да. Точнее ее супруга.
- Леу Брэди? - Эльк сдвинул на лоб очки. - Не станете же вы утверждать, что он ее
законный супруг?
- Вне всякого сомнения. Хотя я убежден, что ваш молодой друг Беннет понятия об этом
не имеет, - ответил американец. - Дело в том, что Брэди уже неделю находится в доме
Каверлей и всю эту неделю он не выходил за порог. Странное совпадение, но и молодой Беннет
также за это время не покидал своей квартиры. Не думаю, чтобы они поссорились. На днях я
случайно увидел Брэди в открытую дверь, когда служанка возвращалась с молоком. Он
отрастил себе бороду, хотя боксеры обычно не переносят подобного рода растительности. Это
меня заинтересовало. Я решил навестить молодого Беннета, с которым недавно познакомился в
Хэронском клубе. Его слуга ответил, что Рай плохо себя чувствует и никого не принимает. За
определенную сумму мне удалось выяснить, что он тоже отращивает бороду, что мне во всей
этой истории очень не нравится.
Эльк, вынув сигару изо рта, пробурчал:
- Я не очень-то знаком со сводом законов, но, как мне помнится, он не запрещает
отращивать бороды. Скажите мне лучше вот что: вы американец, не так ли?
- Совершенно верно, - улыбаясь, ответил Броад.
Сыщик посмотрел в окно и с безразличным видом спросил:
- А вы никогда не слыхали о некоем Моррисе?
Жозуа Броад прикрыл глаза, словно припоминая.
- Кажется, слышал. Он был, по-моему, довольно крупным преступником и, если не
ошибаюсь, американцем. Но он ведь умер, не так ли?
Эльк нервно почесал подбородок.
- Я бы с удовольствием повидал кого-нибудь, кто присутствовал на его похоронах.
- Не думаете же вы, что Леу Броди...
- Нет. Я ничего не думаю о Леу Броди, кроме того, что он бывший боксер. Что же
касается отращивания бороды, то я займусь этим делом позже. Благодарю вас за сообщение,
мистер Броад.
В пять часов Бальдер попросил у Элька разрешения уйти домой:
- Я обещал своей дорогой женушке...
- Замолчите... - перебил его тот, - и проваливайте.
Полчаса спустя Эльк получил казенное письмо от главного интенданта. Оно гласило:
"Президиум поручил мне уведомить инспектора, что его прошение о
производстве полицейского Бальдера в чин сержанта удовлетворено".
Эльк был в этот вечер свободен и решил лично передать своему подчиненному радостную
весть. Инспектор взял список служащих, нашел адрес Бальдера, и казенная машина доставила
его на место.
Это был небольшой красивый домик, точно такой, каким его и представлял Эльк. На
звонок дверь открыла пожилая женщина в костюме сиделки.
- Да, мистер Бальдер живет здесь, - ответила немного смущенная сиделка. - То есть
снимает у меня две комнаты, но редко здесь ночует. Обычно он приходит только переодеться и
сейчас же уходит. Кажется, к своему другу.
- А жена его здесь живет?
- Жена? - удивилась хозяйка. - Я не знала, что он женат. Если он вам срочно нужен, я
думаю, вы найдете его на улице Слугта в доме "Семи фронтонов". Я пару раз видела, как там
останавливался его автомобиль. По-моему, в том доме живет его друг.
- Чей автомобиль?.. - изумился сыщик.
- Его или приятеля, - ответила сиделка. - Вы в дружеских отношениях с ним?
- О да, я его близкий друг.
- Войдите, пожалуйста. Сказать вам правду, я отказала мистеру Бальдеру от квартиры.
Ему всегда так трудно угодить, кроме того, у него очень странная корреспонденция. Ради него я
уже прикрепила этот огромный ящик для писем, но и он оказался слишком мал. Все эти письма
предназначаются для какой-то химической лаборатории в Дидкоте...
- Вы сказали автомобиль. Что это была за машина?
- Я не разбираюсь в марках, - созналась сиделка. - Это была черная машина, кажется,
американская.
- Благодарю вас. Я вижу, вы собрались уходить? Если разрешите, я подвезу вас, -
предложил инспектор, на что женщина с удовольствием согласилась.
Вернувшись в управление, Эльк отдал несколько спешных приказаний и отправился к
Гордону.
- Мы сейчас едем к дому "Семи фронтонов"! - сообщил он Дику и, когда они сели в
машину, продолжил: - Это прекрасный дом с гаражом, чудесной обстановкой, центральным
отоплением, телефоном и современной ванной. Лично я не видал его, но предполагаю, что он
именно такой, да еще с сигнализацией на окнах и дверях, с ножными капканами и
самострелами.
- Какого черта вы тут болтаете? - нетерпеливо спросил Дик, на что Эльк только
хихикнул. Вскоре их обогнал автомобиль с веселой компанией, хохотавшей на всю улицу.
- Ничего себе, веселенькая компания, - сказал Дик.
- Очень даже! - подтвердил сыщик.
Спустя какое-то время промчался еще один, автомобиль со столь же шумной группой.
- Эта машина очень похожа на один из наших полицейских автомобилей, - заметил
Гордон.
- Действительно, - согласился Эльк.
Когда же их обогнал третий автомобиль, сомнения Дика рассеялись. Он узнал сидевшего
рядом с шофером инспектора тайной полиции центрального управления.
- Что все это означает? - спросил изумленный Дик.
- Мы все едем отмечать производство Бальдера, - рассмеялся Эльк и посвятил Гордона
в свой план.
Они нашли проход к дому "Семи фронтонов" между живой изгородью. Широкая,
посыпанная щебнем дорожка вела к фасаду, окна которого были ярко освещены. Неожиданно
сыщик резко остановился.
- Не наступите, - предупредил он.
Гордон увидел толстую черную проволоку и осторожно перешагнул через нее. Пройдя
несколько шагов, Эльк снова указал Дику на проволоку. Им потребовалось добрых полчаса,
чтобы преодолеть расстояние, отделявшее их от дома.
Ночь выдалась теплая, и одно из окон было приоткрыто. Сыщик осторожно отодвинул
занавеску.
Они увидели большую роскошную комнату. Перед огромным кафельным камином,
усыпанным цветами, стоял небольшой столик, за которым сидели двое мужчин. Один из них
был Бальдер, чисто выбритый, в элегантном фраке и с сигарой в драгоценном мундштуке во
рту. Вторым был Майтланд. Он сидел, понурив голову, и Бальдер делал ему выговор. Вскоре
старик выпрямился и послышался его грубый возбужденный голос. Слов нельзя было
разобрать, но видно было, как он грозил Бальдеру своим могучим кулаком. Бальдер совершенно
спокойно наблюдал за ним. Наконец старик повернулся и бросился вон из комнаты.
Через минуту он вышел на улицу, но не через главную дверь, а через боковую, скрытую за
кустами.
Оставшись один, Бальдер позвонил. Дверь открылась, и три лакея внесли большой,
покрытый белой скатертью стол.
Дик сначала решил, что подают ужин, но вскоре понял, в чем дело. Один из лакеев,
взобравшись на стул, вывинтил электрическую лампочку над камином и прикрепил к патрону
проволоку, соединенную с принесенным столом.
Лакеи вышли, и Бальдер запер за ними дверь. Не успел он обернуться, как Эльк, отдернув
занавеску, вскочил в комнату.
- Добрый вечер, Бальдер, - сладким голосом произнес инспектор. - Я пришел, чтобы
сообщить о вашем производстве в сержанты. Это благодарность за те неоценимые услуги,
которые вы оказали стране отравлением "лягушки" Мильса, освобождением "лягушки" Хагна
и взрывом моего кабинета.
Бальдер неподвижно стоял на месте, не проронив ни слова.
- А теперь, - заявил Эльк, - не отправитесь ли вы прогуляться со мной? Вы мне очень
нужны, седьмой номер!
В глазах Бальдера сверкнул огонек, что не ускользнуло от сыщика.
- Я бы вам посоветовал, Бальдер, оставить всякую надежду на слуг. Дом окружен.
- Заявляю вам, господин инспектор, что вы сделали очень необдуманный шаг, за
который дорого поплатитесь, - сердито проворчал задержанный. - Если английский
гражданин не может спокойно посидеть у себя в гостиной и... - он посмотрел на стол, -
слушать по радио концерт без того, чтобы не вмешалась полиция, то пора прекратить это
тиранство...
Он нервно зашагал по комнате, приблизился к камину и внезапно вскочил на его
железную пластину, расположенную на полу.
Однако Эльк был начеку. Быстро схватив Бальдера за шиворот, он сдернул того с люка,
швырнул на пол и навалился на него. Бальдер закричал.
Его крик о помощи был услышан. Раздался стук в дверь, и послышались злобные голоса.
Вслед за этим в саду загремели быстро чередующиеся взрывы. Это бежали полицейские агенты,
не обращая внимания на протянутые провода.
Схватка была короткой. Шестерых верных слуг затолкали в автомобили. В последней
машине разместились Дик с Эльком, а между ними - сержант Бальдер - "номер седьмой",
правая рука ужасной Лягушки.
Элла только что собралась готовить обед, когда возвратился отец.
- Как твои дела, папа? - задала она обычный вопрос, и тот по обыкновению ответил
кивком головы.
- Сегодня я нашел местность, где полно птиц, и сделал несколько действительно
удачных снимков. Вокруг Хорсхема возможности слишком ограничены.
Беннет сел в удобное кресло у камина и стал набивать трубку.
- Утром пришло письмо от Рая, - сообщила Элла, впервые после долгого перерыва
упомянув имя брата. - Он спрашивает, получил ли ты предыдущие?
- Да, получил, - ответил отец с удивившим девушку спокойствием. - Но мне нечего
ответить. Если Рай хочет меня видеть, он знает, где меня найти.
За обедом Элла неожиданно сказала:
- Папа, я хотела тебе признаться, что встречалась недавно с мистером Майтландом.
Помнишь то утро, когда полковник Гордон так рано приехал и вы меня нашли возле леса? Я
тогда выходила, чтобы встретиться с ним.
Джон Беннет отложил нож с вилкой и уставился на дочь.
- Ночью кто-то стал бросать в мое окно камешки. Я сначала подумала, что это Рай, он
всегда раньше так делал, когда возвращался слишком поздно. Но к моему крайнему изумлению,
оказалось, что это был мистер Майтланд. Он умолял меня выйти. Я подумала, что это касается
Рая, и, одевшись, вышла на улицу, где стоял его автомобиль. Это была очень странная встреча,
и в сущности он мне ничего толком не сказал.
- Ничего?
- Да. Он спросил меня, не хочу ли я стать его подругой? Если бы это был кто-нибудь
другой, я бы испугалась, но он выглядел таким трогательным и таким старым и все время
твердил, что должен кое-что сказать мне. Он попросил меня сесть в автомобиль. Я, конечно,
отказалась. Но когда увидела, что он приехал со своей сестрой, уступила его просьбам. Мы
сели в машину и поехали в лес. Он опять стал что-то говорить, но так бессвязно, странно и
непонятно, что я занервничала. Когда же, взяв себя в руки, он заговорил связно, появились вы.
Он ужасно испугался, задрожал всем телом, стал просить меня уйти и чуть ли не на коленях
молил никому не говорить об этой встрече.
- Если он появится еще, лучше мне с ним переговорить, - заявил Беннет.
- Не думаю, папа. Мне кажется, он хочет попросить меня о помощи.
- Миллионер, просящий у тебя помощи? Это немного странно.
- Это очень странно. Но он мне уже не кажется таким ужасным, как в первый раз. В нем
есть что-то трагическое. Сегодня ночью он опять приедет: я обещала с ним поговорить. Ты
разрешишь мне это, папа?
Подумав, Беннет сказал:
- Да, ты можешь с ним поговорить. Я обещаю тебе не появляться, буду лишь наблюдать
за вами, но ты не должна выходить из сада.
- Я бы хотела знать, могу ли я еще кому-нибудь рассказать об этом?
- Полковнику Гордону, - сухо ответил отец. - Он тебе нравится, Элла?
- Да, - сказала она после паузы. - Он мне нравится.
- Но, надеюсь, не слишком, голубка моя? - спросил отец, и глаза их встретились.
- Почему, папа?
- Потому что не хотел бы тебе горя. Я это говорю, потому что знаю, что буду причиной
твоего горя. - Он встал и обнял ее. - Возможно, Гордон ничего и не узнает, но я не верю
больше в чудеса.
- Что ты этим хочешь сказать, папа?
- Может быть... Может быть, я добьюсь чего-нибудь фильмом, который вчера снял. Я,
правда, уже много раз это говорил. Но человек, который покупает мои фильмы, сказал, что их
качество с каждым разом улучшается...
Элла не стала возвращаться к прежнему разговору. Она рано легла, поставив будильник
на три часа, но, проснувшись раньше, встала и отправилась заваривать себе кофе. Когда она
проходила мимо комнаты отца, тот крикнул:
- Я не сплю в случае, если буду тебе нужен.
- Благодарю тебя, папа, - сказала она сердечно.
Под утро девушка увидела входившего в калитку Майтланда.
В первую минуту от волнения он не мог произнести ни слова. Затем, взяв себя в руки,
прошептал:
- Это вы мисс Беннет? Пройдемтесь немного по улице, мне вам надо сказать очень
важные вещи.
- Погуляем лучше по саду, - предложила она.
- Все спят? Прислуга?
- У нас нет прислуги, - улыбнулась Элла.
Майтланд кивнул.
- Это хорошо. Я терпеть их не могу, у меня в доме шесть болванов в ливреях, которые
всегда нагоняют на меня невероятный страх.
Они прошли на лужайку, и Элла положила ему на кресло подушку.
- Вы очень славная девушка, - начал он хрипло. - Я это понял, еще когда увидел вас в
первый раз. Ведь вы ничего не сделаете бедному старику, нет, мисс?
- Ну, конечно, нет, мистер Майтланд.
- Я так и думал. Я и Матильде это сказал, и она со мной согласилась. Вы были
когда-нибудь в богадельне?
- В богадельне? - переспросила Элла и помимо своей воли улыбнулась. - Нет, мистер
Майтланд, не была.
- А в "дыре" вы когда-нибудь были? То есть я хотел сказать в тюрьме? Впрочем, такой
девушке, как вы, там нечего делать, А я там многих повидал. Представьте себе, что я мисс... ах,
это ужасно!
- Боюсь, что я вас не пойму, мистер Майтланд, - прошептала Элла.
Он схватил ее за руку и близко наклонился к ней.
- Он гонится за вами! Расскажите, что это я предупредил вас. Ведь вы замолвите
словечко за меня, не правда ли?
Он взял ее руки и начал их гладить. Элла не видела его лица, но чувствовала, что он
плачет.
- Я сделаю для вас все, что в моих силах! - успокоила она его. - Но вы так
возбуждены, дорогой мистер Майтланд. Вам бы следовало обратиться к врачу.
- Нет... только без врачей, мисс! Но я вам говорю... - он заговорил медленно и
выразительно, - они меня поймают! И Матильду! Но я все свои деньги завещал кое-кому... В
этом все и заключается, - захихикал он, как безумный. - И затем его поймают!
Он трясся от сдерживаемого смеха и хлопал себя по коленкам. Элле показалось, что он
сошел с ума.
- Но у меня грандиозный план, да! Грандиознее у меня еще никогда не было, мисс. Вы
печатаете на машинке?
- Немного.
- Пойдемте со мной в контору! Не принимаете же вы меня за шутника? Восемьдесят лет
мне исполнилось, мисс! Приходите ко мне, вы будете смеяться! - Внезапно он зарыдал. -
Меня они настигнут, я знаю! Но я Матильде ничего не сказал, потому что она стала бы кричать.
Вот какие дела, мисс... Заходите... Вы получили письмо? - спросил он вдруг.
- От вас? Нет, мистер Майтланд, - ответила девушка удивленно.
- Оно было написано, - сказал он. - Но, может быть, не отправлено. Не знаю.
В это время из-за дома показалась мужская фигура. Майтланд отшатнулся и затрясся всем
телом.
- Кто это?
- Это мой отец, - ответила девушка. - Кажется, он обеспокоен моим долгим
отсутствием.
- Ах, ваш отец? - облегченно вздохнул старик. - Только не говорите ему, что я был в
"дыре".
Джон Беннет остановился в нерешительности, не зная, стоит ли ему подходить. Майтланд
сам направился к нему.
- Доброе утро, сэр, - поздоровался он. - Я как раз болтал с вашей девочкой. Надеюсь,
вы ничего не имеете против?
- О нет. Не зайдете ли в дом, мистер Майтланд?
- Нет, нет, - заторопился старик. - Матильда ждет. До свидания, сэр.
В этот момент Беннет вышел из тени. Майтланд побледнел и с ужасом уставился на него.
- Вы? Вы? - прохрипел он и зашатался. - О Господи!
Элла хотела его поддержать, но он с удивительной для своих лет поспешностью бросился
бежать на улицу. Вслед за этим из машины послышались его рыдания.
- Отец, он тебя знает? - спросила пораженная девушка.
- Это было бы странно, - ответил Беннет. - Ты, голубка, ложись теперь спать.
- А ты куда?
- Мне нужно с ним поговорить.
Но Элла не пошла спать. Она стояла у двери и ждала. Прошло пять... шесть... пятнадцать
минут. Наконец раздался шум отъезжающего автомобиля, и отец вернулся.
- Ты не спишь? - рассердился он.
- Отец, ты поговорил с ним?
- Свари мне кофе...
- Отец, почему он так испугался тебя?
- Голубка моя, ты задаешь много вопросов. Оказывается, он знал меня прежде, вот и все.
- Ах, если б он больше не приходил, - вздохнула Элла.
- Он больше не придет сюда, - пророчески произнес Джон Беннет.
В этот день у Гордона состоялась беседа с Майтландом, который был вызван к нему в
связи с событиями на улице Слугта. Закончив разговор и отпустив банкира, Дик направился в
полицейское управление, чтобы повидаться с Эльком.
- В общем, я посчитал Пентонвиль самой надежной тюрьмой и отправил Бальдера
туда, - доложил сыщик. - А что вам сообщил Майтланд, господин полковник?
- Он утверждает, что явился к Бальдеру по приглашению. "Что прикажете делать, если
за вами посылает полиция?" - заявил он мне, и на это было трудно возразить.
- Но ведь совершенно ясно, что Майтланд навестил Бальдера по другой причине. И я не
сомневаюсь, что он тоже "лягушка".
- Майтланд очень энергичный, но все же трусливый старик, - возразил Дик. - Чуть не
упал в обморок, когда я сообщил об аресте Бальдера.
- Надо все-таки проследить за ним, - задумчиво произнес сыщик. - Я послал за
Джонсоном, он может быть полезен нам в качестве свидетеля.
Через полчаса прибыл Фило.
- Нас интересуют некоторые сведения об этом человеке, - сказал Гордон и протянул
Джонсону фотографию Бальдера, - Вы знаете его?
- Да. Я его часто видел. Он заходил к Майтланду в контору.
- Что за дела были у него с Майтландом?
- Не знаю... Я принимал его за агента по продаже недвижимости, поскольку Майтланд
только лично с ним встречался. Припоминаю также, что однажды у него пробыл целую неделю
ребенок.
- Ребенок из майтландского дома? - спросил Эльк.
Джонсон утвердительно кивнул.
- Я еще послал туда игрушки по поручению старика. Это было приблизительно полтора
года назад, как раз в тот день, когда мистер Майтланд подписал свое завещание. Я это хорошо
помню, так как был огорчен тем, что он в качестве свидетелей вызвал из конторы двух
служащих, а меня обошел.
- Завещание было сделано в пользу ребенка? - спросил инспектор.
Джонсон пожал плечами.
- Он никогда не говорил со мной об этом, он даже не посоветовался с адвокатом.
Гордон поднялся.
- Благодарю за интересные сведения, мистер Джонсон.
На следующее утро Дик допрашивал Бальдера.
- Я ничего не знаю ни о младенцах, ни об игрушках, - упрямо твердил Бальдер. - А
если ваш Джонсон утверждает, что посылал игрушки, значит он врет! Я жертва полицейских
интриг и требую освобождения...
Суд, рассмотрев дело Бальдера, признал его виновным, и он вновь был отправлен в
Пентонвиль.
Вскоре после этого с главным надзирателем Пентонвильской тюрьмы произошла
романтическая история. Был он сравнительно молод, самостоятелен, одинок, довольно
приятной наружности и жил у своей овдовевшей матери. Домой обычно возвращался на
автобусе. В тот вечер, доехав до своей остановки, собирался уже сойти, когда вдруг молодая,
изящная, удивительно красивая дама, выходившая перед ним, оступилась и упала. Он помог ей
подняться и отвел на тротуар.
- Благодарю вас, я не ушиблась, - сказала она и попыталась улыбнуться, но лицо ее
скривилось от боли. - Я навещала свою больную подругу. Не поможете ли вы мне взять такси?
Броун с удовольствием выполнил ее просьбу.
Садясь в такси, дама беспомощно оглянулась.
- Не вижу никого из знакомых, а я боюсь, что упаду в обморок по дороге домой.
- Если вы ничего не имеете против, я вас провожу, - восторженно предложил Броун и
был награжден благодарным взглядом.
Дама занимала прекрасную квартиру, которая, по мнению мистера Броуна, полностью
соответствовала очаровательной хозяйке.
Ему было предложено виски с содовой, папиросы, и, проболтав целый час, он провел в
высшей степени приятный вечер.
- Я очень благодарна, мистер Броун, - сказала хозяйка на прощанье. - Сожалею, что
вам пришлось из-за меня потерять напрасно столько времени.
- Если вы считаете это напрасно потерянным временем, то мне нет никакого смысла
дорожить им, - заявил надзиратель.
- В таком случае я разрешаю вам завтра навестить меня и справиться о моей больной
ноге.
На следующий день Броун явился к даме уже в штатском и, уходя домой в десять часов
вечера, чувствовал себя на седьмом небе.
Через десять минут после его ухода из дома вышла молодая дама и старательно заперла за
собой дверь.
Находившийся на противоположной стороне мужчина, бросив окурок сигары, подошел к
ней и поздоровался:
- Добрый вечер, мисс Бассано!
- Боюсь, что вы ошиблись, - гордо ответила дама.
- Нисколько! Вы мисс Бассано, а я ваш сосед, и пусть это послужит мне извинением за
то, что заговорил с вами.
- Ах, мистер Броад!.. Я только что навестила свою заболевшую подругу...
- Да, мне это уже сообщили. У вашей подруги прелестная квартирка, я сам ее несколько
дней назад хотел снять! Это было как раз в тот день, когда вы подвернули ногу.
- Я вас не понимаю!
- Дело в том, что я тоже пробовал познакомиться с мистером Броуном. Мне стоило
больших денег получить список лиц, находящихся в Пентонвильской тюрьме. Вам, я думаю,
еще не удалось заставить надзирателя рассказать о своих заключенных? Пока что он посвящает
вас в свои душевные переживания?
Лола улыбнулась.
- Какой вы умный, мистер Броад. Но должна заметить, что я вовсе не интересуюсь
заключенными.
- Как же так? Ведь в Пентонвильской тюрьме находится "номер седьмой".
- "Номер седьмой"? Это, кажется, имеет какое-то отношение к "лягушкам"?
- Совершенно верно, мисс Бассано. Я бы хотел сделать вам одно предложение...
- Предложите мне сначала сесть в автомобиль, - перебила его Лола. - Итак, что же это
за предложение? - спросила она, оказавшись в машине.
- Я дам вам определенную сумму, достаточную для того, чтобы прожить пару лет за
пределами
...Закладка в соц.сетях
