Жанр: Детектив
Рожденные перестройкой
...тся.
- Так ты понял, куда тебе нужно привезти деньги? - интересуюсь у хозяина
салона. Вижу, как у него потекло по штанам.
Ничего, бывает... Он безмолвно трясет головой, так что можно опасаться: она у
него оторвется. - Кому еще объяснить, кто
такой Волк? - спрашиваю у народа. Похоже, никто этого уже не хочет. Вот и
славненько. Хмыкнув, иду на выход.
Скатываемся вниз вместе с драпающей публикой. Незамеченными выходим на
привокзальную площадь и садимся в свою
машину.
- Ты его завалил? - веселится Волчара, оглядываясь.
- Бок продырявил да ногу. Больше не знаю, - пожимаю плечами, заводя машину.
- Как там у него дальше, хрен его знает...
Едем сначала в "Шанхай" и забираем из тайника деньги и то малое количество
вещей, которое у нас есть. Отвозим все это
на новую квартиру. Затем едем за нашими дамами. Те, можно сказать, все стекла
проглядели, не отходя от окон. Мы не
успели припарковаться у подъезда, как девчонки выскочили на улицу, радостные и
взволнованные. Смотрю на Машу и не
могу узнать ее. Просто принцесса какая-то, мать ее!
- Ну-ка, ну-ка! - поворачиваю ее в разные стороны. - Это нечто!
Подружку Волка зовут Вера. Она тоже выглядит на все сто. Мне хочется
трахнуть Машу прямо сейчас, но приходится
сдерживаться. Едем в ресторан. Заказываем всяких деликатесов и забираем с собой.
Берем шампанское и коньяк. В
магазинах этого купить нельзя. Затем едем на нашу квартиру. Мне просто не
терпится попробовать на ощупь, каков у Маши
ее новый гардероб.
Глава двенадцатая
С нами девчонки на учебу не торопятся. Только во втором часу отвозим их в
училище и едем в центр. Волка с машиной
оставляю во дворе дома, а сам иду на рандеву. Хозяин видеосалона уже торчит на
месте. Сразу не подхожу, а пытаюсь издали
определить, не ожидают ли меня какие сюрпризы. Похоже, что с ходу это разглядеть
будет трудно. Волк предупрежден на
случай шухера и знает, что ему делать при таком раскладе. Подхожу к своему
клиенту. Он, по-видимому, ждет меня с другой
стороны.
По тротуарам тянутся прохожие, прогуливаясь не спеша на весеннем солнышке.
Шпарит по своим маршрутам городской
транспорт.
- Принес? - спрашиваю я. Парень вздрагивает и испуганно оборачивается.
- Да, конечно! - тут же заверяет он. - Здравствуйте!
Это что-то новенькое. Но я зря не гоношусь, если со мной здороваются почеловечески
даже из страха.
- Привет, - отвечаю ему.
Он передает мне пухлую пачку денег.
- Здесь все верно, - торопится уверить меня хозяин салона. - Десять штук и
штука штрафа.
Можно было бы и удивиться такой сговорчивости, если бы не моя вчерашняя
пальба в его каптерке. Я сказал ему, что
штраф - десятка. Он приволок больше на штуку. Вроде как дань уважения. Приятно.
- Считать не буду, - как бы между прочим говорю ему. - Не в твоих интересах
меня накалывать...
- Да! Да! Конечно! - тут же соглашается хозяин салона и добавляет: - Андрей
все-таки выжил.
- Это меня не интересует, - с улыбкой отвечаю хозяину.
- Понимаю, понимаю, - блеет парень, - тут меня попросили... - он слегка
запинается;
- Говори! - приказываю ему.
- Те ребята, которые раньше были с Андреем, они хотели бы, чтобы... Ну, в
общем, вы приняли их к себе.
- Тебя как зовут?
- Вадик, - с готовностью отвечает он. Похоже, мы с Волком начинаем набирать
вес.
- Сколько этих пацанов?
- Они раньше боксом занимались, команда была. Человек десять их. У них
командир был Андрей, но, видно, он их уже
достал...
Мысленно усмехаюсь: "Командир, который достал своих же..."
- Ладно. Скажешь им, чтобы завтра приехали вон туда, в парк, - киваю в
сторону городского парка. - Пусть Ждут в три,
возле центрального входа.
Вадик заулыбался.
- Я обязательно передам! - уверяет он. - А как к вам обращаться?
- Зови меня Антонычем.
Парень опять кивает.
- Я понял. Теперь, если что, я могу говорить, что вы у нас "крыша"?
- Да. Скажешь - бригада Волка вас охраняет. Кто не поймет, разберемся...
- Спасибо. Это я уже понял.
- И вот еще что, - говорю я в раздумье. Вадик замирает, не донеся до рта
сигарету, которую собрался было прикурить. -
Штука в неделю отменяется. Будешь платить в месяц по тысяче с точки. У тебя ведь
есть шашлыки?
Вадик радостно кивает.
- Да, конечно! Ух ты! Вот спасибо, Антоныч! - радуется он, как ребенок.
- Ну, все. Увидимся, - киваю ему и ухожу.
Рассказываю Волку, как прошла встреча. Волчара ржет, считая деньги:
- Мы их тут, Антоныч, всех сделаем! И года не пройдет!
Не знаю, как всех, но многих мы сделаем, точно. Иначе зачем все было
начинать?
Следующий наш ход - это таксисты. Вновь рулим к вокзалу, где полно
"отстойщиков", торгующих к тому же и водкой.
Подходим к первой "Волге", стоящей в ожидании клиентов. Свою машину мы оставили
далеко от вокзала. Забираемся без
слов в такси. Водила удивленно смотрит на нас.
- Вы че, мужики? - хрипит он. Таксисту лет за сорок. Нормальный возраст.
- Мы от Волка, - внушительно говорю ему.
Вижу, как мгновенно меняется лицо шоферюги. Вокзальные сплетни уже облетели
всех и оповестили о крутых парнях из
банды некоего Волка, которые, не понтуясь, пускают в ход волыны.
- Я... А что? - начинает водила, но я его перебиваю:
- Сейчас пройдешь и созовешь всех "отстойщиков". Я буду с вами говорить.
Кто не придет - пусть пеняет на себя...
- Понял! - оживает мужик. - Сейчас, парни, все сделаем!
Он уходит, а мы вылезаем из тачки и пасем ситуацию. Машин "такси" вдоль
тротуаров навалом. Вскоре к нам
подтягивается весь шоферский люд. Мужики настороженно поглядывают на нас. Народу
набирается за двадцать человек.
Целый, можно сказать, митинг. Открываю его я.
- Дело, мужики, здесь простое, - объясняю им. - С каждой машины в день вы
листаете по сто рубликов. Для вас никакого
напряга нет. Но если кого-то обидят чужие, сразу сообщаете нам. Мы разберемся.
Есть желающие возразить? - интересуюсь с
ухмылкой.
Волк, злобно ощерившись, подается в сторону толпы, держа руку за отворотом
куртки. Таксисты, стоявшие ближе к нему,
сразу пятятся. Волчара их пугает, ему это в кайф. Шоферюги, естественно, этого
не знают, но о нас они уже наслышаны.
- Да все понятно, что там говорить! - высказывается таксер, к которому мы
подсели вначале. - Так и нам легче будет, а то
наскакивают всякие... Лучше платить одним.
Народ согласно гудит. Таксисты проголосовали единогласно.
- Ты, - указываю на охрипшего; - будешь здесь бригадиром. Деньги собираешь
со всех и отвечаешь за них. Как зовут?
- Николай.
- Бабки сдаете Николаю! Жалуетесь ему или непосредственно нам, или нашим
людям. На этом все. - Распускаю собрание.
- Завтра внесете и за сегодняшний день!
Таксисты расходятся. Остаемся с Николаем обговорить, где с ним будем
встречаться. Затем отваливаем с вокзала. Волк
всю дорогу дурачится. Настроение у него весеннее.
- Может, тогда и аэропорт сделаем? - предлагает он.
- Аэропорт чуточку позже, - киваю я. - У меня к ним особые счеты...
Едем в сторону рынка. Наезжать здесь пока не будем. Стоит сначала
присмотреться. Мы еще не знаем местной кухни и
сколько команд на рынке работает. Но скоро будем знать все. Ходим,
присматриваемся. Перед рынком много точек и
ларьков. На самом рынке также имеются и открытые торговые ряды, и большое крытое
помещение. На территории есть
разливухи, шашлычные, в общем, вся развитая инфраструктура торговли.
Возвращаемся к машине.
- С наскока будет не взять, - хмурится Волчара. - Это не вокзал.
- Да и вокзал пока не весь наш, - соглашаюсь с ним.- Но завтра, мне
думается, У нас прибавится народу.
Цыган кивает.
- Придется здесь повоевать, - заключает он. Я тоже в этом не сомневаюсь. Но
какими силами и жертвами мы сможем
достигнуть своего превосходства?
Мое внимание привлекает девушка, рассматривающая какие-то тряпки возле
уличного прилавка.
- Подожди в машине... - говорю приятелю.
Цыган понимающе улыбается.
- Давай попробуй... - хмыкает он. Подхожу. Девушке лет двадцать. Она
высокая и стройная. Длинный плащ лишь слегка
скрывает ее изумительную фигуру. Но я угадываю под ним все, что мне интересно. У
девушки длинные каштановые волосы,
которые очень красиво лежат на спине, доставая ровно обрезанными концами почти
до талии. Личико у нее просто
кукольное.
- Девушка, ради Бога, извините меня... - обращаюсь к ней. Она тут же
поворачивается, приподнимая в немом вопросе
красиво изогнутые брови. - Вы не могли бы мне подсказать, где можно купить
кривую турецкую саблю? Вопрос жизни и
принципа... В моем дворе меня поджидает каждый вечер стая голодных и злых собак,
которые не боятся ничего, кроме
изогнутой янычарской сабли. Я пытался откупиться от них последней пластинкой
Аллы Борисовны Пугачевой, но они ничего
не понимают в музыке. - Я несу полную околесицу. Девушку это забавляет, и я
продолжаю: - Когда я был смелым и
отважным летчиком, я не боялся никаких кошек, а позавчера завистники прокололи
шестое колесо моего доблестного
самолета, и теперь без винта он не может плавать по Енисею даже вниз по
течению... И это все дикие кошки, которые живут
и жаждут моей крови! Но если бы не все вышеуказанные хищные грызуны, я,
наверное, никогда бы не познакомился с такой
прелестной и очаровательной девушкой, как вы. Не сомневаюсь, что с вашим
удивительным и добрейшим характером вы,
как истинная принцесса, которой нет в мире равных, не откажете бедному и
измученному штормами моряку в высокой
милости и чести быть достойным и посвященным рыцарем вашего бесценнейшего
платка, а также удивительного имени, о
лучезарная леди, приносящая людям счастье, и я вечно буду хранить это, как
волшебный талисман, на груди у сердца, а
также номер вашего достославного и уважаемого телефона...
Девушка хохочет, чуть не сгибаясь пополам. Приятно, что она не страдает
отсутствием юмора.
- Ой, не могу! - говорит она, немного успокоившись и вытирая платком
выступившие от смеха слезы. - И откуда же вы
такой, удивительный рыцарь?
Я что-то плету дальше и слегка притормаживаю, когда вижу, что девушка скоро
начнет заикаться от смеха. У нее уже и
так потекла тушь. Знакомимся мы быстро. Я сопровождаю Анжелу, так зовут мою
новую знакомую, по рынку, комментируя
все, что нам попадается по пути и на что Анжела обращает внимание. Она уже
стерла тушь, так как не может подводиться
ежеминутно, и половину дороги идет согнувшись пополам от смеха.
- Я вас прошу, Антоныч, - умоляет она, держась за мой локоть, - хоть на
минуту прекратите ваши комментарии! У меня
уже болит живот!
Анжела мне чертовски нравится. Я ни за что ее не упущу. Помогаю ей сделать
какие-то продовольственные покупки и,
нагруженный, как ишак, волоку все это добро с рынка. Я собираюсь проводить
Анжелу, и она не возражает.
- Скажите, Анжела, вы бы хотели меня видеть больным, несчастным, полу
калекой, - интересуюсь у нее.
- Конечно же нет! - улыбается она, ожидая подвоха.
- Отлично! - облегченно вздыхаю я и тут же ловлю такси. Такую гору покупок
может везти только железный конь.
До дома Анжелы не так далеко. Он находится в центре, и я, проклиная все на
свете, но молча, затаскиваю груз на третий
этаж.
Открывает нам мать девушки. Сгрузив все в коридоре и поздоровавшись с мамой
Анжелы, пытаюсь тут же слинять. Меня
пробуют задержать и оставить на чай. Я же, помня о несчастном другане, который
сторожит нашу машину, нахожу повод
все-таки уйти. Анжела дает мне номер своего телефона. Я заверяю, что позвоню не
просто на днях, а даже раньше. Я уже
понимаю, что девушка будет ждать моего звонка, чего я и добивался.
Сматываюсь вниз и спешу к рынку. Цыган вроде не успел соскучиться.
- Ну ты и поговорил с ней, - смеется он. - Даже мне стало интересно.
- Так ты, змей, подслушивал, что ли?!, - удивляюсь его пронырливости.
- Я просто рядом случайно оказался, ну и послушал слегка, - оправдывается
приятель. - А как ты будешь с ними со всеми
справляться? - хитро интересуется он, имея в виду и наших подруг.
- Поясняю для малоимущих, в смысле мозгов: есть телки, а есть девушка для
души.
- Понял, - хохочет цыган.
На следующий день к трем часам подтягиваемся к городскому парку. Издали
замечаю толпу у высоких створок ворот.
Цыган на этот раз идет со мной. Парни, как у них, видимо, принято, одеты поспортивному.
Болтают между собой, жуют
мороженое.
- Чем бы мог вам помочь? - интересуюсь, подходя к ним.
Парней собралось действительно десять человек. Спортивные вразнобой
здороваются.
. - Вам, Антоныч, вчера Вадим передал, что мы хотели бы присоединиться к
вам? - говорит рослый крепыш, у которого
грудные мышцы выпирают, как третий номер у телок. Шея у него почти с ляжку моей
ноги.
- У вас же была своя команда? - удивляюсь я.
- Теперь вот получается, что нет... - пожимает плечами бычок. - Мы хотели
бы работать с вами. У вас все быстро. Раз - и
дело сделано... - Остальные пацаны кивают, подтверждая слова своего приятеля.
- В серьезных делах и должно быть все по-серьезному, - говорю им. - Не
должно быть только ни грана колебания, когда
ты решил делать дело. А если достал ствол, чтобы стрелять, - тогда стреляй...
- Да мы все понимаем, - опять за всех говорит здоровяк. - Но у нас...
это... лидера нет... А как вы работаете, мы видели. Мы
хотим так же...
Что тут сказать? Нужно подбирать этих пацанов, иначе они начнут делать все
самостоятельно, основываясь на уже
увиденном. Теперь-то им точно не захочется особо махать руками, так как легче
нажать на курок, и эффекта от этого будет
гораздо больше...
- Пойдемте в парк, там где-нибудь поговорим, - предлагаю всем.
Знакомство у нас состоялось. Я разбил парней на две пятерки. Одной будет
руководить здоровяк с бычьей шеей по имени
Леха, а второй пятеркой займется начинающий каратист Петр. Разговор получился
долгим. Я особенно не распространялся,
как у нас и что, сколько людей.
Им вообще знать этого не следует. А вот парни рассказали нам много
интересного. Такую информацию за пару дней
самостоятельно не добудешь. Для этого нужно родиться в этом городе и здесь же
вырасти. Теперь я точно знаю, кто и как
курирует рынок, аэропорт и другой развивающийся в городе бизнес. Теперь мы можем
строить более конкретные планы и
приводить их в исполнение. Самое интересное, что никаких серьезных команд
попросту нет! У нас практически нет
конкурентов. Превосходное открытие. Я определяю место, где мы будем встречаться,
и назначаю ответственных, кто будет
снимать деньги с вокзала.
У парней на всех одна машина, такая же "жулька", как и у нас, только шестой
модели. Поэтому тут же отправляю Волка с
Петром и еще одним парнем, у которого есть права, чтобы купили еще две машины.
Обозначаю ребятам то, чем я планирую
заняться в ближайшие дни и что они должны посмотреть уже сегодня.
Забираю с собой Леху. Едем на вокзал, где я показываю ему, у кого он должен
забирать деньги. Знакомлю Леху с
бригадиром таксистов, а затем по новой представляю его Вадику, но уже как своего
человека. Затем снова едем с ним в
центр. Парни все. так же ждут нас в парке.
Я уже выяснил, сколько они зарабатывали с их Андрюшей, и вконец удивился.
Оказывается, их лидер почти ничего не
платил парням из своих денег и они не занимались рэкетом, а только считались
охраной при Андрюшиных точках. Лехе,
правда, перепадало иногда на зарплату рублей двести-триста, но все остальные
жили лишь надеждой на какие-то более
светлые для них времена. Вадик на самом деле не являлся хозяином салона, но
сейчас он уже и есть настоящий его хозяин.
Так сказал я, так и будет.
Дожидаемся, когда приедут ребята на новых машинах. Денег у нас сейчас с
Волком хватит, чтобы купить каждому из них
по тачке, но это пока будет лишним. Они должны сначала показать себя в деле. Я
уже убедился, что пацаны мне попались
путевые, только еще не набравшиеся необходимой наглости и дерзости. Драться они
умеют все, но сейчас важно научить их
другому. То, что происходит в нашей стране, наводит меня на мысль, что скоро
начнут поливать из стволов на каждом углу.
Делить будем сферы влияния более серьезных масштабов и более крутых, нежели
сейчас, коммерсантов. Уже делим. Но пока
еще не слишком интенсивно...
- Антоныч, - обращается ко мне Леха, когда мы сидим на скамейке и слушаем
треп одного из парней, который увлеченно
рассказывает о каком-то новом фильме, где играет некий Джеки Чан, и заверяет
нас, что этот Джеки гораздо круче Брюса Ли.
Пацаны ему не верят, но парень божится, что вчера сам видел этот фильм в
видеосалоне аэропорта. - А ты и твой приятель
Волк - это и все, что у вас есть?
Похоже, Леха нас с цыганом раскусил. Парни услышали важный для них вопрос и
напряженно ждут моего ответа. В
принципе можно и поговорить об этом.
- Да. Здесь работаем пока только мы вдвоем, - признаюсь я. - Теперь к нам
примкнули и вы. Значит, бойцов уже хватает. Я
говорил о банде Волка, потому что это звучит красиво. Вы ведь схавали? - Парни
улыбаются моим словам.
- Лихо вы работаете вдвоем! - говорит один из них.
- Волк - цыган, но не из Красноярска. Тем не менее мы можем в любое время
выставить больше ста стволов, - говорю я и
не вру. Это было обещание экстренной помощи от Барона. - Здесь вы все решали с
помощью бойцов. Так? - Леха кивает. - Ну
вот, а теперь будем решать с помощью стволов. Все понятно?
Моим словам парни верят безоговорочно. И правильно делают: шутить в таких
делах я не намерен.
Наконец-то приезжает Волчара, и мы идем смотреть новые машины. Парни сами
распределят, кто и как будет на них
рулить. Толпа довольна. Кажется, у нас появляется настоящая бригада.
- У кого-нибудь из вас есть волыны? - спрашиваю я Леху, пока его спортсмены
обживают машины. Кто-то уже пробует
прокатиться.
- Нет: Были только предложения, но все как-то не было денег, - смущается он
явной неплатежеспособностью их команды.
Подзываю Волка и забираю у него все бабки, оставшиеся от покупки машин.
Достаю свои и выделяю каждому пацану по
пятьсот рублей. Ребята довольны и счастливы. Теперь у них есть деньги и они уже
чувствуют себя членами команды, а никак
не ущербными сосунками.
- Теперь, как только найдете продавца, сразу ко мне, - предупреждаю Леху. -
Пора вам вооружаться.
- Так хоть сейчас, - улыбается парень во весь рот. - Я знаю одного вояку,
он продает "тэтэшки" со старого склада. За один
ствол просит пятьсот рублей! Но можно поторговаться и скинуть сотни полторы.
Смотрю на Волка. Цыган серьезен и кивает мне. Что ж, надо покупать.
Отправляю Волчару домой за деньгами. Он едет на
новой "жульке" с Петром. "Жигули" парни купили, конечно, не новые, подержанные,
но в хорошем состоянии, покупали их
по доверенности, так что госномера на танках имеются.
На улице уже стемнело, но народу не убавляется. Тепло. Скоро лето, и у всех
отличное настроение. У меня, во всяком
случае, точно.
Приезжает Волк, и рулим всей кодлой к дому вояки. Леха уходит
договариваться. Скоро возвращается и зовет меня.
Военный живет в своем доме на горе.
- Куликов, - представляется он. - Геннадий Трофимович.
Называюсь. Странно, вояка ничего не боится и, похоже, считает продажу
стволов неким современным кооперативным
бизнесом.
- Сколько есть? - интересуюсь у него.
- Двенадцать единиц! - по-военному рапортует Куликов.
- Заберу все, но по триста пятьдесят, - объявляю ему свою цену. - Плюс по
две коробки патронов к каждому стволу.
Куликов задумывается. По пятьсот он гонит в розницу, если так можно
выразиться, и должен понимать, коммерсант
хренов, что оптом всегда дешевле. Но даже если он сейчас не согласится, я все
равно заставлю его отдать все стволы, только
это будет уже совсем для меня бесплатно. Мне нужно вооружить свою команду, и я
это сделаю.
- Хорошо, - принимает решение вояка. - Пусть будет по триста пятьдесят.
Он проходит в коридор. Идем за ним. Мужик открывает подпол и лезет вниз.
Вскоре в коридоре появляется деревянный
ящик, в котором в промасленных бумагах лежат "тэ-тэшки" и к каждой по две
обоймы. Очень удачно мы заехали. Куликов
достает пачки патронов. В каждой пачке по семьдесят штук. Я даже заметил одну
пачку с трассирующими пулями и забрал ее
себе. Пригодится, если придется влепить в какую-нибудь емкость с горючим...
Рассчитываюсь с военным.
- И вот еще что, Геннадий Трофимович, - говорю ему напоследок. - Кому вы
продавали стволы кроме нас?
- А это уже, молодой человек, коммерческая тайна, - хмыкает вояка, бросаясь
новыми для страны словами. Военной
тайны, наверное, уже нет.
- Так вот. С этого дня вы будете продавать мне все, что у вас накопится, -
поясняю ему. - Для всех остальных вы уже не
занимаетесь этим делом, - объясняю его новый статус как моего поставщика. - Если
я узнаю, что хоть один ствол ушел на
сторону из ваших рук, я лично вас пристрелю, Геннадий Трофимович. Можете мне
поверить на слово, именно так все и
будет...
Вижу, что Кулик растерялся. Теперь он не имеет того славного и бравого
вида, какой имел в начале нашего разговора.
- Но так ведь нельзя, - мямлит он. - Это ведь не по-деловому...
- Как раз таки наоборот, Геннадий Трофимович, - уверяю его. - Именно это и
есть настоящий деловой подход в таком
деле. Во-первых, я покупаю все, что у вас будет появляться, все, что вы только
притащите в свое логово. А во-вторых, и
самое главное, вы не нарветесь на лжепокупателей, которые вас в лучшем случае
искалечат, а в худшем... Да и к ментам в
лапы не попадете. И я имею в таком случае собственную гарантию, что вы меня не
выдадите, моих людей, ну и прочее. Так
что решайте, Геннадий Трофимович.
Вояка озадаченно трет стриженый затылок ладонью.
- Значит, вы будете забирать все? - еще раз переспрашивает он.
- Точно, - подтверждаю я.
- Тогда у меня, кстати, еще штук пятнадцать гранат есть, - тут же выдает он
новое предложение. - РГД, пятерочки.
Переглядываемся с Лехой, и я смеюсь:
- Отлично, господин Куликов. Ваша цена?
- По сто рублей за штуку. Но это я уже и так сбросил.
- Пусть будет по сто. Тащи их сюда! Мы уходим, обремененные тяжестью
железа. Тут же раздаю стволы всей команде и
по гранате каждому. Ребята просто обалдели от подобной экипировки.
- Почистите стволы, испытайте за городом, - рекомендую я. - Вот это будет
мой ствол, - показываю Лехе пистолет,
который отобрал для себя. - Почисти его и пристреляй.
Леха довольно кивает и, забрав мою волыну, лезет за руль.
Возвращаемся в город, и я отпускаю всех отдыхать. На сегодня все.
- Телок приглашать будем? - интересуется Волк, когда мы остаемся одни и
едем к нашему дому.
- Я хочу продолжить знакомство с Анжелой, - говорю ему серьезно. - Ты
можешь заниматься своей козой, но Машу
сегодня не тащи к нам. Мало ли.
Волк ухмыляется, но молчит. Отвожу его к дому и после еду снова в город.
Нахожу работающий телефон. Звоню Анжеле.
Кстати, приходит мысль: нужно будет позаботиться о рациях. Вопрос для нас
немаловажный. Анжела дома и принимает мое
предложение погулять на сон грядущий. Заезжаю за ней. В прошлый раз я плохо
разглядел ее квартиру, да и вообще...
Родители Анжелы в сборе. У них есть еще и .собака, смешная, кривоногая такса.
Квартира довольно просторная и находится
в старом доме. Папик у Анжелы заметно держит себя в форме. Он строен и подтянут,
хотя ему уже не меньше пятидесяти.
Мать Анжелы моложе своего мужа лет на десять и так же, как и все в их семье,
заботится о своей внешности. Ничего не могу
сказать о ней, только то, что она очень красивая женщина, хоть и в годах. На
этот раз меня сажают за стол. Еще только
девять вечера, так что, думаю, у нас с Анжелой будет время, чтобы остаться
наедине.
Естественно, меня выспрашивают: кто я такой и чем занимаюсь в этой жизни.
Естественно, я вру, что являюсь
современным представителем развивающегося капиталиста, то бишь кооператором. Не
совсем, конечно, вру, но и не
признаюсь, что у меня банда рэкетиров. Шучу в меру, рассказываю какие-то веселые
небылицы. В общем, за час беседы за
столом и чаем я вижу, что родители Анжелы расслабились на мой счет и вполне
довольны состоявшимся знакомством.
Наконец мы собираемся выйти в город. Я говорю, что подожду Анжелу у подъезда, и
спускаюсь к машине. Пока она
одевается, ее родичи наверняка выскажут ей свои мысли в отношении меня.
Анжела появляется из подъезда через десять минут. Ну что за прелесть эта
девочка. Она одета так... Просто куколка, одно
слово. Полной неожиданностью для нее оказывается то, что я на своих колесах.
Едем кататься по городу. На часок
заруливаем в ресторан, где неплохо ужинаем с шампанским. Во время танца я целую
Анжелу, и она отвечает мне, но как-то
неумело. Не так, как обычные мои девки.
Выясняется, что Анжеле восемнадцать лет и она осенью собирается поступать в
университет. Мама, как она сказала, ведет
домашнее хозяйство, а папа какой-то ответственный работник на государственных
должностях. Семейка у них, можно
сказать, обеспеченная. В машине я вновь занимаюсь Анжелой, но когда дело доходит
до исследования руками всех прелестей
девушки, она тут же отстраняется.
- Не надо, Антоныч, - просит она. Щеки у нее пылают, и дышит девушка
прерывисто. - Я пока не могу. Пожалуйста, не
обижайся на меня.
Мне ясно одно, что Анжела еще девочка, а значит, я сегодня пролетаю, как
фанера над известным европейским городом.
Ну что ж. Отсутствие результата - тоже результат. Нежно целую свою невинную
подругу и с новой силой шучу и балагурю,
пока мы катаемся по Красноярску. Девчонка уже забыла о своей неловкости и
ухохатывается до слез.
В двенадцать часов доставляю Анжелу прямо к порогу ее квартиры. Нежное
прощанье - и в темноте сматываюсь: меня
уже замучил "стояк". Несусь к общаге и выдергиваю оттуда заспанную Машу. На
полпути к дому Маша играет мне на
"флейте". Когда наконец мы добираемся до квартиры, замечаю хитрые глаза Волка,
выглядывающего из своей спальни, и
кидаю в него пачкой сигарет: не хрен улыбаться моей сегодняшней невезухе. Но
самое интересное, что я ничуть не огорчен.
Анжела все равно будет моей, пусть для этого понадобится год. Меня зацепила эта
девочка, и с признаками страха в душе я
чувствую, что зацепила серьезно. Поэтому, чтобы отогнать от себя странные мысли,
...Закладка в соц.сетях
