Жанр: Детектив
Дамский гамбит
...л сильное
сексуальное возбуждение от смакования интимных подробностей чужой жизни.
- И она еще смеет являться сюда, - подал со своего места голос Родя.
Его блеяние словно разбудило Полину. Она вперила взгляд в парня и бросила:
- Лучше расскажи, чем ты сам занимался две-; недели назад "У Ильи" с белобрысой
девкой.
Родя, как задыхающаяся рыба, приоткрыл рот, и его глазки за стеклами очков
заметались, Светлана переместила свой горящий взгляд на жениха.
Запоздало Полина поняла: она сама нанесла племяннице сильный неожиданный удар.
С ожесточением сражаясь за девушку, они лишили опоры ее душу.
- Ты лжешь, - наконец выдавил Родя.
- Да что ты, мальчик! - усмехнулась Полина.
- А если я покажу твоим названым братцам фотографии одной сладкой парочки? Как
думаешь? Им понравится?
- Незаконная съемка, - промямлил Родя. - Статья 137 Уголовного кодекса - нарушение
неприкосновенности частной жизни. Год исправительных работ или штраф 200 тысяч
рублей.
- Как испугался! - подначила его женщина.
- Молчи, грешница! - пришла на помощь сыну мать.
- Это вам лучше помолчать о грехах и уголовной ответственности, - парировала
Полина. - Вспомните стариков, которых сделали бомжами.
Мать Родиона и отец Анастасий быстро переглянулись. А парень нервно взвизгнул:
- Не думай, что перехитрила нас. Сперва найди Васю, а потом грози!
Мать и НУ одновременно зло предупреждающе уставились на Родиона. Тот мгновенно
стушевался и замолчал.
- Для этого есть милиция, - Полина почувствовала, что спасительное спокойствие
наконец-то вернулось к ней. Голос женщины звучал холодно и твердо:
- Если там узнают о Васе и других, на вас повесят все исчезновения людей в городе за
последние пять лет.
Тишина в черном зале загустела. Ее нарушало лишь потрескивание дров в пасти
камина.
- Дайте нам уйти, - просьба Полины прозвучала как ультиматум.
Полина предложила ждущим сделку: свое молчание об их преступлениях в обмен на
свободу племянницы.
Отец Анастасий защелкал бусинами коричневых четок. Он углубился в это занятие и
словно забыл о присутствующих. Толстые пальцы двигались зло, сильно. Мать Роди
негромко кашлянула в своем углу. НУ медленно разлепил алые губы:
- Идите. Мы никого не держим. Нам не нужны грязные и заблудшие.
Полина подавила вздох облегчения. Теперь осталось самое трудное - уговорить
Светлану. Кивнула:
- Пойдем!
Девушка мгновение колебалась. Всхлипнула и осмотрела угольные стены зала, трех
глядевших на нее голодными глазами людей. Быстро наклонила голову и бросилась к
тетке. Та крепко схватила девушку за руку, и обе чуть ли не бегом бросились из особняка.
До конца не веря в удачу, Полина гнала "девятку", словно спасалась от несущейся по
пятам смертельной опасности.
Женщины вошли в квартиру. Полина понимала ненадежность этого убежища. Светлану
надо спрятать подальше от преступных братьев. Иначе те в любой момент могут
предъявить свои права на мятущуюся душу девушки. Полина дотронулась ладонью до шеи:
- Послушай! Сейчас нам лучше всего уехать их города. Поживем у меня некоторое
время. Николаю напишем записку. Ключ у него есть. Ах да!..
Ты же поменяла замок. Ну ничего, ключ для него оставим у соседки. Ты.., согласна?
Девушка, вместо того чтобы дать ответ на вопрос, с покорной тоской сообщила:
- У Родиона есть ключ от квартиры.
Полина постаралась не выдать своего замешательства:
- Ничего страшного. Сейчас я вызову мастера.
- Записываем вас на завтра, - обрадовал ее диспетчер.
- Но мне нужно сегодня, а не завтра. Срочно! - возмутилась Полина.
- Мало ли что кому нужно. У себя на работе командуйте.
- Я хорошо заплачу, - попыталась добиться своего женщина.
- Нам все платят. Мы за так никому не делаем, - хмыкнуло бездушное существо и
опустило трубку.
Ругнувшись про себя, Полина начала собирать вещи. Светлана словно неохотно
помогала ей. Бестолково ходила из зала в спальню, перекладывала с места на место вещи.
Резко зазвонил телефон.
- Не бери трубку! - крикнула тетка и бросилась наперерез племяннице. Стоя на пути у
девушки медленно проговорила, точно надеясь, что так ее слова лучше дойдут:
- Не нужно. Мы ведь ни от кого не ждем звонка? Ну вот.
Светлана вернулась в спальню. Телефон подавал голос еще несколько раз. Женщины
каждый раз при этом вздрагивали и замирали, словно слышали сигнал подступающей
беды.
- Ничего. Завтра не позднее обеда мы будем уже в пути, - повторяла Полина, пытаясь
успокоить то ли себя, то ли племянницу.
Однако, когда на другой день женщина выглянула в окно, ее окатила тошнотворная
волна страха: они опоздали. У машины Полины с озабоченным видом крутился
прямоугольный следователь. С отвратительной ясностью женщина поняла, что опять
проиграла. Ждущие не выпустят их из города.
В дверь раздался настойчивый звонок.
Хозяйки испуганно, как преступницы, переглянулись. На негнущихся ногах Полина
пошла открывать.
- Я к вам опять с вопросами, - сообщил Егорычев, усаживаясь в кресло. - Вчера полдня
звонил - не дозвонился.
- Мы были в гостях, - улыбнулась непослушными губами Полина, тоже опускаясь на
стул.
- Вы, я вижу, машину в ремонт отдавали.
- Да, - равнодушно отозвалась женщина, терпеливо дожидаясь, когда же мент перейдет
к делу.
- Это не после того ли он понадобился, как вы Юдина сбили?
Полина уставилась на Егорычева недоумевающим взглядом:
- При чем здесь Володя? Машину мне изуродовали подростки, потому что я по
глупости оставила ее на улице.
- А почему именно вашу? Их возле домов вон сколько стоит.
- Да. Но... Я приезжая... Видимо, решили, что можно... Не знаю.
- А в милицию вы заявляли?
- Да какой прок от нашей милиции!
- Зря вы так, Полина Александровна. Прок есть. И весьма немалый. И есть люди,
которые нам доверяют Вот вчера в дежурку позвонил человек и сообщил, что именно на
вашей машине был сбит Юдин. Правда, свидетель утверждает, что за рулем сидела
Светлана, - Егорычев повернулся к девушке, и та испуганно сжалась под его взглядом. -
Видимо, обознался в сумерках.
Полина почувствовала, как пальцы покалывают ледяные иголки страха. Она сказала
сухим изменившимся голосом:
- Анонимный звонок - это несерьезно.
- Почему же анонимный? - следователь довольно усмехнулся. - Звонивший
представился.
Уважаемый человек. Ветеран труда.
- И кто же этот лжесвидетель?
- В свое время узнаете.
- Но все-таки мне просто интересно, где гражданин пенсионер мог встречаться с
восемнадцатилетней девушкой. Он, как я поняла, хорошо ее знает.
- В одной общественной организации.
- Не у ждущих ли? Еще один выживший из ума старик, который и свое-то имя помнит
плохо.
Ноль - цена вашей информации. У вас нет и не будет доказательств. Мало ли кто что
выдумает!
А я скажу, что вы пытались меня изнасиловать.
Мужчина и женщина с открытой ненавистью смотрели друг на друга. Из своего угла за
ними со страхом наблюдала Светлана.
- Вы всегда отличались особенными шутками, - ощерил Егорычев в подобии улыбки
рот, и его прямоугольное лицо утратило симметрию. - Но не волнуйтесь,
доказательствами мы запасемся.
Некоторые у нас уже наготове. Например, перед смертью Юдин сообщил одному
своему товарищу, что вечером собирается встретиться с женщиной с красивым русским
именем.
Полина чуть не вскрикнула протестующе: "Он со мною не договаривался. Только
собирался". Но под испытующим взглядом Егорычева прикусила язык. Следователь еще
посидел молча, словно дожидаясь чего-то. Встал. Полина судорожно вздохнула, ясно
осознавая, что его нельзя отпускать начиненным неприязнью и подозрениями. Она
должна заставить это прямоугольное существо изменить направление движения.
- Послушайте... - голос ее запал, и женщина приостановилась, несколько секунд
собиралась с силами. - Послушайте... Вы не там ищете. Не там!
Юдина убили ждущие. Они преступники. Братья заставляют стариков продавать
квартиры и делают их бомжами. На днях инвалида детства Васю Трунова они сплавили в
Володарск. Он на Кирова жил. Проверьте! Володя раскопал их преступления.
Егорычев снисходительно смотрел на собеседницу.
- Вас, Полина Александровна, очень недобрым словом поминают наши оперативники.
Мы ведь Дудкину нашли. Знаете, где она? У любящих родственников...
"Сидит в постели и чай с малиновым вареньем попивает!" - пронеслось в голове у
женщины.
- Соседи Дудкиной дали ее племяннице знать, что бабуся малость умом поехала. Та
сюда и принеслась. Домик Дудкиной быстренько продала, а старушенцию с собою в Орел
увезла. Вот и весь детектив.
- А Дергунова вы нашли?
- Вы, наверное, думаете, что у милиции дел больше нету, как бумаги с места на место
перекладывать?
Егорычев красноречиво посмотрел на часы.
- - Погодите! - попыталась остановить его Полина. - Найдите Трунова. Я своими
глазами видела, как его увозили ждущие.
- Вот разберемся с убийством Юдина и о-бяза-тель-но вашу личную просьбу
выполним.
- Да послушайте! - крикнула, уже не сдерживаясь, Полина. - Что же вы глаза на
преступления закрываете?! Вам же на подносе все подали.
Так и будете до старости с папкой по улицам бегать, служебные ботинки бить! Высоко
с таким усердием не взлетите!
Мент приостановился. Прямые линии его лица затвердели. Егорычев открыл рот, но
усилием воли справился с гневом. Резко повернулся и направился к выходу. В прихожей
кивнул на дорожные сумки:
- Вы куда-то собрались?
Полина растерянно оглянулась на племянницу.
Сила истаяла в ней, напускная уверенность исчезла. Женщина чувствовала свою
зависимость от этого сухого молодого человека, приготовившегося запереть перед нею
ворота города.
- Да, - почти прошептала Полина. - Мы хотели поехать ко мне.
- Придется повременить.
Егорычев ушел, улыбаясь.
"А вдруг он тоже из банды ждущих! - обожгла Полину жуткая мысль. - И эта история
пойдет по сценарию ужасного фильма Полански. Все в городе, к кому бедная Розмари
бросалась за помощью, оказывались дьяволопоклонниками". Впрочем, вряд ли
прямоугольный сухарь входит в новое братство. Полина вспомнила, с каким
удовольствием он уминал вареники и как несколько минут назад, пребывая еще в
довольно мирном расположении духа, украдкой поглядывал на Светлану.
Женщина устало опустилась на диван.
- Что будем делать? - беспомощным голосом спросила племянница.
- Подожди минутку! Дай мне собраться с мыслями.
Что они будут делать? Полина ясно понимала, что двум женщинам не по силам
выбраться из хитрой ловушки. Единственное, что можно предпринять - найти настоящего
убийцу Юдина. Она уже пыталась сделать это. Но не смогла. Значит, все закрутится
опять. Слежка, выяснения, расспросы свидетелей. Женщина задумчиво посмотрела на
племянницу. И начать придется с этой русоволосой девушки напротив.
- Света, - Полина до боли сжала руки, - расскажи мне.., если можно.., куда ты ездила в
тот вечер.., когда убили Володю?
Светлана вздрогнула и даже отодвинулась от тетки.
- Не подумай, что считаю тебя в чем-то виноватой, - больная улыбка изломала рот
Полины. - Но ведь мы не сможем защитить себя, если перестанем доверять друг другу,
скрывать важное.
Светлана опустила взгляд и быстро произнесла:
- Мне Родион позвонил. Сказал, что нужно поговорить. Он привезет из типографии
листовки.
Но.., не хочет с тобой встречаться. Родион просил его подождать на углу Суворова.
Сказал: возьми тетушкину машину, а то реклама вымокнет. Я ждала его минут двадцать А
потом подошел Проша и сказал, что Родион очень занят, чтоб я домой ехала.
- Кто это Проша?
- Он не совсем чтобы из наших. Проша маленький еще. Ему лет двенадцать. У него
мать пьет сильно, И Прошка часто к нам прибегает. Его отец Анастасий овсяной кашей
подкармливает.
"С таблетками", - добавила про себя Полина.
Женщины молчали. Обе думали об одном: улица Суворова в сотне метров от места, где
какой-то лихач лишил жизни Юдина.
- Он тебя подставил, - тяжело вздохнула Полина. - Интересно, по собственной
инициативе или по чьей-то подсказке?
- Ты думаешь, Родион?.. Нет. Это случайное совпадение...
Полина молчала.
- Но зачем?!
- Чтобы крепче тебя держать. Они, наверное, все там повязаны.
- Тетя, в общине есть неплохие ребята. Правда!
- Да?
- Просто у них что-то не заладилось в жизни.
Отец-алкоголик, или в тюрьме, или с жиру бесится.
А у некоторых даже дома своего нет. Вот Сергей сидел, правда, раньше. Но он просто
ошибся. Теперь раскаялся. Ведь такое возможно?
Да. А сейчас бывший зэк ошибся во второй раз.
И снова - по-крупному. Раскаяние непостижимым образом привело его к новым
преступлениям.
Впрочем, надо подумать не о будущем незнакомого грешника, а о собственном и
племянницы. Полина попыталась загнать ждущих в угол. Но те извернулись. И вот уже
она сама стоит, ощущая затылком холод стены.
Накануне Полина выложила все свои козыри.
Ждущие внимательно рассмотрели их, и юрист Родя авторитетно заверил братьев по
исканиям: фальшивка. Действительно, тех самых доказательств, что Полина недавно так
настойчиво требовала у молодого сыскаря, у нее самой нет.
- Тетя, - вывел женщину из задумчивости прерывающийся голос племянницы.
- Что? - рассеянно отозвалась Полина.
- Нам нужно рассказать Егорычеву, что в тот день выезжала я.
- Ни в коем случае! - подскочила женщина. - Это сразу сделает нас уязвимее. Ты
напрямую связана с убитым, так что тебя легче пришить к делу. И вообще. Если уж дал
показания, то лучше не отказываться от них. Вот я, например, на работе уговариваю
клиента визуально изменить площадь квартиры с помощью цвета. А когда все уже
сделано, вижу, что получилось не очень. Но я же не сообщаю человеку о своих сомнениях
- продолжаю расхваливать желто-сине-красные комнаты...
На мгновение Полина умолкла, вспомнив, что она уволена и ей больше не придется
внушать что-то клиентам. Воспользовавшись заминкой, опять подала голос племянница:
- Но это не одно и то же.
- Вот именно! Здесь дело гораздо серьезнее.
Поэтому не вздумай кому-нибудь рассказать правду! Слышишь? Я тебе запрещаю!
Полина выпалила это безапелляционным тоном, в то же время пытливо вглядываясь в
лицо племянницы, словно спрашивая: имею ли я право приказывать тебе? Девушка
неуверенно выдавила:
- Но я боюсь... Если наши узнают, что ты сказала Егорычеву - меня они не тронут, а
тебя...
- Побоятся со мною связываться.
Полина говорила так для племянницы. Сама-то она не сомневалась: если эту
информацию получат ждущие, то костьми лягут, но выбьют для сыщицы квадратный метр
тюремной площади. А сами тихо-мирно обоснуются здесь.
Полина закурила.
- Что же делать?! - опять всхлипнула Светлана.
- Искать настоящего убийцу, не сухари же сушить.
- Тетя, я серьезно.
- Я тоже. Давай-ка вместе порассуждаем... Но прежде ответь мне еще на один вопрос.
Какие обязанности были у тебя в общине?
- Раздавать листовки.
Полина пристально посмотрела в ясные глаза напротив. В голове пронеслось
предупреждение Рязанцева: "А вы не боитесь, что на скамье подсудимых окажется и ваша
племянница?"
- А за стариками ты ухаживала?
- Нет.
- Но встречалась с ними на собраниях.., или как там.., лекциях?
Девушка снова отрицательно покачала головою.
- Раньше, говорят, пенсионеры их сами посещали. До меня. А потом Отец Анастасий
сказал, что грех утруждать больного. Ребята стали к старикам домой приходить. Вообще,
каждый только за свою работу отвечал. И ничего о ней другим не рассказывал Правила у
нас такие.
Умно! Конспирация на высшем уровне. Одна группа понятия не имеет, что творит
другая. Если вдруг кто-то проколется, остальные братья об этом и не узнают. Вот и
Светлана не может сообщить ничего, кроме обрывочных бесполезных сведений.
- И все-таки где-то тебя заслуженный свидетель видел. Подумай! С кем из братьевстариков
ты встречалась?
Минут пять Светлана старательно думала. Однако так ничего и не вспомнила.
- Один раз я с Родионом ездила на Ленина.
Посылочку от Учителя передавала. Но того старика даже по имени не знаю.
- Проверим. Дом ведь найдешь? Теперь еще.
Кто, кроме Щеглова, был близким другом Володи?
- Только Рома.
- Нет Должен быть еще человек. Ну подумай.
- Может, Гоша Литвинов? Они в школе очень дружили. Гоша - медалист и весь такой...
Вроде Гарри Поттера.
- Вот уже не подумала бы, что Володя себе таких товарищей выбирал.
Светлана с легким упреком посмотрела на тетку:
- Володя был умным и очень хорошим. Но просто с ним вдруг что-то произошло. Он
очень сильно изменился.
"С нами со всеми что-то произошло", - вздохнула про себя Полина - Ну что? Поедем к
твоему Гарри Поттеру?
Гоша Литвинов - тихий худой юноша с умным взглядом карих глаз - Полине
понравился. Но она не осмеливалась обратиться к нему на "ты". Без сомнения, юный мозг
Литвинова полон богатейшими знаниями, которые для большинства его сверстников
недостижимы Только насчет Гарри Поттера Света зря. Вряд ли Гоше понравилось бы
сравнение себя с простеньким литературным образом. Литвинов, наверное, любит
Достоевского или Харуки Мураками.
- Жалко Володю, - сказал Гоша, пристально глядя на Полину. - Мы, к сожалению,
после школы с ним почти не общались. И вдруг он позвонил, спросил: "Сколько дают за
создание новой религии?" Я ведь на юриста в педе учусь. У них недавно этот факультет
открыли. Вообще-то хотел в филиал БЮИ поступать. Там преподавательский состав
сильнее, но дорого очень. Родители не потянут. Так вот. Я Володьке объяснил, что нет
такой статьи. Для уголовной ответственности надо что-нибудь повесомее: убийство или
факты насилия, например. Он засмеялся: "Будет вам, господа присяжные заседатели,
убийство с изнасилованием".
И пропал. Потом только в день смерти позвонил.
Чую - на взводе. Говорит: "Я их почти сделал Завтра расскажу. Вот встречусь сегодня с
женщиной с красивым русским именем, и все: пробка станет автомобилем".
Полина в недоумении подняла брови.
- Это реклама такая есть, - пояснил Литвинов. - Купите пиво - выиграете машину. Мол,
сделаете невозможное.
- Ясно. А имя... Имя этой женщины он не называл?
К облегчению Полины, парень отрицательно покачал головою.
- Меня и Владислав Степанович так просил: вспомни!
- Владислав Степанович? Это кто же? Если не секрет.
- Егорычев это, - подсказала до того молчавшая Светлана.
- Ах, вот как!
- Но мне показалось, что Володя, когда мы разговаривали, как бы смеялся. Я и
Владиславу Степановичу об этом сказал.
- Смеялся?
- Да. Он ведь весь на приколах был. Ему учителя двойки по поведению ставили за то,
что всех смешил. В седьмом классе, например, у нас новая литераторша появилась. В
возрасте уже, а без всякого понятия. У нас тема "Толстой Лев Николаевич", а она о своем
муже Илье Пантелеймоновиче рассказывает или о себе "Я в парк приду и подзаряжаюсь
энергетически, как друид. Прижмусь к березке и все ей выложу А она: "Ши-и-и-и".
Отвечает мне". И тут Володька на весь класс: "Говорит, наверное: отстань, дура старая!"
У Полины вытянулось лицо:
- Хм. Действительно.., остроумный молодой человек и весьма дерзкий.
- Нет-нет! Не подумайте О нем плохого, - закрутил головою Гоша. - Ведь Володька
один из нас попробовал жить по законам человеческим, а не формальным. Я-то его
уговаривал: да брось ты этих идиотов! Зачем к сектантам лезешь?! А он уперся: "Личный
интерес". Меня эта смерть так саданула...
Полина с симпатией смотрела на паренька, горячо защищающего честь погибшего
друга. Товарищ этот водил компанию с темными личностями, баловался "травкою". Но
под слоем жизненной грязи Гоша видел истинную душу Юдина.
Как там говорила музейная билетерша? Очень похожее может быть разным. Два
неглупых молодых человека. Родион и Георгий. Пока еще оба старательно грызут сухарь
юриспруденции. Но однажды прокурор Литвинов и адвокат Минеев встретятся в суде. И
кто знает, не превратится ли их диалог в поединок добра и зла?
- Гоша, а о Родионе вам Володя ничего интересного не рассказывал? Он ведь за ним
следил.
- Не за ним. За матерью Родиона. Володя следил за женщиной.
Уже садясь в машину, Полина спросила Светлану:
- Кстати, как эту гарпию зовут. Мамашу...
Женщина замолчала. Ей не хотелось упоминать, чью именно.
- Татьяна Ивановна, - ответила девушка.
Татьяна Ивановна. А что? Чем не красивое русское имя? Его еще Пушкин воспел. А
может, встреча с женщиной и состоялась. Но совсем не с той, что думает Егорычев.
Светлана осталась сидеть в "девятке", а Полина" позвонила в аккуратный коттедж на
два хозяина по улице Ленина. Дверь ей открыл еще крепкий низкорослый мужчина
пенсионного возраста. Всматриваясь в его настороженное лицо, женщина мучалась
вопросом: он или не он? Бодро поздоровавшись, сообщила:
- Я из милиции.
Старик недовольно протянул:
- Но-о-о у меня уже бы-ы-ы-л.., молодой человек из органов.
- Да-да. Мы знаем. Но я из другого отдела. Давайте пройдем в дом. Побеседуем,
составим протокольчик.
- Но ведь уже...
- Еще раз. Еще раз. Теперь к вам часто будут ходить наши товарищи. Что ж вы? О таком
важном деле заявили и хотите одной бумажкой отделаться, - верещала довольная Полина,
тесня хозяина.
Тот не очень охотно провел ее в дом. Женщина достала из сумки блокнот, ручку и
постаралась улыбнуться по-егорычевски, одними губами:
- Мы знаем, что вы заслуженный человек, ветеран труда, - продемонстрировала она
свою осведомленность.
Старик с достоинством кивал.
- Кстати... Представьтесь. Я-то знаю, как вас зовут, но надо соблюдать формальности.
Для протокола.
- Гвоздев Антон Трифонович.
- Расскажите нам, Антон Трифонович то, что видели. Для протокола.
- Пятого апреля вечером я шел по улице Чехова. На углу ее стоял молодой парень.
Смуглый, крепкий такой. Неожиданно машина выскочила.
"Девятка". Она сбила парня. Когда "Жигули" притормозили, я узнал водителя -
Светлану Николаевну Полунину. Девушка машину развернула и помчалась вперед. Да, еще
вот что: "девятка" вишневого цвета.
С досадой Полина отметила, что Гвоздев говорит уверенно, не запинаясь, и вообще на
выжившего из ума не похож.
- Вы с этой девушкой раньше встречались?
- Да. Она привозила мне посылку.
- От отца Анастасия? - как бы невзначай обронила Полина.
Старик бросил на гостью несколько растерянный взгляд и хмыкнул. Видимо, ждущие
не проконсультировали деда, что следует ответить на этот простой вопрос.
- Я вижу, память у вас замечательная, несмотря на возраст.
Старик опять принялся согласно кивать.
- Кстати, откуда вы шли в тот вечер?
- Гулял.
- Но ведь улица Чехова далеко от вашего дома. А в тот день еще и дождичек поливал.
Не помните?
Старик долго молчал. Наконец, промямлил;
- Забыл.
- Плохо. Плохо, что вы упускаете такие важные детали. Сразу возникает подозрение:
если в этом месте напутали, может, и еще где.., не то чтобы соврали, а от истины
уклонились. А Фемида, она ведь слепая, к тому же женщина. Сперва бьет, потом думает.
Старик бессмысленно таращил глаза.
- Я это к тому, драгоценный Антон Трифонович, что вас ведь можно и самого к
уголовной ответственности привлечь. За лжесвидетельство.
Гвоздев сапнул.
- Да-да. И из этого вот уютного зальчика переместитесь вы на нары. А рядом
насильники, киллеры, ворье - одни плохие люди. И закончите вы там свои заслуженные
дни.
Антон Трифонович покраснел и засопел, как самовар:
- Зачем?.. Зачем вы это говорите?
- Исключительно для вашей же пользы. Признайтесь: не принуждал ли вас кто-нибудь
к даче ложных показаний?
- Нет.
Говорил Гвоздев уже не так решительно, как в начале допроса. Ладонью с силой вытер
вспотевший лоб и покрасневшие щеки. Кажется, дед начинал томиться своею ролью
стукача.
- А вы подумайте, подумайте, дорогой Антон Трифонович. Может, молодой человек в
больших очках на вас давил? Он, кстати, к вам когда приедет?
Гвоздев долго думал. Наконец, выдавил:
- Он ко мне не ходит.
- Жалко. А то бы вы его спросили: Родион Павлович, скажите как будущий юрист,
сколько лет мне дадут за то, что я оболгал честную девушку?
Сироту, между прочим! - последнюю фразу Полина, все-таки не сдержавшись,
выкрикнула. Но тут же собравшись, улыбнулась:
- И тогда бы гражданин Минеев ответил, что похоронят вас на тюремном кладбище.
Потому, бесценный Антон Трифонович, получше подумайте над своими показаниями. Их
ведь поменять еще не поздно. Сказать: машина была. И женщина была. Но другая...
Татьяна Ивановна Минеева.
Старик захлопал глазами и бросил беспомощный взгляд на телефон. Полина встала и
быстро пошла к выходу. Села в машину и немного проехала вперед. Остановившись,
велела племяннице:
"Езжай домой на автобусе. А мне еще в одно место нужно. Потом расскажу". К
счастью, девушка не стала задавать тетке всяческие "почему?". Покорно выбралась из
"девятки" и упругим шагом пошла вверх по улице. Полина в задумчивости смотрела на
удалявшуюся стройную фигурку. На самом деле женщина никуда не собиралась. Она
просто приготовилась ждать появления новых гостей у Гвоздева. Светлане же видеть
лишний раз братьев совсем ни к чему.
Сыщица не ошиблась в своих предположениях.
Через сорок минут к дому Антона Трифоновича подкатил жемчужно-серый "Опель".
Полина снова поразилась, как аккуратно, по-женски водит машину Родя. Парень заскочил
в дом. Наверное, хозяин передает ему свой содержательный разговор со странноватой
дамой из милиции, жалуется брату и пытается выпытать, сколько дают за
лжесвидетельство. А Родя покровительственно утешает деда: мы вас не бросим; будем
посылки в тюрьму слать.
Полина набрала номер служебного телефона Егорычева. Пусть приедет и посмотрит,
от кого его свидетель получает инструкции. Уж это заставит Владислава Степановича
покопаться в "секстанских" делишках. Однако Егорычева на месте не оказалось. "Он по
городу", - туманно ответил его коллега и положил трубку.
А вскоре из ворот дома Гвоздева вышел алый, как помидор, Родион. Казалось, что даже
глаза его стали чуточку красными от возмущения. Минуту парень постоял, внимательно
оглядываясь по сторонам. Полина низко склонила голову над журналом. Не спеша,
развязной походкой Родя направился к "девятке". Склонил свою склизкую мордочку над
дверцей автомобиля.
- Здравствуйте, Полина Александровна. Как ваше самочувствие? Как ночью
...Закладка в соц.сетях
