Жанр: Детектив
Убийство в четыре хода
...е фамильярно, а как бы
давая понять, что уж ему-то можно довериться.
- Я почти уверен, что, когда произошел взрыв, Ростан решал одну из задач,
напечатанных в "Ля ви д эшек", - шепотом сказал Альбер. - Помните тот номер?
- Когда бишь это было? - Реньяр с готовностью стал припоминать. - Ах да, конечно
помню! В том номере был помещен мой репортаж, как отель "Чемпион" готовится к
проведению турнира.
- А какие задачи там были помещены?
- Этого не помню, - с сожалением признался Реньяр. - Но если вас интересует, я
могу посмотреть.
- Интересует, - кивнул Альбер, затем, снова понизив голос, добавил: - Пока не
могу посвятить вас во все подробности, но, не исключено, это очень важная
деталь. Ясно?
- Ясно. - Глаза Реньяра вспыхнули радостью. Он уже готов был сорваться с места и
бежать на поиски шахматной газеты с помещенными там задачами, а попутно
раззвонить всем и каждому ту пустяшную новость, что удалось узнать от
полицейского, но Альбер удержал его.
- Э-э... возможно, мой вопрос покажется вам наивным, но я хотел бы выяснить...
- Да? - Реньяр вновь склонился к нему, навострив ухо, но на сей раз держался
чуть увереннее.
- Существуют ли такие шахматные позиции, которые не могут возникнуть в ходе
развития партии?
- В игре может возникнуть все, что угодно, - назидательным тоном проговорил
Реньяр. - В чем и заключается прелесть шахмат. Число возможных комбинаций по
сути бесконечно. Судите сами: на доске - шестьдесят четыре клетки, у каждого
игрока шестнадцать активных фигур, а ходы иногда умудряются делать настолько
нелепые, что одному богу известно, какая сложится позиция.
Альбер прервал его.
- Я имею в виду следующее: способны ли вы придумать позицию настолько
невероятную, что она не могла бы получиться случайно?
- По ходу игры?
- Нет, просто так. Могли бы вы расставить фигуры в такой позиции, какая заведомо
не может возникнуть по ходу партии? Но, скажем, вероятна, как исходная позиция
для шахматной задачи. Сумели бы вы?
- Конечно, - с уверенностью заявил Реньяр. - Невелика премудрость. Выставлю
четыре ферзя, что теоретически допустимо, но на практике почти никогда не
бывает. Или поставлю задачу, при которой черные получают мат, вынужденные одну
за другой отдавать свои фигуры. Да мало ли разных вариантов. Шахматные задачи в
большинстве своем именно таковы.
- Тогда будьте любезны проверить, не такого ли рода задачу решал перед смертью
Ростан.
- Если задачу он взял из той газеты...
- Предположим, что так.
- Думаете, что...? - попытался разговорить его Реньяр. Альбер, еще будучи
начинающим сыщиком, усвоил, что в таких случаях каждый второй человек
выкладывает даже то, о чем вовсе не собирался говорить. Надо только, чтобы в
твоем вопросе звучало как можно больше наивного удивления.
- Да, знаете ли, вполне вероятно, - печально согласился Альбер и даже покачал
головой. Оба подозрительно уставились друг на друга, у каждого непроизвольно
мелькнула мысль: а вдруг да собеседник вкладывал в свои слова какой-то особый
смысл?
В зале появился Буасси. Остановившись у входа, он огляделся по сторонам, явно
разыскивая коллегу. Альбер махнул ему рукой. Буасси не заметил знака и пошел
между рядами столиков в намерении прочесать зал. Альбер шикнул, привлекая
внимание окружающих, и Реньяр поспешно ретировался. Тут уж и Буасси заметил
коллегу.
Он направился к Лелаку торопливой походкой и с тем многозначительным выражением
лица, которое, как показывал опыт, не предвещало ничего хорошего. Неужели еще
одно убийство? Альбер быстро окинул взглядом шахматистов, чтобы определить кого
из лиц, причастных к делу, не хватает в зале. Либо же им с Буасси уже грозит
нахлобучка за то, что они силой ворвались в гостиницу? Нет, вряд ли так быстро
слух дошел до начальства. Буасси наклонился к нему и шепнул на ухо:
- Звонил шеф. Взяли Фонтэна.
Взгляд Альбера остановился на Марианне. Девушка обернулась - ее соперница
обдумывала очередной ход, и их глаза встретились.
- Нам предоставлена возможность обыскать квартиру, поскольку мы расследуем
смежное дело, - продолжал шептать Буасси.
Марианна робко улыбнулась и кивнула в знак приветствия.
- Субчика буквально изрешетили пулями.
Девушка напряженно следила за ними. Лицо ее застыло, лишь глаза от волнения
словно бы еще увеличились. Нелегким усилием воли Альбер заставил себя отвести
взгляд.
- Кто его брал? - повернулся он к Буасси.
- Группа по борьбе с терроризмом.
- Ясно. - Боевиков этой группы каждый полицейский слегка презирал, в какой-то
степени завидуя им, и в то же время отчасти гордясь ими. В глазах обычных
полицейских они воплощали собою мужество и постоянную готовность к действиям, а
по мнению сотрудников Корентэна - еще и тупость. - Каким образом на него вышли?
- Кто-то настучал.
Альбер задумался. Пока еще ему не все было ясно, и тем не менее картина вроде бы
начинала вырисовываться. Сейчас он впервые почувствовал, что ему под силу решить
эту задачу.
- Ну что ж, пошли.
Он снова посмотрел на сестру Фонтэна. Девушка по-прежнему следила за ним с
тревогой, с которой, должно быть, свыклась с тех пор, как за братом ее начала
охотиться полиция многих стран мира. Вот уж поистине кошмарная жизнь: изо дня в
день слушать последние известия и открывать газеты в страхе, что сообщение о ее
брате стало сенсацией дня. Увидеть перед домом полицейскую машину и
почувствовать, как сжимается сердце: неужели его схватили или же речь идет всего
лишь об очередном обыске?
Медленно, против собственной воли он приблизился к ее столику. Марианна
встретила его стоя.
- Случилась беда? - Она говорила тихим, прерывающимся от волнения голосом, и
тревога сделала ее еще более прекрасной.
Альбер утвердительно кивнул. Девушка повернулась к своей противнице.
- Сдаюсь, - сказала она, протягивая руку. Подписала какой-то листок и вскинула
глаза на Альбера. - Можем идти.
Альбер не хотел брать ее с собой. Корентэн снимет с него голову и будет прав.
Сестре террориста абсолютно нечего делать в квартире, где командос расправились
с ее братом. Даже самим сыщикам-то вряд ли работа найдется. Наверняка это одна
из многих запасных квартир, где Фонтэну были подготовлены фальшивый паспорт и
прочие документы, а также скудный гардероб в соответствии с его новой ролью. А
может и вовсе это была попросту надежная берлога с запасом консервов, где можно
было выждать с недельку, пока уляжется шумиха.
И все же он должен был взять ее. Буасси, который раньше ушел к машине, одарил
его удивленным взглядом, однако не сказал ни слова, лишь распахнул перед ними
заднюю дверцу.
Буасси наверняка знал адрес, так как вел машину с привычной уверенностью.
Включил фары и почти безостановочно давил на клаксон. Марианна сидела, сжавшись
в комок и уставясь взглядом перед собой.
- Его убили? - произнесла она так тихо, что Альбер скорее угадал, нежели
расслышал ее слова.
- Да, - нехотя кивнул он. Девушка еще больше замкнулась в себе, и Лелак
чувствовал, что должен ей хоть что-то сказать. Не мог же он допустить, чтобы она
принимала его за убийцу брата. А она наверняка именно так и считала: Фонтэна
убили полицейские. Убил, кому посчастливилось, и на месте этого счастливчика мог
бы оказаться и Альбер, ведь он тоже стрелял в ее брата, даже по телевидению
показывали.
Но все обстояло не так. Подыскивая аргументы в свою защиту, Альбер все более
утверждался в мысли, что действительно дело обстояло не так.
- По-моему, вашего брата убил тот же самый человек, который расправился с
Ростаном и с вашим женихом.
Марианна прислушалась к его словам. Взгляд ее по-прежнему был устремлен в
пространство, лицо неподвижно застыло, но чувствовалось, что смысл сказанного
дошел до нее.
- С той только разницей, что против Ростана он использовал пластиковую бомбу,
против Марсо - яд, а вашего брата убрал с помощью группы по борьбе с
терроризмом.
- Не могли бы вы отвезти меня домой? Хочу, чтобы мать узнала от меня, а не из
последних известий по радио.
- Да, - решительно заявил Альбер и бросил на Буасси устрашающий взгляд. Тот
молча пожал плечами, и машина, взвизгнув покрышками, развернулась на месте прямо
посреди дороги. Одни водители принялись отчаянно сигналить, другие - в страхе
надавили на тормоза, когда полицейский автомобиль скользнул в узкую щель между
автобусом и такси, но уже в следующее мгновение Буасси, вырвавшись на свободу,
помчал в обратном направлении. Головокружительный аттракцион был проделан
виртуозно, и Альберу на какую-то долю секунды вспомнилась так и не проработанная
им книга Тони Пикколи. Но действительно лишь на долю секунды: все его мысли были
поглощены Марианной Фонтэн. Загадочная статуэтка из слоновой кости, извлеченная
со дна южных морей... Нет, уж скорее она похожа на сокровище ацтеков, приносящее
несчастье и смерть своему обладателю. Сейчас это сокровище попало ему в руки, а
он не знает, что с ним делать.
Они сидели молча, и Альбер скрестил руки, чтобы удержаться и не обнять эту
маленькую, печальную фигурку. Но вот Марианна вскинула на него глаза, и он без
слов взял ее за руку. Теплая, маленькая ладонь - вдвое меньше его собственной...
Так они и сидели рядом, рука в руке, и Альбер надеялся, что ехать придется
долго-долго.
Но Буасси превзошел самого себя. Даже Альбер, знакомый с ним не первый год, не
рассчитывал увидеть подобное. Они мчались по бурлящему, забитому машинами
городу, словно бы на улицах его вообще не было никакого движения и перед ними
простиралась вдаль пустынная автострада. Ревел мотор, с трудом перенося резкие
переключения скоростей, но машина шла равномерно: водитель выполнял все свои
безумные трюки с таким расчетом, чтобы не ощущалось ни малейших толчков.
Выходит, адрес ему известен, одобрительно подумал Лелак. На редкость
предусмотрительны его коллеги! За стеклом промелькнуло здание Оперы, и машина
свернула в боковую улочку направо. Хороший район, Фонтэнов, видимо, не
причислишь к беднякам.
- Будьте любезны, остановитесь здесь, - сказала девушка, словно ехала в такси.
Буасси затормозил посреди улицы, вмиг перекрыв движение.
- Я еще наведаюсь к вам, - сказал Альбер, надеясь, что слова его не прозвучат
угрозой.
- Вы ведь поймаете убийцу, правда? - спросила Марианна и, прежде чем Альбер
успел неуверенно кивнуть, вылезла из машины.
Не дожидаясь, пока девушка войдет в подъезд, Буасси, как только за ней
захлопнулась дверца, дал газ.
- Надо поторапливаться! - сказал он. - Тело могут увезти с минуты на минуту.
- Ну и что? - с гримасой отвращения возразил Альбер. - Давно трупов не видел?
Последнее убежище Фонтэна находилось на проспекте Клебера, неподалеку от площади
Звезды и не имело ничего общего с "берлогой", снабженной запасом консервов и
надувным матрацем, где можно перекантоваться несколько дней. Двухкомнатная
квартира радовала глаз изысканной обстановкой: на стенах фотографии
несуществующих бабушек и дедушек, в шкафу - гардероб солидного служащего, на
полках - книги. Энциклопедия Ларусса, модные романы и никакой политики.
Лицо Фонтэна обрамляла тщательно ухоженная бородка; такую растительность
стригут, как в эпоху барокко подстригали кустарники в садах. Больше, пожалуй, в
лице террориста и нельзя было ничего рассмотреть. Одна пуля впилась ему в
подбородок, другая задела шею, разорвав артерию, остальные прошили тело в самых
разных местах. Анонимный информатор знал, что делал. При обычной, рутинной
проверке Фонтэн проскочил бы, не вызвав ни малейшего подозрения. Если же
неизвестный осведомитель оповестил бы отдел по расследованию убийств, сыщики
первым делом окружили бы дом, затем позвонили бы в квартиру, и дверь им открыл
бы внушительного вида чиновник с аккуратно подстриженной бородкой и искусно
изготовленным паспортом на имя Паскаля Пети. Такому и в голову не придет
вступать в перестрелку. Полицейским не составило бы труда надеть на него
наручники. Фонтэн, разумеется, придерживался бы взятой на себя роли:
добропорядочней гражданин протестует против нарушения своих прав и требует
адвоката. Полицейские, не выходя из рамок вежливости, сломя голову помчались бы
в центральную картотеку сверять отпечатки пальцев.
Да, именно так и обстояло бы дело, если бы сигнал получили у них в отделе. Парни
из группы по борьбе с терроризмом прошли другую выучку. Они первым делом
посадили снайперов в доме напротив того, где скрывался Фонтэн. Затем, попрежнему
не привлекая внимания, заняли подъезд. Взобрались на крышу, а улица
внизу жила своей обычной жизнью. Никаких тебе баррикад, оцеплений, повальных
проверок документов. Затем боевики с крыши спустились к окну Фонтэна. Если ктото
и увидел бы их в этот момент, подумал бы, что это мойщики окон.
Затем боевики, выбив стекло, ворвались в квартиру - в темных комбинезонах, в
касках и пуленепробиваемых жилетах, с легкими короткоствольными автоматами
наизготовку. Если бы Фонтэн в этот момент находился в комнате и поднял руки,
ему, пожалуй, удалось бы уцелеть. Если бы он затаился на кухне и не оказал
сопротивления при аресте, исход тоже мог бы быть благоприятным. Но террорист был
вылеплен из другого теста. Услыхав звон бьющегося оконного стекла, он выхватил
пистолет. В тот же миг боевики выломали входную дверь и перестраховки ради
прошили прихожую несколькими очередями. Фонтэн успел сделать всего лишь один
выстрел, прежде чем его скосило пулями.
Да, парни из группы по борьбе с терроризмом привыкли работать быстро и
эффективно. В особенности, если им адрес преподносят на тарелочке.
В квартире было полно людей: Шарль, Корентэн и еще добрый десяток полицейских,
которых Альбер прежде и в глаза не видел, зато на первый же взгляд определил,
что это свой брат - сыщики. Здесь же были дактилоскописты, фотографы, техники,
фиксирующие следы, словом, обычная бригада, словно бы и не было известно, кто
убил валяющегося на пороге кухни мужчину. Правда, если повезет, то, может,
удастся установить, кто захаживал к террористу - беседовать по вечерам или
снабжать едой. Если сюда наведывались родственники или знакомые Фонтэна, их
можно будет привлечь к суду за соучастие. Нелишне проверить также, не появлялся
ли здесь кто-либо из разыскиваемых террористов или уголовников. Несколько
полицейских занялись осмотром вещей. В шкафу - пара костюмов, рубашки, свитера.
В ящике письменного стола - лишь почтовые открытки вместо привычной груды бумаг,
которая невольно накапливается за годы у любого человека: гарантийные
обязательства, чеки, договора, письма. В бумажнике убитого - фальшивый паспорт и
поддельное удостоверение личности, фальшивые водительские права и несколько
тысяч франков. На столе - шахматная доска с расставленными фигурами. Альбер
склонился над доской. Комбинация фигур была странной и необычайно сложной: почти
вся армада черных сгрудилась вокруг белого короля, которого один ход отделял от
мата. У белых, правда, было всего лишь две пешки, зато стоило им сделать ход
одной из них, и черный король получает мат.
- Ключ к раскрытию убийства? - ехидно подковырнул его Шарль.
- Как знать, - лениво процедил Альбер. - Пожалуй, не мешает посмотреть тут
повнимательнее.
Он долго и тщательно рылся на книжных полках, извлек из кухонного шкафа консервы
и снова сложил их на место, выжидая, пока Корентэн раздаст указания и отправит
сыщиков опрашивать жильцов. Альбер взглянул на часы - ровно пять, его рабочее
время кончилось. Корентэн насмешливо следил за ним.
- Торопишься куда-то?
- Марта ждет... - Альбер и сам чувствовал слабость этого аргумента. Каждого из них
ждут дома близкие. А каково тем его коллегам, кому предстоит несколько часов
допытываться у жильцов дома: "Давно поселился здесь Фонтэн? Не знаете, кто у
него бывал? Может, видели, с кем он разговаривал?"
- Как подвигается дело об убийстве старухи?
- Я был на улице Афин. Разговаривал с соседкой...
- Подробности меня не интересуют. Когда ты доставишь убийцу?
- Завтра, шеф. Обещаю!
Корентэн искоса смерил его долгим испытующим взглядом, который сам же он очень
хорошо изображал, будучи в настроении. Мало кто решался разыгрывать комиссара,
но с Альбером никогда нельзя быть уверенным.
- А что с другим твоим делом? Этот взорванный шахматист.
- Математик, - поправил его Альбер и тотчас пожалел об этом. Корентэну сейчас
явно не до шуток. Ведь Фонтэна должны были взять они.
- У тебя есть определенная версия или ты просто так околачиваешься среди
шахматистов?
- Есть одна версия.
- И когда я увижу результаты?
- Пожалуй... завтра.
Снова этот недоверчивый взгляд искоса и тяжелый вздох. Даже Лелак вряд ли
решится дважды оставить его в дураках.
- Ладно. Тогда можешь отправляться домой... - Однако фраза повисла неоконченной,
словно бы шеф хотел еще что-то сказать. Альбер терпеливо ждал. Одна-две минуты
погоды не сделают. Главное, что не придется торчать здесь весь вечер.
- Это правда, что ты сказал Буасси? Будто бы Фонтэна выдал человек, который
подложил взрывчатку математику и отравил шахматиста?
- По-моему, да.
Корентэн махнул рукой.
- Ну ладно, ступай.
Проходя мимо стола с шахматной доской, Альбер еще раз взглянул на расположение
фигур. Затем вытащил помятый блокнот и начертил поле из шестидесяти четырех
клеток. Пометил расстановку фигур, очень надеясь в душе, что его предположение
подтвердится, иначе долго придется потом сносить замечания коллег по поводу
чересчур богатой фантазии.
По пути домой Альбер заглянул в книжную лавку на улице Риволи. Купил пособие по
решению шахматных задач и решил присмотреть что-нибудь и для Марты - она
действительно заслуживает такого внимания. Выбор его пал на "Справочник для
образцовой жены". Обложку украшала фотография мужчины с довольной ухмылкой от
уха до уха, позади него красовалась женщина, облаченная в черную комбинацию и
черные чулки, с блюдом аппетитнейшего жаркого в руках. Перед мужчиной на столике
стояла рюмка абсента, на коленях он держал раскрытую газету. Можно ли доставить
женщине, которая хочет быть образцовой женой, большую радость?
Как оказалось, можно. И Марта перечислила, чем именно: например, букетом цветов.
Или возвращением с работы - хотя бы раз, в порядке исключения - не позже шести
часов. Или билетами в театр. Ну а если уж ему захотелось подарить ей непременно
книгу, лучше бы купил альбом голландских миниатюр. Альбер мысленно, делал
пометки. В свой день рождения Марта получит альбом, букет цветов, билеты в
театр, и все эти дары будут ей преподнесены не позднее шести часов. Всегда
полезно знать, чем можно порадовать жену, уверяла американка, составившая
пособие для образцовых мужей.
На ужин была говядина и салат. Марта извинилась, что, к сожалению, у нее нет
подходящей к случаю черной комбинации, на что Альбер парировал, что
удовольствовался бы горчицей, и супруги поссорились. Торопливо, с ожесточением
жевали мясо, нехотя тыкали вилкой в салат. Альбер налил себе немного вина.
- Мало того, что на мне висят два нераскрытых убийства, так еще и ты норовишь
уколоть побольнее!
Марта словно бы и не слышала его слов. Посыпала салат солью и принялась
размешивать.
- Коллеги наушничают за моей спиной, жену хлебом не корми, только дай мужа
попилить... - Альбер ласково погладил ее по щеке, чтобы показать: он вовсе не
думает так всерьез.
- Кто наушничает?
- Буасси. Шеф задал мне вопрос... уточнял одно мое предположение, высказанное в
присутствии Буасси.
- И это такая уж беда?
- Беда, не беда... я сам вправе решать, когда сочту нужным поделиться с комиссаром
своими соображениями. Хорошо еще, он не все выболтал: мол, звонил тот же самый
тип, кто подстроил убийства.
Марта, конечно же, понятия не имела об анонимном телефонном звонке, но смолчала.
Когда-то давно один из поклонников внушил ей, что самая отвратительная в женщине
черта - постоянно перебивать мужчину вопросами.
- Вздумай он рассказать, что мы подвезли девушку домой и что этим предположением
я поделился именно с ней, тогда Корентэн мне голову свернет.
- Какую девушку? - Марта все же вставила вопрос тем подчеркнуто безразличным
тоном, какого Альбер особенно боялся. У каждой привычки есть свои недостатки.
- Сестру убитого террориста. Надо было хоть как-то утешить бедняжку.
Он пожалел о своих словах в тот же миг, как они сорвались с языка. Насчет
способов утешения у Марты были свои четкие представления. Полночи они ссорились,
вторую половину ночи мирились. Альбер уснул незадолго до того, когда пора было
вставать.
Глава восьмая
Альбера разбудил телефонный звонок. Вначале ему приснилось, будто бы звонит
телефон и никто не снимает трубку, затем - уже на грани пробуждения - будто бы
Марта на кухне и сейчас ответит на звонок, и лишь постепенно до его сознания
дошло, что эту задачу предстоит выполнить ему самому. Он выждал еще немного в
надежде, что человеку на другом конце провода расхочется беседовать с ним. Но не
тут-то было. Телефон все надрывался, и у Альбера от этого неумолчного звона
разболелась голова, сердце забилось учащеннее. В какой-то момент ему показалось,
что если телефон прозвонит еще хоть раз, он, Альбер, спятит. Форменным образом
сойдет с ума и начнет крушить все подряд. С диким воплем он вскочил с постели и
в три скачка пересек комнату. Будучи суеверным, он не сомневался, что, не
заставь он это чудовище замолчать, прежде чем оно взвоет снова - и грядущий день
будет полон черных неудач.
Он схватил трубку в тот самый миг, когда должен был раздаться очередной
проклятущий звонок. И телефон не упал и не разбился... может, и в самом деле ему
удастся сегодня поймать убийцу Ростана?
- Алло! Это вы, господин инспектор...? - Голос Реньяра звучал приподнято,
энергично, как у человека, отлично выспавшегося.
- Да, - сердито буркнул Альбер, проглотив нелестные замечания в адрес
собеседника.
- Я звонил вам на службу, но коллега сказал, что я наверняка застану вас дома.
- Сколько сейчас времени?
- Десять часов. Ваш коллега предупредил, чтобы я звонил подольше, так как обычно
вы с головой уходите в работу.
Альбер буркнул нечто невразумительное, и Реньяру вольно было истолковать это как
знак согласия.
- Я подумал, моя информация может оказаться для вас полезной. Задачу-то я
отыскал.
- И что же? - Лелак сделал несколько круговых движений головой, затем, прижав
трубку к уху плечом, потянулся. Надо было поскорее проснуться, чтобы понять, о
чем идет речь.
- В условии задачи дается такое размещение фигур, какое не может возникнуть по
ходу партии, играй хоть тысячу лет подряд, не вставая. А это маловероятно... хихи...
ведь пришлось бы время от времени заводить часы.
До Альбера по-прежнему не доходил смысл сказанного. "Тьфу, черт, что же я никак
не проснусь!" - с досадой подумал он. Прижимая трубку к уху, он сел на пол и
попытался коснуться лбом коленей. Не получилось.
- Алло, вы слушаете? Задача интересная и на редкость сложная. Здесь, можно
сказать, объединены два типа задач.
- Вот как? - Альбер надеялся, что голос его в достаточной степени выражает,
насколько не интересны ему в данный момент эти подробности. Но он либо
переоценил выразительные способности своего голоса, либо недооценил желание
Реньяра во что бы то ни стало поделиться новостью.
- С одной стороны, это задача-эмблема, то есть фигуры расставлены таким образом,
что образуют определенный рисунок. В данном случае расстановка фигур напоминает
эмблему мирового чемпионата. С другой стороны, это очень трудный, хотя и
форсированный мат в несколько ходов, для игрока, предпочитающего стиль
позиционной игры. Суть заключается в том, что к мату ведет только кружной путь с
применением так называемых тихих ходов.
Эффект, которого не удавалось достичь никакими физическими упражнениями,
произошел вмиг. Альбер почувствовал себя окончательно проснувшимся, бодрым и
готовым действовать.
- Скажите, не возникает ли там позиция, когда у черных еще очень много фигур на
доске, а у белых только две пешки, зато одною как раз и ставится мат?
- Да, таков финал. Господи, да вы просто гений! Неужели вы решили эту задачу,
господин инспектор?
- Вроде того... - скромно ответил Альбер. - Не знаете, кто составитель задачи?
- Нет. Но могу узнать. Сегодня же забегу в редакцию.
- Благодарю. - Он хотел положить трубку, но чувствовал, что Реньяр порывается
еще что-то сказать.
- Э-э... господин инспектор, вы ведь обещали снабдить меня информацией. Помните,
мы говорили о статье, которую я собираюсь писать...
- Будет вам информация, как только сам что-нибудь узнаю...
- Можно подумать, вы до сих пор ничего не узнали! - перебил его Реньяр. -
Скажите хотя бы, почему вы придаете такое важное значение этой шахматной задаче?
Альбер на мгновение задумался. Нет, вовсе не над тем, почему шахматная задача
имеет ключевое значение - на этот счет у него почти не оставалось сомнений. Но
вот стоит ли делиться своим открытием с Реньяром, он не знал. Старик
действительно во многом ему помог и вполне заслужил толику материала для своей
статьи. Беда лишь в одном: доверить ему секрет - все равно что вывесить
объявление в холле гостиницы "Чемпион".
- Ждите меня в редакции после обеда, - сказал он. - И приготовьте бумагу и
ручку. Если мои предположения подтвердятся, мне будет что рассказать.
На полный комплекс гимнастических упражнений времени уже не оставалось, поэтому
Альбер сделал у стены стойку на руках, чтобы прогнать остатки сна, затем
потренировал запястья и пятьдесят раз повторил отжимание из положения лежа. Едва
он успел принять позу кобры, чтобы расслабить усталые брюшные мышцы, как вновь
затрезвонил телефон. Плюхнувшись животом на колючий ковер, Альбер невольно
чертыхнулся. Ну чтоб им оставить его в покое!
На сей раз звонил Бополе, сыщик из окружного участка. Счастливчик, приятель той
восхитительной дамочки с улицы Афин. Альбер и сам собирался позвонить ему, как
только покончит с зарядкой, примет душ и позавтракает.
- Я ждал вашего звонка... - сказал Бополе, скорее оправдываясь, нежели с укором.
Альбер предпочел бы, чтоб тот держался заносчивее, тогда легче было бы
проникнуться к нему антипатией.
- Види
...Закладка в соц.сетях
