Жанр: Детектив
Твин пикс: расследование убийства 1
...подумала Шейла, - он всегда оставляет там машину, когда
приезжает ко мне".
Шейла вышла на крыльцо. Тут же в лицо ей ударил холодный, пронзительный ветер.
Казалось, липкий мелкий дождь прямо обволакивает ее.
Бобби от машины бегом прямо бросился к дому.
- Скорее, скорее заходи! - Шейла повернула в двери ключ.
Бобби уже стоял в кухне и смотрел на кипящий чайник...
- Ну, вот и я - сказал Бобби и протянул руки на встречу Шейле.
Но женщина отстранилась от его объятий.
- Бобби, что-то случилось? Почему ты такой возбужденный?
Шейла заметила, как бегают темные глаза Бобби, как нервно он отбрасывает со лба
длинные черные волосы...
- Ну, скажи, случилось что-нибудь?
- Да нет, вроде бы ничего не случилось. Я просто соскучился по тебе.
- Соскучился? - удивилась Шейла.
- А что, разве этого не может быть? Ты же такая женщина!
Шейла попыталась улыбнуться. Но улыбка получилась и к вымученная и неискренняя.
- Бобби, мне кажется, что ты чем-то озабочен.
- Я? Да нет, вроде все нормально...
- У меня тоже.
- А вот мне кажется, что ты, Шейла, чем-то озабочена. Я даже уверен в этом.
- Я? Но ты же знаешь, что я всегда волнуюсь, когда ты приезжаешь ко мне.
- Я не об этом. Я о другом.
- О чем, Бобби?
- Мне кажется, что у тебя что-то не ладится с Лео.
- С Лео? У нас с Лео уже давно ничего не ладится. Я же тебе об этом говорила...
- Да, я помню, говорила, но я тогда не придал этому значения... Он что, изменяет тебе?
- Я бы не сказала. Это я изменяю ему.
- Ты? - удивился Бобби. - Ты изменяешь Лео? И он что, об этом знает?
- Нет, думаю, что не знает. Но ведет себя как-то странно. Последнее время, Бобби, он
стал очень подозрительным. Ему все не так, все его не устраивает - это стоит не здесь, это
висит не здесь, это должно быть в другом месте... Он вечно к чему-нибудь придирается. То я не
так оделась, то я не так улыбнулась...
- Да он просто псих у тебя!
- Нет, Бобби! Он просто что-то подозревает, и я думаю, он подозревает меня.
Бобби пожал плечами. Он не знал, что сказать. Ведь семейные дела всегда для
посторонних - тайна, в которую лучше не лезть.
- Бобби, а твои родители не догадываются, где ты сейчас?
- Моим родителям, Шейла, глубоко плевать, где я, а мне глубоко плевать на них.
Ненавижу! Они постоянно врут, глядя в глаза. А отец выжил из ума: каждый день сажает меня
перед собой и начинает читать морали... А ты знаешь, что такое морали майора?! Военного?!
Шейла, это просто невыносимо! Хотя бы ты не спрашивай меня об этом...
- Хорошо, Бобби, я не буду спрашивать тебя о родителях. Но, честно говоря, мне
кажется, что ты приехал зря. Ведь Лео может вернуться и застать тебя здесь...
- Лео? Вернуться?
Бобби смотрел в окно. По стеклу бежали капли дождя...
- Знаешь, Шейла, я не боюсь. Я не боюсь его. И вообще, я не боюсь никого. И ты пока со
мной, пока я рядом, тоже никого не бойся! Давай будем радоваться жизни. А, Шейла?
Женщина подошла к Бобби и положила свои руки ему на плечи. Парень привлек ее к себе
и поцеловал в шею. Потом сжал ладонями ее голову и крепко поцеловал в губы... Шейла
вздрогнула, и ее податливые губы приоткрылись... Она крепче обняла Бобби и прильнула к
нему всем телом.
- Вот так, Шейла... Ведь так нам хорошо, правда?
Женщина не отвечала. Она еще сильнее прижалась к Бобби и принялась гладить его
черные волосы... Она запускала в них свои тонкие пальцы и перебирала шелковистые пряди...
- Шейла, но ведь мы не будем с тобой вот так стоять посреди кухни у окна. Ведь не
будем?
- Нет, не будем...
Шейла слегка оттолкнула Бобби, взяла его за руку и повела в спальню...
- Мне как-то не хочется на кровати... - остановил ее Бобби. - Я как представлю тебя
здесь с Лео, мне сразу делается не по себе. Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне!
- Хорошо, хорошо, Бобби, я буду принадлежать только тебе!
Бобби принялся расстегивать пуговицы ее халата. Шейла продолжала гладить его волосы.
Она уже забыла обо всех своих невзгодах, и ей, как всякой несчастной женщине, очень
хотелось тепла и мужской ласки... Ей хотелось, хоть на короткое время ощутить себя
счастливой рядом с любимым человеком. Рядом с тем, кто тебе ничего не должен, и кому ты
ничего не должна... Рядом с тем, с кем связывает только взаимное чувство... Бобби был таким
- так казалось Шейле.
Он сбросил на пол свою кожаную куртку, через голову стащил рубаху...
- Что это у тебя, Шейла? - испугался Бобби, увидев два больших синяка на ее плечах.
Шейла смущенно попыталась прикрыться халатом, но потом безвольно опустила руки.
- Бобби, мне не хочется об этом говорить...
- Что это, Шейла?
- Бобби, не спрашивай, я не хочу об этом говорить. Тогда скажу я, - голос Бобби стал
резким и жестким. - Этот ублюдок тебя бьет. Да, Шейла? Он тебя бьет, и ты терпишь?
- Бобби, не надо, не надо об этом! Бобби, иди ко мне...
- Нет, Шейла, - Бобби отошел в сторону. Он смотрел на Шейлу, которая едва
сдерживала слезы. Ей было очень тяжело стоять перед Бобби полуобнаженной, ее угнетала
мысль, что Бобби видит следы ее избиения - эти страшные черные синяки...
- Шейла...
Бобби подошел к ней и нежно погладил по избитым плечам...
- Шейла, я люблю тебя, иди ко мне...
Шейла прижалась к Бобби и беззвучно заплакала.
- Шейла, не плачь!
Бобби нежно наклонил ее голову и принялся вытирать слезы.
- Не плачь, Шейла! Я заберу тебя! Мы будем вместе, будем счастливы!
- Бобби, Бобби, спаси меня, спаси! Я очень тебя люблю. - Говорила Шейла, а Бобби
целовал ее в заплаканные глаза, во влажные, припухшие губы...
- Я заберу тебя, Шейла, от этого ублюдка.
- Бобби, забери меня...
Через полчаса Шейла и Бобби сидели, прислонившись спинами к дверцам платяного
шкафа. Под ними был пушистый мягкий ковер...
- Послушай, Шейла! - Бобби нервно курил сигарету, пепел падал прямо ему на ноги,
но, казалось, парень не ощущает этого...
- Что, Бобби, - блаженно потянулась женщина.
- Я хочу тебя попросить об одной вещи...
- О чем?
- Об одном одолжении...
- Ну, Бобби, не тяни, спрашивай!
- Шейла... - парень замялся. Ему с трудом давались слова. - Ты не могла бы одолжить
мне немного денег?
- Сколько? - Шейла повернулась к нему. - Ну?
- Пять тысяч долларов, а лучше и все десять...
Шейла заморгала глазами и испуганно посмотрела на Бобби.
- Послушай, зачем тебе такие деньги?
- Шейла, если их не будет у меня, то я пропал.
- Знаешь, Бобби, - наконец проговорила Шейла, - я даже не знаю, что тебе ответить...
Глава 21
Джозеф заботится о здоровье Бернарда Рено. - Появление человека в черной маске. -
Бернард Рено испарился? - Бесплодные поиски. - Джози ругается по-китайски. - Старик
Хилтон смотрит в окно. - Сон Дэйла Купера - ему не попасть в рай. - Одри Хорн стоило бы
занести в карточку меню ресторана отеля - так часто она тут появляется.
Это только внешне казалось, что погруженный во мрак Твин Пикс спит этой дождливой
февральской ночью.
В подвале книжного склада горел свет. Но он не пробивался на улицу через низкие окна,
плотно заставленные деревянными щитами.
В подвале пахло пылью и сыростью. По потолку расплывались зеленоватые пятна
плесени. Штукатурка на стенах местами обвалилась, обнажив ярко-красную кирпичную кладку.
В самом дальнем углу подвала сидел на полу, привязанный к трубам канализации Бернард
Рено. Его голова была бессильно опущена на грудь. Казалось, он дремлет... Изредка Бернард
Рено вздрагивал и осматривался. Напротив него на табурете, перед простым деревянным
столом сидел Джозеф. Его черная кожаная куртка, подбитая мехом, висела на спинке стула.
Время от времени Джозеф забрасывал ноги в тяжелых ботинках на стол и раскачивался на
стуле.
От пронзительного скрипа Бернард Рено вскидывал голову и смотрел на парня. Он
изумленно моргал глазами. Желтый свет настольной лампы бил ему в лицо.
Джозеф наклонял термос, наливал себе несколько глотков черного горячего кофе в
маленький пластиковый стакан и лениво отхлебывал.
- Слушай, парень, ты бы хоть закурить мне дал, - попросил Бернард.
- Я не курю и тебе не советую - вредная привычка.
- Привычка... привычка... За что вы меня здесь держите?
- Тебе уже сказали - за наркотики.
- А кто ты такой, чтобы меня арестовывать?
- Тебя никто не арестовывал. Тебя просто поймали и как бешеную собаку посадили на
цепь. А вот, когда ты скажешь, кто тебе дает наркотики, и кому ты отдаешь их, может быть, мы
тебя и отпустим...
- Да пошел ты! - выкрикнул Бернард и вновь опустил голову.
Джозеф причмокнул:
- А кофе хороший, крепкий... - Джозеф обмочил пересохшие губы.
- Так ты дашь мне закурить или нет?
- Я же тебе сказал - курить вредно.
- А сидеть связанным что, полезно? У меня уже все затекло! И вообще, я хочу в туалет.
Хочу на улицу.
- Делай в штаны. Я не буду тебя отвязывать.
- Ну, хоть эту чертову лампу ты можешь выключить?
- Лампу? - изумился Джозеф. - Пожалуй, могу.
Он потянулся и повернул лампу прямо в глаза Бернарду.
- Вот так, что ли?
- Выключи, я тебя прошу!
Джозеф нажал кнопку, и лампа погасла. Бернард замолк, но вновь облизал пересохшие
губы и несколько разогнулся. Толстая пятидюймовая водопроводная труба зазвенела и едва не
сдвинулась с места.
- Сиди тихо! Не дергайся! - Зло предупредил пленника Джозеф.
В это время в толстой канализационной трубе, которая проходила прямо возле головы
Бернарда, зашумела вода. Наверное, кто-то в верхних этажах спустил воду в бачке... Бернард
испуганно вздрогнул от звука.
- Интересно получается, - принялся рассуждать Джозеф. - Ты вот сидишь здесь,
прислонился к трубе головой, а в дюйме от твоего носа проплыл кусок дерьма...
Бернард недовольно поморщился.
- Да что я вообще тут с тобой разговариваю, - усмехнулся Джозеф. - Ты сам
порядочное дерьмо, и воняешь...
- Слушай, парень! - изменившимся доверительным голосом начал шептать Бернард.
- Я только и делаю, что тебя слушаю.
- Слушай, парень, тебя там Джозеф зовут, кажется, отпусти ты меня...
- Скажешь, кто твой хозяин - отпустим.
- Да нет. - Бернард закашлялся. - Ты же сам понимаешь, я не могу сказать, кто мой
хозяин, меня же убьют!
- Тебя же и так убьют, - признался Джозеф. - Хотя мне это, честно говоря все равно.
- Да отпусти ты меня, я тебе заплачу.
- Сколько? - спокойным, ровным голосом осведомился Джозеф.
- А сколько ты хочешь? - Бернард напрягся.
Джозеф смотрел в потолок, как бы прикидывая, что бы такое ответить Бернарду, чтобы
его поразить... Но постепенно его мысли перешли в серьезное русло. Он в самом деле
задумался о том, что и сколько стоит в этой жизни... И, вообще, можно ли ее измерить
деньгами. Ведь больших сумм Джозеф даже никогда в руках не держал. Единственная ценная
вещь, которой он располагал - это мотоцикл. Да и тот подарила ему мать.
- Ну, и сколько же ты можешь мне дать? - пытливо взглянув в лицо связанному
Бернарду Рено, спросил Джозеф.
- Я? Я могу тебе дать два куска баксов. Хочешь? Джозеф недовольно пожал плечами.
- Ты так дешево ценишь свою жизнь? Всего лишь две тысячи долларов? Что это такое?
Послушай, Бернард, а ты знаешь, сколько стоит автомобильное сидение, обтянутое
натуральной кожей?
Бернард изумленно вскинул глаза:
- Сколько?
- Я работаю на бензоколонке своего дяди и могу назвать тебе абсолютно точную сумму
- сидение, обтянутое натуральной кожей стоит тысячу восемьсот долларов. А ты свою жизнь
ценишь чуть-чуть больше, чем сидение дорогого автомобиля!
- Хорошо, я тебе дам пять тысяч. Эта сумма тебе подходит?
- Пять тысяч... - задумчиво произнес Джозеф. Это уже лучше, ты становишься
сообразительнее прямо на глазах... Но ночь у нас с тобой впереди очень длинная, шериф
придет только утром, так что, я думаю, мы сможем
довести сумму этак тысяч до ста пятидесяти, если ты будешь накидывать такими же
темпами...
- Да ты знаешь, ты знаешь вообще, что такое пять тысяч баксов?! Парень, да ты никогда
таких денег в руках не держал! Пять тысяч баксов - это же... это...
- Да, что такое пять тысяч баксов? Ну, что такое, скажи мне?
- Пять тысяч баксов - это очень большие деньги, мало у кого из твоих ровесников такие
деньги есть. А у тебя они будут в руках. Они живые и настоящие, и я тебе их дам. Мы пойдем, и
я тебе их дам...
- А куда мы пойдем? Я не хочу никуда идти, давай мне деньги сейчас.
- Ну, парень, как же я их дам тебе сейчас, ведь у меня их нет с собой!
- Значит, будешь сидеть до утра. А хочешь, можешь позвонить своему братцу, и пускай
он принесет выкуп...
- Братцу? - как бы вспомнив о существовании Жака, проговорил Бернард. - Братцу?..
Слушай, парень, я тебе дам тысячу за то, что ты позвонишь ему и скажешь, что я здесь...
Джозеф задумался.
- А телефон его ты мне скажешь?
- Скажу, конечно! - ответил Бернард. - Если только ты, наверняка, ему позвонишь.
- Слушай, а почему ты так во мне уверен? Я же могу и не позвонить.
- Если ты не позвонишь, то ты не увидишь и денег.
- Логично. Ты логично рассуждаешь, Бернард. Но дело в том, что я не буду звонить
твоему брату и говорить, что тебя задержали...
- Но почему? Ты получишь сразу деньги? А я буду сидеть здесь. Тебе ничего не надо
будет делать и никто об этом не узнает. Парень, ты ничем не рискуешь, ты понимаешь это?
Возбужденное лицо Бернарда Рено раскраснелось, волосы слиплись от пота. Он, не
переставая, облизывал пересохшие губы...
- Парень, две тысячи за один звонок! Ты только позвонишь и скажешь Жаку, что я здесь,
здесь! Слышишь, парень?
- Хорошо, - скачал Джозеф.
- Значит, ты согласен?! Вот и хорошо, вот и договорились!
- О чем мы с тобой договорились?
- Ну, как же?! О том, что ты позвонишь!
- Я? Я разве сказал, что буду куда-то звонить? Ночью кого-то будить и беспокоить? Ты
вообще знаешь, что это неприлично - будить людей по ночам телефонными звонками? Или
вам, торговцам кокаином к этому не привыкать? А, Бернард?
- Скотина! Ублюдок! Щенок! Да ты представляешь, о чем говоришь? Да ты
представляешь, сколько стоит тот кокаин, который вы у меня забрали? Представляешь?!
- Представляю. Много.
- Ты не представляешь, сколько он стоит! За него можно десять таких, как ты, купить!
Да что десять! За него половину Твин Пикса можно купить! А ты мне тут...
- Успокойся, не ори, а то сейчас включу лампу.
- Скотина, - зло прошептал Бернард, и его голова опустилась на грудь. - И, к тому же,
парень, учти, за этот кокаин вас всех кончат - и в первую очередь, тебя!
- Нет, Бернард, ты ошибаешься. В первую очередь кончат тебя. И знаешь, что с тобой
сделают?
Бернард посмотрел на Джозефа.
- Тебя ночью заведут в лес и сбросят с высокого обрыва в озеро. Туда, туда, в озеро,
откуда никто никогда не выплывал. А потом, через три дня, найдут твой труп... И все о тебе
забудут. Поговорят неделю - и забудут. Вот так-то.
Но окончить спор Бернарду и Джозефу не дал резкий стук во входную дверь. Джозеф
потянулся и посмотрел на часы.
- О, наконец-то пришли меня сменить.
Он накинул куртку на плечи, подмигнул Бернарду и, не спеша, направился к входной
двери.
- Это ты, Дик? - поворачивая ключ, спросил Джозеф.
- Я, - послышалось с улицы.
Джозеф распахнул дверь.
И в это же мгновение тяжелый гаечный ключ обрушился на его голову.
Он вскрикнул, ноги подкосились, и он тяжело осунулся на бетонный пол. На черной
кожаной куртке остались следы белой штукатурки...
Бернард с изумлением смотрел на мужчину, на голову которого была натянута черная
спортивная шапочка с узкой прорезью для глаз...
Шериф Твин Пикса Гарри Трумен сладко спал, когда его сон прервал резкий, назойливый
телефонный звонок. Шериф, уже привыкший к тому, что ему могут позвонить в любое время,
тут же снял трубку.
Толком еще не проснувшись, он, тем не менее, твердо отчеканил в микрофон:
- Шериф Твин Пикса слушает!
- Гарри!
На противоположном конце провода звучал взволнованный голос Эда Малкастера.
- Да. Говори!
- Гарри, у нас неприятности!
- Так, что же ты медлишь, что случилось?
- Бернард исчез.
- Как исчез?! - недоуменно воскликнул шериф. - Он же был в складе!
- Говорю тебе, Гарри, Бернард исчез!
- Кто его стерег?
- Джозеф.
- А с ним-то хоть все в порядке?
- Да, вроде бы в порядке. Его просто оглушили.
- Он что-нибудь помнит?
- Да нет, говорит, думал, что это Дик. Открыл дверь - и его сразу ударили по голове
чем-то тяжелым...
- Ладно, Эд. Ты откуда звонишь?
- Из книжного склада.
- Еще кто-нибудь с тобой есть?
- Нет, я один, я пришел сменить Джозефа, и первый, кому звоню - это ты.
- Хорошо, Эд, позвони еще Хоггу, я скоро буду.
- Ладно, Гарри, даже если ты и приедешь - это уже ничего не изменит.
- Но все равно, Эд, я сейчас приеду.
- Гарри, я же предупреждал тебя - не стоило посвящать в наши дела специального
агента ФБР Дэйла Купера... Ладно, уже поздно об этом говорить...
Шериф зло бросил трубку и начал быстро одеваться.
Уже, садясь в машину, Гарри Трумен вытащил из кобуры револьвер, отщелкнул барабан и
посмотрел, заряжен ли он.
"Кто же, кто же это мог бы быть?" - повторял про себя Гарри, заводя машину и выезжая
на улицу. "Кто же еще мог знать кроме наших ребят, что Бернард на складе, кому могло
понадобиться его освобождать? А, может быть, здесь дело в другом?".
Шериф чуть не пропустил нужный поворот и, спохватившись, резко вывернул руль.
Машину немного занесло, но Гарри справился с управлением и помчал дальше, по
направлению к книжному складу, туда, где на перекрестке его уже ждали Эд Малкастер и
Джозеф.
Почти тут же за шерифом к книжному складу подъехал помощник шерифа Хогг. На нем
была полицейская форма, и казалось, что он даже и не ложился спать.
- Ну, как ты, Джозеф? - первым делом поинтересовался Хогг.
- Ничего... - виновато сказал парень, опуская глаза.
- Да ладно, не расстраивайся...
Помощник шерифа похлопал его по плечу.
- И не с такими случалось, у меня тоже было много проколов.
- Не нужно меня утешать, не маленький, - Джозеф зло сбросил руку помощника
шерифа со своего плеча.
- Ладно, - проговорил Гарри Трумен, - не время сейчас говорить друг другу
комплименты. Хогг, ты поищи тут вокруг какие-нибудь следы, а мы пройдем внутрь и
попробуем разобраться, как это все могло произойти.
Хогг кивнул головой, и легкой бесшумной походкой охотника-индейца углубился в
темноту двора. Время от времени вспыхивал огонек его маленького карманного фонарика,
выхватывая из темноты мокрые стволы деревьев, забор, пожарный гидрант, баки для мусора...
Даже издали было видно, как Хогг недовольно крутит головой и поглядывает на небо.
Через полчаса Хогг, мокрый до нитки, вошел в склад.
Шериф и Эд Малкастер посмотрели на него, как бы спрашивая: ну что, есть что-нибудь?
Хогг отрицательно покачал головой.
- Дождь, все следы смыло... Единственное, что я нашел, - он разжал ладонь.
На его ладони лежал свежий окурок.
- Вот, это единственное, что я нашел. Его даже не успел размочить дождь.
- Это, наверное, курил Бернард. Он у меня все время просил сигарету, - сказал Джозеф.
Полицейские посмотрели на парня.
- Такие сигареты курит пол Твин Пикса, - отчеканивая каждое слово, сказал шериф, -
так что от этой улики никакого проку...
Этой же ночью раздался телефонный звонок и в доме Пэккардов. Трубку сняла Джози.
- Узнаешь меня? - прозвучал хриплый мужской голос.
- Извините, вы, наверное, ошиблись номером, - старательно выговаривая английские
слова ответила Джози.
- Вслушайся, вслушайся в мой голос - и ты его сразу узнаешь!
Джози вздрогнула, холодок пробежал по ее спине. Она подтянула одеяло почти до самого
подбородка и плотнее прижалась к спинке кровати.
- Ты меня узнала? - спросил мужчина.
Джози молчала.
- Что, не ожидала, что я так быстро позвоню?
- Ожидала. Ведь я всегда держу слово.
- Вот это приятно слышать, потому что я уже заждался. Скоро буду.
- Когда?
- Скоро. Через несколько дней, а может быть и раньше. Так что приготовь все, как
договаривались.
- Карасё, карасё, - сказала Джози.
- Вот и карасё. А теперь - спокойной ночи, милашка! И пусть тебе приснится твой муж.
В телефонной трубке, дрожащей в руке Джози, послышались короткие гудки. Она
медленно опустила ее на рычаг аппарата. И еще долго смотрела в темное окно, за которым в
разрывах туч то появлялась, то исчезала белая луна...
Глаза Джози блестели, тонкие пальцы нервно сжимались в кулаки. Она машинально
накручивала на палец телефонный провод, как будто собиралась вырвать его из розетки...
- Вот и все... - едва слышно прошептала китаянка, - вот и все...
А потом еще несколько минут она шептала что-то по-китайски... Это были проклятья и
ругательства в адрес позвонившего ей мужчины.
Не спал в эту ночь и старик Хилтон. Он сидел у остывающего камина в глубоком
плетеном кресле-качалке, закутавшись в мохнатый старый плед. Он смотрел в окно. Он видел
пикап, на котором проехал Лео Джонсон, видел машину шерифа, машину Хогга, видел, как
двое мужчин прошли по улице... Но он не думал ни о ком из них - он вспоминал свою
молодость...
Единственное, что не изменилось за годы его жизни - это была белая выщербленная
луна в мохнатых тучах, проносящихся по небу, это шум дождя и скрип старых елей... Старик
Хилтон не мог точно сказать, кто старше - он, или эти мохнатые, темно-зеленые ели, которые
поскрипывают во дворе его дома, раскачиваясь в порывах северного ветра.
Вдруг старик Хилтон закрыл глаза. Казалось, что он уснул. Но его глаза вновь открылись.
Он вновь взглянул на грязное стекло, за которым проносились облака, и громко, своим
старческим голосом сказал:
- Кто же убил Лору Палмер? А, мистер Гарри Трумен, вы еще не знаете? Нет? Тогда я
вам могу это сказать... Мне кажется, что я знаю, кто совершил преступление.
Старик вновь закрыл глаза, очки упали к нему на колени и потонули в складках пледа...
Специальный агент ФБР неожиданно проснулся. Он вытер холодный пот, сунул руку под
подушку, достал диктофон и нажал клавишу.
- Даяна, это очень интересно. Мне приснился странный сон. Боюсь, что его забуду,
поэтому рассказываю среди ночи и прямо так, как его увидел, не анализируя. Ты меня
слышишь, Даяна? Ленивый как мерзлая креветка, я лежал в ванной, набирал в рот воду и с
шумом выпускал ее в стену. Струя дробилась и рассыпалась на миллионы брызг. Вдруг в спину
мне ударил фонтан, и вода окрасилась в красный цвет. С перепугу я выскочил из ванны... Пол
стал странно наклоняться, ноги заскользили по кафельной плитке, и я сорвался в пропасть...
Я с трудом поднял голову и осмотрелся. Из серого полумрака выступают стены, а рядом
со мной подскакивает и бьется на полу рыба. У рыбы черные плавники, сверху капает что-то
красное и липкое, очень похожее на кровь. А рядом со мной кто-то шепчет: "Сегодня
счастливы мертвые..." Я подскочил и закричал: "Кто здесь? Кто здесь?". Звук моего голоса
запрыгал от стены к стене и заглох вдалеке, там, где маячило какое-то светлое пятно...
Красный дождь перестал, рыба вытаращила глаза, раскрыла рот и смолкла. Я, прикрылся
полотенцем, за которое уцепился, когда начал падать, и двинулся вперед.
Свет, который шел из дверей, сделанных в гигантской стене, и край этой стены терялись в
темноте. В проеме я увидел странный чудесный сад. В нем били фонтаны и звучала тихая
музыка. "Кажется, это арфа" - подумал я. И тут поднял глаза. "Рай" было написано над
дверями. Эхо отозвалось, подтверждая прочитанное мной... И в этот же момент в проеме
возник подтянутый молодой человек. Он испуганно посмотрел на меня и начал закрывать
скрипучие двери...
В саду слышался топот ног...
"Вы извините меня, я задумался, там Лора Палмер!" - начал оправдываться я. "Я видел
ее, видел ее мертвой. Еще раз извините! Я должен спросить у нее только одну вещь".
"Какую?" - молодой человек спросил в чуть приоткрытую дверь.
"Я должен спросить у нее имя убийцы!"
"Нет..." - покачал головой молодой человек. "Она вам не сможет этого сказать".
"Но почему, почему?" - настаивал я.
"Потому что вы еще там, на земле, а она уже здесь, у нас" - говорил молодой человек.
"Но мне очень важно" - настаивал я. "Мне нужно тать имя убийцы!"
И тут, Даяна я бросился на дверь и стал рвать ее на себя. Я пытался оттолкнуть молодого
человека и ворваться в рай. Но он стоял, словно железный, и я не мог сдвинуть его с места.
"Вы слишком спешите расстаться с земной жизнью, мистер Купер", - сказал он мне.
"Вы обязательно узнаете имя убийцы Лоры Палмер. Но вы узнаете его сами..."
А я... Со мной, Даяна, что-то случилось. Я прямо сделался как бешеный. Мне казалось,
что этот молодой человек хочет навредить мне, что он мой враг. Я выхватил свой револьвер и...
ты же, Даяна, знаешь, что я никогда не стреляю из него, я же не выношу одного вида крови. -
Я выстрелил в него три раза.
Понимаешь, Даяна, я видел все это очень отчетливо. Три раны на его животе.
Но молодой человек даже не пошатнулся, хоть и истекал кровью. Он так же остался
стоять на месте, покачал головой и сказал: "А вот это вы сделали зря, мистер Купер. Вам нужно
быть осмотрительнее, пожалуйста, спрячьте свой револьвер и возвращайтесь назад на землю.
Скоро вам все откроется, и вы сами найдете ответ на все свои вопросы..."
И тогда я словно очнулся. Понимаешь, Даяна, я словно проснулся во сне. Я сделал
несколько шагов и снова очутился в ванной. Но никакой рыбы там уже не было - это была
самая настоящая ванная моего номера... Все тот же белый кафель на стенах, тот же
умывальник, то же полотенце... Мой халат висел на вешалке, и я увидел капли крови на полу
ванной...
Вот и все, что я хотел тебе сказать, Даяна. Мне очень жаль, что вновь во сне мне не
довелось узнать, кто убийца Лоры Палмер. Но может быть прав этот молодой человек, который
не хотел меня пускать в рай, может быть, он был и прав, и мне не стоило встречаться там, за
дверями, с Лорой Палмер. Потому что зачем нужны были бы тогда ФБР и полиция, если можно
так просто зайти в двери и спросить у мертвого человека, кто убил...
Тогда бы, Даяна, жизнь потеряла смысл.
Ну, вот и все. Я не знаю, когда ты будешь слушать эту запись: утром, вечером, днем или
ночью. Поэтому я тебе просто пожелаю доброго здоровья.
Дэйл Купер щелкнул клавишей диктофона
...Закладка в соц.сетях
