Жанр: Детектив
Твин пикс: расследование убийства 1
...я смех Лоры, - бедные, как мне их жалко... - "Клинические исследования
показывают, что явление илгинизма может быть вызвано серьезными психологическими
причинами, обусловленными недостаточным знанием партнерами друг друга. Так, некоторые
женщины приписывают неуверенность мужчины отсутствию решительности, а некоторые
мужчины усматривают в скованности женщин их неприязнь к нему или даже колебания в
правильном выборе партнера..." Нет, док, какую чушь пишут в этих идиотских
энциклопедиях... Мне кажется, что моя матушка никогда в своей жизни не кончала, а если в
свое время и трахнулась с папочкой до свадьбы - ты, наверное, хорошо знаешь ту историю,
когда папочка приехал в наш сраный Твин Пике получать какое-то пустяковое наследство и
скуки ради трахнул мамочку - так вот, если она с ним тогда и трахнулась, то только потому,
что так делали все ее подруги, а не потому, что ей действительно этого хотелось... Бедная,
бедная моя мамочка, мне ее искренне жаль... Нет, подумать только - я именно сейчас это
поняла - сколько существует в мире женщин, которые в своей жизни ни единого раза не
кончали... И если мне кого-нибудь и жалко, то только этих несчастных. Да, док, мне
действительно жалко их...
Протянув руку к магнитофону, Джозеф резким движением нажал на "стоп".
- Извини, - произнес он, обращаясь то ли к Донне, то ли к дяде Эду, то ли к самому
себе, - я не могу больше итого слушать...
- Почему? - не поняла Донна.
Джозеф замялся.
Эд, поднявшись со стула, подошел к племяннику и, положив тому руку на плечо,
медленно, точно взвешивая каждое слово, произнес:
- Ты, наверное, не хочешь слушать дальше потому, что тебе неудобно?..
Тот кивнул.
- Да...
- Понимаю. Знаешь, у меня тоже такое ощущение, будто бы я подсматриваю за кем-то в
замочную скважину... - Эд немного помолчал. - Ничего не поделаешь, приятель. Если мы
уже и взялись за это дело, придется немного замарать руки. Ничего другого не остается...
Донна неожиданно для Джозефа поддержала владельца бензоколонки:
- Да, Джо, я очень хорошо понимаю тебя... - Она сделала небольшую паузу, видимо,
обдумывая каждое
слово. - Может быть, даже слишком хорошо. Ты ведь, - она понизила голос, - ты ведь
любил ее... И она любила тебя. А может быть - ей просто казалось, что любила. Может быть,
она делала вид. Как бы то ни было, мы
должны дослушать кассету до конца, Джозеф, мы должны это сделать...
Джозеф, поразмыслив, нехотя согласился:
- Хорошо, - произнес он и нажал на кнопку магнитофона. - Хорошо...
Из динамика вновь послышался голос Лоры:
- Док, если у меня и есть в жизни радость - то только одна. Секс. Да, док, только это
приносит мне радость, только от секса я получаю огромное, ни с чем не сравнимое
наслаждение. Тебе странно это слышать? Ты, наверное, считаешь, что я сумасшедшая, что у
меня, как однажды сказала Донна - "бешенство матки"?.. Не знаю...
В этот момент Джозеф незаметно скосил глаза на сидевшую рядом девушку и заметил,
что та слегка побледнела. Действительно, неизвестно было, о чем Лора еще надумает сообщить
доктору Джакоби.
Лора продолжала свой монолог:
- Может быть, Донна и права. Пусть называет это как угодно, меня это абсолютно не
касается. От определений суть вещей не меняется - не так ли?.. А свою суть я понимаю
прекрасно - я просто создана для того, чтобы трахаться, я хочу, хочу, хочу!.. Раньше -
кажется, еще несколько месяцев назад - я писала в своем дневнике какую-то
романтически-возвышенную чушь... Что-то насчет счастья любви... Кажется, так: "Какая
нежность в тебе и сила!.. Когда ты в меня входишь, когда ты в меня вонзаешься, у тебя всегда
закрыты глаза, ты весь, до последней клеточки во мне..." Боже, какой наивной дурочкой я
была!.. Впрочем, - Лора доверительно понизила голос, - впрочем, Док, тебе я признаюсь
честно: я все это списала. Да-да, не удивляйся, я списала это из одного классного
порнографического журнала - того самого, который... - Лора запнулась, - в общем, он
называется "Суперплоть". Название тебе ни о чем не говорит?.. А знаешь, почему я это
списала?.. Нет, доктор Лоуренс Джакоби, ни за что не догадаешься... Короче, где-то год назад
этот журнал объявил национальный конкурс среди девочек пятнадцати-семнадцати лет на
лучшее сочинение о трахалках, так вот, первое место заняла одна девушка из Миссури,
кажется, а может быть, и нет... Впрочем, это к делу не относится. Так вот, она прислала в
"Суперплоть" этот текстик, приписав, что всегда пишет такие слова в письмах своим парням...
Они просто на месте кончают, когда читают: "Когда ты входишь в меня, твои глаза всегда
закрыты... Я распахиваю навстречу тебе свои бедра... Какая боль, какая
нестерпимо-сладостная мука... Как я хочу, чтобы ты, мой милый..." Короче, она этим их
возбуждает... Хитрая какая, а? В общем, я выписала эти слова в свой дневник - так мне они
понравились. Художественно написано, не правда ли?.. Хотя, если честно, у меня есть
серьезные подозрения, что этот текстик та девочка - тоже мне девочка - ха-ха-ха!... -
засмеялась Лора, - мне кажется, док, что она его тоже откуда-то списала, но иначе... Так
может чувствовать только очень опытная женщина... Да, док, секс - это удивительная штука.
Удивительная и приятная. Нет, я не то хотела сказать - и хотела сказать, что секс удивительно
приятен. Удивительно приятен, приятно удивителен... Тьфу, совсем запуталась... Ну ладно, ты,
конечно же, понимаешь, что я имею в виду... Послушай, если я еще не надоела тебе со своей
болтовней, еще несколько цитаток из этой идиотской книжки, что подсунула мне мамочка -
Джозеф, выразительно посмотрев на Донну, удивленно пожал плечами.
- Никак не могу понять, что заставляло доктора Джакоби хранить именно эту кассету, а
не какую-то другую?.. Ничего не понимаю... Бред какой-то... Донна ласково посмотрела на
юношу. - Мне кажется, она обязательно что-то скажет... Не думаю, что доктор Джакоби
хранил эту запись только по соображениям сентиментальности.
Из динамика продолжал звучать голос Лоры:
- Вот сейчас закрою глаза и загадаю какую-нибудь страницу... Ну, пусть это будет...
допустим, сто восемьдесят пятая. Так, ну-ка, ну-ка, что там?.. О, док, очень даже интересно...
Глава называется "Рефлекс эякуляции". Насколько я понимаю, эякуляция, это когда мужчина
кончает - не так ли, Лоуренс, ты ведь доктор, стало быть, должен подтвердить правильность
моих слов. Надеюсь, что у тебя с этим все в полном порядке... "Бытует мнение, что задержка
спермы полезна для здоровья мужчины, - начала читать Лора, - при этом рассуждения
обычно сводятся к тому, что мужчина, не доводящий половую близость до оргазма, не теряет
ценные вещества, а, стало быть, не слабеет. Действительно, существует определенная, хотя и
немногочисленная категория мужчин, которые всеми правдами и неправдами избегают
семяизвержения, почему-то опасаясь, что это может повредить их здоровью..." Какая
глупость, - прокомментировала Лора. - Дураки эти мужчины... Лишают удовольствия и
себя, и женщину... Ладно, читаем дальше: "Но нет, они не только пекутся о своем здоровье,
они при этом еще и хвастаются собственной силой, ссылаясь на специализированную
литературу Древнего Востока..." Док, если честно, я не представляю, как это в былые времена
на том же Востоке обладатели гаремов выполняли свои супружеские обязанности... Это же
надо было стольких удовлетворить, надо было каждый день доказывать свою любовь сразу же к
нескольким десяткам женщин... Да, док, нелегка была участь всех этих Аль Рашидов... Ну-ка, а
что там дальше? "В гаремах восточных властителей далеко не все жены имели право на семя
своего господина, это было привилегией избранных. За порядком следил особый
церемониймейстер, который аккуратно подсчитывал количество половых актов хозяина
гарема..." Он что, со свечкой стоял, что ли?.. Ха-ха-ха... - Эти строки очень развеселили Лору
Палмер. - "Интересно, что общественный престиж зависел не только от богатства господина и
количества его жен, но и от того, как он исполнял свои супружеские обязанности с учетом
полного удовлетворения всех обитательниц гарема. Так вот, с точки зрения современной
медицины, такая адова работа не под силу ни одному мужчине, если при каждом половом акте
происходит семяизвержение..." Еще бы, - вновь прокомментировали Лора, - очень даже
понимаю. Мне старик Хилтон - тот самый, о котором все думают, что он уже на том свете -
как-то рассказывал, что во времена его молодости ему приходилось трахать одну мулатку из
Нью-Гемпшера, которая получала удовлетворение только тогда, когда в нее кончали, а мулатка
была просто ненасытна. Так вот, старик Хилтон за несколько суток похудел на двадцать
фунтов, он утверждал, что был зеленый, как доллар, может быть, даже, еще зеленей... Впрочем,
старику Хилтону я не очень-то верю - он патологически лжив. К тому же, у него есть один
маленький комплекс - при случае любит невыносимо трепаться о своих достоинствах...
Вообще-то, интересный этот старик Хилтон, хотя периодически и достает своей старческой
болтовней... Ладно, в его возрасте это обычное явление... Все такими будем. Ладно, док,
продолжаю: "Женщине, как правило, требуется большее время для достижения оргазма, чем
мужчинам, и поэтому любой мужчина должен стремиться к тому, чтобы его партнерша
достигала высшей степени сладострастного ощущения одновременно с ним или даже раньше
его. Готовых рецептов тут нет и быть не может, разве что совета женщинам - научиться
содействовать наступлению оргазма сокращением мышц влагалища. Кроме того, следует
заметить, чувство удовлетворенности партнеров зависит не только от половой близости, но и от
духовного контакта..." Ха-ха-ха, - зло рассмеялась Лора, - представляешь, док, так и
написано - "духовного контакта"... Ну-ка, а что там дальше? "Некоторые женщины способны
кончить до десятка и более раз за один акт..." Да, док, я знаю одного такого человека... Нет,
это не Джо - он, конечно, очаровательный и очень милый юноша, но настолько глуп... Нет,
Джозеф в последнее время становится для меня все менее и менее интересным...
Донна посмотрела на Джозефа - тот, слушая запись, едва не заплакал. Нажав на "стоп",
Донна подошла к нему и, посмотрев в глаза юноше, произнесла:
- Джозеф, я понимаю, как тебе сейчас тяжело... Но все равно, ты должен был...
- Да, - прервал ее Джозеф, - да, я должен был услышать это... Я должен был узнать
все... Я думаю, у
меня хватит мужества выслушать это до конца...
Донна включила магнитофон.
- Так вот, док, я знаю одного человека, под которым я кончаю не десятки а, наверное,
сотни раз... Этот человек... Этот че-ло-век... - Лора умышленно растягивала слова, - нет,
док, я не скажу вам, кто это такой, хотя
вы его, может быть, и знаете. Не обижайся, док, для твоей же пользы. Если он узнает, что
ты знаешь его имя, у тебя могут быть серьезные неприятности... Да, доктор, очень даже
серьезные неприятности. Поэтому я лучше помолчу... Может быть, как-нибудь попозже, в
другой раз...
На этом запись на кассете обрывалась - спустя несколько секунд сработал "автостоп", и
магнитофон отключился.
Эд обернулся к Джозефу.
- Ну, насколько я понял, единственное, что из всего этого можно почерпнуть - это то,
что есть какой-то мужчина, который для доктора Джакоби небезопасен, - медленно произнес
он, - только никак не могу понять - чем именно...
В комнате зависла долгая пауза - все размышляли над словами Лоры.
- Да, - ответил Джозеф через довольно продолжительное время, - пока что вопросов
больше, чем ответов. Во всяком случае, для меня...
- Джо, а что в этой связи ты думаешь о самом докторе Джакоби?..
Хэйвэр покачал головой.
- Мне кажется, он просто хотел ей помочь...
Полицейская машина с выключенными фарами стояла неподалеку от гостиницы
"Флауэр" вот уже час - шериф Трумен справедливо посчитал, что лучше прибыть раньше, чем
опоздать. Держа в руке радиотелефон, Гарри переговаривался с Люси.
- Послушай, Купер еще не появлялся?..
С того конца послышалось.
- Нет. Он, правда, недавно позвонил мне - сейчас, по всей видимости, Дэйл находится
по дороге в Твин Пикс. Едет из этого "Одноглазого Джека"...
- Думаю, к появлению большой рыбы он не успеет, - ответил Трумен, - но, во всяком
случае, ему удастся потрогать ее за жабры...
Говоря о "большой рыбе", шериф имел в виду Жака Рено. В последнее время у шерифа
Твин Пикса появилась склонность к подобным определениям - он, вспомнив школьный
возраст, начал запоем читать Фенимора Купера.
- Значит, так, Люси, - добавил он, - если Дэйл еще раз позвонит, скажи, чтобы к
гостинице не ехал, а дожидался меня в кабинете... И не забудь приготовить ему кофе - такой,
как он любит, без сливок и всего прочего. Купер любит употреблять продукты в чистом виде...
В трубке послышался сдержанный смешок.
- Чего ты так развеселилась?..
Люси, окончив веселиться, ответила:
- Вспомнила, что Дэйл перед каждым кофепитием тщательно, минут пятнадцать моет
руки - ему все время чудится запах рыбы. Это с тех пор, как однажды в гостях у Питера
Мартелла, который...
- Знаю, знаю, - оборвал ее шериф, - это самый свежий анекдот в Твин Пиксе. Можешь
не пересказывать... Ну, все, значит, договорились...
Положив трубку радиотелефона, Гарри обернулся к Энди Брендону - тот, сидя рядом,
внимательно слушал диалог своего шефа с мисс Моран.
- Ну, Энди, как твои дела?
Энди изобразил на лице полнейшую безнадежность.
- Как говорят у нас в полиции, - скорбно произнес он, - совершенно гиблое дело...
Шериф успокоительно улыбнулся.
- О, эти женщины, - произнес он с некоторой патетикой, - о, эти тва... извини,
женщины... Сколько мучений от них приходится терпеть... Ничего, Энди, верь мне - у тебя
все будет хорошо. Главное - веди себя, как настоящий мужчина... Верь мне - она любит
тебя, у вас все образуется...
На глаза Брендона навернулись слезы.
- Люси, - тяжело, едва не всхлипывая, произнес он. - Люси... Она не любит меня... Я
никак не могу понять, почему, почему она отвергает мои чувства...
Трумен машинальным движением нащупал в кармане флакончик с валерьянкой.
- Не переживай, Энди, со всеми не переживешь, - попытался пошутить он, - мне
кажется, у вас произошло просто какое-то досадное недоразумение... Все образуется, Энди,
верь моему слову...
Брендон всхлипнул.
- Люси... Люси...
"Да, видимо, и на этот раз без валерьянки не обойдется, - подумал Гарри Трумен, -
очень не вовремя. Сейчас придется брать этого жирного ублюдка, Жака Рено, а Энди так
некстати расстроился... Он, конечно же, очень хороший парень, только очень уж
чувствительный... С такой нервной системой хорошо быть постановщиком каких-нибудь
слезливых телесериалов или работать режиссером-постановщиком мелодрам в бродвейских
театрах, но в полиции..."
Брендон продолжал всхлипывать.
- Люси...
В этот момент к зданию гостиницы подъехал автомобиль Жака Рено - шериф,
подтолкнув своего заместителя, произнес:
- Энди, все, хватит сантиментов... Забудь о Люси хоть на какое-то время. Ты сейчас на
работе...
Энди утер слезу и вопросительно посмотрел на своего начальника.
- Что я должен делать?..
- Сейчас я пойду его брать, - ответил Гарри, - а ты, в случае чего, должен меня
прикрыть...
Тот согласно кивнул.
- Хорошо...
Взяв с приборной доски радиотелефон, шериф произнес, обращаясь к другим
полицейским, находящимся в своих автомобилях где-то поблизости:
- Всем приготовиться... На счет "три" начинаем...
Рено, заглушив двигатель, вышел из машины и осмотрелся - никого не было видно.
Прикрыв дверцу, он вытащил из кармана сигареты и закурил.
Лицо Трумена стало необыкновенно серьезным. Держа перед собой радиотелефон, он
начал отсчет:
- Раз... Два...
На счет "три" Энди включил полицейскую сирену - в какие-то считанные секунды
автомобиль Жака Рено был окружен полицией. Выскочив из "ниссана", Трумен с пистолетом
наперевес направился в сторону ничего не понявшего крупье и, прищурившись, точно герой
вестернов Серджо Леоне, произнес:
- Жак Рено, ты арестован за убийство Лоры Палмер и попытку убийства Роннеты
Пуласки... Руки вверх!.. И смотри, без глупостей...
Рено стал медленно поднимать руки. К нему, расстегивая на ходу наручники, спешил
Томми Хогг.
- Руки!.. - крикнул он.
В этот момент Жак с отчаяньем обреченного человека выхватил из расстегнутой кобуры
полицейского револьвер - все произошло так быстро и неожиданно, что никто, даже шериф,
не успели среагировать. Казалось, еще мгновение - и произойдет непоправимое. Однако
спустя какую-то долю секунды раздался выстрел - Гарри обернулся назад: позади него,
судорожно сжимая пистолет, стоял Энди. Жак, схватившись за грудь, упал на землю...
Трумен, отлично знавший своего заместителя, ожидал от него чего угодно, но только не
этого. Гарри только и смог, что пораженно прошептать:
- Ну, Энди...
Видимо, Энди сам был ошеломлен собственным геройством; по тому, какой крупной
дрожью затряслись его руки, шериф догадался через несколько секунд, что это геройство было
для Брендона едва ли не большей неожиданностью, чем для всех остальных.
Подойдя к своему заместителю, шериф по-дружески положил ему руку на плечо и
произнес:
- Спасибо, приятель... Энди опустил пистолет.
- Это был мой долг... - выдавил он из себя классическую фразу голливудского
положительного героя-полицейского, - это был мой долг...
В то самое время, когда полиция занималась задержанием Жака Рено, в полицейском
отделении раздался телефонный звонок. Трубку подняла Люси.
- Алло...
- Это от Лео, - говоривший произнес эту фразу столь зловеще, что девушка невольно
вздрогнула.
- А кто говорит?..
В трубке послышался какой-то звук, напомнивший Моран бой курантов.
- Неважно...
Люси спросила голосом, в котором прозвучало нескрываемое беспокойство:
- Кто это? Я не могу разговаривать с человеком, не зная, кто он... - добавила она.
С той стороны послышалось:
- Это неважно...
- Чего же вы хотите?..
- Лео просил меня передать кое-что для шерифа Гарри Трумена...
Люси, наконец, взяла себя в руки.
- Слушаю...
- Шериф наверняка знает некоего Джозефа Хэрвэя, большого любителя мотоциклов
марки "Харлей-Дэвидсон"? - с какой-то издевкой, как, во всяком случае, показалось Люси
Моран, спросил неизвестный абонент.
- Да...
- Так вот: пусть он на всякий случай проверит, что хранит этот мотоциклист в
бензобаке... Там можно найти очень любопытные вещи...
- Что вы имеете в виду?..
- Еще раз повторяю - пусть шериф поинтересуется бензобаком мотоцикла этого
Хэрвэя...
- Кто это гово...
Короткие гудки в трубке дали понять, что разговор закончен.
Люси в тот вечер была слишком занята своими переживаниями, чтобы придать значение
какому-то звонку; ей почему-то показалось, что это - не более, чем глупый розыгрыш.
"Тоже мне, - подумала она, - тоже мне, идиоты, нашли время для шуток... У меня
такие серьезные проблемы, а они там развлекаются..."
На всякий случай Люси записала на отрывном календаре: "Звонили от Лео. Насчет
бензобака "Харлей-Дэвидсона" Джозефа Хэйвэра".
"Нет, вы только подумайте, - от мысли, что ее осмеливаются беспокоить в критические
моменты жизни, Люси едва не зарыдала, - они нашли время для розыгрышей..."
Хэнк вот уже несколько дней работал в закусочной своей жены Нормы Дженнингс - в
фартуке из искусственной кожи, в брезентовых рукавицах он ничем не отличался от остальных
подсобных рабочих, вечно суетившихся на хозяйственном дворе - катал бочки с пивом, носил
из фургона ящики, мыл посуду... Норма старалась не замечать его - во всяком случае, она не
делала для Хэнка никаких скидок: к немалому удивлению Нормы, Хэнк воспринял подобное
отношение к себе достаточно спокойно и без лишних эмоций.
Однажды, когда закусочная уже закрывалась, Хэнк, подтащив ящики с консервированной
ветчиной к стойке бара, несколько замешкался - Норма, достаточно неплохо знавшая его,
поняла, что тот желает с ней о чем-то поговорить.
- Хэнк?..
Тот обернул голову.
- Слушаю...
Норма улыбнулась, давая тем самым понять ему, что беседа будет носить не служебный,
а, скорее, семейный характер.
- Ты хочешь что-то сообщить мне?..
Хэнк, аккуратно поставив ящики, подошел к Норме.
- Да нет... Ничего особенного.
- Так да или нет?..
- Да так, мелочь...
Норма вновь улыбнулась - в ее улыбке угадывалось: "Говори, Хэнк, не бойся... Мы же
свои".
- И какая же мелочь?..
- Понимаешь - мне кажется, в подвале завелись какие-то грызуны...
Норма нетерпеливо махнула рукой.
- Послушай, ты мне все-таки муж... Не городи тут всякой ерунды. При чем тут какие-то
грызуны?..
- Совершенно ни при чем, - согласно кивнул Хэнк.
- Так для чего же ты говоришь о них?..
Хэнк ухмыльнулся.
- Просто так... Я ведь прекрасно знал, что ты сейчас произнесешь именно эту фразу -
"не городи всякой ерунды..."
Норма вновь улыбнулась.
- Так для чего же...
Хэнк тут же перебил ее:
- Для того, чтобы еще раз проверить, насколько хорошо я тебя знаю...
- Ну, и что же?..
- Ну, в общем, достаточно неплохо.
- Короче...
И тут Хэнк, совершенно неожиданно для Нормы спросил:
- Послушай, как ты думаешь, чего мне хотелось в тюрьме больше всего?..
Норма от удивления подняла брови.
- Ну, и чего же?..
Хэнк ухмыльнулся.
- Никогда не догадаешься... Больше всего в тюрьме хочется кого-нибудь трахнуть...
Норма от удивления едва не потеряла дар речи.
- Чего, чего?..
- Да, кого-нибудь трахнуть... Так вот, все это время я хотел только одного - дорваться
до женщины, все
равно, до какой - грязной, потной, уродливой... И трахнуть ее.
- И ты...
Хэнк резко прервал ее:
- Не перебивай... Так вот, когда ты лежишь на тощем матраце в своей камере и
рассматриваешь разные порно-журналы... Нет, ты даже не понимаешь...
- Порно-журналы?..
Хэнк коротко кивнул.
- Да.
- Не понимаю, для чего их рассматривать, если они так возбуждают, а выхода энергии
все равно нету...
Хэнк, подойдя к Норме, неожиданно приобнял ее за талию.
- Я берег ее на будущее...
Та попыталась высвободиться, но железные руки Хэнка крепко держали ее.
- Хэнк...
- Послушай, ты...
- Хэнк, ты собираешься меня насиловать?..
- Нет.
- Но ты...
- Норма, я люблю тебя...
- Но почему...
- Я тебе все потом расскажу... Еще не время, - Хэнк сделал небольшую паузу. -
Норма, я люблю тебя. И я тебя хочу. Прямо здесь и прямо сейчас.
"Неужели он меня действительно любит, - подумала Норма, - как-то странно слышать
от Хэнка признания подобного рода..."
Хэнк, глядя Норме прямо в глаза, еще раз повторил:
- Да, Норма, я люблю тебя...
Норма вновь попыталась высвободиться, но, поняв, что это ей не удастся, решила: "Будь
что будет".
- Норма, ты можешь мне не верить, но все это время, проведенное в тюрьме, я думал
только о тебе... - говоря это, Хэнк принялся осторожно увлекать ее в сторону подсобки, -
Норма, ты даже не представляешь...
- Но и я...
- Норма, - продолжал Хэнк, горячо дыша ей в ухо, - Норма...
Спустя несколько минут двери подсобки закрылись...
Сидя в кабинете, Купер в очередной раз выслушивал рассказ шерифа о событиях
последних часов.
- Этот Жак Рено ранен не очень опасно? - поинтересовался он, когда шериф наконец-то
закончил.
Тот махнул рукой.
- Что ты... Я говорил с доктором Уильямом Хайвером - тот утверждает, что этот
крупье здоров, как боров. Никуда он не денется, выживет.
Купер откинулся на спинку стула.
- Так, этот Рено, думаю, никуда от нас не уйдет...
Трумен удивленно посмотрел на Дэйла.
- Ты что, не хочешь его сейчас допросить?..
- Нет.
Трумен удивился еще больше.
- Но почему?..
- Он никуда не уйдет от нас... Мне кажется, что теперь гораздо важнее побеседовать с
доктором Лоуренсом
Джакоби. Ведь его едва не отправил на тот свет, во всяком случае, не Жак Рено...
Трумен высказал предположение:
- Может быть, Лео?.. Он ведь до сих пор где-то скрывается...
Купер прищурился.
- Вполне может быть... А может быть - и не Лео, а кто-нибудь совсем другой... Во
всяком случае, у меня нет стопроцентной уверенности...
Спустя полчаса шериф и специальный агент ФБР стояли перед койкой Джакоби в местной
клинике.
- Ему было нанесено восемь проникающих ударов, - пояснил стоявший у кровати
доктор Уильям Хайвер, - даже удивляюсь, как Лоуренс умудрился выжить... Другой бы на его
месте...
Обернувшись к Уильяму, Купер спросил:
- Как вы думаете, доктор, на Лоуренса было совершено нападение с целью убить его?
Или же, просто так, слегка испугать?..
Думаю, что его хотели убить... Однако то ли у нападавшего было слишком мало времени,
то ли его что-то испугало, но - на наше счастье - доктор Джакоби несомненно выживет.
Купер покачал головой.
- Хорошо. Доктор, можно я побеседую с ним?
Уильям покачал головой с некоторым сомнением.
- Честно говоря, я бы не рекомендовал... Да, Лоуренс, как мне кажется, пришел в себя,
состояние его более-менее стабилизировалось... Однако его нельзя волновать.
Купер, наклонившись к самому уху лежавшего перед ним доктора, произнес:
- Доктор Лоуренс Джакоби...
Тот тихо простонал в ответ.
- Доктор, я очень извиняюсь, но мне необходимо задать вам несколько вопросов...
Скажите, для чего вы отправились из дому в столь поздний час?..
Джакоби тихо застонал:
- Лора... Там была Лора Палмер...
Купер вопросительно перевел глаза на доктора Уильяма Хайвера.
- Он бредит?..
Уильям покачал головой.
- Думаю, что нет...
- Она... прислала мне... - продолжал Джакоби, запинаясь почти после каждого
слова, - прислала... мне прислала видеокассету... Это была Лора Палмер... Это точно... точно
была она...
- Видеокассету? - Не понял Дэйл. - Какую еще видеокассету?..
Джакоби продолжал - каждое произнесенное слово давалось ему с неимоверными
усилиями:
- Там... У меня дома есть одна кассета... Там... Лора, она говорит... - произнес
Джакоби и тут же потерял сознание.
Купер, наклонившись к его уху, настойчивым голосом произнес:
- Видеокассета?.. Лора Палмер?.. Что она говорила, Лоуренс, умоляю, скажите мне, что
она говорила?.. Где лежит эта кассета, и как она к вам попала?..
Уильям Хайвер, тронув Дэйла за плечо, тихо произнес
...Закладка в соц.сетях
