Жанр: Детектив
Ведьма Магдалина 2. Помело для лысой красавицы
...ый салон, и выехала из гаража в отличном настроении.
И тут зазвенел сотовый.
Я посмотрела на его окошечко и подавила спонтанное желание перекреститься. Бог не
выдаст, свинья не съест, а я всего сутки в России, так что может и все обойдется.
- Алло! - бодро чирикнула я.
- Маня! - холодно произнесла мать, - почему я в самую последнюю очередь узнаю о
твоем приезде? Возможно я и не самый важный человек в твоей жизни, но я ведь твоя мать! Я
ночей не спала, тебя растила, тянулась из последних сил. И так ты меня благодаришь за все это!
Не пронесло. Я тяжко вздохнула и сказала:
- Мам, кончай концерты, а? Я вчера с дороги была, устала жутко.
- Почему ты мне не позвонила? - оскорбленно вскричала мать. - Неужели нельзя было
позвонить и сказать номер рейса, я бы встретила.
- Мать, ты бы не встретила, - как можно мягче сказала я. - Я прилетела в пять вечера,
ты еще в школе была.
- Милочка, вчера была суббота, в пять вечера я была дома! - ядовито сообщила мать. -
Ты отвратительная дочь! Слова доброго от тебя не услышишь сроду, вечно огрызаешься, на все
у нее отговорки! С кобелем своим, Витькой, нашла время встретиться. Кобеля на мать родную
променяла!!! Ростишь, ростишь деток, от себя кусок отрываешь, а они тебе под старость...
И тут холодное бешенство завладело моим разумом. Голова сделалась пустой, сердце
раздвоилось. Я - послушная дочь - была вышвырнута из сознания, как нашкодивший
котенок недоброй хозяйкой. Второе "Я" вылезло на свет божий.
- Вы же, мадам, отвратительная мать, - услышала я как со стороны
аристократически-ледяной голос. - Я не собираюсь перечислять вам ваши ВСЕ упущения,
скажу лишь одно - хорошая мать не станет портить своему ребенку последние дни.
- П-последние дни? - слегка ошеломленно выдала сразу присмиревшая мать. Что-то, а
это она хорошо усвоила - когда я начинаю называть ее на Вы, она махом выкидывает белый
флаг.
- Именно.
- Доченька, - севшим голосом сказала она. - Не помогло?
- Я заеду позже и мы обсудим, - так же холодно попрощалось мое второе Я и руки
захлопнули крышечку.
Тогда я еще не знала, что мать мне не видеть еще очень долго. Почти до конца жизни.
Я откинулась на кресло и вздохнула. Иногда мать меня и правда доводит здорово - от
злости сама себя не помню. Как папенька с ней живет всю жизнь - в голове не укладывается.
Разговор оставил неприятный осадок. Я выехала за ворота и покатила к банку, думая об
этом. Смешанное чувство - мать тяжелый человек, вечно на всех обижена и всех стремится
наставить на путь истинный, а кому это понравится? Как будто этого мало, она еще и стала
свидетельницей Иеговы. Раньше маменька, исчерпав тему недостатков собеседника и подустав
делиться с ним, неблагодарным, накопленной мудростью, ненадолго притихала. Устраивала
себе тайм-аут. Сейчас же - никаких передышек, собеседника ждет фанатичный рассказ о том,
что он грешник нечестивый и что после смерти его непременно ждет геенна огненная. Ну и все
в таком духе, с привлечением истрепанных книжек на эту тему в качестве аргумента. Подруг
моих мать люто ненавидела - все как одна они у нее были шлюхами малолетними.
Исключение делалось только для Ленки Звягинцевой - та, к несчастью для нее была слишком
хорошо воспитана. Ленку мать любила. Завидев ее на пороге, мать мигом тащила ее в кухню,
раскладывала там свои книжки и начинала вещать. Поначалу Ленка пыталась вести с ней
диалог и задавала вопросы еретического характера типа : если Бог всемогущ, то отчего ж все
так плохо - то? Мать буквально взбеленилась и больше Ленка так не рисковала, лишь
смотрела на меня умоляющими глазами, спаси меня, мол. Какое спаси, я что, похожа на
самоубийцу, отвоевывать задранную дичь у алчущего льва? Ленка ходить к нам перестала, и
дружба сама собой увяла.
Потом мать из каких-то верных источников узнала что в паспортах проставлена печать
дьявола и ее необходимо вытравить. Для этого паспорта следовало поместить в микроволновку
и пожарить некоторое время. Я тогда еще училась в школе, вернее было лето и я на каникулах
подрабатывала - разносила почту. Хотелось купить себе к первому сентября приличное
шмутье, от матери-то фиг дождешься. Как же! Мать меня так допекла меня своими
требованиями про микроволновку, что я в конце лета не вынесла и отдала ей все заработанные
деньги. Мать купила вожделенную микроволновку, а я опять пошла в школу как черт знает кто
- материной зарплаты хватало только на еду.
Не подарок у меня мать, факт. Смущает лишь одно - она моя мать, и я не должна была с
ней так разговаривать, как сейчас. Но с другой стороны, я нормальный человек и понимаю что
мать сама нарвалась своим поведением. Вот так из моих рассуждений начала вырисовываться
крамольная мысль: родители - тоже люди. В смысле они не боги. И автоматическое
повиновение и уверенность в том, что родители всегда правы - что, собственно, они и требуют
от своих чад - требуется еще и заслужить. Мысль ширилась и развивалась во всех
направлениях, однако я оборвала свои философствования, припарковалась у банка и вошла
внутрь.
- Добрый день, - поздоровалась я с девушкой в окошечке и сунула туда номер
перевода. - Хотела бы деньги получить.
Девушка кивнула и выдала мне бумаги для заполнения, а сама споро защелкала мышкой.
- Откуда деньги прийти должны? - спросила она.
Я, не отрываясь от заполнения, коротко буркнула :
- Швейцария.
- Какую сумму ожидаете? - так же безмятежно спросила она.
- Тридцать тысяч долларов, - честно ответила я и скосила на нее глаза - не дай бог
сейчас начнутся снова песни о том, что в кассе денег нет. Однако она и ухом не повела, я с
облегчением заполнила последнюю строчку и передала ей бумаги.
- Здоров, Машка, - гаркнул мне кто-то сбоку. Я чуть не подпрыгнула от неожиданности
и резко повернулась. У соседнего окошечка стояла Зойка Глаголева, в девичестве Нариманова,
которую все почему-то звали Глашкой. Я думаю, это производное от "Глаголева" и
"оглашенная". Была она низенькая, мне в пуп дышала, кругленькая, как колобочек, с темными
коротко стрижеными волосами. Такие же темные волосики пробивались над верхней губой, а в
жару она щеголяла покрытыми густой темной порослью ногами, поэтому летом ее начинали
звать "Глашка - бархатные ножки". Но это ее ничуть не смущало, мысли об эпиляции ее сроду
не посещали, чему я всегда удивлялась. Глашкино круглое татарское лицо смотрело на мир с
некой хитринкой и я обрадовалась встрече - ее мне как Бог послал! Глашка была первой в
городе сплетницей.
- Здравствуй! - расплылась я в улыбке. - Как дела?
- Да у нас-то все тут в порядке. - Она цепко оглядела меня и раздумчиво спросила: - А
ты где пропадала?
- Лечилась я, Глаш, - махнула я рукой, - рак ведь у меня!
- Да ты что? - как-то вяло отреагировала она. Понятное дело, это и так всем известно,
эт не новость. - А я тут слышу - какая-то фря жуткие деньги получает, оборачиваюсь - а это
же Машка! Купить чего надумала?
- Да какое купить, - поджала я губы, - на тот свет с собой не утащить добро-то.
Оксане деньги везу, за лечение она с меня требует такие деньги.
- Вот холера, - осудила ее Глашка, - и так лопатой гребет. Впрочем, что это я! Ты у
нас не бедствуешь.
Я посмотрела на ее пренебрежительную улыбочку, густо замешанную на зависти к
чужому благополучию и поразилась. Нашла кому завидовать - она, молодая и здоровая -
мне, смертельно больной!
- Бедствую, - честно взглянула я ей в глаза. - Я ж целых два месяца в швейцарской
клинике провалялась, результата ноль, а денежки все оставила там.
- А это что? - она мотнула головой в сторону окошечка.
- Ой, Глашенька, поклянись что никому не скажешь! - зашептала я. Подстраховка на
всякий случай, для быстроты распространения сливаемой дезы.
Глаза ее загорелись и она тут же горячо заверила меня:
- Да ты что! Что я без понятия что ли! Никому!
- Миллионер в меня там влюбился, в клинике-то той!
- Ну и? - озадаченно вылупилась на меня Глашка. - А в чем секрет?
- Да начнут спрашивать всякие - что да как, а он у меня под восемьдесят лет,
отвратительно жирный и вообще урод. Стесняюсь я, - стыдливо призналась я.
- Вот дура, - припечатала Глашка. - Да мне б такие деньги кто давал - на руках бы
носила! А что старый - так еще лучше, помрет скоро.
- Глаш, - помялась я, - ну ты в общем никому, ладно?
- Да ты что! - вскинулась она. - Я ж пообещала!
- Я б у него сроду денег не взяла, да куда денешься, если Оксанка с меня такую сумму
заломила, жить-то хочется! - лепетала я, жалостно глядя на нее.
- Холера! - отозвалась о ней Глашка. - А сама-то как?
- А что, не видно? - уныло отозвалась я. - Деньги все со свистом на лечение ушли,
осталась босой и все равно больной, еще и пострашнела так, что не узнает никто.
- Ну ты и раньше красой не блистала, - нетактично вставила Глашка.
Вот зараза! И не страшная я вовсе, просто бесцветная, как все блондинки!
- Девушка, распишитесь, - позвала меня операторша из окошечка, протягивая бумаги.
- Ну я пошла, моя очередь вон подходит, - метнулась Глашка к своему окошечку.
А я подивилась - как все удачно складывается! Надо ж было мне напороться в банке ни
на кого-то, а именно на первую нашу сплетницу. Как уныло говорит ее родная сестра -
"Хочешь, чтобы что-то узнали все - скажи это Зойке". Как ни странно, но Глашку на моей
памяти так целенаправленно никто еще не использовал. То ли не догадывались, то ли всерьез не
воспринимали.
Взяв бумажки, я зашла в свободную кабинку кассы и получила деньги. После чего
деловито рассовала деньги - Оксанины двадцать шесть тысяч - в сумку! - дяди Монину
тысячу - в правый карман и себе на булавки, уже рублями - в правый.
Когда я вышла обратно в зал, Глашки там уже не было. Впрочем, я свое дело сделала, и
долгие разговоры мне с ней вести было некогда. Я вышла из банка и, сев в машинку, покатила к
Оксане.
Каждый раз, когда я посещаю ее дом, я первым делом в недоумении осматриваю это
помпезное нелепое сооружение. Высокий белокаменный забор, над которым возносится белая
мавританская башня, увенчанная снежно - белой маковкой наподобие церковной. Как полный
апофигей смотрится на ней тарелка спутникового телевидения и флюгер в виде позолоченного
петушка. "Чё к чему собачка сдохла", - в который раз бормотнула я, тормозя около сего
великолепия. Аккуратно припарковалась около вмонтированного в ворота домофона и нажала
кнопку, не выходя из машины.
- Кто? - послышалась из динамика.
- Оксана, это Мария, выйди, вынеси мне отвар.
- Так заходи, я сейчас открою, - предложила она.
- Лучше уж ты выйди, - посоветовала я и отключилась.
Минутки через три в огромных воротах открылась вырезанная в них калиточка и
показалась Оксана.
- Держи, - протянула она мне литровую банку. - Ну как, лучше тебе после первой
стало-то?
- Да уж не соврала, - скупо улыбнулась я и протянула ей внушительную стопочку
зеленых банкнот. Банку я осторожно обмотала тряпками и поставила в сумку. Если мне не
изменяет память, я держала в руках самое дорогое лекарство в мире.
Оксана деловито пересчитала доллары, сунула их в карман затрапезного халата и подняла
на меня радостные глаза.
- Ты, девонька, главное пить не переставай, - наставляла она меня. - Большие
перерывы не делай, пей понемножку, но часто, хоть каждый час по несколько глотков.
- Ясно, - кивнула я.
- Насчет перстня что? - спросила Оксана.
- Работаю, - пожала я в ответ плечами.
- На шабаше-то будешь? - не унималась моя врагиня с вопросами.
- На каком таком шабаше? - удивилась я. Шабаши проходят в Хэллоуин, 31 октября, а
теперь декабрь на дворе.
- Здраавствуйте! - всплеснула она руками. - Так осенью-то шабаша ведь не было, я
болела, ты в Швейцарии, Галинка себя в рабство за ту услугу нам отдалась и права голоса не
имеет, Прасковья занедужила сильно, Лора в монастыре задержалась, а остальные что?
Остальные почитай третьим составом идут. Вот и решили его сейчас провести, все вроде
устаканилось.
- Мне никто ничего не сказал, - нахмурилась я.
- Тю, - протянула она, - да никто и не знает что ты снова в городе. - Считай что я
тебя официально пригласила, с тринадцатого на четырнадцатое на опушке за Колосовкой.
- Хорошо, - кивнула я. - Ладно, Оксан, мне некогда.
- Ну пока, - кивнула она. - К завтру отвар готовить?
- Да, - кивнула я и поехала в "Блэк леди".
Хозяйка сего салона красоты дамой была предприимчивой - по всему городу висели
объявления о том, что в этом месте покупают натуральные волосы, ценой три тысячи за
килограмм. Там же мастерицы плели из них отличные парики, которые продавались по
несусветным ценам.
- Слушаю вас, - улыбнулась мне девушка на ресепшен. Я б на ее месте меня выперла -
вязаная шапочка, натянутая на брови и глубокие тени под глазами придавали мне самый что ни
на есть злодейский вид.
- В общем так, - решительно сказала я. - Мне необходим парик из светлых волос, как
можно длиннее.
- Хорошо, сейчас Светлана вам все покажет, - девушка нажала на колокольчик и на его
мелодичный перезвон из парикмахерского зала показалась коротко стриженая брюнетка.
- Я Светлана, - представилась она.
- Клиентку интересует длинный светлый парик, - сказала ей ресепшионистка.
- Пойдемте, - пригласила Светлана.
Она подвела меня к длинной мраморной стойке. Длинные металлические штыри,
вздымающиеся из нее, оканчивались пластмассовыми женскими головками, на которых в
изобилии были представлены парички. Я даже темно - синий там углядела! Однако такого,
который мне был нужен, я не нашла.
- Это все что у вас есть? - уныло спросила я.
- Да, вот посмотрите, отличные длинные светлые парички, - показала она.
- Мне надо очень длинный.
- Очень длинный - это какая длина волоса? - спросила Светлана.
- Метр и свыше него.
- Ой, что вы! Такие волосы практически никогда не продают, - замахала руками
девушка, - жалко ведь людям. Столько лет их растить... Давайте вот этот померим, он вам
почти до пояса будет, - показала она на паричок справа.
Я, донельзя расстроенная, кивнула и стянула шапочку. Девушка коротко взглянула на
мою лысинку, но, слава богу, ничего не сказала. Паричок и правда сидел великолепно. Мастера
не только его сплели, но и сделали отличную стрижку и укладку. Легкая, невесомая челочка
падала мне до бровей, витые пряди классно обрамляли лицо по бокам. Черт возьми! Да эта
прическа мне шла гораздо лучше прежней!
- Беру! - кивнула я.
- Двадцать шесть тысяч в кассу, пожалуйста, - сказала Светлана.
Ну что я говорила? Хозяйка салона женщина предприимчивая!
- Только вот как бы вам его закрепить-то? - задумчиво сказала Светлана, разглядывая
мою голову. - Обычно мы на шпильки парички сажаем.
- Может гвоздиками приколотить? - насмешливо подняла я бровь.
Мы рассмеялись, а ресепшионистка, наблюдавшая за нами издалека, громко сказала:
- На клей для ресниц посади, он держит хорошо и легко тоником снимается!
- Отличная идея! - воскликнула Светлана и парик мне тотчас приклеили.
- Еще я хочу сделать лицо, - задумчиво произнесла я, изучая отражение в зеркале.
Прическа конечно меня здорово украсила, однако макияж не помешает.
- Хорошо, - кивнула Светлана и мигом сдала меня косметологичке.
Из салона я вышла наконец-то нормальным человеком, даже почти красивым. Стоя у
дверей цитадели красоты, я повертела головой и увидела, что за время моего отсутствия
напротив открылся магазин с многообещающим названием "BELLE". В витрине стояли
пластиковые тетки в неимоверной красоты нарядах. Невольно я обернулась на зеркальную
дверь салона, и посмотрела на свое отражение. Мда... Голова-то у меня - хоть сейчас на пир, а
вот дальше - простенькая куртенка и слегка вытянутые на коленках джинсы. Непорядок,
однако. Раз пошла такая пьянка - режь последний огурец, как говорила Мульти, моя
одноклассница.
Я решительно пересекла дорогу и вошла в магазин.
- Добрый день! - яркой птичкой порхнула ко мне продавщица. - Что-то вам показать?
- Девушка, мне нужна элегантная верхняя одежда, сапожки, а также..., - я осеклась,
увидев как девица сменила приветливое выражение и теперь взирает на меня в полнейшем
недоумении. - Что-то не так? - теперь уже я недоуменно воззрилась на нее.
- А у нас тут салон свадебной и вечерней моды, - пискнула девица. - Сапог не
держим!
- Ну простите, - пожала я плечами, повернулась чтобы выйти и тут мне на глаза
попалось ОНО.
Кристально-белое, словно первый снежок. С нежной шелковой юбкой на кринолине с
гирляндой роз по подолу. С жестким вышитым корсажем, низко вырезанным лепестками над
грудью. Чашечкам, впрочем, не суждено было никогда сойтись - от них до талии тянулся
широкий треугольный вырез со шнуровкой по краям. Грудь в таком платье будет практически
наполовину видна - не всякая невеста решится одеть такую красоту, однако если наберется
мужества - все помрут от зависти к жениху.
- Боже, какая красота, - непроизвольно прошептала я, подходя поближе.
- Лагерфельд, размер ваш, три тысячи у.е, - тут же отреагировала девушка.
"Ты же не собираешься это купить?" - подозрительно осведомился внутренний голос.
Я, совершенно очарованная, подошла поближе и слегка коснулась белой вышитой розы на
шелке.
Какой-то невесте очень повезет.
- Даже и не думайте больше, вам очень пойдет, жених будет в восторге! - милая
продавщица была тут как тут, вопросительно взглянула и задала совершенно идиотский вопрос:
- Мерить будем?
Я? Мерить свадебное платье? Насмешила ты меня, девочка. Мне скоро помирать, а ты мне
предлагаешь купить платье на свадьбу. Курам на смех!
- Конечно будем, - услышала я как со стороны свой уверенный голос.
Внутренний голос что-то возмущенно вопил, однако я, словно во сне прошла в кабинку,
стянула свою непрезентабельную повседневную одежонку и надела это чудо. Продавщица
закатила глаза и твердо сказала:
- Я же говорила, что больше и искать ничего не стоит! Платье на вас сшито!
А я смотрела в зеркало и понимала что я не смогу снять платье и уйти. В зеркале
отражалась юная и прекрасная невеста, с тонким станом и длинными светлыми волосами. И
самое странное - она выглядела безмятежно - счастливой.
"Ты что, с ума сошла???", - завопил внутренний голос.
- Беру, - отрешенно сказала я продавщице и протянула ей кредитку.
"Ты же никогда не будешь невестой", - еще сильнее завопил голос.
- Беру, - еще раз, на этот раз гораздо увереннее повторила я.
- Хорошо, - кивнула продавщица. - Переодевайтесь, я пока оформлю покупку.
"Через месяц ты в земле лежать будешь, ну к чему тебе такие платья?"
- Заткнись-ка! - велела я голосу и принялась деловито переодеваться.
Голос заткнулся. Ровно до того момента, пока я не вышла из магазина.
"У тебя ведь даже жениха нет", - буркнул он.
- А вот жениха к такому платью, милый мой, найти не проблема, - ласково поведала я
ему.
Он промолчал.
Ну и правильно. Нечего мне портить безоблачно - счастливое настроение.
Следующим пунктом был дядя Моня.
- Позор на мою седую голову, - засокрушался он при виде меня. - Таки стыдно мне
подобную финтифлюшку делать было! Серебро грязное, дизайн перстенечка - полная
безвкусица! Куда катится этот мир!
А я в это время схватила сделанный дядей Моней перстень и нацепила себе на палец.
Мысленно перекрестилась, чтобы все прошло удачно и вытащила деньги.
- Ой, дядя Моня, как вы меня спасли, вы и сами не знаете, - с чувством сказала я, кладя
доллары на конторку.
Ювелир посмотрел на деньги и поднял на меня глаза, полные безмерного удивления:
- Это що? - палец его недвусмысленно указывал на мои доллары.
- Деньги, - сбитая с толку, пояснила я. - Тысяча долларов, как вы и сказали.
- Насмешила таки старика! - улыбнулся он. - Рублей, дочка, рублей. За такое дрянное
серебро и такой примитивный дизайн это в самый раз!
Я пожала плечами, вынула из кармана деньги и отсчитала требуемую сумму. Потом
сердечно простилась с дядей Моней и поехала домой.
Но не тут-то было. Домик дяди Мони располагался на тихой узкой улочке - еле-еле двум
машинам разъехаться. По бокам мощеная дорога была обсажена березами, а впереди моей
бээмвушки прямо по центру дороги ехал огромный джип. Вернее, если бы он ехал, я бы не
возмущалась. Но он, черт возьми, полз!!!! Иногда даже притормаживал, чтобы через минутку
снова продолжить свой черепаший ход. Сначала я деликатно посигналила. Джип не
прореагировал, притормозил, постоял и снова поехал. Я в недоумении посигналила
настойчивей. Джип снова притормозил, постоял и поплелся вперед. Объехать его, как я уже
говорила, из-за узости дороги и берез не было никакой возможности. Злая до невозможности на
такое издевательство, я решительно остановилась, вышла из машины и легкой рысцой
двинулась к джипу.
- Слышь, мужик, - я поравнялась с джипом и постучала в окошечко. Оно медленно
сползло и водитель посмотрел на меня с недоумением, мол, чего надо.
- У тебя если неисправность, так жмись к обочине! - рявкнула я. - Я что, до
завтрашнего утра за тобой плестись должна?
- Хозяин катается, - сказал шофер, кивая куда-то вперед. - С ним договаривайся.
- Ладно, - нехорошо посмотрела я на него и кивнула.
После чего так же рысцой двинулась вперед.
Из-за джипа передо мной предстало дивное зрелище. Парень на роликах, заложив руки за
спину, неторопясь катил по дороге. Одет он был в спортивный костюм и легкую куртку, на
голове черная бандана с белыми черепами, из - под которой торчали темные нестриженные
лохмы. Уши у него были заткнуты наушниками, на боку висел плеер. Я поднажала,
поравнялась с ним и взглянула на его лицо. Глаза парня за круглыми джонленноновскими
очочками были полуприкрыты, и видно было, что парню на редкость хорошо. Ну я тебе ща
настроение-то подпорчу, птенчик! - подумала я и похлопала его по плечу. В гневе я обычно
неприятна.
- Слушаю вас, - произнес он. Голос его был спокоен и умиротворен, как музыка
эмбиент. Нахал не повернул голову, не остановился, как ни в чем не бывало катя на своих
роликах и наслаждаясь музыкой.
- Что слушаем? - вдруг спросила я. Сценарий развивался неожиданно.
- "Белую гвардию", - индифферентно ответил парень.
- А это что такое? - удивилась я. Подобное название я слышала в первый раз.
Парень объяснять не стал. Он просто вынул из левого уха плеерную затычку и протянул
мне. "Сюр какой - то", - поморщилась я. Но затычку взяла и вставила себе в ухо.
Ты стоишь на горе, на высокой горе
И видишь сон
А по небу плывут иллюстрации сна - облака.
Все что снится тебе - происходит со мной на земле
Ты стоишь у окна, прижимая к груди амулет...
Полуприкрыв глаза, я трусила рядом со странным новым русским, связанная с ним
проводом от затычки в ухе, и мне не хотелось уже ругаться, гнев улегся. Мне было горько.
Слегка затянувшаяся рана на душе - Димочка, всколыхнулась по новой.
- Все что снится тебе - происходит со мной на земле , - безотчетно повторила я.
Димка, половинка моя глючная, мне до сих пор не верилось что мы с ним навсегда оторваны
друг от друга, все хотелось верить в какую - то связь между нами.
Я однажды проснусь, потому что пойму - в эту ночь
Ты отправишь за мной иллюстрацию сна - самолет...
Я светло улыбалась - песня была созвучна моей душе. Не то что мне нравилась музыка
- я не поклонница подобного, мне по душе что-то более кислотное и клубное.
Тут мой сосед не выдержал и задал вопрос:
- Ты кто?
- Маша, - скупо ответила я, слегка разозлившись. Мог бы и помолчать пока, мне так
спокойно на душе было. Я боялась что от разговоров чары, сковавшие меня и давшие покой и
умиротворенность, пропадут.
- Я Саня.
- Саня, а сейчас заткнись, ладно? - попросила я.
Еще пару минут мы помолчали, после чего он снова не выдержал:
- Ты не устала?
- Хочешь понести на руках? - язвительно спросила я.
- Если устала, то мы могли бы сесть в машину, - не поддержал он мой тон.
- Спасибо за предложение, своя есть, - ворчливо призналась я. - Вернее, по твоей
милости временно нет.
- Это как? - наконец соизволил повернуть он ко мне лицо. Я отметила что красотой
парень отнюдь не блещет, то ли дело Ворон, и окончательно рассердилась. Выдернув затычку
из уха, я обвиняющее наставила на него палец и гневно спросила:
- Какого черта ты свой джип посреди дороги выставил? Добрым людям не пройти не
проехать? Бросила я свою машину, ее уж наверно на запчасти разобрали!
- Вот как? - задумчиво сказал он, разглядывая наставленную на него руку. Потом
остановился и махнул джипу. Он остановился и водитель высунул свою голову, вопросительно
глядя на нас.
- Андрей, ну почему ты опять посреди дороги едешь? - спокойно спросил он. -
Разговаривали ведь уже.
- Как лучше хотел, - буркнул он. - Всякое бывает, лучше перебдеть...
- Ладно, дома разберемся. Поехали ко мне чай пить, - это было уже мне адресовано.
- Ты то ли дурак, то ли притворяешься, - с жалостью посмотрела я на него. - У меня
что, на лице не написано, что я групповушки не практикую?
"Тебе никто потому что не предлагал", - ехидно вылез внутренний голос со своими
комментариями.
Андрей посмотрел на меня как на дуру, ей - богу. А Саня - вы не поверите -
покраснел, правда, слегка, и отвел взгляд. У меня было ощущение что я сделала нечто не очень
умное.
- Ладно, поехали в "Лукоморье" кофе пить, - вздохнула я. - Только мою машину
давайте заберем.
Так мы и сделали. Ласточку мою повел Андрей, а мы с моим новым знакомым поехали
впереди на его джипе. Украдкой я посмотрела на его руки на руле. Есть у меня такой бзик
насчет мужских рук в трех ипостасях. Завораживающе они выглядят на клавишах рояля, легко
и непринужденно при этом исполняя Лунную сонату, часть первая. Но на такое конечно не
каждый способен. Потрясающе они выглядят, порхая над клавиатурой компьютера, если
обладатель рук - не ламер, а программер с зашкаливающим АйКью. И безумно красиво -
уверенные мужские руки на руле.
- Твои руки классно смотрятся на руле, - повторила вслух я свои мысли.
Он посмотрел на свои руки и я ясно увидела их его глазами - неровные ногти, толстые
пальцы, растрескавшаяся кожа у основания ногтя. Обычные мужские руки. Меня вообще
настораживают у парней холеные руки с маникюром. Саня же смутился
...Закладка в соц.сетях
