Жанр: Детектив
Авантюристка
... мы навалились на них, скрутили, связали и положили в угол.
Ребятишки были уродливые дьяволята, а женщина немногим лучше животного, но мы
обращались с ними по возможности бережно. После этого мы сели на корточки у стены,
где нас не могли увидеть из коридора, и стали ждать.
Скоро до наших ушей донесся топот множества ног.
Люди прошли мимо нас, за ними другие и еще другие.
Много минут не переставая слышался топот ног, и все это время мы едва дыша сидели
у стены. Прямо передо мной лежала женщина и дети, я мог видеть ее тусклые глаза, с
ужасом смотрящие на меня. Из коридора по-прежнему, с небольшими перерывами,
доносился звук шагов.
Осененный внезапной мыслью, я дал знак Гарри и, когда он сел поглубже в свой угол,
одним прыжком перескочил к нему. Одно или два слова шепотом, он кивнул и дал мне
знать, что все понял. Мы плашмя легли у стены.
Сделать это я сообразил как раз вовремя. Потому что еще через минуту в дверном
проеме вдруг появился контур индейца. Он шагнул внутрь, и я увидел, что кто-то идет за
ним. Их было двое. У каждого в руках был большой медный сосуд, очевидно очень
тяжелый, судя по напряжению, с которым они ставили их на землю у входа.
Когда они выпрямились и увидели, что в комнате пусто, на их лицах появилось
удивление. В это же мгновение женщина в углу шевельнулась, они с удивлением на нее
посмотрели и, как я и ожидал, подбежали к ней и склонились над распростертым на
земле телом.
Еще через мгновение они тоже лежали на полу, а мы с Гарри сидели на них. Они не
сдались без сопротивления, а мой индеец оказался весьма неуступчивым. Он сучил
ногами и напрягал мускулы груди, так что я засомневался, что смогу его одолеть, но инки
сами научили нас, как победить врага, когда нападаешь на него сзади, и я изо всех сил
обхватил горло индейца пальцами.
Отчаянным усилием он поднялся на колени, схватился своими сильными черными
руками за мои запястья и попытался их оторвать. Он уже почти поднялся на ноги и был
явно сильнее меня, но тут я изменил тактику. Освободившись от его захвата, я шагнул
назад, а когда он повернулся, чтобы броситься на меня, что есть силы ударил его кулаком
между глаз.
Удар был таким сильным, что моя рука едва не сломалась, а он рухнул на землю. Еще
через мгновение я присоединился к Гарри, который одолел своего индейца без особого
труда, и вскоре эти двое лежали в углу, рядом с другими членами их семьи. Благодаря
выбранной мною тактике не нападать на инков, пока они не войдут в комнату, мы
оставались незамеченными, хотя индейцы все время ходили по коридору, по крайней
мере, ни один из них в комнату не вошел. Казалось, мы могли оставаться в относительной
безопасности, пока не вышли из комнаты. Но нам приходилось жаться к стене, потому
что из коридора все время слышались шаги. Теперь они доносились через неравные
промежутки времени и не так часто, как раньше. Некоторое время было тихо.
- Что все это значит? - прошептал Гарри.
- Инки возвращаются домой, к своим женщинам, - предположил я.
- Судя по тому, как выглядят их женщины, неудивительно, что они проводят так много
времени вдали от дома. А их семьи ждут их с нетерпением.
Следующий час прошел без каких-либо событий.
Задолго до его окончания шаги совсем стихли, но мы не хотели упускать ни одного
шанса и ждали столько, сколько нам хватило терпения. Затем, почувствовав себя неуютно
после долгого пребывания в тишине и неподвижности, мы поднялись на ноги и
приготовились отправиться в путь. Гарри хотел было взять несколько рыбин, которые
висели на бечевках под потолком, но я возразил, что нам со всех сторон угрожают
опасности пострашнее голода, и мы захватили с собой только копья.
Коридор был пустынен. Мы убедились в этом, посмотрев по сторонам, повернули
направо и скорым шагом пошли по коридору вдоль комнат, похожих на ту, в которой мы
побывали, - их было несметное количество. В каждой из них находилось от одного до
десяти индейцев, которые сидели на топчанах или лежали на шкурах на полу. Никто из
них не двинулся с места. Стояла тишина, нарушаемая лишь нашими шагами, но мы
старались идти по возможности бесшумно.
- Будет когда-то конец? - прошептал Гарри, когда мы прошли с милю, не встретив
ответвлений или тупика.
- Вперед, и тихо! - выдохнул я в ответ.
Конец - по крайней мере, конец тишины - наступил гораздо раньше, чем мы ожидали.
Не успел я закончить последнюю фразу, как сзади нас послышался шум. Мы на ходу
повернули головы, и в то же мгновение в нескольких дюймах над нашими головами
просвистело копье индейца и со стуком упало на землю.
Не больше чем в тридцати футах по проходу мы увидели группу приближающихся к
нам индейцев.
Гарри развернулся и вскинул копье, но я схватил его за руку и крикнул:
- Бежим! Это единственная надежда!
В следующее мгновение мы бросились вперед по проходу.
Плохо бы пришлось тому, кто решился бы нам помешать. Но проход был пуст. Туннель
шел прямо вперед, не сворачивая. Мы бежали так быстро, как не бегали никогда в жизни.
Стены рядом с нами слились в одно мутное пятно, а дверные проемы соединились в один.
Оглянувшись через плечо, я увидел, что маленькая группа индейцев уже не была
маленькой. Весь проход сзади был заполнен темными мчащимися фигурами. Но также
стало ясно, что мы от них отрываемся, - теперь нас разделяло в два раза большее
расстояние, чем когда мы бросились вперед.
- Ну, как ты? - спросил я у Гарри. - Выдержишь?
- Если бы не мое колено, - ответил он, тяжело дыша сквозь сжатые зубы. - Но я - я с
тобой. - Он немного захромал, и я немного сбавил шаг, но он прохрипел, чтобы я не
останавливался, и сам бросился вперед.
Наверное, колено причиняло ему адские страдания, лицо его было белым как мел. И
тут я издал крик радости, увидев поворот прохода. Мы добежали до него и повернули
направо. С двух сторон были твердые стены, череда дверей закончилась.
- Ну вот, мы от них и отвязались, - промолвил я.
Гарри кивнул.
Еще немного впереди оказался другой боковой проход, и мы свернули налево. Бросив
взгляд через плечо, я увидел, что наши преследователи не достигли и первого поворота.
Гарри бежал впереди, а я изо всех сил старался не отставать. Мы оказались в лабиринте
пересекающихся тропок и проходов и при первой возможности куда-нибудь
поворачивали. Наконец я схватил Гарри за руку и остановил его. Две минуты мы стояли,
прислушиваясь. Не было слышно ни звука.
- Слава тебе господи! - выдохнул Гарри и упал бы на землю, если бы я его не
поддержал.
Мы отправились на поиски воды, двигаясь по возможности осторожно и бесшумно. Но
мы ничего не нашли, и скоро Гарри сказал, что у него нет сил идти дальше. Все еще
тяжело дыша, совершенно изможденные, мы сели, прислонившись спинами к стене. В
темноте и тишине минуты казались часами. Мы почти не разговаривали, и то только
шепотом. Наконец Гарри провалился в беспокойный сон, если его можно так назвать, а я
тоже несколько раз начинал дремать и ударялся головой о стену напротив.
Через какое-то время я обнаружил, что Гарри проснулся, и помог ему подняться на
ноги. Его колено едва выдерживало вес тела, но он сжал зубы и сказал, чтобы я шел
вперед.
- Мы можем подождать... - начал было я, но он резко меня оборвал:
- Нет! Я хочу ее найти, вот и все, и покончить со всем этим. У нас еще есть шанс.
Наши поиски продолжались еще час, прежде чем мы нашли поток воды. Гарри обмыл
свое колено и утолил жажду. После этого он почувствовал себя лучше, и мы двинулись
вперед быстрее, но все еще шли наугад. Мы поворачивали то в одну, то в другую сторону,
шли по нескончаемому лабиринту, все время в темноте и тишине. Казалось, мы кружим
на месте, и я вот-вот был готов потерять всякую надежду, когда наших ушей вдруг достиг
звук, от которого мы сначала вздрогнули, потом остановились и удивленно посмотрели
друг на друга.
- Колокол! - воскликнул Гарри. - Они созывают всех в большую пещеру!
Это был тот же звук, который мы слышали дважды раньше, - звук большого, гулкого
колокола, зычный звон которого с оглушающим грохотом разносился по пещере.
Казалось, что он был рядом - совсем рядом.
- Это где-то слева, - сказал Гарри, но я с ним не согласился и был так уверен в своей
правоте, что мы повернули направо.
Когда мы бежали вперед, эхо от колокола продолжало гулять от стены к стене. Не
знаю, что мы ожидали найти, и только один Господь Бог ведает, что бы мы делали, если
бы нашли это. Скоро нам встретился боковой проход, отходящий от нашего под прямым
углом, широкий, прямой и чем-то нам знакомый. Повинуясь единому импульсу, мы пошли
по нему и тут же были вынуждены прижаться к стене, увидев вдалеке, ярдах в двухстах,
группу индейцев. Так мы стояли, неподвижно и едва дыша, а по коридору вдали шли
толпы дикарей. Их было столько, что они двигались нескончаемым потоком, который все
сужался и в конце концов превратился в тонкий ручеек. Но и последние индейцы
скрылись из виду, и проход опустел.
Мы подождали еще, индейцев не было, и мы двинулись вперед и скоро достигли
прохода, по которому они шли. Мы пошли туда же, куда направлялись и они, повернув
направо. Не успели мы повернуть, как увидели нечто, заставившее нас быстро взглянуть
друг на друга и ускорить шаг, а я сдерживал готовое сорваться с моих губ восклицание.
Проход, по которому мы двигались, тянулся далеко вперед, потом немного сворачивал, и
там горел яркий огонь!
Сомнений не осталось - мы были на пути к большой пещере. Несколько мгновений я
колебался, спрашивая себя, стоило ли нам так спешить, чтобы оказаться в гуще врагов,
потом отбросил в сторону страх и предчувствия - я знал, что все это пустое, - взял
покрепче копье и без слов двинулся за Гарри, забыв все сомнения.
Однако вскоре мы сочли напрасным излишний риск и стали осторожно приближаться
к последнему повороту, посматривая и назад. Но все индейцы собрались впереди, а
проход оставался пустым. Мы шли прижимаясь к стене и по возможности избегая
попадать на освещенные места, укрывались за камнями и одновременно поглядывая на
место, которое мы уже дважды до этого видели.
Это была большая пещера. Теперь мы видели ее с другой точки, чем раньше. Альков с
позолоченным троном был далеко слева, примерно на половине большой окружности. На
троне восседал король, его окружали приближенные и слуги. Как и раньше, на каменных
сиденьях, стоявших вокруг амфитеатром, расположились индейцы, они сидели
согнувшись и молча. Из больших чаш вырывались языки пламени, отблески от которого
ложились на стены.
Все это я увидел как при вспышке света, и тут вдруг пальцы Гарри впились в мою
ладонь с такой силой, что я чуть было не крикнул от боли. Затем, взглянув на него, а
потом проследив за его взглядом, я увидел Дезире.
Она стояла на вершине высокой колонны в центре озера. Ее обнаженное белое тело
четко вырисовывалось на фоне темных стен пещеры.
Глава 22
НАЧАЛО КОНЦА
Мы с Гарри не говорили ни слова, сосредоточившись на открывшейся нашим глазам
картине, стараясь постичь ее смысл. В позе Дезире было нечто неуловимое, что я не мог
точно обозначить, но что сказало мне правду. Она как бы смотрела на нас, и дело было не
в выражении ее глаз или лица, но неестественная поза, напряженные мускулы ее тела,
надменное презрение и триумф, излучаемые каждой линией ее неподвижной фигуры,
словно вспышкой озарили мое сознание.
Спустя мгновение я повернулся к Гарри и прошептал:
- Давай за мной.
Должно быть, он все прочитал по моим глазам, потому что повиновался, не говоря ни
слова. Мы бросились назад по проходу. Гарри хотел было что-то сказать, но я его
остановил, потому что была дорога каждая секунда.
- Они подожгли колонну - ты помнишь. Иди за мной, держи копье наготове, не издавай
ни звука, если ты ее любишь.
Выражение его лица сказало мне, что он все понял.
Было также ясно, что любому индейцу, который попытается нас остановить, не
поздоровится. Мы рука об руку бросились вперед, стремясь отыскать вход в туннель,
который вел к основанию колонны. Я молился о том, чтобы мы не опоздали, губы Гарри
были плотно сжаты. Смерти мы не боялись, даже гибели Дезире, но помнили ужас,
который испытали на вершине колонны, и содрогались во время бега.
Как я уже говорил, мы вошли в большую пещеру почти напротив алькова и,
следовательно, довольно далеко от входа, который искали. Было необходимо немного
пройти по пещере, которую пересекало столько проходов, что любой из них мог
показаться тем, что нам нужен.
Но мы не колебались ни секунды и почти летели, а не бежали. Мои силы словно
удесятерились, я понимал, что должен что-то сделать и обязательно сделаю до своей
смерти, хоть тысяча дьяволов встанет на моем пути. Не знаю, что нас вело, - то ли
Провидение начало испытывать угрызения совести и устало с нами играть, или нас вел
животный инстинкт или слепая судьба. Но мы неслись вперед так быстро, что мне
казалось, не прошло и минуты, как огромная пещера осталась позади и я увидел
ступеньки крутой лестницы, ведущей вниз, к выходу справа от нас.
Как в этот момент скакнуло мое сердце! Гарри издал хриплый торжествующий крик. В
следующее мгновение мы бросились вниз по лестнице, стараясь не упасть, что было
настоящим чудом. Скоро перед нами был вход в туннель. Я оттолкнул Гарри назад, почти
крикнув:
- Стой здесь, охраняй вход. Я ее заберу.
- Нет, - воскликнул он, рванувшись вперед. - Я не могу здесь оставаться.
- Болван! - крикнул я, отталкивая его назад. - Мы попадемся, как мыши в мышеловку.
Обороняй этот вход - стой насмерть!
Я увидел, что он заколебался, и, понимая, что он меня послушает, бросился в туннель.
В самом его конце я запнулся о неровную землю и рухнул на стену.
Мое левое плечо пронзила острая боль, но в тот момент я ее почти не почувствовал,
вскочил и бросился вперед. Конец был уже виден.
У подножия спиральной лестницы я увидел темный контур. Этот индеец уже никогда
не поймет, что его ударило. Я даже не воспользовался своим копьем, потому что дорога
была каждая секунда.
Он исчез в бурлящем у подножия колонны потоке, гибели в котором мы с Гарри
некогда чудесным образом избежали.
Но когда я ступил на верхнюю ступеньку спиральной лестницы и бросил взгляд наверх,
меня охватило отчаяние. Верхняя часть внутреннего пространства колонны была в огне.
Мне было некогда разбираться, откуда вырываются языки пламени, потому что я яростно
скакал по ступенькам вверх.
В этот момент я не чувствовал, что камни жгут мои ноги. Не знаю, как я проскочил
через огонь, казалось, каждый волосок у меня на голове и теле горел, я думал только о
том, чтобы добраться до вершины колонны. Здесь я увидел источник огня. По
окружающему пространство внутри колонны уступу стояли огромные чаны с маслом -
шесть, дюжина, двадцать, - не знаю, как много. Из них вверх вздымались высокие языки
пламени. Я понимал, что надо делать, но как это у меня получилось, - одному Господу
Богу известно, даже сейчас при воспоминании об этом я закрываю глаза.
Зацепив за край ближайшего ко мне чана наконечником копья, я опрокинул его, и он
покатился вниз, к бурлящему внизу потоку, та же участь постигла следующий чан, а за
ним остальные, пока весь уступ не опустел.
Часть масла из опрокинутых чанов растеклась по ступенькам, и вся лестница оказалась
покрытой языками пламени. Масло попало и на мое тело, лицо и руки. Было чертовски
жарко, казалось, мои легкие и все внутри меня было в огне. В голове все гудело и
кружилось. По глазам словно водили раскаленным докрасна утюгом. Я скакнул наверх.
Еще несколько шагов - ничего не видя, почти без чувств, - и моя голова ударилась о
камни.
Я выбросил в сторону руку, как безумный стал шарить вокруг и, благодаря
сумасшедшей удаче, нащупал засов, который держал каменную крышку. Едва осознавая,
что делаю, я толкнул его, и камень скользнул в сторону. Я просунул голову в
образовавшуюся щель и увидел Дезире. Она стояла спиной ко мне. Когда я выглянул из
отверстия, сидевшие вокруг полукругом индейцы и король, расположившийся на золотом
троне в алькове, от удивления непроизвольно поднялись со своих мест. Дезире увидела
это движение и, повернувшись, поймала мой взгляд. С ее губ вдруг сорвался изумленный
крик, она поспешно шагнула вперед и бессильно упала мне на руки. Я сильно ее тряхнул,
и эта новая катастрофа совсем вывела меня из себя. Секунду я стоял на верхней ступеньке,
наполовину высунувшись и раскачиваясь из стороны в сторону, потом повернулся и начал
спускаться с Дезире на руках.
Каждый шаг этого спуска причинял мне неописуемые страдания. Чувства во мне едва
теплились, все тело пронизывала боль. Каким-то образом мне удавалось нащупывать
идущие вниз ступеньки, но каждую секунду я ждал, что вот-вот упаду вниз вместе со
своей ношей. Тело Дезире в моих руках оставалось вялым и безжизненным. Я спустился
до уступа, на котором стояли чаны с маслом, и миновал его. Воздух входил в мои
обожженные легкие как ветер с гор. Каждый следующий шаг теперь был легче
предыдущего. Мне начало казаться, что я сумею добраться до низа. Еще двадцать шагов, и
я увидел начало туннеля внизу. Дезире у меня на руках слегка шевельнулась. Бросив на
нее взгляд, я увидел, что ее глаза смотрят на меня, а ее голова лежит на моем плече.
- Зачем? - простонала она. - Во имя Господа нашего, зачем?
Отвечать ей мне было некогда, мои губы были твердо сжаты, а моя нога не могла найти
опору внизу. Но скоро мы были почти у основания колонны и наконец достигли его.
Я поставил Дезире на ноги.
- Ты можешь стоять? - прохрипел я, и слова застревали у меня в горле.
- Это ты! - воскликнула она, и я увидел, что ее глаза полны ужаса. Несомненно, я
представлял собой в этот момент жалкое зрелище. Но терять времени было нельзя, и,
видя, что она держится на ногах, я схватил ее за руку и бросился по туннелю, а в это время
с другого его конца донеслись громкие крики Гарри.
- Нет! - воскликнула Дезире, в ужасе пятясь назад. - Пол...
Я потянул ее вперед.
Затем, когда крики Гарри повторились, она, казалось, все поняла и кинулась бежать
вперед рядом со мной.
Помедли мы еще немного - и было бы слишком поздно. Когда мы добежали до Гарри в
конце туннеля, индейцы, поднятые с мест моим появлением, показались наверху
лестницы. Увидев Дезире, Гарри радостно вскрикнул, а потом, когда я вырос за ее
спиной, удивленно посмотрел на меня.
- Бежим! Ради спасения наших жизней! - крикнул он, показывая в сторону ведущего
вдаль прохода.
В этот момент сверху на нас дождем посыпались копья, ударяя по ступенькам и по
земле рядом с нами.
Я нагнулся, чтобы поднять два копья, мы с Дезире бросились вперед по проходу, Гарри
прикрывал нас сзади, а индейцы показались на лестнице за нами. Мы очутились в
лабиринте тропинок и проходов, ведущих к месту пребывания короля. Бежать туда, как я
подумал, было не хуже, чем куда-нибудь еще, и, кроме того, этот путь вел к пещере, где
мы однажды уже успешно противостояли своим врагам.
Но отыскать дорогу оказалось непросто. Как мы ни крутились, ни виляли,
освободиться от преследования нам не удавалось. Гарри настойчиво вел меня вперед, и я
напрягал все силы, которые таяли с каждой секундой. Дезире тоже слабела с каждым
шагом, и мне были слышны отчаянные возгласы Гарри, когда она спотыкалась и медлила.
Скоро я понял, что мы уже находимся в проходе или среди группы проходов, ведущих к
месту обитания короля и пещере за ними. Но заниматься поисками было некогда, мы едва
успевали бежать вперед куда глаза глядят.
Через некоторое время мы оказались на узкой извилистой тропке, вившейся между
скалами. Дезире совсем выбилась из сил и упала бы наземь, не поддержи я ее.
Мы снова бросились вперед, и в этот момент у самого моего уха просвистело
выпущенное сзади копье. Я схватил Дезире за руку и изо всех сил потянул ее за собой.
Тропка делалась все уже и уже, мы цеплялись за стены с обеих сторон, и я подтолкнул
Дезире вперед, а сам побежал вслед за ней.
Вдруг она остановились и повернулась ко мне так резко, что я налетел на нее и едва не
опрокинул.
- Твое копье! - отчаянно вскрикнула она. - Дальше мне не пройти. - И она опустилась
на землю.
В тот же момент сзади раздался крик Гарри - крик радости и удивления. Я повернулся
и увидел, что он стоит неподалеку, глядя на тропинку, по которой мы только что прошли.
- Они сбежали! - воскликнул он. - Их больше нет!
Я повернулся. Так оно и было. Ни одного звука не раздавалось позади нас, и индейцев
не было видно.
Увидев Дезире на земле, Гарри подбежал к нам и кинулся к ней.
- Дезире! - воскликнул он, поднимая ее за руки.
Она открыла глаза и улыбнулась ему, а он стал целовать ее волосы, ее губы, ее глаза.
После этого он осторожно поставил ее на ноги и, поддерживая, повел за собой.
Я шел впереди и показывал им путь. Тропинка перед нами узкой змейкой вилась среди
скал, я с трудом находил дорогу. Но едва я подумал, что дальше нам не пройти, как стены
вокруг закончились, и мы оказались перед входом в пещеру столь большую, что ее стен не
было видно. Я на мгновение задумался, почему индейцы так внезапно прекратили
преследование, и повернулся к Гарри:
- Боюсь, как бы мы не попали из огня да в полымя. Если в этой пещере есть нечто
похожее на то, что было раньше...
- Если есть, увидим, - отрезал он.
Поддерживая Дезире с обеих сторон под руки, мы пошли прямо через пещеру, на
каждом шагу останавливаясь и прислушиваясь - нет ли здесь инков и не журчит ли вода,
которую мы очень хотели отыскать.
Но ничего не было слышно. Нас окружал мрак, и стояла мертвая тишина. Потом я
впервые почувствовал, что от моих ног к телу идет невыносимая боль. Опасность
миновала, и стали возвращаться обычные чувства. Я не смог сдержать глухого стона,
непроизвольно исторгнувшегося из моей груди, и остановился, буквально повиснув на
плече Дезире.
- Что с тобой? - воскликнула она, но я, вместо ответа, хотя и напряг все силы, чтобы
удержаться на ногах, рухнул на землю и увлек ее за собой.
То, что последовало за этим, я воспринимал как в полусне, хотя и не потерял
полностью сознания. Я осознал, что Гарри и Дезире склонились надо мной, потом
почувствовал, как моя голова и плечи поднимаются с земли и мягкая теплая рука
поддерживает меня. Прошла минута - или час, - и я ощутил, как на мою щеку стали падать
капли. Я сделал усилие, открыл глаза и увидел лицо Дезире рядом со своим, а моя голова
лежала у нее на плече. Она беззвучно плакала, и по ее щекам неудержимо скатывались
крупные слезы. Увидев сиявшее надо мной солнце или звезды, я изумился бы не больше.
Долгое мгновение я смотрел на нее в тишине, она увидела это, но не попыталась ни
отвернуть голову, ни избежать моего взгляда. Наконец я обрел дар речи.
- Где Гарри? - спросил я.
- Ушел искать воду, - ответила она, и, что было достаточно удивительно, ее голос
звучал ровно.
Я улыбнулся:
- Это бесполезно. Со мной все кончено.
- Это не правда! - воскликнула она, и голос ее был почти злым. - Ты поправишься. Ты...
сильно ранен... - И после короткой паузы:
- Из-за меня.
Последовала долгая пауза - мне показалось, что вряд ли имеет смысл с нею спорить, - и
потом я просто сказал:
- Отчего ты плачешь, Дезире?
Она посмотрела на меня, как будто не слыша, и, после еще одной паузы, зазвучал ее
голос, такой тихий, что я едва его слышал:
- Из-за этого - и из-за того, что может произойти, мой друг.
- Но ты сказала...
- Я знаю! Ты что, снова хочешь вывести меня из себя? Не смей! О... - Она мягко
провела руками по моему лбу и прикоснулась кончиками пальцев к моим воспаленным
глазам. - Ты должен принять заботу обо мне в том, другом мире. Я буду верить тебе, что
бы ты ни сказал. Ничто не будет для нас непреодолимым. Перед нами смогут открыться
любые двери - и даже двери счастья.
- Но ты сказала однажды - извини, что напоминаю об этом сейчас, - ты сказала, что
ты... ты назвала себя Мараной.
Она отпрянула назад и воскликнула:
- Пол! Я и правда должна тебя простить...
- Наверное, именно так, - сказал я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее. Но едва я
двинулся, как вынужден был закрыть глаза, а по телу моему, от головы до ног, прошла
волна боли. Потом я продолжил:
- А ты не могла бы подождать лишать свое сердце свободы? Ты говоришь, мы смогли
бы открыть любые двери - но скажи, что бы мы могли сделать - ты и я?
- Об этом-то я не подумала! - нетерпеливо воскликнула Дезире. - Возможно, я могла
бы успокоить твое сердце, как сейчас успокаиваю твои раны, а ты бы боролся за меня, как
до сего дня. Я могла бы даже... - Она замялась. Тень улыбки пробежала по ее лицу и
погасла, не успев достигнуть губ, а ее голова наклонилась близко, совсем близко ко мне.
Мгновения тянулись бесконечно, и наконец я промолвил:
- Могу я спросить?
Она резко вскинула голову и сухо ответила:
- Ты этого не хочешь.
Я поднял руку и попытайся сжать ее пальцы, но не смог их найти. Она увидела это, и
медленно, очень медленно ее рука поползла к моей, приблизилась к ней вплотную и
сжала ее.
- Дезире, я хочу этого, - твердо сказал я и забыл о своей боли и нависшей над нами
опасности, забыл обо всем, кроме контура ее бледного лица в полумраке, кроме ее глаз,
против ее воли блестящих и нежных, и ее руки, покоившейся в моей ладони. - Смилуйся
надо мной - я хочу этого так, как не хотел ничего в жизни. Дезире, я люблю тебя.
Тут ее рука дернулась, как бы пытаясь вырваться, но я держал ее крепко. Потом ее
голова начала медленно опускаться. Я ждал, весь замерев. Ее учащенное дыхание касалось
моего лица, в следующее мгновение ее губы нашли мои, горячие и сухие, и остались там.
Потом она подняла голову и дрожащим голосом сказала:
- Это была моя душа, и это первый случай, когда она вышла у меня из повиновения.
В то же мгновение мы вздрогнули от прозвучавшего в темноте голоса Гарри:
- Дезире! Где ты?
Я ждал ее ответа, но она хранила молчание, и я крикнул в направлении его голоса.
Вдали показались очертания его фигуры, и скоро он присоединился к нам.
- Ну, как ты тут, старина? - наклонился он ко мне. Потом он сказал, что никакой воды
не нашел.
Гарри обошел пещеру
...Закладка в соц.сетях
