Жанр: Детектив
Яблоко с червоточиной
...ожить одного из вас. Если очень настаиваете...
Выпалив первое, что пришло мне в голову, я блефовал. Если я и находился в
чужом городе, это вовсе не значило, что я должен гнуть спину перед всяким
встречным-поперечным.
- Послушай, Эйприл, последнее слово здесь останется не за тобой. Не
забывай, что ты не дома, а Мэнни шутить не любит. До встречи.
Вместо ответа я швырнул ему в лицо окурок. Отскочив от полы его пальто,
тот упал на тротуар.
- Очень жаль. А Мэнни говорил нам, что ты вовсе не дурак.
Они забились в машину, и не успели захлопнуться двери, как "крайслер"
сорвался с места. Я схватился было за револьвер, но увы! "Крайслер" уже скрылся
за углом.
Меня била дрожь. По Гоу-стрит я прошел вниз до пересечения с Гери-стритт.
И только тогда закурил. Бог мой! Эдди, видимо, что-то напутал.
Войдя в химчистку, я попросил разрешения позвонить.
И набрал номер гостиницы.
Мне прочитали сообщение, оставленное для меня. Всего лишь номер телефона и
имя Эдди.
- Это Джонни. Что с тобой приключилось?
У него был голос человека, напуганного до смерти.
- Джонни, я не знаю каким путем, но они обо всем пронюхали.
- Рассказывай эти басни кому угодно, только не мне. Наверняка сам продал
им информацию. Что, не так?
Сидевшая за кассой женщина встревоженно покосилась на меня.
- Джонни, клянусь, это не так. Я знаю, кто тебя послал. Спроси у Эла, я не
из тех, кто способен на подобные штуки. Джонни, ты засветился. Поскорее уноси
ноги. Мэнни шутить не любит.
- Знаю. Меня только что предупредили. Скажи Мэнни или тому другу, которому
ты продал информацию, что я тоже не шучу. Я приехал в это гиблое место
исключительно по долгу службы. И во что бы то ни стало должен сделать свое дело.
Если ты отказываешься мне помогать, я обойдусь и без тебя. Если кто-то хочет мне
нагадить - вольному воля. Я сумею за себя постоять.
- Прекрасно. Считай, что я тебя предупредил. Эл будет сильно огорчен.
Я постарался придать голосу интонацию человека, испытывающего крайнее
любопытство.
- От чего же?
- Потому что ты обломаешь на этом деле зубы, и тебя убьют. Ты понял?
Он бросил трубку.
Пусть катится ко всем чертям!
Я остановил такси.
- В отель "Сент-Френсис".
Не оставалось ничего, как поживее шевелить мозгами.
По словам Эдди, самым крутым парнем здесь был Мэнни. Похоже, что
скрывшиеся на "крайслере" бандиты были того же мнения.
- Эй, шофер!
- Слушаю.
- Вы знаете некоего Мэнни Лейна?
Его лицо расплылось в улыбке.
- Вы приезжий?
- Да.
- Оно и видно.
- Неужели этот человек так известен?
- И не говорите. К тому же - отпетый мерзавец. Не лай Бог с ним
встретиться на узкой дорожке. Однажды он сел ко мне в такси и дал целый доллар
на чай, хотя проехал всего два квартала.
- Браво! А как вы узнали, что это был он?
- Кто же здесь не знает Мэнни Лейна?
- Должно быть, он раздает щедрые чаевые всему городу?
- Если бы только это!
Я решил сменить тему разговора.
- Здесь часто стоит такой густой туман?
- Да нет, только по утрам.
- Понял.
Не прошло и пары минут, как я уже подъехал к отелю, расплатился с
таксистом и поспешил внутрь.
Сообщив портье о своем отъезде, я оставил записку для Пенни.
Меня тоже ждала записка. На конверте стояла моя фамилия и номер комнаты.
Вскрыв его, я тут же увидел совсем другой почерк, чем на конверте. Видимому,
конверт надписывал рассыльный из отеля. И вот что я прочитал:
"По тебе соскучились в Канзас-Сити. Не вернуться ли тебе восвояси?"
Письмо было без подписи.
Какая разница? Записка наверняка была от Мэнни. Обернувшись, я осмотрелся
по сторонам. Вестибюль был полон народу. Автором мог оказаться кто угодно.
Возможно, этот тип исподтишка следил за мной.
- Вы не знаете, кто оставил мне эту записку?
- Нет. А что, она без подписи?
- Да нет. Видимо, кто-то из друзей захотел сделать мне сюрприз. Не можете
описать, как он выглядел.
Портье почесал затылок.
- Нет, не помню. Вы же видите, сколько народу.
- И на том спасибо. Можете прислать ко мне посыльного?
- Конечно. Я пришлю его к вам в номер. Жаль, что вы так скоро уезжаете.
- Мне тоже жаль.
Забрав ключ, я направился к себе в номер. На этаже было совсем безлюдно.
Вставив ключ в замочную скважину, я его повернул.
Дверь отворилась.
На полу лежал конверт. Кто-то подбросил его под дверь. Я поспешил
разорвать конверт. И прочитал очередную "любовную" записку.
"Это - последнее предупреждение".
И больше ни слова.
Мне не надо было искать отпечатки пальцев. Я знал того, кто отправил
письмо. Меня уже предупреждали лично, затем оставили записку у портье, а теперь
вот подбросили в номер.
Черт бы их всех побрал!
Я начинал понимать, что нахожусь не дома.
ГЛАВА V
Присев на край постели, я ждал посыльного. В голове крутилась лишь одна
мысль: надо во что бы то ни стало найти какое-то пристанище. На худой конец -
переехать в другую гостиницу, чтобы спокойно вести расследование. Разумеется, у
меня не было большого выбора.
Затем мне вспомнилась троица из "крайслера". Я знал, эти прилично одетые
парни с суровыми лицами, на которых блуждала едва заметная усмешка, ни перед чем
не остановятся. Они меня только предупреждали, а в следующий раз непременно
пустят в ход нож или пистолет. Или в лучшем случае изобьют меня до смерти, чтобы
дать пример всякому, кто сунет нос в чужие дела.
Может, бросить к черту расследование? Не такие уж большие деньги я
получаю, чтобы так рисковать. Годы идут, я с каждым днем становлюсь все
циничнее, и мое сердце все сильнее ожесточается. В конце концов мое тело найдут
распростертым под каким-нибудь забором, и рядом со мной будут лишь уличные псы.
Тогда мне будет поздно бросить все. Возможно, уже слишком поздно.
В дверь кто-то постучал.
Я вскочил в мгновение ока, выхватив "магнум".
- Кто там?
- Посыльный.
Ну и кретин же я! Ведь не стал бы Мэнни пускать меня в расход, если ему
стало известно, что я собираю вещи. Не оставалось ничего, как положить револьвер
на место.
- Войдите!
На пороге появился посыльный.
Я торопливо пихал вещи в чемодан. Хорошо еще, что их было немного. Мне
понадобилось всего несколько минут, чтобы собраться.
- Скажи-ка, парень, нельзя ли до отъезда оставить чемодан внизу, в камере
хранения?
- Конечно можно.
- Вот, держи-ка.
Я дал ему доллар, и парнишка расплылся в улыбке.
Мы спустились вниз. Взяв квитанцию на чемодан, я рассчитался по счету.
Писем мне больше не было, моя записка для Пенни по-прежнему сиротливо лежала в
её ячейке.
В телефонной кабине я поискал номер полиции.
- Лейтенант, это Джонни Эйприл.
- Привет! Что новенького?
- Спасибо. Все хорошо. Ваши парни неплохо работают. Поздравляю.
- Благодарю. Я передам им ваши поздравления.
- Ладно. Лейтенант, у меня к вам небольшая просьба. Надеюсь, я обращаюсь
по адресу.
- Говорите.
- Я пробую добраться до Мэнни Лейна.
На другом конце провода собеседник едва перевел дыхание.
- Слушаю вас.
- Можете рассказать о нем все, что знаете?
- Он родился в Сан-Франциско сорок пять лет назад. Полное имя - Мануэль.
Средней школы он так и не закончил. Не закончил потому, что слишком рано стал
промышлять темными делишками. Сейчас стоит во главе одной из самых крупных
транспортных компаний города и поддерживает связи с профсоюзом грузчиков.
Ему принадлежат два табачных киоска. Один на углу Тирд-стрит и Маркетстрит,
другой - на углу Керни-стрит и Сакраменто-стрит. Он ворочает огромными
деньгами и всегда выходит сухим из воды. Однажды его уже вызывали в полицию, но
тогда не смогли предъявить никаких улик. У него есть подружка по имени Тина. Она
держит салон красоты на О`Фарелл-стрит. Единственное, что нам известно - что он
порядочный негодяй, но ни разу не удалось схватить его за руку. В конце концов
мы на него, что называется, махнули рукой. "Пасли" его не один год, но так и не
нашли нужных улик. Вот, примерно, все, что я могу сказать.
Крепкий орешек мне попался.
- Спасибо, лейтенант.
- А теперь, Эйприл, позвольте и мне задать вам один вопрос.
- Задавайте.
- Почему вы только что сказали, что надеетесь, что не ошиблись адресом?
- Я беру свои слова обратно.
- Вот так-то лучше. Я скажу вам ещё кое-что. Подручных Манни часто видят в
ресторане "Комптон", где подают отменный кофе. Это совсем рядом с табачным
киоском. Эйприл, будьте осторожны. Мне бы не хотелось, чтобы с вами в нашем
городе стряслось несчастье.
- Почему же?
- Что тогда подумает о нас полиция Канзас-Сити?
- Понимаю. Еще раз спасибо.
- Не за что.
Повесив трубку, я вышел из телефонной будки и направился прочь из отеля.
Для очистки совести я спросил портье, как пройти на Маркет-стрит. Это оказалось
недалеко, всего в трех кварталах от гостиницы. Я шел, сонный и слегка голодный.
Бросив взгляд на ближайшие витрины, я увидел один из самых шикарных
магазинов города с астрономическими ценами. В магазин то и дело входили и
выходили дамы либо в норковых манто, либо на худой конец в шубах из чернобурки.
Эх, черт возьми! Я бы тоже не прочь стать покупателем в подобной лавочке!
На противоположной стороне улицы собирались уставшие от беготни по
магазинам покупатели, обычные праздные зеваки, а также служащие и продавцы,
чтобы поболтать, покурить и помечтать о лучшей жизни. И таких вот мечтателей
было большинство.
И я присоединился к их числу, когда вышел на угол Тирд-стрит и Маркетстрит.
Я увидел самый обыкновенный табачный киоск. На улице стойка с разложенными
газетами. Иллюстрированные журналы разложены вдоль тротуара. Внутри все было,
как и везде. В ряд стояли игровые автоматы и две телефонные кабинки. Посетителей
обслуживали трое улыбчивых продавцов. Похоже, дела тут шли совсем неплохо.
Я решил купить пачку "кэмела". Пока мне отсчитывали сдачу, я огляделся по
сторонам. Двое увлекшихся завсегдатаев игровых залов, не видя ничего вокруг,
кидали в узкую щель монету за монетой. Двое или трое присутствовавших при этом
зрителей не упускали случая подлить масла в огонь своими возгласами и
комментариями.
Я постарался запомнить их лица.
Две минуты у меня ушло на то, чтобы вскрыть пачку "Кэмела". Прикурив, я
направился прямо к игровым автоматам.
У меня было четыре монеты по двадцать пять центов.
Стоило мне опустить одну из них в щель автомата, как все присутствовавшие
оставили свои дела и уставились на меня.
Когда они достаточно на меня нагляделись, то, переглянувшись, вернулись к
прерванным занятиям. Похоже, здесь меня никто не знал.
Какое-то время я сохранял невозмутимость.
Металлические шары запрыгали, со всех сторон вспыхнул свет, и мой счет
вырос на глазах под монотонное щелканье игрального автомата.
Игроки оставили игру и стали наблюдать за мной. Я же смотрел на табло,
показывавшее счет.
Потом беспечно покосился на игроков и отбросил сигарету.
Я снова опустил монету в щель игрального автомата, мысленно взмолившись к
госпоже Фортуне с просьбой дать мне ещё один шанс. "Пожалейте меня, прекрасная
богиня, умоляю!" - взывал я всей душой.
И она мне не просто улыбнулась, а расплылась в улыбке, утратив всякое
чувство меры.
Огоньки вспыхнули с такой силой, что превратились в настоящий салют
победы. Мой счет все рос и рос. Теперь уже все игроки, словно ослепленные
льющимся отовсюду светом, оторвались от своих игровых автоматов. Сверкающие
шарики прыгали во все стороны, словно одержимые.
Я уже начал нервничать. Когда последний шарик исчез в отверстии,
обозначавшем выигрыш, я поднял глаза. Горели все огни. И тогда я взглянул на
зрителей.
Они не сводили с меня глаз, а один без обиняков заявил:
- Хотел бы я знать, как вам это удалось!
- Я научился этому в Чикаго.
Тот, кто говорил от всех присутствовавших, продолжил:
- Никогда не видел ничего подобного. Если бы только Манни был здесь... Ни у
кого нет фотоаппарата?
Фотоаппарат, слава Богу, никто с собой не прихватил.
Потом ко мне потянулись служащие. Они только качали головой. Похоже, я
действительно выиграл миллион долларов. И хотя это была всего лишь игра, я стал
героем дня. Когда парни смотрели на меня, в их взглядах проступало уважение.
Я решился, наконец, вставить слово.
- Не стоит больше играть с судьбой. Пойду-ка выпью по соседству чашечку
кофе.
Конечно, я понимал, что не получу ни цента, но для меня было важно лишь
одно: внедриться в среду завсегдатаев этого заведения.
- Неплохая мысль. И нам пора выпить соку.
И мы направились в "Комптон".
По дороге я обратил внимание на то, что у двоих парней подозрительно
оттопыривались карманы. И несмотря на хорошую работу портного, если как следует
приглядеться, можно было заметить, что они вооружены.
Я настаивал расплатиться за всех, на что они только посмеивались. Нас было
четверо, мы сели за один столик.
Старший снова заговорил.
- В каком краю Чикаго ты жил?
- На западе.
- А где именно?
- В Крефорде.
- Неплохо. А ты кого-нибудь знаешь в Бервине?
- Да.
- Кого же?
- Братьев Минетти, Джо Морриса. Да ещё многих других.
Все названные мною лица принадлежали к разряду крестных отцов. Впрочем, я
вовсе не покривил душой, когда сказал, что знаком с ними. Я достаточно хорошо
знал Чикаго, чтобы немного блефануть, ибо с названнными типами встречался лишь в
Канзас Сити.
- Чем же ты там занимался?
Я усмехнулся.
- Давал уроки игры на автоматах.
Ответ мой всех устроил. И я почувствовал, что они вроде бы уже принимали
меня за своего. Лица моих собеседников немного оттаяли. Тот, кто все время
говорил со мной, представился сам и познакомил меня с приятелями. Естественно,
что я узнал только их имена. Я же, в свою очередь, сказал, что меня зовут Дюк.
Мы говорили об игровых автоматах, о погоде, о машинах и о женщинах.
Один из них с незатейливым именем Билл решился, наконец, задать мне
вопрос, который вертелся у них на языке.
- Скажи-ка, Дюк, чем ты зарабатываешь себе на хлеб?
В ожидании моего ответа они примолкли.
Я взглянул им прямо в глаза. Они с самыми непроницаемыми лицами уставились
на меня. В моей голове промелькнуло множество профессий. Какую выбрать? Какая
показалась бы наиболее правдоподобной?
Я решил испытать судьбу.
- Скажем, я занимаюсь чем-то вроде изысканий.
Я уже достаточно их изучил, и теперь видел, что они не сразу врубились, а
размышляют над моими словами.
Мой намек на изысканния выбил их из привычной колеи. И тогда я решил
выложить свой последний козырь.
- Сейчас я вкратце расскажу.
Они приготовились слушать.
- Предположим, кто-то вами заинтересовался. И тогда посылают меня, чтобы я
познакомился с вами поближе. Возможно и для того, чтобы вы узнали, что я собой
представляю. Вот как сейчас, вроде бы я ничего не сделал, а уже составил о вас
свое мнение.
Они слушали меня так внимательно, словно ловили на лету каждое слово.
- Вот ты, Билл... О тебе могу сказать, что ты - человек действия и не
расстаешься со своей пушкой. Точно так же, как и сидящий рядом с тобой Джо. Вы
работаете кулаками, а не головой. А ты, Панки, твоя епархия - это цифры, ты
ведешь всю бухгалтерию и бумаги. Ред подвязался выполнять самые разные
поручения. Если от кого-то из вас и можно ожидать удара ниже пояса, могу
поспорить, этот удар нанесет именно он. И я не стал бы спускать с него глаз до
тех пор, пока он чем-нибудь себя не выдаст.
- И что же? - почти шепотом спросил Билл.
- Я пустил бы ему пулю в живот.
- Так прямо бы и пустил?
- Да вот так.
- А если не попадешь?
Я усмехнулся.
- Ну уж нет. Я не промахнусь.
Он скептически смерил меня взглядом.
- Каждый может промахнуться.
Тут я осторожно вытащил "магнум", чтобы придать вес своим словам. На моих
коленях лежал револьвер и теперь меня уж никто не застанет врасплох.
- Ну-ка, Билл, погляди-ка!
Отодвинув стул, он заглянул под стол и, видимо, сразу заметил направленное
на него дуло револьвера. Билл поспешно выпрямился.
- Ради Бога, убери! Здесь полным-полно легавых.
- Похоже, до вас им нет никакого дела.
- Я сказал, убери. Ты действуешь мне на нервы.
Я убрал своего "малыша" на место.
- Ну как, Билл, теперь ты понял, что я хотел сказать?
Его смертельно побледневшее лицо вновь обрело естественные краски.
- Да, парень, ты - крепкий орешек. Только, пожалуйста, впредь без подобных
фокусов. Что у тебя за штуковина? Гаубица?
- "Магнум", калибр 357.
- Я слышал о таком.
- Ну и как?
- Все зависит от того, на чьей ты будешь стороне.
- Забавно.
Тут в разговор вмешался Ред.
- Кто хочет ещё кофе?
Я ответил за всех.
- Неплохая идея. Ред, вот тебе мелочь, чтобы расплатиться.
И подвинул к нему бумажку в пять долларов. Он встал и направился к стойке.
- Послушай, Дюк, расскажи ещё что-нибудь о себе. Возможно, здесь найдется
для тебя работа. Если Манни будет не против.
В ответ на мой презрительный взгляд Билл сделал вид, что ничего не
заметил.
- Как ты нас нашел?
- Это было проще простого.
Я подождал, пока все взгляды не обратятся на меня.
- Ваш портной оказался не самым лучшим мастером своего дела. Ваши пушки,
спрятанные под пиджаками, способен разглядеть даже младенец. Что вы крутые
парни, видно с первого взгляда, но в то же время каждому ясно, что вы без царя в
голове и привыкли решать все проблемы с помощью пушек. А теперь вы, Билл и Джо,
посмотрите на Панка. В своем кармане он носит целых три карандаша, к тому же у
него помятый клетчатый костюм и белая рубашка. Не надо обладать чрезмерной
проницательностью, чтобы догадаться о роде его занятий.
- А Ред? Как ты определил, что он выполняет не самые приятные поручения?
Мне уже надоело это затянувшееся интервью.
- Кто-то собирался принести нам кофе?
Все повернулись в сторону стойки. Ред направлялся к нашему столику с
подносом, на котором стояли пять паривших чашек. У него был рчень гордый вид
человека, выполняющего особо важное задание.
Теперь уже все вели себя вполне непринужденно. Поставив на стол поднос,
Ред раздал нам чашки с кофе. На его лице блуждала странная улыбка; настало время
выкурить по сигарете. После первой затяжки слово взял Джо.
- Итак, Дюк, о чем ты говорил?
Отвечая Джо, я смотрел на Билла.
- Я хотел немного пожить в Сан-Франциско и подыскать себе работу. Но есть
одна вещь, которая меня беспокоит.
Я выдержал паузу.
- Понимаете, мне бы не хотелось, чтобы меня выслали за пределы штата.
Они переглянулись.
Я решил уточнить мою мысль.
- До меня дошли слухи, что Мэнни планирует расширить сферу своего влияния,
а точнее, нацелился прибрать к рукам Канзас Сити.
Воцарилось тягостное молчание, длившееся не меньше минуты, затем заговорил
Билл, видимо, стремившийся держать ситуацию под контролем.
- Что ты хочешь сказать? Мы ещё ничего такого не слышали. Правда, парни?
Все утвердительно качнули головой.
- Возможно, Мэнни не желает делиться с вами своими планами?
Биллу вовсе не понравилась такая идея. Его самолюбие было явно задето.
- Если он что-то от меня скрывает, пусть катится куда подальше. Сегодня
вечером поговорим начистоту. Я покажу ему, на что способен. Он у меня ещё
попляшет! Тина наверняка в курсе дела. Пойду к ней прямо сейчас и вытяну из неё
всю подноготную.
- На твоем месте я бы ничего Мэнни не говорил. Возможно, ему это не
понравится.
Последние слова принадлежали Джо.
- Возможно, что ты прав. Придется отложить этот разговор, и вам советую
держать язык за зубами.
Тут вмешался я.
- Что, если вы возьмете меня в долю? Мне не слишком хочется здесь
обустраиваться с перспективой высылки к черту на куличики.
Билл смерил меня холодным взглядом. Удача, казалось, меня покинула.
- Подумай, мы ведь с тобой только познакомились. Для начала тебе надо
встретиться с Мэнни. Если ты ему подойдешь, тогда все в порядке. Тебя
предупредят, чтобы ты вовремя смылся. Идет?
Я не настаивал.
- Ладно. Только постарайтесь предупредить меня до того, как полиция усадит
меня в самолет!
Наконец-то я заставил его улыбнуться.
- Билл, я скажу тебе больше. Сегодня вечером мне предстоит кое-что
сделать. Ты не против встретиться завтра на этом месте и в тот же час?
- Это мысль.
Я встал и поспешил откланяться, пока они не спросили мой адрес или не
предложили куда-то меня подвезти.
Но потом передумал.
- Эй, парни, скажите, а вечером вы здесь будете?
Ред, видимо, решил, что пришла его очередь отвечать.
- Мы собираемся здесь после обеда, а около семи расходимся по своим делам.
- Договорились. Возможно, я с вами сегодня ещё увижусь. Если не удастся
провернуть одно дельце.
Я наконец расстался с ними. Мои мысли занимал Ред. Бьюсь об заклад, что
сейчас он ломает голову, силясь разыграть "крестного отца".
Впрочем, мне было совершенно безразлично. Сегодня вечером нас с Редом
ждало хорошенькое представление. Однако он об этом даже не догадывался.
Я возвращался в гостиницу.
Шагая по тротуару я думал о Пенни. В это время она, должно быть, уже
встала с постели. И эта мысль меня расстраивала. Что, если ей передали, что я
выехал из гостиницы? Представляю, как у неё вытянется лицо.
Торопливым шагом я пересек Пауэл стрит, и, обогнав трамвай, вбежал в
вестибюль отеля "Сент-Френсис".
Не успел я переступить порог, как кто-то потянул меня за руку. От
неожиданности я остановился.
- Я тебе уже надоела?
- Пенни!
- Что с тобой случилось, Джонни? Ты так смотришь на меня! Вроде бы у меня
с внешностью все в порядке?
Я впервые внимательно её оглядел. Она была высока ростом, темные волосы с
рыжеватым оттенком волнами падали на плечи, а в зеленых глазах плясали веселые
чертики. У неё был небольшой, но чувственный ротик. И минимум косметики, только
немного помады на губах. Стройную фигуру плотно облегало зеленое платье.
Гостиничные посыльные и несколько здешних завсегдатаев незаметно на нас
поглядывали. А я просто разглядывал её во все глаза. Я был уверен, что никогда
раньше не встречал подобной красавицы. Во всяком случае, не видел девушки с
такой ослепительной кожей.
- Насмотрелся?
- Да, Пенни. Я и раньше знал, что ты особа привлекательная. Но только
сейчас разглядел, насколько ты хороша.
Улыбка сошла с её лица.
- Джонни, ты мастер говорить комплименты.
- Ладно. Что, если мы отсюда выйдем? Ты уже завтракала?
- Да, конечно. Кстати, я оставил тебе записку. Не придавай ей никакого
значения.
Мы вышли из отеля под руку.
- Ангел мой, я умираю от голода. Ты не откажешься выпить чашечку кофе,
пока я что-нибудь проглочу?
- Конечно.
- Тогда заглянем напротив. Ты когда-нибудь была в "Золотом фазане"?
- Нет.
- А я бывал. Там очень мило.
К счастью, народу в ресторане оказалось немного. Мы сели за столик. Я
смотрел как Пенни закуривала сигарету.
- Кончай это дело.
- Какое?
- Смотреть на меня.
- Прости.
Она наклонилась ко мне.
- Такое позволительно только влюбленным.
- Понял.
Подошла официантка. Я заказал завтрак себе и чашку кофе для Пенни.
- Послушай, Джонни, ты не хочешь рассказать, что с тобой приключилось? На
моего детектива кто-то пытался наехать?
Она изо всех сил старалась держаться бодро, но не очень-то получалось.
- Да, Пенни, что-то в этом роде. Я не хочу от тебя скрывать.
Положив сигарету в пепельницу, она скрестила руки.
- Я уже говорил тебе, я - детектив. И занимаюсь частным сыском. Я прилетел
в этот город исключительно по долгу службы. Однако все идет не так, как мне бы
хотелось.
- Такое ведь часто случается?
- Да. Только самое досадное в том, что в любой момент дело может принять
опасный оборот. И потому я бы хотел на время расстаться с тобой, пока не закончу
расследование.
- Понятно.
- Знаешь, мне от этого не легче.
- Вижу. Могу я тебе кое-что сказать?
- Конечно.
- Обстоятельства сложились так, что ты мне понравился, даже несмотря на
то, что весь разукрашен синяками. И не спрашивай меня ни о чем. Я вовсе не
говорю, что вот так сразу в тебя влюбилась; просто ты мне симпатичен. Ты
нравишься мне даже слишком для человека, которого я едва знаю. Возможно, не
последнюю сыграло то, что произошло между нами прошлой ночью. Не отталкивай
меня. Когда ты закончишь расследование, ты вернешься в Канзас Сити? Верно?
- Скорее всего.
- Вот видишь, ты также уверен в этом, как и я. Тебя там кто-то ждет?
- Нет.
- У тебя никогда не было серьезных привязанностей?
- Нет, почему же. Но все быльем поросло.
- И больше не болит?
- Все отболело.
- Может быть, время от времени старые раны напоминают о себе?
- От тебя невозможно что-то скрыть.
- Вот и официантка. Позволь мне дать тебе один совет: когда что-то
отболело, назад дороги нет.
- Отболеть-то отболело, но ещё не умерло.
Официантка принесла наш заказ и, наполнив стаканы минеральной водой,
удалилась.
Я принялся за завтрак, в то время как Пенни с задумчивым видом потягивала
кофе и курила. Какое-то время мы молчали.
Она заговорила, только перейдя ко второй чашке кофе. Я же ещё не совсем
справился со своей порцией.
- Так что же произошло?
- Пенни, я все тебе расскажу. Ты и правда мне нравишься. Но именно это
меня настораживает. Я был близок со многими женщинами, но по-настоящему любил
лишь одну. Интуиция мне подсказывает, что из-за тебя я могу натворить немало
глупостей. Вот, например, я уже не предлагаю тебе расстаться, пока я не дам тебе
знать.
- Ты хочешь сказать, что мы будем вместе, пока ты не почувствуешь
опасность, связанную с твоей работой, или пока не охладеют наши чувства?
Я задумался.
- Пока не почувствую опасность.
Десять минут спустя мы вышли из ресторана.
- Ты ещё не раздумала меня сопровождать?
- А куда?
- В похоронное бюро.
- Дурак.
- Уверяю, именно туда я и направляюсь.
Я остановил такси.
- На угол Гери стрит и Двадцать второй.
По дороге мы смотрели в окошко, как настоящие туристы. В конце концов, в
какой-то степени так и было. Пенни прижалась ко мне. Время от времени она
поворачивалась, чтобы одарить меня улыбкой, затем снова не сводила завороженного
взгляда с витрин магазинов.
Что касается меня, то разглядывать витрины вовсе не было моим излюбленным
занятием. И я поудобнее устроился на сидении.
- Приехали. Где остановиться?
- Перед похоронным бюро.
Водитель изрядно удивился.
- Ладно.
Развернувшись, он высадил нас перед дверью, украшенной навесом-маркизой.
Я
...Закладка в соц.сетях
