Жанр: Детектив
Если совершено убийство
...ах можно
увидеть просыпающийся интерес. Она - очень умный ребенок. Вы надолго в Лондоне?
- К сожалению, только до следующей субботы, а потом - обратно в Сассекс и на
работу.
- А кем вы работаете?
- Я - полицейский.
- Как интересно. Я уверен, вы - необычный полицейский.
- Я - детектив, старший инспектор.
Лицо Мелани напряглось. Она взглянула на мужа, затем в сторону. Дербон, как ожидал
Уэксфорд, мог бы вспомнить об убийстве, но он этого не сделал.
- В любом случае вы не зря приехали, - сказал он. - Вы собираетесь домой, а я в конце
будущей недели - на совещание архитекторов в Йоркшир. Тогда, может быть, в следующий
ваш приезд в Лондон?
Уэксфорд кивнул, но последующая беседа была прервана плачем ребенка. Обожаемое,
беспокойное, не по годам развитое, необыкновенно умное дитя проснулось.
Мелани Дербон, которая была буквально наэлектризована телефонным звонком, теперь
повела себя как женщина, воспитавшая шестерых детей. Со словами "Это Александра опять
проснулась" она всего лишь глянула наверх. На этот раз занервничал Дербон. Может быть,
ребенок заболел? Может быть, нужно вызвать врача? Ему не понравилась сыпь на ее лице, хотя
жена сказала, что это просто зубки режутся.
Уэксфорд воспользовался моментом, чтобы попрощаться; он оставил им номер телефона
Говарда и поблагодарил за приятный вечер. Миссис Дербон проводила его до двери, а ее муж
уже поднимался по лестнице, сообщая малышке, что папочка уже идет и что папочка сделает
все, что надо.
Глава 10
Ибо, подобно тому, как некоторых увлекает одна только красота,
так удержать при себе можно только лишь добродетелью и
послушанием.
Пока Уэксфорд навещал Дербонов, а Говард играл в бридж с женой, тетушкой и шурином,
в Кенберн-Вейл произошла кража со взломом - еще одна из серии краж, происходивших
вечерами в пятницу или субботу.
- Твой друг в какой-то степени несет за это ответственность, - заявил Говард в
понедельник утром.
- Дербон? - спросил Уэксфорд.
- Ты видишь, как преображается Кенберн-Вейл, и я полностью за то, чтобы жизнь здесь
стала лучше, за перестройку этих старых трущоб, однако совершенно ясно, что там, где деньги,
там и преступления. Десять лет назад в Кенберн-Вейл едва ли нашелся бы один местный
житель, за исключением владельцев магазинов, обладающий хоть каким-то личным
состоянием. Теперь появились обеспеченные люди. У нас есть директора компаний, имеющие
фамильные ценности и сейфы, которые может вскрыть даже ребенок. Кстати, ни одна из краж
не произошла в местах, являющихся собственностью "Нортберн пропертиз", но теперь, если я
не ошибаюсь, они нацелились на Вейл-парк.
- У тебя есть идея, кто "они"?
- Один уже известен, и ты его знаешь, - огорченно произнес Говард. - Большую часть
вчерашнего дня я допрашивал человека по имени Винтер, у которого конечно же прекрасное и
безупречное алиби. И кто, ты думаешь, обеспечивает ему это алиби? Не кто иной, как наш
старый друг Гарри Слейд.
Уэксфорд был явно озадачен.
- Но он не мой старый друг.
- Прости, Рэдж, разве мы тебе не говорили? Гарри Слейд - один из тех, кто утверждает,
что Грегсон был с ним в "Сайк-клаб" вечером в пятницу двадцать пятого февраля. Рекорда он
пока не установил, но я начинаю думать, что он - профессионал по обеспечению алиби.
- Но, безусловно...
- Безусловно, его слова ничего не стоят? Но не для судьи, Рэдж. Есть безупречный
гражданин, молочник, чистый, как поставляемый им товар, который подтверждает, что
субботний вечер Винтер провел с ним, его дорогой старушкой мамочкой и его
невестой-машинисткой. Все вместе они играли в "Монополию" в квартире мамочки.
- В конце концов, ты получишь какой-нибудь другой рычаг против Грегсона, -
возразил Уэксфорд.
В этот момент в кабинет Говарда вошел Бейкер. Уэксфорд говорил спокойно, потому что
ему было жаль любого человека, которому казалось, будто он теряет контроль над делом,
однако Бейкер взглянул на него с холодной вежливостью. "Его лицо похоже на морду
леопарда, - вдруг подумал Уэксфорд, - нос, маленький, резко очерченный рот, покатый лоб и
рыжеватые баки на щеках".
- Ты сейчас едешь в "Ситансаунд", Майк, - вспомнил Говард. - Возьми с собой моего
дядю.
- Я бы с удовольствием, - ответил Бейкер, - но со мной едет сержант Нолап, кроме
того, я обещал молодому Дайпхарту ввести его в курс дела. Не получится ли, что мы будем
убивать мух кувалдой?
Уэксфорду стоило больших усилий сдержаться, он улыбнулся и ради Говарда сделал вид,
будто рад быть простым наблюдателем большей части игры. Он вспомнил о несчастной судьбе
Бейкера, его коварной молодой жене и ребенке, которого она родила от другого мужчины.
Понять - значит простить. Что же ему делать до конца дня? Болтать с Говардом и отвлекать
его от работы? Бесцельно слоняться по Кенберну? Уэксфорд начинал понимать, что означали
великодушные действия Говарда, позволившего ему выбирать дело по силам. Он никому не
причинял вреда - просто развлекался, подавая экспертам идеи для опровержения. И
чувствовал себя рабочим, чей ресурс исчерпан, а добрый хозяин находит для него работу,
которую компьютер сделает гораздо более эффективно. Ему просто надо было идти домой и
фотографировать Дору.
У входа Уэксфорд встретил сержанта Клементса.
- Хорошо провели выходные, сэр?
- Очень хорошо, спасибо. А как поживает ваш мальчик?
- Он уже большой, сэр. Заставляет мать вставать по ночам, маленький плутишка;
высунет голову и кричит, а когда она подходит, хочет играть с ней. А как он смеется! Уже
начинает ползать. Пойдет раньше года!
Ох уж эти отцы!
- Как вы решили назвать его?
- Знаете, его мамаша, наверное, из тех романтичных особ, которые обожают
экзотические имена. Она назвала его Барнабас, но мы с женой предпочитаем что-нибудь
попроще, поэтому решили назвать его Джеймсом в честь моего отца. Как только получим
постановление об усыновлении, устроим крестины.
- Осталось всего четыре дня, не так ли?
Клементс кивнул. Его веселость как рукой сняло при упоминании об этом коротком
отрезке времени - мучительно коротком и мучительно долгом, отделяющем испытательный
срок на отцовство от реального. А вдруг ему откажут? Глядя на покрасневшее лицо этого
видавшего виды человека, которое, несмотря на его хваленый здравый смысл, оставалось
совершенно мальчишеским, Уэксфорд подумал о наступающей пятнице с каким-то
благоговейным страхом. Представить только, что эта молодая мамаша, романтическая девушка,
назвавшая своего ребенка экзотическим именем, снова изменит свое решение и явится в суд,
чтобы объявить об этом! Какой одинокой и безрадостной станет после этого жизнь Клементса и
его терпеливой жены на самом верху их башни... Он прекрасен и справедлив, этот закон,
дающий приоритетные права родной матери и ее ребенку, но и жесток по отношению к
женщине, не способной иметь детей, - женщине, которая ждет, надеется и молит Бога.
- Вы так интересуетесь нашим мальчишкой, сэр, - сказал Клементс, снова
улыбнувшись, - что я и моя жена хотели узнать, не сможете ли вы прийти к нам как-нибудь
пообедать и, ну, в общем, посмотреть на нашего Джеймса... Может быть, завтра или в среду?
Мы почтем это за честь.
Уэксфорд был очень тронут.
- Прекрасно, я приду завтра, - пообещал он, подумав, что это будет способом провести
время. И в порыве чувств похлопал сержанта по плечу.
Дениз и Дора только что закончили обедать. Увидев Уэксфорда, они не выразили ни
удивления, ни потрясения оттого, что он еще жив. Только жена посмотрела на него таким
взглядом, которого он не видел вот уже много лет.
- До чего ты дошел, дядя Рэдж, - проговорила Дениз и впервые за их знакомство
взглянула на него как на мужчину, а не как на старика инвалида.
- Я? - удивился Уэксфорд. - Что ты хочешь этим сказать? - "Наверное, именно так
заставляют почувствовать вину невинного человека, - подумал он. - Конечно же такая
телеграмма: "Вылетай немедленно, все раскрыто" - заставила бы любого паковать чемоданы и
ехать в ближайший аэропорт". - Так что ты хочешь сказать?
- Так вот, тебе звонила женщина - какая-то Мелани, - я не запомнила фамилию. Она
просила передать, не смог бы ты приехать к ним еще раз и встретиться с ней как-нибудь днем,
когда мужа не будет дома. Ты должен ей перезвонить, она сказала, что ты знаешь ее номер.
Уэксфорд чувствовал некоторую растерянность, но, услышав это, громко расхохотался.
- Кто она, Рэдж? - спросила Дора, которая, конечно, не верила, что муж мог изменить
ей, но все же нельзя сказать, что была в восторге от звонка незнакомки.
- Мелани? - легкомысленным тоном переспросил он. - Ах, Мелани! Просто женщина,
с которой у меня были кое-какие личные дела. Вы думали, что все время, которое я проводил в
Кенберн-Вейл, я был с Говардом? Ладно, признаюсь: на самом деле я был с ней. Есть еще порох
в пороховницах, моя дорогая! - Он замолчал, увидев укоризненный, но еще чуть-чуть
тревожный взгляд жены. - Дора, - произнес он уже серьезно. - Посмотри на меня.
Посмотри на меня! Какой женщине, пребывающей в здравом уме, я могу быть нужен?
- Мне.
- Ну конечно тебе. - Он неловко подошел к жене и нежно поцеловал ее. - Любовь
слепа, - заявил он. - Прости меня, но я должен звякнуть любовнице.
В телефонной книге он отыскал Дербона Стивена Т.; дальше шли буквы, по-видимому
указывавшие на его профессию архитектора. Уэксфорд набрал номер, и после второго звонка
Мелани взяла трубку. Интересно, она всегда сама отвечает на телефонные звонки? Или, может
быть, сидела у аппарата и с нетерпением ждала, когда он зазвонит?
- Извините, что беспокою вас, мистер Уэксфорд. Я... я... Не будет ли слишком
бестактным с моей стороны попросить вас приехать и поговорить со мной?
- Сейчас, миссис Дербон?
- Да, если можно, сейчас.
- Не могли бы вы хотя бы намекнуть, в чем дело?
- Если можно, поговорим обо всем при встрече.
Очень заинтригованный, Уэксфорд ответил:
- Я буду через десять минут, - и положил трубку.
Он попытался объяснить Дениз и Доре причину своего ухода, конечно, насколько это
было возможно, потому что он и сам совершенно не понимал, зачем Мелани Дербон
понадобилось встретиться с ним в отсутствие мужа. Может быть, причиной тому было
искреннее беспокойство, связанное с навязчивой идеей, каковой стало для него переустройство
Кенберн-Вейл, возможно, в ущерб ей или его бизнесу. Или что-то связанное с Александрой
беспокоило ее? Ни один из ответов не приходил в голову.
- В библиотеку пришла твоя книга, дядя Рэдж, - сообщила Дениз. - Можешь забрать
ее на обратном пути.
Он взял синюю карточку и, выходя из дому, пришел к заключению, что миссис Дербон
позвала его потому, что он - полицейский.
Такси остановилось у двойной белой линии, и в центральном ряду Уэксфорд заметил
проехавший мимо них из Лейсбрук-сквер красный мини. Мельком взглянув на водителя,
Уэксфорд увидел молодую женщину в темном пальто. Что-то промелькнуло в его голове, когда
он обратил внимание на ее руки в перчатках, но это не нашло отклика в памяти, и он тотчас
забыл и о женщине, и о ее перчатках. Тем временем такси уже въехало под арку, и впереди он
увидел Мелани Дербон, ожидающую его на ступеньках Лейсбрук-Хаус.
Уэксфорд улыбнулся ей, как он надеялся, успокаивающей улыбкой, но Мелани не
улыбнулась в ответ. Она сжала обе его руки и обрушила поток извинений за беспокойство,
причиненное ею едва знакомому человеку.
Его предположение оправдалось.
- Я решилась побеспокоить вас, потому что вы полицейский, - пояснила она, когда они
вошли в дом, - или, точнее, потому что вы детектив, но в данный момент не работающий, если
вы понимаете, что я хочу сказать.
Уэксфорд не понимал.
- Вы можете подсказать мне, что я должна делать, - растолковала она, опустившись в
кресло и немедленно вцепившись обеими руками в шнур окантовки.
- Я в этом не уверен, - возразил Уэксфорд. Она была такой приятной женщиной и так
сильно встревожена, что он позволил себе говорить с ней как с близким другом. -
Постарайтесь успокоиться, - сказал он. - Ваши руки... Позвольте предложить вам сигарету?
Она кивнула, оторвав ладони от подлокотников кресла и сцепив их вместе.
- Вы из тех людей, которые умеют успокоить, не так ли? - отозвалась Мелани и
закурила сигарету. - Теперь мне немного лучше.
- Очень хорошо. Так что же случилось?
- Моя дочь, - ответила Мелани Дербон. - Она пропала. Я не знаю, где она. Должна ли
я объявить ее пропавшей?
Уэксфорд уставился на нее:
- Малышка? Вы хотите сказать, что кто-то украл малышку?
- Да нет, нет, конечно нет! Александра наверху. Я говорю о моей старшей дочери, Луизе.
Ей двадцать один год. - Было очень трогательно видеть, как застенчиво Мелани ждала
галантных слов, которые должны были за этим последовать, однако Уэксфорд не мог
произнести их: сегодня миссис Дербон выглядела так, что вполне могла показаться матерью
взрослой дочери. Но был ли ее отцом Дербон? Насколько он понял, они поженились три или
четыре года назад. - Стивен не ее отец, - тут же объяснила миссис Дербон. - До брака с ним
я была замужем. Мне было всего девятнадцать, когда родилась Луиза, а мой первый муж умер,
когда ей было десять.
- Почему вы решили, что ваша дочь пропала? Обычно она живет с вами?
- Нет, она никогда не жила здесь. Они со Стивеном не ладят, и я не могу понять почему.
Раньше все было нормально, и ведь именно благодаря Изе - так она сама себя называет - я
впервые встретилась со Стивеном. Полагаю, ей не понравилось, что я снова вышла замуж.
Старая история: мать и дочь близки друг с другом, в их жизнь вмешивается любовник
матери и выгоняет дочь из дома.
- Мы поженились три года назад, - продолжала Мелани. - Иза тогда была еще
школьницей, она училась в шестом классе и собиралась сдавать экзамен на повышенном
уровне; у нас уже была предварительная договоренность о месте для нее в Кембридже. Но как
только Луиза узнала, что мы собираемся пожениться, сразу же бросила все и стала жить вместе
с другой девочкой. - Руки миссис Дербон снова нервно затеребили шнур окантовки кресла, а
недокуренная сигарета лежала на краю пепельницы. - Согласно воле отца, ей назначеноГлава 11
...прочие камни скрыты и таят гибель.
Уэксфорд сидел совершенно неподвижно. Он понимал, что наблюдательный взгляд
Мелани заметит малейшее беспокойство в его поведении. Потом услышал, как тикают часы,
звука которых раньше не замечал. Пальцы миссис Дербон сантиметр за сантиметром
лихорадочно выщипывали шнур из окантовки кресла, и она продолжала говорить:
- На этот раз у нее был очень счастливый голос. В нем были такие нотки, которых я не
слышала с тех пор, как она была маленькой девочкой. Иза спросила, как я поживаю, как
Александра? Потом сообщила, что скоро у нее будут новости, которые меня обрадуют.
Естественно, я поинтересовалась, какие новости, и она ответила, что надо подождать неделю
или две, но обещала перезвонить мне через несколько дней. Конечно, меня такой ответ не
устроил, и я стала упрашивать ее сказать мне, но в трубке раздались гудки. Я попросила Изу
назвать мне номер, чтобы ей перезвонить, но, прежде чем она мне ответила, нас разъединили.
Все сходилось. Все страшно сходилось!
- И она не перезвонила вам? - уточнил Уэксфорд, заранее зная ответ.
- Нет, это был чудовищный обман. Я чуть с ума не сошла от любопытства - думаю,
именно так вы назвали бы это чувство. Я забыла о том, что поклялась не преследовать Изу, и
попыталась дозвониться до Стивена, чтобы попросить снова разыскать ее, но его не оказалось
на месте, а когда он пришел домой, я уже остыла и подумала, что могу подождать, пока она
снова позвонит мне. С тех пор Иза не звонила.
- Чего вы боитесь?
- Ее слишком счастливого голоса. - Мелани неестественно громко рассмеялась. -
По-вашему, это звучит абсурдно? Я все время спрашиваю себя, не толкнуло ли ее это счастье на
какой-нибудь безрассудный поступок или риск? - И дрогнувшим голосом спросила: - Что
мне делать? Скажите, что делать?
"Поехать со мной в Кенберн-Вейл и опознать тело". Нет, он не мог так сказать. Если бы
это происходило в Кингсмаркхеме и он бы вел дело Лавди Морган, то, наверное, сказал бы
именно что-нибудь вроде этого, но, конечно, в осторожной и мягкой форме, а здесь, прежде чем
что-то предпринять, должен был поговорить с Говардом, который, возможно, узнал еще
что-нибудь.
За свои сорок лет Мелани Дербон много страдала. Если его предположение окажется
верным, то вся боль, которую ей довелось испытать, не идет ни в какое сравнение с тем, что ей
предстоит. Даже злейшему врагу такого не пожелаешь, а эта женщина не была ему врагом. Она
ему нравилась: ее женственность, заботливость и хорошие манеры.
Что плохого в том, чтобы немного утешить ее и дать событиям идти своей чередой?! Он
ведь не при исполнении служебных обязанностей, он в отпуске.
- Прошла всего неделя, миссис Дербон, - спокойно проговорил Уэксфорд. -
Вспомните, ведь было время, когда Иза не звонила вам месяцами.
- Это верно.
- Если можно, я позвоню вам в среду, и, если до этого времени она не найдется, мы
объявим вашу дочь в розыск.
- Вы действительно думаете, что я делаю из мухи слона?
- Да, - солгал он. А что, в конце концов, он мог и ошибаться - разве не так? Иза - или
какое там было у нее другое имя, - вполне возможно, жива-здорова и, к примеру, разъезжает с
каким-нибудь парнем по Европе. Однажды в его практике было что-то подобное: он знал, что
девушка умерла, - на это указывали все факты, - а потом она, веселая и счастливая,
вернулась из поездки по Италии с каким-то поэтом.
- Как фамилия вашей дочери? - спросил он Мелани.
- Сэмпсон, - ответила она. - Луиза, или Иза, или Лулу, или не знаю, как она зовется
теперь.
"Или Лавди?" - И будучи полицейским, который всегда радовался, когда опознание
давало положительный результат, Уэксфорд хотел закричать: "Нет, не делайте этого! Не надо
мне определенности!"
- Мне пора идти.
- На чем вы поедете? На такси? На автобусе?
- На чем-нибудь поеду, - улыбнулся он.
- Позвольте мне подвезти вас. Вы были так добры, уделив мне время, тем более что вы в
отпуске, к тому же мне надо в магазин.
Они немного поспорили, но победила миссис Дербон. Она пошла наверх за ребенком, и,
когда появилась на лестнице, Уэксфорд поднялся, чтобы помочь ей нести корзинку. В ней на
бледно-розовой подушке лежала Александра и смотрела на него большими спокойными
синими глазами. Девочка была довольно толстенькой, необыкновенно чистой и одета в дорогое
бледно-розовое платьице из ангорской шерсти.
Миссис Дербон укутала малышку белым меховым пледом.
- Последняя причуда моего мужа, - сказала она. - Он практически каждый день
покупает ребенку подарки. У нее уже одежды больше, чем у меня.
- Привет! - обратился Уэксфорд к малышке. - Привет, Александра! - В ответ на его
доброжелательное приветствие она вначале угрожающе сморщила личико, но затем расплылась
в дружелюбной и доверительной улыбке. - Она красивая, - искренне признал он.
Миссис Дербон на это ничего не ответила. Она что-то искала на вешалке с одеждой.
- Никак не найду шарф, - пробормотала Мелани, обращаясь то ли к Уэксфорду, то ли к
себе самой, - голубой, шелковый, мой любимый. Бог его знает, куда он подевался! Подумайте,
я не видела его уже несколько недель. Может быть, Стивен отдал его уборщице, как
предыдущий? Когда она уходила от нас, он настоял на том, чтобы отдать ей кучу одежды. Он
такой импульсивный человек! - Малышка начала хныкать. - Ну Александра, не начинай! Она
как собачка, - пояснила миссис Дербон довольно раздраженно, - если знает, что идем гулять,
то не успокоится, пока не выйдешь на улицу. Наверное, придется надеть дубленку Стивена.
Мое меховое пальто в чистке, а сегодня так холодно, правда?
Она укуталась в дубленку мужа, которая была ей очень велика, и вместе они побежали
под внезапно обрушившемся ливнем к машине. Ребенок в корзинке был устроен на заднем
сиденье как багаж, который бережно уложили и о котором потом забыли. Это удивило
Уэксфорда: он считал миссис Дербон очень ревностной матерью, полностью посвятившей себя
мужу и дочерям. Она не была слишком стара, чтобы иметь ребенка, но слишком стара, чтобы
испытывать радость от заботы о нем. Но ведь не старше жены сержанта, которая охотно играла
со своим малышом, даже когда он будил ее среди ночи! Наверное, это всепоглощающая вина
перед Луизой отдалила ее от остальной семьи.
- Как звали подругу, с которой Иза жила в одной квартире? - спросил Уэксфорд.
- Верити Бейт. Они вместе ходили в школу, и Верити собиралась стать учительницей в
колледже Святых Марка и Иоанна.
- Насколько я понимаю, это где-то в Лондоне?
- Метрах в шестистах отсюда. Это на Кингс-роуд, совсем рядом с домом, где вы
остановились. Я покажу вам. Сейчас она должна доучиваться последний год, но я не знаю,
по-прежнему ли она живет в той квартире. Это недалеко от Холланд-парка. Я пыталась звонить
туда, но никто не ответил.
Они пересекли Кингс-роуд и поехали в северном направлении. С заднего сиденья
доносились тихие воркующие звуки. Уэксфорд оглянулся через плечо и увидел, что Александра
рассматривала струйки дождя, стекавшие по стеклу машины, протягивая свою пухленькую
ручку, словно хотела схватить блестящие капли. По Сидни-стрит они подъехали к
Фулхем-роуд, и, когда проезжали мимо кинотеатра и попали на узкий, как деревенская улица,
отрезок дороги, миссис Дербон спросила Уэксфорда, не сможет ли он подождать минутку.
- Я всегда покупаю здесь хлеб и пирожные, - объяснила она. - Ничего, если оставлю
вас с Александрой?
Уэксфорд ответил, что будет счастлив побыть с малышкой. Мелани припарковала машину
у счетчика, радостно вскрикнула, обнаружив, что от предыдущей машины осталось еще десять
минут неиспользованного времени стоянки, и умчалась в магазин, не сказав ребенку ни слова.
Уэксфорд повернулся к малышке, чтобы поговорить с ней. Девочку совершенно не смутило,
что ее оставили одну с незнакомым человеком; наоборот, она стала ручками ощупывать его
лицо. Дождь барабанил по крыше машины, а Александра улыбалась, пихая ножками белый
плед.
Играть с ребенком было так приятно, что Уэксфорд почти забыл о миссис Дербои и был
удивлен, заметив, что десять минут уже прошли. Временами Александра уже начинала терять к
нему интерес и теперь принялась жевать плед. Он выглянул в окно и увидел Мелани,
поглощенную беседой с какой-то женщиной, под зонтом которой они обе укрылись.
Встретившись с Уэксфордом взглядом, она одними губами произнесла: "Уже иду", и обе
женщины направились к машине.
Видимо, миссис Дербои хотела показать малышку своей подруге, если это, конечно, была
подруга. Насколько Уэксфорд сумел разглядеть эту женщину сквозь струи дождя, когда она
придвинула лицо к стеклу задней дверцы машины, ему показалось, что это не совсем
подходящее знакомство для жены президента компании: дешевый потрепанный черный
мужской зонт, поношенное черное пальто. То, что было под всем этим, выглядело не лучше.
Правда, из-под нахлобученной старой фетровой шляпы можно было разглядеть лишь половину
лица, но и шляпа не могла скрыть безобразную бородавку у левой ноздри. Уэксфорду
показалось, что он где-то уже видел эту женщину.
Пока он прикидывал, сколько времени они могут стоять и болтать под проливным
дождем, который превратился в настоящую бурю, женщина в черном ушла, а миссис Дербон
запрыгнула в машину, пригладив рукой мокрые волосы.
- Простите, что задержала вас. Вы, наверное, пожалели, что не взяли такси, но знаете,
как бывает, когда случайно встретишь человека и есть очень... - Она внезапно
остановилась. - Давайте я отвезу вас домой.
- Вы собирались показать мне колледж Святых Марка и Иоанна.
- Ах да! Видите вон то круглое здание слева, прямо перед Стемфордским мостом? Это
библиотека колледжа, а сам он находится справа через Кингс-роуд. Вы собираетесь поговорить
с Верити?
- Да, надеюсь, - ответил Уэксфорд. - Во всяком случае, она может сообщить мне, куда
ушла Иза после того, как рассталась с ней.
- Я могу сказать вам это, - быстро отреагировала Мелани. - Не забывайте, что именно
там Стивен нашел ее. Это в Эрл-Корт. Я дам вам номер телефона. Я звонила по нему и
пыталась поговорить с Верити, только... - Мелани заколебалась, но потом с горечью
добавила: - Никто из ее друзей не говорит мне ничего определенного.
Они остановились у дома на Тереза-стрит; миссис Дербон записала номер телефона и
передала его Уэксфорду. Предыдущие полчаса удалось отвлечь ее мысли о дочери, но теперь
было видно, что рука, державшая ручку, дрожит, а когда она снова взглянула на Уэксфорда, он
увидел ее нахмуренное и взволнованное лицо.
- Вы действительно надеетесь разыскать ее? Я немного боюсь - я помню, что
случилось, когда Стивен...
- Я буду осторожен, - пообещал Уэксфорд и попрощался, добавив, что обязательно
увидится с ней в среду.
Дома никого не оказалось. Дениз оставила записку, прислонив ее к хрустальной вазе с
фрезиями. В ней говорилось, что они ушли покупать ежевичное пончо. Уэксфорд не был
уверен, то ли это было что-то из одежды, то ли из еды.
Он позвонил в Холланд-парк, но никто не ответил. Теперь поговорим с девочкой номер
два, возможно, свидетельницей грубого и бестактного преследования, учиненного Дербоном.
Ответил молодой человек.
- Кто занимал эту квартиру до вас? - спросил Уэксфорд после того, как объяснил, кто
он.
- Не знаю, я живу здесь уже четыре года.
- Четыре года? Луиза Сэмпсон жила в этой квартире пару лет назад.
- Совершенно верно, она жила со мной. Мы жили вместе с Лулу... э-э-э... четыре или
пять месяцев.
- Понятно. - Эту незначительную часть информации Дербон, безусловно, счел
благоразумным скрыть от жены. - Могу ли я прийти к вам, чтобы поговорить, мистер...
- Адамс. Пожалуйста, если хотите, только не сегодня. Может, завтра около семи?
Уэксфорд положил трубку и взглянул на часы.
Шел шестой час. Моросил дождь. Интересно, когда заканчиваются занятия в этом
колледже? С одинаковым успехом Верити Бейт могла уже уйти или же до сих пор оставаться
там.
Он легко нашел большие ворота колледжа, который студенты называли "Марджон" . Во
дворе ем
...Закладка в соц.сетях
