Жанр: Детектив
Пассажир без багажа
...Варвара Александровна, если вам потребуется немного отдохнуть, возьмите еще
несколько дней отгулов, - предложил директор на прощанье. - Вы что-то плохо выглядите.
- Да ничего, мне на работе легче, - отказалась Варя. И вдруг почувствовала, что у нее
подгибаются колени. Она ухватилась за край стола и некоторое время боролась с
неприятными ощущениями - комната плавно поворачивалась и никак не хотела
остановиться.
- Да что с вами?! Сядьте! - испугался директор. - Нет, вам нужно отдохнуть!
Варя уже справилась с собой. Она еще раз поблагодарила за заботу и сказала, что в
кабинете душно.
На самом же деле она просто узнала музыку.
- 'Л У директора весь день играло радио - он привык так работать, и громкая музыка
ему не мешала. Ее отголоски были слышны даже в торговом зале. Варя тоже привыкла к
этому звуковому фону, тем более что его постоянно перекрывали резкие крики попугаев.
Но на этот раз мелодия буквально подкосила ее. Это была та самая музыка, которую
заводил для нее телефонный маньяк. Ди-джей перед тем, как поставить песню, объявил ее
название. И тут Варя вспомнила, где слышала ее, - на собственной свадьбе.
"Значит, Кристина была права, - думала она, возвращаясь за прилавок. - Это связано с
моей свадьбой. Как же я не вспомнила эту песню?! Давно ее не слышала... Шиннед
О'Коннор, да, так звали эту певицу. Песня тогда только появилась, все по ней с ума
сходили. И все под нее танцевали медленный танец. И я с Андреем тоже - раза три, не
меньше. Кассету ставили снова и снова, в конце концов она мне так надоела, что когда я
ее потом слышала, то раздражалась... А потом стала забывать. Да, я-то забыла, а вот коекто
помнит!"
Покупателей не было, и, воспользовавшись этим, Варя украдкой наклонилась и достала
из-под прилавка свернутый лист ватмана - фотогазету. Развернув ее так, чтобы не
заметили другие продавщицы, она напряженно вглядывалась в лица, в знакомые и не
очень, в совершенно чужие, которые видела раз в жизни - и больше никогда. "Кто же из
них это делает?! Кто? И главное - почему?.."
Глава 14
В этот день она отпросилась с работы на пятнадцать минут раньше, чем закрылся
магазин. Варя места себе не находила - и оттого, что узнала музыку, и оттого, что во
время обеда сбегала в ближайшую фотомастерскую и сдала на срочную печать кусок
пленки, который был вложен в письмо Лизы. Результаты оказались те, которые она и
предвидела. Не нужно было даже доставать фотографию, полученную от следователя,
чтобы понять: на всех снимках - одна и та же женщина. Дубовская, тетка Лизы.
Дома, едва переступив порог, она бросилась к телефону и набрала питерский номер.
Трубку взяли почти сразу, и она услышала приглушенный расстоянием смех и громкую
музыку.
- - Да, слушаю! - раздался веселый молодой голос.
- Мне нужна Нина.
- Это я, - ответили уже не так весело, скорее настороженно. - Кто это?
- Я уже звонила вам. Я Варвара Кузмина, жена Андрея...
- Ах да, - не дав ей договорить, перебила женщина. - Я помню вас, конечно. Что у вас
еще случилось?
- Извините меня, - сдержанно проговорила Варя. - Но мне бы хотелось узнать ваше
полное имя. И фамилию.
Дама засмеялась:
- Как это? Вы еще не узнали? Вы же говорили, что моя фотография в милиции! Что же
вы мой номер им не отдали?
- Но ведь это бесполезно, - ответила Варя. Ей припомнилась строчка из письма Лизы.
"Та настолько уверена в том, что ей ничего не будет, что даже не стала отпираться..."
В трубке замолчали. Даже музыка, как показалось Варе, стала потише - или же ее
собеседница плотнее прижала трубку к уху. Наконец она тихо сказала:
- Я не понимаю. Что бесполезно?
- Заявлять на вас в милицию.
- Вы думаете? - спросила Нина неуверенно.
Варя даже сказала бы, что Нина совершенно растерялась. - Но я не понимаю... Зачем
вам мое имя?
- Ну хорошо, я все равно догадываюсь, как вас зовут. Антонина Павловна Дубовская?
Собеседница задохнулась. Или же это были помехи на линии? Наконец Нина
закричала:
- Вы что, с ума сошли?! Конечно нет! Первый раз слышу это имя! Откуда вы его взяли?
- Не волнуйтесь, - сказала Варя. - Если я ошиблась - вам лучше бы назвать свое имя.
Мне больше ничего не нужно.
- Лучше для кого? - спросила собеседница. - Поразительно! Вы взяли у Андрея мой
телефон, звоните мне, пристаете с глупостями! Я не обязана вам ничего говорить...
- Но если вы не Дубовская, - перебила Варя, - тогда почему говорите, что Андрей
фотографировал вас в вагоне-ресторане? Вы же сами сказали, что он обещал вам прислать
снимок!
- Да мало ли что он" обещал, - усмехнулась Нина. Казалось, она снова обрела
уверенность в себе. - Он ведь был пьян!
- Вовсе нет!
- Ну конечно, вы же там были, - хохотнула Нина. Она все больше распалялась, и Варя
поняла, что через минуту-другую ее начнут просто поднимать на смех. - Если вы так
хорошо знаете, что он делал в вагоне-ресторане, откуда вы взяли, что моя фамилия -
Дубовская?
- Послушайте, ведь я говорю серьезно. - Варя из последних сил старалась держать себя
в руках. - В вагоне-ресторане он сделал несколько фотографий.
Одна из них была сделана крупным планом. К нему за столик присела женщина. Я
знаю точно, как ее зовут, - и думала, что это вы. Но если это не так - где там ваш снимок?
Он снимал только каких-то пьяных мужиков, официантов и проституток!
Нина опять хохотнула и вкрадчивым голосом проговорила:
- Ну а если я и есть проститутка? Что вас в таком варианте не устраивает? Моя фотка
там тоже должна быть. Я такая интересная блондинка, в белом костюме... По-моему, в тот
вечер я была в белом.
Варя тут же вспомнила ее. Еще в тот миг, когда следователь показал ей фотографию с
двумя проститутками за столиком, она подумала, что одной из них, наверное, под
тридцать. Она выглядела намного старше своей юной подружки - той было не больше
двадцати. Но может быть, все дело в том, как наложена обильная косметика.
- Ну что, была там моя фотография? - спросила Нина.
- Кажется, - ответила Варя, с трудом преодолевая замешательство. - Если вы только не
наговариваете на себя...
- Наговариваю?! Вы думаете, я чего-то стыжусь?!
- Я поняла, что вы ничего не стыдитесь. - Варя наконец собралась с духом. - Ну, в
таком случае ваше имя меня не интересует. Тем более, что следователь мне сказал: все
проститутки известны транспортной милиции. Если понадобится - вас найдут без меня.
- Очень мило, - фыркнула собеседница. - Ну, вы узнали все, что хотели? Или вам еще
что-то не дает покоя? Может быть, вам не понравилось, что ваш муж общался с
проституткой? Не переживайте, мы только обменялись парочкой слов. А телефон я ему
дала просто на всякий случай.
- Как тогда понимать ваши слова? - спросила Варя. - Когда мы с вами разговаривали в
прошлый раз, вы сказали буквально следующее: "Так и знала, что его убили!" Что вы
знали?
- Ничего! - крикнула Нина. - Отстаньте от меня! Когда мы говорили, я была пьяна! Я
постоянно пьяна. И сейчас тоже! Чего вы от меня хотите?!
Последние слова она провизжала. У Вари даже в ухе зазвенело. Потом раздался
истерический хохот. Услышав этот хохот, Варя поняла, что Нина сказала правду и сейчас
не вполне владеет собой.
Но что было тому причиной: алкоголь - или волнение? "Она что-то скрывает, она чтото
видела, узнала и не желает говорить! - поняла Варя - Но как ее заставить рассказать?!
Она боится милиции, все понятно... Но ведь у нее возникло какое-то подозрение насчет
смерти Андрея! Они с Дубовской сидели в ресторане в одно и то же время. Столик, где
сидели эти две проститутки, был совсем рядом... Она могла что-то услышать..."
В трубке умолкли. Потом странный, почти незнакомый голос спросил:
- Вы что, еще там?
- Да, - ответила Варя. - Я ждала, когда вы прекратите смеяться.
- Когда вы от меня отвяжетесь? - усталым голосом проговорила женщина. - Почему вы
мучаете меня? Я спала и опять лягу... Мне вечером ехать.
- Вы.., поедете в Москву?
- Ну да. Как обычно. Я почти каждую ночь в дороге. Из Москвы - в Питер, а на другой
вечер - обратно... И опять... Господи, если бы вы знали, как мне все это надоело... - Нина
говорила как-то странно, запинаясь и глотая слова. Если бы Варя не слышала в начале
разговора вполне трезвую речь, она бы решила, что Нина абсолютно пьяна. - Те же самые
станции, те же самые рожи... Знаете, сколько людей постоянно ездят туда-сюда? Я уже
многих начала узнавать... Я ведь уже давно так катаюсь...
- Нина! Это ваше настоящее имя?
- Да, - ответила та - уже без всякой язвительности.
- Вы бы согласились встретиться со мной?
- Нет. Зачем это нужно?
Варя разволновалась. Что она могла сказать этой женщине? У той были свои беды,
свои огорчения.
И какое ей дело до какого-то фотографа, который повесился в поезде, обменявшись с
ней перед этим несколькими фразами? Но она все-таки настаивала:
- Я даю вам слово, что никогда не расскажу следователю то, что узнаю от вас.
- Вы и так не расскажете, потому что ничего не узнаете, - отпарировала та. - Это будет
надежнее.
Мне и так хватает проблем.
- Но я даю вам слово! Почему вы мне не верите? Я любила его, он погиб... Я сказала
вам, что его убили, но я оговорилась - он совершил самоубийство. Он повесился - разве вы
не слыхали об этом?
Если вы ездите в тех поездах, там, наверное, прошел слух...
- Да. Об этом говорили целую неделю. На все лады обсуждали, почему он это сделал.
Как будто не все равно почему... Мне иногда тоже хочется повеситься, а я этого не делаю.
И не принимайте близко к сердцу мои слова. Ничего я не думала.
И ничего не знаю. Не знаю, почему он это сделал, и никто не знает.
- Но вы были рядом с ним, вы видели его одной из последних! Он покончил с собой
вскоре после того, как ушел из ресторана!
- Ну и что? Я за ним не пошла. Я ушла с клиентом.
- Но почему вы сказали, что так и знали? Как вы" могли догадаться, что он близок к
смерти?
Нина молчала и все же трубку не вешала - хотя, казалось бы, давно должна была
прервать разговор.
Это давало Варе слабую надежду - та в самом деле что-то хочет сказать...
Действительно хочет - иначе почему не обругает ее, не бросит трубку?
- Я не отниму у вас много времени, - сказала Варя. - Могу прийти на вокзал и встретить
вас...
Всего несколько слов! Никто об этом не узнает!
Поймите, я любила его и хочу знать, почему он сделал это! Умоляю, помогите мне!
Последние слова она произносила почти не владея собой. Чего ей стоило держаться
достойно, не выдать своего волнения! Как важно ей казалось не уронить себя в глазах
собеседницы - тем более что та женщина была проституткой! Когда Нина призналась в
этом, да еще с таким пафосом, Варя почувствовала вместе с отвращением и изумлением
нечто даже приятное. Ей было радостно сознавать, что она порядочнее этой неведомой
женщины - уже потому, что добывает себе средства к существованию в зоомагазине, а не в
вагоне-ресторане, не в купе ночного поезда со случайными мужчинами.
Нина говорила с искренним волнением... Возможно, это и повлияло на исход
разговора. Она явно смутилась, услышав, что ее о чем-то умоляют.
- Не знаю, - отрывисто сказала она. - Ну, если хотите... Только чем это вам поможет, не
понимаю...
И вдруг, решившись, назвала номер поезда, которым приедет в Москву, и точное время
его прибытия.
- Если хотите меня увидеть, приходите на Ленинградский вокзал, - сказала она. -
Только не опаздывайте, я вас ждать не буду.
Варя пообещала прийти точно.
- Вы меня узнаете по фотографии? - спросила Нина.
- Думаю, да.
- Хорошо. - Женщина рассмеялась и тут же оборвала смех. - С ума можно сойти, -
сказала она. - Вот никогда не думала, что встречусь с вами. А может быть, это к лучшему.
И в трубке послышались частые гудки.
"Да, в этом месяце счет за междугородные переговоры будет приличный, - подумала
Варя, опуская трубку. - Спрашивается, зачем я все это делаю? И как я умоляла ее... Чуть не
плакала!" На миг она устыдилась своей слабости - перед кем унижалась, кого просила!
Ведь ее только что матом не послали! Но Варя сказала себе, что делает все это для
Андрея.
"Неужели я правда любила его?" Варя прошла на кухню, поставила на плиту чайник.
Она давно ничего не готовила, все еще доедала то, что осталось от поминок. "А ведь перед
тем, как ехать в Питер, я едва выносила его общество. Мне казалось, что ненавижу его!"
Она ужинала, когда раздался телефонный звонок. Это был следователь. Он просил ее
приехать завтра до обеда - по тому же адресу. Пропуск для нее будет оставлен.
- Опять на опознание? - поинтересовалась Варя.
- Приедете - узнаете, - кратко ответил тот.
- Но я опять хожу на работу, и...
- Объясните своему начальству, куда ходили.
Или мне вам справку дать, где вы были?
Варя упавшим голосом пообещала прийти. Ее удивил раздраженный тон следователя,
но женщина решила, что он просто устал после рабочего дня.
"Значит, завтра сперва на вокзал, потом к следователю... Накрылась работа. Ну ничего,
мне ведь и так предлагают отгул".
На другое утро Варя стояла на перроне Ленинградского вокзала, ожидая прибытия
утреннего поезда. Это место вызывало у нее неприятные ощущения - а ведь раньше, еще со
школы, она любила здесь бывать. Этот вокзал означал для нее начало упоительного
путешествия - Питер всегда был городом из какого-то сна, будто созданный за минуту до
того, как к перрону прибывал московский поезд. Созданный специально для нее одной -
больше ни для кого.
Даже в последний раз, отправляясь с мужем в Питер, она волновалась, как подросток,
и торопила его выйти из дому. Так что на вокзал они приехали намного раньше, чем было
нужно.
Но теперь.., этот вокзал ассоциировался для нее с треском ломаемого замка в двери в
туалете, с фигурой Андрея - нелепо вытянувшейся, прижатой к закрытому окну. Со своим
отчаянием и истерикой в купе. С утомительными утренними часами, которые просидела в
милиции на вокзале...
Под сводами крытого перрона вслед за короткой мелодией раздался женский голос,
объявивший о прибытии нужного Варе поезда на такой-то путь.
Она заторопилась туда. Встречающие поезд толпились на платформе, видимо
высчитывая, где затормозит нужный им вагон. И только Варя не знала, куда ей идти. Нина
не сообщила номера своего вагона. Варя хотела ее спросить об этом напоследок, но
осеклась: "В самом деле, вопрос глупый. Она ведь и сама не знает, куда ее поведет
клиент". Варя решила ждать в самом начале платформы. Теперь она досадовала, что так
походя разглядывала у следователя фотографии проституток. Варя смутно помнила лицо
Нины - не так хорошо, чтобы узнать ее в большой толпе.
Но вот и поезд... Из вагонов начали выходить люди. Она отошла к самому краю
платформы, внимательно вглядываясь в мелькающие перед ней лица. Пахло одеколоном -
как всегда по утрам, когда прибывает поезд и из него выходят только что умывшиеся
люди. Это был запах праздника - по крайней мере, так Варя воспринимала его прежде.
Но сейчас она чувствовала только тревогу. Каждое молодое женское лицо, в которое
она всматривалась, убавляло ей надежды. Женщины торопились, лавировали между
носильщиками, настойчиво предлагавшими услуги, но ни одна из них не взглянула на
Варю. Если кто и бросал взгляд в ее сторону, то разве что затем, чтобы оценить - не легче
ли проскочить с другой стороны платформы.
"У Нины не должно быть багажа, - сообразила наконец Варя. - Она ведь сегодня же
уедет обратно... Господи, что за жизнь у нее! Я всегда сочувствовала проводницам,
которые мотаются в рейсы...
А здесь нечто похуже... Во всяком случае, стрессов точно больше".
Варя заметила двух идущих рука об руку девушек. Обе - блондинки, ярко, но небрежно
накрашенные, чем-то неуловимо похожие друг на друга. Но не чертами лица, а скорее
выражением.
Варя сразу определила их профессию - она налагала выразительный отпечаток на их
облик. Однако ни одна из этих девушек даже не глянула в ее сторону. Толпа прибывших и
встречающих стремительно редела. И Варя решилась на отчаянный поступок. Она
бросилась вдогонку за девушками, загородила им дорогу, извинилась... Те недоуменно и
не очень приветливо посмотрели на нее.
- Извините, в этом поезде должна была приехать одна моя знакомая, - волнуясь,
заговорила Варя. - Ее зовут Нина. Вы должны ее знать.
- Ой, отстаньте, - бросила одна из девушек - совсем молоденькая. Глаза ее были
красные от усталости, голос простуженный.
- Но она обещала приехать этим поездом, а ее нет! - растерянно бормотала Варя.
Другая девушка недружелюбно взглянула на Варю сквозь густо накрашенные ресницы.
Было видно, что она затрудняется с ответом. Варя почувствовала, что ее оценивают, - и
впечатление получается неблагоприятное.
- Что же вы нас об этом спрашиваете? - наконец спросила та. - Идите и поищите ее по
вагонам.
- Так она приехала?
Девушка не ответила и увлекла подругу к выходу из вокзала. Удаляясь, она обернулась,
и Варя снова встретила усталый и подозрительный взгляд.
Перрон совсем опустел. Варя видела весь поезд - от первого вагона до самых
последних. Из них больше никто не выходил. С дальнего конца платформы возвращался
носильщик, которому так и не удалось заполучить клиента. Тележка бойко катилась по
упругому покрытию. Варя пошла вдоль поезда, заглядывая в окна вагонов. В конце концов
к ней обратилась одна из вышедших на платформу проводниц:
- Вы ищете кого-то?
- Я? - обернулась Варя. - Да... Должна была приехать моя знакомая, но... Я что-то ее не
видела.
- А вы пройдите в начало, она, наверное, там.
- Да я оттуда и иду. Она не проходила.
- Значит, приедет следующим поездом, - приветливо объяснила проводница. -
Следующий через пятнадцать минут. Подождите, вдруг она поменяла билет. Такое часто
случается.
Варя не стала уточнять, чем занимается ее "знакомая". Но факт остался фактом - та не
приехала этим поездом.
А также и следующим. Варя встречала и этот поезд, до боли в глазах вглядываясь в
толпу, пока не поняла - Нина не приехала. Но зато она опять высмотрела в толпе
несколько проституток. Эти девицы отличались от обычных пассажирок своим
измочаленным видом, обилием макияжа и отсутствием багажа. Некоторые были молоды
и красивы, другие - вульгарны и потасканны... Но в их взглядах было одно и то же -
безразличие и усталость актрис, которые идут домой после трудного и выматывающего
спектакля. Может быть, Нина и была среди них... Но Варя не решалась разглядывать
девушек чересчур пристально - им это могло не понравиться. А облик женщины, которую
она ожидала, становился для нее все более смутным и расплывчатым.
Наконец и эта платформа опустела. Варя взглянула на часы. Еще оставалось время до
обеда - можно было встретить очередной поезд, а потом уж спешить к следователю. "Тем
более вряд ли у него что-то срочное, - подумала женщина. - В прошлый раз меня
опознавала кассирша, ну а в этот что будет? Интересно, проверили мое алиби у
Кристины? Бог ты мой, у нее ведь больше нет телефона, ей даже позвонить не могли.
Нужно рассказать следователю..."
Варя отправилась посмотреть на расписание поездов. Следующий питерский поезд
прибывал через полчаса. Рядом с ней возле расписания остановилась стройная молодая
женщина в белом лакированном плаще. Ее добела обесцвеченные волосы были небрежно
расчесаны и разлетались на ветру. Женщина поглядела на расписание, потом на Варю. Та
взглянула на нее и замерла. Ответный взгляд был долгим и изучающим.
- Вы Нина? - воскликнула Варя.
- Ну, предположим, - насмешливо ответила та, бесцеремонно разглядывая Варю. - Что
же вы ко мне не подошли? Я уже полчаса здесь мелькаю. Пойдемте, а то на меня местные
шлюхи наедут.
И, стуча массивными каблуками, женщина отправилась к выходу в город. Варя шла за
ней, держась чуть сзади. Она была сбита с толку. Дело в том, что фотография не давала
никакого представления о росте этой женщины. А Нина была очень маленькая - почти на
голову ниже Вари, даже несмотря на огромные каблуки. Еще ожидая ее на платформе,
Варя обратила внимание на то, что все проститутки из поезда были среднего роста или
ниже. Варя, разглядывая их, все время пыталась понять, в чем тут дело, и в конце концов
решила, что этого требует специфика их профессии - ведь места в купе совсем немного...
- На каком поезде вы приехали? - спросила Варя, когда они вышли на площадь перед
вокзалом. - Я встречала вас, но, кажется, вы не выходили...
- Ошибаетесь, - бросила девица, не оглядываясь и продолжая идти вперед. Она шла так,
будто к какой-то намеченной цели. - Я приехала на том поезде, который вам назвала.
Внезапно она остановилась и круто развернулась.
Варя чуть не налетела на нее и испуганно извинилась. Но, увидев лицо этой женщины,
она еще больше испугалась: лицо Нины побелело даже под слоем тонального крема, глаза
сузились, и Варе показалось, что в них мелькнула ненависть. Или презрение - но оно было
не менее жгучим. "Неужели это из-за того, что я ее нечаянно толкнула?! - изумилась Варя.
- Не может быть! Или же у нее нервы не в порядке..."
- Куда же мы пойдем? - будто ни в чем не бывало спросила девица. - Между прочим, вы
отнимаете у меня время. Согласны заплатить за мой завтрак? - И она кивнула на дверь
ближайшего бистро.
Варя быстро оценила в уме сумму, которая находилась в ее распоряжении. Денег было
немного, и ей предстояло еще дожить до получки. Но она решила, что перебьется. И не
успела еще она согласиться с этим предложением, как Нина растянула губы в улыбке:
- Да ладно вам, я за обеих уплачу. На это пока что зарабатываю.
Варе стало жарко от стыда, но она ничего не сказала. И в бистро попросила принести
ей только стакан пепси. Нина мельком глянула на спутницу и принялась уминать
плотный завтрак. Она ела быстро, но как-то механически, будто не чувствуя вкуса
картошки и сосисок. Потом, отодвинув опустевшую тарелку, спросила:
- Ну, так вы можете внятно сказать, что вам от меня нужно?
- Я, кажется, уже говорила, - смущенно ответила Варя. - Я бы хотела узнать, как провел
последние часы мой муж.
- Ваш муж, - бросила собеседница, - что же вы не проследили за ним, если он был ваш?
- Не всегда это можно сделать, - ответила Варя и тут же поправилась:
- И не всегда хочется.
- А теперь вдруг захотелось?
Варя не выдержала и посмотрела ей прямо в глаза. Они были темными,
непроницаемыми, почти без выражения. Нина продолжала улыбаться, будто забыв убрать
улыбку с лица, но в глазах ее не было.
Ее лицо сделалось непривлекательным, почти неприятным.
- Вам так трудно со мной говорить? - спросила Варя. - Разве это так уж сложно -
рассказать кое-что о моем муже... Поймите... То, что случилось тогда в поезде, - это не
просто ужасно. Хотя смерть ужасна сама по себе. Но я мучаюсь еще и потому, что ничего
не понимаю!
- Вот как? - бросила Нина и достала сигареты.
В бистро висела табличка "У нас не курят", но тем не менее многие посетители
курили. Пепельниц на столах не было, и окурки сбрасывали в пластиковые стаканчики.
Было душно, довольно шумно, и среди густых кухонных запахов явственно различался
особый запах вокзала. Варе казалось, что пахнет грязью, - и она не смогла бы здесь съесть
ни кусочка.
Над стойкой надрывалось радио.
- Дело в том, что мы с ним отдыхали в Питере.
Ну, это вы знаете, - запинаясь, говорила Варя. - И там мы поссорились. Ну, в общем,
потому, что он не взял обратные билеты. Забыл. Я побежала на вокзал, но удалось купить
только места в разных купе.
Он ехал за стенкой, я слышала даже, как он ворочался. А потом уснула. Вот,
собственно, и все, потому что больше я его не видела. Пока не взломали туалет.
Варя глядела в свой стакан с пепси. На поверхности плавали и лопались мелкие
коричневые пузырьки. Она видела руку сидевшей напротив женщины, методически
постукивавшей пальцем по сигарете, словно стряхивая пепел, хотя пепла давно уже не
осталось. И тут Варя отчетливо поняла, что Нина нервничает.
- Странно как-то, - сказала она и раздавила окурок в тарелке. - Сами же сказали, что
поссорились, а теперь удивляетесь, что муж повесился.
- Но это ведь не причина!
- А что - часто ссорились?
Варя опять столкнулась с этим непроницаемым взглядом. Ощущение было настолько
неприятным, что Варя опустила глаза, обвинив себя в трусости.
- Это не важно, - сдержанно проговорила она. - Сейчас ведется следствие по делу о его
самоубийстве.
Мне сказали, что открылись кое-какие обстоятельства. Я ведь не знала, что он был в
вагоне-ресторане.
И вообще понятия не имела, как он провел ночь. Рассказывали, что там он общался с...
- Проститутками, - подсказала Нина. - Ну-ну, дальше? И что же этот следователь
думает - от нашего общества ваш муж и повесился?
- Вовсе нет. Он ушел из вагона-ресторана с какой-то женщиной. До вчерашнего
разговора с вами я думала, что это вы и есть. Потому что в его лотке с питанием осталась
салфетка с вашим телефоном.
Я считала, что муж познакомился с кем-то в ресторане, а потом покончил с собой. Вы
понимаете теперь, почему я так вас донимала? Но сейчас я уже знаю, что он ушел не с
вами.
- Ас кем же?
- Ну, та дама даже близко на вас не похожа. - Варя сделала попытку улыбнуться.
- Ей уже за сорок. Но дело не в этом. С момента, как он ушел, и до того, Как повесился,
прошло почти два часа. Где он был все это время - неизвестно. Но следователь считает,
что в гостях у той дамы. Она как-то повлияла на него... Вы понимаете, о чем я говорю?
Нина даже не кивнула. Она молча слушала, не отводя глаз от Вариного лица, Но о чем
в этот миг думала - понять было невозможно.
- Эта женщина сделала или сказала что-то такое, что повлияло на его решение
расстаться с жизнью, не доезжая до Москвы. Вот что ужасно! - волнуясь, говорила Варя. -
До этого у него не было никаких причин покончить с собой!
- Вам-то откуда знать? - бросила собеседница.
Ее слова прозвучали оскорбительно - и Варя возмутилась:
- Погодите, но я его жена! И должна была бы знать. И потом, после его смерти я все
время пыталась понять, почему он это сделал. Я не могла спокойно спать. И выяснила
кое-что об этой женщине... Но это уже другой разговор.
Нина покачала головой:
- Вот видите, вы все узнали сами
...Закладка в соц.сетях
