Жанр: Детектив
Пассажир без багажа
...ли нужны. Могли бы, кстати, у нас попросить, мы бы кое-что
подкинули... Ну давай поделим расходы пополам? Неужели вы все деньги подчистую
потратили?
- Изабелла Степановна, я этих денег в глаза не видела, - сдержанно ответила Варя. - Ни
денег, ни покупательницы, ни договора. Вы знаете об этом куда больше, чем я... Я,
наоборот, хотела узнать от вас, кто именно купил дачу.
Свекровь поджала губы, и Варя поняла - та не может больше выдерживать деланно
дружелюбный тон. Сейчас будет скандал... Варя встала и, сославшись на головную боль,
вышла в другую комнату.
Закрыла дверь, настороженно прислушалась. Но в столовой звенели столовые приборы,
раздавался ровный гул голосов. "Я вовремя сбежала, - подумала она. - Господи, куда же
мне деваться? Гости уйдут не скоро. Неужели мне сидеть здесь еще часа два?"
Она скинула туфли, легла, укрыла ноги пледом.
"Если придут меня звать, изображу головную боль, - подумала она. - Даже и стараться
особо не придется... Насильно меня за стол не потащат. А добровольно сама не пойду".
Она вытащила из-под подушки конверт с фотографиями - Варя сунула его сюда, выйдя из
ванной комнаты. Достала из конверта три пленки, включила ночник. Она просматривала
пленки на свет, сверяя каждый кадр с отпечатанными снимками. Это было довольно
хлопотное дело, так как пачка снимков получилась довольно толстая, но Варя любила
этим заниматься. Ей всегда было интересно сравнивать негатив и полученное на бумаге
изображение. Вот несколько видов Петропавловской крепости - их сделала она. В левом
верхнем углу одного снимка маячило что-то вроде розового воздушного шарика. Варя
усмехнулась - если бы это увидел муж, он бы в очередной раз отчитал ее, что она сует
палец в объектив. Она испортила таким образом немало снимков. А вот виды Летнего
сада в яркий солнечный день. Это снимал Андрей. Смольный монастырь. Тоже его
работа. Медный Всадник и веселая свадьба перед ним - высоченный жених,
микроскопическая невеста, квартет бродячих музыкантов, какой-то бомж, примитивно
переодетый Нептуном и по своей инициативе поздравляющий молодых... Все это снимала
она - Варя даже вспомнила, как Андрей заявил, что не любит этот памятник и вечную
толпу вокруг него. Павловск... Опять она сунула палец в кадр - аж три раза! Сразу
понятно, что она была в ужасном настроении и думала не о снимках... Варя отложила
испорченные фотографии в сторону.
"Сколько же мы наснимали! И ни одного нашего портрета нет... Как это все глупо! Уж
лучше бы купили комплект цветных открыток с видами Питера. Хотя...
Ничего себе, я все-таки сняла Андрея!"
Просматривая снимки в первый раз, в ванной, Варя не разглядела, что на одной из
фотографий все-таки был запечатлен ее муж. Да его и трудно было заметить - снимок
вышел темноватый, и Андрей оказался не на первом плане, а где-то на задворках кадра.
Да еще вполоборота. Не похоже было, чтобы он специально позировал. Варя нахмурилась,
разглядывая снимок. "Где же это мы? - раздумывала она. - Какой-то мерзкий дворик...
Лужа, асфальт весь в дырках... Стены облезлые, желтые... Чего ради мы туда забрели?
Хотя ему-то всегда нравились такие местечки. Наверное, попросил снять его..." Но в то же
время она понимала, что ничего подобного не было. Зайти в такой дворик они вполне
могли - почему бы и нет? Но Андрей так мало доверял ее таланту, что никогда не
попросил бы снять его. Обычно она сама просила его встать перед каким-нибудь
объектом поэффектнее и щелкала - почти наугад.
Иногда выходило неплохо. А муж в это время иронично улыбался и только изредка
давал советы - где встать Варе, присесть ли ей на корточки или, напротив, залезть на
какую-нибудь скамейку. В последнее время он слегка поправился и потому просил
снимать его чуть сверху - это скрадывало полноту. Если бы Варя снимала его в этом
темном дворике, она бы помнила. Хотя бы потому, что Андрей не пожелал бы сниматься
при таком освещении. Он бы махнул рукой и сказал: "Ничего хорошего не выйдет!"
"Ничего хорошего и не вышло, - подумала Варя, удивленно рассматривая снимок. -
Хоть убей - не помню я этого двора!" Она просмотрела свою пленку. При выполнении
заказа пленка была разрезана на восемь частей и упакована в целлофановую оболочку.
Варя быстро убедилась, что этого кадра там не было.
Она взялась за пленки Андрея.
- Да в чем дело? - недоумевала она. - И тут ничего подобного! С какой же пленки это
печатали?!
В дверь отрывисто постучались, и тут же, не дожидаясь приглашения, в комнату вошла
Кристина.
- Я ухожу, - шепнула она, округляя глаза и показывая пальцем на дверь. - Там уже
выпили и по второй, и по третьей, а теперь считать перестали.
Гляди, Варька, перепьются! Где вы их ночевать оставите?
- Я бы тоже с радостью ушла, - меланхолично ответила Варя. - Как там моя свекровь?
- Пьет за двоих. Вся багровая сидит, злая как черт! - сообщила Кристина и предложила:
- А что, в самом деле, может, поедешь ночевать ко мне?
- Неудобно, - засомневалась Варя, - только что мужа похоронила...
- Да в чем неудобство? Ты долг выполнила, а где ночевать - твое личное дело. Если бы
ты к мужику поехала, а то к подруге! А что это ты делаешь? - заинтересовалась Кристина,
разглядев разбросанные на постели снимки.
Варя коротко объяснила ей, в чем затруднение, и Кристина придирчиво просмотрела
на свет пленку.
- Э, да они пять кадров потеряли! - возмутилась она. - Смотри - с двадцать восьмого по
тридцать третий - ничего нет. Это Андрей снимал?
Варя выхватила у нее целлофановую упаковку с пленками и убедилась, что подруга
права. После двадцать седьмого кадра сразу шел тридцать третий.
- Это бывает, - пробормотала она. - Наверное, можно найти... Я скажу заведующей.
- Та девушка в зеленой блузке - Андреева начальница? - уточнила Кристина. - Почему
она не осталась на поминки? Хотелось бы мне послушать ее голос... Может, я его узнаю?
Давай я все же схожу в мастерскую и поговорю с ней.
Варя вяло возражала - ей все-таки не верилось, что именно заведующая заняла Андрею
деньги. Ведь рано или поздно это должно было обнаружиться - так зачем же так упорно
врать? Однако Кристина стояла на своем:
- Завтра же пойду туда и под любым предлогом поговорю с ней.
- Самый простой предлог - это сфотографироваться, - сообщила Варя. - Сейчас она
сама снимает всех желающих. Другого фотографа у них пока нет. Я тебя об одном прошу -
не упоминай, что ты моя подруга. Мне будет неловко, получится, что я тебя подсылаю.
И Кристина пообещала, что ни слова об этом не скажет. Ей все-таки удалось уговорить
Варю уехать к ней ночевать. Вариных родителей это известие не слишком удивило - или у
них просто не было сил удивляться. Оба выглядели совершенно измотанными. Мать
сказала, что они опять переночуют на квартире у дочери. Все равно за один этот вечер им
все это не прибрать. Изабелла Степановна бросила на невестку яростный взгляд. Варя про
себя пожалела родителей - она боялась, что свекровь выместит злость на них. Отец,
наверное, догадался о ее сомнениях, потому что вышел за дочерью в коридор и, понизив
голос до шепота, попросил ее не волноваться.
- Правильно, езжай к Кристине, тебе там будет лучше. А Изабеллы не бойся. Вы теперь
редко будете видеться - утешайся хотя бы этим.
Варя благодарно его поцеловала. Попросила не перекармливать кошек - они весь вечер
таскали куски - опьяневшие гости охотно кормили животных из своих тарелок. Она
собралась быстро, захватив только зубную щетку, ночную рубашку и пакет с
фотографиями. Ей почему-то не хотелось с ними расставаться.
Кристина уже попрощалась с родителями Вари и ждала ее внизу, у подъезда. Она
курила, с сомнением оглядывая темное вечернее небо. Слегка накрапывало, но было
заметно, что дождь выдохся и в полную силу уже не пойдет. Варя взяла подругу под руку:
- Поехали. Я, наверное, сразу у тебя усну. И буду спать до полудня! Слава Богу, у меня
еще не кончились отгулы!
Варю окликнули по имени, она обернулась. Неподалеку от подъезда, возле машины,
возился мужчина в кожаной куртке. Она вспомнила, что он тоже был на поминках. Один
из друзей покойного мужа. Из тех друзей, чьи имена вспоминаются с трудом и только в
крайних обстоятельствах, таких, как сегодня... "Как неудобно, - подумала Варя. - Не
помню, как его звать. А он мое имя помнит..."
- Варя, вас подвезти? - спросил мужчина, открывая заднюю дверцу машины. - Куда
вам?
Варя хотела отказаться, но Кристина ее опередила:
- Большое спасибо, это тут, рядом. А вы в Жуковском живете?
- Нет, я уж лет восемь как в Москву перебрался, - ответил тот. - Ну, поедем?
Подруги уселись на заднее сиденье. Варя все еще была смущена - она понятия не
имела, как обращаться к этому человеку. Проблема решилась просто - об этом спросила
Кристина. Услышав ответ, представилась сама и улыбнулась:
- У меня первого мужа звали как вас - Виталием. Страшно вспомнить, когда все это
было! Мы же с Варей почти в один день замуж вышли. А вы давно Андрея знали?
- Со школы, - ответил тот, слегка обернувшись. - С пятого класса вместе учились.
Вместе хотели в летное училище поступать. Ну а потом...
Он фотографом стал, а я в коммерцию подался.
- А чем конкретно занимаетесь? - поинтересовалась Кристина. - Если бытовую технику
продаете - давайте сразу замнем этот разговор. Потому что я об этом уже слышать не
могу!
Виталий засмеялся, но тут же осекся. "Конечно, ему неловко веселиться при вдове, -
подумала она. - А Кристине он понравился. В ее вкусе мужчина - солидный, с
залысинкой, машина в наличии... Если он учился в одном классе с Андреем, ему должно
быть двадцать девять - тридцать лет. А можно дать тридцать пять. Впрочем, сейчас
многие выглядят старше своих лет. Черт его знает почему... Вот и я тоже распустилась, -
выругала она себя. - Ведь еще в Питере думала, что нужно покрасить волосы! Теперь уже
половина головы каштановая!"
Задумавшись, она на минуту отвлеклась от разговора, а когда снова прислушалась,
обнаружила, что новоиспеченные знакомые обсуждают проблему телефонов. Кристина
перегнулась через спинку переднего сиденья и оживленно жестикулировала. Наверное,
она временами заслоняла водителю обзор, но он ни разу ее не одернул.
- Я так вляпалась, просто не знаю, что делать, - с жаром рассказывала Кристина. -
Понимаешь, дело в том, что квартиру, где я сейчас живу, мне купил второй муж...
"Они уже на "ты", - сообразила Варя. - О чем это она рассказывает? О Боже, о своем
телефоне... Этого ей хватит на час!"
Грустную историю о том, как Кристина получила телефон. Варя слышала уже не раз.
Второй, уже бывший муж подруги купил для своей семьи квартиру в том же доме, где
жила его мать. Матери нужен был уход, и он думал решить эту проблему с помощью
Кристины. Однако та и не подумала хоть немного отвлечься от работы, да еще родила
второго ребенка. Свекровь, кстати, не упрекала невестку в невнимании. Эта пожилая
женщина сама когда-то "посвятила себя работе" и очень хорошо понимала Кристину. Она
оказала молодой семье неоценимую услугу. В их новой квартире не было телефона, и
лишних денег, чтобы заплатить за установку, тоже не было... Предприимчивая свекровь
вызвала с телефонной станции сговорчивого монтера, сунула взятку, и тот установил
параллельный телефон б квартире молодых. На станции об этом, конечно, не знали.
Однако, кроме видимых удобств, появились и некоторые сложности. Номера телефонов
были, разумеется, одинаковые. А решить, кто больше любит болтать по телефону,
Кристина или ее свекровь, и кому из них чаще звонят, было невозможно. В результате
параллельный аппарат часто оказывался занят. Возникали мелкие конфликты, которые,
впрочем, скоро улаживались.
Но потом все изменилось. Муж Кристины не преувеличивал, когда говорил о тяжелом
состоянии своей матери. Старая женщина умерла еще до того, как пара развелась. Ее
квартиру продали наследники - муж Кристины в их число не входил - кроме него, у
матери были еще две младшие дочери, и обе остро нуждались в деньгах. Потом
последовал развод. Кристина осталась в квартире с двумя детьми.
И тут до нее вдруг дошло, что у нее, в сущности, так и нет своего телефона. Продавая
квартиру, наследницы не предупредили новых владельцев, что к телефону нелегально
присоединен параллельный аппарат. Все это могло обернуться для Кристины крупным
штрафом - в лучшем случае. И отключением телефона - в худшем. Но пока ей как-то
удавалось договариваться с соседями, и те ее терпели.
Варя знала, что подруга установила своеобразный график звонков по телефону. Она
убегала на работу с утра пораньше, детей тоже дома не было, так что часов до восьми
вечера соседи могли звонить сколько им угодно. Зато от восьми вечера до часу ночи
Кристина брала реванш... Соседи до сих пор не донесли на нее только потому, что она
ежемесячно давала им определенную сумму денег - от пятидесяти до ста рублей, при этом
жалуясь на трудную судьбу и напоминая о своих несчастных детях...
- Представь, Виталий, - тоскливо вздохнула Кристина, - теперь они всерьез решили
меня отключить. Сегодня утром выловили у подъезда, когда я собралась на похороны.
Сказали, что с них довольно...
- А что случилось? - поинтересовалась Варя.
Она прямого участия в разговоре до сих пор не принимала, потому что следила за
дорогой и давала указания водителю. Они уже подъезжали к дому Кристины.
- Да представь, - пожаловалась ей подруга, - второй день поздно вечером звонит какаято
сволочь и начинает доставать! Они, видишь ли, решили, что это мне звонят. Я им
говорю: "Почему это мне, может, вам? Номер-то одинаковый!" А они говорят, что это
хулиганье мое имя называет! Просит будто бы Кристину к телефону!
- Что?! - вскинулась Варя.
- Да я тоже думаю, что врут, - убежденно заявила Кристина. - Им просто нужен повод,
чтобы от меня отвязаться. Действительно, телефон последние дни звякает незадолго до
полуночи, да я никак не успеваю подойти - сама знаешь, у меня то стирка, то готовка, то
дети развоюются...
- А кто звонит?! - Варя так разволновалась, что не выдержала и схватила подругу за
руку. - Мужчина? Женщина?
- Говорят - звонит женщина и спрашивает меня.
Я уж думала - это ты, но они сказали, что голос у нее какой-то странный, противный...
Варя молча откинулась на спинку сиденья. Она так стиснула пальцы, что обручальное
кольцо защемило кожу. "Ну, в чем дело? - уговаривала она себя. - Не обязательно, что это
тот же хулиган...
Но откуда он знает мое имя, этот мальчишка? Ведь с Кристиной происходит то же
самое..."
Кристина тем временем давала указания, как заехать к ней во двор. Машина
остановилась у подъезда, Варя первая открыла дверцу, поблагодарила Виталия и вышла.
Она думала, что Кристина последует за ней, но та не тронулась с места - водитель
включил в салоне свет, и Варя видела, как подруга разговаривает с Виталием,
перегнувшись через спинку переднего сиденья. Наконец она сунула ему какую-то
бумажку и с заметным сожалением вышла.
- Симпатичный, как ты считаешь? - грустно спросила Кристина, поднимаясь по
лестнице. - Ты не знаешь, он женат?
- Я его сто лет не видела, - отозвалась Варя. Она еле переставляла ноги, ступеньки
казались слишком крутыми. - По-моему, последний раз мы виделись на каком-то
пикнике, после того как я вышла за Андрея... Не помню точно, знаю только - это было
страшно давно. Ты ему дала свой телефон? Смотри, может, зря... Вдруг тебе правда
аппарат отключат?
- Да брось, это только угрозы, - отозвалась Кристина, доставая ключи. Она перешла на
шепот. - Только потише. Я так надеюсь, что мои обормоты уже спят... Правда, они в
девять никогда не ложатся, но все-таки...
Подруги вошли в прихожую, хозяйка зажгла свет.
Устало стянула плащ, бросила его под вешалку:
- Умираю, голова болит... Знаешь, что мне сказал Виталий, когда мы прощались?
Оказывается, ему тоже в последнее время звонит по вечерам какое-то хулиганье. Сначала
говорит какие-то гадости, потом смеется и предлагает послушать музыку.
Как сговорились! Или это сейчас такая мода у подростков? Он говорит - звонит
подросток или ребенок...
Варя почти ее не слушала. Это было чересчур для ее расшатавшихся нервов. У нее еще
хватило сил пройти на кухню и сесть за стол. А потом она спрятала лицо в ладони и
заплакала - впервые за сегодняшний день. Испуганная подруга подскочила и обняла се за
плечи:
- Ну, не надо, не убивайся... Его все равно не вернешь, нужно жить дальше. Ликер
будешь? Ой, я забыла, ты его не пьешь... Тогда водки? Или кофе?
Или... Да черт бы вас взял! - воскликнула она, оглянувшись и увидев в дверях своих
детей. - Я-то надеялась, что вы спите! Марш к себе, я сейчас приду! Не видите - тетя Варя
плачет!
Варя заставила себя отнять ладони от лица. Глаза опухли от слез, она почти ничего не
видела. Свет лампы расплывался перед ней, лицо Кристины казалось бледным круглым
пятном.
- Отключи телефон, - шепотом попросила она.
- Ну что ты, зачем? - Кристина все еще пыталась смеяться. - Ну и пусть меня
отсоединят, плевала я на это! Уж как-нибудь наскребу денег, поставлю себе отдельный.
- Отключи, - повторила Варя. - Я боюсь, что тебе позвонят. Я тогда не смогу уснуть...
Я... Не знаю, что тогда сделаю! Я руки на себя наложу!
Как он смеет издеваться надо мной! - Она вытерла глаза и теперь ясно увидела лицо
Кристины.
Подруга смотрела на нее тревожно, в ее глазах застыл вопрос. Варя покачала головой:
- Я не сошла с ума, не подумай... Просто мне уже два раза звонили, и тоже ночью. И
тоже ребенок, и тоже заводил музыку. Я не знаю, что это такое, как это понимать... Но он
знает, как меня зовут. И мне страшно, очень страшно! Мне кажется, что кто-то меня
ненавидит!
Глава 5
Субботним утром, незадолго до одиннадцати, в фотомастерскую зашла молодая
женщина в джинсах и красном свитере. Выстояв небольшую очередь к кассе, она
оплатила заказ на три черно-белые фотографии - формата три на четыре. Назвала свое
имя - Кристина Гучкова.
- Пройдите туда, - указала ей приемщица за черный занавес. - Фотограф свободен.
Кристина вошла и настороженно огляделась. Она не припудрилась, не причесалась -
сегодня ее ничуть не волновало, как она будет выглядеть на снимках. Строго говоря, эти
снимки ей были совсем не нужны. Она пришла сюда совсем по другому поводу. Сегодня
утром она выдержала целую баталию с подругой, которая всячески пыталась уверить ее,
что заведующая фотомастерской не имеет никакого отношения к долгу Андрея.
- Но я хочу сама убедиться, - возражала Кристина. - Нет так нет. А фотографии всегда
пригодятся. Я только послушаю ее голос.
...Кристина повертела в руках квитанцию, оглядела пустое помещение. Дверь в конце
была чуть приоткрыта. Женщина сделала несколько шагов и негромко спросила:
- Можно фотографа?
Ей никто не ответил. Она подождала еще минуту и отдернула занавес.
- Там никого нет, - сказала она, вернувшись в зал ожидания и обращаясь к приемщице.
Та очень удивилась:
- Как это - нет? Фотограф на месте. Нужно позвать погромче.
- Может, фотограф и на месте, но никто не выходит.
Приемщица со вздохом откинула доску прилавка и прошла за занавес. Указала на
приоткрытую дверь:
- Фотограф там. Вы звали?
- Ну конечно, - уже довольно обиженно заметила Кристина. Девушка разговаривала с
ней как с бестолковой склочницей - вежливо, но очень сухо.
Приемщица слегка пожала плечами, подошла к двери и стукнула в косяк:
- Елизавета Юрьевна? Тут клиент...
Она заглянула вовнутрь, пошире приоткрыла дверь... И, отшатнувшись назад, едва не
сшибла с ног Кристину, которая стояла прямо у нее за спиной.
- Что там? - спросила Кристина. Она сделала это по инерции, потому что уже и сама
видела, что было за дверью. Кабинет заведующей был настолько тесным, что не заметить
тело с первого взгляда было просто невозможно.
Через несколько минут у двери столпились все сотрудники фотомастерской. Кристину
оттерли в сторону, к черному занавесу. В спешке его слегка оборвали с петель, и он
свисал криво и нелепо.
Кристину била крупная дрожь, она сунула озябшие пальцы в рукава свитера - алого, как
кровь, залившая бумаги на столе в том крохотном кабинете... Она прислонилась к стене,
часто глотая слюну и прикрыв глаза. В ушах шумело, и она различала все звуки как сквозь
сон. Кто-то кричал, что нужно вызвать "скорую", кто-то возражал, что врачи тут уже не
помогут, и настаивал на немедленном вызове милиции. До Кристины донесся резкий,
истерический крик. Она узнала голос приемщицы. Та кричала:
- Я же видела ее десять минут назад! Она была жива!
Кристина с трудом заставила себя отлепиться от стены и выйти в основное помещение
мастерской.
Растерянные, брошенные всеми клиенты стояли у прилавка. Никто не желал
принимать у них заказы - все толпились возле трупа. Только кассирша осталась на посту,
но и она ни у кого не принимала денег. Увидев Кристину, женщина крикнула:
- Да что там случилось?
- Убили фотографа, - ответила та, проглотив наконец душивший ее комок в горле.
- Как?! - ахнула кассирша. - Кого?! Елизавету, что ли?! Да что вы говорите - я ее только
что видела!
Она закрыла кассу на ключ и тоже скрылась за черным занавесом. Кристина хотела
выйти на крыльцо, но ноги у нее подкосились, и она мягко опустилась на подвернувшийся
стул. Если бы не это - она бы свалилась на пол.
С этой минуты она воспринимала все как-то равнодушно. Как будто наблюдала
происходящее вокруг нее по телевизору. Краем глаза отметила наряд милиции. Узнала
приемщицу, возбужденно рассказывающую что-то милиционеру. Потом до нее донеслись
слова девушки:
- Да вот сидит женщина, она пришла сниматься.
До Кристины постепенно дошло, что говорят о ней. Она встала, отмечая, что голова все
еще легонько кружится. Но постаралась справиться с собой - она понимала, что сейчас ей
не на кого опереться.
Ей в голову пришла странная, но резонная мысль:
"А ведь Варька была права, я зря сюда пришла. Голоса той женщины я так и не
услышала..." В руке у нее до сих пор была зажата квитанция - ее она и показала
милиционеру.
- Я хотела сняться... - сказала Кристина. - Вот сижу жду.
- Вы заглядывали в кабинет?
- Нет, я только позвала мастера... Я даже двери не касалась, а сразу вышла в зал
ожидания и обратилась к этой девушке.
- А почему вы не заглянули в кабинет? Ведь дверь была приоткрыта - разве не так? Вы
что-то там заметили? Может быть - услышали?
- Нет. - Кристина изо всех сил пыталась сохранять самообладание. - Я просто
подумала, что фотографа там нет. Ведь я звала, а мне не ответили. И поэтому решила
уточнить... Я сразу выглянула, когда мне никто так и не ответил.
Приемщица подтвердила ее слова. Щеки девушки полыхали алыми пятнами, она была
вне себя от возбуждения и с трудом могла рассказать, как обстояло дело. Суть ее рассказа
сводилась к тому, что она пошла в кабинет заведующей, чтобы вызвать ее. Так как
штатного фотографа у них до сих пор не появилось, заведующая сама фотографировала
всех желающих. Она приоткрыла дверь и увидела, что Елизавета Юрьевна сидит за
столом... То есть лежит головой на столе, а на бумагах, на столешнице - везде кровь...
Милиционер попросил у Кристины ее координаты. Она машинально сообщила их,
даже не подумав спросить, зачем это нужно, - ведь она даже не обнаружила тело. Ей
разрешили уйти, и она с радостью покинула фотомастерскую. Вышла на крыльцо, увидела
рядом милицейскую машину, отошла чуть в сторону, к тумбе с объявлениями.
Достала сигареты. Ей уже не было холодно, напротив, хотелось ополоснуть лицо
ледяной водой, чтобы прийти в себя, успокоиться. Она увидела, что из фотомастерской
вышла кассирша. Она тоже достала сигареты, огляделась и, увидев Кристину, попросила у
нее прикурить.
- Ужасно, - отрывисто сказала кассирша, затягиваясь и резко выпуская дым. - Не могу
поверить...
Вы ее видели? Нет? И я не видела. Там такая давка, я не смогла прорваться. Что же это
получается? Кто ее убил-то?
- А почему все думают, что ее убили? - выдавила Кристина.
Кассирша удивилась:
- А что, по-вашему, случилось? Не могла же она сама с собой покончить!
- Всякий может, - возразила Кристина. Она уже немного пришла в себя и начала коечто
соображать. - Она.., точно умерла? Что с ней случилось? Почему столько крови?
Кассирша нервно оглянулась на дверь мастерской:
- Да говорят - зарезали. Я-то сама ее не видела... И не хочу такое видеть! Боже упаси - и
так хватило, сегодня спать не смогу... Что теперь будет, не представляю... Какие-то
несчастья на нас посыпались! Вы только подумайте - у нас работал фотограф - тот с собой
покончил. А Елизавета, наша заведующая, подменяла его... И вот вам - ее тоже нет... Когда
же ее убить успели? - вдруг озадачилась она. - Вот прямо перед вами кто-то пробивал чек
на снимки для загранпаспорта... А потом уж я у вас деньги приняла - это я точно помню.
Получается, перед вами туда еще один человек заходил...
Кристина сперва не понимала, к чему клонит кассирша. Она взглянула на квитанцию,
пробормотала:
- Ну, мне это уже не нужно, вряд ли я сегодня буду сниматься...
- Слушайте, как странно получается! - перебила ее кассирша. - Вот вы туда зашли - и
нашли ее уже мертвую. А за пять - десять минут до вас еще заходил кто-то, снимался... И
спокойно ушел. Ни криков не было, ничего... Она что же - еще жива была?
Кристина согласилась с тем, что, если бы клиент обнаружил труп, он бы вряд ли так
невозмутимо удалился. Во всяком случае, он бы сообщил о случившемся персоналу
фотомастерской. Однако кассирша слушала се вполуха. По ее отсутствующему взгляду
было понятно, что женщина думает о чем-то другом. Она опомнилась только тогда, когда
случайно прижала пальцем кончик горящей сигареты.
Женщина ойкнула, и сигарета упала на асфальт.
- Я знаете что подумала? - неуверенно заговорила она. - Дело-то в том, что другого
выхода гам нету. Можно войти и выйти только через эту занавеску. А тогда бы я
обязательно увидела...
- Вы о чем? - удивилась Кристина.
- Ну, я все думаю, как туда попал убийца... Откуда же он вошел? Мог только со стороны
салона.
А после того клиента туда никто и не входил. Только вы!
Кристина попыталась ул
...Закладка в соц.сетях
