Жанр: Детектив
Лью арчер Дело гэлтона
...ричала в ответ откуда-то из глубины дома.
- Нет!
Сейбл заморгал от яркого света солнца. Он выглядел как сомнамбула, идущая во
сне по краю пропасти. В доме продолжала кричать его жена. Крик ее сопровождался
ударами. Потом послышался звон разбиваемого стекла.
Охваченный беспокойством, Сейбл повернулся в сторону шума, исходившего из
глубины дома. Ружье качнулось в сторону. Я обошел Хауэла и схватился одной рукой
за ствол, а другой за узел галстука на шее у Сейбла, напрягся и потянул за ружье. Оно
оказалось у меня в руках, а Сейбл ударился о стену и чуть не упал. Он тяжело дышал,
волосы его растрепались и закрыли глаза. Он вдруг стал напоминать старуху,
смотрящую на нас сквозь лохматый седой парик.
Пока я разряжал ружье, со стороны внутреннего дворика послышались быстрые
шаги. Элис Сейбл появилась в конце холла. Ее светлые волосы спутались, ночная
рубашка закрутилась вокруг хрупкого тела. Она была босая, и одна нога в крови.
- Я поранила себя оконным стеклом, - сказала она тихим голосом.
- Зачем ты его разбила? - вдруг набросился на нее Сейбл. Потом вспомнил о нас,
и тон его голоса изменился. Он продолжил сладким тоном: - Иди в свою комнату,
дорогая. Ты не одета. А у нас гости.
- Доктор Хауэл не гость. Ведь вы пришли, чтобы залечить мою рану?
Она неуверенно направилась к доктору. Он пошел к ней навстречу, протянув
вперед руки:
- Конечно. Возвращайтесь со мной в вашу комнату, и мы посмотрим вашу рану.
- Но я не хочу возвращаться туда. Я не могу там находиться. Ненавижу эту
комнату. Питер приходил ко мне туда.
- Замолчи! - крикнул Сейбл.
Она спряталась за спину доктора в поисках защиты, как ребенок. Через его плечо
она грустно посмотрела на мужа:
- Замолчи - это все, что я от тебя слышу. Но зачем молчать, Гордон? Все знают
обо мне и Питере. Доктор Хауэл знает. Я ему все рассказала. - Она положила руку на
грудь и стала перебирать пальцами вышивку на ночной рубашке. Потом она увидела
меня. - Этот человек тоже все знает обо мне. Я вижу по его глазам.
- Вы убили его, миссис Сейбл?
- Не отвечай ему! - крикнул Сейбл.
- Но я хочу признаться. Я буду себя лучше чувствовать, если сделаю это. - Она
широко улыбнулась. Потом улыбка ее померкла, на лице появились морщины, и она
сказала: - Да, я убила его. Этот парень в машине ударил его, и он потерял сознание. А
я подошла и зарезала его.
Она опустила руку, которую прижимала к груди, и сжала ладонь в кулак. Она
посмотрела на руку так, как будто в ней был зажат нож.
Муж смотрел на нее с лицом игрока в покер.
- А зачем вы это сделали? - спросил я.
- Не знаю. Думаю, он мне ужасно надоел. А теперь я должна быть за это наказана.
Я убила человека и должна умереть.
Эти трагические слова она произнесла как-то неестественно. Она говорила, как
большая марионетка, двигающаяся с помощью веревок и только открывающая рот, в
то время как говорил за нее кто-то другой. Только глаза ее были естественными, то
есть невинными.
- Я должна умереть, - повторила она. - Ведь так, Гордон?
Сейбл сильно покраснел:
- Не вмешивай меня в это дело.
- Но ты сказал...
- Я ничего такого не говорил.
- Ты врешь, Гордон. - Она стала его стыдить. В голосе чувствовалась злоба. -
Ты сказал мне, что после всех моих преступлений я заслуживаю смерти. И ты был
прав. Я истратила твои деньги, играя в казино, ушла от тебя к другому мужчине, а
теперь еще стала убийцей.
Сейбл обратился к Хауэлу:
- Нельзя ли положить всему этому конец? Моя жена больна. Кроме того, она
поранилась. Просто невозможно, чтобы вы разрешили ее допрашивать. Этот человек
даже не полицейский...
- Я сам буду отвечать за свои поступки, - сказал я. - Миссис Сейбл, вы
помните, что ударили Каллигана ножом?
Она подняла руку ко лбу, откинула назад волосы, как будто они мешали ей думать.
- Точно не помню. Но, должно быть, это так и было.
- Почему вы говорите, что это так и было, если не помните?
- Гордон видел, как я это сделала.
Я посмотрел на Сейбла. Он отвел глаза. Он стоял у стены, стараясь слиться с ней.
- Гордона здесь не было, - сказал я. - Он был в доме миссис Гэлтон, когда вы
туда позвонили.
- Но он же приехал. Питер лежал на траве очень долго. Он издавал какие-то
странные звуки, как будто хрипел. Я расстегнула ворот его рубашки, чтобы помочь
ему дышать свободнее.
- Вы все это помните. Но вы не помните, что всадили в него нож?
- Возможно, у меня произошло затмение. Со мной часто так бывает. Спросите
Гордона.
- Я спрашиваю вас, миссис Сейбл.
- Дайте подумать. Я помню, что засунула ему руку под рубашку, чтобы
проверить, бьется ли его сердце. Сердце его билось. Казалось, что в теле у него
находится маленький зверек и он рвется наружу. Волосы у него на груди были
жесткими, как проволока.
Сейбл издал странный звук.
- И что же вы сделали? - спросил я.
- Я? Ничего. Я просто сидела и смотрела на него и его бедное постаревшее
избитое лицо. Я обняла его за шею, старалась разбудить, но он продолжал хрипеть. Он
все еще хрипел, когда приехал Гордон. Гордон разозлился, когда увидел, что я
обнимаю его. Я убежала в дом, но смотрела потом через окно.
Внезапно лицо ее просветлело:
- Я не убивала его. На лужайке была не я. На лужайке был Гордон. И я смотрела
на них из окна. Гордон поднял нож Питера и вонзил ему в живот. - Она показала, как
он это сделал, ударив себя в живот своей все еще сжатой рукой. - Кровь брызнула
фонтаном и окрасила траву в красный цвет. Все стало красным и зеленым.
Сейбл вытянул вперед голову. Остальные части его тела, руки и ноги оставались
как бы вдавленными в стену.
- Вы не можете ей верить. У нее опять галлюцинации.
Элис, казалось, не слышала его. Возможно, она была настроена на другую волну,
которая звучала в ее голове, как спасение. Слезы покатились у нее из глаз.
- Я его не убивала.
- Замолчите сейчас, ничего не говорите, - старался успокоить ее Хауэл,
подставив под ее голову свое плечо.
- Это правда? - спросил я.
- Должно быть, правда. Я уверен в этом. Ее самообвинения все же были
фантазией. Это объяснение более правдоподобно. Действительные события память не
сразу вернула.
- Напротив. Она сейчас более ненормальная, чем когда бы то ни было, - сказал
Сейбл. - Если вы думаете, что сможете использовать эти слова против меня, вы еще
более безумны, чем она. Не забывайте, что я юрист...
- Ах, вы юрист, вот вы кто? - Хауэл повернулся к нему спиной и обратился к его
жене: - Пойдемте, Элис. Мы перевяжем вам ногу. А потом вернемся в больницу, ко
всем этим любезным леди, которых вы знаете.
- Там нет ничего хорошего.
- Вот и молодец, - улыбнулся ей Хауэл. - Если вы и дальше будете говорить то,
что вы действительно думаете и знаете, мы возьмем вас из больницы. А пока вы
должны там немного побыть.
- Хорошо.
Поддерживая ее одной рукой, Хауэл протянул другую в сторону Сейбла:
- Ключ от комнаты вашей жены. Он вам больше не будет нужен.
Сейбл протянул ему плоский медный ключ. Хауэл взял его, не проронив ни слова.
Потом повел Элис Сейбл через холл по направлению к внутреннему дворику.
Глава 30
Гордон Сейбл посмотрел, как они уходят, потом вздохнул с облегчением. Глаза его
перестали блестеть блеском ожидания.
- Я не сделал бы этого, - сказал он, - если бы тогда знал то, что знаю теперь.
Есть такие веши, которые нельзя предугадать. Например, то, что человек меняется.
Кажется, вы сможете вынести все что угодно, что можете держаться вечно. Но под
давлением ваша сила ослабевает. Проходит несколько дней или несколько недель, и
все выглядит в другом свете. Не из-за чего бороться. Все лопается. - Он издал звук,
похожий на хлопок. - Все катится к чертям. Вот так.
- Зачем вы его убили?
- Она же рассказала вам. Когда я вернулся, она сидела около него и причитала,
пыталась разбудить его своими поцелуями. Меня чуть не стошнило.
- Только не говорите, что совершили преступление в порыве страсти. Вы должны
были давно знать об их связи.
- Я и не отрицаю, что знал. - Он поменял позу и стал рассказывать: - Каллиган
подцепил ее летом в Рено. Она поехала туда, чтобы развестись со мной, но все
кончилось тем, что она проигралась в рулетку. И Каллиган помог ей в этом. Он, без
сомнения, получил за это свои комиссионные. Она проиграла очень много, все
свободные деньги, которые у меня были. Когда же деньги кончились, он пустил ее к
себе в квартиру пожить немного, и я вынужден был ехать туда и умолять ее вернуться
со мной домой. Она отказывалась, и я должен был заплатить ему, чтобы он выгнал ее.
Я не сомневался, что он говорит правду. Ни один мужчина не смог бы придумать о
себе такую историю. Но Сейбл, казалось, сам себе не верит. Слова его не имели веса,
он говорил так, как будто заучил текст заранее и рассказывал об инциденте, которого
он не понимал, который произошел с какими-то людьми в какой-то чужой стране.
- Я так и не пришел в себя после этого. И она тоже. Мы жили в этом доме,
который я для нее построил. Нас разделяла стеклянная стена. Мы видели друг друга,
но не могли разговаривать. Мы вели себя как клоуны в цирке, разговаривая жестами,
или как обезьяны в разных клетках. И Элис стала очень странной. Я тоже, конечно.
Наша жизнь становилась все страшнее и страшнее. Она могла упасть на пол и бить
себя по лицу кулаками, пока лицо ее не становилось синим и опухшим от ударов. А я
мог смеяться над ней и обзывать ее всякими словами.
Так мы жили, и оба были довольны, пока не появился Каллиган. Это случилось
зимой. Были найдены кости Энтони Гэлтона, и Каллиган услышал об этом, кажется,
прочитал в газете. Он знал, кому они принадлежали, и явился ко мне с этой
информацией.
- А почему он выбрал вас?
- Прекрасный вопрос. Я сам часто спрашивал себя об этом. Элис рассказала ему,
что я адвокат миссис Гэлтон. Возможно, именно поэтому он и заинтересовался ею. Он
знал, что ее любовь к рулетке лишила меня денег, что у меня тяжелое финансовое
положение. Ему нужна была помощь эксперта для осуществления его плана. Он не был
настолько умен, чтобы все сделать самому. Он был умен лишь настолько, чтобы
понять: я значительно умнее его.
Он знал о вас еще и другое, подумал я. Он знал, что вы никого не любите и что вас
можно запросто скрутить.
- А какую роль во всем этом деле играет Шварц?
- Отто Шварц? А он здесь ни при чем. - Сейбл даже обиделся на меня за это
предположение. - Его единственная связь с этим - деньги, которые задолжала ему
Элис. Шестьдесят тысяч долларов. Шварц требовал, чтобы она заплатила ему. Он стал
ей угрожать. А потом стал угрожать и мне. Я должен был найти эти деньги и был в
отчаянии. Не знал, куда обратиться.
- Не будем говорить о ваших переживаниях, Сейбл. Вы вступили в этот заговор
не вдруг. Вы работали над ним не один месяц.
- Не отрицаю этого. Нужно было многое подготовить. Вначале идея Каллигана не
казалась разумной. Она возникла у него давно, когда он встретился в Канаде с этим
парнем, Фредериксом, пять или шесть лет назад. Он знал Энтони Гэлтона в Луна-Бэй и
был поражен его сходством с этим парнем. Он даже привез парня в Соединенные
Штаты, чтобы как-то воспользоваться этим сходством. Но нарушил закон, его
посадили, и он потерял парня из виду. Каллиган считал, что, если я поддержу его, он
сможет найти мальчишку.
И Каллиган нашел его, как вы знаете. Он ходил в школу в Энн-Арбор. Я поехал на
восток в феврале и увидел парня, когда он играл в студенческом театре. Он был
неплохим актером, выглядел честным. Я поговорил с ним и решил, что если ктонибудь
и сможет выполнить эту задачу, так это он. Я представился ему как продюсер
из Голливуда, сказал, что поражен его талантом. Он поймался на этот крючок и взял у
меня деньги. Остальное было уже нетрудно.
Конечно, историю его прежней жизни подготовил я. Над этим следовало
хорошенько подумать. Самое трудное было сделать так, чтобы никто не узнал о его
жизни в Канаде. И тут я вспомнил о приюте в Кристал-Спрингс. Но я понимал, что
успех всего этого мероприятия зависит в основном от него самого. Если ему удастся
это сделать, то он получит основную часть всех богатств. Мои притязания были
скромны. Он просто должен был дать мне возможность купить по номинальной цене
некоторое количество собственности, связанной с добычей нефти.
Я смотрел на Сейбла и думал, как мог человек с такой способностью все
предвидеть, заранее прийти к тому, к чему пришел. Что-то случилось с его головой.
Возможно, причиной была неоправданная вера в свое превосходство, в умение обвести
вокруг пальца всех и вся. Он и сейчас так думал.
- Есть такое понятие - преступление века, - продолжал он. - Им должна была
стать моя задумка. Получить многомиллионное состояние, не нанеся никому никакого
ущерба. Просто нужно было сделать так, чтобы найти этого парня, а там факты
говорили бы сами за себя.
- Факты? - спросил я.
- Ну, не совсем факты, а то, что казалось фактами. Я не философ. Мы, юристы, не
занимаемся реальными явлениями. Кто знает, что это такое? Мы имеем дело с тем, что
видим. А в этом деле искажений фактов было очень мало. Никаких фальсификаций
документов. Согласен, парень должен был немного соврать о своем детстве и своих
родителях. Но что значит эта незначительная ложь? Она принесла миссис Гэлтон такое
же счастье, как если бы этот парень действительно был ее внуком. И если бы она
решила завещать ему все свои деньги, то это ее личное дело.
- Она написала новое завещание?
- Думаю, да. Я в этом не участвовал. Посоветовал ей взять другого юриста.
- А вы не думали, что рискуете?
- Не думал. Нужно знать Марию Гэлтон, как знаю ее я. Она настолько
противоречива, что на это можно рассчитывать. Я заставил ее написать новое
завещание, убеждая, чтобы она этого не делала. Я заставил ее начать искать Тони,
убеждая ее, что это ни к чему не приведет. Я убедил ее нанять вас, выступая против
детективного расследования.
- А почему меня?
- Шварц не давал мне покоя с моим долгом, и я решил, что нужно действовать
быстро. Я не мог пойти на риск и сам занялся так называемыми поисками. Это должен
был кто-то сделать, кто-то, кому я мог верить. И я также подумал, что если нам удастся
обмануть вас, то мы сможем обмануть кого угодно. А если нам это не удастся, то я
подумал, что вы достаточно... как бы это сказать, гибкий, что ли...
- Вы хотели сказать - продажный?
Сейбл сморщился, услышав это слово. Слова для него значили больше, чем их
смысл.
В конце коридора открылась дверь, и миссис Сейбл с Хауэлом подошли к нам. Она
буквально висела на руке доктора. Лицо ее было накрашено и ничего не выражало.
Свободной рукой доктор нес белый кожаный чемодан.
- Сейбл во всем признался, - сказал я Хауэлу. - Позвоните, пожалуйста,
шерифу.
- Я уже позвонил. Они скоро будут здесь. Я забираю миссис Сейбл туда, где она
получит необходимый уход. - И он добавил уже другим тоном: - Надеюсь, что это
явится поворотным пунктом в ее болезни.
- Я тоже надеюсь, - ответил ему Сейбл. - Честно.
Хауэл ничего не сказал на это. И Сейбл сделал еще одну попытку:
- До свиданья, Элис. Я действительно желаю тебе всяческого добра.
Она вся сжалась, но ничего не ответила. Она вышла, опираясь на руку доктора. Ее
волосы блестели на солнце как золото. Сусальное золото. И мне стало немного жалко
Сейбла. Она была для него слишком тяжелой ношей. Каллигану удалось вбить клин
между его слабостью и ее потребностями и тем самым расширить пропасть, существующую
между ними. И их союз распался.
Сейбл был наблюдательным человеком, и он заметил, что настроение мое
несколько изменилось.
- Вы удивляете меня, Лью. Я не думал, что вы так тяжело все это воспримете.
Ведь у вас всегда была репутация человека, не стремящегося осложнять ситуацию, а
помогать заблудшей овце.
- Убийство Каллигана вряд ли можно сравнить с поведением заблудшей овцы.
- Я должен был его убить, как вы не понимаете?
- Из-за вашей жены?
- Моя жена - это только начало. Он продолжал жать на меня. Ему было
недостаточно, что он делит со мной мою жену и мой дом. Он был очень жаден, хотел
получить все больше и больше. И я, наконец, понял, что он хочет получить все. Все. -
Голос его дрожал от возмущения. - После всего того, что я сделал, пошел на риск, он
хотел лишить меня всего.
- Каким образом?
- Воспользовавшись парнем. Он что-то знал о Тео Фредериксе. Не знаю что. Не
мог выведать ни у одного из них. Но Каллиган говорил, что этого достаточно, чтобы
разрушить весь мой план. Конечно, это был и его план, но он был достаточно
безответствен, чтобы разрушить все, если я не сделаю так, как он хочет.
- И вы его убили.
- Мне представился случай, и я им воспользовался. Это не было преднамеренное
убийство.
- Никакие присяжные не поверят этому после того, что вы сделали со своей
женой. Это выглядит очень преднамеренным. Вы дождались случая, чтобы убить
беззащитного человека, а потом попытались свалить это убийство на свою больную
жену.
- Она этого заслуживает, - возразил он холодно. - Она сама верила, что убила
его. Наполовину верила. Она понимала, что виновата, потому что путалась с ним. Я
сделал только то, что сделал бы любой мужчина в данных обстоятельствах. Она
видела, что я зарезал его. Я должен был что-то сделать, чтобы заставить ее забыть это.
- Вы как раз этим и занимались во время ваших длительных посещений
больницы? Убеждали ее, что это она во всем виновата?
Он ударил ладонью о стену:
- Это она причина всех неприятностей. Она - причина того, что он вошел в нашу
жизнь. И она должна пострадать за это. Почему за все должен отвечать я один?
- Вы не должны. Вы можете разделить вину с этим парнем, Фредериксом. Где я
могу его найти?
Он покосился на меня:
- Я хочу получить что-нибудь взамен, так сказать, кви про кво. - Это латинское
выражение его, казалось, подбодрило. Он стал говорить быстрее, а потом перешел на
скороговорку. - Это верно. Он действительно должен почти полностью отвечать за
все это безобразие. Если это поможет разобраться, я готов выступать свидетелем. Элис
не может быть свидетельницей против меня. Вы даже не знаете, правда ли то, что она
говорила вам. Откуда вы можете это знать? Может быть, я прикрываю ее. - В голосе у
него появилась надежда.
- А откуда вы знаете, что вы живой, Сейбл? Я хочу встретиться с вашим
сообщником. Он был в Сан-Матео этим утром. Куда он направился?
- Совершенно не в курсе.
- Когда вы его видели в последний раз?
- Не понимаю, почему я должен сотрудничать с вами, если вы не хотите
сотрудничать со мной?
Я все еще держал в руках его разряженное ружье. Потом поднял его как дубинку. Я
был достаточно зол, чтобы использовать его в этом качестве, если возникнет
необходимость.
- Вот почему.
Он так быстро отпрянул, что стукнулся головой о стену.
- Вы не можете использовать против меня такие методы. Это противозаконно.
- Хватит пускать мыльные пузыри, Сейбл. Фредерикс был здесь вчера вечером?
- Да. Он хотел, чтобы я получил для него деньги в банке. Я отдал ему все свои
наличные, которые были в доме. Около двухсот долларов.
- Зачем ему были нужны деньги?
- Он не сказал. Вообще, он вел себя непоследовательно. Разговаривал так, как
будто сломался, не выдержал напряжения.
- Что он сказал вам?
- Я не могу пересказать дословно, так как сам был ужасно расстроен. Он задал
мне огромное количество вопросов, на которые я не был в состоянии ответить. Об
Энтони Гэлтоне и о том, что с ним произошло. Все это самозванство вскружило ему
голову. Кажется, он считает, что он на самом деле сын Гэлтона.
- А Шейла Хауэл была с ним?
- Да, она присутствовала при этом. Я понимаю, о чем вы думаете. Возможно, он
говорил все это для нее. Если он играл, то нужно сказать, что она ему поверила. Но мне
кажется, он и сам этому верит. Он был очень взволнован и угрожал мне расправой,
если я не скажу ему, кто убил Гэлтона. Я не знал, что отвечать. В конце концов я
вспомнил имя этой женщины из Редвуд-Сити - бывшей няни Гэлтонов.
- Миссис Матесон?
- Да. Я должен был ему что-то сказать, чтобы избавиться от него.
Патрульная машина въехала на холм и остановилась перед домом. Из нее вылез
Конгер и еще один помощник шерифа. Сейблу предстояла тяжелая задача -
оправдаться.
Они подбросили меня в аэропорт, и я сел в самолет. Это был тот же двухмоторный
самолет, летевший тем же рейсом, что и три недели назад. Даже стюардесса была та же
самая. Но теперь почему-то она выглядела моложе. Казалось, время для нее
остановилось, тогда как я постарел и почти приблизился к среднему возрасту.
Она старалась подбодрить меня леденцами и кофе в бумажных стаканчиках. И вот
опять появилась бухта и соляные копи.
Дом Матесонов был закрыт, шторы на окнах опущены, как будто в доме кто-то
болен. Я попросил таксиста подождать меня и постучал в парадную дверь. Дверь
открыла сама Мэриан Матесон.
Она жила по тому же расписанию, что и я, быстро старела. В волосах стало больше
седины, лицо осунулось. Но все это каким-то образом сделало ее мягче. Даже голос
стал нежнее, когда она сказала:
- Я ждала вас. У меня был еще один гость сегодня утром.
- Джон Гэлтон?
- Да. Джон Гэлтон. Маленький мальчик, за которым я ухаживала в Луна-Бэй. Я
очень волновалась, увидев его через столько лет. С ним была его девушка. Он привез
ее с собой. - Она заколебалась, а потом шире открыла дверь. - Заходите, если
хотите.
Она провела меня в темную гостиную и предложила сесть в кресло.
- Зачем они к вам приезжали, миссис Матесон?
- Затем же, зачем и вы. Получить информацию.
- Какую информацию?
- О той ночи. Я подумала, что он имеет право знать правду. Поэтому рассказала
все, что рассказывала вам: о Каллигане и Плечистом. - Ответ ее был туманным.
Возможно, она старалась, чтобы и ее память тоже была туманной, не прояснялась.
- И как он это воспринял?
- Он очень заинтересовался. Естественно. Он весь превратился в слух, когда я
рассказала ему о рубинах.
- А он объяснил, почему так заинтересовался рубинами?
- Он ничего не объяснял и быстро ушел. Они уехали на своей красной машине,
даже не стали пить кофе.
- А они были дружелюбно настроены?
- По отношению ко мне? Очень дружелюбно. Девушка была очень любезна. Она
сказала, что они собираются пожениться, как только ее молодой человек все выяснит.
Она сказала: выберется из темноты.
- А что она имела в виду под темнотой?
- Не знаю. Она так сказала. Он же очень интересовался обстоятельствами смерти
отца.
- А он говорил, что собирается делать дальше, куда они отправляются?
- Нет. Он спросил у меня, как добраться до аэропорта и ходит ли туда автобус.
Мне показалось странным, что он спрашивает про автобус, когда у него есть
прекрасная спортивная машина, совершенно новая.
- Он уклоняется от ареста, миссис Матесон. Он знает, что его машину сразу же
обнаружат в аэропорту.
- А кто хочет его арестовать?
- Я, например. Это не сын Гэлтона. Это самозванец.
- Не может быть. Он копия своего отца.
- Внешность очень часто бывает обманчива. Вы не первая, кого обманула его
внешность. На самом деле его имя Тео Фредерикс. Он мелкий мошенник из Канады,
где чуть не зарезал человека.
Она закрыла рот рукой:
- Из Канады, говорите?
- Да, его родители - хозяева пансионата в Питте, в Онтарио.
- Но они как раз туда и поехали. В Онтарио. Я слышала, как он говорил ей, когда
я была на кухне, что нет прямых самолетов в Онтарио. Как раз перед тем, как они
ушли.
- А когда они здесь были?
- Рано утром, вскоре после восьми часов. Они ждали у дома, пока я вернусь со
станции, куда отвозила Рона.
Я посмотрел на часы. Было почти пять часов дня. Прошло почти девять часов. При
благоприятных обстоятельствах они могли уже быть в Канаде. И если мне повезет, то я
буду там еще через восемь или девять часов.
Миссис Матесон проводила меня до двери.
- Эти неприятности никогда не прекратятся? - спросила она.
- Дело идет к концу. Извините, что не смог оградить вас от этого.
- Все в порядке. Я все рассказала мужу. Что бы ни произошло - выступление в
суде в качестве свидетеля или еще что-нибудь - мы будем держаться вместе. Мой
муж очень хороший человек.
- У него очень хорошая жена.
- Нет. - Она махнула рукой. - Но я люблю его и нашего сына. А это кое-что
значит. Я рада, что все рассказала Рону. Это лежало тяжелым камнем у меня на сердце.
- Она улыбнулась мне, но глаза оставались серьезными. - Надеюсь, все кончится
хорошо для этой девушки. Трудно поверить, что ее парень - преступник. Но я-то
знаю, как бывает в жизни. - Она подняла глаза к солнцу.
Дорога в международный аэропорт шла мимо здания суда в Редвуд-Сити. Я
подумал, что нужно остановиться и все рассказать шерифу Трэску, а потом решил, что
не стоит. Это было мое дело, и я хотел его закончить сам.
Возможно, я уже догадывался, чем все кончится.
Я приехал в Питт на машине, которую взял напрокат, в три часа, в самое темное
время ночи. В красном доме на набережной горел свет. Миссис Фредерикс подошла к
двери, одетая во все черное. Ее тяжелое лицо приняло упрямое выражение, когда она
меня увидела.
- Зачем вы сюда приехали? Вам здесь нечего делать. Я не знала, что этих
Лембергов разыскивает полиция.
- Полиция разыскивает не только их. Ваш сын был здесь?
- Тео? - В глазах ее было удивление. - Он не был здесь целую вечность.
За ее спиной послышался хриплый голос:
- Не верьте ей, мистер. - Из темноты показался ее муж. Он держался за стену и,
казалось, был совершенно пьян. - Она вывернет для него все свое лживое сердце.
- Попридержи язык, старик.
Черная злость наполнила ее глаза, как фиолетовые чернила. Они выглядели точно
так же, как несколько раньше глаза ее сына. Она пошла на Фредерикса, и он попятился
назад. Лицо его было пористым и влажным, одежда пыльной.
- Вы его видели, мистер Фредерикс?
- Нет. На его счастье, меня не было дома. А то я показал бы ему. - Его орлиный
профиль покачивался вверх и вниз, как бы разрубая воздух. - Но она виделась с ним.
- А где он сейчас, миссис Фредерикс?
За нее ответил муж:
- Она сказала, что они пошли в гостиницу. Он и его девушка.
Какое-то неясное чувств
...Закладка в соц.сетях
