Жанр: Детектив
Убийственный аргумент
...выходят. Все равно мы их достанем.
- Стреляли оттуда?
- Да, - байкер кивнул.
- Он с ними заодно, разве ты не видишь, Тарантул? - проговорил, всхлипывая,
парень. - Макнем его здесь, меньше останется.
- Заткнись, - Тарантул поморщился. - Ты все понял? - он обратился ко мне.
- Вроде парламентера, да? - я улыбнулся. - И какие условия сдачи я могу
предложить осажденным?
- Это месть. Нам нужен только тот, кто пришил Харлея.
Лишние жмурики ни к чему.
- Вы бы отъехали подальше, а то снова могут выстрелить. Не хотел бы
оказаться в этот момент между вами и стрелком.
- Делай, что я тебе сказал, - Тарантул покачал головой. - Не знаю, откуда
ты здесь взялся, но если решил к нам подойти, смелости у тебя хватит дойти и до
дома. Мы будем ждать.
Пока шел по дорожке к дверям, мне казалось, что ствол находится не где-то
там, за разбитым окном, а упирается прямо в лоб.
Постучал в дверь. Она сначала приоткрылась на палец, потом резко
распахнулась и меня втащили внутрь.
Я разглядел мужика в рабочей одежде, женщину, сидевшую прямо на полу у
стены. Кроме них здесь было еще двое мужчин.
Мужик, который втащил меня внутрь, держал в руке малокалиберную винтовку.
- Думаешь, приперли меня, да? Я как увидел это адское племя из окна, сразу
понял, что они сунутся. А если сунутся, то получат сполна! - он сорвался на
крик. - Так и передай своим дружкам. Они крутые, но я еще круче.
Женщина снизу вверх восхищенно посмотрела на говорившего.
- И долго собираетесь держать оборону? - поинтересовался я.
- До последнего патрона! - гордо заявил мужик и неожиданно весь позеленел.
Я сделал шаг назад, опасаясь, как бы не увидеть, что он ел сегодня на
завтрак.
Оба пожилых мужчины затравленно посмотрели на меня.
- Может, попробуем договориться? - осторожно произнес один из них.
- Никогда! - отрезал стрелок и опрометью кинулся в соседнюю комнату,
зажимая ладонью рот.
- У него всегда, как разнервничается, такое, - извиняющимся голосом сказала
женщина. - А вообще-то он очень смелый. Так и передайте своим парням.
- Да это не мои парни. Я к вам по другому делу.
- Какому?
- Недавно вы изготавливали памятник, - я достал квитанцию вот и хотел
узнать: кто заказал, где установили.
- Какой памятник? - стрелок вернулся и взял у меня из рук квитанцию.
Настрой у него был уже не такой боевой, - А, этот. И вы про него спрашиваете? Я
делал. Сам же возил устанавливать. Заказала женщина.
- Вы не могли бы ее описать?
- Невысокая. Примерно одного роста с моей женой, - он кивнул в сторону
женщины, сидевшей на полу. - Темные волосы. Карие глаза. Симпатичная.
- Приехала на автомобиле?
- Да, "жигули" шестой модели. У нее еще что-то мотор барахлил.
- Я так понял, кто-то еще интересовался этим памятником?
- Вчера заезжал какой-то иностранец, спрашивал. Но меня не было, и он
оставил свою визитку с телефоном, просил с ним связаться, когда я появлюсь.
- Вы сохранили эту визитку?
- Вот, - он полез в карман и протянул мне. - Можете ее забрать, если
хотите. А теперь отзовете отсюда своих двухколесников?
- Я уже сказал вашей жене, что это не мои двухколесники. И они говорят, что
вы застрелили их товарища.
- Никого я не стрелял! - он снова сорвался на крик. - Сегодня утром милиция
приезжала, нашли на обочине дороги какого-то парня. Ночью убили.
"Беги, - сказал я Харлею, - беги". Видимо, люди Шамиля оказались быстрее.
Скоро они снова доберутся и до меня. Тьфу ты!
- А нас тут не было, - сказала со своего места женщина. -Все только утром
приехали. Уже после того, как нашли тело.
Никого из нас даже милиция не подозревает.
- Я понимаю: его специально подбросили, чтобы натравить на нас эту банду, -
глубокомысленно заметил стрелок. - Но что теперь поделаешь?
Похоже, он был довольно близок к истине.
- А догадываетесь, кто решил вам это подстроить?
- В том-то и дело, что некому, - сказал один из пожилых. - Мы со всеми
договорились, платим местной братве за охрану, никто нам не угрожал до
сегодняшнего дня. И вдруг такая напасть.
- Вы не могли бы показать мне место, где устанавливали этот памятник? - я
сложил квитанцию и сунул обратно в карман.
- Конечно, мог бы. Хоть сейчас, - стрелок очень нервно засмеялся. - Вот
только как мы отсюда выйдем?
- Почему до сих пор не вызвали милицию?
- Ночью к нам залезли, - сообщила женщина. - и разбили вдребезги телефон.
- Кто-нибудь может подержать ружье вместо вас? - спросил я стрелка- Зачем?
- он испуганно прижал мелкашку к груди.
- Пойдем к ним вдвоем. Если докажем, что никто из находящихся здесь не
виноват, разойдемся с миром, - честно говоря, сам я в это не верил. - А так от
этих парней на мотоциклах не отвяжешься.
- А обещаешь, если мы не виноваты, рокеры уйдут?
Я кивнул. Нет ничего проще, чем пообещать.
Байкеры стояли на прежнем месте. Я надеялся, что холод немного остудил их
головы.
- Этот, что ли? - спросил самый крупный из них по кличке Тарантул. - Он
Харлея угробил?
- Нет.
- Тогда зачем его привел?
- Надо разобраться. Люди, которых вы взяли в осаду, утверждают, что они не
убивали. Может, вы приехали разбираться не с теми?
- Чего с ними возиться! - заорал молодой и нервный парень.
- Тоже мне - судебный процесс, допрос свидетелей.
Пусти, Тарантул, я его гусеницей перекрещу... - мальчишка снова сорвался на
крик.
- В поле ветер, в жопе дым. Кто-то насвистел, а вы под пули полезли, - я
покачал головой. - Утром неподалеку отсюда нашли труп. Вполне возможно, это был
ваш товарищ. Но почему вы решили, что убили именно эти люди? Кто вам подкинул
такую идейку?
- Мало ли кто, - Тарантул громко высморкался, зажав одну ноздрю пальцем. -
Не об этом сейчас речь.
- Как раз об этом. Кому-то понадобилось разгромить
мастерскую...
- Хватит трепаться! - подпрыгнул нервный парнишка. - Чего мы ждем!
- Убери подальше свою мартышку, - я обратился к Тарантулу. - Базар идет или
самодеятельность? В том домике - с десяток мужиков, и за какой конец шабер
держать, они знают. Вас - не меньше. Сколько жмуриков с биркой на левой ноге
после такой разборки окажется, если сейчас не договоримся?
Кажется, мои слова произвели некоторое впечатление. Парнишка, во всяком
случае, отступил.
- Как нам договориться? - Тарантул пожал плечами.
- Какие у тебя доказательства, кроме "одна баба на рынке сказала"? Может,
ты сам все выдумал, чтобы команду свою натравить на ни в чем не повинных людей?
- Вот мое доказательство, - Тарантул покачал перед собой кулаком размером с
пивную кружку.
- Сгодится. Твое доказательство против моего.
- Не понял? - его маленькие голубые глазки мигнули.
- Чего ж тут неясного? Побереги своих людей, а я своих. Решим вопрос вдвоем
- только ты и я. Кто победит - тот и прав.
Тарантул усмехнулся, как человек, уверенный в своих силах.
- Ты собираешься с ним драться? - изумленно прошептал стрелок. - Да эта
туша тебя просто раздавит... Бежим обратно, Маринка прикроет, я ее сам стрелять
учил...
- Нет.
- Почему?
- Из тебя плохой педагог. Вдруг она промажет?
- Не знаю, что ты задумал, - медленно проговорил он, - Но
если тебе удастся уладить дело таким способом... По-моему, ты псих.
- Ну, кончили совещаться? - громко спросил Тарантул.
- Мы не совещались. Мы ждали твоего ответа.
- Ха. Твой вызов не противоречит нашим правилам. - высокопарно сообщил он.
- Кровь за кровь. Если не хочешь выдать того, кто виноват - отвечаешь сам. Я
буду с тобой драться. - глазки его злобно сверкнули. - А потом разберемся с
оставшимися.
Он понял, что я не оставил ему выбора. В группировке ты можешь удержать
власть только одним способом - быть самым сильным и самым смелым. Попытайся хоть
раз увильнуть от честно предложенной драки, и от авторитета не останется и
следа, а последняя шестерка станет вытирать ноги о твою кожаную куртку.
- Здесь нам хватит места, - я кивнул.
Тарантул двинулся на меня. Он был слишком громоздким, чтобы быстро
передвигаться. Но глядя на его ручищи, я понимал, что если они сомкнутся вокруг
моего тела, вряд ли останется хоть одно целое ребро.
Некоторое время мы кружили на месте - он ловил, а я уворачивался. Наконец,
Тарантулу это надоело, он ринулся вперед, взмахнув огромным кулаком. Я нырнул
под руку, почувствовав, как она скользнула по волосам, и нанес сильный удар в
живот. С таким успехом я мог молотить бетонную стену.
Тарантул только злобно и весело усмехнулся.
Я понял, что с наскока его не возьмешь. Но если я не смогу победить быстро,
то вообще не стоит надеяться на победу. Уже сейчас я чувствовал, как начинает не
хватать воздуха.
Тарантул снова бросился вперед, ударив поочередно обеими
руками. На этот раз кулак задел плечо, отбросив меня в сторону.
Байкеры завопили. Он попытался заключить меня в объятия. Чудом восстановив
равновесие, я нанес серию коротких ударов в бородатую физиономию. Противник
замотал головой, словно бык отгонял надоедливого слепня. Сплюнул на снег сгусток
крови.
- Все равно зуб гнилой был, - он подмигнул под смех своих ребят. - А я с
детства зубных врачей боюсь. Может, хватит размахивать кулаками, как торговки?
Схватимся по-настоящему и выясним, кто из нас сильнее?
Внезапно он стремительно прыгнул вперед и почти застал меня врасплох.
Огромные руки стали смыкаться на спине. В лицо пахнуло пивным перегаром и рыбой.
Я почувствовал, как меня охватывает паника. Если не вырвусь из захвата, он
раздавит меня за полминуты. Откинулся назад, ударив пальцами в глаза и
одновременно коленом в пах. Тарантул охнул, но рук не разжал.
Пытаясь высвободиться, когда уже потемнело в глазах, я вдруг поймал в кулак
его длинные волосы, собранные в хвост на затылке. Дернул, что было сил...
Тарантул взревел от боли и на мгновение ослабил хватку. Я тут же, не выпуская
волос, скользнул ему за спину и в прямом смысле повис на этой косичке. Он
завертелся на месте, вопя благим матом. И тут его масса превратилась в
недостаток: он был слишком грузен, чтобы стряхнуть меня.
Наконец он споткнулся и упал на колени. Несколько раз, словно топором, я
ударил его ребром ладони по шее. Почувствовал, как обмякло тело. Но и сам я,
похоже, был не в лучшем состоянии. Каждый нерв, каждый мускул молил об отдыхе.
Если бы было возможно, я прилег бы на снег рядом с этим здоровенным парнем.
Но дело надо было довести до конца. Не зря же я сам напросился на эту
драку?
Стояла полная тишина. Байкеры словно и не дышали. Я только замечал
устремленные на меня глаза.
Тарантул зашевелился. Я поймал его за злополучную косичку и заставил
поднять голову. Кто-то из байкеров возмущенно крикнул.
- Почему ты не сказал своим друзьям, кто на самом деле убрал вашего дружка?
- спросил я. - Когда тебе позвонил Шамиль и надоумил устроить этот налет?
Шум стих, байкеры удивленно уставились на меня.
- Шамиль - это тот пахан, которому ты почему-то не нравишься, - пояснил я
стрелку.
Одной изумленной физиономией стало больше.
- Ну? - поторопил я, потянув посильнее за волосы.
- Врешь ты все, - простонал здоровенный парень.
- Эй, а откуда ты-то знаешь про какого-то Шамиля? - спросил самый молодой и
самый нервный из байкеров.
Похоже, и самый сообразительный.
- У меня с ним свои счеты.
- Может, это как раз ты и убил Харлея? - спросил, побледнев, парень.
- Может быть, я. А может, кто-то другой. Это легко проверить.
- Как?
- Пораскинь мозгами. Еще не опознали тело, а вы все уже знаете, что убили
именно вашего дружка. И даже знаете, кто это сделал. Вернее, вам просто
подсказали...
- И тот, кто нам подсказал, - парень нехорошо посмотрел на лежавшего на
снегу Тарантула, - сам его и прикончил.
- Ну, может быть не сам, может, только присутствовал при этом, - мне стало
немного жалко этого большого жирного парня.
- То, что Тарантул узнал не от тебя - ясно, - парень шмыгнул носом. -
Остается выяснить, кто ему насвистел.
- Тут уж вы сами разбирайтесь, - я подумал, что следующим лидером среди
этих молодчиков скорее всего станет нервный паренек. Голова у него варила
неплохо, вот только чаще надо валерьянку принимать.
- Отдашь его нам? - спросил парнишка.
- Берите. У меня даже аквариума нет.
Кто-то засмеялся.
5. ИЗГОТОВЛЕНИЕ НАДГРОБИЙПО ЗАРАНЕЕ УТВЕРЖДЕННОМУ ПРОЕКТУ
- Вот это место. - Стрелок, по совместительству каменотес, показал на
черный гранитный параллелепипед. - Знал бы я, что столько шума вокруг всей этой
истории будет, никогда бы не ввязался.
- Могила вроде, старая, верно?
- Пять лет скоро будет.
- Откуда знаешь? Камень, кажется, изготовили несколько дней назад? - я
полез за квитанцией, чтобы свериться с датой.
- Еще бы мне не знать. Тут мой шурин лежит.
- ?
- Ладно, расскажу, - он махнул рукой. - Я у тебя в долгу. Дело было так.
Приезжает дамочка, вся из себя, просит поговорить с глазу на глаз. Так мол и
так, работает она помощницей у какого-то фирмача. А у того - партнер, с которым
они дела крутят, из бывших наших. И просит эмигрант найти могилу какого-то
своего старинного дружка. Воспоминания, ностальгия и все такое. Послать его
подальше они не могут, ну а найти дружка - тоже. Вот, не знаю, как им такое в
голову пришло, решили заказать памятник, установить его где-нибудь. А потом
привезти этого эмигранта и показать - помер, мол, твой кореш два года назад.
Пусть там поплачется, цветочки положит.
- Что-то я цветов не вижу.
- Мы договорились, до первых чисел января памятник
постоит. Значит, на днях и посетят. Слушай, ты думаешь, грязными делишками
попахивает? Поэтому на меня наехали?
- Может быть, кто-то испугался, что ты об этом расскажешь раньше времени.
Сюрприза не выйдет.
- Я серьезно, - он махнул рукой. - Наверное, эта дамочка решила мне рот
заткнуть...
- Боюсь, кто-то хочет заткнуть рот вам обеим.
- Неужели из-за такого пустяка?
- Пустяка? Если вдруг эмигрант узнает, что его надули, как ты думаешь,
захочет ли он и дальше иметь дело с такими партнерами? И прикинь, какие деньги
могут стоять за этим сотрудничеством.
- Но если все настолько серьезно, - каменотес почесал затылок, - проще и
дешевле, наверное, было бы найти настоящую могилу.
- Если она существует.
- Что?
- Я вчера разговаривал с человеком, чье имя ты высек на граните.
- Ну дела... Ничего не понимаю. Дамочка ведь сказала, он давно умер...
- Хочется надеяться, женщину неправильно информировали.
- История... Наверное, мне лучше со всей семьей до конца новогодних
праздников к матери в деревню податься?
- Только никому не говори, где находится деревня.
Он кивнул, о чем-то сосредоточенно думая. Потом спросил:
- Наверное, я паршиво поступил, когда на такое согласился?
- Это ты у своего шурина спроси.
Я набрал номер телефона, который дал мне Н. Г. для связи по пейджеру.
- У меня информация для абонента номер сорок семь ноль девять. "Необходимо
встретиться. Точка три, двадцать сорок". Записали? И повторяйте эту информацию
каждые пятнадцать минут в течение часа.
...Я заметил Н. Г. еще перроне. Он стоял ко мне спиной, хмуро изучая
пассажиров из-под козырька каракулевого картуза. Мы вошли в один вагон, а когда
на "Динамо" освободилось достаточно мест, я сел рядом.
- Все чисто, - сказал Николай Григорьевич.
- За мной тоже никто не следил. Не стоило, все же, называть точное место
встречи, когда передавали информацию по пейджеру.
- Вы же сказали, этот номер знал только Вадим? А дело срочное.
- Дело? Это ваша работа?
- Что именно?
- Пожар.
- Нет, я собирался всего навсего запустить в их компьютеры вирус, но меня
опередили более радикальным методом.
- Компьютерный вирус? - он поморщился. - Это баловство.
- Не скажите. Текст любого документа распечатывается на лазерном принтере.
А для этого он должен быть набран на компьютере. Если вирус уничтожил всю
информацию на жестком диске, придется все восстанавливать. А значит, заново все
согласовывать, сверять, проверять и так далее. Прежде чем подписывать. Я имею
ввиду и тот гипотетический договор.
Некоторое время мы могли бы выиграть. День, два, а может и больше.
- Хорошо. Но пожар оказался эффективнее, да?
- Не уверен. Во-первых, слишком грубо. Во-вторых, пожар подпадает под
понятие форс-мажорных обстоятельств. В этом случае фирма не несет
ответственности за невыполнение своих обязательств. Компьютерный вирус же пока в
список стихийных бедствий не внесен.
- Неплохо, - он кивнул, как учитель, решивший первому балбесу в классе
поставить ради разнообразия трояк. - Так бы нам удалось сорвать им работу и в то
же время не дать возможности оправдаться перед партнерами. Но тот, кто устроил
пожар, спутал вам все карты.
- Прежде всего, тот, кто устроил пожар, убил человека. Сторожа, охранника.
И мне это не нравится.
- Мне тоже. Надеюсь, вы понимаете, что этот человек работал не на меня.
- Надеюсь. Но понимаю и другое. Может быть, охранника убили не ваши друзья,
а ваши враги. Но ни тех, ни других не остановит необходимость убивать. И мне
очень бы не хотелось продолжить собою расстрельный список.
- Вас тоже хотели убить? - он посмотрел недоуменно. Вы ведь ничего еще
толком не успели сделать? Может, идея с этим вашим вирусом была неплохая, но
даже ее вы еще не смогли осуществить.
- Жалко, вас не было рядом, чтобы объяснить это трем парням, которые
усадили меня в машину и повезли, как они выразились, на персональное кладбище.
- На покойника вы что-то не похожи, - он усмехнулся.
- Вы тоже, - я достал квитанцию на изготовление памятника и протянул ему.
Н. Г. пробежал глазами текст, держа листок на вытянутой руке, как поступают
дальнозоркие люди, когда не хотят воспользоваться очками.
- Что за ерунда? - он повысил голос.
Кажется, я вывел его из равновесия.
- Единственное, что удалось спасти от огня, - сообщил я. - Нашел в столе
одного из сотрудников фирмы "Октопус".
- Но кому понадобилось... - возмущенно начал он.
В его возрасте начинают болезненно относиться к подобным шуткам. Пришлось
пересказать то, что я услышал от каменотеса.
- А этот эмигрант... - нетерпеливо перебил Н. Г.
- У меня его визитная карточка.
- Дайте сюда.
Я заметил, как у него задрожала рука, пока он в нее всматривался.
- Знаете этого человека?
- Да. - Николай Григорьевич кивнул. - Он был моим ближайшим другом.
- А потом сбежал на Запад?
- На Запад? - он чуть улыбнулся. - Вряд ли этот человек мог сбежать
куда-нибудь западнее, раз он родился на западе штата Техас.
- Вы его что, завербовали?
- Друзей не вербуют, - он покачал головой. - Как и не выбирают. Мы
познакомились в яхт-клубе... - он почти неуловимо улыбнулся. - Трудно
представить, да, что нынешний пенсионер был когда-то заядлым яхтсменом, членом
одного из самых престижных клубов Америки? Джон Стэндап, - Н. Г. назвал имя
владельца визитной карточки. - Началось с ни к чему не обязывающих приятельских
отношений. Потом однажды попали вместе в шторм... Кто кому в тот раз спас жизнь
- то ли он мне, то ли наоборот... А потом... У вас есть друзья?
- Наверное.
- Тогда постарайтесь понять. Мы дружили почти двадцать лет. Он так и не
узнал, что я советский разведчик. Он не переваривал коммунистов. Стэндап, как
теперь говорят - крутой. Он сам сделал себе карьеру, расчищая путь где надо -
умом, где надо - кулаками. Но уверен, даже если бы узнал тогда про меня правду,
не перестал бы быть моим другом.
- Если этот американец ничего не знал, почему он приехал в Россию вас
разыскивать?
- Предполагаю такой сценарий, - у Н. Г. между бровями появилась складка, -
однажды к нему пришли и предъявили документы, доказывающие, что он дружил со
шпионом, работавшим против Соединенных Штатов.
- Ну и что?
- Страшное обвинение для гражданина страны, давно страдающей шпиономанией.
Он не смог бы доказать, что не сотрудничал со мной, что наша дружба -
обыкновенная дружба между двумя мужиками.
- Но если он ваш друг, попытайтесь ему помочь. К примеру, пригрозите, что
рассекретите кое-какую информацию, актуальную по сей день, если они не оставят
американца в покое. Вы же опытный разведчик, и знаете, как торговаться в
подобных ситуациях, - напомнил я.
- Все это имело бы смысл, если действовала Лубянка или ГРУ, или
политическая разведка при ЦК. С ними можно было поторговаться. Но эти люди...
эти люди так просто его не отпустят.
- Эти люди -кто они? Мафия?
- Когда говорят - мафия, подразумевают уголовный мир. Да, у воровских
авторитетов есть власть - в тюрьмах, на темных улицах, в притонах. Они и раньше
там были хозяева. А у кого власть в финансовой сфере? Или в торговле - не в
киосках у метро, а на международном уровне? В политике?
- Было бы любопытно узнать.
- Не мне вам объяснять, что большинство чекистов работали за идею...
Вечно они себя называют чекистами, подумал я.
- ...Но Советский Союз исчез... Ради чего, скажите, теперь рисковать? Ради
чего прошла вся жизнь? И не забывайте, мы внедряли своих людей в наиболее
влиятельные структуры по всему миру - от политических партий и государственных
аппаратов, крупных коммерческих фирм и силовых ведомств до по-настоящему
мафиозных структур, сект и кокаиновых баронств. Кое-кого из наших людей прибрали
к рукам и бывшие противники, и бывшие союзники. Некоторые просто решили уйти с
линии огня... Но были и те, кто стал работать на свой страх и риск. Но теперь
уже в собственных интересах.
- Общество шпионов с ограниченной ответственностью? - я засмеялся.
- Одних смогли завербовать, других - запугать. - Н. Г. даже не улыбнулся, -
Были проведены акции устрашения - вспомните громкие дела о разоблачении
советских разведчиков в ряде европейских стран и Соединенных Штатах. Наши бывшие
агенты оказались в заложниках. И не только они. Их семьи... Их друзья.
- Короче, приватизировали агентуру, - я продолжал улыбаться. - А теперь
предлагаете принять участие в ваших междусобойных разборках.
- Это не разборки. Группа людей, как вы правильно заметили, использует
наработки огромного коллектива. И наша задача - помешать им.
- Наша? С какой стати и моя?
- С какой стати? - глаза его сверкнули. - Идет война, и глупо спрашивать -
почему призывают именно тебя.
- Да никакая война не идет! - теперь разозлился я. - Когда же вы наконец
вылезете из окопов, которые сами себе придумали?
- мне захотелось покрутить пальцем у виска.
- Но люди гибнут, верно? - попросту спросил Н. Г.
Возле виска крутить расхотелось.
Z
На кольцевой мы расстались. Н. Г. направился к дверям, через окно я увидел,
как в людском водовороте мелькнуло его темно-серое пальто, и еще некоторое время
мог наблюдать, как
плывет над людскими головами каракулевый картуз.
Николай Григорьевич казался высокого роста.
Стоило проследить, куда он пойдет, но поначалу я не решился идти следом.
Мне показалось, он был достаточно откровенен, и не хотелось бы насторожить его.
"Поезд дальше не пойдет...", - объявил машинист.
Значит, так тому и быть. Я выскочил из вагона. На перроне было не
протолкнуться. Вдали, уже на эскалаторе я увидел темно-серое пальто и
каракулевый картуз.
Бегом поднимаюсь по ползущим вверх ступенькам. От напряжения на лбу
выступила испарина, а ломающая боль запульсировала от поясницы до щиколотки
левой ноги. Похоже, вчера моему позвоночнику чересчур досталось.
Преодолевая хромоту, я спускаюсь по ступенькам на перрон радиальной
станции, и уже слышу шум прибывающего поезда.
И вдруг - крик. Истошный женский крик. Скрежет колес, заблокированных
экстренным торможением. Вздрогнул и закрутился людской водоворот. Грубые окрики
проталкивающихся через толпу милиционеров...
Когда я протолкался через людские спины, то увидел застывшую у самого
выхода из туннеля морду электропоезда. Присевшего у края перрона милиционера,
который осторожно заглядывал вниз, на рельсы. А рядом, на мраморном полу
валялся... каракулевый картуз.
Мне не видно было, кто лежит на рельсах, но картуз я узнал сразу.
Я повернулся и пошел прочь. Но вдруг остановился, словно наступил на
осколок стекла. В первый момент я даже не сообразил, в чем дело. Просто увидел
знакомое лицо. Светлые волосы, оттопыренные уши и странные бесцветные, почти
белые глаза...
Тут я вспомнил откуда знаю этого человека, и мне стало не по себе.
В нескольких шагах от меня стоял охранник из "Октопуса", тот самый,
который, если верить газете, был задушен стальной цепочкой...
Наши взгляды встретились. Я двинулся было к нему, но был оттеснен толпой,
которую расталкивали милиционеры, пытаясь пробить дорогу для санитарной бригады
и рабочих с какими-то инструментами.
Когда я выбрался из водоворота тел, человек с бесцветными глазами исчез,
словно растворился.
6. ОТКРОЙТЕ, МИЛИЦИЯ
Телефон зазвонил, когда я распечатал похожую на бейсбольную биту бутылку
греческого бренди и собирался налить себе - немного, чтобы только прийти в себя.
С выпивкой пришлось повременить.
- Алло, - женский голос, - это приятельница Василия, Снегурочка, помните?
- Ну как же.
- Я прочитала в газете про пожар.
- А...
- Вы должны срочно ко мне приехать. Надо поговорить. - деловито сообщила
она.
- Я сейчас занят.
- Послушайте, не станем же мы обсуждать это по телефону, - возмутилась
девушка.
- Мы вообще не будем ничего обсуждать. Просто забудьте обо всем.
- Не уверена, что хочу забыть. Вы втравили меня в историю, верно? И
предлагаете все забыть. Знаете такую поговорку, - она хихикнула, - что молчание
- золото. Вот я и хочу, чтобы мы обсудили, сколько это золото может стоить.
Иначе я могу набрать другой номер - ноль два. Понимаете?
- Шантаж - грязное дело, - заметил я.
- Знаете, сколько грязных дел приходится делать бедной женщине, чтобы не
пропасть в нищете? Запоминайте адрес... Иначе через час я снова позвоню. Но
только уже не вам.
На Снегурочке был халатик на голое тело, когда она открыла дверь.
- Проходите, - пропустила в квартиру. - Знаете, моей подруге, той самой,
чей телефон я ради смеха дала охраннику, только что кто-то позвонил и спросил
мой адрес. Как такое могло случиться, ведь охранника, я прочитала, убили? Может,
он записал номер, чтобы не забыть, а милиция нашла записную книжку?
- Боюсь
...Закладка в соц.сетях
