Жанр: Детектив
Пантера 1-3.
...акое количество денег на них потрачено и все ли ещё живы. А то три дня назад
пришла одна старушка и попросила выдать ей зарплату мужа, сказав, что он
заболел. А вчера случайно выяснилось, что тот не заболел вовсе, а умер две
недели назад.
- Надо же, какие находчивые! - подивилась я изобретательности
подкармливаемых нами пенсионеров. - Хорошо, я все сделаю. Кстати вы так и не
подписали последний квартальный баланс, а мне скоро в налоговую...
- Простите, - донеслось с дивана, - вам клиенты вообще нужны? Или мне
другое агентство поискать?
Босс удивленно повернулся к нему:
- Так вы ещё и клиент к тому же? Тогда прошу в кабинет.
Тот поднялся, а из кухни вышла Валентина, которая как раз собралась на
рынок за продуктами. Увидев знаменитого артиста, она сначала ошизела, потом
всплеснула руками и бросилась обратно. Через мгновение выскочила оттуда с
большим, вырезанным из журнала портретом артиста, висевшим у неё на стене.
- Дорогой вы мой, любимый, ненаглядный, - затараторила она, подобострастно
протягивая гостю фломастер, - автограф поставьте, пожалуйста! Господи, счастье
какое привалило! Глазам своим не верю...
- И не верь, Валюша, - опять ехидно бросила я. - Это не он...
- Да ладно, чего уж там, - смутился тот, подписывая свой портрет. - Просто
я хотел, чтобы конфиденциальность была.
- Конфиденциальность, мой золотой, - с умилением проговорила Валентина,
любуясь милыми чертами, - мы вам обеспечим. И вареники с клубникой, и котлеты с
грибочками, и плюшки - все обеспечим...
- Валентина, - грозно процедил босс, - отправляйся на рынок.
- Иду, иду...
Через минуту мы втроем сидели в кабинете босса. Сема начал рассказывать:
- Не знаю, смотрели ли вы мой последний клип или нет...
- Смотрели, - быстро вставила я.
- Тогда, значит, видели девушку с которой я снимался. Она там на заднем
плане мелькала, помните?
Я кивнула. В клипе действительно загадочно улыбалась какая-то
расфуфыренная краля, которая мне совсем не понравилась, как, впрочем, и все
особы женского пола, кому в отличие от меня обломился кусочек звездной славы и
чести подышать одним воздухом со знаменитостью. А может, и не только подышать...
- Увы, я не видел, - вздохнул босс, который терпеть не мог современную
эстраду.
- Это и не суть важно. Главное, что вы знаете, о ком идет речь.
- Да, вы правы. С ней что-то случилось?
- Как вам сказать, - замялся он. - Дело в том, что эта девушка сейчас
лежит в моей постели.
Босс понимающе улыбнулся:
- Не можете от неё избавиться? Понимаю. За небольшую плату я могу сделать
так, что она забудет даже, как вы выглядите...
- Да нет, - поморщился тот. - Дело в том, что она лежит, как бы это вам
сказать... В общем, она мертва.
Родион растерянно заморгал, а мне стало не по себе от мысли, что
российская эстрада лишится такого яркого таланта, ибо теперь его непременно
посадят в тюрьму за убийство.
- И за что же вы ее? - осторожно спросил босс.
Певец поежился и тихо пробормотал:
- Не помню.
- Как же вы так, голубчик, - с укором проговорил Родион, - убили и не
помните, за что? Хоть бы записали где-нибудь перед этим...
- Не помню, как убивал, - чуть слышно бросил тот, склонив голову. - Хоть
убей...
Родион озадаченно поскреб в затылке, поправил очки на курносом носу и
вцепился в карандаш, которым тут же стал выводить на бумаге свои каракули. Я во
все глаза смотрела на артиста и думала о том, что пьянство и наркотики ещё
никого до добра не доводили.
- И что же вы от нас хотите? - спросил босс после паузы. - Чтобы мы
избавили вас от трупа? Боюсь, что вы пришли не по адресу. Обратитесь в
ритуальную контору или сразу в морг...
- Нет-нет, что вы! - испуганно воскликнул тот. - У меня и в мыслях такого
не было! Если это действительно я убил, то ради Бога, пусть сажают. - Он открыто
посмотрел боссу в глаза и твердо произнес: - Вот только я совсем не уверен, что
именно я убил Ольгу.
- Почему?
- Потому что я не убийца, это раз. А во-вторых, способ убийства уж больно
жестокий, зверский даже, я бы сказал. Не скрою, мне, как и каждому, наверное,
приходили в голову мысли об убийстве и о том, как это можно было бы сделать. Я
даже различные варианты обдумывал, но даю вам слово - до такого изуверства я
все-таки никогда не додумывался.
- Вы были пьяны вчера?
- Так, чуть-чуть, - пожал тот плечами. - Как всегда, пара крепких
коктейлей, одна сигарета с марихуаной, потом... Ах, да, потом ещё мы с Ольгой у
меня дома бутылку ликера высосали. Но больше пила она, я только за компанию -
мне и так уже было хорошо. Потом мы уснули, где-то уже в четвертом часу. А утром
я проснулся в прекрасном состоянии тела и духа и увидел её рядом с собой... - Он
закрыл глаза и побледнел. - Боже, лучше бы я этого не видел...
Мы с боссом молчали и ждали, пока он успокоится. Видит Бог, он не был
похож на убийцу. В то же время он был артистом и мог сыграть все, что угодно. Но
мне почему-то казалось, что он все же сейчас искренен. Вытащив из кармана
сигареты, артист снова закурил, кончики пальцев у него дрожали.
- Кровать у меня огромная, сами понимаете,
Ольга лежала на спине, залитая собственной кровью. Грудь, живот и лицо
истыканы моим кухонным ножом, а сам нож торчал у неё изо рта. Жуткая картина. -
Беднягу передернуло. - От кровати шел кровавый след к ванной. Видно, её убили
там, в джакузи, а потом перетащили ко мне на кровать. Поверьте, даже в самом
страшном бреду я не смог бы так разделаться с человеком, и уж тем более с
красивой женщиной, с которой всю ночь занимался любовью. И потом, на мне не было
следов крови.
- Может, вы помылись после этого? - мрачно предположил босс.
- Уж это я точно бы помнил, - горько усмехнулся тот.
- А сомнамбулизмом не страдаете?
- Нет.
- У вас есть враги?
- А у кого их нет? Конечно, это в подавляющем большинстве скорее
завистники, а не враги, но все равно они не подадут мне руку, если я стану
тонуть. Впрочем, в шоу-бизнесе это норма. И потом, враги должны были бы, по
идее, меня, а не её прикончить.
- Это не факт, - нахмурился ещё больше Родион. - Так чего же вы от нас
хотите? Артист глубоко вздохнул и отвел глаза.
- Сам не знаю. Я ужасно расстроен и напуган, поверьте. Я ещё не говорил
никому об этом. Собрался и сразу к вам, а она... там лежит... - Он сглотнул, и
кадык
его прыгнул по горлу вверх-вниз.
- А почему к нам?
- Я ведь тут недалеко живу, через квартал от вашего двора. Мне моя
домработница как-то говорила, что вы пенсионерам местным деньгами помогаете и
вообще надежные, за любые дела беретесь. - Он сунул руку во внутренний карман,
вынул фотографию и положил её перед боссом. - Вот. Это тоже явилось причиной
моего прихода.
Родион взял снимок, прищурился и, бросив на меня странный взгляд, спросил
у певца:
- Где вы это взяли?
- У неё же, у домработницы. Вашу секретаршу один пенсионер тайком
сфотографировал, когда она на работу шла. Домработница мне похвасталась - вот,
мол, какая красавица у них есть. Я даже хотел её на съемки пригласить... - Он
повернул голову и объел всю меня глазами. - И теперь хочу.
- Ты становишься знаменитостью, Мария. - Бросив мне через стол фотографию,
босс опять принялся рисовать, а я взяла снимок. На нем была запечатлена наша
замечательная башня со стороны двора, и я, шагающая к ней в облегающем коротком
оранжевом летнем платье. Золотистые волосы мои развевались на ветру, лицо было
обращено к фотографу, на плече болталась сумочка, и вообще выглядела я очень
даже ничего. Жаль только, что я не видела, как меня снимают, а то бы приняла ещё
более шикарный вид.
- Понимаете, - снова заговорил клиент, - я не верю, что стал убийцей. А
чтобы это доказать, нужно найти настоящего киллера. А чтобы его найти, нужно
сделать ход конем...
- Вот как? - Босс заинтересованно поднял брови. - И что же это за ход?
- Элементарно, - оживился певец. - Я уже
все продумал. Сегодня после обеда у меня очередная съемка с участием
Ольги. Вы заметили, Что ваша Мария и Ольга чем-то похожи?
Босс неопределенно пожал плечами и ничего не ответил.
- Так вот, я предлагаю выдать вашу секретаршу за нее. Пусть она поедет со
мной на съемки и сыграет роль Ольги. Представляете, что будет, когда настоящий
убийца увидит её на площадке живую и здоровую?! Он непременно чем-нибудь выдаст
себя или захочет убить её снова, но на этот раз мы с вами будем наготове и
схватим его! - Тут глаза знаменитости гневно сверкнули.
Босс задумчиво поглядел на клиента. Затем перевел взгляд на меня. Я тут же
отрицательно покачала головой, сделав страшные глаза - мол, не желаю подставлять
свое роскошное тело под нож какого-то мясника. Родион повернулся к певцу.
- Идея хорошая, - проворчал он. - Но почему вы решили, что убийца
непременно будет на съемочной площадке?
- Я почти уверен в этом. Если допустить, что убил не я, то наверняка ктото
из моего окружения решил сделать мне гадость...
- Ничего себе гадость! - невольно вырвалось у меня.
- ...и прикончил Ольгу, чтобы посмотреть, как я стану выкручиваться, -
продолжал клиент, не обратив на мои слова внимания. - Видимо, он хочет поджарить
меня на медленном огне, поэтому и не убил сразу, извращенец! Лучше бы уж
прирезал, пока я спал...
Босс спросил:
- А если все-таки это вы?
- Тогда пойду и сдамся, - спокойно проговорил тот. - Я же не ублюдок
какой-нибудь. Но мне все-таки кажется, что это не я. Не настолько я был
одурманен.
- Ну хорошо, меня устраивает ваш расклад. Теперь насчет оплаты. - Он
осмотрел клиента с головы до ног. - Денег у вашего брата, насколько я знаю, не
мерено...
- Они все в обороте, - быстро вставил тот. - Реклама, костюмы, студии и
так далее.
- И все равно придется раскошелиться. Мария! - Босс посмотрел на меня. -
Каковы наши расценки?
- Самые обычные: оплата строительства седьмого этажа нашей башни, - без
запинки ответила я.
- Какого ещё этажа?! - вытаращил глаза клиент.
- Седьмого, - невозмутимо пояснил босс. - Плюс внутренняя отделка под
зимний сад с бассейном для золотых рыбок. По вашим меркам, это копейки - пару
раз не покажут по телевизору, и всего-то.
Недовольно скривившись, певец что-то посчитал в уме и нехотя выдавил:
- Согласен. Только рыбок уж сами купите.
- Замечательно. - Босс подобрался в кресле. - Теперь к делу. Вы
подпишетесь под стенограммой нашей беседы, чтобы в случае чего мы могли бы
располагать вашими показаниями?
- Охотно.
- Отлично. Как вы собираетесь выдать Марию за Ольгу?
- Немного грима, Ольгино платье и побольше глупостей в речах - получится
точная копия.
- А что она должна будет делать? Танцевать? Мария, ты умеешь танцевать?
- Ей и не нужно уметь, - пояснил Иван Иваныч. - Режиссер хоть медведя
научит. Ольга тоже, кроме мордочки и ног, ничего не имела, однако...
- Кстати, откуда она взялась у вас?
- Ольга? Черт её знает. - Он стал вспоминать. - По-моему, я её в каком-то
ночном клубе снял, а может, сама напросилась. Знаете, как это бывает - фанатки
одолевают, липнут, как мухи на мед, спасу нет. Столько их проходит через нас,
что всех и не упомнишь. Не исключено, что мне её и из какого-то агентства
прислали. Нужно уточнить у моего продюсера Виктора Голубева.
- Давно вы с ней знакомы?
- Около месяца. Но ко мне в постель она только вчера ухитрилась залезть.
На свое несчастье. - Он помрачнел. - В "Утопии", я с ней встретился, тем более
что мы сегодня вместе сниматься должны были, слово за слово, то да се, а потом
мне стало уже по фигу, с кем, лишь бы... - Он осекся и опасливо глянул в мою
сторону. - Это ничего, что я так откровенно?
- Как вам сказать, - пробормотала я, но босс перебил:
- Нормально. Значит, вы понятия не имеете, чем она занималась в свободное
от съемок время?
- Каких там съемок. Ее всего второй раз пригласили, и то только потому,
что первый клип оказался более или менее удачным. Я даже не знаю, где она живет,
- вздохнул тот. - Да и зачем мне это? Менеджер их отбирает, на съемки
приглашает, они работают и исчезают. Если с каждой близко знакомиться, то...
- Все понятно. Фамилию хоть помните?
- Да, кажется. - Он наморщил лоб. - Кириенко, по-моему, но нужно уточнить.
- Вам кто-нибудь угрожал в последнее время?
- Конкретно? Нет. Так, были пьяные разборки кое с кем, но они происходили
у всех на виду, и вряд ли после этого кто-то решился бы на такое. Ведь столько
свидетелей...
- А ревность не могла послужить причиной убийства? Может, какая-то
истеричная завистница прикончила конкурентку?
- Не думаю. Какой ей смысл подставлять при этом меня? Убила бы её в другом
месте. И потом, меня нельзя ревновать, я же звезда, мне положено со всеми
спать...
- Он опять покосился на меня.
- Хорошо, как преступник проник в вашу квартиру?
- Не знаю, - растерянно заморгал Сема. - Как-то не задумывался, честно
говоря. Слишком напуган был увиденным.
- Но замок на двери не сломан?
- Нет, кажется. Да, точно нет, я дверь ключом закрыл, когда убегал оттуда.
- У кого ещё есть ключи?
- У домработницы. Она пожилая и совсем не ревнивая женщина, уверяю вас. По
средам, к счастью, она не приходит, а то бы уже все увидела.
- А ночью вы ничего не слышали?
- Спал мертвым сном. Я всегда так, организм такой - пока не выспится, хоть
из пушки стреляй, не просыпаюсь. Отрубаюсь подчистую, наглухо.
- А сама убитая ничего странного вам вчера не говорила?
- Она, извиняюсь, туповата слегка, поэтому ничего странного сказать не
могла. Несла обычную ахинею про свои идиотские мечты, в любви мне признавалась,
голосом восхищалась и все такое. Маразм, в общем, банальная тошниловка.
- Весело вы, звезды, живете, - завистливо вздохнул босс. - Мне вот никто в
любви не признается, - и бросил на меня укоризненный взгляд. - Ну ладно, сделаем
так. Вы оставьте мне ключи от квартиры, а сами поезжайте на съемки или куда там
нужно...
- Сначала в гримерную, - подсказал артист.
- Ну да, в гримерную. А я займусь трупом.
- Эй, босс, а если на меня тот тип нападет? - заволновалась я для виду. -
Кто меня защитит?
- Не волнуйся. Я пошлю своих людей, они будут рядом. Только мне нужно
знать адрес. И еще. - Он строго посмотрел на певца. - Если до завтрашнего утра я
не найду доказательств вашей непричастности, то мне придется сдать вас в
милицию.
- Воля ваша. - Певец склонил свою красивую голову, и мне стало его жалко.
Певец оставил боссу все свои координаты, ключ от квартиры, усадил меня в
свой "неприметный" двухместный "Порше" ярко-малинового цвета и повез в
Останкино, где через два часа в одной из студий должна была проводиться съемка.
Всю дорогу он молчал как рыба, думая о своем, наболевшем, а я припоминала, как
вела себя в клипе Ольга, чтобы как можно лучше походить на неё и ничем не выдать
себя. Сема заказал пропуск, провел меня в здание телецентра и потащил по какимто
коридорам, мимо деловито снующих людей, которым, казалось, было наплевать на
всех знаменитостей мира и на Сему в частности. А на меня - так тем более. Когда
я потеряла счет поворотам, лифтам, этажам и лестницам, мы наконец остановились у
двери с надписью "Гримерная".
- Подожди здесь, - сказал он, почему-то перейдя на "ты".
- Хорошо, только ты недолго, - ответила я тем же.
Он внимательно посмотрел на меня:
- Ну-ка, Оленька, надуй губы. Я капризно надулась.
- Пойдет. Теперь улыбнись. Я улыбнулась.
- Да не так! - замахал он руками. - Чуть глупее и фальшивее.
Я улыбнулась фальшивее.
- Вот это подходит, - успокоился он, потом, набрав в грудь воздух, словно
собирался нырнуть в бездну, без стука открыл дверь и вошел внутрь, оставив меня
в узком коридоре-тупике.
Минуты через три он высунулся и поманил меня пальцем. Я вошла и оказалась
в небольшой комнате, напоминающей парикмахерскую. У одной стены перед зеркалами
стояли кресла, на полочках лежали всякие гримерные принадлежности, а у другой -
громоздились шкафы. Посреди всего этого добра стояла, сложив руки на груди и
зажав папиросу в зубах, уже не молодая, но ещё довольно красивая женщина со
стройной фигурой, закутанной в шелковое цветастое кимоно. Сузив глаза, она
уставилась на меня сквозь дымовую завесу, а потом прокуренным голосом сказала:
- Эта, что ли?
- Ну да, - волнуясь, откликнулся певец, который, сразу же бухнувшись в
кресло, тоже смотрел на меня. - Получится, как думаешь?
- Да получиться-то получится, милый, - усмехнулась та. - Только жалко
такую фактуру гримом портить. На твоем месте я бы лучше её взяла, а не эту
Ольгу.
- Говорю же, заболела она, - буркнул клиент, отведя глаза. - А Витя именно
её хочет. Короче, Люба, не рассуждай давай, а принимайся за дело. И никому ни
слова. Даже Голубеву, а то опять распсихуется.
- Не бойся, Сема, все будет в ажуре. Садись в Это кресло, девочка, и
приготовься к экзекуции.
Ткнув пальцем в свободное кресло, она скрылась за шкафом, а я покорно
опустилась на мягкое сиденье.
Почти час эта мегера, не вынимая папиросы изо рта, мурыжила мои лицо и
волосы, убирая и залепливая все, чем я так гордилась и чем щедро наградила меня
природа, то бишь мою первозданную красоту. При этом она непрестанно кривилась и
вздыхала, словно давала понять, что совершает какое-то святотатство или
кощунство. Я молча терпела, с ужасом наблюдая в зеркале, как исчезают знакомые
черты моего лица, а из распущенных волос делают какую-то невообразимую
конфигурацию в стиле панк. Сема куда-то исчез ещё в самом начале. Наконец, когда
я уже совсем перестала себя узнавать. Люба вынула изо рта изжеванный мундштук
давно погасшей папиросы, швырнула его в урну и удовлетворенно изрекла:
- Ну здравствуй, Оленька.
- Здрассьте, - буркнула я, рассматривая себя. - Очень похоже получилось?
- Копия. - Она вынула из тумбочки фотографию Ольги. - Смотри сама. Сейчас
ещё Сема костюм принесет, наденешь его, подберем, где нужно, и ни одна собака
тебя от Ольги не отличит. Главное, под софитами много не крутись, а то потечет
все.
Она подошла к двери, закрыла её на замок, вернулась к шкафу, вытащила
плоскую бутылку армянского коньяка, отвинтила крышку и сделала пару глотков.
Потом поставила все на место, зажгла папиросу, с наслаждением затянулась,
выпустила облако дыма, окутавшее всю её голову, и задумчиво пробормотала:
- И что это Сема такую тайну из этого устроил? Никогда раньше так не
суетился. Подумаешь, заболела... Даже в костюмерную сам пошел за платьем. Это
специально для этого клипа сшили. И туфельки. У тебя какой размер, кстати?
- Тридцать пятый.
- Значит, как раз будут. Тебя-то он где подцепил?
- Нигде. Я сама его склеила, - гордо ответила я. - Полгода около его
подъезда продежурила и вот додежурилась, заметил наконец.
- Дуры вы, девки, - вздохнула она. - Об вас ноги вытирают, а вы и
счастливы.
- Это ж не кто-нибудь с улицы вытирает, а звезда. Он когда со мной первый
раз заговорил, я чуть в обморок не упала.
- Нашла из-за чего, - усмехнулась она. В моей сумочке затрещал сотовый
телефон, я встала с кресла и взяла трубку. Это был Родион.
- Ну, как там, на звездном Олимпе? - проворчал он. - Автографы ещё не
просят?
- Уже очередь стоит. А что у вас?
- У нас сплошные неприятности. Такое ощущение, что девчонку решили на мясо
разделать, а потом почему-то передумали. Живого места нет. Ее действительно
убили в ванной, а потом за ноги перетащили на кровать. Часов в семь утра это
произошло. Сейчас её в морг увезли, мои ребята из милиции тут осмотрели все,
сфотографировали, отпечатки сняли на всякий случай. Похоже, что убийца мог
залезть в квартиру через открытое окно на кухне. Она на втором этаже, а под ней
козырек подъезда. Любой может забраться. Но это вовсе не факт. - Он помолчал. -
Сдается мне, что наш парень все-таки сам её укокошил.
- А зачем он тогда к нам приперся?
- Не знаю, но скоро все выясню. Я своим ребятам сказал, чтобы до
завтрашнего утра не дергались, так что время есть. Где там наш клиент?
- За платьем пошел, а что?
- Хочу, чтобы он узнал её адрес у своего продюсера Голубева. Нужно ведь
сообщить родным...
- А что, её документов там не было?
- Сумочку нашли, но паспорта не было. Может, просто не носила. Ладно, я
остаюсь в офисе, жду звонка.
Не успела я спрятать трубку, как в дверь по-хозяйски постучали. Я
вздрогнула, а Люба, сунув в рот жвачку, пошла открывать.
В комнату стремительно вошел незнакомый мужчина где-то между сорока и
пятьюдесятью. Плотный, с обрюзгшим лицом, на котором бегали маленькие умные
глазки, волос на голове почти не осталось, а те, что ещё имелись, были седыми.
На мужчине хорошо сидел светлый костюм, а ярко-коричневый галстук гармонировал с
цветом его огромных туфель. Мне показалось, что при виде меня в глазах его
мелькнуло недоумение, но быстро исчезло.
- Привет, Люба-краса, - бросил он походя гримерше и сразу направился ко
мне, вытянув большие руки. - Ну здравствуй, Оленька! Очень рад тебя видеть. - Я
даже не успела опомниться, как он взял меня за плечи, притянул к себе и слюняво
поцеловал в губы. Потом отстранился, критически осмотрел и с восхищением
заключил. - Хороша! До чего ж ты сегодня хороша! Правда, Любаша, она прелесть?
- И не говори, Витенька, - натянуто улыбнулась та, опускаясь в кресло. -
Тебе ли этого не знать...
- Ну ладно ты, кончай в самом деле, - похотливо осклабился он, оставляя
меня и подходя к ней сзади. - Всему свое время, дорогуша. - Он начал бесстыдно
мять её груди. - Соскучилась по мне, поди? Ничего, мы ещё вспомним с тобой наши
деньки. Не дуйся только, лапа. - Он нагнулся и поцеловал её в затылок.
Люба даже не шелохнулась. Мужчина - я уже поняла, что это продюсер
Голубев, - вернулся ко мне, застывшей около шкафа с видом испуганной идиотки. Он
был почти моего роста, поэтому ему не нужно было наклоняться, чтобы прошептать
мне на ухо, брызгая слюной и дыша легким перегаром:
- Ты где была вчера, проказница? Я тебя всю ночь ждал, между прочим.
- Мама заболела, - промямлила я первое, что пришло в голову.
Он просверлил меня глазами и усмехнулся, отходя в сторону:
- Надеюсь, сегодня все будет нормально.
Потом хлопнул в ладоши, и лицо его сразу приняло деловой вид.
- Так, где наш Семочка? В студии уже почти все готово, сейчас закончат
декорации, и можно начинать.
- Он одеваться пошел, вот-вот будет, - ответила Люба, наводившая порядок
на столике под зеркалом. - И Ольгин костюм принесет.
- Это хорошо. - Он развернулся на месте и опять уставился на меня. -
Какая-то ты сегодня не такая, крошка. Неужто из-за матери?
Я кивнула. Мне ужасно хотелось достать из сумочки платочек и вытереться
после его поцелуя, но я не решалась.
- А ты не слишком много грима на неё положила? - спросил Виктор, все ещё
рассматривая меня.
- У неё сыпь, пришлось замазывать, - пояснила Люба.
- Сыпь? - Он брезгливо поморщился и с легким испугом произнес: - Какая ещё
сыпь? Заразная?
- Нет, нет, - быстро успокоила я его,- просто плакала всю ночь, вот и...
- А-а, тогда ладно, - облегченно вздохнул он и снова заулыбался. - Ну где
же этот поросенок?
Тут дверь открылась, и в комнату вошел Сема. Он был облачен в
экстравагантный костюм, состоящий из каких-то перьев, блесток, колокольчиков и
разноцветных кусков материи. На одной руке висело неземной красоты бальное
платье, а в другой были такие же умопомрачительные туфельки. Глаза мои
загорелись, я забыла обо всем и кинулась к платью, то есть к клиенту, со
словами:
- Боже, и это все для меня?!
- Для тебя, для тебя, дурочка, - довольно проговорил за спиной Витя. -
Только не притворяйся, что ты его не видела.
- Ах, ну да, - сконфузилась я, отходя, и только тут обратила внимание на
Сему.
Он стоял, бледный и растерянный, у дверей и вопросительно смотрел на Любу.
Та спокойно улыбалась.
- Ну, чего встал столбом? - грубо сказал продюсер. - Отдай костюм и иди в
студию, порепетируй пока. Ольга сейчас придет.
Так и не сказав ни слова, знаменитый певец отдал мне платье с босоножками,
развернулся и вышел из комнаты, притворив за собой дверь. А Виктор сразу
засуетился вокруг меня:
- Так, давай переодеваться, лапочка. Люба, помоги ей раздеться, а я платье
подержу.
Он уселся в кресло, положив одежду на колени, а Люба подошла и начала
расстегивать мне сзади "молнию". Я даже не стала спрашивать, удобно ли это
делать в присутствии мужчины или нет. Похоже, они тут жили по своим законам и
правилам, и не мне было их менять. И, видимо, несчастной Ольге это все
нравилось. Когда мое платье спало на пол и я осталась в одних трусиках, Виктор
аж задрожал, глядя на мою грудь, ещё немного, и из открытого рта потекут слюни.
- Господи, как ты изменилась, - просипел он изумленно. - Вроде...
Я похолодела - об этом мы как-то не подумали. Мужчина смотрел на меня во
все глаза, и было видно, что он очень сильно озадачен. Еще немного, и обман
раскроется.
- Пить меньше надо, - резко осадила его Люба, незаметно подмигнув мне. - А
то нажретесь, и потом ничего не помните, правда, Ольга?
Я опять только кивнула.
- Погоди, а родинки на груди откуда взялись? - упрямо проговорил продюсер.
- Уж это я точно помню, что не было...
- Это я только что ей нарисовала. Она хотела тебе сюрприз сделать, глупый.
- Люба невозмутимо подошла к нему, взяла платье и начала меня одевать.
Почесав залысину, Виктор довольно ухмыльнулся, отчего складки на его лице
сделались ещё глубже.
- Ну бабы, ну проказницы, - проворчал он, качая головой. - Умеете вы нам,
мужикам, удовольствие доставить. Надо же....
...Через полчаса я, напомаженная, расфуфыренная и божественно красивая,
была
выведена Виктором под ручку на съемочную площадку, залитую огнями софитов.
Декорациями служили какие-то огромные разноцветные кубы, шары и пирамиды,
разбросанные как попало, и среди всего этого я должна была, как сказал режиссер,
прыгать и скакать с самым загадочным видом. Пока мне все это объясняли, Сема
стоял в стороне, и было такое ощущение, что не он здесь звезда, а я. Впрочем, не
буду скрывать, мне это даже нравилось. Когда бы ещё представилась возможность
приобщиться к богеме, к этой таинственной и недоступной для многих жизни звезд
первой величины? Да никогда... Я все время присматривалась к окружающим, пытаясь
п
...Закладка в соц.сетях
