Жанр: Детектив
Стук мертвеца
...ы здорово со всем справился, Тоби. Включая и фокус Уилки Коллинза с запертой
дверью.
- Не знаю, что ты имеешь в виду, говоря о "его фокусе". Ты показал мне этот
бородатый трюк около года назад, помнишь? Может, какую деталь я у него и
позаимствовал. Но вообще-то фокус этот мой. И не беспокойся, Марк: копы ни о чем
не догадаются и через миллион лет.
- Вот тут ты ошибаешься. Стоит им приглядеться - и все становится просто
очевидно. Не будь я так взволнован, то и сам мог бы догадаться обо всем еще в
воскресенье утром. Ты встал на колени и заглянул в замочную скважину. И увидел
ключ, повернутый в замке. Так?
- Да. Я увидел просто ключ.
- Просто ключ? Именно это я и говорю, Тоби.
- Да какая разница? - возразил собеседник. - Есть только один ключ, который
подходит к дверям спальни. Он с трудом поворачивается в замочной скважине, но на
нем не осталось никаких следов воздействия извне.
- Да! Насколько можно судить по первому впечатлению - это так. Вот этот ключ!
Порывшись в кармане, Марк вытащил металлический предмет и кинул его на стол
рядом с цветочной вазой. Ключ звякнул, скользнув по столу. Он был покрыт легким
бесцветным налетом ржавчины и блестел в полосе розового света, падавшего из
дверей.
- Это тот самый ключ от дверей спальни, - уточнил Марк. - Я как раз сегодня взял
его из бунгало. Посмотри на него!
- Ну и?... Что в нем такого?
- Как и большинство ключей выпуска 20-х годов, он имеет совершенно прямой
стержень. Ни впадин, ни выпуклостей. Головка точно такого же размера, как и
фланец. Конечно, мы знали это с самого начала. В противном случае, следуя твоим
указаниям, я бы никак не мог тупым концом карандаша вытолкнуть ключ из замка.
Помнишь, Тоби, что ты руководил всеми моими действиями? Ты встал на колени перед
запертой дверью и подсунул под нее развернутую газету. Когда я вытолкнул ключ из
замка и он упал на бумагу, ты вытянул ее из-под двери, прикрывая ключ рукой. Что
ты сделал затем?
- Отдал тебе ключ!
- А что ты сделал еще до этого? Ты подобрал ключ, который я видел в замке.
Выпрямился. Перевел дыхание. И вот так ударил кулаком по ладони левой руки! -
Марк сам ударил кулаком по ладони, на секунду сведя руки, после чего опустил
их. - Лишь после этого ты протянул мне ключ и сказал: "Открывай". В этом-то и
был фокус, Тоби. В подмене ключей. Тот, что ты протянул мне, был настоящим
ключом, тем самым, что сейчас лежит на столе. Но в замочной скважине я видел не
его. - Марк сделал паузу. - Короче говоря, Тоби, - сказал он, - ключ в дверях
был макетом. Фальшивкой.
- Но этого не могло быть! Он бы не подошел, да и ты бы заметил, что это
фальшивка, когда проталкивал его.
- Отнюдь. Подошел бы почти любой ключ примерно таких же размеров - если
предварительно поработать над ним. Могу показать, как ты это сделал.
Марк взял со стола ключ и поднес его к свету. Большим пальцем он провел по
стержню ключа от головки к фланцу, так что тот скрылся из виду под подушечкой
большого пальца.
- Предположим, что у тебя есть еще один ключ. Например, это мог быть ключ от
гостиной в бунгало. Я знаю, что он исчез: прошлым вечером я видел, как из
замочной скважины гостиной пробивался свет, когда включили лампу. - Марк
откашлялся. - Кроме того, у тебя есть доступ к набору стальных напильников из
мастерской доктора Кента. Работа над ключом могла занять час времени; ты,
конечно, покрылся испариной, но в конце концов незакаленное железо не устояло
перед сталью напильника. - Марк избегал смотреть на Тоби. - Тебе надо было всего
лишь перепилить стержень у фланца. Он упал. У тебя осталась только головка на
стержне. - Марк помолчал, собираясь с мыслями. - Остальное было еще проще. Ты
вышел из спальни. Закрыл двери. Запер их снаружи настоящим ключом. С внешней же
стороны просунул сквозь замочную скважину макет ключа и оставил его там. Если
кто-то поглядит в замочную скважину снаружи, он не заметит отсутствия фланца,
поскольку головка на другом конце перекрывает поле зрения. - Марк сделал
паузу. - "Смотреть снаружи или изнутри - через окошки ничего нельзя заметить".
Конечно, нельзя: с обеих сторон ключ выглядит как настоящий. Известное письмо,
написанное восемьдесят лет назад, настойчиво подчеркивает, что окна были заперты
изнутри; и столь же настойчиво повторяет, что дверь тоже была заперта изнутри.
Марк снова сделал паузу. И снова бросил ключ, который звякнул, упав на
столешницу.
- Вот так ты это сделал, Тоби. Когда ты извлекал фальшивый ключ из-под двери,
настоящий был зажат у тебя в левой руке. Правой рукой ты прикрыл стержень
фальшивки, чтобы скрыть отсутствие фланцев. Ты подменил ключи, вот и все. Теперь
ты это признаешь?
- Нет! - произнес Тоби таким странным голосом, что Марк вздрогнул.
- Но ты признаешь все остальное?
- Нет!
- Тоби, я не хочу ввергнуть тебя в неприятности; я стараюсь вытащить тебя из
них! Полиция знает, что тут было убийство.
- Значит, полиция в курсе? Ты этого не говорил!
- Да. Им это было известно с самого начала. И теперь мы все выяснили... кроме
имени настоящего убийцы...
- Но его-то мы не знаем, не так ли? - сказал Тоби тем же самым странным
напряженным голосом. - Нет, клянусь Господом! Мы очень умные, но этого мы не
знаем!
- Тоби, что с тобой происходит?
И тут слова Тоби оглушили его, словно пощечина.
- Ты дурак, - сказал Тоби.
Одним рывком он оказался за столом, уставленным цветочными вазами. И тут Марк
увидел его лицо, на которое упали розовые отблески, проникающие в комнату из
открытых дверей.
- Ты дурак! - повторил Тоби. - Ты хочешь увидеть, как твою жену арестовывают за
убийство? Нашу Роз убила Бренда, и лучше, чтобы ты это услышал здесь и от меня.
Удары эти были столь неожиданны, что вызвали у Марка лишь Отупение. Оно длилось
долго, не сразу к нему вернулась способность соображать. Марк с трудом взял себя
в руки.
- Ты же не веришь на самом деле в эту ерунду, не так ли?
- Ерунду? Да мы оба знаем, что так и было.
- Тоби, не сошел ли ты с ума?
- Ага! Где-то я слышал эти слова? Послушай, Марк: что ты по-настоящему знаешь об
этом деле? Копы тебя уже прихватили?
- Нет, меня еще не допрашивали.
- А меня выжали до последней капли. Раз уж ты думаешь, что тебе все известно,
скажи, во сколько, по-твоему, была убита Роз?
- По словам доктора Фелла, в половине первого или даже раньше. Но не намного.
Вскрытие показало то же самое.
- О господи! - заорал Тоби, но тут же взял себя в руки. - Это официальный
вердикт. Но время - это единственный фактор, на который нельзя положиться; ни
один судебный медик не сможет и не захочет дать руку на отсечение за точность
этих данных. Копы считают, что Роз была убита примерно в полночь или сразу же
после нее, что в общем несущественно. Где в полночь была Бренда?
- Она...
- Где в полночь была Бренда?
Марк справился с дрожью в ногах и сглотнул комок в горле.
- Она была рядом с бунгало. Но не менее чем в двадцати футах от него. И ни на
шаг ближе! Она тут же села в машину и уехала.
- Так она тебе рассказывала?
- Тоби, ты...
- Ответь мне! Так она тебе рассказывала?
- Да! И это правда!
Тоби медленно, как Марк в поисках ключа, запустил руку в карман. То, что он
извлек, было скручено в комочек и похоже на очень короткую магнитофонную ленту.
Предмет представлял собой матерчатую полоску пурпурного цвета...
Взявшись за ее конец, который в тускнеющем свете от дверей казался уже не
пурпурным, а серо-черным, Тоби размотал полоску и положил ее на стол рядом с
ключом.
- Да! - приглушенным голосом произнес Тоби. - Это красный матерчатый поясок от
платья, которое было на Бренде в ночь убийства. Я не представлял, как она его
потеряла, пока в воскресенье утром не поговорил с Джудит Уолкер. Но Бренда в
самом деле уехала в машине. - Бледное и осунувшееся лицо Тоби было полно
искреннего сострадания. - Выводы сделай сам, Марк. В два часа утра я нашел
поясок в бунгало, на полу перед спальней, где вскоре после полуночи была
заколота Роз Лестрейндж.
Марк не ответил. Он посмотрел на лежащий на столе поясок. И снова перевел взгляд
на Тоби, который, помедлив, все же взорвался потоком слов.
- Ты совершенно точно восстановил мои действия, - сказал он. - Я нашел Роз
мертвой. Можешь в этом не сомневаться! Было два часа ночи - не три и не
четыре, - но это не важно. Я убедился, что она была убита в кресле, где сидела и
читала. Я перетащил ее тело к туалетному столику, чтобы создать впечатление, что
она погибла от собственной руки. Хочешь знать, что я еще сделал?
- Прекрати, Тоби! Остановись!
- Чего ради мне останавливаться? Ведь ты же хотел все выяснить, не так ли?
- Да, но...
- Я сжал ее пальцы на рукоятке кинжала. - Тоби сглотнул. - Уже начиналось
трупное окоченение, и пальцы остались на месте. Затем я бегом вернулся в дом к
Сэму Кенту за напильником и отпилил фланцы ключа от гостиной, чтобы организовать
фокус с запертой дверью. Лишь после четырех часов я смог прокрасться к тебе
домой и подменить "Армадейл" на "Женщину в белом". Я ли все это сделал? Конечно
я! А что еще мне оставалось делать? - Тоби запустил палец за воротник и рванул
его. - Но я не собираюсь в этом каяться на людях, нет уж, спасибо, - добавил
он. - Да и тебе, полагаю, это меньше всего нужно. Можешь ли ты помочь себе и
Бренде? Придумай что-нибудь! Если ее начнут допрашивать, то в конце концов
заставят все сказать.
Марк встрепенулся.
- Подожди! - резко бросил он.
Он не отрывал взгляда от открытых дверей, за которыми к Харли-Лейн тянулась
мощеная кирпичная дорожка. По обеим сторонам ее красовались цветочные бордюры,
на которые падали отсветы заходящего солнца; направо отходила дорожка к гаражу.
По ней сейчас подъезжала полицейская машина.
Сидящий за рулем бросил несколько слов человеку, который вылезал из машины. Им
был доктор Гидеон Фелл.
Тоби торопливо присоединился к стоящему в дверях Марку.
Бок о бок они ждали появления доктора Фелла, который неторопливо шагал к дому по
кирпичной дорожке. Полицейская машина, выбравшись на Харли-Лейн, повернула
направо и, набирая скорость, помчалась в Куиншевен. На фоне темнеющего неба
вырисовывался грузный силуэт доктора Фелла; было еще достаточно светло, чтобы
разглядеть выражение его лица. Его можно было счесть мрачным или расстроенным,
но на нем ясно читались тревога и сомнения.
- Ага! - произнес доктор Фелл, открывая легкую сетчатую дверь. - Что бы вы ни
предполагали, джентльмены, скорее всего, вы правы. В машине сидел лейтенант
Уолтер Хендерсон. И мы с ним душевно побеседовали.
Глава 19
Марк и Тоби заговорили одновременно.
- Бренда... - начал Марк.
- Закрытая комната... - сказал Тоби.
Оба они осеклись, когда доктор Фелл, вошедший в дом, позволил сетчатой двери с
легким стуком прикрыться у себя за спиной. Прищурившись, он поправил криво
сидящее пенсне, поискал что-то на стене и, увидев выключатель, нажал его.
Мягкий свет трех настольных ламп залил уютную комнату с огромным зевом камина и
тикающими часами. Доктор Фелл бросил беглый взгляд на лестницу, словно он все же
ожидал появления Джудит Уолкер.
Пока и Марк и Тоби с трудом собирались с мыслями, доктор Фелл мрачно проследовал
к столу, на котором лежал поясок от платья Бренды и ключ от спальни.
- Ага! - выдохнул он, не утруждаясь дальнейшими объяснениями.
- Вы обратились в полицию? - спросил Марк.
- Отнюдь, - с подчеркнутой вежливостью ответил доктор Фелл. - Полиция в лице
лейтенанта Хендерсона весьма любезно сама обратилась ко мне. Сегодня я получил
приглашение посетить его офис. Которое и принял. Я понятия не имел, что и сюда
дошли слухи о моих скромных достижениях. И в кабинете лейтенанта Хендерсона,
выкурив хорошую сигару и распив несколько банок пива, я... хм!... кое-что выяснил. -
Он задумался. - Если еще до встречи с лейтенантом Хендерсоном я высоко оценивал
его интеллект, то сейчас, после нашего знакомства, я оцениваю его еще выше. И
должен здесь и сейчас сказать вам - почти все, что вы знаете, известно и
полиции. Они заметно продвинулись в раскрытии тайны убийства и в установлении
подлинного убийцы.
- Но как они могут знать?... - начал Марк. Он хотел сказать - как они могут что-то
знать о Бренде, как они получили объяснение тайны закрытой комнаты?
- Откуда они все узнали? - помог ему доктор Фелл. - Мой дорогой друг, слухи и
сплетни из Куин-колледжа проникают и в Куиншевен. Полиции не составило труда
разобраться в них. И более того, поскольку на этой жаре все держат окна и двери
открытыми, они повсюду расставили своих людей, вменив им в обязанность
подслушивать. Вы конечно же помните прошлую ночь?
- Вы имеете в виду человека за деревом у бунгало? Когда вскрикнула Джудит Уолкер
и вы послали меня к ней разобраться?
- Именно так я и сделал, - сказал доктор Фелл.
- Но я ничего не обнаружил!
- А вот я кое-что выяснил, - раздул щеки доктор Фелл. - Когда вы прошлым вечером
были в том доме, подъехал лейтенант Хендерсон, чтобы поговорить со мной в
бунгало.
- Вы же говорили, что встречались с ним сегодня днем!
- Да нет же, гром и молния! Я сказал, что сегодня днем получил приглашение к
нему. Но когда прошлым вечером он появился в бунгало, где мы вели дискуссию с
Сэмом Кентом, по выражению его лица было видно, что он все понимает. Заскочил он
буквально на минутку. Извинился за то, что его человек, наблюдавший за
коттеджем, испугал миссис Уолкер...
- Испугал Джудит? Каким образом?
- О, мой дорогой сэр! - Доктор Фелл снова раздул щеки в продолжительном
выдохе. - Вы припоминаете, что леди вскрикнула? Она была под воздействием
успокоительных, но у нее нервное перевозбуждение, и из-за бессонницы она была в
несколько нестабильном состоянии. Когда она из окна посмотрела вон туда, -
показал он, - и увидела за деревом зловещую фигуру, стоит ли удивляться такой ее
реакции?
- Может, и не стоит, но...
- Насколько я понимаю, миссис Уолкер сейчас нет дома?
- Нет, конечно же нет! - заверил Марк. - Тут вообще никого нет, кроме нас с
Тоби. Почему тут кто-то должен быть?
- Просто я поинтересовался. Вот и все.
Марк и Тоби обменялись взглядами.
- Давайте вернемся, - продолжил доктор Фелл, - к краткому визиту мистера
Хендерсона прошлым вечером. Я спросил его, часто ли он прибегает к такой
осторожной тактике наблюдения за свидетелями, вместо того чтобы с пристрастием
допросить их. Он сказал две вещи, которые не могли не произвести впечатление на
человека, привыкшего к жесткости английских законов. Он сказал: "Мы подумали,
что в данном случае так будет лучше". И еще: "Мы верим в справедливость". В
справедливость, гром и молния! - багровея, повторил доктор Фелл. - Смахивает на
реплику из фильма. Тем не менее я поверил его словам. И этим вечером, когда мы
обсуждали личность убийцы...
Так кто убийца? - перебил его Тоби. - Положим, у меня есть своя версия, но я не
собираюсь ее оглашать. Я хочу узнать ваше мнение.
- Сэр, у вас нет абсолютно никакой необходимости знакомить нас с вашими
выводами, - с усмешкой ответил доктор Фелл. - Если вы имеете в виду миссис
Рутвен...
- Именно ее Тоби и имеет в виду, - еле слышным голосом прервал его Марк. - Я
говорил раньше и продолжаю утверждать - это совершенно невероятно, это не может
быть правдой. Я знаю Бренду. Я знаю, она не могла и не хотела сделать ничего
подобного. И лишь для того, чтобы покончить с этим, я спрашиваю: виновна ли
Бренда?
Доктор Фелл с силой стукнул тростью по каменному полу.
- Нет! - ответил он. - Я обещал вам, что она не пострадает, и сдержу свое
обещание. Любой ценой. Я убедил полицию, что миссис Рутвен не имеет никакого
отношения к этой истории. Так или иначе, они мне поверили. Миссис Рутвен не
виновна в убийстве. Она виновна лишь в...
- В чем?
- В том, что поддалась порыву. Хотела быть похожей на Роз Лестрейндж.
Предполагаю, она устыдилась, когда увидела, что зашла так далеко, что готова
зайти в коттедж, - после этого она повернулась и убежала. И если по ее поведению
в бунгало прошлым вечером вы не поняли, как было дело, то вы понимаете ее куда
хуже, чем думаете.
Марк уже направился к дверям.
- Нет! - остановил его доктор Фелл. - Вы хотите тут же пойти к ней? И покаяться
в том, что, поглощенный своими академическими проблемами, вы стали невнимательны
к ней? Это вы хотите сделать? Очень хорошо! Но пока вам не стоит уходить.
Небо стало уже совсем темным - розовый цвет заката перешел в пурпур - и сумерки
продолжали сгущаться. Марку показалось, что надвигается гроза.
Доктор Фелл повернулся к Тоби:
- А вот вас, сэр, я попросил бы уйти. Откровенно говоря, вы здесь лишний.
- Меня? - растерялся Тоби, отступая к столу. - Почему именно меня?
- Сэр, неужели вы сами не чувствуете?
- Я не идиот, - буркнул Тоби, снова оттягивая воротничок. - Я понимаю, что
должно вскоре произойти. Вы собираетесь сообщить имя убийцы, так почему я не
могу его услышать? Почему я должен уйти?
- Потому, что когда это произойдет, тут, кроме меня, должны быть только два
человека. Один - Марк Рутвен. Второй - тот, кто, как я предполагаю, вскоре
появится здесь.
- Убийца?
- Сэр, - вздохнул доктор Фелл, - вы хороший товарищ и надежный соратник. Пустив
в ход трюк с закрытой комнатой, вы защитили жену своего друга, даже когда верили
- и продолжаете верить! - что она виновна в убийстве. Следовательно...
Тоби яростно отмахнулся, заставив доктора замолчать.
- Черт возьми, я боялся вас с той минуты, как вы тем утром появились в доме у
нашего старика! Даже еще раньше я опасался вашего приезда! Вы разгадали фокус с
закрытой комнатой?
- Да, - признал доктор Фелл.
- И полиция тоже?
- Сэр, есть причина, по которой я пока не могу ответить на ваш вопрос. Позвольте
мне лишь повторить, что через несколько минут я жду визита некоего человека, -
он замялся, - с которым вы знакомы. Так что идите! Даже если вы не понимаете
смысла моей просьбы, даже если вы сочтете ее бредом или прихотью - тем не менее
оставьте нас!
Тоби ушел. Оглянулся он лишь раз, и под мерцающим небом его фигура была полна
странного трагического напряжения. Затем его машина, развернувшись, умчалась к
Колледж-авеню.
Глядя ему вслед, доктор Фелл тихо выругался.
- Он поехал прямиком к вашей жене. Извиняться, - сказал он Марку. - Но двинулся
не в том направлении.
- А это имеет значение, в каком направлении он поехал?
- Да!
- Какова настоящая причина того, что вы выпроводили его?
- Мой дорогой друг, Тоби Саундерс - неисправимый идеалист. В данный момент он
особенно уязвим, он способен на глупость, но это его совершенно не волнует. Если
он считает, что служит благому делу - разве вы не убедились в этом? - он
презреет любую опасность и пойдет на любой риск, от которого волосы могут встать
дыбом. И все же... все же...
- Что?
- В ходе этого дела вы несколько раз называли его пуританином. Для меня это
довольно странное определение, почти бессмысленное, - тем более, если оно
относится к жителю штата Вирджиния. Но я отлично понимаю, что вы имели в виду;
понимаю и то, что для вас это - милое чудачество. Например, если он поверит, что
у вас был роман с Роз Лестрейндж, он может легко смириться с этим фактом. С
другой стороны, отнесется ли он с таким же пониманием к тому, что у вашей жены
был роман с Фрэнком Чедвиком?
Марк, стоявший у дверей, резко повернулся к нему.
- Бренда и Чедвик? - повторил он. - Вы снова все ставите с ног на голову? Вы
допускаете...
- Да?
- Не важно! Давайте оставим в покое Тоби. Так кто же убийца, доктор Фелл?
- Вскоре я вам об этом сообщу, - сказал он.
Рассеянно кивнув, словно он уже погрузился в глубины своих размышлений, доктор
Фелл добрался до дивана и сел. Уткнувшись подбородками в грудь, он замер в
неподвижности и сидел так длительное время.
Наконец он поднял голову.
- Сэр, вы кое-что забыли. При обилии отвлекающих моментов - запертых комнат и
подмененных книг - вы упустили из виду вопрос, который, как я заверил вас,
является корнем, сердцевиной, центром всей этой тайны. Кто был тот шутник из
спортивного зала, и вообще, к чему было все это бессмысленное фиглярство? Но
можете мне поверить, все эти выходки были далеко не бессмысленными. В одном,
пожалуй, Сэм Кент был прав. Каждое действие имело свою причину, какой бы дикой и
несообразной она ни казалась нам. Не могу поверить, что, зная так много, вы все
еще блуждаете в тумане. В субботу вечером, когда Тоби Саундерс впервые рассказал
вам о хулигане из спортивного зала, вы сами предположили, что знаете только
треть правды. В воскресенье вечером миссис Уолкер выложила вам вторую часть
правды. И в последний вечер, когда я уже был здесь, вы получили в свое
распоряжение третью, недостающую часть общей картины. Строго говоря, вы
настолько близко подошли к истине, что у меня волосы встали дыбом. Думайте же!
Когда Тоби Саундерс впервые рассказал вам о происшествиях в спортивном зале и
спросил вас, зачем кому-то могло понадобиться откалывать такие номера, что вы
ответили?
Вопрос был отнюдь не риторическим. Доктор Фелл не сводил с Марка настойчивого
взгляда, ожидая ответа.
- Я сказал, - ответил Марк, - что едва ли злоба этого персонажа была направлена
против Джорджа или Губерта Джонсонов и что мотивов тут искать не стоит. Я
сказал, что, скорее всего, этот шутник специально старался привлечь наше
внимание к спортзалу, чтобы все наши мысли были прикованы именно к нему.
- Ага! "Специально старался привлечь наше внимание к спортивному залу, чтобы все
наши мысли были прикованы именно к нему". Вы произнесли эти или очень похожие
слова?
- Да! Но я не понимаю...
- Стоп! - приказал доктор Фелл. - А сейчас представьте себе снова тот воскресный
вечер, вы снова встречаете Джудит Уолкер у боковой двери Новой библиотеки. Сразу
же за дверью с полки падает книга. Миссис Уолкер испугана, она говорит, что в
библиотеке кто-то есть. Вы пытаетесь успокоить ее, удивляясь, чего она так
испугалась. Вы спрашиваете ее, слышала ли она о происшествиях в спортивном зале.
Что она ответила, когда вы спросили ее?
В памяти у Марка мгновенно всплыла эта сцена.
- Она сказала, что слышала. Она сказала...
- Сэр, вспомните ее слова в точности! Пожалуйста, это важно!
- Она сказала: "Глупые рисунки светящейся краской? Идиотские фокусы, чтобы
напугать бедного старика и шестнадцатилетнего мальчишку! Миссис Хьюит, миссис
Кент и миссис Мэйсон только об этом и говорят!"
- Хорошо! Отлично! Задним числом вы процитировали очень важные слова Джудит
Уолкер. Что она сказала затем?
- "Но в этом есть и положительный момент", сказала Джудит. Все совершенно забыли
Роз Лестрейндж и того молодого человека, которого она приводила в изолятор,
чтобы...
- Чтобы?... Что она имела в виду?
- Она имела в виду использование изолятора для тайного свидания, которое мы
будем вежливо называть любовным романом.
- Сопоставьте эти два куска информации. "Словно кто-то специально старался
привлечь наше внимание к спортивному залу, чтобы все наши мысли были прикованы
именно к нему". Почему это было сделано? С каким результатом? "Миссис Хьюит,
миссис Кент и миссис Мэйсон только об этом и говорят. Они совершенно забыли о
Роз Лестрейндж и о том молодом человеке, которого она приводила в изолятор для
любовного свидания". Свет еще не забрезжил перед вами?
- Да! - воскликнул Марк. - Иными словами, происшествия в спортивном зале были
лихорадочной, отчаянной попыткой отвлечь внимание от того, что случилось в
изоляторе? И скрыть любовные похождения, которые грозили скандалом?
- Именно это я и имел в виду.
- В таком случае конечно же...
- В таком случае вы конечно же готовы заявить, что шутник из спортзала должен
был быть в крайней степени отчаяния, так? - спросил доктор Фелл. - Вы правы.
Этот тип потому и совершил убийство. - Доктор Фелл, отдуваясь, поднял руку,
словно призывая к молчанию. - Позвольте мне суммировать факты, - предложил он, -
сначала те, что мне были известны еще до приезда сюда, когда Сэм Кент дважды
звонил мне в Нью-Йорк. Некий молодой человек и некая женщина весело проводили
время, находясь, как мы вежливо говорим, в любовных отношениях. Молодым
человеком, как мы знаем - да он и сам никогда этого не отрицал, даже перед вами
- был Фрэнк Чедвик. Что это была за женщина? Исходя из показаний двух
свидетелей, которые утверждают, что видели, как она открывала ключом дверь
изолятора, это была Роз Лестрейндж.
- Но этого не могло быть! Вот тут я возражаю!
- Вот как? - вежливо спросил доктор Фелл. - Почему бы вам не объясниться?
- Потому что, как я сказал прошлым вечером... - Марк вдруг остановился.
- Ага! Теперь вы начинаете вспоминать?
- Не то чтобы начинаю... Я помнил все время. Роз Лестрейндж была... ну, словом,
называйте ее, как хотите. У нее, как мы знаем, никогда не было любовника, и она
никогда не хотела иметь такового! Все ее интересы, вся ее жизнь были
сосредоточены на одном: доставлять неприятности людям и потешаться, когда ее
жертвы испытывают страдания. Она ничего не имела против - пусть люди думают, что
она с приятелем развлекалась в изоляторе. Но на самом деле она там никогда не
была.
- Именно!
- И следовательно... - Марк снова остановился.
- Следовательно, - в тишине комнаты загремел голос доктора Фелла, - наши две
свидетельницы сознательно лгут, когда говорят, что в женщине, которая устроила
свидание в изоляторе, они опознали Роз Лестрейндж. Или же они искренне
заблуждаются: должно быть, они видели кого-то другого.
Марк повернулся к окну. Ему показалось, что он услышал шум автомобильного
двигателя, но он ошибся, было тихо.
- Значит, почти с уверенностью можно утверждать, - продолжил доктор Фелл, - что
свидетельницы ошиблись. Что какая-то неизвестная женщина, отнюдь не Роз
Лестрейндж, забыв о приличиях, крутила роман с Фрэнком Чедвиком. Рассуждая о
том, что это за женщина, мы можем руководствоваться несколькими подсказками.
Почему эта пара решила встретиться в изоляторе колледжа? Почему из всех
неподходящих мест выбрали это, хотя Чедвик имеет хорошую обустроенную квартиру в
Вашингтоне? - Доктор Фелл поднял вверх палец. - Должно быть, по настоянию
женщины. Она не мо
...Закладка в соц.сетях
