Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...енем?
- Да.
- На лифте вы поднялись на этаж, где находится офис мистера Мейсона?
- Да.
- И вошли в его приемную?
- Да, сэр.
- Что вы сделали, когда вошли в его приемную?
- Из нее я вошел в кабинет мистера Мейсона.
- Вас кто-нибудь туда впустил?
- Да.
- Кто?
- Уборщица.
- Вы разговаривали с ней?
- Да.
- Что вы сказали ей?
- Я не помню.
- Вы что-нибудь взяли из кабинета мистера Мейсона?
- Я отказываюсь отвечать на этот вопрос.
- По какой причине?
- Ответ может быть истолкован во вред мне.
Эллис посмотрел на судью Фейллона.
- Хорошо, - сказал судья Фейллон. - Из ответа свидетеля видно, что он
представляет защиту. Я разрешаю вам задавать наводящие вопросы. Хотя это
вы уже и так делали, не встречая возражений со стороны защиты. Так что
продолжайте.
- Вы взяли револьвер из стола мистера Мейсона? - спросил Эллис.
- Я отказываюсь отвечать, поскольку ответ может пойти мне во вред, -
сказал Бейсон.
- Позднее, находясь в кабинете мистера Мейсона, вы позвонили своей
секретарше?
- Да.
- Как зовут вашего секретаря?
- Розалия Блэкбурн.
- Что вы сказали ей по телефону?
- Я попросил ее взять ключ, пойти в мой офис, открыть шкаф, вытащить
из него мешок с клюшками для игры в гольф и перевернуть мешок вверх дном.
Из мешка должен выпасть сверток, который ей необходимо было принести в
кабинет мистера Мейсона.
- В кабинет мистера Мейсона?
- Да.
- И она принесла?
- Я не знаю.
- Что вы не знаете?
- Я не знаю, принесла ли она то, что я просил.
- Но вам известно, что она появилась в кабинете мистера Мейсона со
свертком в руках, не так ли?
- Да.
- Это была та самая упаковка, которую вы положили в мешок с клюшками?
- Я не знаю.
- В упаковке был тот самый предмет, который вы положили туда?
- Я не знаю.
- Что вы имеете в виду, повторяя "я не знаю"?
- Я не пытался идентифицировать предмет, который был в упаковке.
- Этим предметом был револьвер, не так ли?
- В упаковке, которую я положил в мешок, был револьвер. Это именно
так.
- Это был тот самый револьвер, который вы взяли из кабинета мистера
Мейсона?
- Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, поскольку ответ может быть
использован мне во вред.
- Но вы признаете, что положили упаковку в мешок?
- Да.
- В упаковке был револьвер, не так ли?
- Да.
- И именно эту упаковку ваша секретарша достала из мешка?
- Возражаю против этого вопроса, - заявил Мейсон, - поскольку ответ
требует вывода со стороны свидетеля.
- Возражение принимается, - постановил судья Фейллон.
- Но вы проинструктировали свою секретаршу взять упаковку из мешка?
- Да, сэр.
- И принести сверток в кабинет мистера Мейсона?
- Да.
- Она выполнила вашу просьбу?
- Я не знаю.
- Разве вас не было в кабинете? Разве она не вам передала упаковку? -
спросил Эллис.
- Упаковку она передала мне, - сказал Бейсон. - Но я не могу сказать,
была ли это та самая упаковка, которую я положил в мешок. Я хотел бы
пояснить следующее: для того чтобы сохранить упаковку в целостности, я
заклеил ее лентой, снаружи прикрепил бирку, на которой написал, что именно
находится в упаковке. Когда упаковку доставили мне, лента была разрезана,
а сама упаковка раскрыта. Поэтому я не знаю, заменили ли содержимое
упаковки или нет.
- Предметом, который вы завернули в упаковку, был револьвер, не так
ли?
- Да, сэр.
- Револьвер системы "Смит и Вессон", тридцать восьмого калибра?
- Да.
- Это был тот самый револьвер, который вы взяли в кабинете мистера
Мейсона?
- Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, поскольку ответ может быть
использован против меня.
- Хорошо. Теперь вернемся к вашей встрече с обвиняемой, - продолжал
Эллис. - Разве ваш визит в кабинет мистера Мейсона, не был следствием
чего-то рассказанного вам обвиняемой?
Бейсон молчал.
- Разве это не так? - настаивал Эллис. - Отвечайте на вопрос.
- Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, поскольку ответ может быть
использован против меня.
- Если Высокий Суд позволит мне сказать, - заявил Эллис, - совершенно
ясно, что свидетель пытается использовать свои конституционные права даже
тогда, когда для этого у него нет никаких оснований. Может быть, это
справедливо, когда речь идет о его вторжении в кабинет мистера Мейсона.
Что же касается его разговора с обвиняемой, то он носил не частный
характер, и тут ничего не может быть использовано в ущерб интересам
свидетеля.
- Можно мне высказать свое мнение? - спросил Мейсон.
- Конечно, - ответил судья Фейллон.
- Если допустить, - сказал Мейсон, - что обвиняемая и свидетель
вступили в сговор, чтобы вынести вещественное доказательство из моего
офиса, тогда это действие может составить отдельное преступление -
преступный сговор. Вынос револьвера - одно дело, вступление в сговор -
совершенно другое. То и другое являются преступлениями.
- Вы мелочный человек и педант, - вмешался Эллис.
- Совсем нет, - возразил Мейсон, - когда вы возбуждаете дело против
какого-то человека, вы указываете максимальное число пунктов, по которым
его можно привлечь к ответственности. Таким образом, в данном случае он
будет виновен и в преступном сговоре, и в похищении оружия. Затем вы
будете пытаться уговорить присяжных заседателей вынести обвинительное
заключение по каждому пункту. Вы доказываете, что каждый пункт - это
отдельное преступление, что вы не разрабатываете законы, а только
претворяете их в жизнь, что если законодательные органы считают
преступлением даже намерение совершить его, то обвиняемый будет виновен в
совершении двух отдельных преступлений, в намерении совершить преступление
и в самом преступлении. Таким образом, нельзя съесть весь торт и в то же
время оставить его нетронутым.
Судья Фейллон еле сдержал улыбку.
- Я разделяю вашу точку зрения, господин адвокат, - заявил он. - Мне
трудно судить, имеет ли разговор отношение к разбираемому делу, поскольку
не видно, что он как-то связан с данным преступлением. А если он имеет
отношение и если свидетель и обвиняемая вступили в сговор, чтобы что-то
совершить, то свидетель может посчитать, что ответ на заданный ему вопрос
будет использован против него.
- Хорошо, - сказал Эллис, решительно поворачиваясь к Бейсону. - Вы
завернули револьвер в бумагу и положили его на дно мешка, не так ли?
- Да, сэр.
- Видели ли вы до этого тот револьвер?
- До чего до этого?
- До того, как положили его в мешок для клюшек.
- Да, сэр.
- Где?
- Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, поскольку ответ может быть
использован против меня.
- Видели ли вы этот револьвер до пятого числа этого месяца?
- Я не знаю.
- Почему вы не знаете?
- Потому что я не знаю, был ли это тот самый револьвер, который я
видел ранее.
- Вы видели револьвер, который внешне похож на этот?
- Да.
- Где вы его видели?
- Я не могу помнить все места, где я видел подобные револьверы.
Фирма, несомненно, выпускает сотни тысяч таких револьверов. Я видел их на
витринах магазинов спортивных товаров и в некоторых других местах.
- И, - сказал Эллис, обвинительным жестом указывая на свидетеля, -
эти НЕКОТОРЫЕ ДРУГИЕ МЕСТА включают женскую сумочку, не так ли?
- Да.
- Кому принадлежала эта сумочка?
- Миссис Хастингс.
- Ага! - воскликнул Эллис. - После всех этих перипетий допроса вы
признаете, что видели этот револьвер в сумочке обвиняемой.
- Минуточку, - вмешался Мейсон. - Я возражаю против комментариев
заместителя окружного прокурора и против самого вопроса. Свидетель не
сказал, что он видел именно этот револьвер в сумочке обвиняемой.
- Насколько известно, это мог быть и этот револьвер, - настаивал
Эллис.
- Насколько вам известно, это мог быть и другой револьвер, -
парировал Мейсон.
- Я хочу поддержать возражение на вопрос, заданный в такой форме, -
принял решение судья Фейллон.
- Хорошо, - сдался Мортон Эллис, - оставим это. Говорил ли вам
кто-нибудь, откуда появился этот револьвер?
- Да, говорил.
- Что говорил?
- Миссис Хастингс сказала мне, что муж дал ей револьвер и посоветовал
держать его в своей сумочке для защиты, особенно ночью, когда она одна.
Если у автомашины спустят шина или забарахлит мотор, ей придется
останавливаться на обочине дороги и она будет беззащитна.
- Так, - ликующе заявил Эллис. - Наконец-то!
- Минутку, - вмешался Мейсон. - У меня есть пара вопросов к
свидетелю. Вы сказали, что видели такой револьвер в сумочке миссис
Хастингс?
- Да, сэр.
- Миссис Хастингс рассказала вам, что револьвер дал ей ее муж для
защиты, особенно в ночное время, не так ли?
- Да, сэр.
- Она не говорила вам, как часто она носила его с собой?
- Я понял так, что почти всегда она носила его в своей сумочке.
Судья Фейллон посмотрел на Эллиса:
- Свидетель делает вывод. Не хотите ли вы вычеркнуть его из протокола
допроса?
Эллис улыбнулся и сказал:
- Ваша Честь, обвинение не хочет вычеркивать его. Пусть адвокат
защиты продолжает допрос. Такой перекрестный допрос, возможно, немножко
неприятен для клиентки мистера Мейсона, но обвинение не хотело бы
прекращать его.
- Не было необходимости в таких комментариях с вашей стороны, -
заметил судья Фейллон. - Суд просто хотел бы обратить внимание обвинения
на то, что это показание свидетеля позволяет сделать определенные выводы.
- Обвинение не хотело бы возражать против такой линии ведения
допроса, - заявил Эллис.
Мейсон повернулся к Бейсону:
- Из разговора вы сделали вывод, что переданный ей револьвер был ее
собственностью.
- Да, сэр.
- И она носила его с собой?
- Да, сэр.
- И знала, как им пользоваться?
- Да, сэр.
Эллис оглядел собравшихся в зале, широко и победно улыбаясь.
- Вы сказали, что это была миссис Хастингс, с которой вы вели эти
разговоры? - продолжал Мейсон.
- Да, сэр.
В глазах Мейсона заиграли огоньки.
- Это была Аделла Хастингс, обвиняемая по делу об убийстве?
- Нет, сэр. Разговоры происходили с Минервой Шелтон Хастингс, второй
женой Гейрвина Хастингса.
Улыбка сразу же исчезла с лица Эллиса. В состоянии болезненного
оцепенения он вскочил на ноги.
- Одну минутку, Ваша Честь! - воскликнул он. - Кажется, адвокат
защиты и свидетель разработали хитроумную ловушку, зная, что, когда
свидетель произносит _м_и_с_с_и_с _Х_а_с_т_и_н_г_с_, я отношу эти слова к
обвиняемой. Я возражаю против этих вопросов и прошу вычеркнуть их из
протокола допроса, так как, отвечая на них, свидетель должен был делать
свои выводы.
- У вас была возможность вмешаться в ход допроса и высказать свои
возражения, - резко ответил судья Фейллон. - Суд обратил ваше внимание на
слова свидетеля и, зная, что имеются две миссис Хастингс, внимательно
следил за допросом. Свидетель старался даже не упоминать обвиняемую. Он
просто называл имя миссис Хастингс.
- Это была ловушка, тщательно расставленная ловушка, - повторил
Эллис.
- Нет такого закона, - заявил судья Фейллон, - который запрещал бы
адвокату защиты заготавливать ловушки на пути, по которому собирается
следовать обвинение. Я думаю, господин помощник окружного прокурора, вам
нужно было внимательно смотреть и не попадаться в свои собственные
ловушки. Ввиду того что имеются две миссис Хастингс, Суд отмечал особые
формулировки ответов свидетелей. Я ждал, что вы спросите его, какую же
миссис Хастингс он имел в виду. Но вы не сделали этого. Поэтому ответы
свидетеля остаются в протоколе. У вас есть еще вопросы к свидетелю, мистер
Мейсон?
- У меня нет больше вопросов, - ответил адвокат.
Бейсон собрался уйти со свидетельского места.
- Одну минутку, - вмешался Эллис. - У меня есть еще несколько
вопросов.
Бейсон вернулся на место дачи свидетельских показаний.
- Предварительно вы обсуждали свои показания с мистером Мейсоном? -
спросил Эллис.
- Да, сэр.
- Не говорил ли вам мистер Мейсон, что на суде вас могут спросить,
видели ли вы когда-либо револьвер, по внешнему виду напоминающий тот, из
которого были произведены два смертельных выстрела?
- Да, говорил.
- И вы сказали мистеру Мейсону, что такой револьвер вы видели у
Минервы Хастингс?
- Да, сказал.
- Не говорил ли вам мистер Мейсон, что при возможности вы должны
сказать, что видели такой револьвер у миссис Хастингс, не упоминая, что
это была Минерва Хастингс.
- Что-то вроде этого.
- Тогда, - спросил Эллис, победно улыбаясь, - видели ли вы когда-либо
подобный револьвер у обвиняемой, Аделлы Хастингс? Отвечайте просто, да или
нет.
- Да.
- Он был в ее сумочке?
- Да.
Победно улыбаясь, Эллис оглядел публику в зале суда.
- Это, - заявил он, - все.
Бейсон вновь попытался уйти со свидетельского места.
- Минутку, - остановил его Мейсон, - у меня к свидетелю есть
несколько вопросов. Такой револьвер вы видели в ее сумочке не однажды?
- Да, именно так.
- Когда это было?
- Я не помню точно даты.
- Тогда вы видели у нее два револьвера, - заявил Мейсон. - Один, -
сказал он, загибая указательный палец левой руки, - это тот, что покойный
купил ей. Второй, - и Мейсон загнул указательный палец правой руки, -
револьвер, из которого были произведены принесшие смерть человеку
выстрелы.
- Я возражаю против этого вопроса, поскольку он требует выводов со
стороны свидетеля, - сказал Эллис.
- Не вижу, как этот вопрос может требовать выводов со стороны
свидетеля, - сказал Мейсон.
- Свидетель не может сказать, видел ли он два разных револьвера, -
указал Эллис. - Для этого он должен сравнить их номера.
Улыбаясь, Мейсон посмотрел на судью Фейллона.
- Я думаю, - сказал адвокат, - заместитель окружного прокурора
отлично понял, что я имел в виду. Свидетель видел какой-то револьвер. Он
не знает, был ли это револьвер, из которого произведены два смертельных
выстрела или это был револьвер, который покойный передал обвиняемой для ее
защиты и который украли у нее. - Мейсон слегка поклонился заместителю
окружного прокурора и сказал: - На этом, если позволит Высокий Суд, я
заканчиваю перекрестный допрос.
- Подождите минутку, - сказал Эллис. - Это несправедливо. Свидетель
должен ответить на вопрос.
- Он не может ответить, - сказал Мейсон, - поскольку вы возражаете
против этого.
- Но Высокий Суд еще не принял решения по этому вопросу, - сказал
Эллис. - Я снимаю свое возражение.
- Очень хорошо, - заявил Мейсон. - Ответьте на вопрос, Бейсон.
- Я действительно не знаю, что это был за револьвер, - начал Бейсон.
- В обоих случаях это мог быть один и тот же револьвер, разные револьверы,
мог быть любой револьвер. Я знаю, что "Смит и Вессон" производит сотни
тысяч револьверов и все они одинаковы.
- Свидетелю очень легко отвечать на вопрос, - раздраженно сказал
Эллис, - после того как его адвокат под предлогом возражений неуважительно
подсказал ответ.
- Если Высокий Суд позволит сказать, я не выдвигал возражений, -
заметил Мейсон. - Возражения исходили от обвинения.
- У обвинения больше нет вопросов, - сказал Эллис.
- Все, мистер Бейсон. Вы свободны, - вынес свое заключение судья.
Эллис посмотрел на часы. Заметив это, судья Фейллон заявил:
- Объявляю обеденный перерыв. В два часа дня Суд возобновит свою
работу.
Присутствовавшие в зале встали, когда судья поднялся с кресла и
направился в свой кабинет.
Мейсон поймал взгляд Симли Бейсона и кивнул ему. Подойдя совсем
близко к нему, адвокат взял Бейсона за руку и спросил:
- Чего вы так боялись, Бейсон?
- Боялся? - удивленно переспросил Бейсон. - Что вы имеете в виду? Я
не боялся. Я просто не хотел больше необходимого помогать обвинению.
- Вы боялись, Бейсон, - настаивал Мейсон. - Вы вздохнули с
облегчением, когда Эллис заявил, что у него больше нет вопросов.
Бейсон покачал головой, в его глазах застыло выражение полной
невинности.
- Нет, мистер Мейсон. Вы неправильно меня поняли.
- Я думаю, что не ошибся, - возразил Мейсон. - Передо мной прошло
слишком много свидетелей, я видел столько людей в состоянии крайнего
напряжения, что вряд ли могу ошибиться. Какую информацию вы утаивали?
Каких вопросов обвинения вы так боялись?
- Никаких, - возразил Бейсон. - И на этом закончим.
- Что ж, хорошо, - покачал головой Мейсон. - Поступайте, как считаете
нужным.
Бейсон поймал взгляд Аделлы Хастингс, когда надзирательница уводила
ее из зала суда. В этом взгляде мощно было прочесть взаимное понимание,
даже триумф.
13
Во французском ресторане, расположенном в трех кварталах от Дворца
Правосудия, имелась небольшая кабина, в которой обычно обедали Перри
Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк. В этой комнате в обеденное время
проведено немало совещаний, которые радикально меняли стратегию действий
Мейсона и Дрейка.
Расположившись около круглого стола, в центре которого стоял телефон,
Дрейк сказал:
- У меня кое-что есть для тебя, Перри. Обвинение приготовило тебе
какой-то сюрприз, которым сегодня воспользуется, чтобы загнать тебя в
угол.
- Что именно?
- Не знаю, - ответил Дрейк.
- Сегодня Симли Бейсон что-то скрывал, - начал Мейсон. - Правда, я не
знаю, что именно. Он боялся что обвинитель задаст ему какой-то вопрос,
ответ на который может сильно повредить обвиняемой. Когда ему разрешили
уйти со свидетельского места, на его лице можно было прочесть явное
облегчение.
- У тебя есть на этот счет какие-то соображения? - спросил Дрейк.
- Это может быть все, что угодно, - ответил Мейсон. - Конечно,
обвинение знает, что Бейсон - свидетель защиты, и поэтому они боятся
задавать ему вопросы общего характера, поскольку ответы могли бы нарушить
все планы прокурора. Хотя они сейчас почти в безвыходном положении, однако
сомневаюсь, что обвинение вновь вызовет его в качестве свидетеля.
Естественно, я тоже не собираюсь вызывать его, чтобы не давать обвинению
возможность проводить перекрестный допрос. Что ты выяснил относительно
Карсон-Сити, Пол?
Дрейк вытащил свою записную книжку.
- Тут кое-что сбивает меня с толку, - начал Дрейк. - Харли Ц.Дрексел,
по профессии строитель-подрядчик. Ему около 55 лет, пользуется хорошей
репутацией. У него есть участок земли, на котором он сам построил дом.
Позади дома стоит небольшое бунгало, которое он сдает внаем. Дрексел
вдовец, у него есть дочь, которая учится в колледже в одном из восточных
штатов. Дрекселы, судя по всему, порядочные люди.
- У них есть какие-то связи с Аделлой Хастингс или с кем-либо из
людей, проходящих по делу об убийстве?
- Вот тут и выявляются странные вещи, - ответил Дрейк. - Я узнал об
этом совершенно случайно. Я уже говорил, что время от времени Дрексел
сдает в аренду бунгало. Это небольшое строение дачного типа. Ты, Перри,
наверное помнишь, что Дрексел проживает по адресу: Центральная улица,
двести девяносто один. Когда Минерва подала на развод в штате Невада,
который она не довела до конца, в качестве своего адреса она указала
Центральную улицу, дом двести девяносто один-А. Минерва, очевидно,
проживала в доме Дрексела и хорошо с ним знакома. Когда в твоем офисе
произошла эта загадочная история с женской сумочкой, машина Дрексела была
припаркована на стоянке нашего здания.
Мейсон от удивления широко раскрыл глаза. Затем он глубоко задумался.
- Что тебе известно о Дрекселе? - спросил он наконец. - Любитель
женщин?
- Строительному делу он уделяет максимум внимания, - ответил Дрейк. -
Он работает наравне со своими рабочими. Строительный подрядчик и плотник,
простой человек с натруженными руками.
Мейсон задумался.
Подошел официант и принял заказ. Внезапно Мейсон встал и принялся
ходить по кабине.
- Все это ставит меня в тупик, - сказал Дрейк - Пока не могу понять,
что все это означает.
Ничего не говоря, Мейсон продолжал шагать по комнате. Внезапно он
остановился, повернулся к Дрейку и сказал:
- Пол, тут что-то есть еще. Секретарь Симли Бейсона Розалия Блэкбурн
оформила развод в Карсон-Сити. Выясни, не проживала ли она там по адресу:
Центральная улица, дом двести девяносто один-А. Если проживала, выявляется
какая-то закономерность, в которой мы должны разобраться. Да, вот еще что,
мы должны изучить все чартерные рейсы из Лос-Анджелеса в Лас-Вегас в
понедельник четвертого числа. Когда мы летели вечером в тот день, пилот
рассказал, что эти рейсы проверял представитель торговой палаты. Засади
своих людей за работу, пусть они свяжутся с торговой палатой Лас-Вегаса и
выяснят, осуществлялась ли такая проверка, какие еще чартерные рейсы были
в тот вечер. Я возвращаюсь в зал суда, как только мы закончим обед, Пол, а
ты садись за телефоны.
Дрейк связался со своей конторой и дал необходимые указания.
- Что еще нужно сделать, Перри? - спросил детектив, держа трубку в
руках. - Ничего?
Расхаживая по комнате, Мейсон спросил:
- Как зовут дочь Харли Дрексела?
Дрейк посмотрел в свою записную книжку.
- Элен.
- Она учится в колледже, на востоке страны?
- Да.
- Лето проводит дома?
- Конечно.
- Когда Минерва подала заявление о разводе? - спросил Мейсон.
- Пятнадцатого сентября, - не задумываясь, ответил Дрейк.
- Хорошо, - сказал Мейсон. - Чтобы оформить развод необходимо прожить
в Неваде шесть недель. Это означает, что Минерва жила в доме Дрексела
летом. Если Элен была на каникулах дома, вполне возможно, что она хорошо
знает Минерву. В понедельник днем машина Дрексела была у нас на стоянке.
Можно выяснить, где сейчас Элен?
Дрейк дал соответствующие инструкции по телефону.
- Что еще, Перри? - спросил он.
- Пока ничего, - ответил Мейсон.
- Немедленно приступайте к делу, - сказал Дрейк в трубку, - и давайте
мне знать сразу же, как только что-нибудь выясните.
Дрейк повесил трубку.
- Посмотри, Пол, сколько различных вариантов в этом деле, - сказал
Мейсон. - Если адвокат, действительно хочет представлять интересы клиента,
ему приходится выполнять большой объем следственной работы, и чем больше
он делает, тем больше остается сделать.
- Да, - согласился Дрейк. - Каковы твои шансы, Перри?
- В данный момент, - сказал Мейсон, - освободить Аделлу Хастингс в
ходе предварительного слушания вряд ли удастся. Шансов почти никаких. Мы
можем добиться этого на Суде Присяжных, потому что там обвинение не сможет
доказать, что кто-то не подменил револьвер, а у нас имеется большое число
косвенных доказательств того, что это было сделано. Обвинение не может
выиграть дело Аделлы Хастингс, если не докажет, что убийство осуществлено
с помощью револьвера, который был в ее сумочке. Пока по делу проходят два
револьвера: один, купленный Гейрвином Хастингсом некоторое время назад, а
другой, который он приобрел вскоре после женитьбы на Аделле. Сейчас можно
считать, что револьвер, который мы будем называть "револьвером Аделлы",
был куплен в последнюю очередь, а револьвер, который обозначим
"револьвером Гейрвина", был использован для совершения убийства.
- Ты упускаешь из виду, что на револьвере, из которого совершили
убийство, есть отпечаток пальца обвиняемой.
- Нет, не упускаю, - возразил Мейсон. - Исходи из того, что
обвиняемая была замужем за Гейрвином Хастингсом и в течение некоторого
времени жила в его доме. У Гейрвина Хастингса был револьвер. Ночью,
возможно, он держал его под подушкой. Обвиняемая могла пользоваться лаком
для ногтей или жидкостью для снятия лака и коснуться средним пальцем
револьвера. Нельзя исключать, что она ела пирожное. Отпечаток пальца
представляет собой затвердевшее вещество. Другими словами, такой отпечаток
мог быть оставлен в любое время.
- Это довольно убедительная теория, Перри, - заметил Дрейк, - но ты
вряд ли сможешь доказать ее.
- Я и не буду ничего доказывать, - улыбнулся Мейсон. - Мне нужно
только зародить сомнение в уме одного из двенадцати присяжных заседателей.
- Возможно, ты единственный человек, который в состоянии сделать это,
- заметил Дрейк несколько скептически.
Официант принес заказанный обед. Мейсон прекратил ходить по комнате,
сел к столу и с аппетитом принялся за еду.
Внезапно адвокат щелкнул пальцами.
- Мне кажется, я нашел, Пол! - воскликнул он.
- Что?
- Ответ, который нам нужен. Свяжись по телефону со своим офисом, Пол.
Пусть кто-нибудь поедет в аэропорт Лас-Вегаса и узнает имена людей,
которые брали напрокат автомашины.
- Что ты ищете? - спросил Дрейк.
- Я реализую свою теорию, Пол. Возможно, мне удастся убедить
присяжных заседателей, что она разумна.
- Ты думаешь, что сможешь показать, что произошло в действительности?
- Я надеюсь показать, - сказал Мейсон, - что могло случиться, а
обвинение не сможет доказать, что этого не могло произойти.
В два часа дня зал, в котором проводил судебное заседание судья
Фейллон, была переполнена.
Пол Дрейк прошептал Перри Мейсону:
- Посмотри, на заседание пришел окружной прокурор Гамильтон Бергер.
Это что-то значит. Очевидно, обвинение подготовило тебе серьезный сюрприз.
Мейсон кивнул.
Надзирательница ввела в зал Аделлу Хастингс. Повернувшись к ней,
Мейсон шепнул:
- Аделла, один момент дела беспокоит меня.
- Только один? - невесело усмехнулась обвиняемая.
- Да, - улыбнулся Мейсон, - только один. Когда Симли Бейсон давал
показания, он боялся, что заместитель окружного прокурора задаст ему
какой-то вопрос.
- Бедный Симли, - сказала Аделла Хастингс. - Он хочет помочь мне,
хотя знает, что власти готовы арестовать его за лжесвидетельство,
соучастие в преступлении и за многое другое.
- Когда вы ушли из дома Хастингса в понедельник утром?
- Я ушла рано. Где-то около
...Поділитися у соцмережах
