Жанр: Детектив
Испытай себя
... сам. Еще он
намекнул, что нежелательно торопиться
сообщать несчастным родителям об этой трагедии.
- Но я, конечно, могу рассказать Фионе, - запротестовала Ди-Ди.
- Фиона, это кто? - нахмурился Дун, пытаясь что-то вспомнить.
- Фиона Гудхэвен, владелица Гвоздички.
- Вспомнил. Нет, ей тоже нельзя рассказывать. В особенности ей. Мне важно
услышать от людей их спонтанные мысли,
соображения, впечатления, а не подготовленные монологи после многочасовых
совместных обсуждений с друзьями. Я
заметил, что первое мнение яснее и наиболее ценно.
Говорил он убедительно, но без командных ноток в голосе - в результате ДиДи
согласилась отказаться от своего намерения.
Она не спросила, что явилось причиной смерти. Если бы из слов Дуна она уловила
намек на убийство, Ди-Ди так бы не сделала.
Видимо, не спросила из скромности.
Дун попросил отвести его в конюшни. Я же предупредил его, чтобы при
разговоре с Мэкки, помощницей и невесткой
Тремьена, он. учитывал ее беременность.
Он бросил на меня острый взгляд.
- Я вижу, вы человек тактичный, - заметил я. - Постарайтесь смягчать удары.
В его взгляде я не прочел особой уверенности, он никак не отреагировал на
мою просьбу - ни в положительном, ни в
отрицательном смысле. Когда мы появились на конюшенном дворе, оказалось, что
Мэкки уже ушла. Застали мы одного Боба
Уотсона, который, вооружившись пилой, молотком и гвоздями, мастерил новые
крепления для хранения седел. Встретил он
нас на пороге мастерской, явно недовольный, что его побеспокоили.
Я представил Боба Дуну, а Дуна - Бобу. Дун сообщил ему, что случайно
найдены человеческие останки, принадлежащие,
вероятнее всего, Анжеле Брикел.
- Нет! - воскликнул Боб. - Не может быть. Несчастная сучонка. Что с ней
случилось? Свалилась в каменоломню?
Отсутствующим взглядом Боб посмотрел на деревянную заготовку, которую
держал в руках: казалось, он забыл, что с ней
надо делать.
- Почему вы так говорите, сэр? - внимательно спросил Дун.
- Манера речи, - Боб пожал плечами. - Я всегда считал, что она просто
смылась. Хозяин клялся, что это она накормила
Гвоздичку шоколадом, но я так не считал. Всем известно: этого нельзя, делать. Ну
ладно, кто же нашел ее? Куда она сбежала?
- Ее обнаружили совершенно случайно, - повторил Дун. - У нее были какиенибудь
неприятности с дружком?
- Не имею понятия. У нас здесь двадцать конюхов - мужчин и девушек. Они
постоянно приходят и уходят. Сказать по
правде, я плохо ее знал, помню только, что она была очень сексуальная. Спросите
миссис Гудхэвен, та была к этой девушке
очень добра. Порасспрашивайте девушек, некоторые из них жили с ней вместе в
одном общежитии. Почему вы спросили о ее
дружке? Она что, замахнулась на какую-нибудь шишку? И сбежала с ним? Я прав?
Дун не ответил ни да, ни нет, и я осознал его идею, заключающуюся в
предпочтении выслушивать неподготовленное мнение
и первичные заключения заранее не посвященных в суть происшествия людей.
Они еще беседовали в течение некоторого времени, но, насколько я мог
судить, никакой новой информации инспектор Дун
не выудил.
- Вы хотите встретиться с Мэкки, - сказал наконец Боб. - Это молодая миссис
Викерс. Здешние девушки рассказывают ей то,
чего никогда не рассказали бы мне.
Дун кивнул, и я повел его вместе с вездесущим Ричем вокруг усадьбы на
половину Перкина и Мэкки; мы подошли к входу,
и я позвонил. Открыл сам Перкин. Он был одет в комбинезон цвета хаки, вылитый
мастеровой, от него приятно пахло деревом
и льняным маслом.
- Привет, - поздоровался он, увидев меня. Он был явно - удивлен моему
визиту. - Мэкки в ванной.
На этот раз инициативу перехватил Дун и представился сам, причем весьма
официально.
- Я пришел сообщить миссис Викерс, что найдена Анжела Брикел, - доложил он.
- Кто? - равнодушно переспросил Перкин. - Я и не знал, что кто-то пропадал.
Я не знаю никакой Анжелы... Анжелы... как вы
сказали?
Дун терпеливо объяснил, что эта девушка исчезла около семи месяцев тому
назад. Анжела Брикел.
- Боже праведный! На самом деле? А кто она? - неожиданно он встрепенулся,
как будто о чем-то вспомнив. - Не та ли это
девушка-конюх, которая сбежала от нас полгода назад? Я помню, вокруг этого дела
была какая-то возня.
- Она самая..
- Вот и прекрасно. Моя жена будет рада, что девушка нашлась. Сейчас я
сообщу ей.
Он повернулся и, зайдя в прихожую, сделал движение, чтобы закрыть за собой
дверь, однако Дун осадил его:
- Мне бы хотелось поговорить с миссис Викерс лично.
- Что? Хорошо. Тогда заходите и немного подождите. Джон? Зайдете?
- Благодарю..
Он провел нас на кухню, которая служила и столовой. Здесь мне еще не
приходилось бывать. Он предложил нам
разместиться в ротанговых креслах, стоящих вокруг круглого стола, выполненного
из толстого стекла на трех опорах в
готическом стиле. Портьеры и чехлы на стульях были вышиты цветами белого и
черного цвета на темно-бирюзовом фоне. Вся
обстановка в кухне была суперсовременной.
- Мэкки испытывает слабость к экстраординарности, иногда это идет вразрез с
хорошим вкусом.
- Это здорово. Легкий характер.
Эта моя реплика, видимо, немного задела его, однако отреагировать он не
успел, ибо в этот момент появилась Мэкки -
волосы ее были мокры, выглядела она свеженькой и довольной жизнью. Первые
осторожные слова Дуна вызвали у нее такую
же реакцию, что и у остальных:
- Шикарно. Где же она?
Постепенное осознание реальных фактов начисто стерло с ее лица довольную
улыбку, она побледнела. Мэкки слушала
вопросы, отвечала на них, никак не смущаясь, что ее могут заподозрить в
причастности к этому делу.
- Вы говорите, что либо она сама убила себя, - сказала она безучастным
голосом, - либо... ее кто-то убил.
- Я не говорил этого, мадам.
- И то хорошо, - вздохнула она. - Все эти вопросы о допинге... о дружках. О
боже! - она на секунду закрыла глаза, затем
вновь распахнула их и посмотрела на Дуна и на меня.
- Месяц за месяцем нас преследовали неприятности, связанные с Олимпией и
Ноланом, нас замучили своими вопросами
телевизионщики и репортеры, которые постоянно толклись в нашем доме, и вот,
когда мы вздохнули более или менее
спокойно, все начинается сначала. Я не вынесу этого... не вынесу... неужели все
сначала?
ГЛАВА 10
По просьбе Дуна я воспользовался "лендровером" Тремьена. Мы отправились в
близлежащую деревеньку и остановились у
подъездной аллеи к поместью Гарри и Фионы. Меня удивило, что он по-прежнему
желает видеть меня рядом с собой, и я
прямо сказал ему об этом. € какими-то едва уловимыми торжествующими интонациями
он объяснил, что по опыту знает, как
люди пугаются полицейских офицеров, в присутствии же знакомых они чувствуют себя
менее скованными.
- А разве вы не хотите, чтобы они ощущали страх? - спросил я. - Насколько
мне известно, многим полицейским нравится
работать в такой обстановке.
- Я - не многие полицейские. - В его голосе я не услышал обиды и
недовольства моим замечанием. - У меня свои методы
работы, сэр, и, пусть они даже отличаются от стиля, практикуемого моими
коллегами, я все равно добиваюсь результатов, и
зачастую небезуспешных. Может, своей манерой расследования я и не достигну
высоких чинов и званий. - На его лице
мелькнула улыбка. - Но уверяю вас, я никогда не отказывался от сложных дел.
- Я и не сомневаюсь в этом, инспектор.
- У меня у самого три дочери, - вздохнул он, - и подобного рода дела мне
более всего не по душе.
Мы вышли из машины перед фасадом роскошного особняка в георгианском стиле,
где жили Фиона и Гарри.
- Никогда не стройте предположений, не имея на то достаточных оснований, -
рассеянно проговорил он, будто бы давая мне
совет - Вам наверняка известны два пресловутых слова, которые произносят
полицейские, когда у них разваливается дело? Я
покачал головой.
- - "Я предполагаю", - улыбнулся он.
- Никогда не забуду.
Он мягко взглянул на меня и в своей спокойной манере предложил наконец
зайти в усадьбу Гудхэвенов.
Как оказалось, в доме была одна Фиона, которая открыла нам дверь кухни.
Одета она была в темно-голубой сшитый на заказ
костюм и белую шелковую блузку, на шее болтались золотые украшения, ноги - в
черных туфлях на высоком каблуке; я сразу
же почувствовал, что она куда-то торопится.
Когда она увидела меня, на лице ее появилась извиняющаяся улыбка:
- Джон, - сказала она, - чем обязана вашему визиту? Я собираюсь на обед.
Может быть, поговорим позже?
- M-м... - замялся я. - Со мной старший инспектор Дув из полицейского
участка долины Темзы. Вместе с ним констебль
Рич.
- Полиция? - озадаченно спросила она. Она не могла скрыть сильнейшую
тревогу.
- Что-нибудь случилось с Гарри?
- Что вы, что вы, с Гарри все в порядке. Впрочем, не совсем так. Речь идет
об Анжеле Брикел. Она нашлась.
- Анжела?.. Я рада. Где же она пропадала?
Я удивился находчивости Дуна, который своим молчанием дал ей возможность
понять, - что все обстоит не так просто и ей
явно придется выслушать неприятные известия.
- Бог мой, - промолвила Фиона. - Неужели она мертва?
- Да, боюсь, что так, мадам, - кивнул Дун. - Я вынужден задать вам
несколько вопросов.
- Да, конечно... но, - она взглянула на часы, - может быть, чуть позже? Это
не просто обед, я приглашена на него в качестве
почетного гостя.
Мы все еще стояли на пороге кухни. Без лишних слов Дун протянул ей карточку
и спросил, знает ли Фиона изображенного
на ней мужчину.
- Разумеется. Это Гарри, мой муж. А рядом с ним моя лошадь Гвоздичка. А где
вы взяли эту фотографию?
- Из сумочки погибшей девушки.
Лицо Фионы исполнилось добротой и жалостью:
- Анжела так любила Гвоздичку.
- А нельзя ли мне прийти, когда ваш муж будет дома? - предложил Дун.
- Конечно, приходите, - с облегчением вздохнула Фиона. - Сегодня вечером
после пяти или завтра утром. Завтра он будет...
м-м... примерно до одиннадцати. Пока, Джон.
Оставив дверь открытой, она влетела в дом, чтобы тут же выйти. через другую
дверь, закрыть ее, подбежать к нам, затворить
дверь кухни, сунуть ключ под валун ("Эге! " - неодобрительно сказал про себя
Дун), вскочить в свой БМВ и с.
развевающимися волосами махнуть на прощание нам, рукой.
- Если бы вам нужно было описать ее одним словом, - обратился ко мне Дун, -
то какое бы вы выбрали?
- Непробиваемая.
- А вы не полезли за словом в карман.
- Она и на самом деле такова. Непоколебимая.
- А долго ли вы ее знаете?
- Как и других, примерно десять дней.
- Гм, - промычал Дун. В отличие от вас у меня не будет десяти дней, чтобы
жить в их обществе. Позвольте вновь спросить
вас, что это за люди? В присутствии полицейского многие начинают вести себя
неестественно.
- Фиона не лицемерила. Да и никто из тех, с кем вы разговаривали сегодня
утром, не лицемерил.
- Пожалуй. Но я не со всеми встречался. Однако есть такое понятие, как
родственная верность... Я читал судебные отчеты о
том процессе, прежде чем приехать сюда. Здесь в округе верность своим - это не
пустой звук, согласитесь? Непоколебимая,
непробиваемая, ведь так?
Внешне Дун выглядел невзрачно, а его певучий беркширский акцент действовал
на окружающих обезоруживающе, однако
за обликом размазни скрывался внимательный и умный наблюдатель. После этих его
слов я внезапно поверил тому, в чем
сомневался раньше: он, несомненно, доводил до логической развязки большинство
своих дел,
Дун выразил желание поговорить с остальными девушками-конюхами до того, как
они узнают обо всем из чужих уст, а
также с мужчинами-конюхами, но почему-то начать он решил с девушек.
Я довез Дуна и Рича до конюшен, и мы остановились у женского общежития.
Раньше мне здесь бывать не приходилось. Это
было небольшое современное здание, стоявшее в тупике. Тремьен как-то сказал мне,
что приобрел его по дешевке, а затем
отстроил.
Я сказал Дуну, что не всех девушек знаю по именам, а вижусь с ними лишь на
утренних проездках и на вечерних осмотрах
конюшен.
- Этого вполне достаточно, - заметил Дун. - Зато они все знают всю. Можете
сказать им, что я не людоед.
Не будучи абсолютно уверен в себе, я тем не менее сделал так, как он
просил.
Мы зашли в комнату, и Дун по-хозяйски уселся на цветастой софе. Повсюду
стояли горшочки с цветами, на кроватях
лежали подушки и подушечки, по столам были разбросаны журналы мод и бесчисленные
фотографии лошадей. Ничтоже
сумняшеся Дун сообщил девушкам, что, вполне возможно, Анжела Брикел умерла в тот
день, когда исчезла после вечерней
проездки. Он также добавил, что найдены ее останки, обрывки одежды, сумочка, и
спросил, не осталось ли тут еще какихнибудь
ее вещей. После отрицательного ответа он задал свой традиционный вопрос:
- А не складывалось ли у вас впечатление, что Анжела давала лошадям
стимуляторы? Может, у нее были трения с
дружками?
Из шести присутствовавших девушек с нею приходилось работать только
четверым. Все четыре нашли эту идею смешной -
Анжела никогда не связывалась с допингом. Одна из девушек сказала, что Анжела
была скрытна, у нее часто случались
перепады настроения, поэтому они с ней не очень дружили и не имеют
представления, был ли у нее дружок. Они не исключили
возможности того, что с Сэмом у нее что-то было, но это считалось у них в
порядке вещей. Сэм Ягер - профессиональный
жокей, этих баб он объездил больше, чем лошадей.
Девушки застенчиво захихикали. Дун, отец трех дочерей, никак не
отреагировал на их смех, он был несколько разочарован..
- Анжела и Сэм ссорились?
- С Сэмом невозможно ссориться, - сказала самая смелая из девушек. - С ним
можно только в постель. Или на сеновал.
Новый всплеск смешков.
Девушкам не было и двадцати, но они уже многого нахватались и жили
надеждами.
- Никто не воспринимает Сэма всерьез, - сказала самая смелая. - С ним
просто весело. Он и из этого сделает шутку. Если не
хочешь идти с ним, достаточно просто сказать "нет". Мы и говорим "нет". Он
никого никогда не принуждает.
- Но ведь время от времени кто-то же с ним ходит, - возмутились остальные.
После этих слов у меня сложилось впечатление, будто Дун решил, что и Анжела
вполне могла пойти с Сэмом, и. в этом не
было ничего странного.
Смелая девушка, которую звали Тэнси, спросила, когда нашли эту сучонку.
- Когда? - насторожился Дун. - Ее нашли в прошлое воскресенье утром. Хочу
заметить, что тот, кто ее обнаружил, не очень
торопился оповестить власти, поскольку она уже была мертва в течение довольно
долгого времени, затем этот человек все же
позвонил в полицию, связался со мной в то время, когда я дремал после моего
любимого пудинга, приготовленного моей
женой, - отличное блюдо, должен вам сказать, - а поскольку это было уже вечером,
то только в понедельник утром я выехал на
место происшествия и мы начали расследование, имея на руках списки пропавших, в
основном беглецов, проституток и
наркоманов, поняли? И только вчера нам принесли ее сумочку с этим медальоном,
поэтому я и пришел к вам, чтобы выяснить,
не та ли девушка служила у вас конюхом. В моих списках она числится пропавшей.
Если я вас правильно понял, то это именно
она.
Он протянул им фотографию. Его убаюкивающий голос действовал на них
успокаивающе, и они с интересом уставились на
снимок.
- Это Гвоздичка, - согласились они.
- А вы уверены, что можете отличить одну лошадь от другой?
- Естественно, если их видишь каждый день.
- А мужчина?
- Мистер Гудхэвен. Дун поблагодарил их и забрал фотографию. Констебль Рич
что-то медленно писал в своем блокноте.
Девушки не обращали на него никакого внимания.
Дун спросил их, не было ли у Анжелы Брикел, случаем, собаки.
Заинтригованные девушки ответили, что не было.
- А чем вызван ваш вопрос?
- Рядом был найден собачий ошейник и изжеванный мячик..
- Ни у кого из нас собаки нет и никогда не было, - ответила Тэнси.
Дун поднялся, собираясь уходить, и сказал девушкам, что, если будут
новости, пусть они немедленно связываются с ним.
- Какого рода новости? - спросили они.
- Теперь вы знаете, что она мертва, - добрым голосом сказал Дун. - Нам же
необходимо выяснить, почему и как это
случилось. Это важно для правосудия. Если однажды мертвой найдут кого-нибудь из
вас, вы же захотите узнать, что с вами
приключилось, не так ли?
- Конечно, - согласились они.
- Что же с ней сталось? - спросила Тэнси.
Дун хотел было погладить ее по голове, но сдержался. Этот жест явно уронил
бы его в их глазах. Эти девушки были
слишком уж независимы и самоуверенны.
- Прежде нам нужно будет навести некоторые справки, - уклончиво ответил
Дун. - Ждите официальных сообщений.
На этом мы и попрощались. Наш дальнейший путь лежал к. общежитию неженатых
конюхов, рядом с которым
располагался коттедж Боба Уотсона.
В отличие от женского обиталище мужчин представляло собой иную картину:
никаких горшочков с цветочками, никаких
подушек и подушечек - сплошные обрывки газет, пустые пивные банки,
порнографические журналы, грязные тарелки и
испачканные глиной жокейские сапоги. Роднило их только наличие телевизора с
видеомагнитофоном.
Все конюхи уже знали о происшествии, поскольку Боб Уотсон уже успел кому-то
из них об этом ляпнуть. Никто из них (так
же, как и девушки) не выказал сожаления. И они тоже ничего не смогли добавить к
уже известному.
- - В седле она была ничего себе, - сказал кто-то, пожимая плечами.
- Да и в кровати, я полагаю, тоже, - брякнул другой. Конюхи все с первого
взгляда признали Гвоздичку, а один попросил
инспектора оставить ему фотографию.
- Зачем она вам нужна? - спросил Дун.
- За этой лошадью сейчас хожу я. Мне бы хотелось иметь снимок.
- Сфотографируйте ее сами, - посоветовал ему Дун. - Эта карточка по закону
принадлежит родителям покойной.
- Ну, - требовательно спросил он меня, когда мы вышли, - что вы об этом
думаете?
- Это ваша задача - думать, - возмутился я. На его губах промелькнула
улыбка.
- Поживем - увидим. Если придет что-нибудь на ум, то сообщите мне. Я готов
выслушать каждого, кому будет что сказать.
Я не гордый. Любой ответ я не оставлю без внимания. Пусть об этом знают все.
Побеспокойтесь об этом.
- Постараюсь.
В нашем доме в Шеллертоне в самый разгар суеты, которая длилась вот уже
несколько дней, раздался телефонный звонок. И
как бы Дун ни пытался скрыть эту новость, известие о смерти еще одной девушки,
связанной с имением Тремьена, стало
достоянием всей округи. Отовсюду нахлынули газетчики, требовавшие информации.
Ди-Ди вновь и вновь повторяла, что она
ничего не знает. Она была уже. доведена до слез, когда я наконец забрал у нее
телефонную трубку. Вежливо и доброжелательно
я сообщил, что не располагаю никакими фактами.
Вся пятница прошла у меня в работе над книгой и в ответах на бесконечные
телефонные звонки. Дун не появлялся. В
субботу я узнал, что за это время он навел ужас - на все местное население.
Возвратившись, Тремьен осведомился, не захочу ли я отправиться в Сандаун
вместе с Фионой, Гарри и Мэкки, чтобы
несколько развеяться, сам же он намеревался выехать с пятью скакунами в Чепстоу,
чтобы договориться с владельцами о двух
забегах:
- Извините мою беспардонность, но я хочу попросить вас отнести вещи Мэкки.
В соответствии со своими несколько старомодными взглядами, которые Мэкки
даже одобряла, Тремьен считал всех
беременных женщин существами весьма хрупкими. Я подумал, неужели отец не
понимает, что Перкину может не понравиться
моя чрезмерная галантность по отношению к его жене.
- Фиона и Гарри подвезут Мэкки. Я прослежу за тем, чтобы они захватили и
вас, но, это само собой разумеется, если в
машине найдется местечко.
Местечко в машине нашлось.
В назначенное время они подобрали меня и Мэкки. Как я заметил, они были
чем-то серьезно озабочены.
За рулем сидел Гарри. Фиона все время крутилась, чтобы поговорить: она
хотела сообщить Вам с Мэкки, причем в голосе ее
звучала неподдельная тревога, о том, что Дув нанес ей уже два визита: первый -
весьма дружелюбный, а второй - угрожающий.
- Утром с инспектором было легко ладить, он о чем-то безобидно болтал. А
после обеда, в самую жару... - ее передернуло, -
приехав в машине и будучи совершенно усталым... фактически обвинил Гарри в том,
что он задушил эту паршивку.
- Что? - поразилась Мэкки. - Это же смешно.
- Вряд ли Дун думает так, - мрачно заметил Гарри. - Инспектор сказал, что
она была определенно задушена. А он показывал
вам мою фотографию, где я снят вместе с Гвоздичкой?
- Да, - сказали мы с Мэкки.
- Эта фотография явно увеличена. Он сказал мне, что хочет поговорить со
мной наедине, без Фионы, и показал мне
увеличенную фотографию, где был только я. Он попросил меня подтвердить, что я
снят в своих собственных солнечных очках.
Я признал это. Затем он спросил меня, мой ли на мне ремень, я сказал, конечно.
Он обратил мое внимание на пряжку, и я
ответил, что чужих вещей я не ношу. После этого он поинтересовался авторучкой на
снимке, и я был вынужден согласиться,
что она тоже моя... он загнал меня в угол, и я не мог понять, что все это может
значить.
На мгновение он прервался, а затем с подавленным видом продолжал:
- Этому трудно поверить, но все, что нашли рядом с ней: очки, ремень,
ручка, - все это принадлежало мне. Понятия не имею,
где ее нашли, - а Дун по каким-то причинам мне об этом не сказал, - но я не
знаю, как они оказались там. Я сказал Дуну, что не
видел этих вещей уже бог знает сколько времени, и он ответил, что верит мне...
Инспектор же предположил, что они были у
Анжелы, что, дескать, я оставил их у нее.
Гарри смолк и больше на эту тему не сказал ни слова.
- Дун потребовал точно сказать, где был Гарри в тот день, когда пропала
девушка, к тому же он заметил, что, возможно, ему
придется взять у Гарри отпечатки пальцев, - в голосе Фионы смешались негодование
и тревога.
- Он уверен, что это я убил ее, - сказал Гарри. - Это совершенно очевидно.
- Это просто смешно, - опять сказала Мэкки. - Ведь он же тебя не знает.
- Где же вы в конечном счете были в тот день? - спросил я. - У вас же может
быть прекрасное алиби.
- Может быть, - отозвался Гарри. - Но я не помню где. Разве можно с
определенностью сказать, что ты делал во вторник
днем на второй неделе июня прошлого года?
- С определенностью вряд ли, - согласился я.
- Если бы это случилось на третьей неделе, - сказал Гарри, - то у меня было
бы алиби. Мы были на скачках в Эскоте.
Королевские скачки. Собирается вся знать.
- У нас есть записная книжка-календарь, где я фиксирую все важнейшие
события и встречи. Я просмотрела записи за
прошлый год. Никаких помет, относящихся к этому второму вторнику. Никто из нас
не помнит, что мы тогда делали.
- Может быть, работали, с кем-нибудь встречались? - предположил я.
Гарри и Фиона в один голос ответили, что нет. Фиона, хоть и являлась членом
нескольких благотворительных комитетов,
однако в тот день в заседаниях не участвовала. Гарри, чье собственное состояние
не уступает Фиониному, в прошлом, как
сообщил мне раньше Тремьен, работал консультантом в преуспевающей фирме,
занимающейся производством автомобильных
покрышек. Получив наследство, он не бросил прибыльную работу консультанта и
время от времени консультирует другие
частные компании. Каких-либо консультаций в июне прошлого года он вспомнить не
может.
- В конце мая прошлого года мы ездили в Аттокстер на скачки, в которых на
Гвоздичке должен был выступать Нолан, - с
тревогой в голосе заговорила Фиона. - Анжела была там и ухаживала за лошадью.
Именно тогда анализ показал наличие в
крови лошади теобромина и кофеина, и если это даже не она сама накормила ее
шоколадом, то разрешила это сделать комунибудь
другому. Может быть, это было халатностью, Так или иначе, Гвоздичка
победила в своем заезде, и Анжела вернулась
вместе с лошадью в Шеллертон. Несколькими днями позже мы виделись с ней и
вручили дополнительный подарок - нам
нравилось, как она присматривает за лошадью. Я имею в виду, что успех скакуна
частично зависит от того, как за ним
ухаживают. С того времени я больше эту несчастную не видела, во всяком случае,
не могу припомнить.
- И я тоже, - добавил Гарри.
На протяжении всего дальнейшего пути в Сандаун они вновь и вновь
возвращались к этой теме, и мне стало абсолютно
ясно, что, с того момента как Дун предъявил для опознания вещи Гарри, ни о чем
другом они не могли говорить..
- Вероятно, кто-то подбросил эти вещи, чтобы подозрение пало на твоего
мужа, - безрадостно предположила Мэкки.
Фиона согласилась с ней, но заметила, что Дун так не думает.
- Дун уверен, что это непредумышленное убийство. Я спросил, почему он так
думает. Дун ответил, что большинство
совершаемых убийств непредумышленные. Бесполезные. Он также добавил, что те, кто
совершает непредумышленные
убийства, находясь в сильном волнении, оставляют на месте преступления свои вещи
и сами не знают об этом. Я заметил, что
не могу даже припомнить случая, когда бы я разговаривал с ней один на один -
только в присутствии жены. Он же просто
уставился на меня, явно не веря ни одному моему слову. Скажу вам откровенно,
друзья, он лишает меня присутствия духа.
- Ужасно, - воскликнула Мэкки. - Безнравственно. Гарри, хоть и старался
сохранить твердость в голосе, был явно не в своей
тарелке и вел машину очень неаккуратно - то притормаживал, то рывком набирал
скорость. Фиона сообщила, что они, будучи в
плохом настроении - им сейчас не до развлечений, думали отказаться От поездки в
Сандаун, но потом согласились, что из-за
подозрений Дуна абсурдно рушить все свои планы.
Подозрения же инспектора, тем не менее, действовали на них явно удручающе и
выводили из равновесия. Больно было
смотреть на группу подавленных людей, с парадной площадки наблюдающих за
церемониальным выездом Гвоздички,
знаменитой охотничьей лошади Фионы, перед началом скачек на приз Уилфреда
Джонсона..
На сей раз, надеялись они, дело должно обойтись без шоколада.
Фиона рассказала Нолану об обвинениях Дуна. Нолан не преминул тут же
заметить Гарри, что теперь он на своей шее
испытает все прелести подозрения в убийстве и, может быть, задний числом
переоценит отношение к нему, Нолану: будет
более снисходительным. Гарри это не понра
...Закладка в соц.сетях
