Жанр: Детектив
Ключ от венеции
...ная спортивная машина взревела на старте, отправляясь в путь. С поворота
долетел визг резины шин. Распахнув наружную дверь и прыгая через ступеньку, Филипп
выскочил на улицу.
Легкий голубой шлейф выхлопных газов, плававший в воздухе, - все, что оставила
умчавшаяся машина. Улица была пуста, если не считать его собственного автомобиля,
стоявшего у тротуара. Закурив ещё одну сигарету, он задумчиво двинулся к "лянче", так и
не решив, что же делать дальше.
Подойдя поближе, он заметил странный предмет, свисающий из-под крышки
багажника. Золотая цепочка сверкала на солнечном свете гораздо ярче, когда-то на
жилете Квейла в полумраке антикварного салона...
Филип рывком открыл багажник и едва успел подхватить вываливающееся тело
Квейла. Меж лопаток торчал нож, вошедший в тело по рукоятку.
ГЛАВА 6
Инспектор Гайд сидел в кабинете Бертрама Ланга, сознавая, что здесь он не
слишком желанный гость. Дело в том, что инспектор Ланг возглавлял расследование
убийства Томаса Квейла. Энергичный, крепко сбитый молодой человек цветущего
здоровья с властными манерами, тот нисколько не сомневался в своей способности
обойтись собственными силами и негодовал из-за вмешательства человека из СкотландЯрда.
- Надеюсь, вы согласитесь, инспектор, что нужный нам человек - Хольт, -
говорил Ланг, откинувшись назад и опасно балансируя на задних ножках кресла. - Нет
никаких сомнений в том, кому принадлежат отпечатки пальцев на рукоятке орудия
убийства.
- О да, на ноже, - спокойно отреагировал Гайд. - А как это объясняет мистер
Хольт?
- Совершенно неубедительно, - усмехнулся Ланг. - Говорит, что схватился за
тело, чтобы оно не вывалилось из багажника, и по чистой случайности дотронулся рукой
до рукоятки ножа. Откровенно говоря, я ему не верю.
Гайд поморщился, но промолчал. Инспектор Ланг так резко подался вперед, что
его кресло опасно затрещало.
- Хольт имел для этого прекрасную возможность и сколько угодно времени,
находясь в салоне. Он сам это признает. Все, что ему оставалось сделать после ухода
покупательницы, это всадить нож в Квейла, сунуть тело в машину, которую он обду манно
поставил у самого выхода из подвала, и уехать.
- Но он же так не сделал, - мягко заметил инспектор Гайд. - Вместо этого он
позвонил в Лондон и попросил меня немедленно приехать, потом позвонил сюда, в
местную полицию.
- Блеф! Чистый блеф! Парень не решился возить труп в машине, вот и придумал
небылицу о каких-то людях, которые приникли в подвал, оглушили Квейла, а затем
воткнули ему в спину нож. Откровенно говоря, я этому не верю!
Гайд промолчал.
- Кроме того, у Квейла в городе хорошая репутация, и невозможно найти
разумных оснований для его убийства. Он бы даже муху не обидел. А вот Хольт мне
кажется очень подозрительным типом.
- И что именно наводит вас на такую мысль?
- Ну, вы же сами сказали, что он замешан в деле об убийстве в Мейденхеде - у
него сомнительное алиби и кругленькое наследство в результате смерти брата. Добавьте к
этому, что он докучал сестре Квейла, а также странные причины, которые, по его словам,
привели его в Брайтон... Совершенно ясно, что парень что-то разыскивает.
- Вот тут я склонен с вами согласиться.
- Ну, наконец-то! Но что бы это ни было, у Квейла либо этого не оказалось, либо
он не пожелал с ним расставаться. Тогда Хольт выходит из себя, они схватились и для
Квейла это добром не кончилось.
Вынув из кармана кисет, Гайд стал безмятежно набивать табаком трубку, стараясь
не замечать чрезвычайно опасного наклона, который вновь придал своему креслу Ланг.
- Я признаю, - осторожно заметил Гайд, попыхивая трубкой, - что
обстоятельства в данный момент против мистера Хольта. Как вы сказали, о том что
произошло мы можем судить только с его слов. К тому же некоторые странные вещи он
вообще не в состоянии объяснить. Тем не менее, я не стал бы торопиться с выводами в
таком деле... - Он чиркнул спичкой и сосредоточился на своей трубке, в то время как
Ланг все скрипел креслом и всячески выражал свое нетерпение.
- Инспектор Ланг, могу ли я вас попросить... Я был бы вам весьма признателен,
если вы предоставите мне возможность поговорить с глазу на глаз с мистером Хольтом.
Как вы думаете, это можно устроить?
Ланг скептически фыркнул.
- Как хотите. Если вы сумеете узнать от него то, что не удалось нам...
- Мне кажется, всегда стоит попытаться. - Гайд сгладил остроту ситуации,
изобразив приятную улыбку. - Что-нибудь слышно о сестре убитого?
Ланг взглянул на часы.
- Думаю, она должна быть здесь с минуты на минуту. Вы и с ней хотите
беседовать наедине?
- О нет, в этом нет нужды. Между прочим, прошу извинить за любопытство, но,
как я понимаю, вы произвели очень тщательный обыск в магазине Квейла?
- Конечно! - раздраженно подтвердил Ланг. - Знаете, мы тоже кое-что умеем
делать!
Филипп Хольт подробно описал все события, Гайд его внимательно слушал.
- Здешний инспектор не понял, как я ни твердил о ключе, - с отчаянием говорил
Филипп. - Но, надеюсь, вы-то понимаете его важность?
- Скажем так, возможную важность. А вы, как я понял, попытались обменять его
на информацию?
- Примерно так.
- Ясно. И как только Томас Квейл собрался разговориться, вернулась
покупательница. Если бы не это, вы считаете, у вас был шанс?
- Тогда я так думал, но сейчас уже не уверен, - Хольт немного помолчал, потом
продолжил: - По-моему, миссис Сэлдон оглушила его тяжелой жардиньеркой.
Сомневаюсь, что она заколола его ножом, но кто-то другой легко мог это сделать, а потом
оттащить тело к моей машине.
- Но вы же сказали, что слышали, как он разговаривал с миссис Сэлдон, когда та
поднималась по лестнице.
- Да, я слышал, инспектор. По крайней мере, я думал, что слышал, но, должно
быть, кто-то имитировал его голос, чтобы одурачить меня.
Выбив потухшую трубку, Гайд задумчиво сказал:
- Да, конечно, только это всего лишь предположение.
- Но другого объяснения просто быть не может! Боже мой, инспектор, я
беседовал с человеком за пять минут до того, как его убили. Какое тут ещё объяснение?
- Остерегайтесь слишком поспешных выводов, мистер Хольт,
- Гайд покачал головой. - Некоторые факты надо оценить спокойно.
- Такие, например, как книга?
- Верно. И фотографиям солдата с женой тоже.
- Что ж, по крайней мере, вы теперь знаете, что я их не выдумал. Все они более
или менее одинаковые - репродукции с фотографии, которую показывал мне Рекс.
- Да, я понимаю, - отвечая, Гайд изучал фотографии: Филипп попросил его
приехать из Лондона в основном ради них.
- Между прочим, - заметил Филипп, - когда мы виделись последний раз, вы
собирались навестить Энди Вильсона. Вы с ним встретились, инспектор?
Гайд кивнул.
- Как он? Что сказал?
- Боюсь, не слишком много.
- Почему? Он до сих пор в тяжелом состоянии?
- Думаю, он выкарабкается, мистер Хольт. Но у меня создалось впечатление, что
он не горит желанием говорить.
- Может быть, он доверится мне?
- Возможно, сэр, - ответил Гайд после некоторого размышления. Бросив
фотографии на стол, после паузы сказал: - Жаль, что вы коснулись ножа.
- Да знаю я! - вздохнул Филипп. - Как только Ланг заговорил про отпечатки
пальцев, я понял, что влип. Но ведь даже дураку ясно, что Квейл мне нужен был живой,
чтобы мог говорить! И потом, если бы я хотел всадить нож ему в спину, то надел бы
перчатки.
- Только если бы убийство вы задумали заранее, мистер
Хольт. А инспектор Ланг склонен считать, что вы могли потерять над собой
контроль.
- Инспектор Ланг - просто... - горячо начал Филип, но умолк, увидев
входящего в комнату полицейского сержанта. Инспектор Ланг, - обратился тот к Гайду,
- просил передать, что интересующая вас миссис Кэртис прибыла.
- Благодарю вас, сержант. Я сейчас буду.
Беседа, происшедшая затем в кабинете Бертрама Ланга, доставила инспектору
Гайду немало удовольствия. Если бы миссис Кэртис прибыла в Брайтон одна, все прошло
бы гладко, но её сопровождал управляющий Дуглас Тэлбот, и вскоре Тэлбот и Ланг
столкнулись лбами, как два упрямых мула на узкой тропинке.
Хотя Ланг подчеркнуто адресовал вопросы миссис Кэртис, бледной от пережитых
потрясений и явно ещё не осознавшую до конца жестокую реальность - гибель брата,
ответы на них своим внушительным голосом давал Тэлбот.
- Послушайте, инспектор, я уверен, что миссис Кэртис хотела бы поскорее
вернуться в Мейденхед, - агрессивно начал он. - Поэтому, если вы можете свести свои
распросы к минимуму...
- Боюсь, что вам придется потерпеть, мистер Тэлбот, - не менее агрессивно
ответил Ланг. - Итак, миссис Кэртис, вы утверждаете, что никогда не слышали о миссис
Сэлдон и не имеете понятия, откуда у вашего брата эти фотографии и томик стихов?
- Она уже сказала вам... - вновь начал Тэлбот.
- Я спрашиваю миссис Кэртис, - настаивал Ланг, испепеляя взглядом Тэлбота.
Несчастная женщина только хлопала глазами и качала головой.
- Да, инспектор, фотографии для меня-абсолютная загадка, я никогда не видела
этих людей. Что касается книги, то ничего странного в том, что она была у Томаса, я не
вижу. Он был интеллигентный человек, любил все, что связано с искусством.
- Верно, миссис Кэртис, - мягко прервал её Гайд, - но вы, конечно, понимаете,
что это та самая книга, которую изучал Рекс Хольт, находясь в вашем отеле? И вас не
поражает такое странное совпадение?
Ванесса Кэртис беспомощно развела руками, пальцы её дрожали.
Тишину нарушил голос Тэлбота.
- Послушайте, джентльмены, я не собираюсь учить вас, как вести свои дела, -
Гайд вздрогнул, а Ланг уставился на Тэлбота, - но вам не приходило в голову, что
бедняга Томас, возможно, ничего не знал ни о фотографиях, ни о книге?
- Что вы хотите этим сказать? - удивился Ланг.
- Ведь вы узнали о них от Хольта после того, как Томас был убит?
- Да, верно.
- Вот именно! А разве не может Хольт лгать? Он может говорить что угодно,
Томас уже не в состоянии оспорить его слова. Разве не может быть, что Хольт привез эти
вызвавшие ваше подозрение предметы из Лондона и просто их подсунул?
В глазах Гайда мелькнула искорка интереса.
- Это действительно возможно, мистер Тэлбот. Но зачем ему это надо было?
- Ну вот, теперь вы хотите, чтобы я читал мысли Хольта. Думаю, это скорее ваша
работа. Я всего лишь хочу сказать, что за таким парнем, как Хольт, нужен глаз да глаз, не
то он вас проведет.
- Не можете ли вы уточнить свою мысль? - тут же встрял Ланг.
- Ну, если вы хотите, чтобы я говорил открытым текстом, инспектор, то
пожалуйста: Хольт - бессовестный лжец!
- В самом деле?
- Да. Он утверждал, что был удивлен, узнав, что его брат остановился в
"Королевском соколе".
- Продолжайте, - осторожно предложил Гайд.
- По-моему, он все время знал, что его брат находится в Мейденхеде. А сейчас
просто пытается всех обмануть. Он прекрасно знал, чем его младший брат занимался в
"Королевском соколе".
- И чем же он занимался? - спросил Гайд.
- Мне хотелось бы иметь возможность рассказать об этом вам, джентльмены. Но
спросите лучше Хольта.
Ланг, уже нетерпеливо вытянувший шею, едва не лопнул от досады.
- Это всего лишь предположение. Подтвердить свои слова вам нечем,, не так ли?
Тэлбот, самодовольно ухмыльнувшись, помахал указательным пальцем.
- Скажем так, мое предположение основано на факте.
- Каком факте? - рявкнул Ланг.
- На том факте, что по странному совпадению Филипп Хольт оказался в
дружеских отношениях с человеком, жившим в то время в нашем отеле.
- Кто это был? - быстро спросил Гайд.
- Джентльмен из Гамбурга - доктор Линдерхоф, - важно объявил Тэлбот и
улыбнулся с видом фокусника, вынувшего кролика из цилиндра.
Инспектор Ланг выглядел озадаченным, поэтому Гайд кратко объяснил, о ком идет
речь, и, переведя взгляд на Тэлбота, спросил:
- Вы можете это доказать?
- Да, конечно могу, инспектор. Вскоре после самоубийства Рекса Хольта доктор
Линдерхоф звонил по телефону. Я... э... случайно слышал часть разговора. Вы должны
понимать, что как управляющий я обязан знать обо всем происходящем в отеле -
официально и неофициально. Только так можно сохранить контроль над обстановкой.
"Другими словами, - подумал Гайд, - он подслушивал под дверью или на
коммутаторе".
- Я тогда не знал, с кем говорил Линдерхоф, - продолжал Тэлбот, - но когда
два-три раза было помянуто имя Рекса, я, естественно, стал прислушиваться.
- Продолжайте, - проворчал Ланг.
- Линдерхоф договорился со своим собеседником о встрече. Когда разговор
закончился, я проверил на ком мутаторе, какой был заказан номер. Номер оказался в
Вестминстере - номер фотостудии Хольта.
Последовавшая пауза была нарушена Гайдом, который спросил:
- Почему вы не сказали нам об этом раньше?
Управляющий отелем пожал плечами.
- В то время я просто не понял важности услышанного. Только сейчас, когда
Хольт оказался замешан в это ужасное убийство Томаса Квейла, я подумал, что моя
информация может иметь важное значение.
- Известно ли вам, мистер Тэлбот, - официально начал инспектор Ланг, - что
сокрытие от полиции жизненно важной информации влечет за собой...
- Инспектор, - Тэлбот протестующе взмахнул рукой, - все мы давно
наслышаны об этом. А что на самом деле? Попробуйте предложить полиции свою версию
- и вас попросят не совать нос не в свое дело. Похоже, вам всегда известно все заранее.
Лицо Ланга побагровело от гнева, а Гайд невозмутимо заметил:
- Вы не совсем правы, сэр.
- Говорит Гайд. Что нового, сержант?
На обратном пути в Лондон инспектор воспользовался специальным телефоном в
машине, чтобы связаться с сержантом Томпсоном.
- Есть новости, сэр. Наконец-то кое-что прояснилось с фотографией Шона
Рейнольдса.
- Вот как! Великолепно! Между прочим, похоже, что фотография Рейнольдса
играет какую-то роль в убийстве Томаса Квейла - у убитого было полно её отпечатков.
Так что вы хотели мне сообщить?
- Мы нашли пару, позировавшую для фотографии, сэр.
- Хорошо!
- Излишне говорить, что это не Рейнольдсы.
- А кто же?
Сержант Томпсон передал ему подробную информацию и был доволен, услышав,
как присвистнул, удивившись, его шеф.
- Любопытно, очень любопытно.
- Не правда ли? Полагаю, что в ближайшее время вы вновь посетите мистера
Филиппа Хольта, сэр?
- Ответ утвердительный, сержант.
В "бикини" Рут Сандерс выглядела весьма эффектно. Инспектор Гайд увидел её
мельком через дверь в студию, когда на следующий день посетил Филиппа Хольта. Лежа
на низком пляжном топчане на фоне нарисованных залитых солнцем пальм и
необыкновенно голубого Средиземного моря, Рут кокетливо улыбнулась ему и крикнула:
- Привет, инспектор! Извините, что не смогла открыть вам дверь - мистер Хольт
сказал, что я в неприличном виде.
- Для меня это было бы приятным сюрпризом, - отвечал Гайд, слегка
зардевшись.
Не скрывая неудовольствия, Филипп попытался прикрыть дверь, за которой
возлежала Рут, но инспектор, казалось, не торопился оторваться от соблазнительного
зрелища.
- Я не знал, что ваш секретарь выступает и в роли модели.
- Это исключение из правила, - сердито ответил Филипп. Сегодня должна
прийти профессиональная модель для рекламы лосьона "Солнечный ветер". А для
экономии времени мы обычно заранее готовим кадр - ставим свет и все прочее.
Рут проворно соскочила с топчана, закурила и, приняв вызывающую позу,
пожаловалась:
- Я просто бедная, никому не нужная дублерша, которая никогда не увидит себя
на обложке журнала "Вог".
- Рут, ради всех святых...
- Мистер Хольт обычно не позволяет мне позировать в костюме... - Она
неодобрительно указала на две полоски крас но-белой в горошек ткани, облегавшие её
тело. - Думаю, пора ему понять, что хорошие фигуры есть и у других девушек - не
только у этих высокомерных породистых моделей.
- У вас непристойные мысли, - рявкнул Филипп. - Накиньте хотя бы халат,
если собираетесь в таком бесстыжем виде стоять тут и вести беседу с представителем
Закона.
Загадочно улыбнувшись, Рут накинула на плечи белый пляжный халат, едва
достигавший бедер и создававший ещё более волнующее зрелище.
- Итак, если у вас нет других вопросов... - нетерпеливо начал Филипп.
- Не совсем, - дружелюбно перебил его Гайд. - Только один вопрос, если
позволите, мисс Сандерс. Когда мистер Квейл приезжал сюда, вы присутствовали?
- Да, инспектор.
- Вы случайно не запомнили, как он был одет?
- Кажется, помню... - она нахмурила брови и задумалась. - На нем было легкое
пальто с бархатным воротником... темно-синий костюм... гвоздичка в петлице... а в
руках маленькая собачка, по-моему, он называл её Сквирли.
- Понятно. Благодарю вас.
Видя, что инспектор удовлетворен ответом, Филипп торопливо и подчеркнуто
громко захлопнул дверь в студию. Подойдя к окну в нише Гайд бросил восхищенно
окинул взглядом открывавшийся вид.
- Вам очень повезло, мистер Хольт. Немало людей мечтали бы иметь такой
роскошный вид из окна.
- Эта утешительная мысль приходит мне в голову каждый раз, когда в конце
квартала я вношу арендную плату.
- Могу представить, что этот вид достался вам не даром. - Гайд отвернулся от
окна, достал трубку и кисет. - Надеюсь, вы немного отошли после вчерашнего
напряженного дня?
- Насколько это возможно для человека, который получил подтверждение того,
что его брат был убит, а потом его самого чуть не арестовали по подозрению в убийстве.
Гайд кивнул и начал набивать трубку.
- Полагаю, я обязан вас поблагодарить, - продолжал Филипп. - Если бы вы,
уверен, что инспектор Ланг наверняка упрятал бы меня в тюрьму за убийство Томаса
Квейла.
- Инспектор Ланг - осел, - решительно заявил Гайд, чиркнув спичкой.
Замечание оказалось таким неожиданным, столь не свойственным обычной
деликатной манере инспектора, что Филипп расхохотался.
- Это мое личное мнение, - поспешно добавил Гайд, - и, я надеюсь, оно
останется между нами.
- Конечно, - пообещал Филипп.
Гайд попыхивал трубкой, стараясь её раскурить, а Филипп встал и зашагал по
комнате.
- Инспектор, я зашел в тупик! Что мне теперь делать? Я думал, ключ мог бы
буквально открыть передо мной дверь к тайне, но миссис Кэртис была так напугана
случаем с автомобилем, что не могла говорить, а её брат только-только разговорился и...
и его убрали. Я полон решимости выяснить все до конца об убийстве Рекса, но никак не
могу понять, что же делать дальше.
- Может быть, заняться капралом Энди Вильсоном?
Покосившись на инспектора, Филипп убедился, что тот говорил совершенно
серьезно.
- Что ж, согласен, видимо, это логичный ход. Он наверняка что-то знает. Но я
удивлен, что вы сами им не занялись.
- Занялся. И до того, как в него стреляли, и после.
- Но он не желает говорить?
- Во всяком случае со мной. Один вид инспектора полиции закрывает его рот на
замок. Но не исключаю, что вам он может кое-что рассказать. Он интересовался, не
собираетесь ли вы как-нибудь навестить его, и я взял на себя смелость обещать, что это
произойдет сегодня вечером.
- Правильно. Я так и сделаю. Рад слышать, что он достаточно хорошо себя
чувствует, чтобы принимать посетителей.
- Да, один, между прочим, у него вчера уже побывал: Лютер Харрис, владелец
музыкального магазина.
Что-то в тоне инспектора заставило Филиппа взглянуть на него повнимательнее.
- В этом, конечно, нет ничего странного?
Гайд воздержался от комментариев.
- Они были очень близкими друзьями, все трое, - продолжал Филипп, - Рекс,
Энди и Лютер. Когда Рекс и Энди бывали в отпуске, то частенько заходили в магазин
Лютера.
- Да, "Модный уголок". Я помню: вы рассказывали. А к вам Лютер Харрис не
заезжал, мистер Хольт?
- Нет. Но он прислал очень теплое письмо с соболезнованиями по случаю смерти
Рекса.
- Понимаю. Ну, надеюсь, вы поставите меня в известность
, как прошла встреча с капралом Вильсоном?
- Да, конечно.
Филипп решил, что визит инспектора подошел к концу. Однако тот не спеша
перешел к стулу, на котором оставил свой портфель, и стал рыться в его содержимом.
- Хотел бы обсудить с вами ещё два вопроса, сэр, после чего не стану вас больше
задерживать. - Он вынул несколько отпечатков загадочной фотографии Шона
Рейнольдса. - Кажется, мы наконец-то начинаем продвигаться к разгадке этой
головоломки. Но я хочу, чтобы вы ещё раз взглянули на фотографии.
- Хорошо, инспектор, посмотрю, - нахмурился Филипп.
- Вы не знаете этих людей?
- Нет.
- И не имеете представления, кто это может быть?
- Ни малейшего.
- Вы абсолютно уверены в этом?
- Я сто раз повторял, что понятия не имею, в чем тут дело.
Гайд мгновенье колебался, но затем, видимо, удовлетворился ответом. Убирая
фотографии в портфель, он продолжал говорить, только тон его стал холоднее.
- Мой второй вопрос, мистер Хольт, касается вашего утверждения, что вы не
знали, чем ваш брат занимался в Мейденхеде.
- Совершенно верно.
- Но у вас должно было быть простое объяснение этому. Ваш брат поехал туда
встретиться с вашим другом.
- Моим другом?
- Да. Доктором Линдерхофом.
Филипп казался искренне изумленным.
- Кто это вам сказал, что доктор Линдерхоф - мой друг? Если не считать вызова
к следователю, я видел этого человека всего раз в жизни.
- И когда же?
- Э-э... позавчера.
- Где?
- Ну, откровенно говоря, он сам пришел сюда, в студию.
- Не считаете ли вы, мистер Хольт, что вам следовало рассказать мне об этом? -
холодно спросил Гайд.
Оказаться в роли оправдывающегося было неприятно, но Филипп постарался
сдержать раздражение и спокойно изложить инспектору суть визита Линдерхофа. Гайд
внимательно выслушал рассказ о ссоре между миссис Кэртис и Рексом Хольтом в
"Королевском соколе", которую Линдерхоф слышал из ванной.
- Почему же Линдерхоф скрыл это разговор от меня? - раздраженно воскликнул
он.
- Потому что дома ему грозят неприятности, - объяснил Филипп. - Через
несколько дней он должен предстать перед своего рода медицинским трибуналом, и ему
ни в коем случае нельзя было очутиться на виду у прессы. Он и в Англию-то приехал ради
уединения и спокойствия. Для него последним делом было оказаться замешанным в
убийстве на Британских островах.
- Тем не менее... - начал Гайд, замолчал и тяжело вздохнул. - Если бы только
люди были немного честнее и откровеннее со мной...
- Тогда вы лишились бы работы, инспектор.
Гайд печально улыбнулся.
- Не думайте, что я был бы очень огорчен этим, сэр. А сейчас мне пора идти.
Пожалуйста, не провожайте меня, я найду выход.
В тот же вечер, закончив рабочий день в студии, Филипп отправился в госпиталь
графства Мидлсекс, где Энди Вильсон поправлялся после ранения. Как старший брат и,
можно сказать, ангел-хранитель Рекса, Филипп никогда не был в восторге от его друзей, а
Энди Вильсона и вовсе недолюбливал, считая, что Энди дурно влияет на слабовольного
Рекса, однако ничего не мог с этим поделать.
Встречу двух мужчин в длинной, невзрачной многоместной палате радушной не
назовешь. После обмена банальными фразами о здоровье больного разговор застопорился,
прерывался неловкими паузами. Филипп пытался выудить что-нибудь из Энди, хоть
какую-то полезную информацию, но тот каждый раз упирался, как упрямый мул, и менял
тему разговора.
- Послушай, Энди, - взорвался в отчаянии Филипп, - ты же сам хотел, чтобы я
приехал навестить тебя! У тебя что-то на уме - слепому видно! Расскажи, ради всех
святых! Если ты зачем-то стащил в моей студии томик стихов, и понятия не имеешь, кто
стрелял в тебя, то что же тебе в таком случае известно?
На лбу Энди, под редкой прядью светлых волос выступили капельки пота. Стараясь
не встречаться взглядом с Филиппом, он выдавил из себя:
- Я просто хотел тебя предупредить, вот и все.
- Предупредить меня? О чем же?
- Ты слишком далеко заходишь, приятель. Посмотри, что случилось с Рексом. Это
не было самоубийством... Его убили.
- Это твоя догадка или точная информация?
- Это не догадка.
- И ты знаешь, кто это сделал?
- Нет. А если бы и знал, то не сказал бы.
- Почему?
- Просто не смог бы - вот почему.
- Не понимаю, - возмущенно буркнул Филипп, - почему ты счел нужным
предупредить меня.
- Послушай, приятель, ты что, хочешь, чтоб с тобою вышло так же, как с Рексом и
со мной? А так и случится, если не перестанешь высовываться.
- А что ты предлагаешь? - В тоне Филиппа звучал ледяной холод. - Чтобы я
спокойно отправился домой и забыл про все это дело? Чтобы я отказался от попытки
выяснить, кто убил моего родного брата?
- Именно это и нужно сделать, приятель. Если, конечно, тебе жить не надоело.
Филипп тяжело вздохнул.
- Кто-то запугал тебя до смерти, Энди.
Больной сделал вид, что возмущен такой мыслью.
- Спроси моих приятелей - Энди Вильсона нелегко запугать. Но тут совсем
другое дело, мы влипли в большую игру.
Против нас - безжалостные люди... - Его голос перешел в хриплый шепот; со
своей угловой кровати он опасливо покосился на ближайших соседей - к счастью, их
отделяли несколько пустых кроватей.
- Почему ты называешь этих людей безжалостными? Кто они такие?
Энди покачал головой, и Филиппу пришлось наклониться к нему, чтобы услышать
ответ.
- Я их не знаю, а если бы знал, все равно не сказал бы. А тебе надо прекращать
всю эту возню и...
- Послушай, и заруби себе на носу, Энди: я собираюсь довести до конца это дело,
до самого конца! И я не остановлюсь, пока не выясню, в чем оказался замешан Рекс и кто
его убил.
- Ты доживешь до того дня, приятель, когда пожалеешь о своих словах, - заверил
его Энди и добавил: - Или, может быть, и не доживешь, все может случиться.
Злой от крушения своих надежд и полной путаницы в деле, Филипп ехал по
пустеющим улицам и никак не мог решить, стоит ли звонить Гайду, получив от беседы с
Энди такой скудный результат. Биг-Бен бил восемь часов, когда он, поставив в гараж
"лянчу", направился к парадному входу. Машинально взглянув на окна своей квартиры, он
почувствовал, как бешено забилось сердце.
Очевидно, у него были посетители. Но им явно не хотелось пользоваться
электричеством, они предпочитали фонарик.
На мгновение он приостановился, решая, как ему следует поступить. Наиболее
благоразумным было бы по
...Закладка в соц.сетях
