Жанр: Детектив
Даша Васильева 09. Бассейн с крокодилами
...алов.
Утром я спустилась в столовую как зомби. Будильник прозвенел в семь, и,
хлопнув по нему рукой, я чуть не послала подальше всю затею. Ну не могу я
вставать рано!
Однако в половине восьмого все же дошлепала до буфета и ухватила холодный
кофейник. Ну почему в нашем доме никогда не бывает горячих напитков!
Домашние в полном составе ели омлет. Маша, естественно, сейчас отправится
в колледж, а вот Кеша с Зайкой чего вскочили? Вроде бы у сына пока нет
никакого дела, Ольга пишет диссертацию и вообще не обязана являться в
институт.
Ремонт! Боже, неужели этот кошмар станет явью?!
- Мать, - изумился Кеша, - не спится?
- На работу тороплюсь.
- Куда? - в один голос воскликнули дети.
- Нашла себе место.
- Кем? Где? - вразнобой принялись интересоваться дети.
- Надоело бездельничать. Пристроилась в фирму, редактировать бумаги.
- В издательство? - спросила Зайка.
- Не совсем. Так, некая лавочка, ерундой занимается, - принялась я
выкручиваться, боясь сказать правду.
Только милые детки прослышат про детективное агентство, тут же запрут
меня дома и станут еду подавать в комнату.
- И сколько тебе будут платить? - поинтересовалась Манюня.
Я растерялась. Ну надо же, про зарплату-то и не спросила. Хороша
безработная!
Но стоило мне переступить порог агентства, как улыбающийся Игорь сообщил:
- Пока стану давать 400 долларов, а там поглядим.
Меня препроводили в маленькую комнатенку и оставили наедине с кипой
бумажек. Хозяин не лукавил - он был абсолютно, картинно безграмотен. "Объект
пашел на право и сдесь ево насадили в машину". Просто катастрофа.
Через пять дней борьбы с "авторским стилем" я слегка приуныла. Никакой
оперативной работы и в помине не было. В девять утра на стол сваливали
разрозненные листочки. Как правило, дневники слежки. Никаких имен, только
буквы. О. Р. С... Наверное, клиенты понимали, о чем речь, я же - ни слова.
Сотрудников не встречала, даже не представляю, столько народу здесь
трудится. Дело имею только с Игорем, а он, мило улыбаясь, протягивает
работу. Свела знакомство лишь с приветливой Леночкой, секретаршей. Но
глупенькая по внешнему виду девушка любой разговор сводила к теме модной
одежды. То ли хитра до невозможности, то ли и в самом деле дура...
В конце концов я решилась действовать и пожаловалась Виталию:
- Уж очень скучное занятие, засыпаю от тоски...
Орлов приезжал в агентство каждый вечер к шести часам, именно в тот
момент, когда Игорь говорил:
- Ну что ж, Дашенька, до завтра.
Я выходила из кабинета и налетала на Витю.
- Небось не обедала, - ласково бормотал тот и брал меня под локоток, -
поехали, съедим по котлетке.
Мужик явно ухаживал, пуская в ход обычный набор соблазнителя - букеты,
конфеты, рестораны, театр...
Не скажу, чтобы мне были противны его усилия. В некотором роде даже
приятны. Женщина я свободная, супругом не обремененная, дети почти
выросли... Вот только замуж не хочу, хватит, выходила четыре раза и пришла к
неутешительному выводу: зверь по имени Даша Васильева в неволе не живет. Но
процесс ухаживания доставлял удовольствие. Был, правда, один недостаток:
"Вольво" пришлось оставить в гараже и передвигаться на такси. Все никак не
могла сообщить кавалеру, что в средствах не нуждаюсь...
Витя с удивлением поглядел на меня.
- Скучно? За четыреста долларов? Ну знаешь! Мне в редакции меньше платят.
- Да, - протянула я, - конечно, понимаю, но вообще-то хотела не этого...
- А чего?
- Обожаю заниматься расследованием, распутывать всяческие детективные
истории, надеялась, что Игорь даст увлекательную работу, а тут одни бумажки.
Кавалер хмыкнул.
- Не женское это дело. Игорьку просто в голову не пришло использовать
тебя на ниве сыска... Хочешь, попрошу его?
Я радостно закивала головой.
- Да, очень, просто безумно...
- Ладно, - улыбнулся Виталий, - сегодня же вечером составлю протекцию,
глядишь, у тебя и впрямь талант сыщика откроется. Кстати, похоже, я не
правильно записал твой телефон. Звонил, звонил, а какая-то баба все время
отвечает: нет такой.
- Тетушка вредничает, - быстренько сориентировалась я, - как слышит
мужской голос, сразу звереет.
- Ну-ну, - пробормотал кавалер, закуривая "Ротманс", - бывают такие
противные старухи. Моя мать тоже жутко бесилась, когда бабы звонили.
- Сейчас перестала?
- Умерла в прошлом году, - пояснил Орлов.
Да, жаль, что я приняла твердое решение больше никогда не выходить замуж.
Такой шикарный вариант: хорош собой, неглуп, добр, а в придачу еще и сирота.
Подобное случается только в кино.
...Холл выглядел как после Мамаева побоища, впрочем, гостиная тоже. Мне
удалось убедить Зайку сначала привести в порядок только потолок в одном
помещении. И сейчас, заглянув в дверь, я обнаружила невестку на козлах,
азартно размахивающую валиком. Запах стоял отвратительный. Ольга походила на
далматинца, вся в каких-то пятнах.
- Пришла! - обрадовалась невестка. - Давай помогай.
Ну уж нет. И я тихонько пробормотала:
- А где остальные?
- У Мани семинар в Ветеринарной академии, Кешка ушел на дежурство, а Ирка
с Катериной сообщили, что у них аллергия на краску, и заперлись на кухне, -
обиженно сообщила Ольга.
И правильно сделали, мы им платим за домашнюю работу, а не за услуги по
ремонту квартиры. Значит, хитрые дети умчались, и мне пора что-то придумать,
а то Зайка уже слезла с лестницы и, хищно улыбаясь, движется мне навстречу с
валиком в руке.
- Видишь ли... - завела я, и тут зазвенел мобильный.
- Даша, - донесся безумно знакомый голос, - надо встретиться.
- Кто это?
- Твой начальник.
- Кто? - изумилась я. - Какой начальник? В трубке секунду помолчали, а
затем тот же голос пояснил:
- Самый обычный, Игорь, Игорь Марков. Я обалдела.
- Откуда узнали номер? Детектив засмеялся:
- Ну просто прелестная наивность. Надеюсь, ты понимаешь, что, списав
данные твоего паспорта, я тут же проверил его владелицу со всех сторон.
Я потрясенно молчала. Все, конец работы детектива, впрочем, так и не
начавшейся. Меня, естественно, с позором выгонят.
- Завтра не приходить?
- Почему? - удивился Игорь.
- Ну...
- Меня не колышет твое материальное положение и социальный статус, -
пояснил работодатель. - Трудишься ты хорошо, аккуратно, не болтаешь, я тобой
доволен. Кстати, поговорил тут с Витькой. Он надоумил дать тебе кое-какое
поручение. Заодно и знание иностранных языков пригодится... Можешь сейчас
подъехать? Да садись в "Вольво", конспираторша. Твои отношения с Виталием
меня совершенно не касаются. Я чужие тайны не выдаю. Так что если не хочешь
смущать мужика богатством, то и не надо, усекла?
- Усекла, - радостно крикнула я, предвкушая нечто интересное, - несусь.
Только адреса не помню, один раз в гостях была.
- Я не дома, - пояснил Игорь, - а на оперативной квартире. Пиши: улица
Строителей, дом два.
Сунув мобильник в карман, я полетела к двери.
- Куда? - закричала в негодовании Зайка. - А потолок?
- Прости, дорогая, на работу вызывают.
- Какая работа, - возмутилась Ольга, ткнув пальцем в экран телевизора, -
программа "Время" началась.
Не слушая упреков, я оросилась со всех ног в гараж и впопыхах выполнила
любимый Марусин трюк - со всего размаху наступила на тонкий длинный хвост
пита. Бандюша заорал как ненормальный. В гостиной моментально что-то упало,
и тут же закричала Зайка. Но мне было недосуг разбираться с домашними -
впереди маячило увлекательное приключение!
До Юго-Запада я донеслась на одном дыхании, моментально отыскала нужный
адрес, взлетела на второй этаж, позвонила. Дверь тут же отворилась. В
квартире стояла звенящая тишина. Свет выключен, и после довольно ярко
освещенной лестничной клетки глаза не сразу привыкли к непроглядной темноте.
К тому же дверь как-то неожиданно, как бы сама собой захлопнулась. Стало
немного не по себе.
- Одна пришла? - раздался шепот.
- Да.
- Сын и невестка не провожали?
- Нет, - удивилась я, - зачем? Они заняты.
- Чудесненько, - прошелестел Игорь.
Потом что-то пребольно кольнуло меня в бедро, и ноги, разом став ватными,
подломились в коленях.
Глава 3
Я сидела в безумно прокуренной комнате и, морщась, вдыхала дым.
Противный, вонючий, он заставил меня резко закашляться, и мои глаза
открылись.
Боже, оказывается, я сплю, а вокруг пожар. Языки пламени лижут край
небольшой софы, где рядом со мной лежит абсолютно голый мужчина. Может, все
еще сон длится? Но нет, пламя бойко подбиралось к ногам, нечего было и
думать о том, чтобы погасить его подручными средствами. Обмотав тело
простыней, я резко потрясла мужика:
- Эй, вставай, мы горим!.. Но он не откликался. Я принялась тянуть его за
руку и увидела лицо Игоря с широко открытым ртом. Глаза глядели, не мигая.
Он потерял сознание и сейчас задохнется. Откуда-то взялись нечеловеческие
силы, и я, взвалив тяжелое неподатливое тело начальника на плечи, поволокла
его сначала в коридор, а потом на лестничную клетку. С душераздирающим
воплем: "Пожар!" я принялась что было сил стучать в дверь соседней квартиры.
Высунулась встрепанная девчонка и, увидав происходящее, тут же вызвала
пожарных. Судя по звукам, огонь тем временем пожирал все что мог, разбиваясь
пока о железную дверь.
Буквально через несколько минут прилетела, завывая, красная машина. Парни
принялись тащить по лестницам какие-то брезентовые штуки и ящики.
Появившийся неизвестно откуда врач потрогал Игоря, перевернул мужика на
живот и, безнадежно вздохнув, подошел ко мне с дурацким вопросом:
- Как самочувствие?
- Что с Игорем? - спросила я в ответ, сотрясаемая крупной дрожью,
несмотря на то, что кто-то из сердобольных соседей накинул мне на плечи
одеяло.
- Вашего мужа спасти не удалось, - пробормотал врач, вытаскивая из ящика
какие-то ампулы. - Похоже, сердце отказало, но подробности после вскрытия
узнаете. Как же это вы так. Небось курили в постели?..
- Он мне не муж, - забормотала я, глядя, как по лестнице бегают пожарные.
- Я знаю его всего неделю...
- Понятно, - протянул доктор и посмотрел на любопытных, устроившихся на
подоконнике. - Слушайте, бабы, возьмите кто-нибудь потерпевшую в квартиру.
Сидит тут голая...
- Пошли, - тут же откликнулась первой соседская девчонка, вызвавшая
пожарных.
Мы вошли в небольшую комнату. У стены скучал диван с весьма несвежим
постельным бельем. На кресле в беспорядке валялось неожиданно дорогое
бельишко: кружевное черное боди и тоненькие колготки, все это пахло
приторными духами явно арабского происхождения. Девчонка распахнула шкаф и
вытащила потрепанные джинсы, синенький свитерок. Потом бросила мне упаковку
трусиков и носки.
- Надевай, не голой же сидеть. Полная благодарности, я натянула шмотки.
Почти как раз, только джинсы слегка великоваты.
- Ну и талия у тебя, - завистливо отметила Добрая самаритянка, - небось
гимнастику целый день делаешь...
При этих словах в комнату вошли два офицера и принялись выбивать из меня
информацию. Но я не могла сообщить ничего интересного. Пришла в гости к
Маркову, почему-то упала в обморок на пороге, а очнулась голой на кровати в
эпицентре огня...
Один офицер молча записывал показания, другой недоверчиво переспросил:
- Значит, явились к начальнику на дом ночью? Работать?
- Марков заведовал детективным агентством...
- Понятно, - сомневающимся тоном протянул пожарный, - а разделись догола
зачем?
- Не знаю, упала одетой.
С недрогнувшими лицами офицеры записали весь этот бред в блокнот и, еще
раз уточнив мои данные, ушли. На лестнице установилась тишина. Зарычал
мотор, красная блестящая машина уехала. Я повернулась к девчонке:
- Поеду домой, вещи постираю и верну. Та великодушно сообщила:
- Можешь не торопиться, все равно такую дрянь не ношу. Надень кроссовки в
передней...
"Вольво" мирно поджидал хозяйку в дальнем углу двора. Ключи вместе с
одеждой, сумкой и мобильным скорее всего погибли в огне. Но, как многие
рассеянные люди, я держу под бампером запасной комплект ключей.
Утром я долго мылась в ванной, пытаясь обрести душевное равновесие, но
абсолютно не преуспела в этом занятии и спустилась в столовую, сохраняя в
душе нервное напряжение.
Стоило войти в комнату, как сердце мое неприятно екнуло. За большим
круглым столом восседал ближайший приятель - полковник Дегтярев. Александр
Михайлович преспокойно ел творожную запеканку. Увидев меня, он отложил
чайную ложку и, мило улыбаясь, спросил:
- Выспалась, Дашутка?
Больше всего боюсь, когда мой испытанный друг наклеивает себе на лицо
сладенькую гримасу, а уж если начинает называть Дашуткой, то, значит, сейчас
разразится буря, по сравнению с которой тайфун "Эдуард" - детский лепет.
- Спасибо, - осторожно ответила я, - великолепно отдохнула.
- Надо же, - продолжал фальшиво растягивать губы приятель, - скажите
пожалуйста, какая отличная нервная система. У меня бы после подобных
приключений началась бессонница...
- Ты все знаешь? Откуда? - решила я аккуратненько разведать обстановку.
- В сводке происшествий за сутки прошли твои данные, - пояснил Александр
Михайлович, буравя меня тяжелым взглядом.
Нашей дружбе много лет. Дегтярев испытанный, надежный человек. Как-то раз
мне приснился кошмар: почему-то я должна куда-то бежать, вроде совершила
какое-то преступление - то ли убила кого, то ли украла формулу ракетного
топлива. Во всяком случае, во сне я бестолково неслась, преодолевая
разнообразные препятствия, к тому, кто спасет, укроет, поможет, - к
Александру Михайловичу.
Мои дети долго надеялись, что когда-нибудь полковник предложит их матери
если не сердце, то хотя бы руку, а я отвечу "да". Но заводить любовные
отношения с приятелем, которого после двадцати лет дружбы знаю как
облупленного, просто невозможно. На глазах у Дегтярева прошли чередой мои
четыре мужа, и он только крякал, глядя, как я с радостным лицом в очередной
раз бежала в загс. В конце концов не вынес и заявил: "Нормальные женщины
наступают на одни и те же грабли один, ну максимум два раза, ты же -
бесконечно".
В наших отношениях есть всего один, зато огромный подводный камень.
Приятель всю жизнь служит в системе МВД и в результате имеет погоны
полковника. Как называется его должность, я запомнить не могу, но в большом
здании, расположенном в центре Москвы, у него отдельный кабинет. Несколько
раз нам приходилось общаться на официальной почве, потому что неприятности
притягиваются ко мне как магнитом. Ничего хорошего из моих приключений, как
правило, не получается, и полковник просто синеет, столкнувшись со мной на
узкой дорожке.
Вот и сейчас он явно еле-еле сдерживал гнев. Довольно обширная лысина
покраснела, а щеки приобрели геморроидальный оттенок - явный признак
душевного расстройства.
- На этот раз, Дашутка, ты влипла в пренеприятнейшую ситуацию, - сообщил
приятель, сосредоточенно разглядывая чайную чашку. - Еле-еле упросил не
арестовывать тебя под свою, так сказать, ответственность. Надеюсь, оценишь
мои героические усилия.
Я так и села на маленький диванчик.
- Арестовать? Да за что? Я же ничего не совершила противозаконного!
- Зачем ты явилась вчера вечером на улицу Строителей в квартиру,
принадлежавшую Соколовой Антонине Андреевне?
- Не знаю никакой Соколовой, приходила к своему начальнику, Игорю
Маркову. Полковник вскинул брови.
- На работу устроилась? Кем, если не секрет?
Пришлось рассказать правду. Александр Михайлович молча выслушал мой
рассказ, потом сказал:
- Я-то хорошо знаю тебя и понимаю, что ради работы сыщика ты пойдешь на
все, только у Игоря Маркова никогда не было никакого агентства.
- Что ты имеешь в виду? - изумилась я.
- Ничего особенного. Господин Марков занимался оптовой торговлей
продуктами: макароны, растительное масло, сахар... имел несколько точек на
оптовом рынке.
- Не может быть! Я собственноручно правила отчеты для клиентов.
- Значит, он занимался сыском незаконно, без лицензии. Фамилии клиентов
можешь назвать?
Я растерянно покачала головой.
- Вот видишь! К тому же убитый...
- Убитый?!
- Чему ты так удивляешься? Игоря Маркова предварительно отравили.
Вскрытие обнаружило увеличение размеров почки, корковый слой утолщен,
имеются красные полосы и точки.
Меня начало тошнить. Какой ужас! Только что я разговаривала с человеком,
и вот он уже разделан, словно свинина на рынке.
- Не скрою, - продолжал Дегтярев, удовлетворенно поглядывая на мое слегка
перекосившееся лицо, - у сотрудников органов родилась официальная версия.
Ты, моя радость, какое-то время состояла с покойным в интимных отношениях,
поэтому он взял тебя на работу и платил абсолютно невероятную для подобного
места зарплату. Скорее всего ему надоела любовница, и Марков просто решил
откупиться от назойливой бабы. Но ты никак не хотела отпускать мужика,
поэтому решила убить его. Отравить. Что и выполнила с милой
непосредственностью, прямо после очередных любовных утех.
- Бред сумасшедшего. Зачем же я тогда подожгла квартиру?
- Хотела представить все как несчастный случай. Но произошла беда: вы
легли, покурили, заснули... Сплошь и рядом такое случается.
- И вызвала пожарных?
- Конечно, сама-то погибать не хотела, вот и дождалась нужного момента,
чтобы представить дело как отравление угарным газом...
- Бред, бред! - заорала я так, что мирно дремавший Хучик подскочил на
полметра от пола. - Ну за каким чертом мне было тащить мужика на лестничную
клетку? Абсолютно нелогично. Тогда уж следовало оставить его в полыхающей
квартире!
- Действительно, тут маленькая неувязка, - мирно согласился Дегтярев,
вертя в руках чашку, - только вот у следователя свое объяснение. Ему, видишь
ли, кажется, что совершенное убийство слегка повлияло на твою психику и у
тебя начался реактивный психоз. Увидела дело рук своих, спонтанно раскаялась
и решила спасти любовника. Этакий психологический выверт. Я обозлилась
окончательно:
- Совершенно не подвержена никаким психозам! Если уж решу убить
кого-нибудь, так сделаю все по высшему классу и без истерических припадков.
Кстати, готова отправиться к милицейскому гинекологу, пусть обследует и
подтвердит, что я не спала с этим мужиком!
- Ну и что это докажет? - ухмыльнулся полковник. - Просто в последний раз
не потрахались, связь-то была, или намекаешь, что после четырех супругов все
еще девственница?
- Нет, - завопила я, чувствуя, что теряю самообладание, - никаких
отношений я с Игорем не заводила, хотела только поработать в его конторе,
понимаешь?
- Ой ли? - ухмыльнулся Александр Михайлович. - А вот свидетели утверждают
другое.
- Кто?
- Во-первых, супруга Маркова сообщила, что некая дама неоднократно
звонила ему домой и буквально изводила несчастную бабу требованиями
развестись с Игорем. Потом обнаглела окончательно и заявилась в гости. Она
чуть не треснула тебя кастрюлькой по башке. Еле сдержалась, говорит.
- О боже! Я и впрямь заходила к ним, но только абсолютно случайно, вместе
с Виталием Орловым, ведь рассказывала только что.
- Адрес и телефон Орлова, - потребовал полковник.
Я потрясенно молчала.
- Не знаю.
- Вот видишь! А еще соседка Соколовой, Алла Симонова вспоминает, что
частенько видела худенькую элегантно одетую блондинку, проскальзывавшую
быстрее тени в квартиру напротив. Дама старательно прятала лицо, но Аллочка
все же разглядела голубые глаза и правильные черты лица. Кстати, это именно
она приютила тебя вчера. Говорит, страшно похожа, просто одно лицо. Да еще
та дама приезжала на бордовом "Вольво". Вот номер она, к сожалению, не
помнит.
- В Москве десятки бордовых "Вольво", - огрызнулась я.
- Да, но у твоего на заднем стекле болтается утенок Дональд Дак, а бампер
слегка погнут.
- Ну и что? Случайно задела ворота и никак не исправлю...
- В общем-то ничего, но полюбовница Маркова тоже привесила идиотское
водоплавающее и исковеркала где-то бампер. Аллочка - девушка глазастая, все
разглядела. Странное, даже мистическое совпадение, не находишь?
Я молчала, не в силах раскрыть рот. Вдруг в голову пришла мысль:
- А когда он умер?
- Женя предполагает, что около восьми вечера.
- Так я была дома. И потом это не правда. Игорь позвонил в девять, как
раз начиналась программа "Время".
- Может, "Вести"?
- Нет-нет, именно на первом канале, такая специфическая музыка. И
свидетели есть. Зайка еще ругалась, что не помогаю ей потолок красить, а
уезжаю.
- Ольга, поди сюда! - громовым голосом крикнул Александр Михайлович.
- Ну что тебе? - недовольно отозвалась Зайка, появляясь на пороге.
Волосы невестка убрала под бейсболку, а на тело натянула старый джинсовый
комбинезон. Вместе с Ольгой в комнату вплыл резкий запах краски. Собаки тут
же расчихались.
- Помнишь, когда твоя удалая свекровь вчера уходила из дому? Ольга
нахмурилась.
- А она, можно сказать, и не приходила. Влетела в полдевятого, волосы
торчком, глаза горят, а через полчаса ей позвонили, и все... Нет видения,
испарилось практически без слов. Между прочим, у всех моих подруг бабушки
тихонечко сидят дома, носочки внукам вяжут... - И она выскочила в коридор,
хлопнув дверью.
Александр Михайлович вздохнул.
- Совсем плохо.
- Почему?
- Любой следователь сразу заподозрит спектакль. Сначала убила, потом
принеслась чтобы обеспечить себе алиби.
- Но он мне звонил!
- Это ты говоришь!
- Зайка слышала.
- Только звонок, трубку она ведь не снимала?
- Нет.
- Грош цена тогда ее свидетельству, мало ли кто звонил, а ты соврала.
- Сразу после работы я поехала с Виталием обедать, в восемь еще ела.
- Сообщи название ресторана, спросим официально мэтра...
- "Макдоналдс" на Тверской.
Полковник уставился на меня во все глаза, потом фыркнул:
- Это было бы смешно, когда бы не было так грустно...
Несколько минут мы молча смотрели друг на друга. Потом Дегтярев произнес:
- Ладненько. Поскольку мы с тобой старые приятели, формально я не имею
права вести следствие. Дело принял Крахмальников. Но, как ты сама понимаешь,
я буду помогать ему изо всех сил. Времени у нас месяц. За этот срок я должен
разобраться во всем. Странная, однако, штука приключилась с тобой.
- Веришь мне?
- Слишком хорошо тебя знаю, поэтому верю. Но больше никто не поверит.
Единственный способ избавить тебя от СИЗО и суда - найти настоящего
преступника. Но, честно говоря, я пока совершенно не понимаю, кто это
сделал, а главное - зачем? Считай, что ты дала подписку о невыезде. Сиди
дома, не носись по городу. Кстати, если решишь смыться в Париж от греха
подальше, у меня будут очень серьезные неприятности. Поняла? Я кивнула.
- Только детям не рассказывай.
- Пока не буду, - пообещал Дегтярев и ушел.
Не успела я закрыть за ним дверь и перевести дух, как из гостиной донесся
грохот, звон и Ольгин крик. Я ринулась на шум.
Посередине комнаты сидела Зайка, сжимая рукой ногу.
- Что случилось? - испугалась я, разглядывая опрокинутую банку с краской.
- Упала, - процедила сквозь зубы Ольга. - Ой как больно, кажется, ногу
сломала!
Я кинулась к телефону вызывать "Скорую помощь". Машина почему-то пришла
сразу. Защитного цвета "рафик" замер у ворот. Из пахнущего бензином салона
выбрался молодой щупленький доктор с железным ящиком в руках.
- Где больной? - осведомился он суровым голосом, всем своим видом
показывая, что шутить не намерен.
Я повела эскулапа в дом. Ольга продолжала сидеть на застеленном картоном
полу. Доктор кинул взгляд на ногу и вынес вердикт:
- На перелом не слишком похоже, но рентген сделать надо, возможна
микротрещина. Только травмопункт обслуживает исключительно с московской
пропиской.
- Ложкино относится к столице, - успокоила я паренька, - мы живем тут
постоянно, и полис на руках.
- Совершенно не сомневаюсь, что вы москвичка, - отрезал доктор, - а вот
малярша откуда: Молдавия, Украина?
- Это моя невестка, - быстренько прояснила я ситуацию.
У врача на лице промелькнуло что-то напоминающее жалость, но он удержался
и ничего не сказал о жадных, богатых свекровях, заставляющих безропотных
невесток делать ремонт собственными руками.
Кое-как мы влезли в "рафик". Внутри парадоксальным образом было
одновременно холодно и душно. Зайка затряслась. Я подумала, что она
замерзла, и накинула ей поверх шубки застиранное байковое одеяльце,
валявшееся на носилках. Но Ольга скинула его и, корчась от смеха, ткнула
пальцем в большой лист, прикрепленный на дверце микроавтобуса. "Список
оборудования "Скорой помощи": одна подушка, одно одеяло, носилки, два
запасных колеса, огнетушитель".
- Зачем это тут? - удивилась я, разглядывая грязные внутренности
автобусика без каких-либо признаков медицинской аппаратуры.
- Наверное, чтобы больные не уперли, - веселилась Зайка. - Интересно, а
как они оказывают помощь при инфаркте или инсульте?
- Небось кладут на носилки, а сверху наваливают подушку, чтобы несчастный
поскорее отключился, - ляпнула я.
Машина тем временем, резво проскакав по всем ухабам, затормозила у
какого-то дома.
- Дальше не проедем, - сообщил доктор, - вылазьте, пешкодралом придется.
- Почему? - в один голос изумились мы.
- Там мостик через овраг сломался, еще летом.
Мы медленно проковыляли по замерзшему тротуару, потом свернули налево и
очутились перед забором.
- Вот сюда, - велел доктор и пролез между прутьями. - С вами легко, вы
тощенькие. Кто
...Закладка в соц.сетях
