Жанр: Детектив
Собрание сочинений. Т. 4.
..., за которым
сидела молодая девушка. Мы уже встречались с нею - на предварительном следствии.
Она была в том же сером полотняном платье с белыми манжетами и воротничком и в
очках без оправы.
- Мистер Брэндон?
- Вам известно мое имя?
- Я узнала вас.
- О, да. Я тоже, кажется, видел вас в зале суда.
На ее хорошеньком лице проступил легкий румянец.
- Садитесь, пожалуйста. Миссис Криди не заставит долго ждать.
Девушка начала печатать на машинке, время от времени поглядывая на меня
поверх очков. Через четверть часа, решив, что ожидание слишком затянулось, я поднялся.
- Спасибо за кресло. Было приятно побывать с вами наедине. Вы
непревзойденный мастер печатать на машинке. Что же касается миссис Криди, то она
сможет найти меня в бунгало на Эрроу-Пойнте. - И направился к выходу.
- Мистер Брэндон! Миссис Криди примет вас с минуты на минуту. Подождите,
пожалуйста, я сейчас узнаю.
Несмотря на строгий вид, она была, вероятно, неплохая девушка, и мне не
хотелось расстраивать ее понапрасну.
- Хорошо, - сказал я, взглянув на часы. - Я подожду еще две минуты.
Она торопливо вышла из приемной. И тотчас появилась снова.
- Миссис Криди готова принять вас, - сказала она, держа дверь открытой.
Проходя мимо, я слегка подмигнул, и мне показалось, что ее веко тоже пришло в
движение.
Бриджетт Криди стояла возле окна, устремив взор на клумбы с розами. На ней
были светло-зеленая блузка и желтые брюки. Когда я вошел, она медленно повернулась,
посмотрев на меня холодно и пристально. Обстановка в гостиной удивительно
напоминала бутафорию из какого-нибудь сентиментального фильма - роскошная
мебель, сад за окнами и слегка увядшая, знаменитая в прошлом актриса, которая,
впрочем, и сейчас котируется еще достаточно высоко.
- Вы хотели видеть меня? Это не ошибка?
Подойдя к столу, я без приглашения сел. Неврастеничные женщины всегда
утомляли меня. Они вызывали жалость и в то же время доставляли массу хлопот. Сегодня
к Бриджетт Криди я не чувствовал никакой симпатии.
- Я не предлагала вам сесть, - сказала она, картинно выпрямляясь и бросая в
мою сторону ледяной взгляд.
- Это не так уж важно, - отпарировал я. - Мне пришлось немало поволноваться
нынче, и я устал. Вот ваша игрушка. - Достав револьвер, я вынул магазин и вытряхнул
на ладонь патроны. Потом вставил магазин на место.
Долю секунды она колебалась.
- Я полагаю, вы хотите получить гонорар, - сказала Бриджетт полным
презрения голосом.
- Я согласился бы и на что-нибудь другое, - сказал я, двусмысленно улыбаясь. Я
не собирался сносить ее высокомерия и решил отвечать той же монетой. Мое замечание
попало в точку: оставайся в револьвере хоть один патрон, мне бы несдобровать.
- Как вы смеете разговаривать подобным образом?! - выкрикнула она. - Не
думайте, что вам удастся шантажировать меня. Я...
- Бросьте играть, мы не на съемках, - прервал я. - Никто не собирается
шантажировать. Садитесь и слушайте, что я скажу.
- Мой муж... - начала было она, но я не дал ей закончить:
- Не пугайте меня вашим мужем. Даже он не помешает напечатать обо всем в
"Курьере".
Положив револьвер на стол, Бриджетт села в самое дальнее от меня кресло.
- О чем вы собираетесь говорить? - спросила она с металлической ноткой в
голосе.
- Вы знаете, о чем. Не окажись я утром в доме Трисби, он был бы уже покойник.
Покушение на убийство со стороны жены миллионера, знаменитого мистера Криди, -
это обошло бы все газеты страны.
- Никто не осмелится об этом напечатать! - яростно воскликнула она.
- Не будьте так самоуверенны.
С трудом она взяла себя в руки.
- Хорошо, сколько вы хотите?
- Я не принадлежу к числу ваших друзей, миссис Криди, которые любят
поживиться за чужой счет. Мне нужна кое-какая информация.
Ее глаза сузились.
- Какая именно?
- Относительно моего компаньона, которого вы наняли следить за Трисби.
На ее лице мелькнуло беспокойство, пальцы нервно сжались.
- Если об этом сказал Жак, то он лжет. Я никого не нанимала.
- Он утверждает обратное.
- Он был и останется лжецом! - с ненавистью выкрикнула она. - Я повторяю
еще раз: это ложь!
- Может, вы наняли Шеппи следить за кем-нибудь другим?
- Нет!
- Но вам было известно, что Трисби обманывает вас с девицей по имени Тельма
Каузнс? Разве вы не предупреждали Тельму, чтобы она оставила в покое вашего
любовника?
- Я впервые слышу об этой потаскухе!
- Не принимайте меня за дурака. Ее фото появилось во всех газетах.
- Повторяю: я никогда не видела ее и не желаю ничего слышать!
Я почувствовал, что натолкнулся на глухую стену. У нее оказалось достаточно
сообразительности понять, что никаких доказательств, кроме слов Трисби, у меня нет.
- Мне не остается ничего другого, как рассказать обо всем лейтенанту
Ренкину, - сказал я. - Если вы и вправду не нанимали Шеппи и ничего не знаете об
убитой, вам нечего беспокоиться. Не так ли?
- Можете сказать ему все, что вам вздумается, - резко бросила она. - Но
предупреждаю: если вы попытаетесь впутать меня в это дело, я обращусь в суд - и вам
непоздоровится. А сейчас - уходите вон, я не желаю больше слушать всякий вздор.
Я решил, что наступило время выложить свой последний козырь.
- Эти спички случайно не ваши, миссис Криди? - Я достал из кармана красный
пакетик. Хотя я внимательно наблюдал за ней, мне не удалось заметить никаких
признаков возбуждения, как это было в случае с Трисби.
- Не понимаю, что вам еще от меня нужно...
- Я хочу вернуть спички. Они ваши?
Она глянула так, словно рядом с ней находился сумасшедший.
- Мне кажется, вам лучше уйти. - Она потянулась к звонку и нажала на кнопку.
- Мы еще встретимся, миссис Криди, - сказал я.
Бриджетт отвернулась.
- Мое появление в этом доме встретили не очень благожелательно. Вам это не
показалось? - сказал я секретарше, когда мы пересекли приемную.
Она молча распахнула передо мною дверь.
- Вниз по лестнице. Хилтон покажет, где выход.
- Спасибо, - ответил я и, подняв на нее глаза, добавил: - Для чего вы носите
эти очки?
- Я... - На ее лице снова вспыхнул румянец.
- Выбросьте их, они вас портят.
Девчонка недоуменно уставилась на меня, а я, не дожидаясь ответа, быстро
зашагал прочь. За следующей дверью поджидал мажордом.
Поднявшись со стула с видом старого аиста, покидающего любимое гнездо, он
степенно произнес:
- Вас желает видеть мистер Криди.
- Видеть меня? - с искренним удивлением переспросил я. - Вы уверены в
этом?
- Вполне, мистер Брэндон. Он просил зайти, когда закончите с миссис Криди.
- Он заставит ждать пять часов или примет сразу?
- Я полагаю, немедленно.
- Это меняет дело, тогда идем.
Пришлось совершить еще одно путешествие по нескольким коридорам, прежде
чем мы остановились перед массивной дверью из красного дерева. Деликатно постучав,
старик мажордом повернул ручку и открыл дверь.
- Мистер Брэндон, сэр, - сказал он, отступая в сторону.
Я двинулся вперед по гигантскому кабинету. Криди сидел за письменным столом
и, протирая очки, наблюдал за мной. Его лицо выражало не больше, чем сложенная из
камня стена; если бы не легкое шевеление пальцев, он мог бы с успехом соперничать с
Большим Сфинксом.
Не ожидая приглашения, я сел в кресло.
Протерев очки, Криди удовлетворенно водрузил их на нос.
- Что у вас за дела в моем доме, мистер Брэндон? - негромко спросил он.
- Визит вежливости.
- И к кому же?
- Мне не хочется быть грубым, мистер Криди, но это не ваше дело.
Его губы плотно сжались: таким тоном с ним, вероятно, разговаривали не часто.
- Вы встречались с моей женой?
- Почему бы вам не спросить у нее самой? Больше вопросов нет? Если это все, то
я побегу. Время для меня - те же деньги.
Взяв в руки нож для разрезания бумаг, он несколько секунд изучающе смотрел на
меня.
- Я наводил справки о вашем агентстве, - сказал он. - Дело приносит
некоторую прибыль и оценивается примерно в три тысячи долларов.
- Оно стоит гораздо больше, - возразил я. - Главное - это личные контакты и
добрая воля. Доброй воли мне не занимать, а связям можно только позавидовать.
- Меня интересуют предприятия, которые приносят доход. Обычно я их
покупаю, - неожиданно сказал Криди. - Я намерен купить ваше агентство, скажем, за
десять тысяч. Естественно, это включает добрую волю и те личные связи, которые у вас
имеются.
- Что же случится со мной, если я продам свое дело? - поинтересовался я.
- Вы будете продолжать работу под моим наблюдением.
- Наблюдать за мной не так-то просто, мистер Криди. Во всяком случае, не за
десять тысяч долларов.
- Я согласен повысить цену до пятнадцати тысяч.
- По-видимому, вы пожелаете, чтобы я прекратил расследование обстоятельств
смерти моего компаньона?
- Убийством должна заниматься полиция, мистер Брэндон. Никто не заплатит за
ваши старания. В случае, если я куплю агентство "Стар", ваш талант будет использован
там, где можно извлечь прибыль. Это было бы справедливо.
- Спасибо за великодушное предложение, но я намерен продолжать начатое
расследование, выгодно мне это или нет.
Отодвинув в сторону нож для бумаг, он переплел пальцы и положил на них
подбородок. Глядя на меня, он не пытался скрыть своего отвращения.
- Я твердо решил купить ваше агентство, мистер Брэндон. Вы можете сами
назвать цену.
- Каждого человека можно купить, если цена достаточно высока? Вы это хотите
сказать?
- Не стоит повторять общеизвестных истин. Давайте не будем терять времени. У
меня много срочных дел. Какова ваша цена?
- За агентство или за то, что я прекращу расследование?
- За ваше агентство.
- Оно не продается, - сказал я, поднимаясь. - Я хочу докопаться до правды и
думаю, мне это удастся.
Откинувшись в кресле, он начал постукивать по столу кончиками пальцев.
- Я интересовался, что представлял собою ваш компаньон, - сказал он. - Это
была никчемная личность. Если бы не вы, ваш детективный бизнес быстро бы прогорел.
Шеппи больше занимался женщинами, чем работой, и вам нет смысла упускать
выгодную сделку из-за такого человека, как он. Я заплачу пятьдесят тысяч.
Мне показалось, что я ослышался.
- Нет, - ответил я. - Мое агентство не для продажи.
- Сто тысяч, - сказал он, изменившись в лице.
- Нет, - повторил я, чувствуя, что мои ладони стали влажными.
- Сто пятьдесят!
- Довольно! Вы дешево цените свое имя, мистер Криди. Чтобы избежать
скандала, можно заплатить и миллион. Но не предлагайте его мне, я все равно не возьму
денег. Я удивляюсь, почему вы не прикажете Херцу покончить со мной. Это стоило бы
вам долларов двести, а может, и того меньше. Шеппи был мой компаньон. Мне плевать,
был он хорошим или, как вы говорите, никчемным сыщиком. Мы не прощаем тем, кто
убивает наших товарищей. Поймите это и не пытайтесь купить меня.
Повернувшись, я быстро пошел к выходу.
В кабинете воцарилась зловещая тишина.
Глава двенадцатая
Поставив машину в гараж, чтобы уберечь ее от нестерпимо горячего солнца, и
наскоро искупавшись в море, я устроился на веранде бунгало и погрузился в
размышления.
Я не был уверен, кто говорил правду - Трисби или, наоборот, Бриджетт. Рассказ
Трисби представлялся мне вполне правдоподобным, Бриджетт имела все основания лгать,
и все же... Кроме того, я был абсолютно убежден, что загадочный пакетик спичек ровным
счетом ничего не значил для Бриджетт Криди, в то время как у Трисби было связано с
ним нечто важное.
В конце концов я пришел к выводу, что необходимо еще раз съездить к Трисби и в
его отсутствие повнимательней познакомиться с "Белой дачей". Возможно, там отыщется
ключ к загадке. Я не знал, был ли у Трисби слуга, но решил не терять времени и нанести
визит сегодня же вечером.
Внезапно раздался телефонный звонок. Я прошел в холл и снял трубку.
- Это ты, Лу? - Звонила Марго.
- Я не ожидал твоего звонка, дорогая, - сказал я.
- Мне не дает покоя этот пакетик спичек.
Сев на подлокотник кресла, я поставил телефон на колени.
- Я все время думала о нем. Теперь я уверена, что это спички Трисби.
- Почему ты так решила, Марго?
- Я вспомнила, что за столом он сидел напротив. Я попросила прикурить, но
зажигалка его не работала, и он достал из кармана спички. Сразу же после этого Трисби
отправился танцевать, а спички и портсигар оставил на столе. Наверное, я машинально
положила пакетик в сумку. Во всяком случае, я уверена, что Жак клал спички на стол.
- Все правильно, - сказал я. - Сегодня я был у него и показал пакетик. Он
подскочил на стуле, словно оттуда вылез гвоздь.
- Ты разговаривал с ним, Лу?
- Почти нет. Я появился в драматический момент - Бриджетт собиралась
застрелить его.
- Застрелить? - недоверчиво переспросила Марго. - Ты шутишь, конечно?
- Может, она хотела просто припугнуть, но мне показалось, что твоя мачеха была
настроена по-боевому. Он перед этим указал ей на дверь.
- Она, вероятно, сошла с ума! Ты сообщил в полицию?
- Нет. Трисби вряд ли признается, что она собиралась его укокошить, и я окажусь
в дурацком положении. Полиция не станет заводить против нее дело. Кстати, ты знала,
что у нее револьвер?
- Нет.
- Я думаю, что она наняла Шеппи. Так, между прочим, считает этот лоботряс.
Трисби сказал еще, что в последнее время он обхаживал Тельму Каузнс, девушку,
которую убили. Вероятно, Бриджетт узнала об измене и наняла Шеппи. Так, по-моему,
обстоят дела, но она начисто все отрицает.
- Ты рассказываешь совершенно невероятные вещи! Значит, полиция ничего не
знает о попытке убийства?
- Пока нет, но нужно быть готовым ко всему.
- Ты думаешь, Бриджетт имеет отношение к смерти Шеппи?
- Об этом я ничего сказать не могу.
- Какие у тебя планы, Лу? - В ее голосе звучала тревога.
- Вечером я собираюсь вновь навестить дом Трисби. Надеюсь, мне повезет, и я
что-нибудь найду. У него есть слуга?
- Да, филиппинец. Он приходит рано утром и уходит около восьми.
- Вот как... Когда мы встретимся, Марго?
- Ты хочешь видеть меня?
- Не задавай глупых вопросов. Не смогла бы ты приехать сюда, скажем, в
половине одиннадцатого? Я расскажу, чем закончится визит к Трисби.
Она помолчала в нерешительности, потом ответила:
- Хорошо, я постараюсь приехать.
- Я буду ждать тебя, дорогая.
- Будь осторожен, Лу, не подходи близко к дому, пока не убедишься, что он пуст.
Не забывай, Трисби опасен и жесток.
Заверив, что буду помнить об этом, я положил трубку.
Потом набрал номер полицейского управления Сан-Рафела и попросил соединить
меня с Ренкином.
Узнав, кто его спрашивает, Ренкин недовольно сказал:
- Что у вас там еще случилось?
- Вы не узнали, кому принадлежит нож? - спросил я.
- Вы что, принимаете меня за волшебника? Таких ножей в городе тысячи, их
можно купить в любой лавке.
- Выходит, успехами пока похвалиться не можете?
- Нет. Дело запутанное, а мы еще в самом начале расследования. Что нового у
вас?
- Тоже ничего. Я, правда, начинаю думать, что моего компаньона нанял не
Криди, а его жена.
- С чего вы взяли?
- Так, слышал кое-что. Кстати, у нее есть разрешение на оружие?
- К чему вы клоните? - с раздражением спросил он. - Впутывать в эту историю
Криди - все равно что играть с динамитом.
- Не пугайте меня, лейтенант. Лучше ответьте на вопрос: есть у нее разрешение
на оружие? Это важно.
Проворчав, чтобы я не клал трубку, Ренкин удалился.
- У нее разрешение на автоматический револьвер тридцать восьмого калибра
номер 4557993, выданное три года назад, - сообщил он через несколько минут.
- Спасибо, лейтенант. - Я записал номер в свою книжку. - И последний
вопрос: узнали что-нибудь о прошлом Тельмы Каузнс?
- Ничего, хотя мы и справлялись повсюду. Такое впечатление, что у нее вообще
не было прошлого. Мужчинами не интересовалась, Хан был прав. Я просто не возьму в
толк, как она оказалась наедине с Шеппи.
- У вас есть адрес ее последней квартиры?
- Она снимала комнату на Мериленд-роуд, 379, у миссис Бичем. От хозяйки
ничего не добьешься. Кенди битый час толковал с ней впустую.
- Спасибо.
Я прошел в спальню и надел костюм. После этого запер бунгало и выехал из
гаража.
На часах было четверть шестого, и солнце по-прежнему пригревало. Узнав у
полицейского, как проехать на Мериленд-роуд, я втиснулся в поток транспорта и минут
через двадцать добрался до нужного дома.
Миссис Бичем оказалась полной пожилой дамой с приветливой улыбкой.
Отрекомендовавшись репортером "Курьера", я попросил рассказать о покойной
постоялице.
Миссис Бичем любезно предложила войти, и я оказался среди обитой плюшем
мебели, канареек в клетках, трех котов и коллекций фотографий, которые, видимо,
украшали стены в течение последних пятидесяти лет.
Я доверительно поведал, что собираюсь написать статью о Тельме Каузнс и мне
хотелось бы знать, был ли у нее молодой человек.
- Полицейский спрашивал о том же, - с опечаленным лицом ответила миссис
Бичем. - Нет, никого не было. Я часто говорила Тельме, что следует познакомиться с
каким-нибудь симпатичным юношей, но она и слышать не хотела. Все ее мысли были о
боге.
- Возможно, у нее был приятель, но вы об этом не знали, миссис Бичем?
Некоторые девушки слишком застенчивы и не рассказывают о своих сердечных делах.
- Нет, что вы! Я знала Тельму пять лет. Будь какой-нибудь кавалер, она
непременно бы рассказала. Она из дому-то почти никогда не уходила, только по
вторникам и пятницам.
- Может на самом деле она ходила не в церковь, а на свидание?
- О, как вы можете так говорить? - с обидой в голосе произнесла миссис
Бичем. - Тельма была неиспорченной девушкой, она всегда говорила правду.
- Бывал у нее кто-нибудь дома, миссис Бичем?
- Иногда заглядывали подруги - две девушки из "Школы керамики", а с третьей
они ходили в церковь.
- Мужчины не приходили?
- Ни разу. Я не поощряю подобные визиты. Мужчины не должны приходить в
квартиры к девицам.
Я вынул из бумажника фотографию Шеппи. Хозяйка внимательно разглядывала ее
и покачала головой:
- Это лицо мне незнакомо. Повторяю, мужчины не бывали здесь в гостях.
- Не заходила ли богато одетая блондинка? Женщина лет тридцати семи?
Она бросила в мою сторону непонимающий взгляд:
- Богатая блондинка? Нет, что вы! Три ее подруги и отец Меттьюз - больше у
нас никто не бывал.
Было похоже, что Трисби бессовестно лгал, утверждая, что Шеппи и Бриджетт
ходили к Тельме домой.
- В день, когда она погибла, ничего необычного не произошло? Никто не звонил
ей?
- Полицейский тоже интересовался этим. Нет, все было как в обычные дни. Она
ушла в восемь тридцать, чтобы к девяти успеть в магазин. Обедать Тельма всегда
приходила домой. Но на этот раз она не явилась, и я начала беспокоиться, а вечером
позвонила сначала отцу Меттьюзу, потом - в полицию.
Ренкин оказался прав: добиться чего-нибудь от старухи было таким же
безнадежным делом, как пальцем проковыривать дырку в бетоне.
Оставив "бьюик" на обочине, я пешком направился к "Белой даче". Солнце уже
закатилось, и все вокруг было окутано непроглядным мраком.
Со мною был карманный фонарик и несложный инструмент, с помощью которого
я намеревался в случае необходимости открыть окно или запертый шкаф.
Соблюдая все меры предосторожности, я обошел дом, но света нигде не
обнаружил. К моему удивлению, гараж оказался незапертым, и я увидел, что здесь стоит
машина Трисби. Ее капот был холодным.
С удвоенной осторожностью я поднялся на веранду и позвонил в парадную дверь.
Прошло минуты три, но никто не отвечал, было тихо. Откуда-то из темноты
появился сиамский кот и лениво развалился у моих ног. Но когда я нагнулся к нему, он
быстро отскочил прочь и принялся наблюдать за мной настороженно и враждебно.
Прежде чем войти в дом, я некоторое время стоял на веранде, внимательно
прислушиваясь. Смущала машина в гараже: это могло означать, что Трисби был где-то
поблизости; впрочем, за ним мог заехать кто-нибудь из знакомых. Отсутствие в доме
света делало второе предположение вполне вероятным.
Я вошел в гостиную и, отыскав выключатель, зажег свет. То, что предстало перед
моими глазами, заставило вздрогнуть. Пол был усыпан кипами бумаг, писем, старых
счетов, выброшенных из письменного стола и шкафов. Кто-то успел в этот дом раньше
меня, и мне ничего не оставалось, как с досады выругаться.
Я прошел в соседнюю комнату, где увидел лестницу, ведущую на второй этаж, и
две двери. Пройдя через одну из них, я оказался в столовой. Неизвестный посетитель
побывал и здесь: ящики буфета были выдвинуты, столовые принадлежности разбросаны
на полу.
В роскошно обставленной кухне, куда вела вторая дверь, все оказалось в полном
порядке.
Вернувшись обратно, я остановился около лестницы. Я решил не зажигать свет и
достал карманный фонарик. Где-то деловито тикали часы, но больше в доме не
раздавалось ни звука.
Что могло интересовать побывавшего здесь человека? Я постарался представить
реакцию Трисби, когда он обнаружит погром, произведенный в его отсутствие.
Интересно знать, обратится он в полицию или ничего не предпримет.
Трисби мог вернуться в любую минуту, и с осмотром нужно было кончать
побыстрее. Нигде не задерживаясь, я обошел все комнаты внизу, затем взбежал на второй
этаж и остановился на широкой, погруженной в темноту площадке.
Здесь в тусклом свете карманного фонаря я увидел нечто, от чего кровь застыла в
жилах; в противоположном углу явственно виднелась фигура припавшего к полу
человека. У него была странная поза - он точно изготовился к прыжку.
С бешено колотившимся сердцем я отпрянул назад.
- Кто здесь? - спросил я голосом старой девы, обнаружившей мужчину у себя
под кроватью.
Гробовое молчание было мне ответом, человек не шевелился. Он сидел, опираясь
на пятки, - небольшой смуглый человек с испещренным морщинами лицом. Узкие
щелочки глаз неподвижно смотрели в пространство.
Эта был, вероятно, слуга Трисби. Кто-то выстрелил ему в грудь, и перед смертью
он успел отползти в угол. На его полотняном пиджаке темнело кровавое пятно.
Я подошел ближе и коснулся его лица. Окаменевшие мышцы и холодная кожа
говорили о том, что человек умер уже несколько часов назад.
В спальне было темно и тихо. Я увидел Трисби, лежавшего поперек кровати, в
белой фуфайке, малиновых шортах и сандалиях. На его лице застыла гримаса ужаса, руки
были сжаты в кулаки. Простыня была обильно испачкана кровью.
Кто-то убил его выстрелом в спину, когда он пытался убежать. Умирая, он упал на
постель.
Я зажег свет. Сиамский кот проник вслед за мною. Теперь он сидел на постели и
обнюхивал голову убитого хозяина. Вытянув хвост, кот злобно шипел на меня.
Ноги мои подгибались, когда я подошел к постели и потрогал свисавшую руку.
Она была холодной. С момента смерти Трисби должно было пройти не менее пяти часов.
Кругом валялись вещи убитого. И подле кровати - револьвер. Я ни секунды не
сомневался, что это был тот самый револьвер, который несколько часов назад я вернул
Бриджетт Криди. Да, так оно и оказалось - под стволом стоял номер 4557993.
Вынув магазин, я пересчитал патроны. Стреляли четыре раза, по крайней мере два
выстрела были смертельными.
Стоя с револьвером в руке, я погрузился в раздумье. В этой истории все выглядело
чересчур просто и очевидно, чтобы быть правдой. Нахмурившись, я перебрасывал оружие
в руках, потом, повинуясь внезапному импульсу, погасил свет и спустился в гостиную.
Там я набрал номер Криди. Стрелки на часах показывали без четверти десять.
Трубку на другом конце провода снял Хилтон:
- Резиденция мистера Криди. Кто вам нужен?
- Соедините меня с миссис Криди.
- Я соединю с ее секретаршей, сэр, если вы подождете.
Раздались обычные щелчки, потом знакомый голос спросил:
- Кто говорит?
- Лу Брэндон. Миссис Криди у себя?
- Боюсь, она не будет с вами разговаривать.
- У меня дело необычайной важности, - нетерпеливо сказал я. - Мне
необходимо с ней поговорить.
- Подождите у телефона, я узнаю, подойдет ли она.
Я ждал, с ненужной силой прижимая трубку к уху.
Через некоторое время вновь послышался голос секретарши:
- Мне очень жаль, но миссис Криди не желает с вами разговаривать.
Я хмуро усмехнулся:
- Она должна выслушать меня, это в ее интересах. Передайте, что погиб ее
старый друг. Кто-то застрелил его, и полиция может явиться к ней с минуты на минуту.
- Что вы сказали?
- Соедините с миссис Криди. Она будет горько раскаиваться, если откажется
говорить со мной!
Наконец голос Бриджетт Криди произнес:
- Если вы не прекратите донимать меня, я буду вынуждена жаловаться мужу.
- Отлично, - ответил я, - жалуйтесь сейчас же. Он будет наверняка доволен. Но
я не думаю, что муж поможет вам избежать неприятностей. Ваш друг Жак Трисби лежит
у себя дома с пулей в спине. Рядом с трупом - ваш автоматический револьвер.
Из груди ее вырвался негромкий вздох:
- Вы лжете!
- Хорошо, тогда сидите и спокойно ждите Ренкина, - сказал я. - Больше мне
нет дела до вас. Я рискую головой, разговаривая с вами по телефону.
Она продолжала учащенно дышать в трубку.
- Вы говорите, он убит?
- Да, он мертв. Теперь ответьте на вопрос: где вы были между пятью и шестью
вечера?
- Здесь, в своей комнате.
- Вас кто-нибудь видел?
- Нет, я была одна.
- Секретарша не заходила к вам?
- Она в это время отсутствовала.
- Что вы сделали с револьвером, который я вам отдал?
- Положила в спальне.
- Кто мог его взять?
- Кто угодно. Шкаф не был заперт.
- К вам никто не приходил?
- Нет.
Нахмурившись, я посмотрел на стену.
- Не знаю, почему у меня появилось желание помочь вам, - сказал я. - Ваш
револьвер со мной, я забрал его из спальни Трисби. После анализа пули полиция,
возможно, установит, что стреляли из вашего оружия, но будем надеяться, что ей не
повезет. Кажется, кто-то хочет спихнуть на вас вину за убийство Трисби. В общем,
сидите тихо и молитесь, чтобы господь помог вам выпутаться из этой истории.
Прежде чем она успела что-нибудь сказать, я положил трубку.
Я осторожно вышел из "Белой дачи", погасив всюду свет и заперев двери.
Когда я вернулся домой, было четверть одиннадцатого. Под пальмами стоял
одинокий "кадиллак" с потушенными фарами. В окнах бунгало света не было. Я вошел в
темный холл. Здесь, включив свет
...Закладка в соц.сетях
