Жанр: Детектив
Собрание сочинений. Т. 4.
...алежалые
"драгоценности"... Она же прекрасно знает, что им грош цена. Но тогда за каким чертом
она меня звала? И почему сказала, что мужа не бывает дома по понедельникам и
четвергам? А может, она - мой единственный шанс?"
Энсон подошел к магазину Фремели, немного подволакивая ногу: ходить
нормально после встречи с Хоганом ему было больно. Отдел садового инвентаря
размещался в подвале и был до отказа забит покупателями. Восхищенная публика
расхаживала между цветочными горшками, миниатюрными фонтанами и
искусственными ручьями, текущими по выложенным яркими ракушками желобкам.
Покупателей обслуживали четыре молодые девушки. Сидевший за большим столом
начальник отдела перелистывал папку с заказами.
Энсон огляделся, подошел к одной из продавщиц и шепотом спросил:
- Это и есть мистер Барлоу, мисс?
Получив утвердительный ответ, он смешался с толпой и принялся внимательно
разглядывать мужа Мэг.
Барлоу бы маленьким худощавым человеком лет сорока. Его короткие черные
волосы резко подчеркивали угловатые черты лица, впалые, обрамленные синими кругами
глаза, почти лишенный губ рот и длинный худой нос. Одни только руки, тонкие и
нервные, показались Энсону изящными.
"Интересно, как это Мэг вышла за него?" - подумал он и, удовлетворенно
хмыкнув, вышел на улицу. Было без двенадцати четыре, и Энсону предстояло посетить
еще трех клиентов. Значит, к шести он освободится и уже в семь будет у Мэг.
Энсон вошел в телефонную будку, полистал записную книжку и, набрав номер
Барлоу, стал ждать. После третьего звонка Мэг сняла трубку.
- Здравствуйте, миссис Барлоу, - произнес он, стараясь говорить легко и
непринужденно. - Это Джон Энсон.
Последовала короткая пауза, во время которой он слышал лишь ровное дыхание
Мэг.
- Простите, не поняла, - проговорила наконец она, - как вы сказали?
- Джон Энсон из "Нэшнл фиделити", - повторил он. - Вы меня помните?
- А... ну конечно, конечно. Простите, пожалуйста. Я работала, поэтому не сразу
сообразила.
- Надеюсь, я вам не помешал?
- Ну что вы! Я часто вспоминаю вас. Как у нас с сюжетом?
- Э... кажется, я кое-что придумал, - неуверенно пробормотал он, - может
быть, я...
- Что?
Он сконфуженно молчал. Рука, сжимавшая телефонную трубку, стала влажной.
- Видимо, вы сегодня заняты? - предположила она, прерывая затянувшуюся
паузу.
- Я в Прютауне. Мне необходимо встретиться с несколькими клиентами, но если
вы не против, я мог бы подъехать часам к семи.
- Буду рада вас видеть. Если не возражаете, мы вместе поужинаем, хорошо?
Меню, правда, не очень изысканное, но все-таки... Я не люблю ужинать одна.
Загорелая, самоуверенная красавица в небесно-голубой мужской сорочке и плотно
облегавших стройные бедра белых брюках вошла в магазин, остановилась перед Барлоу и
посмотрела на него так, словно разглядывала пятно на свежей скатерти.
- Видимо, сейчас еще рано сажать розы "Мери Виткрофт"? - спросила она.
При виде этой женщины у Барлоу захватило дух.
- Да... рановато, - промямлил он, - но я могу принять ваш заказ. Если вы не
против, мы привезем вам семена, а посадить можно и потом...
Голубые глаза равнодушно скользнули по его неказистой фигуре.
- Мне нужно двадцать кустов. На имя миссис Ван-Герц. Мой адрес у вас есть.
Заранее благодарю.
Не сказав больше ни слова, она удалилась, покачивая бедрами. Барлоу тупо глядел
ей вслед.
- Мистер Барлоу, вы порезались, - сухо сказала одна из продавщиц.
Барлоу опустил глаза, посмотрел на красную от крови бритву, которую держал в
руках, и, машинально облизав пальцы, вновь уставился на открытую дверь, за которой
была еще видна спина удалявшейся миссис Ван-Герц.
Доехав до конца дорожки, Энсон увидел, что ворота и дверцы гаража открыты. Он
въехал в гараж, выключил мотор, вышел из машины и, вернувшись к воротам, аккуратно
их прикрыл.
В гостиной горел свет, и сквозь портьеру Энсон увидел силуэт шедшей ему
навстречу хозяйки дома.
- Вы на редкость пунктуальны, мистер Энсон, - сказала она, - входите же,
прошу вас.
На ней было оранжевое плиссированное платье, в котором она показалась ему еще
более соблазнительной, чем в прошлый раз.
- Сядем сразу за стол, вы не против? - спросила Мэг. - Не знаю, как вы, а я
просто умираю с голоду. Заработалась сегодня и совсем забыла про обед.
Отодвинув машинку и бумаги, она поставила на мятую скатерть две тарелки с
холодным мясом и огурцами, виски, лед, сифон с газированной водой и вазу с яблоками.
- Садитесь, мистер Энсон, - пригласила она, наполняя стаканы, - меню, как
видите, не блещет изысканностью, но для легкого ужина, думаю, сойдет.
- Разумеется, - поспешно согласился Энсон, устраиваясь за столом.
- Итак, есть у вас для меня сюжет? - спросила она, с аппетитом принимаясь за
еду. - Честно говоря, я сгораю от нетерпения.
Сделав несколько глотков, Энсон заставил себя съесть кусочек мяса.
- Вы давно замужем, миссис Барлоу? - спросил он.
Она подняла голову.
- В конце месяца будет первая годовщина. А что?
- Мне просто интересны люди с их судьбами, - ответил он. - Возможно, вы
удивитесь, но сегодня после обеда я заходил в магазин Фремели взглянуть на вашего
супруга. Торговля у него действительно бойкая.
- Да, дел у него хватает.
Энсон уловил в ее голосе презрительные нотки и пустил пробный шар:
- По роду службы мне приходится встречаться со многими людьми, и среди них
немало пар, которые непонятно чем связаны. Вот вы и ваш муж, например. Трудно
представить, что у вас общего.
Он замолчал и посмотрел на нее, стараясь уловить ее реакцию.
- Я и сама не знаю, - ответила она, опустив голову.
Энсон положил вилку.
- Вам не понравилось? - озабоченно спросила она.
- Нет, что вы, ужин отменный. Просто нет аппетита. Мне что-то нездоровилось в
выходные.
- Тогда, может быть, выпьете?
- Благодарю вас, не хочется.
- В таком случае посидите пока у камина. Я скоро к вам присоединюсь.
Он взял свой стакан и сел на диван, задумчиво глядя на языки пламени.
"Я и сама не знаю... - мысленно повторил он слова Мэг, - но если она и сама не
знает, значит..."
- Вас, видимо, шокировал мой ответ? - неожиданно спросила она. - Но что
делать? Фил действительно довольно жалкая личность. Цель его жизни - всего-навсего
собственная оранжерея, где он мог бы выращивать цветы, чтобы потом продавать их. Но
даже этой цели ему никогда не добиться: чтобы начать свое дело, нужно не меньше трех
тысяч долларов, а таких денег он и во сне не видел.
- Зачем же вы вышли за него? - спросил Энсон, по-прежнему глядя на огонь.
- Зачем? - ответила она после паузы. - Я не знаю, зачем. Думала, у него есть
деньги, надеялась избежать той судьбы, которая уготована в нашей благословенной
стране большинству девушек вроде меня. Вот, наверное, зачем. Теперь-то мне ясно, что я
совершила ошибку, такую ошибку, что иногда даже хочется овдоветь.
При этих словах по спине Энсона побежали мурашки, и он инстинктивно
подвинулся поближе к камину. Мэг подошла и села рядом.
- Почему я вас так интересую? - осведомилась она.
- Почему? - переспросил Энсон, до боли в пальцах сжав стакан с виски. -
Потому что вы - самая красивая и соблазнительная женщина, которую я когда-либо
встречал.
Она засмеялась:
- Мне не говорили таких приятных вещей с тех пор, как я имела глупость выйти
замуж.
- Ну вот, а теперь я вам это говорю.
- Раз уж дело дошло до комплиментов, знайте, что я тоже нахожу вас очень
привлекательным.
Энсон глубоко вздохнул.
- Я был очарован вами с первого взгляда, - признался он. - Со времени нашей
встречи я только о вас и думаю.
Она закурила, тонкой струйкой выпустила дым в сторону камина и, медленно
повернув голову, посмотрела ему в глаза.
- Жизнь так коротка, Джон, - задумчиво произнесла она, бросая сигарету в
огонь. - Давайте не будем терять время...
...Дрова в камине прогорели, и комната наполнилась мягким волнующим
полумраком. Мэг слезла с дивана и, подобравшись к камину, раздула огонь, бросив в очаг
несколько поленьев.
- Хочешь чего-нибудь выпить? - спросила она, оглянувшись через плечо.
- Нет... иди ко мне, - тихо ответил он.
- Ты знаешь, что уже больше девяти часов?
- Да.
- Сможешь остаться тут ночевать?
- Да...
Она закурила и, устроившись перед камином, попросила:
- Джон, расскажи мне про эту свою идею. Я имею в виду сюжет для моей новой
истории.
- Сейчас, Мэг, только дай мне глоток виски, - лениво ответил он.
Она поднялась, налила два стакана и, с улыбкой протянув один ему, села перед
огнем.
- Я ничего не смыслю в литературе, - как бы извиняясь, проговорил Энсон, -
но мне кажется, что твой новый рассказ должен выглядеть примерно так. Один страховой
агент очутился на мели. Как-то раз он отправился с визитом к женщине, запросившей
информацию по страхованию от пожара, и, словно в сказке, влюбился в свою новую
клиентку. Она была замужем, но тем не менее ответила ему взаимностью. Агент убедил
ее мужа застраховать жизнь, а потом вместе с любовницей придумал, как убрать
несчастного супруга. Вот и вся история. Как видишь, ничего экстраординарного, зато
звучит куда убедительней, чем то, что предлагала в прошлый раз ты, а все потому, что
ближе к реальной жизни.
Он допил свое виски.
- Ну как?
- Не блещет оригинальностью. Ты же сам говорил, что обмануть страховую
компанию очень трудно. Неужели ты веришь, что у этих двоих получилось бы?
- Это не только трудно, это опасно, - ответил Энсон, - но агент знал, как
взяться за дело.
- Значит, в принципе такое возможно? - спросила она. - Ну хорошо, а как ты
объяснишь читателям согласие мужа застраховать жизнь? Почему он пошел на это?
Предположим, что этот муж - мой Фил. Я уверена: он ни за что не станет страховаться.
- Естественно, все зависит от того, как эту историю подать, - сказал Энсон, -
согласен, идею нужно доработать. Давай допустим, что речь в рассказе идет о тебе, твоем
муже и обо мне. Я почти уверен, что смог бы уговорить Фила застраховаться. Мне ничего
не стоит представить дело так, что он обязательно клюнет.
- Каким образом ты рассчитываешь этого добиться?
- Знаешь, банки иногда дают займы под страховку. Разумеется, только тогда,
когда речь идет о жизни, а не об имуществе. Зная, что твоему мужу нужны деньги, чтобы
открыть свое дело, я стал бы упирать на преимущества, которые дает такая форма
страхования. А услыхав про заем, он не устоит перед соблазном и подпишет полис.
Мэг устроилась поудобнее.
- А ты хитрец, - сказала она, - мне бы такое в голову не пришло.
- Это только начало, - продолжал Энсон, - я уверен, что не смогу убедить его
застраховаться больше чем на пять тысяч долларов, а этого явно мало. В случае его
смерти ты почти ничего не получишь.
Она утвердительно кивнула и посмотрела на огонь.
- Да, ты прав. Вот если бы не пять тысяч, а пятьдесят...
- Вот тут-то весь фокус, - быстро сказал он, - в действительности я и
застрахую его на пятьдесят тысяч, хотя он будет уверен в том, что в полисе оговаривается
в десять раз меньшая сумма.
Снова воцарилось молчание.
- Это становится интересным, - произнесла наконец Мэг, - ну ладно,
допустим, ты застраховал его на пятьдесят тысяч. А дальше что?
Энсон почувствовал, что настал критический момент и что теперь надо быть
особенно осторожным.
- Давай оставим в покое конкретных людей, - сказал он, - я взял твоего мужа
лишь в качестве примера, чтобы нагляднее обрисовать тебе ситуацию. Представим себе
человека, которого застраховали на пятьдесят тысяч долларов без его ведома. Его жена
влюблена в страхового агента. Оба на мели. Если муж умрет, жене достанутся пятьдесят
тысяч долларов, которые она впоследствии поделит с любовником. Но муж, как назло, в
добром здравии, и тогда они замышляют убийство, причем с таким расчетом, чтобы жена
осталась вне подозрений, иначе весь план полетит в чертям. Что же делать? Выход один:
придать гибели бедного супруга вид несчастного случая, происшедшего к тому же в
отсутствие жены.
- Я вижу, ты здорово все продумал, - сказала она, как-то странно глядя на
него. - Что дальше?
- Предположим, что муж занимается садоводством и что у него есть маленький
бассейн с водой, - охрипшим голосом продолжал Энсон. - В субботу, ну, скажем,
после полудня жена отправляется в город за покупками. Муж остается работать в саду.
Внезапно он срывается со стремянки, ударяется головой о край бассейна и, потеряв
сознание, падает в воду. Чуть позже возвращается жена и видит, что ее драгоценный
супруг превратился в холодный мокрый труп. Страховой агент, подкравшись сзади,
оглушил его ударом по голове и швырнул в бассейн. Никаких улик.
Они переглянулись, и Энсон заметил, как Мэг дрожит.
- А как же шеф контрольной службы? - спросила наконец она. - Мэддокс или
как его там?
Энсон отхлебнул виски и облегченно вздохнул. Он был уверен, что Мэг поняла его
и согласна ему помочь: слишком явен был переход от литературы к реальности. А это
был именно такой переход, иначе Мэг ни за что не произнесла бы фамилию Мэддокса.
Итак, мысль об избавлении от супруга пришлась ей по вкусу.
- Да, Мэддокса игнорировать нельзя, - как можно спокойнее произнес он. -
Этот старый жук довольно опасен, но все же мыслит рутинно, а это значит, что, если муж
страхуется на пятьдесят тысяч долларов и внезапно гибнет, Мэддокс тотчас же
заподозрит жену, и никого другого. А жена-то как раз в убийстве не участвовала. Так что
необходимо первым делом обеспечить тебе алиби, а Мэддокса я возьму на себя. Думаю,
мне удастся убедить его в том, что ты не причастна к смерти Фила, а в этом случае он не
сможет препятствовать выплате страховки.
- Значит, если бы в тот момент, когда ты... когда ты занимался Филом, я была,
например, в Прютауне, дело могло бы выгореть? - спросила она так, будто они все еще
обсуждали сюжет для рассказа.
- По крайней мере, мне так кажется, - ответил он, допивая виски. - Ну как тебе
моя идея?
Мэг повернулась и внимательно посмотрела на него.
- Мне нравится, - просто ответила она. - Если бы ты знал, какая это мука -
прозябать тут, в глуши, с человеком, которого терпеть не можешь! Эх, будь у меня
пятьдесят тысяч... Ты знаешь, мне даже не верится, что это возможно - получить
свободу и такую кучу денег в придачу!
Энсон почувствовал смутную тревогу: уж больно легко все шло. Либо Мэг не
отдавала себе отчета в том, в какое опасное дело собиралась впутаться, либо уже давно
втайне подумывала избавиться от своего садовода.
- Страховка достанется тебе, - сказал он, сверля ее взглядом, - но я должен
быть уверен, что ты со мной поделишься. Мне чертовски нужны деньги, Мэг...
Она поднялась.
- Пойдем наверх?
Он посмотрел ей в глаза и увидел в них такую нежность, что ему стало стыдно за
свое недоверие...
Часы внизу пробили пять, когда через открытое окно в комнату стал медленно
вползать серый утренний свет. Энсон оглядел маленькую, бедно обставленную спальню
и, поморщившись, повернулся к лежавшей рядом с ним женщине. Тусклый свет смягчил
черты ее лица, и сейчас она казалась ему моложе и еще красивей, чем вчера.
- Скажи, Мэг... то, о чем мы с тобой говорили, - только сюжет для твоего
рассказа?
- Нет, Джон... Я больше не могу так жить. Мне хочется иметь хоть немного
денег.
- Мне тоже. Но получить их будет нелегко. По сути дела, до сих пор мы только
мечтали. Теперь надо продумать все до мельчайших деталей.
Мэг рывком села на кровати.
- Даже если мы на это решимся, я боюсь, ничего у нас не выйдет, - сказала она.
- Я тоже боюсь, - раздраженно сказал он. - Такое опасное дело требует
времени на подготовку. Необходимо обдумать каждый шаг. Скажи, Мэг, ты
действительно этого хочешь?
Она кивнула.
- А ты знаешь, как это называется? - он помолчал и тихо произнес: - Мы
планируем УБИЙСТВО! Отдаешь ты себе в этом отчет?
- Мне нечего жалеть этого хлюпика. Я потеряла из-за него год жизни и не желаю
жертвовать еще большим!
- Могла бы в таком случае развестись.
- Ну и куда бы я пошла? Здесь у меня по крайней мере есть крыша над головой и
кусок хлеба. Но я все равно уже не в силах терпеть Фила рядом с собой... Ты знаешь, у нас
с ним разные спальни. Только один раз, в самом начале, я подпустила его к себе...
Господи, какой это был ужас! Я... я не могу об этом рассказывать. Бывают такие
страшные отклонения... Я хочу его смерти, Джон! - неожиданно почти крикнула она и
уронила голову на грудь.
Энсон облегченно вздохнул. Все неясности исчезли. Значит, она не подведет.
- Знаешь, я с первого взгляда убедился в том, что Фил - ничтожество, - сказал
он. - Ему не место рядом с тобой, но все же ты должна подумать еще раз. Малейшая
ошибка с моей стороны - и нам обоим крышка. Суд вынесет самый страшный приговор.
Тебе известно, как они относятся к женщинам, замешанным в убийстве собственных
мужей.
- А ты можешь совершить ошибку? - спросила она. Энсон впервые уловил в ее
голосе страх.
- Убить нетрудно, - ответил он, - но всякое бывает. Упустим какую-нибудь
мелочь, и все, нам конец.
Мэг закурила.
- Я в тебя верю, Джон, - ласково сказала она, - ты не ошибешься.
- У тебя есть деньги? - внезапно спросил он. - Чтобы начать дело, мне нужно
три тысячи.
- Три тысячи? Да у меня и двадцати долларов не наберется.
- Ладно, что-нибудь придумаю.
- А зачем тебе три тысячи?
Он театральным жестом сбросил одеяло и показал ей оставшийся после
"переговоров" с Хоганом огромный синяк на животе. Мэг вздрогнула.
- Боже мой, Джон! Откуда это?!
Снова натянув одеяло, Энсон уставился в потолок и в нескольких словах поведал
ей историю о своих долгах.
- Но ты должен этому букмекеру всего тысячу, верно? Зачем же тебе еще две?
- На первый взнос за полис. Нечего и помышлять о том, чтобы отделаться от
Фила до тех пор, пока мы не заплатим хотя бы один раз.
Воцарилось молчание. Мэг с тревогой смотрела на Энсона. Наконец он заговорил
снова:
- Твой муж вообще-то деловой человек?
Она презрительно махнула рукой:
- У него на уме только цветы да женщины.
- Ты не замечала, читает ли он текст документа, прежде чем подписать его, или
только просматривает? Есть ведь люди, которые подмахивают бумаги, почти не гладя.
Как ты думаешь, станет он изучать страховой полис, и особенно ту его часть, которая
напечатана мелким шрифтом? Мне очень важно это знать.
- Не будет он возиться с мелким шрифтом, - с грустной усмешкой ответила
Мэг. - Да и с крупным тоже. Он никогда в жизни не подпишет страхового полиса.
Никакого, понимаешь?
- Если дать ему полис в четырех экземплярах, станет он проверять их все или
ограничится только первым?
- Он никогда не отличался скурпулезностью. Думаю, проверит только первый.
За завтраком, состоявшим из яйца всмятку и подгоревшего тоста, Энсон обратил
внимание на оправленную в деревянную рамку грамоту, висевшую на стене гостиной.
- Что это там такое, Мэг? - спросил он, указывая на стену вымазанным в масле
ножом.
- Это гордость Фила, - ответила она, - диплом за отличную стрельбу.
Энсон встал, прошелся по комнате и, приблизившись к стене, стал внимательно
изучать диплом. Филлип Барлоу занял первое место на конкурсе стрелков из пистолета,
организованном прютаунским клубом стрелков по мишеням в марте прошлого года.
Страховой агент вернулся к столу, сел и с задумчивым видом отодвинул
недоеденное яйцо.
- Значит, твой Фил, - чемпион по стрельбе из пистолета...
- Уже скоро год, как он забросил тренировки. А жаль. Если б он все время торчал
в своем клубе, то не путался бы у меня под ногами.
- У него есть револьвер?
- Да, - сказала Мэг, нахмурясь, - а зачем тебе?
- Здесь, в доме?
- Да, в нижнем ящике старого буфета.
- Покажи.
Она пожала плечами, поднялась и направилась к буфету. Вытащив из него
деревянную коробку, поставила на стол. В коробке лежал полицейский "кольт" тридцать
восьмого калибра и пачка патронов.
Энсон вынул револьвер из коробки, убедился, что он не заряжен, взвесил на
ладони.
- Фил им пользуется? - спросил он.
- Почему тебя это интересует? - спросила Мэг.
- Он заметит, если я позаимствую пистолет на одну ночь?
Она вздрогнула.
- А ты не догадываешься? - раздраженно спросил он, кладя оружие в карман. -
Или, может быть, ты забыла, что нам надо добыть три тысячи?
Мэг не ответила. Энсон молча отсчитал шесть патронов и сунул их в карман
вместе с револьвером.
Уже вечерело, когда Энсон остановил машину возле автомастерской "Колтекс",
находившейся недалеко от дороги в Брент. Пока техник наполнял бак и протирал капот
автомобиля, Энсон зашел в помещение конторы и направился к туалету. Оставив дверь
приоткрытой, он внимательно осмотрел оттуда маленькую комнатку со столом, полкой и
огромным допотопным сейфом. Два довольно широких окна выходили на шоссе.
Удовлетворенный осмотром, Энсон вернулся к машине.
- Станция открыта всю ночь? - спросил он, расплачиваясь с техником.
- Да, сэр. Ночью тут дежурит мой сменщик, - ответил тот и, пересчитав деньги,
удалился обслуживать следующего клиента.
Несколько месяцев назад Энсон предлагал хозяину станции застраховать выручку.
Он знал, что в сейфе почти всегда бывает три-четыре тысячи долларов. И после того, как
он увидел револьвер Барлоу, ему пришла идея обчистить этот сейф и таким образом
раздобыть начальный капитал для задуманного предприятия. Сигнализации на станции
не было, и поэтому Энсон надеялся захватить выручку без особого труда. Он решил
ворваться на станцию около четырех часов утра и, угрожая револьвером, заставить
дежурного техника открыть сейф. Если повезет, у него будут деньги, чтобы расплатиться
с Джо Дунканом и внести первый взнос за полис на пятьдесят тысяч долларов - ту
сумму, на которую он рассчитывал застраховать Барлоу.
Возвратившись в "Марлборо", Энсон сел на кровать и внимательно осмотрел
револьвер. Убедившись, что оружие в полном порядке, он загнал в барабан шесть
патронов и сунул "кольт" в карман. Потом спустился в бар и заказал нераспечатанную
бутылку бордо: ему была нужна пробка. В девять часов он оплатил счет, положил в
карман пробку и прошел через холл в мужской туалет. Старый негр-швейцар, дремавший
в кресле, окинул Энсона равнодушным взглядом и вновь закрыл глаза.
Медленно моя руки, Энсон разглядывал в зеркале отражение гардероба, где висело
множество разных пальто и шляп. Потом он пересек коридор и, выйдя в гардероб,
спокойно снял с вешалки поношенное полосатое зелено-коричневое пальто и тирольскую
шляпу с пером. Выйдя через служебный вход, Энсон бросил свернутую в узел одежду в
багажник машины, вернулся в свой номер, лег на кровать и принялся обдумывать план
действия.
Уже второй год Гарри Вэббер дежурил по ночам в автомастерской "Колтекс".
Работы было немного, и поэтому он коротал время, читая шпионские романы.
Около четырех утра Гарри сварил себе кофе и уже собирался устроиться
поудобней в старом кресле, чтобы продолжить чтение романа, когда стеклянная входная
дверь бесшумно распахнулась. Гарри поднял глаза и медленно поставил чашку на стол.
Выскользнувшая из его рук книга глухо шлепнулась на пол.
Перед столом стоял высокий чернобровый мужчина в тирольской шляпе и нелепом
полосатом пальто. Нижняя часть его лица была замотана шарфом, в правой руке
поблескивал огромный черный "кольт", дуло которого смотрело прямо в живот Гарри.
- Я вообще-то не собираюсь тебя убивать, малыш, - спокойно произнес
бандит, - но, если ты будешь упорствовать, мне, видимо, придется проделать эту
неприятную операцию. Ты понимаешь, что я пришел за деньгами? Ну-ка, открой этот
железный гроб, да побыстрее!
- Сию минуту, - пробормотал полуживой от страха Гарри и чуть было не
добавил "сэр".
Налетчик обошел стол и направился к туалету, держа револьвер нацеленным на
Гарри. Он открыл дверь туалетной комнаты и остановился за ней так, что его нельзя было
заметить с улицы.
- Открывай сейф! - нетерпеливо повторил он команду. - Чего тянешь?
Гарри выдвинул нижний ящик стола, в котором рядом с ключом от сейфа лежал
автоматический пистолет сорок пятого калибра, купленный владельцем мастерской на
всякий случай. Мальчишка посмотрел на оружие и заколебался. Успеет ли он схватить
пистолет и выстрелить первым? Энсон заметил, как нерешительно топчется возле стола
Гарри, и понял, что в ящике лежит револьвер.
- Не двигаться! - заорал он. - Назад! Руки вверх, щенок!
Крик привел Гарри в ужас. Он безропотно отошел от стола и поднял руки. Энсон
приблизился, взял револьвер и, возвратившись в свое укрытие, положил оружие на
кафельный пол возле порога.
- Отпирай сейф! - гаркнул он. - Да пошевеливайся, не то уложу на месте!
Гарри повиновался. Тяжелая дверца сейфа, скрипнув, распахнулась. Энсон бросил
встревоженный взгляд в окно.
- Отойди в сторону, стань лицом к стене и не шевелись, - приказал он.
Гарри мгновенно выполнил команду. Энсон подошел к сейфу, наклонился и
вытащил из него большую жестяную коробку. Открыв ее, он взволнованно перевел дух: в
коробке лежали толстые пачки ассигнаций. Энсон начал лихорадочно запихивать деньги
в карманы, когда до его слуха донесся шум мотора полицейского "харлея". "Проедет или
остановится? - подумал он, судорожным движением швыряя пустую коробку обратно в
сейф. - Господи, хоть бы пронесло!"
- Сядь за стол, - сдавленным голосом приказал он Гарри. - Быстро! И учти:
тебя, в случае чего, пристрелю первым.
Гарри направился к столу и медленно сел в кресло. Мотор мотоцикла коротко
взревел у самой двери мастерской и затих. Лоб Энсона покрылся холодным потом.
Метнувшись к туалету, он прикрыл за собой дверь, оставив лишь маленькую щелку, и
тихо выругался: через щель не было видно Гарри.
Паренек огляделся, удостоверился, что находится вне поля зрения грабителя, и,
быстро схватив блокнот, написал: "Нападение. Вооруженный человек в туалете".
Дверь распахнулась, и вошел громадный розовощекий полицейский. Он частенько
наведывался сюда по ночам, и Гарри обычно угощал его чашечкой кофе.
- Привет, дружок, - бодро сказал полицейский, - решил вот к тебе заглянуть.
Может, думаю, угостишь кофейком, как вчера.
Энсон оглядел маленькое темное помещение туалета и сразу понял, что попал в
ловушку. Окошко было слишком высоко и мало,
...Закладка в соц.сетях
