Жанр: Детектив
Снайпер
...Вы
были таким подавленным и взволнованным, я вот и решила вас отвлечь.
- Я вам очень благодарен, миссис Бенсон.
- Пожалуйста, зовите меня Люси. В конце концов, вы поживете у нас несколько
дней. Я хочу, чтобы мы стали друзьями, - помолчав, она добавила. - Это ваше ружье?
- Да.
- Можно я попробую выстрелить из него? У Джея и в мыслях нет научить меня
стрелять. Сам-то он стреляет превосходно. Иногда мне даже не верится, что можно так
метко стрелять. Вы покажете мне, как стрелять из ружья, Тим?
- Боюсь, мистеру Бенсону это не понравится.
- Он не станет возражать. Кроме того, он чинит машину. Пожалуйста, покажите
мне.
Должно быть, она взяла ружье, потому что Тимотео чуть ли не крикнул: "Осторожно.
Оно заряжено".
- Покажите мне, - настаивала Люси.
- Я тут мало в чем понимаю. Мне кажется, не стоит. Давайте лучше подождем
мистера Бенсона.
- Вы должны разбираться в этом лучше меня. Ждать я не собираюсь. Я хочу
стрелять. Что я должна делать?
- Положите ружье на скамью.
- Не хочу!
Люси никогда не стреляла. Она могла убить его. Он мог убить ее. Я было рванулся к
двери, но сдержался. У нее получалось лучше, чем у меня. Риск мог оправдаться.
- Подождите! - услышал я. - Ружье надо держать крепко. Сильнее прижимайте
его к плечу, иначе при выстреле оно вас ударит. Все-таки, давайте подождем.
- Вот так?
- Еще сильнее. Люси, пожалуйста... не надо.
Грохот выстрела. Вскрик Люси.
- Больно!
- Вы попали в мишень! - возбужденный возглас Тимотео. - Посмотрите!
- Я и хотела попасть, - пауза. - Для первого выстрела неплохо. Теперь ваша
очередь.
- Я не умею.
- Тим Саванто! Если вы не сможете выстрелить лучше меня, вам не останется
ничего другого, как провалиться сквозь землю от стыда, - Люси рассмеялась.
- Я не люблю оружия.
- Тогда я попробую еще раз.
Долгая пауза, грохот выстрела.
- О!
- Вы чуть дернули ружьем перед самым выстрелом. Я видел. Дайте мне
попробовать.
- Ставлю десять центов, что вы не сможете выстрелить точнее, чем я, - в голосе
Люси слышалось дружеское подтрунивание. - Ставлю десять центов. Спорим?
- Спорим.
Снова пауза, выстрел.
- Обманщик! - с притворным негодованием воскликнула Люси. - Вы говорили,
что не умеете стрелять! Вы украли мой десятицентовик!
- Извините, - рассмеялся и Тимотео. - Это шутка. Забудем о споре. Я бы не стал
платить, если бы проиграл... честное слово.
Я решил, что пора появляться на сцене. Отошел на десяток шагов, а затем,
посвистывая, направился к двери.
Войдя в пристройку, я сразу почувствовал, как изменилась атмосфера. Тимотео
держал в руках ружье. Одного взгляда на меня хватило, чтобы он окаменел. Его глаза
наполнил страх, он стал похож на собачонку, ждущую пинка хозяина. Люси сидела на
скамье, лицо у нее раскраснелось, глаза блестели. Но блеск тут же потух, и она смотрела
на меня, как бы спрашивая, не натворила ли она чего.
- Что у вас тут делается? - я улыбнулся Люси, но почувствовал, что улыбка вышла
натянутой. - Я слышал стрельбу.
Она попыталась подыграть мне, но не слишком удачно.
- Да... и я попала в мишень. Так что в нашей семье метко стреляешь не только ты.
Посмотри сам...
Не обращая внимания на Тимотео, я взглянул на далекую мишень. Дырка во внешнем
кольце и еще одна у самого центрального круга.
- Так, так! Интересное дело. Выстрел в круг весьма неплох.
- Я так и знала! Вы, мужчины, всегда заодно. Это он. Я попала во внешнее кольцо.
Даже мне этот диалог показался ужасным.
Я повернулся к Тимотео и улыбнулся.
- Видите? Все не так уж страшно, не правда ли? Это хорошее начало. Продолжайте.
Патронов у нас хватит, - я посмотрел на Люси. - У меня есть ружье, которое тебе
подойдет. Ты хочешь стрелять вместе с ним?
Поколебавшись, Люси кивнула.
Я подошел к ящику, где хранились ружья, открыл замок, откинул крышку и достал
ружье, из которого Ник Льюис учил стрелять женщин. Зарядил его и передал Люси.
- Подождите, пока я поставлю новые мишени. А затем сделайте по пятьдесят
выстрелов. Хорошо?
Тимотео сжался, словно кролик, готовый броситься наутек. Я словно этого и не
заметил. Вышел на солнце, поставил новые мишени.
- Можете начинать, - крикнул я. - А я побуду в бунгало. Мне надо написать
несколько писем. Я хочу, чтобы к моему возвращению вы разнесли эти мишени в клочья.
Я улыбнулся, помахал им рукой и направился к бунгало. Прошел на кухню, достал из
холодильника банку пива. Так рано я обычно пиво не пил, но от прогулок по жаре меня
мучила жажда. Сел на веранде, выпил полбанки, выкурил сигарету.
Выстрелов не было.
Я подождал еще пять минут... все та же тишина. Я допил пиво, бросил недокуренную
сигарету, вынул из пачки новую. Часы показывали 10:43. Тимотео находился в тире уже
четыре часа и сорок пять минут. За это время он выстрелил один раз.
Чем они там занимаются? Кровь вновь ударила мне в голову. Люси должна знать, как
важно для меня научить этого жлоба стрелять. Неужели они до сих пор сидят и
обсуждают своих родителей, свои страхи, свои слабости?
Я вскочил, но заставил себя вновь опуститься на стул.
Надо дать ей время, сказал я себе.
Время? Черт! Времени-то у меня и не было!
Слушая их разговор, я решил, что она нашла правильный подход к Тимотео. В конце
концов, у нее он попал в мишень, но теперь... Почему они не стреляют?
Я просидел на веранде двадцать пять минут. Каждую секунду я ожидал выстрела.
Секунда проходила, а его все не было.
Я уже не на шутку разозлился. Я клял Тимотео и клял Люси. Что за игру они затеяли?
Я встал, выбросил четвертую кряду сигарету и пошел к тиру.
Плевать я уже хотел на его нервы. Если б потребовалось, я бы дал ему хорошего
пинка. Я ворвался в пристройку.
Тишина и пустота. Оба ружья лежали на одной из скамей. Мишени так и остались
нетронутыми. Ящерица метнулась вверх по стене, показывая, что жизнь идет своим
чередом.
Я вышел из пристройки, кипя от ярости. И заметил две цепочки следов, ведущих к
морю. Подняв голову, я оглядел берег.
Они шли рядышком, по самой кромке воды. Он наклонил голову, слушая Люси. Она
сняла сандалии и несла их в руке. Похоже, они забыли обо всем на свете, кроме своей
беседы.
Я, однако, не мог позволить себе такой роскоши.
Глава 3
Стоя под жарким солнцем, я решил, что могу выбрать один из двух вариантов:
оставить их вдвоем или подойти к ним, схватить его за шиворот, отволочь в тир, сунуть
ружье в руки и заставить стрелять до посинения.
Стоял я долго, затем развернулся, сдерживая ярость, и направился к бунгало.
Мое решение основывалось на том, что произошло раньше. По крайней мере, при
Люси он попал в центральный крут мишени, а у меня не было уверенности, что я смогу
добиться от него того же.
Чтобы как-то занять себя и немного успокоиться, я рассортировал консервы и убрал
их в буфет. Две бутылки шампанского и дюжину банок пива поставил в холодильник.
На ленч, решил я, мы съедим томатный суп, куриное мясо, компот из персиков и
фруктовый салат. Выставив на стол банки с названными продуктами, я взял из
холодильника банку пива, отнес на веранду и сел, все еще кипя от ярости.
Часы показывали 11:36.
Пляжа я не видел. Пристройка загораживала обзор. Думал я об облигации,
похороненной мною в песке.
Таким же стрелком, как вы, говорил Саванто. Сейчас век чудес. Действительно,
помочь мне могло только чудо, если мы будем продолжать так, как начали.
Я выкурил три сигареты и допил пиво, когда из-за пристройки появилась Люси. Она
полушла, полубежала, с сандалиями в руке.
Одна!
Я заставил себя не двинуться с места.
Почему одна?
Я ждал. Она подошла, слегка запыхавшись. По выражению ее лица я мог судить, что
она испугана.
- Привет! - я глянул на нее так, как смотрел в армии на полных идиотов. -
Поболтали неплохо?
Она дрогнула, но не бросилась в бегство.
- Ничего другого не оставалось, - я видел, что она торопится мне все объяснить. -
Когда ты ушел, он не мог взять ружье в руки. Ты насмерть перепугал его.
- Неужели? - я едва сдерживал себя. - Что происходит с этим слизняком? У него
не все в порядке с головой?
- Ты пугаешь его, Джей.
- Правда? - я побагровел. - Если он будет продолжать вести себя, как чертова
примадонна, вот тогда я действительно напутаю его. Где он?
- Я попросила его остаться на пляже, пока не поговорю с тобой.
- Что он там делает... бросает камешки в воду? Ты понимаешь, что он должен
стрелять? Ты понимаешь, что мы не получим деньги, если он не научится стрелять? Ты
это понимаешь?
Она посмотрела мне в глаза.
- Именно потому, что я понимаю, как важно для тебя выполнить это поручение, я
стараюсь тебе помочь.
- И твоя помощь состоит в том, что ты уводишь его на прогулку?
- Ты загоняешь его в себя... я пытаюсь помочь ему раскрыться.
- Что значит... загоняю его в себя? - рыкнул я. - Я и так глажу его только по
шерстке. Я оставил его с тобой, лишь бы он стрелял. И что из этого вышло? Вы ушли
гулять!
- Ты, похоже, не понимаешь, что пугаешь людей, Джей.
- А теперь ты хочешь сказать, что я пугаю и тебя, не так ли?
Она кивнула. Ее пальцы сжались в кулачки. Выглядела она такой юной, испуганной,
ранимой.
- Да. С тех пор как все это началось, ты стал совсем другим. Да, ты пугаешь меня.
Я шлепнул ладонями по коленям. От резкого звука она даже подпрыгнула.
- Извини. Я не хотел тебя испугать, но для меня очень важно научить его стрелять. И
для тебя тоже. Времени-то у нас совсем ничего, - я искал способ разрядить обстановку.
- Хочешь пива?
- Да, пожалуйста.
Я поднялся, прошел на кухню, достал из холодильника банку, открыл ее, налил
полный стакан и отнес его Люси. Она сидела лицом к тиру. Я дал ей стакан, пододвинул
стул, сел рядом.
Напряжение спало. Я наблюдал, как она пьет пиво. Ее рука чуть дрожала. Я ждал.
- Видишь ли, Джей... он не хочет стрелять.
Я уставился на Люси.
- Он не хочет стрелять?
- Нет.
- Прекрасно! Изумительно! Только этого мне сегодня и не хватало! - я отбросил
недокуренную сигарету. - Значит, он не хочет стрелять? Так какого черта он приехал
сюда? Его папаша говорил, что этот подонок осознает всю ответственность. А теперь ты
заявляешь, что он не хочет стрелять.
- Он боится своего отца.
Я пробежался пальцами по волосам.
- Но тебя он не боится... это интересно.
- Мы очень похожи.
- Как бы не так! Не сравнивай себя с этим оболтусом, Люси. Мне это не нравится.
- Мы думаем одинаково, Джей.
Я вновь закурил.
- Я тебе не верю, да это и не важно. Давай начнем сначала. Ты поговорила с ним. И
выяснилось, что ему наплевать, потеряет его отец полмиллиона долларов или нет?
- Он этого не говорил.
- И ему, естественно, плевать, получим ли мы пятьдесят тысяч, - я наклонился
вперед. Мое лицо перекосило от ярости. - Но мне-то не плевать! И его отцу тоже!
Поэтому он будет стрелять, даже если мне придется избить его до полусмерти. Он обещал
отцу, что будет помогать мне, и другого выхода у него нет!
Люси поставила на стол недопитый стакан, положила руки на колени и пристально
разглядывала их, словно видела впервые в жизни.
- Ты не сможешь заставить его стрелять, Джей, пока он этого не захочет. И ты это
знаешь.
- Так я заставлю его захотеть!
Долгая пауза, затем она подняла глаза на меня.
- И как ты это сделаешь?
Да... вопрос на засыпку.
- Я поговорю с ним, - ответ не показался убедительным даже мне самому. - Я
постараюсь доказать ему, что это очень важно.
- К деньгам он безразличен, Джей. Мы говорили об этом.
- Конечно. Это же не его деньги. Это деньги его отца и мои. Чему уж тут удивляться.
- Он безразличен и к собственным деньгам.
Я старался держать себя в руках.
- А теперь послушай, Люси. В армии мне попадались такие, как он, и я превращал
их в хороших стрелков. Поначалу всегда идешь им навстречу, но потом приходится их
ломать. - Я помолчал, затем продолжил: - Я прихожу к выводу, что у Саванто были
основания завести разговор о твоем отъезде. Я хочу, чтобы ты собрала чемодан и поехала
в Парадиз-Сити. Номер в отеле я тебе сниму. Я хочу, чтобы ты пожила там девять дней и
забыла о Тимотео. Я хочу, чтобы ты уехала немедленно.
- Ты хочешь, чтобы я уехала, потому что намерен обращаться с Тимотео так, как не
решился бы в моем присутствии. Я права, Джей?
Она не ошиблась, хотя признаваться в этом я не собирался.
- Не болтай ерунды. Этот парень должен понять, что такое дисциплина. В армии,
как ты знаешь, женщин нет. Вот я и хочу, чтобы ты уехала. Это важно. Не к чему тебе
здесь оставаться.
- Я приготовлю ленч.
- Люси! Ты слышала, что я сказал! Я хочу, чтобы ты уехала!
Она поднялась.
- Я приготовлю ленч, - и ушла на кухню.
Я посидел еще пару минут, выпуская пар, затем последовал за ней.
Она разглядывала стоящие на столе банки.
- Это наш ленч, Джей?
- Если ты не возражаешь.
Люси начала открывать консервы.
- Я хочу, чтобы ты уехала после ленча.
- Я не уеду, - она вылила суп в кастрюльку. Посмотрела на меня. Я не уеду, Джей,
- ее глаза блестели от слез, но губы решительно сжались. - Ты сказал: "Что бы ни
случилось, Люси, я тебя люблю. Потом ты оглянешься назад и простишь меня, если я тебя
обидел". Вот что ты сказал, - по ее телу пробежала дрожь, она отвернулась к окну. -
Сейчас ты обижаешь меня, но я оглянусь назад и прощу тебя.
Меня словно обдало холодной водой. Ярость испарилась, как дым. Я поднял руки.
- Хорошо, Люси, ты победила. Я не собираюсь терять тебя из-за пятидесяти тысяч
долларов. Поэтому я отказываюсь от своего обещания и скажу Тимотео, чтобы он
выматывался отсюда к чертовой матери. Будем жить, как прежде, и постепенно встанем
на ноги. Ты этого хочешь?
Люси смотрела на вскрытую банку с куриным мясом.
- Выглядит аппетитно. Ты голоден?
- Ты слышала, что я сказал?
Слезинка скатилась по ее щеке.
- Да, я слышала, - у нее задрожали губы. - С тобой иногда трудно, Джей, бывает,
ты груб, но я знаю, что ты не из тех, кто останавливается на полпути.
Какие-то мгновения я стоял и смотрел на нее. Когда же до меня дошел смысл ее слов,
я схватил Люси, поднял на руки и метнулся в спальню.
- Джей! Что ты делаешь? - она попыталась вырваться из моих объятий. - Джей!
Надо же готовить ленч! О, Джей, ты сумасшедший!
Я расстегнул пуговицу на ее джинсах, дернул вниз молнию и рывком стащил с нее
джинсы, поставив ее чуть ли не на голову.
Она протестовала, смеясь и плача одновременно.
Я не мог найти подхода к Тимотео Саванто, но не к своей жене.
Хемингуэй как-то написал, если мужчина и женщина вместе достигают вершины
блаженства, то содрогается земля... не часто, но иногда.
Ну в этот раз земля дрогнула наверняка.
- Джей... я могу забеременеть.
Я открыл глаза, уставился в блики солнечного света на потолке, затем повернулся на
бок и посмотрел на Люси.
- Ты бы этого хотела?
- Да. А ты?
- Наверное. Я бы научил этого мальчугана стрелять.
- Может родиться девочка.
Я улыбнулся.
- Тогда ты будешь учить ее, как стать такой же красивой, доброй, чуткой и
сексуальной, - наши взгляды встретились. - Извини, дорогая. Незачем мне было
выходить из себя. Извини.
Она коснулась моей руки:
- Все нормально, Джей... правда.
По ее улыбке я понял, что это так.
- Ты действительно думаешь, что можешь забеременеть? - спросил я.
Люси хихикнула.
- Именно так делаются дети. Все возможно, - она соскользнула с кровати, надела
джинсы. - Посмотри на часы!
12:43.
- Я его приведу. А ты готовь ленч.
- Нет... не ходи. Он сказал мне, что не придет на ленч. Он ест раз в день.
Я пожал плечами, подумав, что он настоящий чудик.
- Хорошо, но помни, пожалуйста, что я ем три раза в день.
- Как будто я могу об этом забыть.
И она упорхнула на кухню.
Я тоже встал. Час в постели явно пошел мне на пользу. Я чувствовал, что наладил
отношения с Люси, теперь предстояло налаживать их с Тимотео.
После ленча мы с чашечками кофе сидели на веранде.
- Что ты собираешься делать. Джей?
- Пойду на пляж и поговорю с ним. Не волнуйся, Люси, я не собираюсь кричать на
него, буду гладить по шерстке. Ты дозвонилась до наших шестерых учеников?
- Я... я забыла, - она даже покраснела.
- Неважно. Телефон не работает.
Люси вопросительно взглянула на меня.
- Что с ним?
- То же, что и с машиной. Мы отрезаны от мира на девять дней. Раймондо
обеспечивает секретность.
- Это безумие!
- Похоже, что так. Я полагаю...
Тут я заметил, что она меня не слушает. Она оцепенела, увидев что-то за моей
спиной, и страх вновь наполнил ее глаза.
Я обернулся.
Раймондо прислонился к одному из столбов, поддерживающих крышу веранды.
Сощурившись, он смотрел на меня.
Я допил кофе, затем спросил, что ему нужно.
- Могу я поговорить с вами? - вежливый тон, никаких улыбок.
- Я слушаю.
Он взглянул на Люси.
- Давайте пройдем в тир.
Я поднялся.
- Пора работать. - я улыбнулся Люси. - До скорого.
Из тени веранды я вышел на солнечный свет и направился к тиру. Раймондо
пристроился рядом. По пути мы не перемолвились ни словом.
- Что ты еще придумал?
- Придумал не я, а вы. Почему он не стреляет?
- Послушай, красавчик, твое дело - секретность, а мое - стрельба. Так?
Его глаза буравили меня.
- Пора вам спуститься на землю, солдат. Вы, похоже, не понимаете, в какую попали
передрягу.
- Ты опять слишком много болтаешь. Так что закрой пасть. Я занимаюсь своим
делом, ты - своим. Я не лезу к тебе и уж ты, пожалуйста, не суйся ко мне. А теперь
проваливай!
Он вошел в пристройку и сел на одну из скамей. Мне не оставалось ничего другого,
как войти следом.
- Я же сказал... проваливай!
Он посмотрел на меня.
- У вас трудности с Тимотео?
- Слушай, хватит болтать.
- Если да, я могу помочь. Для этого я здесь.
- Правда? А я думал, что ты ведаешь секретностью.
- И этим тоже.
Тут я вспомнил слова Саванто. Завтра с Тимотео приедут два моих человека. Они
будут следить за тем, чтобы посторонние не подходили к школе, и приглядят за Тимотео,
если тот выйдет из-под контроля.
Я опустился на соседнюю скамью. Задумался, затем пожал плечами.
- Пожалуй, у нас не все гладко. Он не хочет стрелять.
- Ясно. Почему вы не сказали мне? Я все улажу.
Уверенность голоса Раймондо заставила меня посмотреть на него.
- Я не прошу ничего улаживать. Что с ним вообще творится?
Раймондо усмехнулся.
- Трус он, вот и все. Вы и миссис Бенсон были с ним с шести утра. За это время он
выстрелил дважды. Ладно, я с ним поговорю.
- Что вы ему скажете?
Вот тут блеснули белые зубы.
- Это останется между мной и Тимотео, солдат. - Сначала поговорю с ним я.
Сегодня утром он так нервничал, что не мог держать в руках ружье. Ему дали время,
чтобы успокоиться. Если ничего не получится, с ним поговоришь ты.
- Хорошо. Даю вам два часа.
- Ничего ты мне не даешь! Я сам скажу тебе, когда ты сможешь с ним поговорить...
Понятно?
И столько насмешливой жалости было во взгляде Раймондо, что я едва сдержался,
чтобы не ударить его.
- О-ля-ля! Сколько гонора! Может, перед тем, как поговорить с ним, я лучше
поговорю с вами, - он пристально посмотрел на меня. - Вы еще этого не знаете, но
положение у вас неважнецкое. Или вы выполняете порученное дело, или пеняйте на себя.
Вам пора уяснить, что это не игра. Этот трусохвост должен стрелять, а ваша задача -
заставить его стрелять. Если вам это не удастся, вы не только потеряете деньга,
обещанные Саванто, вас ждут большие неприятности.
Кровь бросилась мне в лицо.
- Ты мне угрожаешь?
- Нет. Я никому не угрожаю. Я - посыльный. Я говорю лишь то, что просил
передать вам мистер Саванто. Запомните: это не игра. Вам хорошо заплатят. Или вы
делаете то, что от вас требуется, или ждите беды, - Раймондо встал. - И не стоит
злиться на меня. Я всего лишь посыльный, - он переступил с ноги на ногу, руки его
свободно висели по бокам, я видел, что он готов к драке. - Вы все поняли, солдат?
- Включите мой телефон. Я поговорю с мистером Саванто. Я намерен сказать ему,
что не желаю больше терпеть твое присутствие.
Раймондо улыбнулся.
- Давайте договоримся так. Если он не начнет стрелять к четырем часам дня, я
поговорю с ним.
И он ушел. Когда нас разделило ярдов пятьдесят, он запел. С его внешностью и
голосом ему следовало податься на телевидение.
Я нашел Тимотео под пальмой. Он сидел, поджав колени к груди и охватив их
руками, смотрел в море.
Я постоял, наблюдая за ним. Он даже не пошевельнулся. Казалось, он погружен в
глубокий транс.
И я должен научить этого зомби стрелять! В армии через мои руки прошло много
неумех, но такого, похоже, не попадалось.
Я обещал Люси, что буду гладить его по шерстке. Но более всего мне хотелось
пинком поднять его на ноги и гнать к тиру. Я подождал еще минуту, успокаивая нервы,
затем направился к нему. Он не замечал меня, пока моя тень не упала на его ноги.
Его будто огрели кнутом. В панике он вскочил, озираясь, словно не зная, куда бежать.
- Привет, Тим. Извините, что напугал вас. Далеко вы забрались, еле нашел.
Черные очки снова закрывали его глаза. Я едва сдержался, чтобы не сдернуть их и не
втоптать в песок.
- Ради Бога, присядьте. А то создается впечатление, что я вам не нравлюсь.
Я уселся в теньке. Он все еще стоял, готовый сорваться с места, на виске
пульсировала жила.
- Чего бы вам не сесть?
Он шумно сглотнул, затем опустился на песок в пяти футах от меня. Подтянул к
груди длинные ноги и уставился в море.
- Я хочу поговорить с вами. Люси убедила меня, что с самого первого момента
нашей встречи я взял не тот тон. Я вам должен кое-что пояснить. Видите ли, Тим, в
прошлом я был армейским инструктором. В армии не принято обращать внимания на
личность человека, и, сам того не желая, я, похоже, настроил вас враждебно по
отношению к себе.
Я ждал ответа, но его не последовало. Тимотео, спрятавшись за черными очками, не
отрывал взгляда от моря.
Я потер шею, сдерживая раздражение. Напомнил себе о данном Люси обещании.
- Ваш отец хочет, чтобы вы стали классным стрелком. Ему это нужно, чтобы
выиграть важное, стоящее больших денег пари. Вы об этом знаете. Он допустил ошибку,
заключив это пари, но кто из нас не ошибается. Мне кажется, раз вы - его сын, то
должны ему помочь, - никакой реакции. - Он обратился ко мне, чтобы я научил вас
стрелять. Не знаю, говорил ли он вам, но мне обещали пятьдесят тысяч долларов, если за
девять дней я сделаю из вас снайпера. Если вы поможете мне, это возможно, - молчание.
- Вы провели здесь несколько часов и теперь видите сами, что представляет собой наша
стрелковая школа. Это дыра. На покупку у меня ушли все деньги, заработанные в армии.
Возможно, мне не следовало покупать ее. Но теперь мне нужны дополнительные
средства, чтобы поставить школу на ноги. Ваш отец даст их мне при условии, что вы
научитесь хорошо стрелять. Имея пятьдесят тысяч, мы с Люси можем рассчитывать, что в
скором времени школа начнет приносить доход.
Я смотрел на него, он - на море. Казалось, он не расслышал ни одного моего слова.
Я ждал целую минуту. Меня распирало от желания вскочить и врезать ему ногой.
- Вы уже поговорили с Люси, - я предпринял последнюю попытку. - Она сказала
мне, что вы одинаково смотрите на жизнь. Для нее так же, как и для меня, важно
получить деньги, чтобы преобразить эту школу. И я хочу знать, Тим, могу ли я
рассчитывать на ваше содействие? Поможете ли вы нам?
Я не сводил с него глаз. Наконец, его пальцы сжались в кулаки. Что ж, по крайней
мере, из этого следовало, что он не умер.
Я ждал. Я уже сказал все, что мог. Если ответа не будет, решил я, придется преподать
ему армейский урок.
И буквально за мгновение до того, как я открыл рот, чтобы наорать на него, Тимотео
медленно поднялся, а затем, не взглянув на меня, волоча ноги, двинулся к тиру.
Когда он исчез в пристройке, я встал и пошел следом.
Я нашел его у скамьи, на которой лежало ружье. Он снял очки и выглядел таким же
несчастным, как вытащенный из воды котенок.
Я зарядил ружье.
- Начинайте, Тим. Можете не спешить. Впереди еще полдня. Постарайтесь целиться
в круг. Если не попадете, ничего страшного. Меткость приходит с практикой. Хорошо?
Он взял ружье, подошел к барьеру и начал стрелять.
Шесть первых пуль даже не попали в мишень.
- Хорошо, Тим... подождите, - я вытащил треногу, которой пользовался Ник
Льюис, обучая самых беспомощных женщин, закрепил на ней ружье, отступая в сторону.
- Продолжайте, - с треногой он не мог промахнуться. Может, думал я, в нем проснется
честолюбие, если он увидит, что способен-таки поразить цель. Он выстрелил двадцать
раз, прежде чем центральный круг вывалился на песок.
- Молодец, Тим. А все потому, что ружье не дрожало, - я снял ружье с треноги. -
Теперь не спеши. Я хочу, чтобы ты нажимал на спусковой крючок, лишь когда будешь
уверен, что попадешь в цель. Пусть даже у тебя уйдет час на шесть выстрелов.
Пот катился по его лицу. Он целился так долго, что я даже испугался, не парализовало
ли его. Наконец он выстрелил. Мишень стояла новая. Он попал во внешнее кольцо. По
крайней мере, пуля не ушла в никуда.
Еще через час он шесть раз поразил кольцо и единожды попал в центральный круг. Я
и не ожидал такого прогресса. Он был столь скован, что я чуть ли не слышал, как трещат
при движении его мышцы. Я, конечно, хотел, чтобы он продолжал стрелять, но
чувствовалось, что ему необходим перерыв.
- Хорошо, Тим, давайте прервемся. Жутко хочется пить. Пойдем к бунгало и
покажем Люси, какие у вас успехи.
Он опустил ружье, словно Геркулес - земной шар. Я вновь прогулялся по песку и
принес мишени.
- Как самочувствие, Тим? Очень устали?
- Нет.
Он успел надеть очки и отгородиться от меня.
Люси красила бунгало. Она стояла на лестнице и водила кистью по водосточному
желобу. Стены бунгало уже блестели свежей краской.
- Привет, Люси... Хочется пива.
Она посмотрела на нас и, улыбнувшись, помахала кистью.
- Возьми сам, не будь таким беспомощным. Я занята.
- Слезай лучше вниз. Я хочу показать тебе, как стреляет Тим.
- Не может ли Тим залезть сюда и докрасить этот желоб. У меня отваливаются руки.
Он рванулся вперед, словно спущенная с поводка гончая. И оказался у лестницы,
прежде чем я открыл рот.
- Я с радостью помогу вам, - донеслось до меня. - Эта работа не для вас.
...Закладка в соц.сетях
