Жанр: Детектив
Поверишь этому - поверишь всему
...ошибку.
Внутренне почувствовав, что она права, я все же сказал:
- Тебе ведь нравится твоя машина? Значит, мне нужно работать. До вечера,
- и я ушел.
Вал пришла на работу в 10.15. Она, видимо, чувствовала за собой вину,
потому что смущенно сказала:
- Извини, дорогой, за опоздание. Поздно легли спать, и я проспала.
Я же работал уже с 7,30. Обработал шесть заявок, отпечатал маршруты,
договорился о рейсах и билетах. Оставалось оформить только четыре визы.
- Опять все упирается в задержку с получением виз. Вал.
Попробуй ты поговорить с Лукасом о рассыльном.
- Я не могу это сделать, он меня не послушает.
- Тогда мы обойдемся без него. Я уже связался с агентством по найму. У
них есть студент на каникулах, который готов работать рассыльным за
шестьдесят долларов в неделю.
Сказав это, я тотчас же передал по телексу условия и просьбу Видалю.
- Теперь с этим покончено, - сказал я. - Если твой муж откажется платить,
тогда я буду делать это из своего жалованья. У нас нет другого выхода.
- Ему это не понравится.
- Очень жаль... Скажи мне. Вал, кто все эти люди, путешествующие за его
счет?
- Это его сотрудники. Они собирают для него информацию самого различного
экономического и политического характера. Он ее обрабатывает и выгодно
использует.
- А ты знаешь, что его кредиты снижены повсюду с шести месяцев до одного?
Это вызывает беспокойство и говорит о неустойчивости его положения. Отсюда и
недоверие к нему. Говорят, что он накануне краха. Пока, правда, это только
разговоры.
Она провела кончиком языка по пересохшим губам.
- Да, но он ворочает миллионами.
- Это еще ничего не значит. У него ничего нет под этими миллионами. Вам
ведь почти ничего не принадлежит. Все это крайне неустойчиво. Я думаю о
тебе. Вал. Что ты будешь делать в случае краха? А похоже, что дело идет к
этому.
- Не может быть. Он слишком проницателен и хитер. Нельзя перехитрить
дьявола: он видит дальше всех.
Зажужжал коммутатор, и голос Дайера произнес, что нам направлено еще три
заявки на поездки. Когда девушка принесла их. Вал уселась за пишущую машинку
и снова стала дергать мои нервы своим сбивчивым и медленным печатанием.
Больше невозможно было это выносить.
- Вал! Так больше нельзя. Ты совсем утратила навыки печатания. Ты сама
видишь, дорогая, что мы не справляемся. Я не хочу тебя обидеть, но...
Она прислонилась к машинке, и тело ее затряслось от рыданий.
- Вал, прости меня, я не хотел расстраивать тебя. Успокойся. Давай поищем
выход из создавшегося положения.
Она выпрямилась. Затравленный взгляд ее и невыразимая мука на лице
потрясли меня.
- Неужели ты не понимаешь, что происходит? Ты думаешь, что я разучилась
печатать? Разве ты не видишь, какая борьба происходит на твоих глазах?
- Борьба? Прости, но я не понимаю тебя.
С жестом отчаяния она опустила руки на колени.
- Да я ведь тебе все время пытаюсь объяснить, но ты ничего не желаешь
понимать. Это же его гипноз. Он терзает меня. Когда я опускаю руки и начинаю
печатать, как тут же что-то действует на меня, парализует мои пальцы,
вынуждает делать ошибки. Каждое прикосновение к клавишам и к каретке - это
борьба с ним, с его злой волей. Из-за этого я сегодня и проспала. Это тоже
его чары. Он постепенно подавляет мою волю, снижает мою работоспособность,
уничтожает меня...
Снова те же Трильби и Свенгали - зло и добро, о которых она уже упоминала
раньше. Те же таинственные, потусторонние силы. Я смотрел на нее и ничего не
мог понять.
- Но почему, Вал? Зачем ему так терзать тебя?
Она вздрогнула, и пальцы ее сжались в кулаки.
- Я противлюсь его ласкам и не живу с ним. После той, первой ночи, я с
ним не спала. Ах, Клей! Я не могу об этом говорить. - Она закрыла глаза
рукой и прошептала: - Какой ужас!
Застрекотал телекс, и она опять разразилась рыданиями.
- Вот слышишь? Это он. Как бы далеко он ни находился, меня никогда не
оставляет его внимание.
Стрекотание телекса смолкло. Я подошел к аппарату и вынул ленту. Когда я
ее читал, мои руки дрожали.
"Не отвлекайте меня такими пустяками. Нанимайте любое нужное вам
количество сотрудников. Если нуждаетесь во второй машинистке, то можете ее
нанять.
Генри Видаль."
Я прочитал текст Вал, и мы посмотрели друг на друга.
- Видишь? - Голос ее дрожал. - Он все знает. Теперь ты веришь мне? Он
чувствует, что я не справляюсь с работой. Не справляюсь по его же милости, и
он же предлагает взять помощницу, вероятно, чтобы следить за мной.
- Но должен же быть какой-то выход. Вал? По-видимому, ты под его
гипнотическим влиянием.
Она безнадежно покачала головой.
- Никто ничего не сможет сделать. Вначале я пыталась бороться, но
бесполезно. - Затем шепотом она произнесла странные слова, от которых я
похолодел: - Пока мы оба с ним живы, я обречена быть его рабой.
Вдруг я вспомнил слова Дайера о том, как он однажды щелкнул пальцами, и
Вал оказалась в трансе. Не думая о последствиях, я поднял руку.
- Посмотри на меня. Вал, - сказал я и щелкнул пальцами.
ГЛАВА 6
Прошло два часа с момента той странной сцены, которая произошла после
того, как я щелкнул пальцами. Я все еще сидел за письменным столом,
потрясенный и подавленный случившимся, не имея сил взяться за работу.
Что я наделал?! Какой дьявольский эффект я вызвал, щелкнув пальцами. Хотя
Дайер и предупреждал меня, я все же отнесся к этому несерьезно.
Вал сразу же оцепенела. Кровь отхлынула от ее лица, которое побелело, как
простыня. Зрачки ее глаз расширились, утратив всякое выражение, и уставились
в пустоту. Затем, наклонившись вперед, глядя мимо меня, она рванулась к
противоположной стене.
- Я убью тебя! - произнесла она диким, свистящим шепотом. - Пока ты жив,
я не могу быть свободной.
Прикованный ужасом к своему столу, я молча наблюдал. Она медленно
выпрямилась.
- Ты смеешься надо мной. Смейся, дьявол. Ты испоганил всю мою жизнь.
Теперь я уничтожу тебя.
Она медленно обошла свой стол, затем рванулась через комнату со
скрюченными пальцами на растопыренных руках и закушенными до крови губами.
Слепо тыкаясь в стену, отскакивая назад, вновь бросаясь на стену,
исступленно барабаня при этом по панелям, она была как безумная.
Боясь осложнить эту сцену, я стоял, не шелохнувшись, чувствуя, как волосы
дыбом встали у меня на затылке.
Вал тем временем с отчаянным воплем упала на колени, пытаясь оторвать
руками невидимые пальцы, как будто сжимавшие ее горло. Ужас, написанный на
ее лице, вернул меня, наконец, к действительности. Я ринулся к ней и схватил
ее за руки.
- Вал!
Она сильно ударила меня по лицу, на некоторое время ошеломив меня. Когда
же я, спотыкаясь, отпрянул назад, она выпрямилась и тотчас упала. В момент
падения она стукнулась о ножку стола, закатила глаза и потеряла сознание.
Едва передвигаясь, я добрался до коммутатора и вызвал Дайера:
- Это Верди. Скорее на помощь. С миссис Видаль несчастье. Доктора живее.
- Будет сию минуту.
В это время Вал застонала и открыла глаза.
- Моя голова! Что случилось?
- Ты упала, - ответил я. - Не двигайся, сейчас будет врач.
Она схватила меня за руку и судорожно сжала ее.
- Он был здесь? Ты видел его? Он хотел убить меня! Клей... не оставляй
меня... Обещаешь?
- Конечно. Успокойся.
Что-то шепча и слегка вздохнув, она вновь впала в беспамятство.
Дверь открылась, и в комнату вошла женщина средних лет с пронзительными
голубыми глазами. Наклонившись над Вал и приоткрыв ее правое веко, она затем
пощупала пульс и поднялась.
- Было бы удобнее, мистер Берди, если бы вы оставили нас вдвоем.
- Она ударилась головой о ножку стола. Может быть, я могу чем-нибудь
помочь вам?
- Сейчас придет врач. Ей лучше оставаться в этом положении до его
прихода.
Едва передвигаясь, я вышел в коридор, спустился по лестнице и поплелся в
сад.
- Берди...
Я обернулся. Быстрыми шагами ко мне приближался Дайер.
- Что случилось?
- Она впала в транс и упала, ударившись головой о ножку стола.
Он пристально посмотрел на меня.
- Вижу вы очень подавлены всем этим. Вам необходимо что-нибудь выпить,
это взбодрит вас. Пойдемте ко мне, - и, взяв меня под руку, он повел меня в
свой кабинет.
- Доктор Фонтэн уже приехал. Он сделает все необходимое.
Мы вошли в его кабинет, и он приготовил две большие порции виски.
- Садитесь. У вас такой вид, как будто вы встретились с - призраком, -
проговорил он.
Его обычная ехидная ухмылка на этот раз отсутствовала. Глаза выражали
искреннее сочувствие.
Я сел, залпом выпил виски и поставил стакан на стол.
- Как все это произошло? - спросил он спокойно, а затем, щелкнув двумя
пальцами, произнес: - Вот так?
Я утвердительно кивнул головой. Мне не хотелось обсуждать с ним всех
подробностей происшествия.
- Да, такое, же произошло и со мной. Придется все рассказать Видалю,
Берди.
Я задрожал при мысли, что нужно будет все объяснять Видалю.
- Может быть, удобнее это будет сделать доктору? Заодно он скажет ему и о
ее состоянии сейчас.
- Это, конечно, так, но он захочет получить информацию из первых рук.
Думаю, что вам этого разговора не избежать. Еще виски? Похоже, что вам это
не повредит... Да, Берди... одна деталь... никому не говорите о щелчках, в
том числе и ему: он может отнестись к этому самым неожиданным образом...
Скажите, что с ней случился обморок, она упала и потеряла сознание.
Я никогда не испытывал симпатии к Дайеру и не верил в искренность его
слов, но его участие и желание помочь вызвали во мне чувство благодарности.
- Чертовски странная история, вы не находите?
- А что вы об этом думаете, Берди? Похоже на гипноз.
Но неужели она под таким влиянием? Неужели он внушает ей все это? Вообще
в нем есть что-то гипнотическое. Как-то раз он посмотрел на меня так, что я
почувствовал, как все поплыло у меня перед глазами. Очень странное ощущение.
Вы полагаете, что он действительно гипнотизирует ее?
Я с сомнением пожал плечами, а он продолжал:
- Я об этом уже думал. Все это крайне озадачивает. Помню, как один мой
друг, доктор Раппак, как-то говорил мне, что очаровательные женщины, типа
миссис Видаль, часто очень холодны и безразличны в вопросах секса. Раппак -
большой специалист в этой области. Он сам пользуется гипнозом, как средством
лечения.
- Вы рассказывали ему о миссис Видаль?
- Да нет, конечно. Меня это может интересовать, но сплетничать я не
стану. Как-то доктор Раппак рассказал мне об одном случае, который произошел
с его пациентом, обладавшим силой гипноза. У того была жена, отличавшаяся
вялостью и холодностью во время любовных игр. Так вот, он ее гипнотизировал,
чтобы возбудить в ней половое чувство. Это приносило успех, но она ничего об
этом не знала и даже не подозревала, что вступала с ним в связь. Через
некоторое время она стала неврастеничкой, и Раппак предупредил своего
пациента о серьезном вреде, который он наносит ее здоровью... Может быть, и
"малыш" взбадривает миссис Видаль гипнозом во время любовных утех? Возможно,
что она холодна и безразлична к нему и не соответствует его темпераменту.
Я похолодел и почувствовал тошноту. Неужели с Вал происходит то же самое,
что и с женой пациента доктора Раппака? Она ведь говорила, что не допускает
Видаля к себе в постель, и вполне возможно, что он овладевает ею под
гипнозом без ее ведома, силой.
- У вас усталый вид, дружище, - сказал Дайер с заботой. - Вам, наверное,
лучше отправиться домой отдыхать.
Я выпил еще виски.
- Когда она ударилась головой, я подумал, что она разбилась насмерть.
- Идите домой.
- Нет, я пойду к себе. Работы очень много.
Поднимаясь к себе на этаж, я встретил доктора Фонтэна. Он был похож - на
аиста: высокий, худой, с крючковатым носом и крошечными глазками-бусинками.
- Как она себя чувствует, доктор?
- На голове большая ссадина, но ничего особенного. Лучше будет, если она
полежит несколько дней в постели. Я уже сказал об этом мистеру Видалю.
Кивнув мне, он направился к своей машине.
Вернувшись в кабинет, я закрыл за собой дверь и уселся в кресло. Мой мозг
напряженно работал. Вдруг зазвонил телефон. Инстинкт подсказал мне, что это
Видаль.
- Верди? - Его высокий голос резанул меня как ножом.
- Да, мистер Видаль.
- Что там у вас произошло? Этот идиот-доктор сказал мне, что миссис
Видаль упала в обморок и ударилась головой. Никогда раньше такого с ней не
случалось. Это было при вас?
Я облизал сухие губы.
- Не знаю, мистер Видаль, что и сказать. Я в это время был у телекса и
стоял к ней спиной, как вдруг услышал звук падения.
Последовала пауза, затем, издав короткий лающий смешок, он сказал:
- Ах, эти женщины! Да, кстати, как она справляется с работой?
- Неплохо, мистер Видаль.
- Верди! Вы должны говорить мне правду. Я уже говорил вам об этом. Я
повторяю вопрос: как моя жена справляется с работой?
Я хотел было повторить свой ответ, но вспомнил, что через час ему
принесут напечатанные ею проспекты и маршруты, изобилующие множеством
помарок и ошибок. Он моментально поймет, что это ее работа.
- Конечно, она давно не работала и утратила навык, но после шести лет
перерыва и нельзя ожидать другого.
- Вот теперь вы сказали правду. Доктор предупредил меня, что ей нужен
отдых, так что она не сможет работать. Найдите себе секретаршу, Верди.
Валерии вообще все это скоро надоест.
Это была ее очередная блажь. Я знаю женщин. Они много могут болтать о
работе, но, когда приходится работать, они падают в обморок.
Ах, как я ненавидел его в эту минуту и, будь он в этот момент в моем
кабинете, я бы ударил его.
- Хорошо, мистер Видаль, я так и сделаю.
- Я люблю оперативную работу, Верди, запомните это, - и он повесил
трубку.
Заявки кучей лежали на столе, и у меня не было времени ни о чем думать,
кроме них. Позвонив в агентство по найму, я попросил прислать мне секретаршу
высокой квалификации на неопределенное время. Когда я упомянул имя Видаля,
женщина, разговаривавшая со мной, ответила, что секретарша будет через
полчаса.
- Я пришлю Кони Хагэн. Это отличная машинистка. Вам надолго?
- На неделю, может быть, на две, сейчас точно не могу сказать.
- Хорошо, мистер Верди, она скоро будет.
Я вновь углубился в работу. Вскоре прибыла Кони Хагэн.
Ей было на вид лет восемнадцать - двадцать, но толста она была непомерно.
Полное лицо излучало деловитость, доброту и юмор. Она мне сразу понравилась.
На ней были кожаные, плотно облегавшие бедра брюки и блузка, которая едва не
лопалась по швам под напором могучей груди. В первый же момент, как ее
пальцы коснулись клавиш, я понял, что спасен - я получил отличную помощницу.
Три первые заявки были готовы через пятнадцать минут. Беглого взгляда
было достаточно, чтобы увидеть, как хорошо юна все напечатала.
Мы напряженно работали до 17.45. Затем Кони раскрыла хозяйственную сумку
и достала из нее пакет.
- Хотите перекусить, мистер Верди? - спросила она. - Я всегда люблю
перехватить что-нибудь перед ужином.
- Нет, спасибо, мы уже почти закончили.
Я радостно вздохнул, глядя на опустевший стол.
Откусив от бутерброда здоровенный кусок, она от удовольствия расплылась в
улыбке.
- Никак не могу поверить, что работаю на мистера Видаля, да к тому же в
таком роскошном кабинете. Сегодня вечером я раззвоню об этом всем. Я горжусь
этим, мистер Верди.
Напоминание о Видале вернуло мне прежнюю горечь.
В 18.00 мы закончили оформление последнего маршрута. Кони, не переставая
жевать, спросила:
- Во сколько завтра приходить, мистер Верди?
- Пожалуйста, в девять часов.
- Буду точно. До свидания, - и она ушла, виляя своими массивными бедрами,
видимо, не отягощенная никакими житейскими заботами.
Спешить было некуда. Еще утром я предупредил Роду, что вернусь поздно. Я
имел достаточно времени, чтобы спокойно все обдумать.
Неужели Видаль овладевал Вал без ее ведома под гипнозом? От этой мысли
меня бросило в жар. Неужели можно быть таким жестоким? Я вспомнил ее слова:
"ОН - САМО ЗЛО, ОН - ДЬЯВОЛ"
Если он в тайне от нее вытворяет такое, то как можно ему помешать?
Предупредить ее? Но это было бы жестоко к ней уже с моей стороны. Разве не
она сама сказала, что находится полностью в его власти и всецело подчинена
его воле?
"Никто ничего не сможет сделать", - говорила она.
Но несмотря на всю опасность вмешательства в это, в общемто не мое дело,
я твердо решил ей помочь. Прежде всего нужно было узнать о природе этого
явления. Нужно было получить консультацию у специалиста, но у кого? И тут я
подумал о друге Дайера, докторе Раппаке. Врачи, обычно, не любят
распространяться о своих пациентах, но этот доктор рассказал Дайеру о
человеке, гипнотизировавшем свою жену перед половым актом. Совсем
необязательно было говорить Дайеру, что я собираюсь наводить справки. Да и
потом, доктор, наверняка, не станет нигде называть моего имени. Впрочем, имя
можно назвать другое.
Достав телефонный справочник и полистав его, я обнаружил, что доктор Хуго
Раппак, невролог, проживал по Уэст стрит, 1141, в районе Уэст Пальм Бич.
Район был явно не аристократический. Это был пригород Пальм Бич, населенный
неграми и другими цветными.
Я набрал номер.
- Доктор Раппак слушает, - ответил густой, низкий голос.
- Меня зовут Джордж Феллоуз, доктор. Я хотел бы получить у вас
консультацию по вопросам гипноза. Вы могли бы принять меня?
Пауза.
- Меня кто-нибудь рекомендовал вам, мистер Феллоуз?
- Кто-то вскользь упомянул ваше имя в разговоре и сказал, что вы
пользуетесь этим методом.
- Может быть, вы вспомните имя этого человека? - Голос звучал вежливо, но
немного озабоченно.
- К сожалению, доктор, я его имени не помню. Он такой невысокий, плотный,
лысеющий. Знаете, как это бывает в компании. Случайный знакомый, случайное
имя.
- Значит, вы интересуетесь гипнозом? Почему?
Мне моментально пришла в голову одна мысль.
- Видите ли, доктор, я пишу роман и хотел бы ввести этот элемент в
повествование. Мне бы, конечно, хотелось, чтобы это было научно подтверждено
фактами. Естественно, что за визит я заплачу вам.
- Я очень занятой человек, мистер Феллоуз... однако, попытаюсь уделить
вам немного времени, скажем, сегодня в двадцать один час.
- Отлично, доктор, благодарю вас. Обязательно буду.
Мы одновременно повесили трубки, и прежние мысли вновь овладели мною.
Дважды во время наших разговоров Вал упоминала имена Трильби и Свенгали. Она
говорила:
"Я - ТРИЛЬБИ, А ОН - СВЕНГАЛИ".
Кто же это такие? Возможно, что это литературные герои, и существует
роман с таким названием. Я смутно припоминал, что о чем-то подобном слышал,
но никогда не читал. Может быть, в этой книге была разгадка тех таинственных
событий, свидетелем Которых я стал? Возможно, в городской библиотеке есть
эта книга.
Я посмотрел на часы. Было только семь часов вечера, и я решил перед
визитом к доктору заскочить в городскую библиотеку.
Выйдя в коридор, я столкнулся с миссис Клеменс.
- О мистер Берди! Как хорошо, что я вас встретила.
Я боялась, что вы уже ушли. Миссис Видаль просила вас зайти к ней. Она
беспокоится, все ли сделано для поездки мистера Видаля в Ливию. Она сказала,
что не уснет, пока вы ее не успокоите.
Я вздрогнул. Вал знала, что этот маршрут был уже оформлен.
Это был предлог для миссис Клеменс, чтобы увидеть меня.
- Может быть, пройдете со мной, мистер Верди?
По дороге в комнату Вал она добавила:
- Только не задерживайтесь долго, ей нужен покой.
- Я зайду всего лишь на несколько минут.
Возле комнаты она остановилась, тихонько постучала и открыла дверь,
пропуская меня вперед.
Вал лежала на широкой двуспальной кровати. Вечернее солнце отбрасывало
длинные тени на пол. В комнате было прохладно. Только темные глаза,
излучавшие беспокойство, выделялись на белом, как мел, лице. Я схватил
протянутые ко мне руки. Они были холодны и сухи.
- Как ты себя чувствуешь, дорогая? - спросил я негромко.
- Я так рада, что ты пришел. Что со мной случилось?
Я только помню, что сидела за столом, а потом вдруг оказалась в постели -
Как это произошло?
Итак, Дайер не солгал. Он говорил мне, что она ничего не помнила, когда
выходила из транса. Рассказать ей все?
Глядя на ее испуганное белое лицо и чувствуя ее дрожь, я решил
промолчать.
- Не знаю. Вал, в тот момент я был чем-то занят и не видел тебя. Я
услышал только падение. Должно быть, обморок.
- У меня не бывает обмороков, но такое со мной случалось и раньше. Как-то
я читала книгу в гостиной, а потом вдруг оказалась в постели. Так случалось
семь или восемь раз. Я считала.
В глазах ее светился ужас, когда она посмотрела на меня.
- Это все он. Я знаю, это он.
Теперь я больше не сомневался и верил всему, что она говорила. Это была
не истерика. Она была под влиянием Видаля.
- Я сделаю все, чтобы тебе помочь. Ты теперь не одна. Вал, я с тобой.
- Ты ничего не сможешь сделать, он - дьявол.
- Ты ошибаешься. У меня есть даже план.
- Прости меня. Клей. Как ты себя чувствуешь? Как справляешься с работой?
Тебе прислали машинистку?
- Прислали какую-то девушку.
Снаружи послышались шаги, затем послышался стук в дверь и, наконец,
появилась миссис Клеменс.
- Миссис Видаль, пора принимать лекарство. Мистер Верди, вам нужно
уходить.
- Сейчас ухожу, - и, обратившись к Вал, добавил: - Не беспокойтесь,
миссис Видаль, все будет сделано вовремя.
Я вышел в коридор и направился к лестнице. Передо мной все еще стояло
осунувшееся и заострившееся лицо Вал.
Чтобы добраться до городской библиотеки, мне понадобилось всего
пятнадцать минут. Навстречу мне поднялась улыбающаяся заведующая, с которой
я был немного знаком, так как уже не раз брал у нее книги.
- Здравствуйте, мистер Верди. Что вы хотите почитать?
Я оглядел длинные ряды полок и сел. За столами сидело несколько
студентов.
- Скажите, пожалуйста, существует ли книга с названием "Трильби! "? -
спросил я.
Подумав немного, она кивнула.
- Даже две и обе с таким названием. Одна написана в 1883 году Чарльзом
Нодлергом, другая Джорджем Демурье в 1885 году. Вас, наверное, интересует
вторая книга: ее спрашивают чаще. Она с мистикой. В ней проводятся идеи
Меслера, связанные с гипнозом.
Я вздрогнул и посмотрел на нее:
- Да, по-видимому, мне нужна именно вторая книга, Демурье. Я могу ее
взять с собой?
- К сожалению, ее сейчас нет. На этой неделе этой книгой уже дважды
интересовались.
Я был разочарован.
- А вы сами ее читали? - спросил я.
- Конечно, мистер Верди, и не один раз.
- Там есть действующее лицо по имени Свенгали?
- Да. Один из главных героев. Благодаря именно этому образу, книга была
воспринята как сенсация.
- Почему? Может быть, вы мне вкратце расскажете содержание книги?
- Только очень кратко. Свенгали - венгерский музыкант, встречает молодую
девушку Трильби, которая едва сводит концы с концами. Автор описывает ее
очень красивой, с великолепной фигурой и ангельским лицом. Свенгали -
гипнотизер, и под действием гипноза он обучает Трильби пению. У нее нет ни
голоса, ни слуха, но его влияние на нее так велико, что она становится
величайшей певицей. Императоры, герцоги, князья считают за счастье слушать
ее голос. Свенгали становится сказочно богат, эксплуатируя ее голос. Но
однажды, когда Трильби выступала в Лондоне перед аристократической
аудиторией, Свенгали, сидевший в ложе, вдруг умирает от сердечного приступа.
Утратив его чудесное влияние, Трильби теряет голос и умирает в нищете. Вот и
все, мистер Верди. Это, конечно, мелодрама, но в свое время роман был
необычайно популярен.
Я слушал ее рассказ с напряженным вниманием.
- А вы не помните, кто интересовался этой книгой.
- Один мужчина и одна женщина. Я их не знаю. Женщина была очень красива и
элегантно одета. Она брюнетка с большими голубыми глазами. Она была очень
взволнована.
"Вал! Это была она", - подумал я.
- Спасибо, - сказал я, поднимаясь. - Я вам очень признателен.
Подходя к машине, я посмотрел на часы: было 19.45. Не было смысла ехать
домой, а затем возвращаться в Уэст Пальм Бич, и я завернул к ресторану
Джонсона. Отыскав свободный столик в углу, вдали от шумных туристов, я
заказал сандвич и пошел звонить Роде.
- Дорогая! Я задержусь, - сказал я, когда она сняла трубку. - Вернусь
часов в десять.
- Так будет продолжаться все время? - спросила она резко.
- Надеюсь, что нет. Как ты себя чувствуешь?
- Нормально. Ты еще злишься на меня за вчерашнее?
- Я все забыл. Я же тебе сказал.
- Извиняюсь еще раз, а щека продолжает болеть.
- Прости.
- Ладно. Я сейчас спущусь вниз и куплю что-нибудь поесть.
- Хорошо. Пока, дорогая, - и я повесил трубку.
Что за дурацкий разговор, подумал я, возвращаясь к своему столику. Там
меня уже поджидал заказанный сандвич. Разделываясь с ним, я не переставал
думать, о чем буду говорить с доктором Раппаком.
Улица, на которой жил доктор, была длинной и узкой. С двух ее сторон
гнездились небольшие обшарпанные бунгало с хилыми садиками, отделенными друг
от друга полуразвалившимися заборами. На тротуаре и на балкончиках своих
неприятных жилищ сидели пуэрториканцы, мексиканцы и другие цветные.
Некоторые играли на гитарах и что-то напевали, другие играли в карты. Тут же
находились и женщины с неприкрытыми прелестями. Ничуть не стыдясь, они
кормили детей.
Пока я медленно проезжал по улице, отыскивая дом 1141, множество
любопытных, враждебных и безразличных глаз следили за мной.
Нужный дом находился в самом конце улицы. Некогда белое здание посерело,
штукатурка облупилас
...Закладка в соц.сетях
