Жанр: Детектив
Нет убежища золотой рыбке
...мы покончим с Хэммондом.
- Вот и отлично, завтра посмотрим вместе. Да, тут у меня для тебя
пистолет и лицензия. Он рассмеялся:
- Ладно, значит, завтра. Понимаешь, мне просто не терпелось сообщить
тебе. Как дела у Линды?
- Хорошо. Ты отличился, Макс, - сказал я и повесил трубку.
Перед дверью я опять остановился. Я просил пистолет и получил его, так
почему же хожу без него? Я выглядел бы совершенным идиотом, попади в
какую-нибудь переделку, а оружие оставалось бы в столе.
Я достал из ящика кобуру с пистолетом. Пристегивая ремень, я выложил
пистолет на стол. Когда я хотел положить его обратно в кобуру, то
почувствовал вдруг запах пороха. У меня тонкое обоняние, и я улавливаю даже
слабые запахи, которые не замечают другие. Я поднял пистолет и принюхался к
дулу. Кто-то определенно стрелял из моего пистолета, и совсем недавно. Я
долго стоял, уставившись на пистолет, потом вынул магазин, куда я еще днем
вставил шесть патронов. Их там оказалось только пять.
Не валяется ли гильза от недостающего патрона в неряшливой комнате Горди?
Я стоял неподвижно, и по спине у меня бегали мурашки.
Джин открыла, как только я позвонил. В темно-красной пижаме и расшитых
домашних туфлях она показалась мне красавицей. Вслед за ней я прошел в
просторную, прекрасно обставленную комнату. Она закрыла дверь в коридор.
- Что-нибудь случилось, Стив?
- Еще как случилось, - я окинул ее взглядом. - Наверное, мне не следовало
сюда приходить. Но мне нужно с кем-то поговорить обо всем, а, кроме вас, мне
некому довериться.
- Тогда садитесь и рассказывайте.
- Джин, Линда хочет развестись со мной.
- Мне очень жаль.., но садитесь же, - она указала мне на одно из кресел,
а сама расположилась чуть поодаль. - Это все или случилось еще что-нибудь
похуже?
Я уселся и рассказал обо всех событиях этого вечера.
Отдельно упомянул про пистолет:
- Я уверен, что кто-то взял пистолет, застрелил из него Горди, а потом
снова положил обратно. Как видите, положение мое очень серьезное.
- Но ведь вы не знаете, что его застрелили, его ведь могли и заколоть.
- Из моего пистолета кто-то стрелял, а Горди мертв. Что теперь,
по-вашему, я должен думать? Она кивнула.
- Хорошо, значит, будем исходить из предположения, что убийца
воспользовался вашим пистолетом, - ее спокойный, рассудительный голос
действовал на мои взвинченные нервы, как бальзам. - Нужно обратить внимание
на уже известные факты. Если исходить из заметок Уолли, то можно подозревать
и Кридена, и Латимера, и вас. Вы говорите, что встретили возле дома Латимера
и оставили парадную дверь незапертой. Предположим, он вошел, искал вас,
увидел пистолет, взял его и, пойдя к Горди, застрелил шантажиста, пока вы
были у Линды. Потом он мог вернуться и положить пистолет на свое место. То
же самое мог проделать и Криден, не так ли?
- Конечно, но разве поверят в это копы? Она сидела, зажав руки между
колен.
- Теперь вам надо избавиться от пистолета, а потом заявить, что вы его
потеряли... Или нет, скажите, что его украли из машины.
Такое не приходило мне в голову.
- Пистолет у вас с собой?
- Да.
- Куда вы его денете?
- Как же, черт возьми, избавиться от пистолета? - Я вспомнил о нашем
озере, но, без сомнения, полиция о нем тоже вспомнит. - Выброшу куда-нибудь
на помойку, - сказал я наконец.
- Хорошо, тогда давайте его сюда, я выброшу сама. Вы, Стив, идите домой и
не расстраивайтесь.
- Это безумие. И не подумаю впутывать вас в это дело.
- Но для меня это совсем не трудно, а вас могут заметить. Завтра утром я
заверну его во что-нибудь и выброшу в мусорный бак.
- Не надо было мне вообще приходить сюда. Я управлюсь сам.
Она устало улыбнулась и пожала плечами:
- Как хотите. Мужчине полагается изображать из себя героя. Вряд ли мне
пристало отговаривать вас от этой роли.
Я смотрел на нее, чувствуя, как сильно в ней нуждаюсь, как она мне
нравится. Я расстегнул ремень и положил кобуру с пистолетом на стол.
- Я вовсе не герой, Джин.., но я хотел бы вам что-то сказать...
- Прошу вас, не сейчас, - быстро прервала она меня, - о пистолете я
позабочусь, а, вы идите домой.
Она встала и пошла открывать дверь. После минутной нерешительности я
последовал за ней:
- Спасибо за все. Я хотел бы поговорить с вами, когда теперешняя ситуация
прояснится.
- Всему свое время, Стив, - сказала она спокойно и закрыла за мной дверь.
Я спустился на лифте и пошел к своей машине. Мне так хотелось сказать
Джин, что она мне нравится. Впрочем, она права, сейчас еще не время. Я начал
обдумывать дальнейшие действия и пришел к выводу, что лучше пока не заявлять
в полицию об утере пистолета. Нужно подождать до завтра. Скажу, что оставил
пистолет в отсеке для перчаток, утром вспомнил о нем, но он уже исчез. После
этого немедленно отправлюсь в полицию и заявлю о пропаже. Если Краден будет
молчать, а пленку не найдут, то, может, все и кончится благополучно. Пусть
даже пистолет найдут и установят, что Горди убит из него. Никакой суд
присяжных не признает меня виновным на основании таких шатких улик.
Но дело оказалось не таким простым, и все вышло иначе. Затормозив перед
своим гаражом, я увидел стоящую машину. У меня заколотилось сердце. Едва я
шагнул к воротам, как навстречу вышел высокий плечистый человек, и я узнал в
нем Лу Бреннера.
- Мистер Менсон? Я повернулся к нему:
- Добрый вечер, сержант.
- Можно вас на минутку?
- Конечно, только поставлю машину, и пройдем в дом. Он отступил в
сторону. Я загнал машину и открыл наружную дверь. За это время я успел
немного успокоиться. Мы вместе вошли в дом, и я включил свет.
- Садитесь, сержант, в чем дело?
Я присел за стол. Бреннер остался стоять. Его лицо, изборожденное
глубокими складками, казалось, было вырезано из дерева. Маленькие глазки
бегали по комнате, ежеминутно возвращаясь ко мне.
- Вам принадлежит автоматический пистолет 38-го калибра, заводской номер
4553, и разрешение на ношение оружия 755607 - спросил он, в упор глядя на
меня.
- Мне принадлежит автоматический пистолет, хотя номера я не помню, - я
достал бумажник и, вынув из него лицензию, подал сержанту.
Просмотрев документ, он отодвинул его в сторону:
- Я хотел бы взглянуть на пистолет. Где он?
- В машине.
- Принесите его сюда.
- Зачем?
- Не ваше дело. Принесите.
Мы сверлили друг друга взглядами.
- Сержант, у вас есть ордер на обыск? Он хмыкнул:
- Нет, но я легко могу его получить.
- Может, все же объясните, в чем, собственно, дело? Вероятно, я буду
помогать вам, если вы перестанете угрожать.
Некоторое время он молча смотрел на меня маленькими холодными как лед
глазами. Потом достал из кармана какой-то предмет и положил передо мной на
стол. Это была гильза. Я даже бровью не повел.
- Ну и что?
- Вы знаете, кто такой Джесс Горди?
- Да, управляющий местного универмага. Бреннер кивнул:
- Его кто-то продырявил, и гильзу нашли возле трупа. Я взял гильзу, держа
ее кончиками пальцев. Я ожидал, что он вырвет ее у меня из рук, но ничего
подобного не произошло. Я взглянул на него, и на лице Бреннера не
шевельнулся ни один мускул.
- Разве это улика?
- Улика.
Я достал платок, тщательно вытер гильзу и в платке положил на стол.
- Наверное, она вам понадобится, - сказал я.
- Нет, оставьте ее себе на память, - помолчав, он добавил:
- Я вовсе не жалею, что Горди загнулся. - Его жесткий рот скривился в
невеселой улыбке. - Если вы сами до этого не додумались, так поскорее
избавьтесь от этого пистолета и заявите, что его у вас украли. Пристрелив
этого подонка, вы многим оказали услугу.
- Почему вы решили, что сделал это именно я?
- Гильза. Это новая серия, и первую коробку вручили вам. Мне, знаете,
полагается замечать такие мелочи.
- Но это еще не значит, что убил именно я.
- Попробуйте рассказать это на суде, - он направился к двери, но на
полпути остановился:
- Держите ухо востро, делом занялся лейтенант Голстейн. Сейчас он там и
строит из себя умника. Он может и до вас докопаться. Я случайно оказался
поблизости, когда позвонила эта женщина, вот и явился первым. Лейтенанту про
меня не пронюхать.
- Я не убивал Горди.
- Если сумеете доказать это Голстейну, значит, не убивали.
Он снова направился к выходу.
- Сержант, - окликнул я его. Он обернулся и остановился.
- Минуту назад вы сказали одну вещь, цитирую: "Пристрелив этого подонка,
вы многим оказали услугу". Вам тоже?
- Только не особенна умничайте, Менсон, а то как бы не вышло это вам же
боком, - сказал он и вышел.
Я сидел, уставясь на гильзу, и, лишь услышав шум отъезжающей машины
сержанта, сунул ее себе в карман.
Мне вспомнилось, как Веббер рассказывал о необыкновенной привязанности
Бреннера к жене. Что, если она тоже воровала в этом универмаге и Горди
шантажировал и ее? Я подумал о лейтенанте Голстейне. Это был честолюбивый
ловкий малый. Если он найдет пленку, дело может обернуться очень плохо. Но в
таком же положении окажутся Криден, Латимер и, возможно, Бреннер.
Я позвонил Джин, так как хотел услышать ее голос, но никто не подходил к
телефону. Я спустился в котельную и бросил гильзу в печь. Вернувшись в
комнату, снова попытался позвонить Джин. Никто не отвечал. Я курил, думал,
нервничал и через полчаса позвонил снова.
- Слушаю?..
Ее голос подействовал на меня, как бодрящая инъекция.
- Я пытался дозвониться до вас, Джин, меня...
- Не сейчас. Завтра в редакции, - ее голос звучал напряженно. - Все в
порядке.., вы знаете, о чем я говорю. Я только что вернулась. Все в
порядке...
Она положила трубку.
Я перевел дыхание. Она освободила меня от пистолета!
Я смотрел в пустоту и думал. Меня ожидала еще одна тревожная и одинокая
ночь.
Я допивал кофе, когда увидел проезжающего на велосипеде мальчика, который
развозил утренние газеты. Он сунул в наш ящик "Калифорния тайме", которую мы
выписывали. Я сходил за газетой и быстро нашел там заметку об убийстве
Горди. Ее запихнули куда-то на третью полосу. В заметке лишь кратко
упоминалось, что управляющий универмага "Велкам" был застрелен у себя дома.
Тело обнаружила близкая знакомая Горди мисс Фреда Хейвз. Расследование
поручено лейтенанту Голстейну, который заявил, что убийство произошло между
восемью тридцатью и девятью часами вечера. Мотив убийства неизвестен. Что ж,
с первого взгляда было ясно, что убийство не особенно заинтересовало газеты.
Фреда Хейвз? Близкая знакомая? Знала ли она, что Горди шантажист?
Я взглянул на часы: 8.15. Пора идти в полицию и заявить о краже
пистолета. Некоторое время я повторял слова, которые скажу им, потом вывел
машину и поехал в город. По дороге я остановился, чтобы купить сигарет.
Обычно я покупал их в холле гостиницы "Империал", так как там всегда легко
найти место для стоянки.
Пухлая добродушная продавщица из киоска достала две пачки сигарет, едва
завидев меня.
- Доброе утро, мистер Менсон, - сказала она. - Хорошенькие, я вижу, дела
у нас творятся.
- Вы правы, - я заплатил за сигареты. - В такое время одни жестокости на
свете.
- Да, да, верно, - она покачала головой, - Вы напишете об этом убийстве в
вашем журнале?
- Не думаю. В нем мало для нас интересного.
- Ну, в вечерней газете наверняка расскажут больше. Знаете, мне кажется,
убийство будет интересным и волнующим.
Минуту-другую я обсуждал с ней происшествие, потом торопливо попрощался:
- Надо же, меня ждет уйма работы, а я болтаю тут добрых десять минут.
- Точно! Тогда до свидания, мистер Менсон. Я поехал в редакцию.
Джо Смолл, ночной вахтер, уже собирался уходить, окончив дежурство.
Увидев меня, он подошел:
- Доброе утро, мистер Менсон, я слышал, произошло убийство.
- Да, теперь только такое и случается, сами знаете.
- Верно, верно, так оно и есть, - он зевнул. - Сегодня вечером опять
придется работать, мистер Менсон?
- Видимо да.
- Значит, еще увидимся, - сказал он и ушел. Я смотрел ему вслед, пока
вахтер не скрылся из виду. Потом задним ходом въехал на стоянку и отправился
в по лицейское управление.
Дежурил сержант Фред Джексон. Он поигрывал каким-то желтым формуляром и
явно скучал. Это был коренастый парень среднего роста. Раньше, когда служил
в автоинспекции, он пытался привлечь меня по обвинению в нарушении правил.
Состряпал он его неуклюже. Обвинение пришлось снять, и он получил выговор.
Приязни он ко мне не испытывал. При моем появлении черты его лица стали
жесткими.
- Доброе утро, сержант, - сказал я и подошел к перегородке.
- Вам что-нибудь нужно?
- Я хотел бы заявить о пропаже оружия.
Достав лицензию, я положил ее на перегородку перед сержантом.
Он просмотрел ее, ковыряя при этом в ухе кончиком карандаша. Потом поднял
на меня глаза:
- Ну?
- Я положил пистолет в ящик для перчаток, уезжая вечером с работы. Утром
приехал в редакцию, открыл ящик, но, пистолета там не оказалось.
Он вынул карандаш из уха, осмотрел его и вытер. Потом пододвинул к себе
какой-то бланк.
- Фамилия и адрес?
Как только я назвал Истлейк, он насторожился.
- Вы живете в Истлейке?
- Я ведь уже сказал.
- И у вас, значит, пропал автоматический пистолет 38-го калибра?
- Правильно.
Он указал толстым пальцем на скамью у стены.
- Сядьте там.
- Мне некогда. Я просто хочу заявить о пропаже оружия, и этого
достаточно, не так ли?
- Это вы так думаете. Сядьте там. Я не повиновался. Он злобно посмотрел
на меня, потом передвинул рычажок интеркома.
- Лейтенант, у меня тут человек, который живет в Истлейке и заявляет о
пропаже автоматического пистолета 38-го калибра.
- Ну, так пошли его ко мне, - отозвался спокойный голос. Сержант указал
на дверь:
- Вторая дверь на втором этаже.
Я поднялся наверх по бетонной лестнице, постучал, повернул дверную ручку
и вошел.
Лейтенант Эйб Голстейн сидел в неуютном маленьком кабинете за обшарпанным
столом. Время от времени мы с Линдой встречали его в гольф-клубе. Голстейн
прекрасно играл в бридж. Он был холостяком, и о нем говорили разное. Однако
люди, хорошо его знавшие, утверждали, что у него есть только две страсти:
полицейская работа и бридж. Мужчина лет сорока, с серо-стальными глазами,
большим выразительным носом и коротко остриженными волосами, черными как
уголь. Его считали чрезвычайно способным и проницательным полицейским, без
которого капитану Шульцу давно пришлось бы подать в отставку.
- Добрый день, мистер Менсон, это вы заявляли о пропаже пистолета?
- Да, я. Здравствуйте, лейтенант.
- Как поживает ваша жена? - он предложил мне сесть. Я уселся напротив
него.
- Спасибо, неплохо. Послушайте, лейтенант, мне давно уже следовало быть в
редакции. Нельзя ли как-нибудь ускорить дело? Я всего лишь хочу заявить о
пропаже оружия, - я протянул ему свою лицензию. - После нападения на
Митфорда мы с мистером Чендлером пришли к выводу, что мне не помешает
обзавестись пистолетом. Вчера я получил его. Перед отъездом домой я положил
пистолет в ящик для перчаток и больше его не видел. Только сегодня утром,
приехав в редакцию, я обнаружил пропажу.
Он пододвинул блокнот и взял ручку:
- Погодите, давайте уточним, в котором часу вы вчера ушли с работы?
- Примерно в половине восьмого.
- Вы сразу поехали домой?
- Нет, сначала я зашел в закусочную напротив редакции, а потом уже уехал
домой.
- Разве вы не ужинаете дома? - он поднял глаза и приготовился записывать.
- Обычно да, но вчера жена была у подруги.
- Вы запирали машину?
- Нет. Я знаю, что это небрежность с моей стороны. Сначала я положил
пистолет в ящик, потом пошел поесть. Я торопился, хотел поскорее оказаться
дома, меня ждала масса работы.
- Значит, поужинав, вы поехали прямо домой?
- Да. Дома я забрал почту и отвез жене к мисс Бауер. Передал жене письма,
и мы немного поговорили. Жена собиралась ехать с мисс Бауер в Даллас, так
как у нее заболела мать. Потом я вернулся домой.
- Машину вы оставили перед домом мисс Бауер?
- Да.
- Запертую?
- Нет.
- Когда вы приехали домой?
- Пожалуй, без чего-то девять. Я поставил машину в гараж и сел за работу.
Сегодня утром я остановился у гостиницы "Империал" и пошел купить сигарет.
Машину оставил...
- Незапертой, - прервал меня Голстейн.
- Да. Когда подъехал к редакции, то увидел, что пистолета нет, вот и
отправился сюда.
Лейтенант посмотрел на свои заметки:
- Значит, ваша машина оставалась нсзапертой с момента, когда вы положили
в нее пистолет, и до сегодняшнего утра, правильно?
- Да. Я понимаю, что поступил неосторожно, но у меня столько разных дел в
голове, что просто забываю запирать машину.
- Это понятно, вы делаете замечательный журнал. Так, давайте повторим:
пистолет могли взять, когда вы ужинали, пока вы разговаривали с женой у мисс
Бауер и когда вы остановились сегодня утром купить сигарет. Правильно? - он
поднял на меня глаза.
- Да.
Он откинулся на спинку кресла.
- Украденное оружие всегда вызывает у нас беспокойство, мистер Менсон, -
он постучал ручкой по пальцу. - Я расследую убийство. Речь идет о вашем
соседе Джессе Горди. Его застрелили из автоматического пистолета 38-го
калибра... - он вдруг посмотрел на меня в упор.
Но я ожидал этого и проявил лишь подобающий случаю интерес:
- Я читал об этом в сегодняшней газете. Мне непонятно, что вы имеете в
виду, говоря о беспокойстве, которое вызывает у вас потерянное оружие. Очень
сожалею о своей неосторожности.
- Вы хорошо знали Горди?.
Теперь следовало взглянуть на него с удивлением:
- Так вот что у вас на уме, лейтенант. Думаете, этого человека застрелили
из украденного у меня пистолета? Он улыбнулся:
- Во-первых, я должен действительно убедиться, что ваш пистолет украли, а
во-вторых, мне нужно иметь уверенность, что Горди застрелили не из него. Но
вы так и не ответили на вопрос: вы хорошо знали Горди?
- Я вообще его не знал, я не делал покупок в его магазине. Но
примечательно, что два дня назад он приходил ко мне. Тогда я видел его в
первый и последний раз.
Голстейн склонил голову набок и проговорил:
- Он приходил к вам домой?
- Нет, в редакцию. Он приходил спросить, сколько будет стоить реклама и
нельзя ли устроить так, чтобы один из моих репортеров написал о его
супермагазине. Я объяснил, что мы не печатаем таких реклам, а репортаж о его
заведении не представляет для нас никакого интереса.
- Он приходил к вам лично?
- Да.
- Достаточно было просто позвонить, не так ли? Ведь ехать к вам довольно
далеко.
- Я ежедневно езжу той же дорогой, и она мне не кажется длинной.
- Хм, - он сделал длительную паузу. - Я расследую убийство, и раз уж вы
здесь и вам принадлежит, вернее принадлежал, автоматический пистолет, то не
могли бы вы сказать, что вы делали вчера вечером между восемью и девятью
часами?
Я почувствовал, как у меня вспотели ладони, но ничем не выдал своего
волнения:
- Мне кажется, что об этом уже было сказано минуту назад. В четверть
девятого я разговаривал со своей женой у мисс Бауер. Вернулся домой примерно
в девять и работал дома до двенадцати. Потом лег спать.
- Вы видели вечером кого-либо из соседей?
- Когда в девятом часу возвращался домой, то встретил Гарри Митчелла, вы
его знаете, мы обменялись несколькими фразами. Возвращаясь от жены, я
встретил Френка Латимера, вы его тоже знаете, и мы с минуту с ним
разговаривали. Это было около девяти часов.
- И больше вы никого не видели? Здесь была загвоздка. Если Криден скажет
о нашей встрече на Восточной авеню, я попаду в незавидное положение.
- Нет, никого.
Голстейн отложил ручку.
- Ну что же, спасибо, мистер Менсон, - но, когда я, собираясь уходить,
приподнялся на своем кресле, он остановил меня. - Я хотел бы задержать вас
еще на минутку. Я высоко ценю вашу деятельность, и мне нравится ваш
журнал... Но это такое необычное убийство... Горди был заурядным человеком.
Кому могло понадобиться убить его? Не нахожу мотива, - он не сводил
внимательного взгляда с меня. - Вы меня понимаете? Зачем убивать такого
человека?
- Не имею представления об этом, - я встал.
- Вы разговаривали с Горди. Каким он вам показался? Я не поддался
попыткам втянуть меня в разговор:
- Как вы и сказали, человеком заурядным. Он задумчиво рассматривал меня:
- Нельзя ли немножко поподробнее.
- Ничем не примечательный. Возможно, он что-то представлял как специалист
в своей области... Я был занят, его предложение меня не заинтересовало, а
значит, не интересовал и он сам.
- Понятно, - через секунду он продолжал. - По-видимому, он увлекался
фотографией. У него была очень хорошо оборудованная комната для этих целей и
увеличитель последней модели. Хотя нас и удивила одна вещь. Мы нашли
оборудование, но не нашли ни единого образчика его работы. Вы следите за
моей мыслью? - он почесал свой выразительный нос - у человека с таким хобби
ожидаешь найти и фотографии. Правда?
- Это странно, вероятно, он начинал и еще не успел ничего сделать.
Он покачал головой:
- Нет. Ванночками и остальными предметами пользовались. Возможно, что все
фотографии унес убийца. В этом случае мы могли бы подозревать, что Горди
занимался шантажом. Мне был бы тогда ясен мотив убийства.
- Да. Лейтенант, мне пора ехать в редакцию.
- Конечно, поезжайте, - он снова посмотрел мне в лицо. - Но, возможно,
мне еще придется побеспокоить вас.
- Разумеется, - сказал я и вышел.
Несколько минут я просидел в машине, восстанавливая в памяти наш
разговор. Кто бы ни убил Горди, он явно забрал пленку с отпечатками. Меня
тревожило, что Голстейн так быстро обнаружил истинный мотив убийства. Я
рассказал ему все, умолчав лишь о встрече на Восточной авеню.
Правда, Криден тоже замешан в эту историю, и я полагался на его молчание.
Я вспомнил еще одно обстоятельство: Горди якобы приходил по поводу рекламы,
а у меня запись того, как он шантажирует меня. Вдруг лейтенант явится ко мне
с ордером на обыск? Будет плохо, если пленка окажется у него. Следовало
стереть запись, и чем скорее, тем лучше. Я поехал домой. Подбежал к двери и,
открыв ее, вошел в гостиную. Еще на полпути я заметил, что ленты в
магнитофоне нет. Потом увидел, что на полу возле французского окна что-то
блестит на солнце. Маленькая кучка осколков. Я перевел взгляд на окно.
Кто-то разбил стекло возле самой ручки.
Я подошел, чтобы осмотреть магнитофон. Тот, кто забрал ленту, просто
оборвал ее. Остался лишь маленький кусочек на второй, пустой кассете.
Неизвестный, видимо, боялся и спешил, но теперь у него на руках было
доказательство, что Горди шантажировал меня. Здесь могла побывать полиция.
Хотя нет. Полиция не взламывает окна. Тогда кто?
Я стоял посреди комнаты и старался остановить нахлынувшую на меня волну
страха. Было ясно, что эта пленка представляет для меня не меньшую
опасность, чем пистолет и пленка Горди. Конечно, если их найдут. Потом я
вспомнил про фотографию, где Линда прячет в сумку украденные духи.
Фотография лежала в столе. Я быстро выдвинул ящик. Она исчезла. Меня
заставил вздрогнуть пронзительный звонок телефона. Звонила Джин.
- Стив? - в ее голосе звучала тревога. - Вы приедете? У вас тут полный
стол работы. И Макс тут дожидается. Я постарался придать голосу спокойствие.
- Сейчас еду, - я положил трубку.
Достав платок, я вытер потное лицо и руки. При мысли о редакционной
работе мне становилось тошно, но надо было ехать. Неожиданно зазвонил звонок
у входной двери. Я выглянул в окно и увидел остановившийся "роллс-ройс"
Кридена. Я пошел и открыл ему.
- Я надеялся, что застану вас дома. Не беспокойтесь, я отниму у вас всего
минутку.
Я пригласил его войти.
Он прошел в гостиную, посмотрел на разбитое окно и повернулся ко мне:
- К вам забрались воры?
- Сейчас это не имеет значения. Послушайте, ваша и моя жена занимались
кражами в магазинах. Если мы хотим уберечь их от преследований, а нас самих
- от обвинения в убийстве, то нужно молчать. Голстейн уже допросил меня, и
скоро наступит ваша очередь. Я не сказал ему, что был на Восточной авеню. Вы
поступайте так же.
- Значит, вы уже говорили с полицией?
- Да. Так не забывайте, что нужно молчать.
- Разумеется, - он прошелся по комнате. - Бог знает, зачем эти женщины
воруют, словно я ограничивал Мейбл...
- Горди шантажировал вас? - не дождавшись ответа, я продолжал:
- От меня он потребовал двадцать тысяч, а от вас? Он пожал плечами:
- Восемьдесят.
- Как он связался с вами?
- Остановил меня на улице.
- К вам домой или в офис он не приходил?
- Нет. Когда я выходил из машины, он остановил меня и выложил все, что
ему надо.
- Вы собирались заплатить ему вчера?
- Нет, только сегодня. Сначала мне нужно было продать кое-какие акции.
Мы смотрели друг на друга.
- Надеюсь, вы сознаете, что нас обоих могут заподозрить в этом убийстве?
- Да.
- Значит, создавшаяся ситуация требует, чтобы вы покрывали меня, а я вас.
Он снова посмотрел на меня в упор.
- У меня никогда не было оружия, - он подошел к двери, остановился и
оглянулся. - А у вас? Не говоря ни слова, я смотрел на него.
- Мне кажется, ваше положение гораздо хуже моего, - добавил он и, тяжело
ступая, вышел из дома.
Глава 5
Джин совсем не преувеличивала, говоря, что у меня полный стол работы.
Когда я вошел, Макс Берри метался по моему кабинету, как тигр в клетке.
Целое утро мы правили статью о Хэммонде. Пока Макс был у меня, я не имел
никакой возможности поговорить с Джин. Когда же я наконец избавился от него,
пришел Рефферти со своей статьей о насилии на улицах. Статья была отлич
...Закладка в соц.сетях
