Жанр: Детектив
Нет убежища золотой рыбке
...и, он никогда не раскрывает своих источников
информации. Вы ничего из него не вытянете.
- Хочу попробовать. Дело очень важное. Она кивнула:
- Доедайте устриц. Я пойду позвоню Уолли, он должен быть дома.
Она встала и направилась к телефонной кабине, я же, посмотрев на
оставшиеся устрицы, решил, что с меня хватит.
Пока Джин стояла в кабине, я не сводил глаз с ее стройной фигуры. Через
несколько минут она вернулась.
- Он только что вышел. Ширли сказала, что вернется примерно через
полчаса. Он поехал к Максу.
- Как вы думаете, он поделится с Максом?
- Уверена, что нет, - ее лицо приняло озабоченное выражение. - Стив, я
фактически нарушила слово, когда проговорилась, над чем работает Уолли. Он
дал мне перепечатать заметки с условием держать все в секрете.
- Сейчас это не имеет значения, так как речь идет о слишком серьезных
вещах.
- В общем, я только хотела вас предупредить, чтобы вы не удивлялись, если
ничего из него не вытянете.
- Да нет же, он мне скажет. Должен сказать.
- Вы совсем не едите.
- Я уже сыт.
- Стив, прошу вас, ешьте. Ведь еще не конец света. Я вспомнил про Линду,
в одиночестве сидящую дома. Не следовало оставлять ее одну.
- Мне нужно позвонить.
Я вошел в кабину и набрал свой номер. Долго звучали гудки, потом
послышался женский голос:
- Миссис Менсон плохо себя чувствует, мистера Менсона нет дома. Кто
говорит?
Я узнал голос Люсиль Бауер. Не отвечая, я повесил трубку. Линда быстро
нашла утешительницу. Я надеялся, что у нее хватит ума не рассказывать этой
бабе о своих выходках. И тут я вспомнил, что в составленном списке Уолли
Люсиль тоже значилась. Выходит, воровки встретились.
Я вернулся к Джин:
- Закажем еще устриц, для больных они в самый раз.
- Перестаньте, Стив! - одернула Джин. - Только, пожалуйста, не начинайте
себя жалеть, а то рассержусь. Я посмотрел на нее:
- Послушайте, а ведь вы замечательная девушка. Прошу простить. У меня был
действительно паршивый день, но сейчас я и в самом деле съел бы пару устриц.
Она посмотрела на Луиджи и подняла руку. Устриц принесли так быстро,
словно ожидали, что мы попросим добавки.
Сорока минутами позже мы вышли из ресторана, и Джин отвезла меня обратно.
Я пришел к заключению, что должен поговорить с Уолли наедине. Джин
предложила подождать до утра, но я решил не откладывать. Следовало
попрощаться.
- Спасибо за все, Джин, вы оказались хорошим другом. Она секунду смотрела
на меня, потом улыбнулась, села в машину и уехала.
Я быстро пересек город, направляясь к району, где жил Уолли. Ему
принадлежал скромный, уютный одноэтажный домик, к сожалению, находившийся в
пределах городской черты и в облаках дыма, в которых тонул город. Тем не
менее я был уверен, что у него денег на счету больше, чем у меня. Когда я
остановился перед домом, меня удивило, что во всех окнах темно. Было всего
несколько минут десятого. Я вышел из машины, подошел к входной двери.
Позвонив, я стал ждать. Никого. Я позвонил еще. Послышался чей-то голос:
- Их нет дома.
Я обернулся. У калитки стоял пожилой мужчина с собакой.
- У них что-то случилось, - объяснил он мне. - Вы знакомый мистера
Митфорда? Я его сосед. Я вернулся к калитке:
- Меня зовут Стив Менсон. Что случилось?
- А, мистер Менсон, читал о вас. Отличный у вас журнал. Да..,
случилось.., кто-то напал на беднягу Уолли и избил. Я почувствовал, как по
спине побежал холодок.
- Сильно избили?
- Боюсь, что да. Полицейские отправили его в санитарной машине, а миссис
Митфорд увезли с собой.
- Куда его повезли?
- В Северную больницу.
- Извините, от вас нельзя позвонить?
- Конечно, можно, мистер Менсон. Я живу тут рядом, - он свистнул собаке и
повел меня к соседнему домику, точной копии того, в котором жил Уолли.
Через две минуты я говорил с Джин:
- Джин, Уолли ранен, он лежит в Северной больнице. Не могли бы вы
подъехать туда. Нужно, чтобы кто-то побыл с Ширли.
- Я выезжаю, - она положила трубку.
Мы подъехали к больнице одновременно. Джин надо было проехать большее
расстояние, значит, она гнала машину на предельной скорости. Мы посмотрели
друг на друга.
- Это серьезно?
- Не знаю. Сейчас выясним.
Нам повезло. В ту ночь дежурил Генри Стенсил, мой давнишний приятель.
- Как его дела, Генри? - спросил я, как только мы вошли в приемную.
- Так себе. Эти мерзавцы здорово его отделали. У него сотрясение мозга,
сломаны челюсть и четыре ребра, и, похоже, его не меньше трех раз ударили
ногой по голове.
- А Ширли?
Кивком он указал на соседнее помещение:
- Послушай, Стив, у меня сейчас много работы. Не мог бы ты ею заняться?
- Для того мы сюда и приехали, - я кивнул Джин, и она исчезла за дверью.
- Он выживет? - спросил я.
- Да, но несколько дней не будет двигаться и может потерять глаз.
- А что полиция?
- Я уведомил ее, но пока и речи не может быть о том, чтобы он дал
показания. Бедняга Уолли не сможет говорить по крайней мере в течение
четырех-пяти дней.
Джин ввела Ширли. Я пошел им навстречу. Ширли плакала и дрожала.
- Ширли, дорогая, мне ужасно жаль... Она вытерла заплаканные глаза и
гневно посмотрела на меня.
- Это вы и ваш проклятый журнал! Я предупреждала Уолли, но он не принимал
это всерьез, - она прижалась к Джин, которая взглянула на меня и покачала
головой.
Я отступил, и они вышли из комнаты.
Четыре-пять дней! Я подумал о Горди. Если Веббер ничего не откопает, я
пропал. Я медленно пошел по коридору к регистратуре.
- Менсон!
Я остановился и обернулся. Ко мне приближался плечистый детина в
поношенном дождевике и шляпе. Я узнал сержанта Лу Бреннера из городской
полиции. Он был лет тридцати восьми, с бледным лицом, приплюснутым носом и
беспокойными маленькими глазками. Он всегда казался небритым. Я знал, что он
обладает недюжинной силой и славится жестокостью. Судя по тому, что я
слышал, но не имел точных данных, его излюбленный метод допроса - избиение
обвиняемого, а уж потом он задавал вопросы. Единственным, кого признавал
Бреннер, был капитан Шульц.
Вы не поверите, но у этого малого очень милая жена. Как-то раз миссис
Бреннер возвращалась домой, на нее набросился какой-то наркоман. Он был
сильно на взводе. Шульц - он тогда был еще лейтенантом - увидел это, но
издалека не мог успеть вовремя. У наркомана был нож. Так вот Шульц его
пристрелил. Говорят, что такого меткого выстрела еще не видывали. Но факт,
что пуля пролетела над плечом миссис Бреннер и разнесла наркоману голову. Ее
только царапнуло ножом. Бреннер никогда этого не забывает. С тех пор он
заглядывает Шульцу в рот, и так будет всегда.
Я посмотрел на Бреннера:
- Что вам угодно?
- Я хочу с вами поговорить, - он задумчиво посмотрел на меня. - Этот
Митфорд.., он нас интересует. Чем он сейчас занимается? Свидетели показали,
что, когда он выходил из машины, на него набросилось двое парней. Они взяли
его в оборот и выхватили портфель. Мы хотим знать, грабеж ли это, или
Митфорду дали понять, чтобы он помалкивал?
Я торопливо соображал.
Уолли занимался подрядами на строительство нового здания школы. Он
наверняка имел при себе документы, которые могли бы изобразить Хэммонда в
очень неприглядном свете. Вероятно, в портфеле находились бумаги,
относящиеся к универмагу "Белкам". Они могли скомпрометировать ряд женщин из
состоятельного района Истлейка. Впрочем, я не собирался выкладывать этого
Бреннеру.
- Он занимался контрактом на постройку школы, - сказал я. - Смета
оказалась на восемьдесят тысяч выше, чем было положено.
Он задумчиво посмотрел на меня:
- Это дело муниципалитета. Больше ничего?
- Насколько мне известно, нет.
- Похоже, нам придется поговорить с его женой. Она уже уехала домой?
- Кажется, да. Но вы напрасно думаете, что если дело находится в ведении
муниципалитета, то скандала быть не может. Видно, кто-то пытается замести
следы.
Он сдвинул шляпу на затылок:
- Верно. Что ж, раз вы суете нос в чужие дела, надо считаться с тем, что
его могут расквасить.
- Вас можно процитировать, сержант? Это могло бы заинтересовать мистера
Чендлера.
- Думаете? - его глазки беспокойно забегали. - Смотрите, чтоб и вашему
носу не досталось, - с этими словами он ушел.
Его напутствие не прибавило мне спокойствия. Я спросил себя, что скажут в
полиции, когда прочтут наш следующий выпуск. Ширли, конечно, знает о
предстоящей атаке на Шульца. Если Бреннер доберется до нее, в ее теперешнем
состоянии она сможет наговорить лишнего. После короткого раздумья я пошел в
телефонную кабину и позвонил Ширли. Номер не отвечал. Я сообразил, что Джин
отвезла ее к себе, и позвонил туда. Джин сразу же сняла трубку.
- Ширли у вас? - спросил я.
- Мне только что удалось уложить ее в постель, она приняла две таблетки
снотворного. Надеюсь, проспит до утра.
- Полиция хочет поговорить с ней. Джин, подержите-ка пока ее у себя. Что
она говорила о "проклятом" журнале?
- Она думает, что Уолли избили из-за Хэммонда.
- Ей что-нибудь известно об универмаге?
- Не думаю. Она все время твердит о Хэммонде.
- Завтра можете не выходить на работу. Если вам удастся успокоить ее,
тогда другое дело. Я не хочу, чтобы она говорила копам о наших делах.
- Я все устрою. Не могли бы вы позвонить мне завтра в восемь?
- Обязательно позвоню. Спасибо вам за все. Я повесил трубку и медленно
пошел к машине. Все равно я не могу ничего поделать до утра. Завтра я должен
встретиться с Эрни и постараться раздобыть деньги. В редакции меня будет
ждать доклад Веббера о Горди. Это самое главное. Если Веббер подведет,
останется одно - любой ценой раздобыть деньги.
Домой я вернулся в четверть одиннадцатого. Не светилось ни одно окно.
Неужели Линда уже спит? Я надеялся на это. У меня пропало всякое желание
говорить с ней. Я вошел в холл и огляделся. На столе лежал клочок бумаги. Я
подошел, чтобы взглянуть на него. Это была записка:
"Дорогой Стив!
Я забираю Линду к себе. Ее синяк дня через два, наверное, пройдет, но ни
к чему, чтобы к этому времени пошли слухи. Так что она побудет у меня.
Помните, что женщину никогда не следует бить по лицу. Уж если бить, то лучше
отшлепать.
Результат тот же, но не так заметны синяки.
Люсиль".
Скомкав записку, я бросил ее в корзину для бумаг. Потом приготовил виски
и сел в кресло. Я чувствовал, что впереди долгая одинокая ночь. Мной
овладела паника, я испытывал страх.
Ровно в восемь я позвонил Джин:
- Ну, как там Ширли?
- С ней все в порядке. Она стоит рядом и хочет поговорить с вами.
- Стив, мне так неудобно, что я вспылила вчера. Простите меня, - раздался
голос Ширли.
- Ну что вы, пустяки, мне нечего прощать.
- Нет, есть. Если бы Уолли услышал меня, он был бы недоволен. Я была сама
не своя, увидев его в таком состоянии. Боже, что они с ним сделали! - ее
голос задрожал. Через несколько секунд она снова заговорила:
- Ваш журнал отличный, и Уолли знал, чем рискует. И я тоже, но просто не
могла поверить, что есть такие звери.
- Я сообщу Чендлеру, и он наверняка сделает что-нибудь для Уолли. Он
быстро поправится, нужно только немного подождать. Я говорил с доктором.
Опасности для жизни нет, - я умолчал о том, что Уолли может лишиться глаза.
- Ширли.., с вами хочет поговорить полиция. Прошу вас, будьте с ними
осторожны и не упоминайте о Шульце. Этой бомбе еще не время взрываться.
Скажите, что Уолли интересовался строительством новой школы и больше ничем.
Вы поняли?
- Да, разумеется.
- Я еще позвоню попозже.
- Но вы меня прощаете, Стив?
- Конечно, конечно. Вы не передадите трубку Джин? Джин взяла трубку.
- Не знаете, кто-либо из мужей собирается платить? - спросил я
напоследок. Она ответила:
- Откуда же мне знать. Я знаю только, что никто из них не бил свою жену.
- И напрасно, пожалуй, - сказал я и повесил трубку. Я поехал в банк.
- Садись, Стив, - пригласил меня Эрни. - У нас мало времени, так что
давай сразу же перейдем к делу. Все, что я могу себе позволить, это
превысить счет на пять тысяч. Устроит тебя?
- А нельзя ли на десять, Эрни? У меня тяжелое положение.
- К сожалению, нет. Мне и так стоило больших трудов добиться для тебя
этих пяти. Ты же знаешь, банк не мой: надо мной еще три директора.
- Тогда не мог бы я заложить дом?
- Нет, у тебя на нем и так черт знает какая ипотека.., где там, это
безнадежно.
Я попытался улыбнуться:
- Ну, ничего не попишешь, беру эти пять, и большое тебе спасибо.
- Извини, что я больше не мог сделать для тебя. Мать Линды серьезно
больна?
- Боюсь, что да.
Он сочувственно улыбнулся, а мне вдруг подумалось, не воровка ли его жена
Марта, которая наверняка делает покупки в этом же универмаге. Придя в
редакцию, я поздоровался с Джули, сидевшей за коммутатором. Она сообщила,
что Джин до сих пор не пришла. Я ответил, что знаю, и прошел в свой кабинет.
Мне оставалось надеяться только на Веббера. Если он подведет, придется идти
к Мейеру и брать взаймы под шестьдесят процентов. Веббер позвонил, когда я
просматривал почту, вышла дурацкая история, - сказал он голосом бывшего
копа. - Вчера ночью кто-то забрался в наш офис и унес несколько папок, в
одной из них было досье на Горди.
Я так судорожно стиснул трубку, что у меня побелели суставы пальцев:
- Вы не можете вспомнить, что там в этом досье?
- Послушайте, у нас пятнадцать тысяч конфиденциальных досье. Джек Уэлш
собирал материалы на Горди восемь месяцев назад, а месяц назад уволился. Я
читаю досье только в случае необходимости.
Не прозвучала ли в его голосе нотка фальши?
- А где сейчас Уэлш?
- Вот уж этого я не знаю. Работник он никудышный, и мы с радостью
избавились от него. И вообще, чего вы так интересуетесь Горди? Зачем он вам
понадобился?
- Что думает о краже полиция? Он хрипло рассмеялся:
- Я о ней не заявил. Копы меня не любят, да и что толку. Тут сработал
профессионал, а против них полиция вообще ничего не стоит.
- Но зачем понадобилось красть папки? Он помолчал, потом снова заговорил:
- Я доложил об этом Чендлеру, и он согласен, что не следует в это дело
впутывать копов.
- Вы не ответили на мой вопрос! У вас пропало десять папок, значит, хотя
бы в одной из них могло быть очень важное досье.
- Наверное, их украл какой-нибудь псих. Слушайте, у нас здесь уйма
работы. Может, поговорите с мистером Чендлером, раз вас это так интересует.
С этими словами он повесил трубку.
Я положил трубку, немного подумал, а потом снова набрал номер телефона
Веббера.
Отозвался женский голос:
- Сыскное бюро "Алерт", что вам угодно?
- Говорят из адвокатской конторы "Трумен и Лейси". Нам сообщили, что у
вас работал мистер Джек Уэлш. Мы выясняем некоторые аспекты завещания,
которые касаются его личности. Не могли бы вы дать нам его адрес?
Она ответила без малейшего колебания:
- Сожалею, но здесь явная ошибка. У нас таких нет и никогда не было.
Я положил трубку. Теперь я был в полной уверенности, что Веббер лгал мне.
Глава 3
В дверь постучали, и в комнату влетел мой второй редактор и репортер Макс
Берри. Высокий крепкий парень лет тридцати. По его лицу, казалось, проехал
каток. В студенческие годы он занимался боксом. Он был пока не так хорош,
как Уолли, но к своей цели шел с упорством фокстерьера, преследующего крысу.
Одевался он небрежно, носил пузырившийся на локтях твидовый костюм и красный
галстук, который всегда непонятным образом сползал у него на левую сторону.
- Жуткий случай с нашим Уолли, - провозгласил он еще с порога.
- Да, садись.
Я еще не мог прийти в себя от открытия, что Веббер не на моей стороне. Но
сейчас у меня не было времени гадать о причинах. Прежде всего мне пришло в
голову, что его жена Хильда тоже, вероятно, ворует в универмаге. Это
казалось логичным, во всяком случае, на первый взгляд.
- Я приехал прямо из больницы, - сказал Макс, шлепаясь в кресло. -
Господи, ох и отделали же они беднягу. Жаль, что на его месте не оказался я,
- он расчесал пятерней густые черные волосы. - Ты уже что-то узнал, Стив?
Как, по-твоему, замешан тут Хэммонд?
Возможно, это было дело рук Хэммонда, но у меня из головы не шла история
с универмагом.
- Не знаю. Обычный грабеж тоже нельзя исключить.
- Сомневаюсь. У него был полный портфель бумаг с собой. И стервец обо
всем помалкивал. Вчера мы с ним просматривали предварительную смету на эту
школу, и мне кажется, что он думал о другом. Видимо, он занимался еще чем-то
и именно из-за этого попал в больницу.
Я вертел в руках ручку. Мыс Уолли отлично понимали друг друга, и я
доверялся ему в любом затруднении. Но с Максом дело обстояло иначе. Он
кидался на все, как разъяренный бык, тыча во все стороны рогами. И для него
не имело значения, что он задевал кого-то, лишь бы получить сенсационный
материал. Я совершенно отчетливо понимал, как он отреагирует, если я скажу,
что происходит в универмаге. Он немедленно помчится туда и заставит Горди
говорить.
- Ты ведь знаешь Уолли, - сказал я осторожно. - Он все скрывает. Но мне
кажется, что за этим стоит все же Хэммонд.
- Мне тоже. Мы собрали факты полностью. Уолли еще хотел раздобыть копию
контракта, подписанного Хэммондом. Вчера вечером мы говорили об этом. Я
предложил заняться этим контрактом, но он хотел сделать все сам. У него
связей больше, чем у меня, - он подался вперед и заглянул мне в глаза. -
Теперь это мое дело?
- Слушай, ты помнишь статью о Шульце? Над ней работал Уолли, и она
совершенно готова и сдана в набор. Так вот я подумал.., пойми, что случилось
с Уолли, может случиться и с тобой, и со мной. Я считаю, что нам надо
подождать со статьей о Шульце, пока мы не покончим с Хэммондом. Нам может
понадобиться защита полиции; если мы напечатаем эту статью, защиты нам не
видать как своих ушей.
Он потер пальцами приплюснутый нос:
- Защита полиции? А как, по-твоему, они смогут нас защитить?
- Ну, например, выдать нам разрешение на ношение оружия. Чендлер мог бы
это устроить.
Он ухмыльнулся.
- Мне оружие ни к чему, - он взглянул на свои мощные кулаки.
- Трое таких головорезов прекрасно с тобой справятся, Макс. Не воображай
себя суперменом! Он пожал плечами.
- Ладно, будь по-твоему, - он встал. - Вернусь после обеда, - сказал он и
вышел.
Я посмотрел через окно на ярко освещенные окна офиса Чендлера.
Моя нерешительность длилась лишь секунду. "Может быть, разговор мне
поможет хоть немного успокоиться", - подумал я, набирая номер секретарши
Чендлера.
- Мистер Чендлер у себя? Мне нужно поговорить с ним по очень важному
делу.
- Минуточку, я узнаю, примет ли он вас. - Через минуту она снова сказала:
- Вы не могли бы приехать немедленно? Через час он вылетает в Вашингтон.
Я приехал туда через пять минут, по дороге не слишком обращая внимание на
правила движения.
Чендлер стоял возле письменного стола с набитым портфелем у ноги, рядом
на стуле лежали его шляпа и пальто.
- Что у вас, Стив? - спросил он, когда я вошел в кабинет. - Я уезжаю, у
меня встреча с президентом. Вероятно, будут новости, когда вернусь.
Я объяснил ему, что в связи с нападением на Уолли и принимая во внимание
участие в этом деле муниципалитета и Хэммонда я считаю необходимым отложить
атаку на Шульца.
Я тщательно подбирал слова:
- После выхода статьи нам будет нельзя рассчитывать на помощь полиции. В
этой ситуации она нам необходима, если мы хотим выяснить, кто стоит за
нападением. Это может повториться, а я вряд ли смогу редактировать журнал,
мистер Чендлер, лежа в больнице. Мне хотелось бы получить для себя и Берри
право на ношение оружия. Дело может перейти в небольшую войну. Если Шульц не
окажет нам содействия, это не кончится добром.
Чендлер посмотрел на меня из-под полуприкрытых век:
- У вас найдется, чем заменить статью о Шульце?
- Есть целый ряд хороших материалов. Мы могли бы выступить с фактами о
новых противозачаточных таблетках. Немного подумав, он кивнул:
- Ну что ж, мне не хочется выпускать из рук этого мерзавца, но ваши
соображения звучат довольно убедительно. Значит, в последний номер вы статью
не ставите, используем ее в следующем, так?
- Да.
Он испытующе взглянул на меня:
- Следовательно, вы считаете, что нападение на Уолли связано с
Хэммондом?
- По-видимому, да.
В дверь заглянула секретарша:
- Ваша машина на месте, мистер Чендлер.
- Хорошо. Да, и скажите Боргу, чтобы он достал лицензии на право ношения
оружия для Стива и Берри, а также подобрал им пистолеты. - Чендлер
повернулся. - Мы еще поговорим об этом, когда я вернусь. Как поживает Линда?
- спросил он чуть позже, когда мы уже выходили из кабинета.
- Спасибо, неплохо, - ответил я, представив, как бы у него вытянулось
лицо, признайся я, что подбил ей глаз. Шагая гулким коридором бок о бок с
боссом, я добавил небрежно:
- Я слышал, кто-то прошлой ночью забрался к Вебберу. Пропали какие-то
бумаги.
Великий человек даже не замедлил шаг.
- Да... Вероятно, какой-нибудь сумасшедший, сейчас их много развелось. -
Он дотронулся до моего плеча. - Вы думаете, за этим что-то кроется?
- Не знаю. Просто показалось странным, что Веббер не заявил в полицию.
- В полицию? Какой в этом смысл?
Я видел, что он думает о другом. Наверное, повторял про себя слова, с
которыми обратится к президенту.
Мы подошли к лифтам. Какой-то человек взял у Чендлера портфель. Он сделал
это так подобострастно, что я не удивился, если бы он упал на колени и
стукнулся лбом об пол.
- Ну, до свидания, Стив, - он хлопнул меня по спине. - Мы еще поговорим.
Мы с секретаршей смотрели, как великий человек в сопровождении маленького
исчезли из виду. Потом секретарша кивнула и вернулась в офис. Я шагнул, в
кабину соседнего лифта и нажал на кнопку первого этажа.
Когда я вернулся в редакцию, Джин сидела за моим письменным столом и
сортировала почту, которую я уже разобрал.
- Привет, Джин, как дела у Ширли?
- Она хорошо держится. Уолли ведь все еще без сознания. Но, похоже,
докторов это не беспокоит. Ширли уехала домой. Как Линда?
- О, о ней хорошо позаботятся, - я обошел стол и сел. Джин стояла рядом
со мной с пачкой писем для нас. Темно-серое платье очень шло ей. Темные
волосы блестели. Я увидел у нее на руке платиновые часики на платиновом
браслете. Неожиданно я понял, что замечаю мелочи, на которые решительно не
обращал внимания еще вчера: часы, фасон платья, шелковистые волосы,
спокойные, умные глаза. Некоторое время мы молча смотрели друг на друга,
потом Джин сказала:
- Вы не хотите посмотреть почту?
- Я уже ее просмотрел, и там нет ничего важного, вы и сами управитесь, -
после минутной паузы я попросил ее присесть. - Сегодняшний день начался
скверно. Хотите узнать новости?
- Плохие?
Я рассказал о телефонном разговоре с Веббером и о том, что Мэйшью сможет
одолжить только пять тысяч. Я также рассказал, как мне удалось уговорить
Чендлера подождать печатать статью о Шульце и достать для нас с Максом
разрешение на ношение оружия.
Она напряженно слушала.
- Ну, вот, пожалуй, и все. Не понимаю Веббера. Вероятно, его жена тоже
воровала, и потому он опасается Горди. У Чендлера, разумеется, хватает
других забот, и его это не интересует. Если Веббер сказал, что в папках не
было ничего интересного и украл их какой-то псих, почему бы Чендлеру не
поверить. Джин, меня это беспокоит. Я рассчитывал на Веббера и теперь вижу,
что ошибался. Похоже, придется где-то выпрашивать пятнадцать тысяч, раз хочу
выхлопотать для Линды этот материал.
- Может, попробуете уговорить Горди? - спокойно спросила Джин. - Потяните
время, до сих пор вам это удавалось. Попросите у него отсрочку и скажите,
что заплатить не можете. Тем временем обязательно найдете, чем его
припугнуть.
- Без Веббера я скорее всего ничего не найду.
- А ведь, пожалуй, досье Горди до сих пор у Веббера. Я могла бы до него
добраться.
Я непонимающе взглянул на нее:
- Каким образом?
- Когда-то я оказала его секретарше Мэвис Шерман большую услугу. Она
сделает для меня все, что угодно. Постарайтесь уговорить Горди подождать
несколько дней.
Я снял телефонную трубку и попросил Джули соединить меня с Джессом Горди
из универмага "Велкам". Потом положил трубку.
- Чем вы помогли Мэвис?
- Это не должно интересовать вас, Стив. Во всяком случае, со многими
случаются всякие неприятности. Если я могу кому-то помочь, то помогаю. - Она
подняла руки, а потом снова опустила их на колени. - & один прекрасный день,
кто знает, возможно, и мне понадобится помощь.
Зазвонил телефон.
- Мистер Горди?
- А, мистер Менсон, как поживаете? - насмешливую нотку в его голосе
нельзя было не заметить.
- Нам придется отложить дня на два то, о чем мы договаривались. Сейчас я
просто не могу.
- Неужели! У меня тоже затруднения. Давайте поговорим о наших
затруднениях сегодня вечером, как условились. В девять часов. Помните адрес:
Истлейк, 189. Пока хватит какой-нибудь мелочишки. В общем, договорились.
И он повесил трубку.
Джин слушала по параллельному телефону. Мы положили трубки и посмотрели
друг на друга. Она встала:
- Я приглашу Мэвис пообедать. Статья о противозачаточных таблетках
готова, и я пошлю ее в номер.
Раздался звонок. Звонил Марвин Гудер, наш специалист по дорожным
происшествиям. С этого момента и до самого обеда у меня не выдалось ни
единой свободной минуты. В полдень я пошел пообедать с Джимми Рефферти,
нашим театральным критиком. Без особого внимания, вполуха слушал я его, пока
мы р
...Закладка в соц.сетях
