Жанр: Детектив
Лабиринт смерти (Реквием для убийцы)
...го за два дня столько
приключений, порой смертельных, что другому человеку этого с лихвой хватило бы на
всю жизнь. Так что даже во сне я ничему особенно не удивлялся.
Война, моя жизнь частного детектива намертво впечатали в меня инстинкт
подсознательного чувства опасности. Даже во сне я вдруг услышал чье-то тяжелое
дыхание. В спальне находился кто-то посторонний!
Сон как рукой сняло. Затаив дыхание, я прислушался. Никаких сомнений не
осталось, в комнате действительно кто-то находился.
У меня мелькнула мысль, что это Мара. Я подумал, что, не найдя мужа, она,
презрев свои религиозные убеждения, все же вернулась на виллу, чтобы скоротать
время в моей нагретой постели. Такое со мной случалось не единожды: женщины, с
первых минут знакомства бывшие моими смертельными врагами, затем непонятным
образом оказывались у меня в постели. Впрочем, не будем уточнять, чем мы там
занимались.
Осторожно нащупав выключатель, я включил свет. И испытал еще одно
потрясение, не первое, но, видимо, и не последнее в этом городе. Глория Калливуд,
совершенно обнаженная, стояла в двух метрах и смотрела на меня каким-то странным
взглядом. Глаза мои вылезли из орбит, я впал в полную прострацию.
Язык мой присох к небу, я немо разевал рот, но не мог произнести ни слова.
Глория сделала два шага в мою сторону. Неестественная бледность покрывала ее
лицо, светлые волосы рассыпались по плечам, едва прикрывая маленькую изящную
грудь. Впалый живот, роскошные бедра... Я не отрывал от нее взгляда, силясь
произнести хотя бы слово.
Когда она подошла вплотную, я понял, что она хочет лечь рядом, и молча
отодвинулся. Так же молча она легла рядом со мной и вполне естественным
движением прикрылась простыней.
Рядом со мной лежало теплое тело, запах неведомых духов щекотал ноздри, я
ощущал дрожь ее ждущей мужской ласки плоти. Ее невесомые руки легли на мою
грудь, а в следующее мгновение жаркий поцелуй едва не отправил меня в мир иной. Я
порывисто прижал ее к себе, и она затрепетала в моих объятиях. Я покрыл поцелуями
ее тело, и она отдалась мне со стоном наслаждения...
Я даже не знал, с чего начать. Она лежала рядом со мной, по-прежнему бледная, с
бескровными губами. Вскоре я немного успокоился и, запинаясь, сказал:
- Глория... Глория, ты даже не представляешь, как я счастлив! Но... как ты
оказалась в этой заброшенной шахте? И как тебе удалось спастись из этого ревущего
подземного потока?
Она повернулась и посмотрела на меня таким взглядом, словно видела впервые в
жизни. Она открыла рот, демонстрируя ровные белоснежные зубы. Губы шевелились.
Она силилась что-то сказать, но ни один звук не слетал с ее безмолвных уст. Слезы
потекли из ее глаз, она начала плакать, спрятав лицо на моей груди.
- Ты не хочешь говорить, дорогая? Плохо себя чувствуешь? - Я покрыл
поцелуями соленое от слез лицо, стараясь успокоить ее, но она продолжала
всхлипывать, и ничто не могло остановить потока слез, струящихся из глаз. - Ты
пережила какой-то кошмар?
Вместо ответа она тяжело вздохнула и еще крепче прижалась ко мне, продолжая
безудержно плакать.
Глава 8
Я позвонил в госпиталь, куда был доставлен после покушения на меня, и попросил
позвать к телефону доктора Кука. Мне ответили, что он подойти не может, так как в
настоящий момент проводит операцию. Но если нужна экстренная медицинская
помощь, то ко мне пришлют медсестру. Я попросил, чтобы сюда приехала Клер
Пирсон, так как она показалась мне порядочным человеком, и ее присутствие
действовало на меня успокаивающе.
Дежурная медсестра поинтересовалась моим именем и, после пятиминутной
паузы, сказала, что Клер немедленно выезжает.
Когда она прибыла на виллу, я объяснил, не вдаваясь, впрочем, в подробности, что
произошло с миссис Калливуд. Клер молча выслушала меня и лишь после этого
спросила, где находится пациентка. Я проводил ее в комнату на втором этаже.
Ждать пришлось почти полчаса. Наконец появилась Клер. Она попросила
приготовить порцию виски с содовой.
- Ваша знакомая испытала шок, и, по всей вероятности, именно от этого у нее
наступила кратковременная амнезия. Потеря памяти, проще говоря. Я бы хотела знать,
что конкретно с ней случилось.
Я в замешательстве смотрел на нее. Ведь нужно рассказать молодой медсестре все,
что произошло за эти дни со мной и Глорией. Взвесив все "за" и "против", я все же
рассказал ей практически все, опустив лишь мои скромные подвиги в постели. По
мере повествования ее глаза все больше и больше расширялись от удивления. Не дав
мне закончить, она воскликнула:
- Но любой другой на ее месте получил бы инфаркт! В это невозможно поверить!
- И тем не менее это чистая правда.
- И что же теперь вы собираетесь делать? Именно вы? - Она закурила
очередную сигарету. - Ситуация критическая. Да и вам грозит смертельная
опасность. Вспомните хотя бы о покушении.
- Ну, опасность для меня скорее теоретическая, - попытался отшутиться я. - И
потом, не забывайте, я не впервые попадаю в подобные переделки. Как-никак, это моя
работа. Вот так-то, Клер... Можно мне вас так называть?
- Разумеется, - впервые с момента нашей встречи она рассмеялась.
Я продолжал:
- Видимо, я вновь в начале пути. Мой клиент мертв, но задание остается в силе.
Он был моим лучшим другом. Мы с ним вместе воевали. Разумеется, я не могу
утверждать, что уже завтра утром ткну пальцем в сторону убийцы. Вовсе нельзя
исключить и то, что убийца, а может - убийцы, окажутся умнее меня, и я отправлюсь
вслед за Джорджем в лучший мир. На карту поставлено все, начиная от моей жизни и
кончая репутацией детектива. Во всех моих предыдущих расследованиях козырный
туз рано или поздно оказывался в моих руках. И сейчас, как никогда, я молю Бога,
чтобы он оказался у меня.
- Вот как? У вас появилась хоть какая-нибудь идея?
- Моя трагедия как раз и заключается в том, что у меня их более чем достаточно.
Но едва я копну глубже, как все рассыпается в прах.
- И все же вы не бросите это дело?
- Нет, конечно же, не брошу. Есть еще один след, который мне хочется
проверить. Существует некий Тони Кастелло, бывший полицейский. Это
единственный человек с которым я до сих пор не успел встретиться и поговорить.
Дабы доказать, что я не бросаю слов на ветер, я вооружился толстым телефонным
справочником Лос-Анджелеса и начал его перелистывать. Вскоре я уже знал телефон
таинственного Кастелло. Я немедленно набрал номер. В трубке раздавались длинные
гудки, но к телефону никто не подходил. С досадой бросив трубку, я повернулся к
Клер.
- Самое лучшее, что можно предпринять сейчас, так это поехать туда. Вы же,
Клер, присмотрите за Глорией.
Она молча кивнула.
- Да, еще одно, - заметил я, прежде чем уйти. - Ни под каким предлогом
никому не открывайте дверь. Когда вернусь, я позову вас по имени.
Вскоре такси доставило меня к зданию, фасад которого наталкивал на мысль, что
это скорее конюшня, чем жилое помещение, настолько он был грязен. Дом этот
находился в рабочем квартале в нижней части города. Едва я вышел из такси, в ноздри
мне ударило такое зловоние, что я едва сдержался, чтобы не зачехлить нос носовым
платком.
Консьержка, старуха со сморщенным лицом, похожим на перепеченное яблоко,
даже не взглянула в мою сторону, когда я обратился к ней с вопросом.
Я молча направился к лифту и поднялся на пятый этаж. На лестничной площадке
было темно, хоть глаз выколи. Подсвечивая фонариком, я остановился перед дверью с
номером 400.
Протянув руку к звонку, я вдруг заметил, что дверь приоткрыта. Бесшумно
проскользнув в прихожую, я замер там, держа в руке револьвер Джорджа,
предусмотрительно захваченный мной из его кабинета.
- Кастелло, вы дома?
Ответом было молчание. Глаза постепенно привыкли к полумраку, и я мог
различить кое-какие детали. Крысятник, да и только! Маленькая прихожая, грязная
кухня. Ванная и туалет были сырыми и крохотными. Инстинкт подсказывал мне, что
здесь кто-то есть. Я находился на тропе войны, и малейшая моя оплошность могла
стоить жизни. Вдруг кто-то затаился в темноте, выжидая, пока я сделаю неверный шаг.
Красная лампочка тревоги беспрерывно мигала в моем мозгу, но я все же еще усилил
бдительность, осторожно продвигаясь вперед. Оставалась только одна запертая дверь.
Прислушиваясь и держа наготове кольт, я осторожно толкнул ее. Она бесшумно
отворилась.
Я стоял на пороге спальни. Такой маленькой, что в ней едва помещалась кровать.
В углу, возле окна с опущенными шторами, стоял туалетный столик и стул. На стуле,
наклонившись вперед, кто-то сидел. Я не хотел зажигать свет и осторожно шагнул
вперед, внутренне насторожившись. Неестественная поза, в которой сидел этот
человек, внушала тревогу. Я никак не мог сообразить в чем дело, затем меня словно
током ударило: у него не было рук, они были отрезаны по локоть! Тони Кастелло был
мертв!
Омерзительно неприятная дрожь пробежала у меня по спине. Я покрылся
холодным потом. В голове светил уже не сигнал, а грохотал колокол тревоги. Кто-то
определенно находился здесь, прямо за моей спиной. Я резко повернулся, готовый тут
же выстрелить, не раздумывая. Но в квартире никого не было. "Неужели крыса?" -
подумал я. Обычно в таких ситуациях я никогда не ошибался. Именно обостренное
чувство того, что за тобой наблюдают чужие, враждебные глаза не раз спасало мне
жизнь как на войне, так и в работе детектива.
Я обшарил всю квартиру, но ничего подозрительного не обнаружил. Протерев
носовым платком те места, которых касались мои пальцы, я покинул это пристанище
смерти.
Сделав анонимный звонок в полицию относительно трупа Тони Кастелло, я решил
отыскать Германа Гранта - экс-лесоруба из Небраски. До сего времени я никак не
мог познакомиться с ним.
Пока итоги расследования были более чем неутешительными: я, как минимум, три
раза мог распроститься с жизнью, но до сего времени с жизнью пока что расставались
другие. Надолго ли сохранится такой дисбаланс? Вот и Тони Кастелло, один из
телохранителей Джорджа Калливуда, простился с ней. Оставалось надеяться, что хотя
бы Герман Грант будет обнаружен мной в полном здравии.
Низкая деревянная калитка, выкрашенная белой краской, была заперта, но входная
дверь небольшого коттеджа распахнута настежь. Моя печальная практика в этом
городе подсказывала, что и здесь меня ничего хорошего не ждет. В голову закралась
мысль, что события становятся неуправляемыми, набирая головокружительную
скорость, я просто не успеваю за ходом их развития. Если убьют всех участников
драмы, мне так и не удастся ничего выяснить. Что же прошло мимо моего внимания,
какую деталь я упустил? Это было очевидно, но я до сих пор так ничего и не понял.
Перепрыгнув через калитку, я тенью скользнул к коттеджу и, поднявшись по
ступенькам, проник вовнутрь. Нервы мои были напряжены до предела, но я не
собирался отступать.
Я обследовал уже несколько комнат, как вдруг за одной из дверей различил
невнятные голоса. К этому времени на улице стало совсем темно, так что мрак в
коридоре был почти абсолютный. Ступая на цыпочках, я прокрался к лестнице и
поднялся на второй этаж, резонно рассудив, что оттуда мне будет лучше наблюдать за
развитием событий. И сделал это как раз вовремя!
На первом этаже послышались шаги, кто-то вошел в коттедж. Дверь помещения,
где слышались голоса, отворилась. Сноп света, вырвавшийся оттуда, позволил мне
рассмотреть, что это не кто иной, как Вилли Шутник. Я моментально узнал его по
плащу, туго стянутому в талии, и по тому, как он держал руки в карманах. В проеме
двери появилась Лиза Гордон, практически в неглиже. Ее черный профиль четко
вырисовывался в светлом прямоугольнике двери.
Поздоровавшись с Вилли, Лиза недовольно спросила:
- Где тебя черти носят? Что мы с ним будем делать?
- Ага, как я понял, ты хочешь, чтобы я занялся трупом?
- Конечно! - со злобой воскликнула Лиза.
- Это не мое дело, - сразу же откликнулся Вилли.
- Но я не хочу оставаться одна! - категорически возразила Лиза.
- Повторяю, заниматься трупами - не мое дело. Заглохни.
Что-то в их разговоре показалось мне странным, но что именно, я не мог понять. В
конце концов, Лиза сказала:
- Подожди меня, уйдем вместе.
- С какой стати мне тебя ждать! - Вилли повернулся и направился к двери, а
Лиза вновь вошла в комнату и закрыла за собой дверь.
Я кубарем скатился вниз и бегом помчался вслед за Вилли. Впрочем, он даже не
опасался, что за ним могут следить и, не оглядываясь, пересек улицу, направляясь к
черному "крайслеру", стоявшему под пальмой. Машина тут же отъехала.
Я отчаянно заметался в поисках такси, и здесь мне повезло. Плюхнувшись на
сиденье рядом с водителем, я вытащил полусотенную купюру.
- Если не упустишь вон тот "крайслер", она твоя.
В ответ таксист хмыкнул, проворно сграбастал банкноту и, пристроив ее в
нагрудный карман, флегматично заявил:
- Не волнуйтесь: если упущу эту колымагу, то сниму штаны и пройдусь по
Беверли-Хилз прогулочным шагом.
Через четверть часа, следуя за "крайслером", мы оказались в респектабельном
районе Лос-Анджелеса. Вскоре машина, которую мы преследовали, остановилась
перед шикарным многоквартирным домом.
На прощание таксист сказал:
- Если у тебя имеются еще лишние полсотни, давай как-нибудь погоняем и за
другой машиной. О'кей?
- Как только в этом возникнет надобность, я тебя непременно найду.
Вилли Шутник вышел из машины и скрылся в подъезде.
Выждав некоторое время, я прошел туда же. На месте консьержки сидел молодой,
можно даже сказать, симпатичный парень. Если бы не его широченные плечи.
Напыжившись, и, видимо, на все сто уверенный в своей непробиваемой мощи,
здоровяк недружелюбно осведомился:
- Мистер хочет кого-то видеть?
Отметив про себя что здесь надо вести тонкую игру, я применил маленькую
хитрость: удостоверившись, что лифт остановился на пятом этаже, я сосредоточил все
внимание на парне.
- Слушай, у меня трудная фамилия, и так как я не хочу долго и нудно диктовать
ее по буквам, то лучше покажу водительские права. - Я встал боком к нему и, согнув
в локте правую руку, левую запустил в карман пиджака. Не чувствуя подвоха, молодой
человек привстал и наклонился вперед, желая получше рассмотреть фамилию. Это
было очень опрометчиво с его стороны. В ту же секунду локоть моей правой руки со
страшной силой врезался бедняге в переносицу. Таким приемом я пользуюсь очень
редко, лишь в исключительных случаях, и никто до сих пор не мог устоять на ногах. А
этот, смотрите-ка, устоял! Захлебываясь кровью, он, вцепившись руками в край стола,
начал медленно сползать вниз. Я хотел помочь ему побыстрее достичь пола,
попытавшись разжать его пальцы. Не тут-то было! Словно стальные, они упорно не
желали разжиматься.
Даже будучи в полубессознательном состоянии, такие люди опаснее гремучей
змеи. Так и не сев на задницу, он начал подниматься. Это был крайне неприятный для
меня момент. Если он встанет, меня ожидают непредсказуемые, но весьма неприятные
последствия. Удар рукояткой револьвера по виску строптивца наконец-то заставил
разжаться его побелевшие пальцы. Он растянулся на ковре, причем очень удачно.
Лишь приподнявшись на носки, я смог увидеть его. И это при моем-то росте! Так что
никто его не заметит. Выждав пять секунд, я убедился, что этот гладиатор на время
выбыл из игры и помчался по лестнице на пятый этаж.
Стоя на лестничной клетке, я мучительно раздумывал, за какой же из дверей
проживает Вилли Шутник. К несчастью, мои сомнения были быстро разрешены, и
именно Вилли Шутником. Точнее не им самим, а его пистолетом, ствол которого был
красноречиво направлен мне в живот.
- Не надо дергаться, приятель... Заходи! - Движение ствола было яснее всяких
слов.
Ничего не оставалось, как подчиниться.
Я вошел в прихожую. Вилли держал пистолет весьма и весьма профессионально.
Глядя мне в глаза, он сказал:
- Я сразу понял, что та безмозглая гора мяса не остановит тебя. Что тебе нужно?
Ничего не отвечая, я молча смотрел по сторонам. Да-а, здесь было на что
посмотреть. Роскошь в сочетании со вкусом так и перла в глаза. Здесь пахло очень
большими деньгами. Одни персидские ковры чего стоили! Антикварная мебель,
картины на стенах, французские окна с тяжелыми парчовыми шторами, в углу бар с
набором напитков, которые могли удовлетворить самого взыскательного любителя
спиртного. Единственное, что меня смущало, так это вычурность, излишняя
помпезность гостиной.
- И все же, чего тебе, наконец, от меня нужно, Бакстер?
- Познакомиться поближе. - Я сделал шаг вперед.
- Стой, где стоишь! Или я продырявлю твою глупую башку!
- Как? Разве для подобных целей ты уже не пользуешься кураре?
- Я не убивал Джорджа...
- А Тони Кастелло?
- Как, он тоже убит?
- Если бы только это... Он еще и рук по локоть лишился, бедняга.
Я не спускал с него глаз, стараясь понять, какую реакцию вызвали мои слова, но
Вилли остался совершенно невозмутим, спрятав глаза за большими черными очкамиконсервами.
Единственное, на что я обратил внимание, так это на то, что у Вилли
удивительно маленькие ноги. И этими ногами он стоял на ковре гостиной.
- А что это ты уронил? - небрежным тоном произнес я и вполне естественно
наклонился.
Его глаза автоматически глянули под ноги. Этого оказалось достаточно: мои
пальцы вцепились в ковер, и я резко рванул его на себя. Ноги Вилли взлетели вверх, и
он грохнулся на пол. Мгновение - и я уже сидел на нем, выкручивая руку, в которой
был зажат пистолет.
Ничего не скажешь, это был достойный противник! Пока я выкрутил его правую
руку, левой он едва не выдавил мне глаза. Отбросив оружие в угол, я схватил пояс его
плаща и, сев ему на грудь, накинул на горло импровизированную петлю.
Через полминуты он перестал трепыхаться подо мной и я, боясь перестараться,
снял петлю. При этом с его головы целиком снялись волосы, которые оказались
париком. От удивления я даже разинул рот. Содрав его до конца, я обнаружил, к
своему удивлению, не лысину, а копну черных волос, беспорядочным веером
рассыпавшихся по ковру. Не веря своим глазам, я снял с Вилли очки. Моему взору
предстали длинные ресницы и нежное личико молодой красивой женщины.
Так вот что скрывалось за очками и париком! Я быстро сорвал с нее дурацкий
плащ и всю остальную одежду, оставив лишь бюстгальтер и симпатичные голубенькие
трусики. Похлопав ее по щекам и убедившись, что она очнулась, я спросил,
пристально глядя ей в глаза:
- Так все же, как тебя зовут на самом деле?
Женщина, видимо, еще не до конца пришла в себя, так как лежала неподвижно,
тупо уставившись в потолок. Груди ее были небольшими, но очень красивой формы.
- Ну?.. Или тебя так и называть Вилли Шутником? Тебе очень подходит такая
кликуха.
В ее глазах сверкнула ненависть.
- Я всегда была женщиной, - хрипло сказала незнакомка.
- Смелее, малыш! Чем ты занималась в доме Джорджа? Что ты знаешь о
причинах его смерти? Он знал, что ты была женщиной?
- Да. И к тому же он знал, что я могу стрелять получше любого мужчины. И если
бы ты не поймал меня на этот трюк с ковром, ты бы в этом убедился.
- Уже по тому, как ты держала пистолет, я понял, что ты отменный стрелок. Вот
и пришлось воспользоваться деталями интерьера.
Она сделала попытку встать, но я ее пресек.
- Лежи спокойно и отвечай на вопросы.
- Но хотя бы сесть-то я могу?..
Что-то в ее тоне меня насторожило. И вовремя: в тот же момент она прыгнула
вперед, целя ногами мне в лицо.
Волей-неволей, мне пришлось вступить в схватку. Она оказалась на редкость
упорным противником. Все же мне удалось прижать ее к полу. Рукопашная схватка
навела меня на другие мысли, и я начал с ней совершенно другую игру. Она отнеслась
к этому совершенно равнодушно.
Поднявшись и приведя себя в порядок, я вытащил револьвер и с нажимом сказал:
- Или ты заговоришь, или очутишься там же, где и твой подопечный, Джордж.
Кто ты? Какую роль в убийстве Джорджа сыграли Берроу, Герман Грант и Тони
Кастелло? Так это ты, Сэм и лысый отволокли Глорию в шахту? Именно ты звонила
Глории и угрожала расправиться с ней? Вела двойную игру, делая вид, что охраняешь
Джорджа, а на самом деле тайно подготовила убийство? Ты убила его? Ради чего?
Почему?
- Грязная ищейка! Ничего я не скажу.
- О каком трупе спрашивала тебя Лиза Гордон? Что вы должны с ним сделать?
Чей это труп?
Я поднял револьвер и чуток надавил на спуск.
- Так ты мне, выходит, угрожаешь? Дебил, ты еще не знаешь, с кем связался! Да,
я проиграла, признаю, но умру не по твоей прихоти. - Она, как лезвием бритвы,
провела ногтями правой руки по груди, и в том месте, где она царапнула, выступили
две капельки крови. Хриплое карканье вырвалось из ее горла, я едва понял, что она
сказала:
- Скоро ты отправишься вслед за своим другом и мной на тот свет. Идиот! Да я
бы тебя... - фразу она не закончила. Тело ее задрожало, глаза закатились. В них уже
не было и искры мысли. Кожа начала быстро чернеть. Тело ее конвульсивно
вздрогнуло и упало к моим ногам. Я не мог поверить своим глазам...
Крепко держась за руль, я направлялся на Самсет-бульвар, с содроганием
вспоминая смертоносные ногти, которые могли вонзиться и в мою физиономию. Бог
мой, вот это фанатичка! Но, надо отдать ей должное, она поняла, что не сможет меня
остановить и предпочла смерть, нежели что-либо мне сказать. Мне чудом удалось
избежать ее смертоносных когтей... А вот здесь стоило о многом подумать. Ведь
покушение на меня, результатом которого предполагался летальный исход, совершила
тоже женщина! А вдруг это была именно она? И все же здесь что-то не стыкуется.
Зачем она переоделась, - чтобы ее невозможно было узнать? А ее слова: "Да я бы
тебя..."? Какую игру она вела? В чем я не сомневался, так это в том, что она прекрасно
знала Лизу Гордон. "Ах ты, черномазая лицемерка!" - со злостью подумал я о ней.
Но это были не более чем домыслы. Я до сих пор не мог найти ту невидимую связь,
которая соединяет всех участников этой кровавой драмы: незнакомку, скрывавшуюся
под именем Вилли Шутник, толстого лысого Красавчика Китаезу, Тони Кастелло,
Сэма Берроу, Германа Гранта, Лизу Гордон, Мару.
Кстати, о Лизе Гордон: уж теперь-то, надо думать, она никуда не денется и
ответит на мои вопросы.
Она с удовольствием захлопнула бы передо мной дверь, но просто не успела это
сделать. Я интуитивно понял, что Лиза чем-то напугана. И это что-то явно не было
связано с моим появлением. Это было видно хотя бы по тому, как она прижимала к
груди полотенце, как вздрагивали ее полные губы. Приглядевшись повнимательнее, я
понял: она в ужасе!
- Итак, пытаясь вести свою игру, ты слегка переиграла, и сейчас старушка с
косой и будильником уже стоит за твоей спиной? - с фальшивым весельем начал я.
- И куда же это ты исчезла, когда в твоем саду был обнаружен почерневший труп
девушки? Кстати, кто она?
- Мне было страшно... - пробормотала она, действительно не пытаясь скрыть
страха.
- Вот как? И я знаю, почему. Ведь ты знала убийцу. Не скажешь мне его
настоящее имя?
Лиза не ответила. Она упрямо смотрела поверх моей головы на кроны деревьев,
словно ожидая чьего-то появления. Неужели кто-то прячется в саду?
- Давай-давай, бэби, - я сделал шаг к ней. - Пора нам поговорить в открытую
об этой истории. Время не ждет.
- Но я ничего не знаю, клянусь!
- Ай-яй-яй, да вы только посмотрите на нее! У нее в саду "завалили" человека, и
она не имеет об этом никакого понятия! Бывает же такое! - рявкнул я сержантским
голосом. - Отвечай! Кто убил ее? Герман, который якобы является твоим мужем, или
фальшивый Вилли Шутник, который на самом деле женщина?
Глаза Лизы удивленно округлились.
- Ну-ну! Неужели ты думала, что я не догадаюсь о твоей связи с так называемым
Вилли? Вот уж к кому идет кличка! Действительно, Шутник! Или Шутница? Да и ты
еще та проказница! Герман хотя бы в курсе, что вы вытворяете, когда его нет дома?
Продолжая болтать, я искоса глянул в сад: а вдруг тот, кто находился там, не
только наблюдает за мной, но и слушает наш разговор? Вдруг там притаился Герман
Грант? Вот уж с кем бы я хотел познакомиться!
- Убитую девушку звали Меллиса Нельсон. Она была массажисткой. Время от
времени она приходила ко мне...
- Понятно, - я откровенно издевательски рассмеялся. - Догадываюсь, что
именно она тебе массажировала!
- Сволочь! - Лиза сделала попытку ударить меня по лицу.
Но я был готов к подобной реакции и, перехватив ее руку, тут же применил
болевой прием. Полотенце упало, обнажив полные, шоколадного цвета груди с
большими серыми сосками.
- Вот это да! Сразу надо было с этого начинать! - воскликнул я, пятерней левой
руки накрыв ее правую грудь.
- Не смей! - оттолкнув мою руку, Лиза вновь прикрылась полотенцем.
- Ой-ой-ой, какие мы нежные! Ха-ха! Так вот, у меня выдалась свободная
минутка, и я навел о тебе справки. Вначале ты работала в борделе, а затем начала
промышлять самостоятельно. Штучки ты, говорят, выделывала - суперкласс! Так что
твой внешний вид вполне соответствует внутреннему содержанию.
Пожав плечами, она отбросила полотенце в сторону.
- И все же, вернемся на грешную землю. Как звали твою подружку, которая так
мастерски переодевалась мужчиной?
- Меня ее имя никогда не интересовало. Я ее знала только под именем Вилли
Шутник.
- Это уж точно! Мужское имя ей подходило больше. Я попробовал слегка
позаниматься с ней, как с женщиной, но с большим успехом я мог бы проделывать
такие штучки с бревном. А ведь с мужской точки зрения, она была очень даже хороша.
Но разве дано мужчине понять лесбиянку! Их психология выше понимания особ
противоположного пола... Кстати, за что же вы убили Мелиссу Нельсон? И где в
настоящий момент прячется якобы твой муж?
- Но зачем он вам нужен?
- Это уж, поверь, мои трудности. Ты разве не знала, что он, в компании с себе
подобными, пытался убить Глорию Калливуд? Ведь ты из кожи вон лезла, чтобы
показать, как ее ненавидишь.
- Она хотела отнять у меня мужа!
- Я сейчас просто кончусь от смеха! Врать надо меньше. Тебе вообще не нужны
мужчины. Тем более такие патлатые и безмозглые, как Герман Грант. И к тому же у
Глории
...Закладка в соц.сетях
