Жанр: Детектив
Черная багама
...ите меня с ней.
- Хорошо, - ответила телефонистка. - Я вам перезвоню, мистер Вэллон.
Вэллон ещё дважды прошелся и закурил, думая о Тельме Лайон.
Зазвонил телефон. Ее голос в трубке сразу успокоил.
- Привет, Джонни. Так ты решил?
Вэллон ответил:
- Но не так, как ты думаешь. Слушай, сладенькая... не ложись спать. Подожди немного. Я пришлю к тебе человека.
Можешь ему полностью доверять. Ты увидишь, он прекрасно справится с заданием. Его зовут Джулиан Айлес. Будет у тебя
без четверти двенадцать.
- Хорошо, будь я проклята, Джонни, - голос её стал холодным. - Откуда ты знаешь, что он подойдет?
- Я ещё ни разу не ошибся в человеке, - ответил Вэллон, и к тому же знаю его очень хорошо. Увидишь, если что, он
лучше меня. Если у тебя есть голова, ты согласишься. Понимаешь, о чем я?
- Понимаю, Джонни. Ладно... я с ним встречусь. Но, как бы там ни было, ты мерзавец.
Вэллон осклабился.
- Знаю. Обращайся с ним как следует, и увидишь, он умеет быть хорошим.
- Ты когда-нибудь видел, чтобы я обращалась с кем-нибудь не как следует?
- Черта с два я видел, - буркнул Вэллон. - Так пока, мой сладкая.
И повесил трубку.
IV
Лифтер, который показал Айлесу номер 126 на первом этаже Гайд Парк Отеля, позвонил ещё раз, подождал, пожал
плечами. Потом сказал:
- Ну, она очень забавная, эта леди, сэр, но она не отвечает.
Айлес небрежно бросил:
- Все в порядке. Не беспокойтесь.
Лифтер ушел.
Айлес вдавил пальцем кнопку звонка. Внутри заливался звонок. Внезапно дверь открылась.
- Добрый вечер. Я Джулиан Айлес. Миссис Лайон?
Она стояла в холле, держа дверь распахнутой. На ней был гранатовый бархатный халат и золотые шлепанцы.
Широкие, длинные рукава оторочены шиншиллой. Довольно холодно она произнесла:
- Похоже, вы спешите, мистер Айлес.
Он улыбнулся. Когда он улыбался, лицо его становилось чертовки привлекательным - смешинки в уголках глаз,
прекрасные зубы...
- Я - нет, если вы - нет. Мистер Вэллон попросил меня зайти и поговорить с вами. Он думал, это может оказаться
крайне необходимо.
- Я переодевалась. Вы войдете?
Она прошел вслед за ней в хорошо обставленную гостиную. Она подошла к пылающему камину, повернулась
спиной к огню и принялась его разглядывать.
- Если хотите, оставьте шляпу в холле. Выпить не желаете?
- Спасибо, очень хочу.
Айлес вышел в холл, повесил шляпу и вернулся в комнату. Она колдовала возле бара, а его попросила:
- Расскажите что-нибудь о себе.
У неё очаровательный голос, - подумал Айлес.
- Разве это нас к чему-нибудь приведет? - спокойно спросил он.
Тельма взглянула на него через плечо, все также улыбаясь.
- А его нелегко будет вывести из себя, - подумала она, подала виски с содовой и сказала:
- Разве это не естественно, мистер Айлес, что, когда женщина доверяет мужчине поручение особой важности, она
хочет что-нибудь узнать о нем?
Айлес кивнул. Она подошла к столу, вернулась с пачкой сигарет, угостила Айлеса и взяла сама.
- Весьма разумно, - сказал он. - Но предположим, например, мое прошлое не слишком привлекательно. Я вряд ли
его вам раскрою, верно? С другой стороны, раз меня прислал к вам Джон Вэллон, вы вполне можете считать этот вопрос не
требующим освещения.
Она села на диван. Айлес устроился к кресле возле камина.
- Все зависит от того, насколько хорошо я знаю мистера Вэллона.
- Чепуха, - бодро отмахнулся Айлес, - вы знаете мистера Вэллона достаточно хорошо. Ни одна женщина не будет
просить мужчину позаботиться о безопасности, скажем так, строптивой дочери подруги, если она его толком не знает.
- Ну да... Скажите, мистер Айлес, что дословно сказал вам мистер Вэллон?
- Подозреваю, он сказал мне то, что вы сказали ему. Обрисовал мне проблему, которую вы хотите решить. И сказал,
что вы захотите поговорить со мной об этом.
Тельма встала и принялась медленно расхаживать взад-вперед по комнате.
Она очень эффектна, когда двигается, - подумал он, - или когда сидит или вообще что-либо делает. Чертовски
хороша!
Она сказала:
- Я абсолютно уверена, что вы подходите, если так считает Джон Вэллон. Я пришла к нему сегодня, потому что
беспокоюсь о дочке моей подруги, миссис Стейнинг. Она действительно очень милая - очень красивая - девушка. На самом
деле от природы у неё прекрасный характер, но боюсь, она немного отбилась от рук. Понимаете?
Айлес решительно, но все ещё улыбаясь, заявил:
- Нет, не понимаю. Я бы хотел точно знать, что вы подразумеваете под молодой леди, которая от природы просто
прелесть, но немного отбилась от рук. В чем она отбилась? Деньги, выпивка или любовь? Она путается слишком со
многими? Ее шантажируют? Она слишком много пьет? Что с ней за проблемы?
Она спокойно сказала:
- Мистер Айлес, мне не слишком нравится ваше отношение к этому делу.
Айлес пожал плечами.
- Какая разница? Мое отношение ни при чем. Вы поймете, что я пекусь об интересах миссис Стейнинг. В моих
попытках что-либо сделать не будет толку, если я не буду знать некоторых вещей о девушке, верно?
Возникла пауза; потом она нехотя выдавила:
- Думаю, вы правы.
Айлес улыбнулся, она продолжала:
- Вот о чем я. Девочка была очень мила и почти не выделялась до тех пор, пока пару лет назад не стала
путешествовать. Не думаю, что они с матерью когда-либо были подругами... Вы понимаете, о чем речь? Они очень
привязаны друг к другу, - неожиданно она улыбнулась, - но, возможно, обе слишком красивы...
Айлес кивнул.
- Думаю, я понимаю. Миссис Стейнинг - нервная особа, несколько ревнует свою дочь - или наоборот. Потому
девочка стала путешествовать, или это решение миссис Стейнинг?
- Не знаю. Думаю, обе были не против.
- А дома у неё были какие-то проблемы?
Она покачала головой.
- Нет, точно. Но они вдруг так решили, что ей неплохо бы попутешествовать, и она уехала.
- Когда её стало заносить - в Европе, или только на Черной Багаме? - спросил Айлес.
Тельма снова села на диван и скрестила ноги. Прекрасные ноги, да и лодыжки...
- Не могу ответить, но я склоняюсь к мысли, что своего рода кульминация произошла на Черной Багаме. Что бы ни
затевалось, все встало на голову.
- Значит, это мужчина, - сказал Айлес. - Я прав?
- Может быть, даже не один.
- У неё есть деньги?
Тельма кивнула.
- У неё есть деньги, и будет ещё больше через пару лет.
Он затянулся.
- Может, какой-нибудь подлец втянул её в неприятности? Это старый прием. Кто-то может попытаться её
скомпрометировать и требует заплатить за молчание. Это привычно и понятно.
- Да, возможно. В любом случае, вам самим придется ответить на эти вопросы, мистер Айлес.
Он лениво ей улыбнулся.
- Тебе слишком нравится этот мужчина, - сказала она себе, - но чем-то неясным он раздражает. В Айлесе есть чтото
опустошающее, нечто почти гипнотизирующее. Кроме того, за его небрежной и очаровательной внешностью было что-то
едкое и циничное, может быть, за привычной любезной маской он над ней смеялся.
Он спросил:
- Итак, вы решили, что я поеду?
Она кивнула.
- Если вы позвоните завтра утром и спросите менеджера, для вас будет готов конверт с тысячей фунтов. Это
позволит вам доехать и устроиться. Я хочу, чтобы вы отправились как можно скорее.
- Понял, - кивнул Айлес. - А потом?
- Я хочу, чтобы вы привезли девчонку назад как можно раньше. Как вы это сделаете - ваше дело. Она может
оказаться несколько упрямой.
Айлес спросил:
- А вы понимаете, что мне, может потребоваться применить силу? - он снова улыбнулся. - Я должен похитить
девушку?
Она пожала плечами.
- Думаю, вы найдете другой выход. Мне кажется, у вас нет проблем в обращении с женщинами, мистер Айлес.
Если не сгодится один способ, придумаете другой.
- Думаю, да, - подтвердил Айлес. - Вы же понимаете, если один мужчина может её шантажировать, это же может
сделать и другой.
- Все зависит от того, насколько вы искушены в шантаже, мистер Айлес.
- Я всегда могу научиться, миссис Лайон. Вам с миссис Стейнинг не стоит беспокоиться. Я её привезу.
- Прекрасно!
Айлес встал, затушил окурок в пепельнице на столике рядом и сказал:
- Думаю, проблем не возникнет. Как я понимаю, Черная Багама не очень велика?
- Вы совершенно правы. Сравнительно небольшой остров. Но все равно, вам помогут. Некоторое время назад
миссис Стейнинг отправила свою служанку - пожилую и очень интеллигентную женщину - постараться привезти дочь. Это
не удалось, но она ещё на острове. Думаю, она вам позвонит. Возможно, скажет, где находится мисс Стейнинг.
- Это может помочь, - сказал он.
Он встала и взяла его пустой стакан.
- Хотите выпить?
Айлес кивнул и подумал:
- А что дальше?
Она смешала коктейль и подала ему.
- У вас, должно быть, интересная профессия, мистер Айлес. Вы всегда были частным детективом? Кажется, так вы
себя называете?
Айлес чуть отхлебнул виски.
- Думаю, да. Кем я только не был... В войну служил в секретной службе, и меня называли агентом.
- Ясно... Вам, наверное, нелегко приходилось...
Он покачал головой.
- Не больше, чем другим в нашей своеобразной профессии. Я нахожу это забавным.
Она достала ещё сигарету.
- И в те дни вы познакомились с Джоном Вэллоном? Не знаю, говорил ли он вам, но я просила его сделать это. Ему
дело не понравилось, - она вдруг улыбнулась. - А я думала, оно его привлечет.
- Так и должно было быть. Джонни - великий маг общения, но вы знаете, он женат - очень счастливо женат. И
"Ченолт" выросло в серьезный бизнес. Подозреваю, на нем висит слишком много дел - слишком много, конечно, и без
миссис Вэллон. Вы знакомы?
Она покачала головой.
- Никогда не видела. Скажите, какая она?
Айлес небрежно бросил:
- Ну, таких называют милыми... Очень привлекательная, он улыбнулся. - Я даже осмелюсь сказать, она почти так
же хороша, как вы, кроме, может быть... - он пожал плечами.
- Кроме чего? - поспешно спросила она.
Айлес сказал:
- Она - женщина, похожая на остальных. Она красива и привлекательна, но у ей не хватает того, что называют
шармом, очарованием... или как вам понравится. Что есть у вас.
Тельма скромно потупилась:
- Рада, что вы считаете меня очаровательной.
- Ну что вы, - любезно улыбнулся Айлес.
Она затянулась и посмотрела на него сквозь дым.
- Я так думаю, вы с Джоном Вэллоном большие друзья?
Он заколебался.
- Я бы так не сказал. Хорошие партнеры, - возможно. Я работал на него раньше - и много работал. Это не значит,
что он должен мне нравиться.
Она приподняла брови:
- Правда?
- Мужчины - смешные животные, миссис Лайон. Они могут вместе работать, но не обязаны нравиться друг другу.
Она смотрела мимо.
- Не говорите мне, что вы хотели жениться на миссис Вэллон! Не говорите, что в отсутствии дружбы виновно
"шерше ля фам"!
Айлес многозначительно хмыкнул.
- Возможно, вы правы.
Пауза.
- Для женщин вы просто находка, мистер Айлес. Думаю, вас с вашим романтическим прошлым находят очень
привлекательным мужчиной.
- Большое спасибо. Скажите, миссис Лайон, а каким вы нашли меня?
- Вы слишком прямолинейны, - она улыбнулась. - Давайте скажем, что я нашла вас забавным.
- Рад слышать. Надеюсь, мисс Стейнинг тоже найдет меня забавным.
Она поспешно спросила:
- А если возникнут проблемы с девочкой, как вы поступите?
Он пожал плечами.
- Откуда я знаю? Доберусь туда, подышу атмосферой, пойму, если смогу, что мешает мисс Стейнинг; пойму,
мужчина это или мужчины, и раскопаю что-нибудь о них. Если они плохие парни, всегда что-нибудь найдется. Еще мне
надо будет узнать кое-что о мисс Стейнинг по своим каналам. А потом я смогу сформулировать некий план кампании.
- Надеюсь, вы будете докладывать время от времени мистеру Вэллону?
Он допил виски.
- Не знаю, стоит ли. Джонни взвалил эту работу на меня, и вряд ли он хотел, чтобы я обо всем докладывал. В конце
концов, не о чем докладывать - если только мисс Стейнинг не в полной безнадеге.
Она бросила на него быстрый взгляд.
- А если да?
- Мне придется применить отчаянные меры, ведь так? Но даже тогда не думаю, что их стоит обсуждать. Если я
привезу девчонку, все будут удовлетворены, так, миссис Лайон?
- Думаю, да. И это ответ на вопрос.
- Что-нибудь еще? - спросил Айлес.
- Нет... По-моему, мы хорошо поняли друг друга. Забавно, что вы с Джонни Вэллон не сможете быть большими
друзьями. У него есть способность раздражать, если вы меня понимаете.
Он кивнул.
- Знаю.
- Ну, вот так. Желаю удачи. Если зайдете утром, найдете конверт, как я сказала. Надеюсь, вы справитесь. У меня
предчувствие.
Она проводила его до двери, положила руку на щеколду.
- Спокойной ночи. Если вам удастся, увидите, я не останусь в долгу.
Айлес лукаво прищурился.
- Значит ли это, что я стану для вас чуть более привлекательным?
Она вдруг улыбнулась.
- Почему нет? И даже сейчас все не так плохо, мистер Айлес.
Она взяла его за подбородок и поцеловала в губы.
Айлес вздохнул:
- Думаю, вы совершенно необыкновенная женщина.
Она улыбнулась.
- Многие так думали. Между прочим, я думаю, и вы довольно необычный мужчина.
- Это прекрасно. Будем и впредь необычными, ладно?
V
В половине второго Айлес добрался до квартиры Вэллона на Слоан-стрит. Дважды позвонив, он терпеливо ждал.
Вэллон отворил ему в халате.
- Входи, Джулиан. Как дела?
Он повел вниз по коридору и открыл дверь направо, в уютную библиотеку. Айлес швырнул шляпу на стул.
- Все отлично!
- Выпить хочешь?
Айлес покачал головой:
- Два уже выпил, - он достал сигарету из шкатулки на каминной доске. - Дьявол, любопытно, что за игру она ведет,
Джонни?
- Думаешь, она играет?
Айлес кивнул.
- Слушай, миссис Лайон сказала, в какой лечебнице эта миссис Никола Стейнинг - любящая мамочка, которая так
за дочку беспокоится?
Вэллон покачал головой.
- Она должна знать, что ни один частный детектив не возьмется за работу вроде этой без инструкций от матери
девушки. Единственный человек, который действительно может дать право ехать за девчонкой - мать, так? Может, потому
она пришла к тебе. Думала, что ты не потребуешь свидания с матерью.
- Почему ты так считаешь, Джулиан?
- Не знаю, - пожал плечами Айлес. - Но подозреваю, что в свое время вы с ней были близки, верно?
- Странный вопрос, но я понял, что ты хочешь сказать.
- В любом случае она должна была тебе сказать, где живет мамаша, тогда ты бы мог съездить проверить. Она не
сказала, потому что подумала, что ты не возьмешься за дело сам, а передашь его кому-нибудь из тех, кому доверяешь. И
решила, что тот не станет ничего проверять, так как заказ исходил от тебя, а этого любому достаточно, верно?
- Что ты думаешь? - спросил Вэллон.
Айлес заходил взад-вперед длинными легкими шагами.
- Я скажу тебе, что думаю, Джонни. Наша миссис Тельма Лайон думает выйти сухой из воды. Отделаться от самой
трудной части дела, в которое замешана. Она думает, что никто не соберется проверять миссис Стейнинг; я не проверю,
потому что меня нанял ты, а ты, естественно, не собираешься проверять, потому что чувствуешь себя обязанным. Когда она
спросила, что я думаю о тебе, я понял, что она не ждет отзыва о первоклассном парне, и сыграл. Сказал, что не слишком
тебя люблю; что мы здорово работаем вместе, но как мужик с мужиком не сходимся. Она пришла к неверному выводу, хотя
очень логичному: заключила, что между нами были некие трения по поводу женщины.
Вэллон кивнул.
- Ты совершенно прав, Джулиан. Ни единого прокола.
- Она сказала, - продолжил Айлес, - если я завершу работу, по возвращении она не останется в долгу. Короче, она
флиртовала напропалую, и не скажу, чтобы мне не понравилось. Понимаешь, о чем я?
- Не совсем. Куда ты гнешь, Джулиан?
- Нет никакой миссис Стейнинг. Понимаешь? Есть какая-то связь между Тельмой Лайон и девчонкой Стейнинг,
которая затрагивает миссис Лайон. Бьюсь об заклад, она сама оплачивает работу, и она замешана.
Вэллон протянул:
- Ну, это я могу проверить.
- Что это даст? - спросил Айлес. - Предположим, мы убедимся, что миссис Никола Стейнинг не существует, это не
отменит заказ, так? Мне все же нужно ехать на Черную Багаму?
Вэллон кивнул.
- Когда?
- Как можно скорее, - ответил Айлес. - Я полечу. Зайду завтра утром в её отель, заберу деньги и отправлюсь.
- Желаю повеселиться, Джулиан!
Они ухмыльнулись. Айлес поднял шляпу.
- Ну, пока, Джонни. Привет Магдалене. Береги свою шею.
Вэллон рассмеялся.
- Береги свою, Джулиан. Но я не переживаю. Даже если не убережешь, приставишь обратно. Пока.
Айлес вышел из комнаты. Вэллон слышал, как за ним закрылась входная дверь. Он закурил; стоял у огня и
тихонько затягивался, думая о прежних днях - и о Тельме Лайон.
Глава третья
I
Теперь самое время познакомить вас с мистером Эрнестом Гвельвадой, который в начале Второй мировой
поступил на довольно необычную и суперкрутую службу к мистеру Квейлу. В то время он был, что называется, свободным
бельгийцем, но в результате военной службы кроме украшений высшего класса - их он сразу же подарил женщине, которую
желал более всего на свете, - приобрел британское подданство.
Его жизненный опыт с младенчества был весьма разнообразным, если не калейдоскопическим. Он родился за пару
лет до Первой Мировой в Эльзасе, и бедняжка - мать прочила его в священники. Но события этому воспрепятствовали.
Мать Гвельвады заколол взбешенный немец - капрал, которому она выколола глаз, когда он пытался её
изнасиловать. Отца, который вернулся в этот злосчастный момент, немцы пристрелили.
Так что неудивительно, что в Эрнесте Гвельваде развилась непримиримая, хоть и затаенная, ненависть ко всему
немецкому и с ними связанному. Во время Второй мировой он, член организации мистера Квейла, сводил старые счеты с
врагом с помощью четырехдюймового шведского кортика - а метал он его на двадцать ярдов прямо в яблочко.
Поэтому не удивляйтесь, что в мирное время он заскучал.
Гвельвада - коротышка, производит впечатление толстячка, хотя когда надо гибок и проворен. И в прекрасной
физической форме. Его главное занятие - тихое созерцание женского пола и все из этого вытекающее. На его круглом,
приятном лице добряка всегда играет улыбка, и удивительно, что многие рядом с ним чувствуют себя неуютно.
Единственное объяснение этой странности - Гвельвада большую часть времени думает о своем шведском кортике,
гадая, когда тот ещё понадобится. Ненависть внутри хоть и угасла, но улыбка... От неё атмосфера наполнялась неприязнью
и жестокостью.
II
Неподалеку от Ист Гринстед проходит длинная и довольно милая дорога на Балкомб. У развилки - старомодный
постоялый двор, крошечный, но гостеприимный. На задворках - уютный бар. В этот вечер единственным посетителем был
Эрнест Гвельвада. Он сидел у огня, курил и думал. Думал он нестандартно - как делал все, за что брался. Думал он на
нескольких языках, пятью из которых владел почти в совершенстве. Его забавляло переключение мысли с португальского
на французский, на итальянский с неожиданными соскоками на родной. Иногда он думал по-английски; говорил он на нем
очень хорошо - но иногда, потеряв меру, употреблял самые грязные американские ругательства.
Барменша, которая давно наблюдала за ним - было что-то чертовски привлекательное в Эрнесте Гвельваде, -
спросила:
- Не хотите выпить, сэр?
Гвельвада встал, подошел к бару, облокотился на стойку и улыбнулся барменше.
- Думаю, да.
Он кивнул на ряды полок вокруг бара.
- Что за бутылочка справа на полке? Пожалуй, мне нужна именно она.
Она оглянулась.
- Это очень старый ликер, сэр. Во время войны его забыл здесь один джентльмен. Думаю, он турецкий. Называется
"Яблоко Эдема".
- Налейте немножко, пожалуйста.
Хозяйка дотянулась до бутылки, наполнила ликерную рюмку и протянула ему. Он положил на прилавок фунтовую
бумажку.
- Вам нравится, сэр? По-моему, вы пили его раньше.
Он покачал головой.
- Ни разу.
Он отхлебнул.
- И он мне не нравится. Думаю, двойной виски с содовой лучше.
Она повела бровями и улыбнулась.
- Интересно, а зачем вы хотели попробовать?
- Я не хотел пробовать, - Гвельвада улыбнулся. - Хотел посмотреть, как вы тянетесь. У вас очень хорошая фигура,
мадмуазель. Греки, без сомнения, дали бы высший балл. Что до меня, я думаю, женские фигуры лучше смотрятся, когда
они тянутся за чем-то наверху.
Она ничего не сказала и принесла виски с содовой.
Он спросил:
- Вы поняли мою мысль?
Она холодно бросила:
- Да, думаю, поняла.
Эрнест продолжал:
- Поймите, я, как говорят, эстет. Люблю прекрасное. Пожалуй, я буду приходить очень часто, моя прелесть!
Она приподняла руки поправить волосы. Какой нахал, - подумала она, - но не может не нравиться. Странно,
почему?
Зазвонил телефон. Она обошла стойку, ответила и отвела от уха трубку.
- Не вы ли мистер Гвельвада?
- Да... Мистер Эрнест Гвельвада... весь к вашим услугам, мадмуазель.
- Ладно, вам звонят, - она подала аппарат.
Гвельвада взял трубку.
- Да... Очень хорошо... Большое спасибо...
Он положил трубку, отхлебнул виски, вернулся к стулу и взял шляпу.
- Желаю замечательного вечера. Не могу передать, какое удовольствие я получил.
Когда он дошел до двери, она игриво окликнула:
- Вы забыли сдачу, мистер Гвельвада!
- Нет... поверьте, я никогда не забываю сдачу. До встречи, мадмуазель.
Он вышел, сел в сияющий "ягуар", завел мотор и поехал в сторону Балкомба. Дорога стелилась в сердце Саррея. То
тут, то там виднелись большие и удобные коттеджи. Среди них был один с белыми воротами.
Гвельвада въехал туда, оставил машину во дворе и позвонил в колокольчик при входе.
Вскоре дверь открыли. На пороге стояла молоденькая красотка - блондинка в толстом пледе цвета слоновой кости и
на черных шпильках.
- Мадмуазель Джермейн... Счастлив снова вас видеть. Чутье подсказывает мне, вы только что из постели или
собирались туда отправиться.
Она засмеялась, сверкнув жемчужными зубками.
- Я работала сегодня до пяти утра, Эрнест. Твоя вторая догадка верна. Я иду спать. Но не сейчас. Мистер Квейл
ждет в кабинете. Войдешь?
- Да, - кивнул он. - По-моему, это ужасно - заниматься делами, пока вы рядом. И все-же увидимся, крошка.
Он швырнул шляпу на стул и прошел по коридору вглубь дома. Через плечо он видел, как она поднимается наверх,
и в тот момент, когда она почти исчезла, послал вслед воздушный поцелуй.
Длинный коридор завершался бархатной портьерой. Гвельвада отодвинул её, открыл дверь и вошел в библиотеку,
отделанная мореным дубом. В камине горел огонь. В дальнем конце комнаты стоял массивный стол, на нем - не меньше
шести телефонов. А по другую сторону восседал мистер Питер Эверард Квейл.
Квейл был высок, дороден и немного лысоват. Он мог быть кем угодно - преуспевающим биржевым брокером или
финансистом. Обычно ему удавалось быть похожим на того, на кого хотелось. Странный, ускользающий человек, который с
тридцати лет непрерывно рисковал собой и другими, совал нос в то, что звалось "государственными делами"; сохранял мир
тем, что опережал его разрушителей; работал с безразмерными фондами неизвестного происхождения и контролировал сети
агентов по всему миру.
Он сказал:
- Входи, Эрнест. Долгий отдых, да?
Гвельвада пожал плечами.
- Лучше скажите, испорченный отдых. Я немного поездил и навестил знакомые места.
Квейл встал и обошел стол.
- Ну, там все так же?
Гвельвада снова пожал плечами.
- И да, и нет... Возможно, в них было немного... как вы говорите... излишеств! Возможно, я постарел и, скажем
так, стал втрое циничнее.
Квейл спросил:
- Но получился милый, тихий отдых?
- Да, - кивнул Гвельвада. - Очень милый. И очень тихий.
Квейл ухмыльнулся.
- Подозреваю, тихим вы называете происшествие в Андалузии? Как я понял, была небольшая проблема с молодой
испаночкой, и в конце концов кого-то зарезали. Это наитишайшая часть вашего отдыха?
Гвельвада развел руками.
- Уверяю вас, меня всегда не понимают, - и продолжил, несмотря на расплывающегося в усмешке Квейла. -
Представьте себе, приезжаю я туда и сталкиваюсь с молодой испаночкой, великой чаровницей, воспитанной и
неповторимой красавицей. Я смотрю на нее. Я говорю себе: "Какая девочка! Это для тебя, Эрнест!"
- Неужели? И она с вами не согласилась?
Гвельвада был просто шокирован.
- Мистер Квейл, вы меня поражаете. Сколько лет я работаю с вами - девять? Десять? И вы допускаете, что
женщина, которой я оказываю честь, пренебрежет Эрнестом Гвельвадой?
- Так она не пренебрегла?
- Определенно. Но имелись другие персоны, в которых она ошибочно полагала себя влюбленной до моего
появления. И очень докучали. С этим нужно было что-то делать.
- Судя по донесению, вы и сделали, - Квейл пристально посмотрел на Гвельваду.
Гвельвада оставался невозмутим.
- Мистер Квейл, интуиция мне подсказывает, что вы считаете, я опущусь до убийства соперника. Уверяю вас, это
не так. Через две недели я встретил эту молоденькую восхитительную красотку с мужчиной, которого звали Себастьян. Он
затеял ссору, отвратительную пьяную ссору. И его заколол приятель. Я в это время был далеко. И ничего не мог сделать,
уверяю вас.
Квейл сказал:
- Спорю, вы не захотели! И ещё спорю, Эрнест, что вы были причиной ссоры между двумя джентльменами - и она
привела к драке, в которой закололи Себастьяна.
- Не отрицаю! - бодро отозвался Гвельвада. - Но я не этого делал. Нет, сэр! Вы слишком хорошо меня знаете, чтобы
думать, что я без необходимости ввяжусь в нехороший скандал со смертельным исходом.
Квейл улыбался.
- Очень хорошо. Как желаете поработать, Эрнест?
- Лучше никак. Знаете, в военные годы я был счастлив. Счастлив, потому что занят. Я влезал во столько проблем
рали вас, что у меня не было времени ничего сделать для себя. Но жизнь была захватывающей. Частенько я изумлялся,
почему я ещё жив.
- И я. И все же однажды это с вами случится. Со всеми нами случится.
Гвельвада ещё раз пожал плечами.
- Может быть... Мистер Квейл, думаю, вы чертовски правы. Но вряд ли я, как вы говорите, плохо кончу.
- Я бы не зарекался, - хмыкнул Квейл. - Может, мы ближе к этому, чем думаем.
- А! - в этом восклицании было все. - Я начинаю понимать...
Квейл вернулся к столу, сел и достал из ящика папку.
- Это факты. Багамы, маленький
...Закладка в соц.сетях
