Жанр: Детектив
Роковой котенок
...будь фантастическую историю, разве нет?
- Говорил что-то насчет ботфортов и хлыста. - Я бросил на нее недоуменный
взгляд. - Чепуха какая-то!
- Ну, это гадкая ложь. - Она сделала над собой усилие и захлопнула рот на
замок.
Целых десять секунд Зои просто стояла и кипела негодованием, в то время
как я заполнял паузу, закуривая сигарету.
- Этого и следовало ожидать, - наконец произнесла она ровным голосом,
взяв себя в руки. - Только извращенный ум Леонарда Рида мог произвести такую
дикую фантазию обо мне.
- Ну... - я стал медленно подбираться к двери, - полагаю, мне следует
заглянуть в это самое гадкое заведение и попытаться отыскать Джордана.
- Если вы все-таки отыщете Клайва, передайте ему, что из прачечной
принесли белье. Мне его рубашки совсем ни к чему.
Зои сделала медленный глубокий вдох, отчего расстегнулась еще одна
пуговка, обнажив еще одну пядь похожей на взбитые сливки груди. Она сделала
безуспешную попытку застегнуться.
- Петельки слишком большие, - вздохнула Зои.
Когда я приехал в "Бонго", было почти половина восьмого. Заглянув внутрь,
я понял, что до разгара веселья - еще часа три. Бородатое трио играло нечто
похожее на радиосигнал из космического пространства в ритме четыре пятых, а
бармен подпирал брюхом стойку. Клиентов было четверо: трое парней лет
двадцати с небольшим, с виду участники латиноамериканской революции, которая
произошла накануне, и девушка. Она сидела в полном одиночестве за стойкой в
дальнем конце, взгромоздившись на высокий табурет, беспечно скрестив ноги
ее юбка здорово задралась, обнажив округлые бедра. Я выбрал нейтральную
позицию посередине между барышней и парнями, которые, возможно, в данный
момент замышляли взорвать Голливуд, и заказал бурбон со льдом.
- Интересно, - сказал я, когда бармен подтолкнул ко мне по стойке стакан,
- вы, случайно, не знакомы с парнем по имени Клайв Джордан? Мне сказал один
приятель, что он частенько сюда захаживает.
- В такой дыре и так мерзко работать, - бросил бармен сквозь зубы. - Кому
надо знать мерзавцев, которые тут напиваются?
- Барии, - сказала девушка глубоким гортанным голосом, - скажи
джентльмену, что я знаю Клайва Джордана, а потом не будь скотиной, налей мне
еще порцию!
- Спасибо. - Я вежливо ей улыбнулся.
- Почему бы вам ко мне не подсесть? Я не кусаюсь. - Девушка издала
булькающий смешок. - Во всяком случае, не в барах.
Тело ее не было роскошным, но она, несомненно, обладала сексуальностью.
От нее так и исходила чувственность. Слегка припухший рот, огромные
серо-зеленые глазищи... Ее черные волосы, расчесанные на прямой пробор,
доходили до локтей, обрамляя узкое лицо с выступающими скулами и решительно
очерченным подбородком. На ней был белый свитер, под которым свободно
колыхались маленькие остроконечные груди, когда она двигалась, и изумрудная
юбка, контрастирующая с бело-розовыми бедрами.
- Я - Фрида Паркин, - представилась она, когда я уселся на свободный
табурет рядом с ней. - А вы кто такой?
- Рик Холман.
Я подождал, пока бармен не пододвинет мне по стойке новую порцию. Перед
девушкой он поставил мартини с нарочитой небрежностью - спиртное даже
выплеснулось из стакана.
- Не извиняйся, Барни, - сказала она бармену елейным голоском. - Я
понимаю, ты не можешь унять дрожь в руках. Такой жирдяй, как ты, имеет право
быть законченным алкоголиком! - Фрида понаблюдала, как лицо бармена стало
темно-бордовым, когда он двинулся к другому концу стойки. Тогда она
повернулась ко мне снова:
- А что вам нужно от Клайва Джордана, Рик?
- Поболтать по-дружески, больше ничего.
- И о чем?
- Дело конфиденциальное.
- Поговорить с Клайвом по-мужски вам вряд ли удастся. - Она подозрительно
оглядела меня. - Или вы притворяетесь?
Изучив меня с головы до ног, она отрицательно замотала головой.
- И мысли не было, - сказал я. - Вы знаете, где его можно найти?
- Естественно. Я провожу вас туда, когда мы пропустим по второй. Вы ведь
заплатите за мою выпивку?
- Я не против, - сказал я.
- Замечательно! - Фрида одобрительно кивнула. - Я всегда могу уговорить
Барни налить мне в долг, но он от этого начинает воображать бог весть что. А
вы тоже в киношном рэкете? О, пардон! - Ее голос зазвучал еще более
гортанно. - То есть я хотела спросить, не связаны ли вы с киноиндустрией?
- В некотором роде связан, - кивнул я. - А как насчет вас?
- Я тоже, но мне надоело ложиться под парней, которые обещают мне роли, а
потом кидают. - Фрида залпом ополовинила свою порцию мартини. Чувствовался
стаж. - Если девушка отдается за здорово живешь, я считаю, можно и
подождать, когда это доставит ей удовольствие, верно, Рик?
- Ну... - Я почувствовал, что у меня закололо в затылке. - Честно говоря,
никогда об этом не задумывался.
- А следовало бы. - Фрида осуждающе посмотрела на меня. - Я хочу сказать,
вот вы укладываете девушек направо и налево, могу поспорить. А что вы даете
им взамен? Вы когда-нибудь спрашивали себя: а нравится ли им с вами? - Она
решительно замотала головой, и прядь ее черных волос закрыла, словно
занавеской, правый глаз. - Чего это Барни подмешал в пойло? Я ослепла на
один глаз! - Фрида снова отчаянно принялась мотать головой, пока непослушная
прядь волос не оказалась на прежнем месте. - Так-то лучше! Я ему не доверяю.
- Она опустошила свой стакан вторым глотком и толкнула пустой стакан по
стойке. - Эй, Барни! Кончай свои порнографические мечтания и подай нам пару
свежих порций!
- Вы всегда не даете ему спуску? - поинтересовался я.
- Ему это нравится, - сказала она самодовольно. - Он мазохист.
Нервное покалывание распространилось с затылка на всю мою голову, и я
почувствовал, что у меня горят уши. Я проглотил то, что осталось в моем
стакане, как раз вовремя - бармен поставил перед нами новую порцию.
- Я ничего не имею против шлюх, - грубо сказал он, - но если у шлюхи ни
на минуту не закрывается рот - это уже что-то!
- Прекрати пороть чушь! Особенно когда говоришь со мной, - резко сказала
Фрида. - Вытри слюну с подбородка, подбери пузо и катись на дальний конец
стойки! Когда мы захотим увидеть чудовище Франкенштейна, то пойдем в кино!
- Меня бы это вполне устроило, - прорычал бармен. - Убирайтесь!
- Держи карман шире! - бросила она.
- Поверь мне, - ухмыльнулся он, обнажив пару выбитых зубов, - мне
доставит неописуемое удовольствие выбросить тебя из бара, Фрида.
- Рик! - приказала она самоуверенно. - Дайте ему как следует!
- Бить барменов - плохая примета, - сказал я. - Никогда не знаешь, что у
них спрятано под стойкой.
Что, если обрез?
- Трусливый заяц! - Фрида схватила полный стакан и выплеснула содержимое
прямо в лицо бармену. - Может, это слегка охладит твой пыл, Барни!
Тот отшатнулся, схватился руками за глаза и выплюнул поток непечатных
ругательств, закончив на самой высокой ноте. Я бросил пятидолларовую бумажку
на стойку бара, и не успели мои ноги коснуться пола, как я схватил девушку
за запястье и стащил ее с табурета. Всю дорогу к двери она вырывалась, и
прекратила только тогда, когда мы оказались на тротуаре.
- Барни не посмел бы ничего сделать, - сказала она, едва переводя
дыхание. - В глубине души он понимает, что все, что я о нем говорю, правда.
- Что еще раз свидетельствует в пользу того, что у него есть хороший
мотив размозжить вам голову из того самого обреза под стойкой, - рявкнул я.
- Так где мы можем найти Клайва Джордана?
- У черта на рогах, трус несчастный! - сказала Фрида с издевкой. - Ищите
своего гомика сами! А я занята!
Я снова схватил ее за запястье и потащил к машине, затем втолкнул на
переднее сиденье. Когда мы отъехали на десять ярдов, Фрида вдруг вытянула
ногу и нажала на педаль тормоза. Край рулевого колеса вонзился мне в
желудок, и я резко и болезненно ударился лбом в ветровое стекло. Позади нас
послышался душераздирающий скрип тормозов, сопровождаемый еще более
душераздирающим гудком.
- Вы едете не туда, - невозмутимо сказала она. - Разворачивайтесь!
Загоняя машину в ряд стоящих вдоль обочины авто, я начинал чувствовать
симпатию к бармену Барни, Поэтому, прежде чем посмотреть на Фриду, я
осторожно прикурил сигарету. Она сидела сложив руки на груди и смотрела
прямо перед собой в ветровое стекло, тихонько насвистывая что-то себе под
нос.
- А не соизволите ли вы назвать мне адрес, чтобы я смог отыскать его сам?
- рассудительно попросил я. - Тогда вы могли бы спокойно вернуться в бар и
продолжить издеваться над стариной Барни.
- Я уже решила: останусь с вами, - заявила она, не поворачивая головы. -
Я сегодня еще даже не начала пить, а у вас денежки шуршат. Я видела, как вы
ими бросались, когда мы уходили из бара! Один из приятелей Клайва должен был
отвалить на месяц на Восток, поэтому он разрешил ему пожить в своих
апартаментах. Это в районе новостроек в Уилшире. Я скажу, когда мы окажемся
там.
- Уж пожалуйста, - прочувствованно попросил я. - То есть я хотел сказать,
лучше уж скажите, чем снова давить на тормоза, ладно?
- Бедненький Рики-Тики! Сильно ударился головкой? - Фрида медленно
повернула голову, посмотрела на меня и громко зевнула. - В следующий раз я
сорву с себя юбку, выскочу из машины и заору, что меня насилуют!
- Да кто тебе поверит! Ты на себя-то посмотри! - хрипло рассмеялся я.
Серо-зеленые глаза ярко сверкнули.
- А что вас заставляет думать, что у меня под юбкой что-то надето?
Мы с ревом рванули с обочины, словно космический корабль со стартовой
площадки, и, когда на всей скорости влились в поток машин, где-то позади
снова раздался надрывный скрип тормозов. Оставалось только надеяться, что
это не был тот же самый парень, что в первый раз. Через пятнадцать минут я
припарковался перед новым многоэтажным зданием с приятным чувством
выполненного долга. Всю дорогу Фрида вела себя мирно: тихонько мурлыкала
что-то себе под нос и указывала направление. Нам пришлось очень долго
простоять перед светофором, но Фрида даже не сделала попытки расстегнуть
"молнию" на юбке.
Она провела меня через вестибюль к лифту. Через несколько секунд дверцы
лифта раздвинулись, и оттуда вышла толстая, вульгарно разодетая женщина.
Бросив взгляд на Фриду, она недоуменно пожала плечами. Я заметил, что
серо-зеленые глаза неожиданно сверкнули в ответ, и преисполнился сочувствия
к ничего не подозревающей толстухе, но было слишком поздно.
- Пардон, - обратилась к ней Фрида с видом примерной ученицы, - Барни
Глутинос на десятом или на одиннадцатом этаже?
- Прошу прощения? - Выщипанные брови толстухи приподнялись чуть ли не на
четверть дюйма. - Кто, я не расслышала?
- Глутинос. - Фрида заговорщически подмигнула ей. - Вы же его наверняка
знаете, милочка. Он специалист по абортам.
Лицо женщины застыло, и по четырем слоям густо наложенной косметики пошли
трещины.
- Боюсь, я понятия не имею, о чем вы говорите, - сказала она ледяным
тоном.
- Неужели? - Фрида по меньшей мере пять секунд пристально смотрела на
заплывшую жиром талию дамы, потом снова понимающе подмигнула. - Я поняла,
душечка. Вы в конце концов решили оставить ребеночка?
Я шагнул в лифт и забился в уголок: Фрида нажала на кнопку с цифрой "10".
Дверцы лифта закрылись, скрывая от нас остекленевший взгляд женщины и ее
искаженное ужасом лицо. Фрида беззвучно насвистывала какой-то мотивчик с
довольной улыбочкой на лице, словно кошка, которая добралась до сливок.
Когда лифт доставил нас на десятый этаж, она вышла первой и двинулась по
застланному толстой ковровой дорожкой коридору. Когда я ее догнал, она уже
нажимала на звонок.
- Вы полагаете, нас ждут? - с невинным видом спросила она.
- Этот Джордан что же, ясновидящий? - огрызнулся я.
- Значит, возможно, у него вечеринка? - Фрида надавила на дверь кончиками
пальцев, и она широко распахнулась. - Не хотите ли поменяться со мной
одеждой? - Она бросила на меня вопросительный взгляд: глаза ее были широко
распахнуты и излучали невинность. - Я хочу сказать, если у Клайва вечеринка,
то вы будете чувствовать себя таким одиноким и неприкаянным...
- Нажмите на звонок! - рявкнул я. - Мы же не хотим напугать его до
полусмерти, верно?
- Говорите за себя! - огрызнулась она и вошла в квартиру.
Я последовал за ней. А что еще мне оставалось делать, черт возьми?! Фрида
резко остановилась посреди гостиной, да так неожиданно, что я чуть было не
наскочил на нее.
- Включайте габаритные огни, - буркнул я.
- Рик? - сказала она каким-то чужим голосом. - Я ведь сильно нализалась,
правда?
- Пожалуй, - согласился я. - Но с девушкой такой, как вы, разве можно
быть хоть в чем-то уверенным?
- Наверняка я нагрузилась под самую завязку, - напряженно прошептала
Фрида. - Или, может быть, это какое-то психоделическое похмелье? То есть я
хочу сказать, вы ведь не видите того, что мне мерещится, верно?
- Где? - занервничал я.
- За кушеткой. - Ее голос повысился на октаву. - На полу!
Кушетка представляла собой какую-то нелепую лежанку на высоких ножках,
покрытую шелковым покрывалом с чередующимися широкими полосами черного,
оранжевого и алого цвета. Я мысленно отметил, что за ней что-то лежит, потом
почему-то отбросил эту мысль. Это же смешно! Какой дурак захочет лежать
лицом вниз на ковре за кушеткой, совершенно обнаженным, да еще с пистолетом
в правой руке? Я автоматически добавил мысленно, что его правый висок
представляет собой кровавое, обожженное порохом месиво.
- Хотелось бы мне, чтобы мне это померещилось! - прошептала Фрида. - Это
ведь Клайв Джордан, и он мертв, верно?
- Думаю, да, - сказал я. - Похоже на самоубийство.
Слабое мяуканье напугало меня так, что я постарел сразу на десять лет.
Маленький черный котенок с большим белым бантом вокруг шеи появился из-под
кушетки и осторожно направился к нам. Фрида наклонилась, взяла его на руки и
начала нежно гладить по голове.
- Тише, тише, - приговаривала она ласково. - Тебе больше нечего бояться,
котеночек! Ты тут был совсем один и... Рик!
- Угу! - Мне потребовалось сделать усилие над собой, чтобы прекратить
пялиться на тело, лежащее на полу, и вместо этого посмотреть на Фриду.
- Смотрите!
Она протянула мне котенка, и мне понадобилось добрых пять секунд, чтобы
понять, о чем это она, черт бы ее побрал! По большому белому банту,
завязанному вокруг шеи котенка, шла надпись. Я чуть было не свернул себе
шею, стараясь ее прочесть. И тут я почему-то от души пожалел, что ввязался
во все это. Надпись была незатейлива. Она гласила:
"На память капризному мальчику. С любовью. Леонард".
Глава 3
- Я, черт возьми, хочу убраться отсюда поскорее! - сказала Фрида тихо, но
решительно.
- Ладно, - ответил я ей, - через минуту.
- Я не хочу иметь к этому никакого отношения! - Когда она пристально
посмотрела на меня, ее серо-зеленые глаза стали огромными. - Давайте уйдем
отсюда!
- Сейчас, - сказал я, опустившись на колени рядом с телом.
Тело было еще теплым, не окоченевшим - все говорило за то, что Джордан
явно был мертв всего несколько часов. Под запекшейся кровью, месивом,
вылившимся из пулевого отверстия в виске, кусочками раздробленной кости
вперемежку с хрящом и каким-то желеобразным веществом я рассмотрел
грязноватый налет черного пороха, прилипшего к опаленным волосам вокруг
раны. Если не считать этого, на теле больше никаких повреждений не было. Я
поднялся с колен и решил произвести беглый осмотр квартиры. Спальня как
спальня. Рубашка, галстук, нательное белье и носки были аккуратно разложены
поверх покрывала на кровати. Вешалка с костюмом висела на ручке встроенного
шкафа. В бумажнике, лежащем на бюро, не оказалось ничего особенного
наличность - двадцать пять долларов. В ванной комнате пол под душем был еще
влажным. Кухня - без единого пятнышка, словно никто не заглядывал туда вот
уже целую неделю. Если Джордан оставил записку перед самоубийством, то она
наверняка должна была лежать на видном месте.
Когда я вернулся в гостиную, Фрида заметно дрожала. Котенок уютно
устроился у нее на руках и довольно мурлыкал.
- Теперь мы можем уйти? - спросила она прерывающимся голосом.
- Думаю, сначала нужно позвонить в полицию, - сказал я.
- Только без шума! - Фрида упрямо сложила губы. - Клайву теперь все
равно, а я не хочу иметь к этому никакого отношения!
- Поэтому можешь валить отсюда, а я вызову полицию.
- Мы уйдем вместе. Ты нужен нам с котеночком.
- С котеночком?
- Ну не можем же мы его оставить здесь?! - Фрида прижала котенка к лицу и
потерлась щекой о его мех. - Нельзя оставлять его здесь одного! Он может
умереть с голоду или получит тяжелую психическую травму.
- Он? - переспросил я с сомнением.
- Он, - уверенно кивнула она.
Окончательно все взвесив, я решил, что и сам не хочу связываться с
полицией. По крайней мере, до того, как основательно потолкую с Леонардом
Ридом. Я припомнил все предметы, до которых фотографировался, и решил, что
беспокоиться не о чем. Бумажник оказался слегка засаленным, и, по всей
вероятности, отпечатки пальцев Джордана были на всей его поверхности,
поэтому у полиции нет никаких шансов отыскать среди них свежий отпечаток
пальцев Холмана.
- Порядок, - сказал я Фриде. - Как назовем котенка?
- Леонард, - тут же нашлась она. - В честь его папочки.
Выходя из высотного здания, мы не встретили никого, и это было уже
кое-что. У меня возникло мерзкое опасение, что та разодетая толстуха,
которую мы встретили у лифта, наверняка вспомнит нас, если ее об этом
спросят. По пути к моему дому на Беверли-Хиллз, маленькому символу моего
общественного положения, Фрида нянчилась с котенком и воркующим голоском
разговаривала с ним, полностью игнорируя меня. Через пять минут после того,
как мы вошли в дом, все было организовано: Леонард лакал молоко из блюдечка,
мы с Фридой сидели на диване и пили, соответственно, бурбон со льдом и
мартини.
- И где же тут спальня? - небрежно поинтересовалась Фрида.
- В задней части дома, - сказал я. - Оснащена ванной комнатой, а если по
утрам у вас наблюдается прилив энергии, можно совершить пробежку до
бассейна. А что?
- Просто интересно. - Фрида тем же знаменитым глотком ополовинила
содержимое своего бокала. - Я имела в виду, что собираюсь тут пожить
некоторое время, поэтому мне бы хотелось выяснить все с самого начала. Тебе
кое-что следует знать, Рик, прежде чем все войдет в привычную колею. Я не
против того, чтобы спать с тобой, но я решительно отказываюсь готовить
завтраки по утрам.
- Я подозревал, что у тебя с головой не все в порядке, - осторожно начал
я, - но что подвигло тебя на такую импульсивную глупость?
- Просто мне некуда идти!
- Хочешь сказать, что до сегодняшнего вечера ты жила в баре "Бонго" и
убивала время тем, что оскорбляла бармена?
- До сегодняшнего полудня я была дорогостоящей содержанкой, но потом мы
разругались, и я ушла от него. - Фрида прикончила свой мартини и протянула
мне пустой бокал. - Повтори, пожалуйста!
Я прошел к бару и принялся готовить свежие напитки.
- А что бы ты стала делать, если бы я не появился в баре?
- Не знаю! - Фрида беспечно пожала плечами. - Если бы я попала в
безвыходное положение, пришлось бы договариваться с Барни. Вот почему он так
разозлился. Он решил, что уже заполучил меня, а тут появился ты и убил его
последнюю надежду.
- Так кто тот парень, от которого ты ушла сегодня в полдень?
- Это не важно.
- Ну, если ты думаешь, что переедешь сюда ко мне таким образом, - рыкнул
я, - то ты явно спятила!
Когда Фрида вставала, ее серо-зеленые глаза сверкнули. И тут одним
быстрым плавным движением она скрестила руки и стащила через голову белый
свитер. Она швырнула его на пол, а в следующее мгновение расстегнула
"молнию" на зеленой юбке, спустила ее на пол, а потом перешагнула через нее.
Она осталась только в мало что скрывающем бюстгальтере и узких прозрачных
трусиках. Стояла и надменно вращала бедрами, выставляя темные волосы на
лобке под крошечными бикини. Она сунула большие пальцы за резинку, словно
намеревалась стянуть трусики с бедер. Лифчик, который был столь же
прозрачен, прикрывал лишь одни соски.
- Ну? - спросила Фрида, слегка наклонив голову набок и приглашая меня
взглядом сверкающих глаз. - Что ты на это скажешь?
К резинке ее трусиков была пришита тоненькая кружевная оборочка. Поверх
нее выбивались волоски. Я посмотрел на темный треугольник между ее ногами,
на ее груди и подумал: а почему бы нет, черт побери?! Это не займет много
времени. Тогда я попытался выдавить из пересохшего горла несколько слов.
- Соблазн велик, - признался я. - Но ответ все так же "нет".
- Только подумай, - хрипла сказала Фрида, слегка спуская резинку и
увеличивая видимую полоску лобковых волос, - что ты теряешь!
- В другой раз.
- Другого раза может не представиться. - Она стала медленно приближаться
ко мне. - Я хочу тебя, Холман! - прошептала она. - Утоли мой голод!
Я отрицательно замотал головой. Мое самообладание было на высоте, хотя я
и чувствовал, как к моему пенису начинает медленно приливать кровь. "А
почему бы нет?" - снова подумал я. Но у меня есть неотложные дела.
- Позднее, Фрида, - решительно сказал я. Она вздохнула, взяла юбку и
стала ее натягивать, виляя бедрами. Белый свитер проделал обратный путь
через голову. Потом она обеими руками вытянула свои длинные черные волосы,
откинула их с глаз, и они каскадом упали ей на плечи.
- Ничего, если я воспользуюсь твоим телефоном? - спросила Фрида сладким
голоском.
- Валяй, - пригласил я.
- Премного благодарна. - От ее улыбочки скисла бы и гремучая змея. - Даже
если Чарли не позволит мне вернуться, уверена, он даст мне дельный совет.
Например, я расскажу, как ты настаивал на том, чтобы я проводила тебя в
обиталище Клайва Джордана, а когда мы обнаружили его мертвого на полу, ты не
дал мне позвонить в полицию. И как быть, если ты скрыл живую улику?
- Живую улику? - хихикнул я. Фрида указала на котенка, свернувшегося
клубочком на ковре рядом с пустым блюдцем.
- Записка Леонарда Рида была обвязана вокруг его шеи, помнишь?
Я взял бокал с мартини, подошел к дивану и вручил его ей. Она пристально
посмотрела на меня поверх края бокала, а когда начала пить, ее взгляд обрел
самоуверенность. Когда я попытался все хорошенько обдумать, то увидел целую
цепочку совпадений, которые вели прямо к соломенной блондинке, Зои Парнелл.
- Ты же собиралась позвонить Чарли, - напомнил я. - Чарли... А дальше?
- Чарли Стерн.
Это имя мне ничего не говорило.
- До сегодняшнего дня ты была его любовницей, - медленно повторил я. - Ты
разобиделась, ушла от него и заглянула в бар "Бонго". Туда пришел я и стал
расспрашивать насчет Джордана. Ты знала, где он живет, и вызвалась меня
проводить туда. Когда мы приехали, Клайв был уже мертв. И тогда ты - а не
кто другой - попросила не вызывать полицию, и ты - а не кто другой -
настояла на том, чтобы забрать котенка вместе с бантом и посланием.
- Верно, - согласилась Фрида спокойно. - Просто я - прирожденная лгунья,
поэтому изменить факты в пользу Чарли мне ничего не стоит.
- Если только я не позволю тебе остаться тут?
- Вот что я тебе скажу, Рик Холман... - Она снова улыбнулась. - С виду ты
довольно неказистый, но сообразительности у тебя не отнять.
- И как долго ты намерена у меня жить?
- Еще не знаю, - пожала она плечами. - Может, месячишко? К тому времени
мне наверняка подвернется кто-нибудь поинтереснее.
- И давно ты знакома, с Клайвом Джорданом?
- Несколько месяцев. Видишь ли, он был приятелем одной моей подружки.
- Зои Парнелл? - предположил я.
- Кого? - Фрида и глазом не моргнула. Я бросил взгляд на свои наручные
часы: уже перевалило за девять. Я присел перед котенком, снял с его шеи
бант, положил его в карман и снова распрямился.
- Мне нужно кое-куда съездить, - сказал я. - Поэтому развлекайся сама:
можешь смотреть телевизор или напиться. Комната для гостей находится сразу
за кабинетом, можешь ее обживать.
У нее от изумления расширились глаза.
- Рик Холман! Ты отказываешься от моей благосклонности?
- Отказываюсь. Пока,. - оскалился я. - Ненавижу спать с прирожденными
лгуньями.
Она украдкой зевнула, и я понял, что Фриду Паркин обидеть непросто.
- Возможно, мне придется взять у тебя взаймы пижаму, ты не против?
- Не против, - сказал я ей. - И не забудь выставить за дверь кота до
того, как ляжешь в постель.
- Сначала его нужно угостить мартини, - неожиданно хихикнула Фрида. - Кто
знает? А вдруг он превратится в разъяренного льва?!
Двадцать минут спустя Леонард Рид отворил мне дверь своего особняка в
псевдоанглийском стиле. Он был облачен в безупречный вечерний костюм, белую
рубашку с плиссированным жабо украшала черная "бабочка".
- Рик! - выдавил он из себя улыбку. - А я собрался было уходить, старик.
Званый ужин. Идиотская мысль. Но время от времени даже Леонарду Риду
приходится ублажать своего продюсера.
- Время от времени даже Леонарду Риду приходится быть честным со
специалистом по улаживанию конфликтов Холманом, - холодно сказал я. - Или же
специалист может решить прекратить поиски правды и справедливости и
отказаться от прекрасного, но лживого клиента - вроде того, с которым он
имеет дело сейчас.
Набрякшие веки почти совсем прикрыли его глаза.
- Насколько я понимаю, - промурлыкал он, - тебя что-то сильно беспокоит.
У тебя точно та
...Закладка в соц.сетях
