Жанр: Детектив
Леола, где ты
?
Картер БРАУН
По изобретенной мною классификации ее грудь могла претендовать на
трехзвездочную оценку. Прикрытая тканью лишь
частично, она, несомненно, волновала, вызывая желание познакомиться с ней не
только визуально. И получи я возможность
обозревать это чудо во всей его первозданной красе, рейтинг его повысился бы до
четырех звезд.
Иссиня-черные, коротко подстриженные волосы в мягком свете сумерек
напоминали кепи, лихо надвинутое на лоб. Низко
падающая челка закрывала брови, подчеркивая глубину огромных фиалковых глаз. Она
сидела, закинув ногу на ногу,
демонстрируя их длину и изысканную форму. Узенькая, выше колен юбка обтягивала
упругие бедра, вызывая невольный
интерес - а что же там дальше?
Она взглянула на меня поверх бокала с мартини и улыбнулась искусственной
улыбкой, слегка обнажив зубы.
- Вы Холман? - произнесла она холодным тоном. Ее вяловатая манера
произносить слова напоминала слабое журчание
иссякающего ручейка.
- Рик Холман, - с готовностью подсказал я, потому что с сексуальными
женщинами предпочитаю сразу же устанавливать
атмосферу неофициального общения. Однако, к моему удивлению, я не обнаружил в ее
взоре знакомого мне алчного огонька
женщины, изголодавшейся по мужчине, а увидел лишь пренебрежительное отсутствие
интереса к моей особе.
- Я - Хло Бентон. - Брюнетка кивнула в сторону обитого грубой тканью
кресла, стоявшего рядом, копии того, в котором
сидела сама. - Садитесь.
Я уселся и несколько секунд созерцал неподвижную поверхность воды в
стерильно чистом плавательном бассейне. Затем
снова взглянул на нее:
- Чего мы ожидаем? Нирваны?
На этот раз на ее лице появилась настоящая улыбка.
- Вот теперь уже немного понятнее, - призналась она. - Я ожидала увидеть
супермена, а увидела, откровенно говоря, нечто
меня разочаровавшее.
- Рад, что не могу сказать то же самое о вас, - искренне ответил я,
украдкой взглянув на ее ноги: не приоткрылись ли бедра
чуть-чуть повыше. Увы... Но зато грудь оказалась так дразняще близко - прямо на
уровне моих глаз.
- А это именно вы под платьем? - с невинным видом неуклюже пошутил я.
Вместо ответа тонкий палец указал на столик с напитками:
- Наливайте сами, Холман.
Мартини оказался ледяным и смешанным в пропорции десять к одному, определил
я. Опустившись в кресло и сделав
медленно второй глоток, я подумал, что потребуется не так много подобных
глотков, чтобы возник комплекс султана.
Поскольку какие-либо попытки завязать разговор со стороны моей собеседницы
отсутствовали, я дал простор своему
воображению. Перед моим мысленным взором возникла картина гарема с пятьюдесятью
обнаженными девушками с
пышными бюстами и золотистыми от загара телами - блондинок, брюнеток, рыжих.
Одна задругой они, поднимая тучу
брызг, ныряли в голубой бассейн. Когда пятидесятая красавица застыла неподвижно,
собираясь перед прыжком, с
вытянутыми вперед руками и торчащими вверх сосками - прекрасное видение, залитое
щедрым солнечным светом, было
прервано. Голос Хло Бентон вернул меня к действительности.
- Осмотрительный человек, мастер на все руки, человек, разбирающийся во
всех сложностях жизни Голливуда, - лениво
проговорила она. - Вот вы, оказывается, какой...
- Забыли добавить "высокооплачиваемый". Что же касается всего остального,
описание довольно точное, - ответил я с
иронией. - Вы - личный секретарь Леолы Смит, не так ли? И если у нее в очередной
раз появились проблемы, я
порекомендовал бы выбросить их из вашей хорошенькой головки. У этой леди
частенько возникают сложные ситуации, а
потом они оборачиваются шумной рекламной кампанией, которая как бы случайно
начинается перед выходом на экран ее
новой картины.
- И все-то вы знаете. - В фиалковых глазах, когда она повернула голову и
взглянула на меня, появился и тут же пропал
насмешливый огонек. - Я работаю личным секретарем Леолы Смит вот уже пять лет. И
вы всерьез считаете, что я не
понимаю разницы между организованной рекламной шумихой и настоящей
неприятностью?
- Ну, не знаю, что вы там понимаете, - раздумчиво протянул я, - но если вы
готовы платить настоящие деньги, то я готов
выслушать все, что соблаговолите поведать о действительных намерениях вашего
босса.
- Да вы настоящий ублюдок, хотя вид у вас респектабельный! - взорвалась
она. - Вы с Леолой превосходно подойдете друг
другу... Но, как бы там ни было, это идея Виктора Эймори, а не моя. Именно он
берет на себя все расходы, и именно он
выписал чек на две тысячи долларов в качестве аванса. Вы довольны, Холман?
- Интересно, - хмыкнул я. - Выплаты под закладную должны производиться
вторично. С чего бы это Эймори вздумалось
так заботиться о бывшей жене?
- Любовь полыхает вечным огнем в непостижимой глубине его поросшей шерстью
груди, - задумчиво продекламировала
Хло и отхлебнула мартини. - Вы же знаете Леолу. Закончит картину, возьмет билет
на самолет в какое-нибудь неизвестное
место и исчезнет на несколько месяцев.
- Да уж, знаю, - вздохнул я. - Похоже, всякий раз, когда вижу ее фотографии
на первой полосе газет, она ухитряется
оказаться причиной очередного международного скандала - либо во Внешней
Монголии, либо в другой подобной дыре.
- Но она всегда поддерживала контакт со мной - до самого последнего
времени! - взволнованно воскликнула Хло. - Хотя
Леола - чудачка, но ведь она - юридическое лицо и несет ответственность... За
контракты, инвестиции в недвижимости. За
дом, за меня, другой персонал. И самое главное - за ее восьмилетнюю дочь,
которая должна вернуться из школы-интерната
через пару недель... Куда бы Леола ни уезжала, она всегда остается человеком
весьма организованным и ответственным. Но
сейчас ситуация другая. Вот уже месяц, как она не звонит мне. И никому другому.
Больше всех озабочен Кел Райнер - глава
кинокомпании "Делвуд-Райнер продакшн". У него есть вопросы, связанные с
восьмимиллионным бюджетом. Ему просто
необходима Леола, чтобы подписать контракт на картину: он не может заставить
держать в неизвестности еще двух звезд -
ведь у каждого человека есть и другие обязательства... К тому же мне известно,
что сама Леола хотела сниматься в этом
фильме больше, чем в каком-либо из прежних.
- Так где же она сейчас? Хло долго смотрела на меня, и вновь насмешливые
искорки заплясали в ее фиалковых глазах.
- Вы всерьез думаете, Холман, что вы большой хитрец? Какого же черта, повашему,
мы обратились к вам - не с
предложением же сняться в главной роли в этом фильме? Никто не знает, где она.
Мы нанимаем вас именно для ее поисков!
- Тогда ждите, пока я уложу вьючные сумки для яков, - проворчал я. - Эта
свихнувшаяся дамочка может болтаться Бог
знает где между Тибетом и Тасманией сколько ей заблагорассудится. Этак вы
обеспечите меня работой на всю оставшуюся
жизнь. Понимаете?
- Понимаю. - Брюнетка беспомощно пожала плечами. - Но, может, нам удастся
немного сузить поле поиска. Расскажу, что
я знаю. Леола уехала пять недель назад. Останавливалась в Швейцарии повидаться с
дочерью, которая живет там в
интернате. Потом направилась в Стамбул - посмотреть танец живота. Оттуда
позвонила последний раз, месяц назад, и
сказала, что собирается ухватить немного солнца на юге Франции или проехаться в
Шотландию, чтобы подстрелить какогонибудь
охотника за тетеревами. Она ведь противница всех видов кровавого спорта,
знаете?
- Тогда ей пришлось сделать трудный выбор между бикини и килтом "Килт -
клетчатая юбка шотландского горца.". - Я
допил свой мартини и вновь наполнил бокал. - Значит, вы считаете, что она в
любом случае должна была связаться с вами?
Вы не допускаете мысли, что ей могла помешать какая-нибудь веская причина?
- Вне всякого сомнения!
- Какая же? Возможно, она больна? Неприятности? Может, любовь?
- Если бы я знала, в чем дело, то не стала бы тратить время на болтовню с
вами, - резко оборвала меня Хло.
- Она путешествовала в одиночестве?
- Конечно. Как всегда. Я остаюсь за хозяйку и присматриваю за делами.
- У вас нет ни одного предположения - почему она не звонит уже целый месяц?
- Ни одного! - уверенно подтвердила Хло. - Может, отправилась на какое-то
сумасшедшее сафари в Африку или
совершает пеший переход через пустыню Гоби, откуда я знаю! Единственное, что я
обязана делать в такой ситуации, - это
предотвращать любую утечку информации. Иначе Леола не только поджарит меня на
медленном огне, но может сделать и
кое-что похуже. Но главное - что с ней? Не дай Бог, что-нибудь ужасное!
- А если спросить у дочери? Может быть, Леола говорила ей, куда собирается
поехать?
- Нет. - Хло покачала головой. - Я осторожно порасспрашивала ее, превратив
вопросы в шутку, чтобы не волновать
девочку. Но Леола сказала ей, что вернется домой к началу школьных каникул.
- И все же не вижу смысла мчаться невесть куда, пока не буду знать, куда
именно. А как насчет амурных дел? Имея за
спиною трех мужей, Леола Смит вряд ли станет соблюдать обет безбрачия слишком
долго... Вышла замуж в восемнадцать за
первого же приглянувшегося мальчишку. В двадцать один появилась в Голливуде.
Развелась в двадцать два, - вслух
рассуждал я. - Через пару лет вышла замуж за Луиджи Поло, режиссера, который
открыл ее. Развелась через три года.
Виктор Эймори, экстравагантная звезда театра и кино... Их брак продержался всего
около десяти месяцев. Когда они
развелись?
- Пятнадцать месяцев назад. Виктор все еще хранит для нее факел любви
размером с тот, что у статуи Свободы. Но по
мнению Леолы, его огонь неспособен поджечь сейчас даже самую тоненькую свечку.
Не может быть брака, более мертвого
для нее, чем последний. И нет мужчины, более безразличного ей, чем Виктор
Эймори.
- Полагаю, мне следует переговорить с Эймори, - решил я. - Где можно найти
его?
Кроваво-красным ноготкам она указала куда-то за мою спину:
- В глубине апартаментов.
- Если это его идея - нанять меня, почему же он не пожелал сам ввести меня
в курс дела?
- А может, он застенчивый? - Хло поднесла бокал к губам и неторопливо
отхлебнула из него. Девушка насмешливым
взглядом мерила меня сверху вниз. - Почему бы вам самому не спросить его, а,
Холман?
- Почему бы и нет? - Я поднялся, подошел к столику и поставил бокал рядом с
миксером. - Может, позднее вы будете
настолько любезны, что пообедаете у меня дома? Он, конечно, поменьше этого
бунгало, но там есть и ковры, и бассейн. И
даже мартини, текущий из водопроводного крана.
- Весьма соблазнительное предложение. - Она откровенно зевнула. - Но если
мне захочется поиграть в дочки-матери с
мужчиной, то только с тем, кто живет здесь. Если когда-нибудь мне удастся
заставить его позабыть о бывшей жене... Итак,
почему бы вам не пойти переговорить с ним, оставив меня здесь горестно
размышлять о моем фригидном существовании...
Во-он та открытая стеклянная дверь приведет вас в гостиную. Бар - у ее дальней
стены. Он задуман как своеобразная дорога
жизни, там вы у, найдете Виктора, поглощенного мыслями о ней.
- Благодарю. Вы - достойная причина, по которой, как я установил, у любого
нормального парня появляется желание стать
кинозвездой.
- Свяжитесь со мной, когда сделаете свою первую игровую полнометражку. -
Она снова зевнула и занялась интимным
общением с мартини.
Я пересек патио и через раздвижные стеклянные двери вошел в гостиную. Она
была обставлена в дорогом уютном стиле
офиса брокера на Уолл-стрит, и только массивный бар в глубине помещения
производил впечатление часто используемого
предмета меблировки. Действительно, Виктор Эймори был полностью погружен в
философские раздумья в компании с
наполовину опорожненной бутылкой, содержавшей наилучший продукт брожения, и
почти полным стаканом того же
продукта.
Живописная композиция из пьяного спортивного пиджака цвета ирландского мха,
желтовато-коричневых широких брюк и
рубашки оттенков облачного заката впечатляла. Впрочем, подумал я, что на такого
красавчика ни надень, включая и
неуклюжий саронг, все будет выглядеть первоклассно.
Его худощавое с глубоко посаженными серыми меланхоличными глазами лицо
отражало силу и волю. Оно вполне
соответствовало представлениям семидесятых годов о мужской красоте. Картину
дополняли рост - более шести футов - и
атлетическое телосложение. Упомяну еще шапку густых, аккуратно подстриженных
черных волос и рот, который был,
пожалуй, несколько широковат. Однако последнее объяснялось, по-видимому, тем,
что этот человек уже достаточно далеко
продвинулся по стезе пьянства. Я сделал для себя мысленную зарубку - следи за
собственным ртом, когда будешь надираться
в следующий раз.
Придвинув высокий табурет, я уселся перед стойкой бара лицом к Эймори.
- Хло Бентон сказала мне, что вы избегаете встреч с людьми? - осторожно
спросил я.
- Просто считаю, что сначала она должна обрисовать общую ситуацию. Хло
обладает искусством сочетать вызывающее
поведение с изложением полезной информации. - Его акцент, за которым он
тщательно следил при съемках, сейчас слышался
совершенно отчетливо. - Не могу понять, ненавидит ли она мужчин вообще или
только тех, кто попадался ей до сих пор.
- Вы - бывший муж Леолы Смит с кровоточащим сердцем, взволнованный судьбой
бывшей жены, затерявшейся где-то в
мире, - констатировал я. - И беспокоитесь о ней настолько, что готовы платить
мне большие деньги за ее поиски. Полагаю,
вы даже готовы заплатить за билет, чтобы я облетел вокруг земного шара. Но у
меня будет не так уж много времени, чтобы
останавливаться в каждом городе и разыскивать там Леолу. Вы согласны со мной?
- Рафаэль Эммануэль. - Виктор Эймори рассеянно взглянул в направлении патио
и злорадно хохотнул. - Эта сучка Бентон
думает, что знает все на свете.
- Рафаэль Эммануэль? - переспросил я. - Не тот ли Эммануэль, что загнал в
угол весь денежный рынок?
- И тот, который сделал свои миллионы на продаже оставшегося после Второй
мировой войны оружия. Он снабжал
вооружением всех нуждавшихся, гарантировал поставки оружия революционерам,
которые думали, что эти железки
осчастливят их, - усмехнулся Эймори. - Это были танки, самолеты, минометы...
Правда, большая их часть работала не
больно-то исправно. Но, увы, мертвый клиент не предъявляет пре тензий... Где-то
году в пятьдесят восьмом он занялся
нефтяным бизнесом. И когда пару лет назад стал продавать свое дело, оказалось,
что он почти утроил свое состояние. Тогда
же он вышвырнул жену - это после тридцати-то лет брака! И стал наслаждаться
животной жизнью пьянчуги и любителя
молоденьких девчушек.
- Так вы думаете, Леола с ним? - спросил я. Он отпил из бокала и медленно
кивнул головой.
- Эммануэль увидел ее, когда она была в последний раз в Европе, и
втрескался по уши. Судите сами - покупает копии всех
до единой картин, в которых Леола снималась. Говорят, что каждую ночь смотрит,
по меньшей мере, одну из них, пребывая в
собственном кинозале ее единственным зрителем.
- Но если и она наслаждается животной жизнью в обществе мультимиллионера,
Тогда в чем же тут проблема? - пожал я
плечами.
- Если она с ним сейчас, то уж не по собственному желанию. И вовсе не
наслаждается этим, - резко прозвучал ответ
Виктора. - Просто он напугал ее при их встрече в Европе. Рафаэль противен ей,
как мерзкое пресмыкающееся, но сам
считает, что неотразим и не может быть отвергнут, поскольку у него до черта
денег. Леола же была готова пересечь пару
континентов, только бы убраться с его пути.
- Думаете, он похитил ее? - Я скептически усмехнулся. - Женщина с такой
известностью, и Эммануэль похищает ее для
собственного удовольствия?
- А вы отдаете себе отчет, что значит иметь около пятидесяти миллионов
долларов в банке?
- Ну, я не настолько прожорлив, - спокойно ответил я. - Мои мечты гораздо
скромнее. Меня вполне устроит пара
миллионов в год от вложений в голубые фишки казино.
- С его-то деньгами можно купить абсолютно все, что душе угодно, -
продолжал он, - включая и большинство людей.
Можно навербовать личную гвардию, чтобы справляться с чем-то или кем-то,
посмевшим встать на вашем пути. Стоит
захотеть - и можно купить целый гарем красивейших женщин, что, кстати говоря,
уже и сделал Эммануэль года два назад.
Вот и представьте себе, как такое, как он, пугало будет реагировать, встретив
женщину, которую он возжелал больше всего
на свете, а она не хочет видеть даже его физиономию. И все его богатство ничто в
такой ситуации, потому что у нее самой
денег больше, чем когда-либо может ей понадобиться, - последовал решительный
кивок. - Я-то знаю Эммануэля. Подонок с
эгоистичным "я", превышающим в собственных глазах Эмпайр-Стейт-Билдинг! Полагаю,
это более чем возможно. Почти
наверняка он похитил ее и держит взаперти на борту своей яхты.
- Яхты? - переспросил я.
- "Султан-II". Она сейчас как раз в Каннах. Эммануэль всегда пребывает на
южном побережье Франции с июля по август.
Я понаблюдал, как неуверенной рукой он подливал бурбон в свой бокал.
- Вы это серьезно?
Эймори поднял голову и с удивленной миной уставился на меня:
- Никогда в моей распроклятой жизни не был более серьезным, чем сейчас!
- Вы хотите послать меня в Канны, чтобы я установил, держит ли Эммануэль
свою пленницу взаперти на яхте. И если она
там - спасти и вернуть ее сюда? - уточнил я.
- Совершенно верно!
- Эммануэлю уж никак не грозит отвечать за похищение и насильственное
удержание Леолы, - резонно заметил я. - Так
что мне предстоит воевать и с ним, и с командой яхты, и, возможно, с его личной
гвардией, о которой вы упомянули... Хло
была права, когда говорила, что ожидала увидеть супермена. Вот кто сейчас вам
нужен, Эймори, - супермен, а не я!
- Послушайте, Холман. - Он раздраженно посмотрел на меня, потом с трудом
обуздал свой нрав. - Сейчас я не знаю, черт
побери, как вы справитесь с этим делом и во сколько все это обойдется! Если
посчитаете необходимым, наймите
собственную армию. Но вы должны вернуть Леолу сюда в целости и сохранности.
Поняли?
- И за все про все вы заплатите две тысячи? Он извлек чековую книжку из
внутреннего кармана пиджака.
- Скажите сколько, и я выпишу чек. Две тысячи - за то только, что вы
взялись за это дело.
- Скажем, пять, - назвал я. - И возмещение моих расходов в Каннах. Но это
все, что вы можете получить за ваши деньги...
И никаких гарантий.
Эймори было заколебался, потом пожал плечами.
- Думаю, вашей репутации достаточно, Холман. - Он подписал чек и вручил его
мне. - Когда приступите?
- Завтра. Вылечу прямым рейсом на Париж, - заверил я.
- Отлично. Как насчет выпить?
- Не сейчас, - отказался я. - Предположим, что Леола действительно на яхте,
но каждое мгновение своего заключения
наслаждается с Эммануэлем, - предположил еще один вариант я.
- А вот это-то совершенно невозможно! - категорически заявил Виктор. -
Однако есть нечто важное, что вам нужно знать
обязательно.., остерегайтесь малого по имени Толвер. Рей Толвер. В старые крутые
времена он был у Эммануэля
лейтенантом. Исполнял всякую грязную работенку, принимал на себя львиную долю
риска. Толвер был единственным, кто
гарантировал доставку оружия - даже если законное правительство использовало
войска для ее предотвращения. Краем уха я
слышал, что он все еще где-то там вертится. Возможно, возглавляет личную гвардию
Эммануэля... Посему остерегайтесь его,
Холман. Это действительно опасный противник!
- Учту, - поблагодарил я за предупреждение. - Больше ничего не забыли?
- Насколько могу судить, нет... - отпив еще бурбона, он отрицательно
покачал головой. - Нет, ничего.
- Тогда выкладывайте все, что знаете об Эммануэле, - предложил я.
- Я был тем самым парнем, кто представил ему Леолу, - передернув плечами,
начал Эймори и на миг прикрыл глаза. -
Иуда Виктор - парень с восковым сердцем и чугунной башкой!
Я оставил его наедине с бокалом и вышел из дома. Как я и предполагал, Хло
Бентон все еще общалась с чистым мартини.
Она уже не закидывала ногу на ногу, и мне не удалось увидеть больше, чем ранее.
В ее фиалковых глазах снова не
отразилось особого интереса к моей особе. Мимолетно скользнув по мне
безразличным взглядом, она отвернулась. И сразу
же исчезли все причины, по которым иуда Холман не мог бы сравниться в
предательстве с иудой Эймори.
- Вы думаете, что знаете все на свете, а ведь это далеко не так, - точно
процитировал я его.
- Так он забивал вам мозги сказочкой про Эммануэля, держащего бедную
девочку под замком на своей яхте. Живописал,
как тот конвоирует ее во время коротких прогулок перед приемом пищи, или что-то
еще вроде этого? - На мгновение ее
зубки обнажились. - И вы конечно же поверили во все это?
- А почему бы нет? - подзадорил я брюнетку.
- Минуточку! - Тон ответа был ледяным. - Когда вы появились, я посчитала,
что вижу серьезного человека...
- Вы не верите Эймори? - Я откровенно давил на нее. Мол, я - всего лишь
простак парень, который любит, когда ему
разжевывают все, и предпочтительно с помощью слов, состоящих из одногоединственного
слога.
- Леоле стукнуло тридцать, - медленно проговорила секретарша, - и она
вполне взрослый человек... Да она справится с
Эммануэлем одной рукой, разливая при этом чай из самовара. В то время как вторая
рука будет привязана за спиной! - Хло
насмешливо хмыкнула. - Но полагаю, это задание призвано предоставить вам
возможность совершить беззаботное турне по
югу Франции, не так ли?
- У вас есть предположение о каком-либо месте, где бы я имел шансы отыскать
Леолу? - осведомился я.
- Довольно. - Она поставила стакан у ножки кресла и поднялась. - Этот мир -
мир мужчин. И я не в состоянии заставить
двух мужиков прекратить их хитроумные игры... Я сочту знаком особой ко мне
благосклонности, если вы сейчас же
исчезнете с моих глаз, Холман. Когда Виктор обретается где-то рядом, дом, с моей
точки зрения, начинает сильно смердеть.
А уж когда вы оба торчите здесь одновременно, мне хочется просто взорвать все к
чертовой матери!
Она неторопливо освободилась от платья, и у меня захватило дух! Вот он,
подумал я, момент истины! Брюнетка
швырнула одеяние на кресло, и я смог наконец выдохнуть. Хотя это и не было то,
что я ожидал увидеть.
Купальный костюм ничего в действительности не скрывал. И у меня сложилось
впечатление, что я, скорее всего, увидел
бы намного меньше, если бы его не было. Теперь же ее грудь - рейтинг которой я
немедленно повысил до
четырехзвездочного - являла всему свету соски, имевшие форму цветочных бутонов.
Они возвышались, как сильно
увеличенные ниппели, а тонкий, словно носовой, платочек на ее талии был так
смело мал, что потребовалась вся моя сила
воли, чтобы оторвать от него взгляд... Но я все же успел увидеть то, что
окончательно повергло меня в прах.
Соблазнительное видение скругленной возвышенности между ногами, так четко
обрисованной, дало мне повод вообразить,
что я увидел сквозь плотно обтягивающую ткань вертикальную впадину... Конечно,
это могли быть шуточки моего
разыгравшегося воображения... Когда девушка повернулась, ее кремовые груди
слегка подпрыгнули, и я удивился, зачем она
вообще стесняет себя одеждой.
Пока Хло величаво шествовала к краю бассейна, я мог видеть, сколь ненадежно
жалкие клочки материи прилегают к
золотистым сферам ее ягодиц. Они волшебно покачивались, когда девушка
балансировала на бортике бассейна. Она делала
это достаточно долго, так, чтобы я успел по достоинству оценить каждую плавную
линию ее тела. Наконец она нырнула.
Войдя в воду без единого всплеска, проплыла к другому краю бассейна и обратно не
требующим усилий изящным кролем. А
затем коротко подстриженная головка приподнялась над бортиком бассейна;
лакированная копна мокрых, отливающих
синевой волос красиво обрамляла лицо.
- Вы еще не убрались? - удивилась Хло.
- Я просто поражен, - ответил я. - Вы ведете себя так, будто больше всего
на свете ненавидите мужчин. Однако что-то не
производите впечатления фанатично желающей возвращения Леолы из мест, куда она
удалилась.., может, предпочитаете
сохранить дом таким, каков он сейчас, - и с Виктором где-то рядом, конечно?
- Грязные у вас мысли! - с яростью бросила она. - Горячо надеюсь, что
Эммануэль разгрызет вас на мелкие кусочки и
выплюнет на корм рыбам!
Я сидел на веранде отеля перед стаканом кампари с содовой и пытался
адаптироваться к разнице во времени. И привыкал
к приводящему в замешательство обилию женских тел, которые чередой дефилировали
предо мной - тонкие и тучные,
молодые и старые. Но все до единой загорелые, темно-коричневые и настолько щедро
умащенные маслом для загара, словно
были подготовлены руками шеф-повара людоеда к поджариванию на древесных углях. Я
созерцал акры и акры более чем
смело открытых купальников, женской плоти и изобилие грудей, которые тряслись и
подпрыгивали, с трудом удерживаемые
тончайшими полосками материи. Мили и мили нежных ложбинок на груди, обнаженных
глубокими декольте, тысячи
выпирающих сосков...
Был самый разгар каннского сезона. С веранды отеля я мог любоваться
гаванью, столь плотно набитой яхтами, что между
ними почти невозможно было разглядеть воду. Битый час я просидел здесь, наблюдая
за самой большой из них -
ослепительно белой и очевидно высокомерной - и гадая, получил ли Эммануэль мою
каблограмму "Каблограмма -
телеграмма, передаваемая по подводному трансатлантическому кабелю", пришел к
выводу, что находился в состоянии
явного умопомрачения, когда решил отправить ее. Однако теперь уже было поздно
сожалеть о содеянном... Давая отдых
глазам, я отвел взгляд от грациозной яхты и вдруг засек за соседним столиком
худощавую блондинку. Она глядела на меня,
мечтательно приподняв брови. Ее бикини - если столь малое количество материи
заслуживало такого названия - имело
черный цвет, кожа - бронзовый. Короткая верхняя губка свидетельствовала, что ее
обладательница любит игры в спортивном
зале, требующие немалого напряжения сил. Всего лишь миг мои глаза наслаждались
благородными линиями ее фигуры,
затем другое видение в безукоризненно белой, сверкающей униформе
материализовалось между нами и молодцевато отдало
мне честь.
- Мсье Холман? - осведомил
...Закладка в соц.сетях
