Жанр: Детектив
Бремя вины
...ся
своей работы в качестве профсоюзного босса. И тогда у вас не будет никакой
возможности заключить с ним соглашение. Вы
согласны с этим, мистер Стрэчен?
- Не отвечайте, Джеймс, - решительным тоном заявила брюнетка. - Пусть
лейтенант утверждает, что у вас нет никакого
алиби. Это не страшно. Однако нам нет никакого резона помогать ему выискивать
для вас еще и мотив убийства!
- Можно задать еще один вопрос? - обратился я к Мойре.
- Не могу гарантировать, что вы получите на него ответ, - коротко
улыбнулась она. - Но задавайте ваш вопрос, лейтенант.
- Вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Джо Дана? - спросил я.
В глазах Стрэчена вспыхнуло удивление, но он быстро заморгал и покачал
головой:
- Дана? Нет, думаю, что нет.
Мойра Артур снова вздохнула:
- Джеймс - исключительно честный человек, лейтенант.
- Хотите сказать, что именно поэтому он такой глупый? - с сочувствием
спросил я.
- Помилуй Бог! Мое терпение кончилось, - сдавленным тоном произнес Стрэчен.
- Можете убираться отсюда ко всем
чертям, лейтенант. А что касается вас, Мойра, то вы можете...
- Заткнитесь! - Это слово в устах брюнетки прозвучало как щелчок бича.
Стрэчен застыл, разинув рот и выпучив глаза от изумления. Юридический
консультант не обратила на него никакого
внимания, а сосредоточила все свое внимание на мне.
- Я не зря проработала целый год в качестве помощника прокурора
федерального судебного округа и узнала кое-что о
методах расследования, которые используют лейтенанты полиции всех мастей, -
сказала она ровным голосом. - Должна
признаться, мне впервые встречается человек такого типа, как вы, лейтенант. Но я
уверена, что раз уж я заметила реакцию
Джеймса на это имя, то уж вы конечно же тоже ее заметили.
- Вы не забыли, чьи интересы должны защищать, Мойра? - прошептал Стрэчен.
- Конечно же ваши, - огрызнулась она. - Однако исключительно честные люди,
вроде вас, Джеймс, совсем не умеют врать.
Если вы решили водить нашего лейтенанта за нос, то я вам глубоко сочувствую - он
повесит вас на крюке для мясных туш!
- Дана звонил мне вчера где-то в районе обеда, - произнес Стрэчен
придушенным голосом. - Он знал обо всем, даже о том,
что у нас с Кордианом была назначена встреча на послеобеденное время. Джо сказал
мне, что если на этой встрече я не
подпишу соглашение с Кордианом, то может статься, что мне вообще не надо будет
его подписывать: Кордиана сместят с
должности председателя профсоюза. Я сказал ему: а вдруг вы меня разыгрываете
или, может, этот звонок подстроил сам
Кордиан, чтобы проверить мою реакцию? Дана ответил, что я должен поверить ему на
слово и что он позвонит позже, чтобы
договориться о встрече На ней он обещал объяснить мне весь расклад в деталях. Я
согласился не подписывать с Кордианом
никаких оглашений во время первой встречи. Но предупредил его, что если в
течение сорока восьми часов он мне не
предоставит информацию, которую обещал, я не стану тянуть и заключу сделку с
Кордианом.
- А Дана вам больше не звонил? - спросил я.
Стрэчен ответил отрицательно - Как только он позвонит, немедленно сообщите
об этом мне, - посоветовал я. - И еще хочу,
чтобы вы встретились с ним в любом месте и в любое время, какое он назначит.
- Хорошо, лейтенант, - мрачно согласился Джеймс.
Он взял визитную карточку, которую я ему протянул, и посмотрел на нее с
таким видом, будто это был порнографический
снимок. Мойра не отрывала взгляда от синего неба за окном. И я догадался, что
мне пора уходить. Они оба попрощались со
мной с такими же кислыми минами, с какими люди обычно приветствуют гробовщиков.
Я вышел из номера. Спускаясь в
лифте, вспоминал изящные ягодицы Мойры и размышлял о том, в чем, собственно,
состояли ее обязанности помощника
прокурора. Эта мысль заинтриговала меня.
Я пообедал сандвичем с бифштексом и приехал в офис где-то около половины
третьего. Аннабел Джексон, секретарша
шерифа, отсутствовала на своем рабочем месте, и вместо нее за пишущей машинкой
сидел сержант Полник. Я почувствовал,
что в воздухе пахнет грозой.
- Никогда бы не подумал, что ты умеешь печатать, - бодро заметил я.
- Мисс Джексон у шерифа, лейтенант, - мрачно произнес Полник. - После нее
пойду я. Вот незадача! - У него был
удрученный вид. Такой, наверное, был у святого Бернара, когда тот обнаружил, что
какой-то негодяй выпил из его фляги
весь коньяк. - Разве я виноват, что этот придурок перепутал номера комнат?
- Конечно же не виноват, - осторожно поддакнул я.
- Хотел бы я знать, - угрюмо продолжал сержант, - как этот козел ухитряется
управлять мотелем, если даже не может
запомнить номер нужной комнаты?
- Наверное, с большим трудом, - согласился я.
Когда Полник что-нибудь рассказывал - главное было не задавать вопросов,
которые помогли бы прояснить картину, - это
его напрочь выбивало из колеи. Наступило молчание, и чтобы как-то заполнить
затянувшуюся паузу, я зажег сигарету и
попытался пускать дым кольцами. Но у меня ничего не получилось.
- Этот тип впал в самую настоящую панику, - неожиданно заговорил Полник. -
Я приезжаю в отель, он выбегает мне
навстречу, бешено размахивая руками, как будто наступил конец света. Говорит,
что в двадцать четвертом номере стреляли.
И кто стрелял, все еще там.
Я подлетаю к двадцать четвертому и обнаруживаю, что дверь заперта.
Высаживаю ее плечом и врываюсь в комнату с
револьвером в руке. - От одного воспоминания по телу сержанта пробегает дрожь. -
О Боже! Я был ошарашен посильнее, чем
та девица!
- Девица? - рискнул я вставить словечко.
- Думаю, она только что вышла из ванной, поскольку голова у нее была
обмотана полотенцем, - продолжал Полник,
продемонстрировав блестящие способности к дедукции. - Больше на ней ничего не
было. И этот тип, верхом на котором она
сидела, тоже был совершенно голым. Сначала я подумал, что она делает ему массаж,
но потом увидел, что она.., словом, это
был не массаж. - На лице сержанта появилось стыдливое выражение. - Можно было
подумать, что эта девица перепутала
своего парня с конем, так она на нем скакала.
Но я должен был вспомнить свой долг и подумал, что, может, этот парень
какой-нибудь сексуальный маньяк и стрелял он
для того, чтобы заставить девицу оседлать себя и трахнуть. Может быть, она
сидела на нем верхом против своей воли. Хотя
на ее лице блуждала улыбочка.
Поэтому я согнал девицу с него, велел ему подняться и, приставив к спине
револьвер, повел в кабинет управляющего.
- Совершенно голого? - вырвалось у меня.
Полник нахмурился:
- Да, голого, лейтенант.
- А вокруг было много людей? - спросил я.
- Да, мы шли по коридору, а эта девица с полотенцем на голове бежала за
нами и орала благим матом - и конечно же
отовсюду высунулись любопытные головы. - В голосе Полника послышался
благоговейный трепет. - Я не знаю, откуда они
взялись, лейтенант.
Их было так много, что трудно поверить, - такое впечатление, что их пекут
как блины.
- И тогда управляющий сказал тебе, что ошибся, назвав тебе не тот номер?
- Да он чуть не умер, увидев нас! И жаль, что не умер. - Полник закрыл
глаза, вспомнив сцену, разыгравшуюся в мотеле. -
Этот тип из двадцать четвертого номера грозился нас всех поубивать, только не
знал, с кого начать - с меня или с
управляющего. Девица собирается учинить нам обоим иск на сотню миллионов баксов.
И все трое - парень, девица и
управляющий - в один голос орут на меня. Через некоторое время управляющий
клянется, что велел мне идти в двадцать
вторую комнату. Поэтому я иду туда и выясняю, в чем дело.
Там сидит какой-то нервный хмырь, который так напуган, что готов
разрыдаться. Оказывается, он нес удочку и оступился,
и чертово удилище попало прямо в экран телевизора, и кинескоп взорвался!
- Ну, любой человек может перепутать комнаты, - сказал я, успокаивая
Полника. - Во всем виноват управляющий - ведь
это он сбил тебя с толку.
- Надеюсь, шериф тоже в это поверит, - с сомнением в голосе произнес
сержант. - Поскольку потом выяснилось, что
голый парень - младший брат мэра - тот самый, который всегда дает ему
кругленькую сумму на предвыборную кампанию, а
девица с банным полотенцем на голове - совсем не его жена. Она - официантка
придорожного ресторана в двух кварталах от
мотеля, где клиентов обслуживают прямо в машинах.
Позже управляющий сказал мне, что вся публика, наблюдавшая за этой сценой,
узнала их.
Из кабинета шерифа появилась Аннабел Джексон, и вслед за ней оттуда
послышался грозный рык - это шеф звал Полника
на расправу. Сержант послушно заковылял в кабинет с таким же выражением лица, с
каким, наверное, французские
аристократы поднимались на гильотину. Впрочем, трудно представить себе
аристократа с лицом кроманьонца
"Кроманьонцы - люди современного типа, существовавшие в древности в Европе и
резко отличавшиеся от неандертальцев.".
- Бедный сержант Полник! - с сочувствием сказала Аннабел. - Как мне жаль
его. Шериф вне себя от ярости!
- Вы хорошо выглядите, Аннабел, - заинтересованно произнес я. - Хотя чуть
поправились, но только в тех местах, где
нужно.
Аннабел села за свой стол и сделала медленный глубокий вдох, отчего
кофточка из органди на ее красивой высокой груди
опасно натянулась.
- Посмотрите вниз и поймете, о чем я говорю, - сказал я.
Аннабел с шумом выдохнула воздух.
- Я прекрасно провела отпуск, - с горечью произнесла она. - Три
незабываемых недели у себя дома, в Джорджии, где все
мужчины - джентльмены и знают, что к девушке надо относиться с уважением! И в
первый же день на работе опять вы с
вашими гадостями! Не знаю, чем я прогневила Бога. Наверное, сделала что-нибудь
ужасное, но почему я должна общаться с
таким чудовищем, как вы!
- Не понимаю, что такого ужасного вы могли натворить у себя в Джорджии, -
сказал я. - Особенно если все мужчины там,
как вы говорите, сплошные джентльмены и иначе как с уважением к женщине не
относятся!
- Знаете, о чем я мечтаю, - задумчиво сказала секретарша шерифа, - мы с
вами сидим в офисе и вы изощряетесь в
словоблудии. И вдруг прямо под вашими ногами разверзается огромная дыра в полу и
вы падаете! Из дыры вырывается язык
пламени, и она закрывается. И только на полу остается маленький след от ожога!
В эту минуту из кабинета вышел Полник, избавив меня от необходимости
изобретать ответ. По выражению его лица я
понял, что шериф метал в него громы и молнии.
- Ну, что он сказал? - спросил я, направляясь в кабинет Лейверса.
- Велел мне целый месяц выходить в ночные смены, - пожаловался сержант, -
начиная с сегодняшней.
Моя старуха меня убьет! Она скажет, что я это подстроил нарочно!
Когда я закрывал за собой дверь, шериф раскуривал сигару. Его
многочисленные подбородки еще сотрясались от гнева, а
побагровевшее лицо только-только начинало приходить в норму.
- Как мне надоел этот кретин Полник! - прорычал он. - Вы оказали бы мне
большую услугу, если бы завезли его куданибудь
и шлепнули.
- Управляющий отелем назвал ему не правильный номер комнаты, - сказал я. -
Это может случиться с каждым.
- Однако ворваться в комнату младшего брата мэра и его любовницы, а затем
отвести их голышом в кабинет
управляющего, - проговорил шериф, - до этого мог додуматься только Полник!
При всей моей симпатии к Полнику с этим трудно было не согласиться, поэтому
я решил переменить тему.
- Док Мэрфи уже прислал вам отчет о вскрытии?
Лейверс кивнул:
- Смерть наступила от удушья. Время - между часом и двумя ночи. Перед
смертью жертва была жестоко избита кожаным
бичом.
- И изнасилована? - спросил я.
- Нет. - Шериф помолчал, глядя на меня. - Конечно, это могло быть убийством
на сексуальной почве.
Убийца вполне Мог быть садистом, получающим удовольствие от избиения жертвы
и последующего ее удушения.
- Я думаю, в мотиве этого убийства секс вряд ли вообще присутствовал,
шериф, - осторожно заметил я. - Оно могло быть
и случайным. Но скорее всего, подстроено таким образом, чтобы запутать следы и
навести подозрение на кого-нибудь
другого.
Я рассказал ему о людях, с которыми мне пришлось встретиться. И о том, что
они мне рассказали и о чем умолчали.
Лейверс сидел и как будто даже не прислушивался к моим словам. Но я по опыту
своему хорошо знал, что внутри этой горы
жира скрываются ум и проницательность хитрой лисы, что неоднократно поражало
меня.
- От этого дела воняет дерьмом, - со всей серьезностью заявил шериф. - И
почему они выбрали для своих гнусных сделок
именно мой округ?
- Хороший вопрос, - устало заметил я. - Хотите, чтобы я пошел и спросил их?
- Либо Кингсли, либо его жена врут, во сколько Кингсли вернулся вчера ночью
домой. Кордиан и эта девица Блэр могут
врать о том, что на самом деле случилось с Ширли Лукас. А уж Стрэчен и его
адвокатша наврут тебе с три короба, лишь бы
только избежать публичного скандала!
- Не вижу смысла, зачем им обманывать меня по поводу звонка Дана, -
возразил я.
Шериф подозрительно фыркнул:
- Да они просто обвели тебя вокруг пальца! Неужели не понимаешь? Теперь ты
будешь сидеть и ждать этого мифического
звонка, а они тем временем смоются.
- Так что же вы предлагаете? - осклабился я.
- Отправляйся прямо к Кингсли и попробуй вывести его из равновесия. Напугай
их обоих до смерти и не отставай, пока
кто-нибудь из них не расколется.
- Спасибо за совет, шериф Лейверс. - Я подошел к двери и открыл ее. Потом
обернулся и посмотрел на него. - Не
возражаете, если я тоже дам вам один совет?
- Я такой толстый, что мне трудно сдвинуться с места, - беззлобно проворчал
он.
- Я хотел попросить вас связаться с Сан-Франциско и предложить им выслать
нам стенограмму суда над Стенсеном.
- Я сделаю все, что вы попросите, лейтенант! - доброжелательно пообещал
шериф.
Когда я вышел из кабинета, Полника уже не было, а Аннабел печатала. По
дороге к двери я пригляделся к полу, но
никакой отметины от огня там не увидел.
Глава 4
- Я рассказал вам все, что знал, лейтенант. - Кингсли засунул руки поглубже
в карман брюк и бросил на меня сердитый
взгляд, каким, наверное, Калигула смотрел на провинившихся слуг. - Не вижу
смысла начинать все заново.
- У вас, наверное, был провал в памяти, - многозначительно сказал я. - И вы
забыли сообщить мне, что Ванда Блэр здесь, в
Пайн-Сити, поскольку Кордиан привез ее и Ширли Лукас с собой.
- Учитывая, что я находился в растерянных чувствах, думаю, это можно
понять, - коротко сказал он.
- Кордиан говорил, что привез девицу Лукас в качестве сюрприза для вас,
несмотря на то, что знал о том, что вы здесь с
женой.
- Хэл был уверен, что они не встретятся. Они с Адель друг друга терпеть не
могут. Так что Адель никогда бы не пошла со
мной в дом, где остановился Кордиан. Вас устраивает это объяснение, лейтенант?
- Никак не могу понять, - небрежно бросил я. - Почему он так нуждается в
вас, дисквалифицированном адвокате?
Кингсли зажал свою толстую нижнюю губу между указательным и большим пальцем
и резко потянул вниз.
- Он знает, что я могу дать ему очень полезные советы при заключении
контракта со Стрэченом, - напряженно сказал он. -
Чтобы потом никто не смог подкопаться.
- А какова во всем этом роль Тайлера? - спросил я.
- Я же вам уже говорил, он мой личный помощник! - с раздражением ответил
Кингсли.
- Интересно, для чего дисквалифицированному юристу личный помощник?
- Я не буду отвечать на этот дурацкий вопрос, - тонким голосом возмутился
Кингсли. - И вообще, ваши бессмысленные
вопросы мне уже успели порядком надоесть, лейтенант.
- Ну хорошо, - пожал я плечами. - А ваша жена дома?
- Она в бассейне. Тайлер рассказал мне, что она подслушала наш утренний
разговор. Надеюсь, вы понимаете, лейтенант:
она наплела вам всякой чуши о том, что я, мол, вернулся домой позже, из чистой
ревности.
- Ну что ж, - мягко сказал я, - теперь хочу задать все те же бессмысленные
вопросы ей, мистер Кингсли.
- Как пожелаете. - Он сверился со своими тонкими пластиковыми наручными
часами. - У меня через полчаса встреча с
Хэлом. Вы не возражаете, если я вас покину, лейтенант?
- Ни в коем случае, - учтиво ответил я.
- Спасибо! - Ноздри бывшего адвоката на мгновение раздулись. - Я беру с
собой своего личного помощника, если вы и тут
не возражаете.
- Нет, не возражаю, мистер Кингсли, - заверил я его. - А вы можете описать
мне Джо Дана?
- Зачем?
- Мне просто и интересно, как он выглядит, - уклончиво пояснил я.
- - Ему около сорока; он среднего роста и веса, волосы русые, начали
потихоньку редеть, очень яркие голубые глаза. Если
вдуматься, Дана - олицетворение среднего мужчины. У этого человека мягкая манера
разговаривать, и я не слыхал, чтобы он
когда-нибудь выходил из себя. Даже когда Хэл занял кресло Стенсена, столь
неожиданно освободившееся.
- А он все еще в Сан-Франциско? - будто между прочим поинтересовался я.
- Что? - В глазах Кингсли с набрякшими веками на секунду вспыхнуло
удивление. - Откуда я могу знать, черт возьми?
- Могли бы и проверить, - прорычал я. - Ведь, кроме вас, это - единственный
человек, которого можно заподозрить в
убийстве Ширли.
- Его нет в Сан-Франциско, - ответил Кингсли.
Судя по его тону, он уже начал уважать меня. - Из того, что я слышал, -
продолжал он, - а на мои источники информации
можно положиться, - Стенсен исчез из виду три дня назад и никто не знает, где
он.
Такое впечатление, что он умеет просто растворяться в воздухе. А с ним и Лу
Фишер.
- Хорошо, - бросил я. - А кто такой этот Фишер?
- Один из профсоюзных деятелей. Из тех, что обычно заваривают кашу.
- Член шайки головорезов? - хотел уточнить я.
- Ее главарь! - бросил Жерар Кингсли.
- Вы не звонили вчера Ширли Лукас, покинув квартиру Кордиана?
- Конечно же нет. - Кингсли нетерпеливо замотал головой. - Увидев ее у
Кордиана, я был раздосадован.
Мне вовсе не хотелось общаться с Ширли в момент, когда здесь, в этом доме,
меня ожидала жена.
- А когда вы пришли домой, ваша жена уже спала?
- Не знаю. Я не заходил в ее спальню.
- Вы спите отдельно?
- Да черт возьми ваше... - Кингсли вовремя спохватился и сменил тон:
- Адель вовсе не считает, что половая жизнь входит в обязанности жены. Она
рассматривает секс как награду мужу за
хорошее поведение. А если же он ведет себя, с ее точки зрения, плохо, то его в
наказание лишают секса. Адель очень не
понравилось, что меня дисквалифицировали. И я пока еще не заслужил прощения. -
Жерар Кингсли снова посмотрел на часы.
- Прошу простить меня, лейтенант, но я должен идти. Иначе опоздаю на встречу.
- Разумеется, идите, - согласился я.
Подождав, пока он уйдет, я не спеша двинулся в сад.
На улице по-прежнему была духота, в воздухе - ни дуновения. Я услыхал, как
хлопнули двери автомобиля, потом взревел
мотор, и Кингсли уехал. Тайлер, должно быть, сидел в ожидании за рулем, держа
руку на ключе зажигания.
На цементном полу у бассейна на банном полотенце растянулась русоволосая
тигрица. Она лежала на животе, и трусики
желто-зеленого бикини едва прикрывали ее бронзовые, смазанные маслом для загара
ягодицы. На шее тигрицы я заметил
легкий золотистый пушок. Глаза женщины скрывали темные очки, в которых
отражались блики воды. Увидев меня, тигрица
села и сняла очки. И я снова поразился, сколько холода в ее глазах.
- Вы пришли, чтобы арестовать моего мужа, лейтенант? - с вызовом спросила
она.
- Пока еще нет, - спокойно ответил я. - Сначала я хочу создать и укрепить в
нем ложное чувство безопасности. Он
расслабится, сделает неверный шаг и этим выдаст себя. Убийцы всегда так делают,
по крайней мере в кино.
- У вас мрачный юмор, лейтенант. Но я думаю, что это лучше, чем ничего. Я
раньше считала, что офицерам
непозволительно иметь чувство юмора.
- У нас в Пайн-Сити начальство придерживается прогрессивных взглядов, - в
том же тоне сказал я. - Нам разрешают
смеяться не меньше трех раз в день.
- Надеюсь, что вам было не до смеха, лейтенант, - ведь мы должны были
выяснить, где Жерар провел ночь.
- Тайлер сообщил мне, что вы подслушивали наш разговор. Поэтому он присел
под окном и тоже все слышал, -
проговорил я. - Вас взбесил тот факт, что пока вы были в Палле-Спрингс, ваш муж
развлекался здесь с девочкой по вызову.
Поэтому вы решили ему отомстить и плели мне заведомую ложь. Тайлер сказал, что
если вас задеть, то вы не успокоитесь,
пока не проучите обидчика.
- Ну погоди же, гнусный стукач, я тебе устрою, - злобно прошептала Адель, и
от этой угрозы в адрес Тайдера мне стало не
по себе. - Хорошо, может быть, я и наврала вам, а может, и нет!
- Хотите попробовать снова обмануть меня - надеетесь, что на этот раз я вам
поверю, да?
- Тайлер вчера лег спать очень рано, - не сдавалась тигрица. - Я легла
через час после него и тут же уснула. Никто не
знает, в какое время Жерар вернулся домой - мы ведь спим отдельно!
- Ваши слова - палка о двух концах, - заметил я. - У вашего мужа нет алиби
на время убийства, но его нет и у вас!
- У меня? - Адель так и покатилась со смеху. - Вы что, серьезно?
- Может быть, вчера вы уже знали о связи вашего мужа с Ширли Лукас. Знали,
что она приехала сюда вместе с Кордианом
и что ваш муж ее видел у него. Вы могли под каким-нибудь предлогом вызвать ее
сюда.
А потом убили. Тело бросили в саду, чтобы утром сделать вид, что нашли его.
Вы думали, что вашего мужа сначала
заподозрят, а потом и обвинят в убийстве.
- А вы, оказывается, порядочный сукин сын, лейтенант. Но вы мне начинаете
нравиться, - с теплотой в голосе заявила
Адель. - Могу побиться об заклад, что, запершись где-нибудь в задней комнате
полицейского управления, вы избиваете тех,
кто попал к вам в руки, и делаете это просто из удовольствия.
- Если честно, то предпочитаю хлестать их бичом, - ответил я. - А вы?
- Кусок железной цепи, вот что я... - Лицо Адель вдруг напряглось. - Я
видела следы на теле девушки!
Чем ее били? Кожаным бичом!
- Или чем-то похожим. - Я взглянул через бассейн на куст, усыпанный
безобидными цветами. - Сегодня утром я
разговаривал с Кордианом, миссис Кингсли, и он упомянул вас.
- Наверное, облил меня грязью с ног до головы, - напряженно произнесла
Адель. - Называйте меня по имени, а я перестану
называть вас лейтенантом, - добавила она.
- Мое имя Эл, - подсказал я. - Кордиан утверждает, что вы всегда были
против связи вашего мужа с профсоюзами и лично
с ним.
- Я всегда была убеждена, что Жерар вполне мог обеспечить нам достойную
жизнь честным трудом, - отрезала Адель, - не
марая свое имя связями с рэкетирами и жуликами! Я всегда отказывалась общаться с
ними. Стенсен был достаточно умен,
чтобы оставить нас в покое. Зато Кордиан нам проходу не давал. Мне кажется, он
всегда видел во мне нечто вроде вызова.
Хэл ненавидит меня из-за своего происхождения, поскольку в моем присутствии
чувствует свою неполноценность. -
Одним движением Адель встала на ноги. - Даже от разговора о Кордиане у меня во
рту появляется неприятный привкус.
Пойдемте в дом и выпьем чего-нибудь.
Когда мы вошли в гостиную, Адель встала за стойку бара и поставила на нее
два стакана.
- Что вы пьете, Эл?
- Виски со льдом и чуть-чуть соды, - ответил я.
- Чуть-чуть соды? - Адель пожала плечами. - Вы, наверное, мазохист.
- Скорее любитель подглядывать, - небрежно бросил я. - Ваш муж рассказал
мне, что вы регулируете его сексуальную
жизнь по системе поощрений-наказаний.
Адель пододвинула мне стакан, а потом поднесла свой бурбон со льдом ко рту
и отпила глоток.
- Вы, верно, на него крепко надавили, - прошептала она. - Обычно Жерар
избегает обсуждать подобные вопросы.
- Ваша женская логика меня поражает, - сказал я. - Вы отказываете мужу в
сексе за то, что его дисквалифицировали. А
потом приходите в ярость, узнав, что он искал утешения на стороне! Что-то здесь
не стыкуется.
- Для начала нужно попытаться понять нас обоих. - Адель медленно провела
кончиком языка по полной верхней губе. -
Жерар любит подчиняться, и, отказав ему в сексе, я сделала ему одолжение. Он
нарушил правила игры, связавшись с этой
маленькой шлюшкой! Я бы непременно простила его, попроси он меня еще пару раз!
- А зачем Кингсли нужен Тайлер теперь, когда его дисквалифицировали? -
поинтересовался я.
- За ходом вашей мысли трудно уследить, Эл! - Адель слегка пожала плечами.
- Думаю, Тайлер остался у нас просто
потому, что муж к нему привык. Он служит у него уже много лет. Я думаю, что
Тайлер помогает Жерару восстановить
потерянное самоуважение, после того как я его отвергла!
- Должно быть, Кордиан хорошо оплачивает услуги вашего мужа, раз он может
позволить себе держать Тайлера и тому
подобные вещи.
- Я предпочитаю об этом не думать, - резко ответила Адель. - Когда мы
поженились, Жерар получил благодаря мне
положение в обществе и знакомства. С их помощью можно было бы завести себе
приличную клиентуру и жить припеваючи.
Так нет, он связался со Стенсеном и лишился положения в обществе и богатых
клиентов!
- А давно вы женаты?
- Три года.
- Но ведь Кингсли значительно старше вас, Адель.
- Я у него вторая жена. - Адель поднесла ко рту стакан и не спеша выпила
свой бурбон. - Он прожил с первой женой
пятнадцать лет, а потом она неожиданно умерла. Эта смерть сильно потрясла его.
Но потом в его жизни появилась я, и он
утешился.
- Я думаю, это произошло в то время, когда у вас были свои собственные
проблемы, - предположил я.
- Тебе не удастся унизить меня, самодовольный ублюдок! - возмутилась Адель.
- Я и не собирался вас унижать, - не менее возмущенно ответил я.
Из глаз женщины исчезла ярость.
- Прошу прощения, Эл. Это, наверное, Кордиан рассказал вам, что случилось с
моим отцом.
- Забудьте об этом, - миролюбиво сказал я.
- Если бы я могла об этом позабыть! - с грустью произнесла Адель. - Слишком
хорошо я знаю, почему Кордиан взял себе
Жерара в советники и платит ему большие деньги. У меня мурашки бегут по коже,
когда я представляю себе, что он не спит
ночами, злорадствуя по поводу крушения карьеры Жерара! Без него Жерару был
только один путь - на дно. И скоро наступит
момент, когда Кордиан поставит меня перед выбором - либо я начну относиться к
нему благосклонно, либо мой муж лишится
его поддержки!
- И что в
...Закладка в соц.сетях
