Жанр: Детектив
Мы не мафия, мы хуже
...открытые ворота одного, вбежал туда. Около
"семерки" стоял с поднятыми руками пожилой
мужчина в очках.
- Заводи! - заорал Атаман. Перестрелка на какое-то мгновение стихла. Но
через несколько секунд выстрелы, быстро
перемещаясь вправо, застучали снова.
- Все, - заведя машину, сказал пожилой.
- Трогай, - усаживаясь рядом и приставив ствол пистолета к его боку,
приказал Атаман.
- Кто такие?! - пнув ногой в окровавленный бок лежавшего мужчину, громко
спросил рослый человек с автоматом.
- Да иди ты, мусор! - стонуще отозвался тот.
- Парни Моряка, - подойдя, сказал молодой мужчина в джинсовом костюме.
- Приехали Атамана выручать. И получилось... - Он тоже пнул лежавшего в
грудь.
- Ты, сучара, - дернул тот скованными сзади руками, - меня бы пять минут
назад пнул. На пузо грохнулся бы, гребень.
- В машину его, - подойдя, приказал подполковник милиции.
- Он от гаражей на "семерке" ушел! - К нему подбежал капитан милиции. - А
семьсот двадцать, семь-два-ноль, ЭР ТЭ,
Воробьев Михаил Павлович, - хозяин.
Пятьдесят три года. Не судим. Мы объявили розыск. Не уйдет.
- Троих положили, сучары, - простонал коренастый мужчина, поддерживающий
раздробленную в локте руку. - Взяли когото.
Кого - не знаю. Мы с Митяем оторваться сумели. Я вот пулю уже в машине
поймал.
- Моряка, говорят, замочили, - сказал невысокий парень с пистолетом. - Он с
Шакалом сцепился, вот и попал под раздел.
Точняком его Шакал подставил. У них с некоторыми мусорами вась-вась. Они вообще
приборзели. Мы теребим "зверей" на
рынках - плати процент парням...
- Сами виноваты, - промычал раненый. - Надо было сразу за них взяться,
когда они только начали. А потом они хрен свое
упустили. Петрака заколбасили.
Лось в тачке подорвался. Локотка на двадцатку в тюрьму упрятали.
Подставили.
А...
- Надо разбегаться в разные стороны, - перебил его парень. - А то и нас
похоронят с песнями "Битлз". Они любят вводить
новшества. Атаман, как думаешь, уйдет? Единственный мужик среди всех этих
заблатненных путный был. А остальные... -
Он плюнул. - Ну, Моряк еще.
- И ты, Блин, всегда по масти один на льдине, ломом подпоясанный, -
усмехнулся парень. - А сейчас отморозком станешь.
Свои же и замочат.
- Свои - нет, - ухмыльнулся Блин. - Лично мне по хрену все эти мафиози.
Шестерить перед ними не стану. Они...
Распахнувшаяся дверь помешала ему договорить. Сильный удар ногой в лоб сбил
его. Парень, отпрянувший назад,
вскинул пистолет. Сзади раздался звон разбитого стекла. Получив удар прикладом
по голове, он потерял сознание и упал на
пол.
- Взяли, - сказал в переговорное устройство крепкий мужчина в камуфляже. -
Атамана нет.
- Все путем, - заходя в тамбур вагона, довольно вздохнул Атаман. - А куда
поезд идет? - неожиданно спросил он.
- Погоди-ка, - удивленно посмотрел на него молодой проводник, - тебе куда
надо?
- Короче, - сунув ему сто долларов, кивнул Атаман, - веди в купе.
- Ну, ты даешь, - взяв доллары, покрутил головой проводник. Поезд тронулся.
- Так я и думал, - буркнул Кардинал.
- Что опять случилось? - спросил Лев, потягивая пиво.
- Там такое, что и поверить трудно. Уголовники, которые работали на нас,
разделились. Моряка убили люди Шакала. У
него в милиции работают несколько парней. Очень удобно - провоцируют человека, а
потом убивают. Применение оружия на
поражение всегда оправданно. Атаман объявил войну, он мужик опасный. Сначала
стреляет и только потом думает. Чем и
нравился мне, но сейчас он опасен. Его, правда, разыскивает милиция, но на нее
мало надежды. Если уж они сразу прихватить
его не смогли, то потом вообще вряд ли найдут.
- Плевать на Атамана, - пренебрежительно махнул рукой Лев. - Если уж таких
бояться, то...
- Не бояться, - поправил Кардинал, - а опасаться. Он многое о нас знает. К
тому же смел. Он не станет прятаться от нас, а
будет жалить везде, где может. Атаман - опасный враг. Но некоторое время он не
страшен, ранен. Надо постараться отыскать
его в ближайшее время. Он много знает, и потому очень опасен. А кроме того,
неприятно осознавать, что в любое время в
тебя где угодно могут выстрелить, - Лично я думаю, - проговорил Лев, - что
там...
- Шакал сказал обидные для Атамана слова, - улыбнулся Кардинал, - из-за
этого все и началось. Моряк скорее всего не
принял, что главным среди них стал Расписной, а не он. Поэтому...
- Подожди, - перебил его Лев. - Значит, Атаман не будет воевать с нами.
Он наверняка ждет тебя, чтобы поквитаться с Шакалом. Атаман верит и предан
тебе. Ведь насколько я помню, ты спас его
от пожизненного и он даже был освобожден из-под следствия. Нашли настоящего
преступника.
- Знаешь, а ведь ты прав. Значит, Атаман постарается выйти на меня, чтобы
объяснить, что виновен Шакал. Отлично. Ты
умеешь находить верные решения.
- На том стоим. Мой отец всегда говорит - человека отличает не только
умение что-то делать, но и умение размышлять и
находить правильный ответ.
- Твой отец - великий человек, - кивнул Кардинал. - Он сумел собрать нас
вместе и внушить простую мысль: не пытайтесь
вредить или мешать друг другу, а тем более воевать. Объединитесь, говорит Карл
Игоревич, и тогда вы сможете все. Мы
попробовали, и, - он развел руками, - твой отец оказался прав. Правда, и у нас
не бывает без бытовых ссор, но главное - мы
делаем одно дело. У нас есть люди везде - начиная с Охотного ряда и кончая
Кремлем. Сейчас в криминальной хронике
частенько стали рассказывать о том, что задержан преступник с мандатом помощника
депутата Государственной Думы.
Иметь подобный документ было мечтой каждого, кто жил не в ладах с законом. Но
милиция научилась никого не бояться. И
сейчас им плевать на кучу удостоверений. Правда, в отдаленных областях такие
документы еще играют немаловажную роль. -
Потянувшись, вздохнул. - Как тебе подруги Игоревой секретарши? - сменил он тему
разговора.
- К сожалению, - усмехнулся Лев, - близкого контакта не получилось.
Тебе как раз позвонили. А так, внешне очень даже ничего. Лично я не против,
если они явятся еще.
- Извини, - с насмешливым сожалением проговорил Кардинал. - Сейчас другие
дела нужно делать, тем более что эти
красотки никуда не денутся. А дамочки действительно хороши, мы ими займемся, но
позже. А как тебе сама секретарша?
- Я вижу, она тебя заинтересовала. - Лев засмеялся.
- Не то чтобы уж очень, но вполне может быть. Мне впервые в женщине
нравится абсолютно все. Ноги, фигура, глаза,
лицо, волосы и даже как говорит. А уж об ее характере я молчу, она просто чудо.
Как ты думаешь, Игорек спит с ней?
- Ну ты даешь! - рассмеялся Лев. - Они здесь кроссворды решали или
составляли бумаги для отчета в налоговую полицию.
- Посмеиваясь, открыл еще одну бутылку пива.
- Что ты собираешься делать с группой Атамана? - спросил Лев. - Ведь многие
его уважали, особенно молодняк. Для них
он был кумиром.
- Сначала - да, - согласился Кардинал. - Но теперь кумир молодых - доллар.
И чем их больше, тем авторитетней тот, кто эти
доллары дает.
- Я приехал по поручению отца, - сказал Лев. - Он просил узнать как можно
больше о вашей каторге. Кто работает в охране,
кто каторжане, как удается...
- Минуточку, Лева, - рассмеялся Кардинал. - Я знаю, что такое здесь есть. А
как и что, это вопросы местному руководству.
А почему Карла Игоревича это интересует? Меня он ни разу не спрашивал. Я бы
узнал все подробнее и доложил ему.
- Отец просил меня разузнать, потому что я хочу устроить подобное в
Кировской области.
- Не получится. Во-первых, там полно настоящих лагерей. Во-вторых, в
населенном пункте можно содержать даже
большое количество людей незаметно для окружающих. Например, в подземном гараже.
И работать они должны там же. Если
же ты построишь что-то в лесу, очень скоро твое поселение будет обнаружено. Так
что оставь эту идею. Я не понимаю, как
Карл 124 Игоревич решился на такое.
- Я же сказал, - немного раздраженно проговорил Лев, - это хочу сделать я.
- Понятно, - усмехнулся Кардинал. - Хочешь доказать отцу, что тоже что-то
можешь.
- Да! - вспылил Лев. - Хочу! Потому что надоело быть просто сыном великого
всемогущего Карла. Знаешь, - вздохнул он, -
когда мы начинали с Семеновым, я чувствовал себя человеком. Потому что делал все
сам. Конечно, от бандитов меня
защищал отец, но в остальном я был независим. Сейчас я чертовски завидую
Семенову. Он добился в жизни многого, сам,
без всякой помощи. Вот...
- Осади лошадей, Левушка, - насмешливо прервал его Кардинал. - Каждый из
нас делает то, что умеет, потому что мы
организация. Понимаешь? Над нами только Бог и смерть, которая ожидает всех. Твой
отец - голова, которая нужна любой
компании.
- Но посмотреть на вашу каторгу, - вздохнул Лев, - я могу?
- Знаешь, - натягивая на голову черную шапочку-маску с прорезями для глаз,
сказала Светлана крепкой рыжеволосой
женщине в камуфляже, - я, кажется, поймала удачу за хвост.
- Ты про Пряхина?
- Да, я провела замечательную ночь. Он сильный, нежный мужчина и очень
щедр, что тоже немаловажно. - Она
рассмеялась. Рыжеволосая изумилась:
- Вот уж не подумала бы. Сухарь сухарем. Правда, пару раз я замечала, что
он смотрит как-то не так. Ну, не как на
сотрудника, а как на женщину. Ты не против, если я тоже...
- Конечно, против. Даже не пытайся, Катюха. А то...
- Господи, - рассмеялась Екатерина. - Да ты никак меня напугать хочешь?
- Вы долго еще? - заглянул в раздевалку плотный мужчина в маске. - Пора
смену принимать.
- Идем. - Светлана шагнула к двери.
Четверо мужчин, обросших щетиной, грязных, в порванной одежде, хрипло дыша,
поднимали в кузов "КамАЗа" двойные
блоки. Один из них, едва положили блок, схватился руками за грудь и, протяжно
застонав, медленно опустился на кучу
гальки.
- Эй! - подскочил к нему один из стоявших в стороне надсмотрщиков. - Чего
улегся? Подъем! - Он несильно хлопнул его
дубинкой по плечу.
- Сердце, - промычал мужчина. Даже сквозь грязь было видно, как побледнело
его исхудавшее лицо.
- Я сказал, вставай, - пнул его надсмотрщик. Тот ткнулся головой в землю у
его ног. Присев, охранник проверил пульс.
Потом приложил два пальца к сонной артерии.
- Готов, - поднимаясь, кивнул он.
- Продолжайте работать! - зычно крикнул появившийся на. помосте человек в
черной, облегавшей тело эластичной одежде.
В его руках был автомат. Несколько каторжников продолжили погрузку. Охранники
подхватили труп, пронесли его несколько
шагов и, раскачав, бросили в форму для перекрытий, только что наполненную жидким
бетоном. Несколько секунд тело
держалось наверху. Затем медленно начало погружаться.
- Перед этим, - с коротким смешком вспомнил один из надсмотрщиков, - тоже
одного хоронили. Так подняли готовую
балку, а из нее пальцы торчат.
Забетонированные. - Он рассмеялся. - Они же, - презрительно мотнул он
головой на продолжавших погрузку оборванцев, -
зачищали поверхность и бетоном замазывали. Вот, представляю, кто-то будет эту
балку для чего-то пробивать, кости найдет. -
Он звучно хлопнул дубинкой себя по ноге.
- Я бы так не смог, - сказал второй. - Уж лучше кому-нибудь башку проломить
и пулю поймать, чем вот так. - Все на
словах смелые, - хохотнул первый, - а на деле другое. Вон сколько лихих ребят на
пожизненном сидят. Там уж точно терять
нечего, сдохнешь в камере. И бросались бы на конвой, так хренушки. Пусть так, но
живу. И эти так же. Эти хоть надеются,
что кто-то узнает и освободит их. Уж тут они бы на нас отыгрались. Я, например,
с ходу себе пулю в рот вкачу. Они же на
кусочки порвут и живого жрать начнут.
- Точно, - согласно кивнул первый.
- У нас пополнение, - сказала рыжеволосая. - Когда поступили? - спросила
она у другой надсмотрщицы.
- Ночью привезли, - зевнула та. - Троих, Одна еще засранка совсем. То ли
шестнадцать лет, то ли семнадцать. Все ревет,
бедненькая, - насмешливо пожалела она. Посмотрев на часы, снова зевнула. - Мы
ушли. Ты с кем сегодня? С Бешеной?
- С ней, - усмехнулась рыжая.
- Ну, вы и парочка, - улыбнувшись, покачала головой собеседница. - Бешеная
и Яростная. Кто вам такие прозвища дал?
- Было дело, - отозвалась с коротким смешком Екатерина.
- Через три дня прибудут три машины за блоками из Подмосковья, - довольно
улыбаясь, сказал Лобов. - Мне одна
знакомая звонила. Какую-то стройку затеяла. Цену узнала и сразу решила: брать
буду только у вас.
- Откуда она знает, - спросил Семенов, - что ты можешь помочь ей со
стройматериалом? - Так я же работал в этом
направлении, - напомнил Лобов. - Когда с Лубковым начинал. На него, кстати, -
усмехнулся он, - подействовали. Вчера
увидел, так приветливо поздоровался.
- Скоро они все будут кланяться.
- Да это не самое главное. Куда важнее безопасность. - Лобов вздохнул.
- Порой страх так за горло берет, что как будто душит кто.
- Ну, это ты зря, - возразил Семенов. - Нас боятся, а не...
- Я закона боюсь, - тяжело вздохнул Василий. - Хоть и говорят, что сейчас в
России все можно, анархия. Но есть закон, и
сила у него имеется. Я постоянно криминальную хронику смотрю. Там, бывает, таких
тузов прихватывают, куда уж нам, -
махнул он рукой.
- Так нам и предъявить нечего. Да, у нас частное предприятие по
производству строительных материалов. Налоги мы
платим исправно. В инспекции даже удивляются, - улыбнулся он, - все до копеечки
учтено. А что за нашими спинами
делается, мы не знаем. У нас на заводике двадцать два человека рабочих.
Еженедельно получают зарплату. Про тех, - он дернул подбородком вниз, - мы
даже и не знаем. Конечно, если все
вскроется, нервы потреплют всем. Может, и в тюрьму попадем. Но срок нам не
дадут, потому что вины нашей...
- Думаешь, успокоил? - нервно спросил Лобов. - Меня если прижмут, все
выложу. Я с недавних пор при виде милиционера
вздрагиваю. Поэтому на своей машине и не езжу. А то видишь - стоит и дубинкой
машет, и сердце где-то в пятках сразу.
Кажется, что арестует сейчас.
- Перестань, - резко проговорил Семенов. - Если о твоих настроениях узнает
кто-нибудь не из наших, тогда точно умрешь,
так что бойся про себя.
Целее будешь. Думаешь, у меня такого настроения не бывает? Тоже порой
паниковать начинаю, хочется бросить все,
собрать вещи и уехать куда подальше.
- Наверное, меня успокаиваешь. - Василий недоверчиво взглянул на него.
- Кто бы меня успокоил, - буркнул Семенов. Некоторое время оба молчали.
- Валерка Ниндзя, - вздохнул Лобов, - чем-то недоволен в последнее время.
Все хочет встретиться с Кардиналом. Мне
Пряхин говорил, что Валерка просил его свести с Кардиналом. Что ему нужно?
- Ниндзя понял, что такое власть, - усмехнулся Игорь, - и сейчас хочет
большего. Он считает, что мы обязаны ему многим.
В этом, конечно, есть доля правды. Ведь это он создал каторгу. Набрал
охранников, даже женщин. Я не понимаю, как
женщина может работать не то что в охране тюрьмы или лагеря, а Даже в милиции.
- А Лолита? - перебил его Лобов. - Да и Алиска, твоя секретарша? - хихикнул
он. - Ты не видел, как они тренируются?
Просто ужас какой-то. Я посмотрел раз, и все. Меня теперь...
- Женщины держат форму, - улыбнулся Игорь. - Согласись, выглядят они
прекрасно. Конечно, если бы кто-то из них
посвятил этому себя полностью...
Женщины-бойцы - это ужасно. Впрочем, что мы с тобой затеяли...
- Я приехал к тебе, - напомнил Лобов, - потому...
- Как у тебя с женой? - поинтересовался Игорь.
- Почему ты спрашиваешь? - насторожился Лобов.
- Антон просил поговорить с тобой на эту тему. Я, правда не решался. Но
сейчас... - Не договорив, потянулся за сигаре той.
Лобов щелкнул зажигалкой.
- Что говорил Антошка? - не вытерпел Василий.
- Он беспокоится за мать. И я понимаю его. И вот еще что Антон работает на
нас. И мы не желаем, чтобы у вас в семье изза
тебя что-то произошло.
- Тоже мне, - раздраженно бросил Лобов, - партячейка.! Кого...
- Нас! - зло бросил Игорь. - Если уж не умеешь крутить романы, не берись. А
то даже сын от матери узнал. Запомни,
Васенька, - они поймал галстук и подтянул перепуганного Лобова к себе, - чтонибудь
узнаю - либо голову откручу, либо
девонькам отдам. Пусть тренируются. - Он рассмеялся и отпустил галстук.
Пытавшийся освободиться Лобов откинулся назад и ударился затылком о стену.
Тряхнув головой, вскочил.
- Ты не лезь в мою жизнь! - крикнул он.
- Запомни, что я сказал, - спокойно проговорил Игорь. - Нам не нужны ваши
семейные дрязги. Захочется бабы - попроси
сынка, он тебе на выбор привезет. Насчет стройматериалов, - не дав Лобову
ответить, вспомнил Семенов, - узнай все
хорошенько. Скажи цену, а уж потом...
- Мы с ней все обговорили, - недовольно буркнул Василий Григорьевич.
- Ну, тогда все. Мне нужно к Кардиналу съездить. И вот еще что. Скажи
Ниндзе, что Кардинал сейчас занят, но очень скоро
будет говорить с ним.
- Ты далеко? - спросил выходившую жену Валерий.
- В спортзал решили сходить, - ответила Лола. - Будет настроение -
позанимаюсь. А где ты был?
- В Гусь-Хрустальном, - нехотя ответил он. - Там снова рэкет объявился.
Малолетки, мать их.
- С тобой не Алиска ездила? - холодно спросила жена.
- Перестань, - шагнув, он обнял Лолу, - Что ты городишь? Уж если бы я решил
взять с собой...
- Извини. - Вздохнув, Лола прижалась к нему. - После того раза...
- Лола, милая, - рассмеявшись, он прижал ее к себе, - Бога ради, не надо
сцен ревности. Я люблю тебя и всегда буду любить
только тебя.
- Я тоже люблю тебя, - обняла его Лола. Прозвучал вызов сотового телефона.
- Всегда вот так. - Засмеявшись, она отпустила его. Валерий включил
телефон.
- Это я, - узнал он голос Лобова. - Пряхин говорил мне о твоей просьбе
насчет Кардинала. Он сейчас занят, но тобой
заинтересован. И...
- Точно?
- Какой смысл мне брехать? - обиделся Василий Григорьевич. - Тем более тебе
придется показать свое творение. - Голос
Лобова дрогнул насмешливо. - Здесь один тип интересуется. Большего сказать не
могу, но предупредить обязан.
Постарайся понравиться ему, понял?
- Я не баба, чтоб нравиться, - недовольно огрызнулся Валерий.
- И все-таки запомни мои слова. - Лобов отключил телефон.
- Отлично, - дал волю своей радости Ниндзя. - Кардинал мной
заинтересовался. И даже чуть больше. Кто-то будет
осматривать нашу каторгу. - Он подмигнул Лоле. - Скоро мы будем на коне.
- Привет, - войдя в небольшой спортивный зал, кивнула Алиса. Ее подруги в
боксерских перчатках лениво проводили
схватку. Остановившись, весело поздоровались:
- Салют, Лисица! - Обе рассмеялись.
- Ты не за нами? - спросила блондинка.
- Вынуждена тебя разочаровать, - усмехнулась Рутина. - Господа из столицы
заняты решением каких-то проблем, и им не
до любви.
- Жалко, - сказала стриженая. - Лично мне очень даже...
- Конечно, Зинка. - Поднырнув под канаты, Алиса вышла на ринг. - Ты и
уходила не очень довольная.
- Даже совсем недовольная, - поправила ее та. Они рассмеялись.
- Что-то вы лодырничаете, - надевая кимоно, сказала Алиса.
Они закружили по рингу.
- Я лучше душ приму. - Раиса сошла с ринга. Что-то вспомнив, остановилась.
- Лисица, когда турнир будет? Я в прошлом
году заработала очень прилично. Поставила на какого-то казаха, ои и делал всех.
- На той неделе.
- Говорят, новшество какое-то будет?
- Ничего по этому поводу сказать не могу, - имитируя удар в горло лежащей
на спине Зинаиде, ответила Алиса.
- Меня что, - уплетая шашлык и запивая его пивом, Федор взглянул на
стоявших у открытой двери двух крепких парней, -
на случай войны откармливают?
Или потом по банкам расфасуете и будете вместо тушенки продавать?
Но охранники, как и всегда, стояли молча.
- А ваша хозяюшка не надумала проведать своего любимого?
- Слушай сюда, - внезапно негромко сказал один. - С тебя снимут цепи,
переведут в другую комнату. Ты неплохо
машешься. Будет турнир. Если выиграешь пару встреч, отпустим. Но предупреждаю -
чуть что, пристрелим. Мы с тобой
спарринги проводить не будем, так что тебе выбирать.
- Вот это да, - поразился Федор. - Я такое только в кино видел. А где же
написанное иероглифами приглашение на турнир
лучших бойцов? - насмешливо спросил он.
- Не надо иронии, Федя, - услышал он голос Ангелины. - Все это очень
серьезно. Ты будешь драться, а если выиграешь три
первые встречи, поедешь домой.
- Думаешь, я тебе поверю? - криво улыбнулся он. - Ты же знаешь, что потом я
вернусь и разнесу твои хоромы по
кирпичику. Так что...
- Выбор за тобой, - послышался из динамика голос Ангелины. - Сейчас тебя
переведут в спортзал. Там есть все, чтобы
отдыхать и тренироваться. У тебя четыре, может, пять дней. Дерешься ты
прекрасно. Скажу честно: сначала об этом я даже не
думала, но кое-что изменилось. Так что выбирай - или бои, или смерть.
- Динамик, щелкнув, отключился.
Вздохнув, Федор отбросил пустую бутылку.
- Лады, - кивнул он. - Третьего не дано. Меня все равно убьют, почему бы не
использовать шанс попробовать выжить? -
уже для себя, чуть слышно, добавил он.
- Чуть что не так, - предупредил старший охранник, - сдохнешь. В комнату
вошли еще трое. Двое подошли к Русичу и,
карауля каждое его движение, сняли оковы.
- Сразу жить легче стало, - растирая кисти рук, буркнул он.
- Вставай, - направив на него пистолеты, потребовали парни. - И спокойно.
- Приятно, когда тебя мужики с пушками боятся. - Усмехнувшись, он встал, но
покачнулся и сел на пол - от длительной
неподвижности у него затекли ноги.
- Помогите ему, - раздался голос Ангелины. Двое парней, отдав пистолеты
напарникам, взяли Федора за руки.
- Да свалите вы! - рявкнул он. Поднявшись, держась за стену рукой,
осторожно присел. - Бывало и хуже...
- С днем рождения, милая, - услышав "...говорите после сигнала...",
улыбнулся Пряхин. - Извини, что не мог приехать, не
было времени. Мы сейчас все, как говорят, в делах. Спим в машинах. С днем
рождения. Цветы тебе привезут. Подарок
можешь купить сама. Все, что пожелаешь. Целую. - Он отключил мобильный телефон.
- Если узнает, голову оторвет. Но Бог
не выдаст, свинья не съест.
- Григорий Яковлевич, - в кабинет заглянула секретарша, - звонили с завода.
Срочно просили приехать.
- Ну что там еще? - поднимаясь из-за стола, недовольно спросил он. - Что
опять случилось?
- Не сказали.
- Кто звонил?
- Из хрустального цеха, так мне сказали.
- Что там снова? - проворчал Пряхин, вышел из кабинета, звучно хлопнул
секретаршу по заднице.
- Ну что вы, Григорий Яковлевич... - зарделась та.
- Когда же ты со мной в постель уляжешься? - подмигнул он ей. - Озолочу,
Машенька.
- Что? - переспросил в мобильный телефон Антон. Выслушав, усмехнулся. -
Значит, нет их. Жаль. Скорее всего эта стерва
пронюхала обо мне и испарилась.
Повезло шкуре, я бы ее, шалаву, живой закопал. У маман сердце прихватило.
- Ты не особо злись, - посоветовал Стилист. - Я от парней Семенова слышал -
он твоему пахану втык делал. Мол, еще раз, и
всех уволю. Так что на пахана не наезжай. Тот сейчас враз успокоится.
- Да я на него особо бочку и не катил, - проворчал Антон. - Под старость
напоследок пусть погуляет.
- В общем, Семенов просил с тобой перетереть, чтоб ты не... - сказал
Стилист.
- Да все путем, - ухмыльнулся Антон. - С чего это такая забота о нашей
семейке?
- Кардинал тут.
- Понятно, - сразу стал серьезным Антон. - Дяденька очень солидный. Ему
распри на хрен не нужны.
- Здесь с ним какой-то чувак. Из-за этого и задержался. К тому же в столице
какой-то кипиш. И Кардинал как-то связан с
этим. Видать, пережидает.
- Да Кардинал всех в гробу видел, - возразил Антон. - Будет он пережидать!
Он их всех...
- Значит, не всех. - Ты-то, похоже, в курсе всех дел стал, - удивился
Антон.
- Я же все-таки не парнишка с железными кулаками, - усмехнулся Стилист.
- Было время, гулял по улицам. Потом, чувствую, власть меняется, против
вякнешь - сожрут. А я с детства умным был и
всегда знал, к кому примкнуть. Если раньше все в КПСС рвались, то теперь умные
под мафию подстраиваются. Лучше
платить, но жить спокойно. Сейчас время такое. Больше заплатишь - дольше жить
будешь. Вон Рудик, братан Ниндзи, тоже
под них устроился.
- Так ему Ниндзя и объяснил ситуацию. Мол, завязывай со своими бакланами.
Они же где кого поломать или на уши
поставить какой ларек - только так гуляли. А когда директора в кучу собрались,
быстренько все под свое крыло хапанули.
Правда, Валерка не хотел Рудика в свою копну брать. Но тот через Семенова
устроился. Сейчас по хрусталю работает.
- Как отвез? - переспросил Возин. - Подожди, но ведь...
- Я сказал, - раздраженно отозвался Семенов, - что Орехов отвез партию в
Электросталь. Поэтому там снова упали цены. С
ним нужно разобраться. Кто с Ореховым работал?
- Рудик. - Возин облизнул пересохшие губы.
- Разберитесь с Ореховым, - буркнул Семенов. - Или я сам с тобой разберусь.
Услышав гудки отбоя, толстяк вытер вспотевшую лысину.
- Тося! - заорал он. - Рудика ко мне! Срочно!
- Чего орешь? - нагло спросил вошедший в кабинет Родион. - Ты...
- С Ореховым ты разговаривал? - спросил Возин.
- Я с Елкиным беседовал, - напомнил Родион. - А что с этим Орехом?
Блатной, что ли, очень?
- Похоже, что так. С ним разговаривали. Не помню кто. Сейчас звонил
Семенов. Я сказал, что ты. - Он Поморщился. - А
выходит...
- Так в чем дело? - усмехнулся Родион. - Сейчас перебазарим. К Ореху Кирпич
ездил. Вроде все путем. Орех за двустволку
схватился. Но расстались с ним спокойно. А он, значит, не понял. Ну, лады.
Сейчас Кирпича хапну и завалимся к Ореху.
Васек Кирпич - мужик обидчивый. Он еще в тот раз к Ореху рвался. Уж больно хотел
за ружьецо с него получить. Сейчас ему
это удовольствие...
- Семенов сказал, чтоб без крови, - предупредил Возин.
- Есть, господин Возин, - шутливо козырнул Рудик. - Без крови - значит, без
крови. Мы умеем и без крови людей
убеждать. А с Елкиным порядок?
- Да. У него партию взяли. Кстати, очень хороший товар.
- Я сказал, не приезжай! - зло проговорил Орехов и с треском впечатал
трубку на рычажки.
- Кто звонил? - спросила с кухни Рита.
- Брат по маме объявился, - проворчал Орехов. - Что-то у него случилось,
вот и вспомнил. Я его и знать толком не знаю.
Он старше меня л
...Закладка в соц.сетях
