Жанр: Классика
Загадочный человек
... - У вас и без меня много дела. Есть люди, опаснее меня раненные. Да и
потом кто знает, позволят ли?
- Вам может то помочь, что вы по тем известиям, которые они имеют, не
были объявлены гарибальдийцем; вас считают просто корреспондентом.
- Так похлопочите, пожалуйста.
С помощью мистера Way и генерала-канцлера мы выхлопотали позволение
перевести Бенни в госпиталь святой Агаты.
В госпитале святой Агаты была отведена ему особая комната. Вообще
помещением он был доволен. Подле него был доктор француз, Labord.
Разница в положении Бенни с тех пор, как он находился в новом
госпитале, была довольно значительная. Он даже спустя неделю мог подолгу
сидеть на своей постели и помногу писал левой рукой. У него была большая
переписка с одним швейцарским городком, где жила им любимая личность, о
которой он, впрочем, мне сказал лишь тогда, когда уже не мог более писать и
когда я принуждена была ему читать получаемые им письма. Кроме этой
переписки, он вел дневник своего пребывания в Ментане. Все эти заметки, а
также и частные письма, оставшиеся после него, были захвачены и, несмотря на
мои убедительные просьбы, не были мне выданы. Итак, я отправлялась к Бенни
каждое утро, носила ему мясо и другую провизию и готовила ему обед сама, на
небольшом столике подле его постели. Больничное кушанье пугало его. Видя его
постоянно занятым, я убедительно просила его не писать много, не читать;
когда у меня было время, я читала ему сама. Судя по чистому наружному виду
комнаты, мне казалось, что и уход за ним должен быть хорош. Но этого-то и не
было".
Г-жа Якоби описывает следующую сцену, которую она застала однажды,
вступая в комнату больного.
"Бенни лежал на постели со свесившейся головой, обруч и окровавленные
тряпки валялись на полу, раздробленная рука, лежавшая постоянно в вытянутом
положении, сдвинута с места. Стон раздавался по всей комнате.
- Бенни, - кликнула я его, - Бенни!
Но ответа не было. Я взяла его голову, положила на подушку, дала ему
понюхать спирту, обтерла лицо губкой, намоченной в уксусе. Наконец он открыл
глаза.
- Затвори дверь, подойди ближе; вон видишь этот лес, сейчас оттуда
выбегал тигр и больно кусал мне эту руку, но я его вот так!..
Он поднял другую руку и ударил ею изо всей силы по больной руке. Меня
так и обдало холодом. Но что было делать, я села подле него и стала
дожидаться, когда он придет в сознание.
Спустя некоторое время он взял меня за руку и сказал:
- Вы давно здесь? Что было со мной, не отрезали ли уже мне руку? Что
мне делать с собою? Болезнь моя не улучшается. Не лучше ли действительно
отрезать руку? А что потом я буду делать? Ведь эта рука только и
поддерживает мое существование.
Я спросила Тачони, который осматривал больных, о состоянии Бенни.
- Да ему давно бы уже было нужно отнять кисть руки".
Танчони г-жа Якоби не доверяла и обратилась к одному англичанину,
доктору, и просила его через посредство мистера Way прийти в госпиталь.
"Когда пришел англичанин-доктор, то он, осмотрев рану, нашел, что Бенни не
спасет и ампутация. Но ампутацию все-таки сделали тотчас по уходе этого
доктора. Меня не пропускали к Бенни целых пять дней под предлогом, что ему
вредно говорить. На такой резон я поневоле должна была сдаться и ходила
только каждый день справляться о его здоровье. Ответ был постоянно тот, что
дело идет как нельзя лучше. Наконец по прошествии нескольких дней я вошла к
нему. Он был весел, показывал мне свою коротенькую руку и говорил, что ему
иногда хочется почесать себе пальцы, которых нет.
- А что, как вы думаете, смерть теперь не догонит меня? Право, не
хотелось бы умирать на полдороге жизни, а главное, жаль, что я ничего не
сделал.
Говоря это, он пристально смотрел мне в глаза, как будто видел в них
сомнение.
Действительно, он угадал: я при виде его сдерживала неприятное чувство,
которое овладело мной. Появившаяся маленькая лихорадка пугала меня, лицо его
очень изменилось, глаза ввалились, нос заострился. Одним словом, я его
считала покойником. В этот самый день посетила госпиталь бывшая
неаполитанская королева. Между тем из Швейцарии давно писали, что хотели
приехать в Рим (Это "писали", очевидно, касается молодой особы М. Н. К.,
пользовавшейся глубочайшею привязанностию Артура Бенни. (Прим. автора.)). Он
все отклонял.
Прежде он говорил: "Пусть тогда приезжает, когда ямпутация будет уже
сделана". А потом думал: "Нет, лучше тогда, когда поправлюсь. Что она будет
делать в незнакомом городе, не зная языка".
Но она не ждала ответа и прислала депешу, что уже выехала. А ему между
тем становилось все хуже. Телеграммами мы менялись два раза в день (она, к
несчастию, заболела в дороге). В первый день рождества к вечеру ему
сделалось очень худо, так что он потребовал к себе священника и в десять
часов вечера причастился. На другой день я пришла к нему, он был очень слаб
и еле узнал меня.
- А, вы снова здесь. Подойдите, ведь я не так еще страшен. Что вы ей
ответили на депешу?
Перемолвись об этом, Бенни сказал г-же Якоби:
- Только бы поправиться, как бы мне хотелось вернуться в Россию: я рад,
что, встретя вас, могу говорить по-русски.
"27 ноября я была у Бенни около десяти часов. Лихорадка била его
страшно. Лицо совершенно осунулось. Подбородок как-то надвинулся к носу.
- Бенни! - окликнула я его, проведя рукой по его уже совершенно
холодному лбу.
Он губами прикоснулся к моей руке, и несколько крупных слез выкатились
из глаз.
- Теперь я действительно умираю. А она... вы сказали, что приедет к
одиннадцати часам, ну я и старался дожить, но не могу.
Это было его последнее слово. Агония продолжалась до двух с половиною
часов пополудни. Тотчас после смерти с него был снят прекрасный портрет
масляными красками, который и был передан г-же К... 29-го его похоронили на
протестантском кладбище; в могилу его, прежде чем засыпать ее землею, мы
набросали красных и белых цветов, перемешанных с зеленью, -то были
национальные цвета Италии".
ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ
Таков рассказ очевидицы последнего томления и смерти Артура Бенни -
рассказ, которого, кажется, уже нет никакого повода заподозривать в
несправедливости, пристрастии или натяжках, тем более что все это
подтверждается по деталям рассказами известных людей, как Ивана Сергеевича
Тургенева и Петра Дмитриевича Боборыкина.
Покойный Бенни писал к обоим этим лицам письма после своего увечья
левою рукою и вообще выражал ту любовь к русским и к России, о какой
свидетельствует бывшая при его последних минутах г-жа Якоби. Покойный Артур
Бенни, испив до дна горькую чашу уксуса и желчи, смешанных для него пылкими
увлечениями его восторженной и альтруистической натуры и коварством злых
людей, маскировавших сочиняемыми на него клеветами собственную малость и
ничтожество, пришел к тем же самым разочарованиям, какие видим в посмертных
записках учителя его, Александра Герцена, человека даровитейшего и тем не
менее объявлявшего, будто он "создал в России поколение бесповоротно
социалистическое". Опубликованные посмертные записки Герцена показали, что у
него недоставало смелости сознаться, что он ошибся и что "поколения
бесповоротно социалистического" на Руси нет, а Скотинины, Чичиковы и
Ноздревы живы. Покойный Бенни, оказывается, был гораздо его искреннее, и И.
С. Тургеневу с П. Д. Боборыкиным известно, что Артур Бенни не только хотел
просить у государя прощения и дозволения возвратиться в Россию, но его даже
видели уже занятым окончательною редакциею письма к графу Петру Андреевичу
Шувалову, через которого он намерен был направить свое ходатайство к
императору. Судьба решила все это иначе.
Дописывая эти последние строки о моем усопшем друге, я хочу сказать
короткий ответ тем, кто недоволен этою повестью и протестует против ее
появления. Эти болезненно щекотливые люди между прочим говорят, что они не
видят никакой надобности в оглашении этой истории; я же вижу в этом
несколько надобностей, из коих каждая одна настоятельнее другой: 1) я хочу
изложением истории похождений Артура Бенни очистить его собственную память
от недостойных клевет; 2) я желаю посредством этой правдивой и удобной для
поверки повести освободить от порицания и осуждения живых лиц, терпящих до
сих пор тяжелые напраслины за приязнь к Бенни при его жизни; 3) я пытаюсь
показать в этой невымышленной повести настоящую картину недавней эпохи,
отнявшей у нашей не богатой просвещенными людьми родины наилучших юношей,
которые при других обстоятельствах могли бы быть полезнейшими деятелями, и
4) я имею намерение дать этой живою историею всякому, кому попадется в ру.ки
эта скромная книжка, такое чтение, в коем старость найдет себе нечто на
послушание, а молодость на поучение. Ошибочны или нет мои соображения, но
худа эта книга никому сделать не может, а малую пользу может принести хотя
бы указанием на следствие увлечений, которые будут повторяться до скончания
века, точно так же как и человеческое злословие и клеветы.
Изменяя с летами и с событиями свои взгляды и убеждения, никогда не
бесполезно отойти и поглядеть, с кем мы продолжаем сидеть, - не бесполезно
вспомнить тех,
Кто истину искал,
И тех, кто побежденный пал
В толпе бессмысленной, холодной,
Как жертва мысли благородной.
ПРИМЕЧАНИЯ
Печатается по изданию: Н. С. Лесков. Полное собрание сочинений. СПб.,
1889, т. 8, стр. 3-127.
Впервые напечатано в газете "Биржевые ведомости" (1870, э 51, 54, 56,
58, 60, 64, 66, 68, 76 и 78) под названием "Загадочныи человек. Очерк из
истории комического времени на Руси"), главы I - XXXII. Без подписи.
Отдельным дополненным изданием вышло в 1871 году: Н. С.
Лесков-Стебницкий. Загадочный человек. Эпизод из истории комического времени
на Руси. С письмом автора к Ивану Сергеевичу Тургеневу.
Непосредственным поводом к написанию книги об Артуре Бенни явились
сообщения русских газет о его смерти ("Санкт-Петербургские ведомости" от 7
февраля 1868 года, "Иллюстрированная газета", 1868, Кг 7) и отклик на них И.
С. Тургенева, выступившего в защиту Бенни в письме в редакцию
"Санкт-Петербургских ведомостей" (1868, э 52, от 23 февраля), в котором он
писал: "Смею вас уверить, что Бенни заслуживал более сочувственного
напутствия или хотя сострадательного молчания" (И. С. Тургенев. Сочинения.
Л.-М., 1930, т. XII, стр. 381).
Уже в начале 1869 года Лесков просил А. П. Милюкова помочь пристроить
его книгу: "Некоею порою я знал в Петербурге некоего "неразгаданного
человека" Артура Бенни. Он убит при Ментане, и его интереснейшая история,
мною в свое время описанная, может быть оглашена. Это вещь пряная и
забористая и, кажется, очень интересная. Шуму она может возбудить множество.
Я ее хотел напечатать в газете, но с газетами петербургскими совсем не имею
связей" ("Шестидесятые годы", М.- Л., 1940, стр. 294, письмо от 4 января
1869 года)\
По-видимому, вскоре рукопись "Загадочного человека" была отправлена в
редакцию "Русского вестника", так как в письме к Н. А. Любимову (от 25 мая
1869 года. Рук. отд. ИРЛИ (Пушкинский дом), фонд 269) Лесков писал: "Петр
Карлович известил меня, что он передал Вам, на ваш просмотр и заключение,
мою небольшую рукопись "Шпион. Эпизод из истории комического времени на
Руси". Таким образом, работу над "Загадочным человеком" можно датировать
второй половиной 1868 года. Непринятый в "Русском вестнике" очерк Лескова
уже под названием "Загадочный человек" был напечатан в феврале - мае 1870
года в "Биржевых ведомостях", а затем для отдельного издания был дополнен по
статье Якоби и рассказам Боборыкина.
Включая "Загадочного человека" в текст Собрания сочинений, Лесков
раскрыл некоторые сокращенные написания фамилий (Чернышевский - вместо
Ч-ский) и внес некоторые стилистические исправления, не меняя общей
направленности очерка.
В цитированном выше письме к Любимову Лесков так определял смысл своего
очерка: "Я бьюсь из-за того, чтобы нанести удар "предприятиям" и
восстановить доброе имя оклеветанного человека". Защита Артура Бенни от
несправедливого и необоснованного обвинения соединяется в "Загадочном
человеке" с враждебными выпадами против тех, кого Лесков называет
"предпринимателями", то есть против революционной демократии 1860-х годов.
Эта направленность очерка сильно снижает его общественную ценность, хотя
факты биографии "загадочного человека" изложены в основном достоверно.
Письмо к Тургеневу, напечатанное в начале "Загадочного человека", и
неоднократные упоминания его имени в тексте должны были, по замыслу Лескова,
сделать более достоверным его "очерк".
В современной Лескову критике "Загадочный человек" был оценен
отрицательно.
Буренин в "Санкт-Петербургских ведомостях" (1871, э 208), В. И.
Кельсиев в "Заре" (1871, э 8), анонимный автор статьи "Незагадочный
писатель" в "Вестнике Европы" (1871, э 8) - единодушно обвинили Лескова в
клевете на революционное движение начала 1860-х годов и в пристрастном
недоброжелательстве по отношению ко всем упоминаемым в книге деятелям того
времени. В. И. Кельсиев, как один из "героев" книги Лескова, возражая против
определения начала 1860-х годов как "комического времени", подчеркивал
серьезность и убежденность деятелей той эпохи. Учтя эти возражения, Лесков,
по-видимому, снял в Собрании сочинений подзаголовок "Из истории комического
времени на Руси". Но в целом книга его осталась все же памфлетным и порой
тенденциозным изображением эпохи революционного подъема 1860-х годов.
...участвовал в некоторых наших периодических изданиях: "Русской речи",
"Северной пчеле", "Книжном вестнике". - "Русская речь" (1861) -
умеренно-либеральный журнал. Издательница-редактор Евгения Тур (графиня Е.
В. Салиас де-Турнемир); "Северная пчела" - газета, в 1860-1864 годах
издававшаяся П. С. Усовым; "Книжный вестник" (1860-1867) - "журнал русской
литературной деятельности, книжной торговли, книгопечатания". В 1861-1864
годах федактировался книготорговцем Н. А. Сеньковским в умеренно-либеральном
духе.
...это выпустил... покойный г-н Европеус... - Европеус Александр
Иванович (1826-1885), петрашевец, позднее был близок к редакции
"Современника", участвовал в подготовке крестьянской реформы. Данное
замечание Лескова проверить и уточнить не удалось.
Гебраист - ученый, специалист по древнееврейскому языку и Литературе.
Иезекииль - один из четырех важнейших пророков библии. У Лескова здесь
ошибка, приводимые далее слова находятся в книге пророка Исайи, а не в книге
Иезекииля.
Рало - плуг.
Бакунин Михаил Александрович (1814-1876); - теоретик и руководитель
анархизма, в 1861 году бежал из Сибири и прибыл в Лондон.
Василий Иванович Кельсиев (1835-1872) - журналист, участник изданий
Герцена, эмигрант (1857-1867), предполагал поднять на восстание
раскольников-старообрядцев, для этого приезжал нелегально в Россию в 1862
году; в 1867 году вернулся в Россию и заявил о полном отказе от
противоправительственной деятельности, за что был прощен, и ему разрешено
было жить в Петербурге и заниматься литературной деятельностью.
Герцен Ольга Александровна (1850-1953)\. вторая дочь А. И. Герцена,
замужем за французским историком Моно.
...герценовского воззвания: "к топорам!" - По-видимому, имеется в виду
анонимное "Письмо из провинции" - ("Колокол", э 64 от 1 марта 1860 года), в
котором говорилось: "...пусть ваш "Колокол" благовестит не к молебну, а -
звонит набат! - К топору зовите Русь!"
Поездки в Норвегию Герцена-сына и Бакунина... - В 1863 году А. А.
Герцен (1839-1906) - старший сын А. И. Герцена - и М. А. Бакунин пытались
наладить транспортировку морем оружия и людей в восставшую Польшу. Однако
из-за плохой организации дела дальше Швеции им проехать не удалось.
Один русский сибирский купец - золотопромышленник Томашевский; его
отношения с Бенни и он сам изображены у Лескова карикатурно и, по-видимому,
не совсем точно; так, расстались они уже в Петербурге, а не в Берлине, как
пишет Лесков.
...известному петербургскому врачу г-ну Т-му... - имеется в виду
Тарновский Вениамин Михайлович (1839-1914), специалист по кожным и
венерическим болезням, с 1859 года живший в Петербурге.
Штосс - азартная карточная игра.
В то наивное время так верили и не в одном Лондоне. - Взгляд на раскол,
как на возможного союзника революционного движения, впервые был высказан А.
П. Щаповым в его работах "Русский раскол старообрядчества, рассматриваемый в
связи с внутреннем состоянием русской церкви и гражданственности в XVII веке
и в первой половине XVIII века" (1858) и "Земство и раскол" (1862).
Ничипоренко Андрей Иванович (1837-1863) - чиновник, участник
революционного движения, был корреспондентом "Колокола", член тайного
революционного общества "Земля и воля". В 1862 году был у Герцена в Лондоне
и получил от него некоторые поручения. Привлеченный по делу "о сношениях с
лондонскими пропагандистами" ("Дело 32-х"), дал подробные и "откровенные"
показания, но потом отказался от той, части показаний, которая касалась
других обвиняемых; умер в Петропавловской крепости.
Бенни впоследствии два раза писал Герцену и просил его вступиться эа
него... - Имеется в виду, во-первых, письмо, которое летом 1861 года Бенни
череа И. С. Тургенева переслал Герцену; письмо это не сохранилось, дошел до
нас только черновик ответа Герцена от 19 ноября 1861 года, врученного самому
Бенни по приезде его в Лондон и, во-вторых, письмо (несохранившееся) от
февраля 1862 года, о котором Бенни упоминает в. своем письме к А. И. Герцену
от 26 марта 1863 года: "Помилуйте, за что же мне было сердиться на вас? Что
вы меня не поняли, что вы позволили наклеветать на меня и что,
следовательно, я сам ошибся в моем взгляде на вас, - это было для меня
совершенно ясным, и я старался объяснить вам это еще в моем февральском
письме прошлого года; но ведь за ошибку в оценке человека можно только
сердиться или, лучше, жалеть - самого себя, а уж никак не его"
("Литературное наследство", т. 62, М., 1955, стр. 30).
Курочкин Николай Степанович (1830-1884) - поэт-сатирик, публицист и
переводчик, постоянный сотрудник сатирического журнала "Искра", был близок к
обществу "Земля и воля" (1861-1863).
В. Якушкин - здесь у Лескова ошибка, речь может идти только о П. И.
Якушкине, собирателе народного творчества (см. примечания к "Смех и горе").
Громека Степан Степанович (1823-1877) - бывший жандармский офицер, в
конце 1850-х - начале 1860-х годов либеральный публицист, корреспондент
"Колокола" и усердный сотрудник изданий Герцена; позднее - седлецкий
губернатор.
Магазин Дациаро - магазин в Петербурге на Невском проспекте, где
продавались произведения искусства.
...был избран ментором к молодому... Телемаку. - Имеется в виду роман
Фенелона "Похождения Телемака" (1699), в котором рассказывается о
странствованиях Телемака, сына Одиссея, в сопровождении мудрого наставника
Ментора, с целью отыскать Одиссея,
Мельников (Печерский) Павел Иванович (1819- 1883) - писатель, служил в
министерстве внутренних дел, занимаясь преимущественно делами раскольников и
сектантов.
Пальмерстон - здесь - длинное пальто,
Холодайчик - телогрейка.
"Долго нас помещики душили". - Автором этой песни считается В. С.
Курочкин.
Шейгиц - по-еврейски - мальчишка.
Чертогон - здесь - крест.
Геркулесовы шаги - то же, что .гигантские шаги.
...как гоголевские крысы... - имеются в виду слова городничего в
"Ревизоре" Гоголя.
"Московская белая партия" - московские либеральные круги.
...но ему хотелось видеть... и Ивана Сергеевича Тургенева... - Вопреки
утверждению Лескова, Бенни и Ничипоренко действительно заезжали в Спасское к
Тургеневу (август 1861 года), затем проехали в имение Павла и Виктора
Якушкиных близ г. Новосиля Орловской губернии.
"Экономический указатель" (1857-1868) - политико-экономический журнал,
издавался в Петербурге И. В. Вернадским, проводил либерально-буржуазные
экономические идеи, полемизировал с Чернышевским по вопросу об общинном
землевладении.
Бенни имел при себе английский журнал... - По-видимому, у Лескова
ошибка: в это время Бенни напечатал компилятивную статью о мормонах по
английской книге: Реми и Бренчли. Поездка в Город Соленого озера. 1861.
Хозяйка этого дома... - графиня Е. В. Салиас де-Турнемир (1815-1892) -
писательница и публицистка (печаталась под псевдонимом Евгении Тур).
...о денежных недоразумениях между Н. А. Некрасовым и покойною первою
женою Николая Платоновича Огарева... - Речь идет о деньгах, полученных А. Я.
Панаевой, многолетней подругой Некрасова, за проданное ею, по доверенности
М. Л. Огаревой, имение и ею истраченных. Позднее эти деньги по суду были
возвращены. Некрасов не имел отношения к этой растрате, но не хотел и не мог
назвать ее действительную виновницу - А. Я. Панаеву и поэтому остался
виновным в глазах Герцена и его друзей.
...Герцен отказался принять его: - 3 (15) июня 1857 г. Некрасов приехал
в Лондон для объяснений с Герценом по так называемому "Огаревскому делу", но
Герцен отказался с ним встретиться.
Ристори Аделаида (1821-1906) - итальянская актриса, в 1861 году с
большим успехом выступала в Петербурге.
Ведь Герцен уже объявил, что он "создал поколение бесповоротно
социалистическое" - имеются в виду слова Герцена в статье "Письмо к Н.
Огареву" ("Kolokol", 1868, э 14-15, 1 декабря): "Что касается большей части
наших самых дорогих убеждений, то мы уж сто раз высказывали их и повторяли;
вокруг них образовалось неизменное ядро. Есть молодежь; так глубоко, так
бесповоротно преданная социализму... что бояться нечего - идея не погибнет."
(Полное собр. соч. и писем под ред. М. К Лемке, т. 21, М. - П., 1923, стр.
187-188, в подлиннике - по-французски). Лесков мог познакомиться с этими
словами Герцена по статье Н, Ренненкампфа "Невольное объяснение с издателем
"Колокола" ("Русский вестник", 1869, э 1, стр. 265 - 266), в которой они
цитируются.
...стал - как Елисей перед Ильею... - по библейскому рассказу, Елисей
следовал за Ильей до места его вознесения на небо на огненной колеснице
(третья книга Царств). Оттуда же цитируются далее слова Елисея.
Албион (Альбион) - Англия.
...попросил оставить какой-то проект... - Бенни приехал в Россию с
адресом Александру II, составленным им и И. С. Тургеневым; в этом адресе
предлагалось создать в России земский собор, то есть парламент. Одной из
целей поездки Бенни в Россию был сбор подписей к этому адресу, для этого он
посетил Каткова и Аксакова.
Кельсиев Иван Иванович (1841-1864) - участник студенческого движения
1861 года, - в 1862 году был заключен в Петропавловскую крепость, в 1863
году из ссылки бежал за границу, поселился вместе с братом, В. Кельсиевым, в
Тульче; умер от тифа.
Кнастер (нем.) - крепкий курительный табак.
...свою небольшую компиляцию о мормонах... - Статья Бенни напечатана в
газете "Русская речь", 1861, э61, с подписью: Б.
..."что он Гекубе и что ему Гекуба?" - слова Гамлета из одноименной
трагедии Шекспира.
Мушар - полицейский шпион.
"Русский инвалид" - газета, орган военного министерства, в 1861-1863
годах, редакторами ее были. Н. Писаревский и Леонхьев Владимир. Николаевич
(ум. в 1870-х годах) - журналист, позднее сотрудник "Современного слова" н.
"Голоса".
Толбин Василий Васильевич (1821-1869) - поэт и очеркист, сотрудник
"Искры".
Усов Павел Степанович. (1828-1888) - журналист и издатель.
Редакция "Пчелы" состояла тогда, из... Я. И. Небольсина,: Я. Я.
Пефозио, С. Я.. Палаурова,. В. В. Толбина, И. Н. Шиля, К.. С.
Веселавского.... - перечисленные здесь журналисты занимали в начале. 1860-х
годов умеренно-либеральные общественные позиции. Небольсин Павел Иванович
(1817-1893) - этнограф, историк торговли; Перозио Николай Павлович.
(1819-1877) - писатель по экономическим вопросам; Палаузов Спиридон
Николаевич (1818-1872) - литератор и ученый, некоторое время служил
цензором, Шиль Иосиф Николаевич (ум. 1870) - экономист; Веселовский
Константин Степанович. (1819-1901) - академик, автор исследований, по
статистике России.
Шебаев (или Шибаев) Иван Иванович (род. в 1835) - московский купец,
старообрядец, - поповец; привлекался по "Делу 32-х", но за проявленное, во
время следствия, раскаяние на год был оставлен под надзором полиции.
Николай Антипович Патехин (,1834-1896); - драматург и журналист, служил
вместе с Ничипоренко и с ним же ездил в Лвндон для знакомства с Герценом, но
никаких поручений от Герцена не взял. Привлекался по "Делу 32-х".
...взялся доставить какие-то важные, революционные бумаги к
белокриницкому митрополиту Кириллу, - При переезде итало-австрийской границы
в мае 1862 г. Ничипоренко, испугавшись, что при обыске австрийская полиция
может найти имеющиеся, при, нем документы, бросил их под скамейку в темный
угол. Позднее эти документы были найдены, переданы в австрийскую полицию и
ею (в копиях), пересланы, в Петербург в Третье отделение. Часть писем
Ничипо
Закладка в соц.сетях
