Жанр: Классика
Рюи блаз
...Покойница была из рода Сандовалей, -
Не следует, чтоб вы об этом забывали.
Подумайте, у вас - один и тот же герб.
У нас не принято родных вводить в ущерб;
Волк волка ведь не ест - и вы живите дружно;
На слабости родных закрыть глаза вам нужно.
Рюи Блаз
(постепенно овладевая собой)
Сеньор, простите мне, но выслушать молю.
Маркиз Приэго, гранд и близкий королю,
Не должен отягчать Испании бюджета.
Сейчас особенно нам неудобно это:
Испания бедна, и денег нет в казне,
Но войско выставить приходится стране.
Посол баварский мне сказал официально:
Инфант их при смерти, как это ни печально,
Эрцгерцог выступит - и нам грозит война;
Ее не избежать.
Дон Саллюстий
Здесь дует из окна.
Поди закрой его.
Рюи Блаз, бледный от стыда и отчаяния, колеблется, потом,
сделав над собой усилие, медленно направляется к окну,
закрывает его и возвращается к дону Саллюстию - тот, сидя в
кресле, следит за ним с равнодушным видом.
Рюи Блаз
(пытаясь убедить дона Саллюстия)
Прошу у вас вниманья.
Без денег воевать не может же Испанья!
Ей предстоит тогда губительный исход,
И только честностью спасем мы наш народ.
Я императору послал всего два слова, -
Как будто армия давно у нас готова, -
Что я начну войну, хоть в самый краткий срок.
Дон Саллюстий
(прерывая Рюи Блаза и указывая ему на свой платок,
который он обронил, входя)
Ступай и подними; я уронил платок.
Рюи Блаз, как под пыткой, снова колеблется, затем наклоняется,
поднимает платок и подает его дону Саллюстию. Дон Саллюстий
кладет платок в карман.
Ну, что ты говорил?
Рюи Блаз
(делая над собой усилие)
Спасение Испаньи...
Она у наших ног, в отчаянье, в страданье!
Народ благословит спасителей своих,
И наш священный долг - забыть себя самих
Для блага общего. Проявим смелость духа!
Везде грабительство, предательство, разруха, -
Так нанесем удар, чтобы народ спасти,
Снять маски с подлецов и воровство смести!
Дон Саллюстий
(небрежно)
Вот красноречие весьма дурного тона!
Из-за какого-то несчастного мильона,
Пылая и гремя, поднять подобный шум!
Любезный мой, у вас направлен дурно ум.
Ведь мы не мелкота, а все аристократы,
Должны жить широко и не смотреть на траты
А вы? Хотите вы, дон Цезарь де Басан,
Любимцем быть купцов и маленьких мещан,
И красноречием своим высокопарным
Надеетесь вы стать в Мадриде популярным?
Для блага общего? Вот громкие слова!
О благе вы своем подумайте сперва.
Ха! Благо общее, спасение Испаньи!
Кричать об этом всем доступно при желанье.
Честь, добродетель, все - пустая мишура,
Слова, которые давно забыть пора.
При Карле Пятом уж все это устарело.
В вас есть природный ум - возьмитесь же за дело,
Оставьте пафос ваш актерам для игры!
Доверье? Правда? Честь? Воздушные шары!
У мамки на руках сидели вы давно ли?
А мы уже их все со смехом прокололи,
И весь ничтожный пар умчался к облакам.
Рюи Блаз
Однако же, сеньор...
Дон Саллюстий
(с ледяной улыбкой)
Я удивляюсь вам.
Но шутки в сторону - поговорим о деле.
(Отрывисто и повелительно.)
Сейчас мой замысел уж очень близок к цели.
Я завтра поутру в твой частный дом приду, -
Готовый экипаж пусть ждет меня в саду,
И ни одной души, - ты понимаешь? - кроме
Моих немых рабов, чтоб не застал я в доме.
О смене лошадей я позабочусь сам.
А деньги надобны? Я сколько хочешь дам.
Рюи Блаз
Исполню точно все, но поклянитесь мне вы,
Что план ваш не грозит ничем для королевы!
Дон Саллюстий
(играл разрезным ножом слоновой кости, который
он взял со стола; полуобернувшись)
При чем же ты-то здесь?
Рюи Блаз
(пошатнувшись, смотрит на него в ужасе)
Меня терзает страх!
Вы страшный человек, и я у вас в руках.
Меня влечете вы десницею железной.
Я в ужасе стою, склонясь над адской бездной.
Ваш план чудовищен. О, сжальтесь, я молю!
Открою тайну вам - ведь я ее люблю.
Дон Саллюстий
(холодно)
Я это знал давно.
Рюи Блаз
Мой бог! Вы это знали?
Дон Саллюстий
Так что ж из этого?
Рюи Блаз
И так вы поступали?
(Прислонясь к стене, чтобы не упасть, говорит как
бы сам с собой.)
Так сделал он меня игралищем своим!
Злодей! Как грозная судьба неумолим,
Обрек он жизнь мою сознательно на муку.
(Подымает глаза к небу.)
О боже мой, простри спасительную руку,
Приди на помощь мне!
Дон Саллюстий
Вы просто мне смешны.
Довольно! Мой приказ исполнить вы должны.
Я это вам своей приказываю властью.
Мои намеренья - дорога ваша к счастью.
Ступайте же вперед: назад вам нет пути.
Несчастную любовь мы все должны пройти,
Но ваши чувства все мой замысел превысит.
Судьба империи от этого зависит.
Я с вами говорю как друг, ваш ум ценя,
Но вам вполне понять советую меня.
Я добр. Но вы должны подобны быть сосуду,
В который мог бы я любую влить причуду.
И вы должны бы знать, что для меня лакей -
Игрушка и слуга фантазии моей.
Сначала вам велю носить одну личину.
Потом другую дам, а эту с вас я скину.
Вы роль играете, какую я хочу,
И это только роль, которой я учу.
На время сделал вас придворным и вельможей,
Но место верное для вас - в моей прихожей.
Да, милый мой, всего лишь несколько минут
Вы с королевою любезничали тут, -
Не сомневаюсь я, мгновенья были сладки, -
А завтра встанете за мною на запятки.
Придите же в себя!
Рюи Блаз
(слушал дона Саллюстия растерянно, словно не веря
своим ушам)
О милосердный бог!
Но чем я заслужить такую кару мог?
Какое совершил я в жизни преступленье,
Чтоб за него нести такое искупленье?
Ведь есть же в небе бог! Отцом зовут его...
Кто мог бы вынести? Скажите, для чего
Вы, никакой вины не ведая за мною,
Пытаете меня безжалостной рукою?
Иль надо сердце вам влюбленное разбить,
Чтоб только месть свою злорадно утолить?
(Говорит сам с собою.)
Конечно, это месть, и в беспощадном гневе,
Я знаю, отомстить он хочет королеве.
Как быть? Открыть ей все? В глазах ее прочесть
Презренье и боязнь? Навек утратить честь?
Она узнает все - что я обманщик жалкий,
Которого легко прогнать ударом палки!
Позор! Отчаянье! Нет, я умру сперва...
О, я схожу с ума! Кружится голова!
(Молчание. Задумчиво.)
Придумать механизм губительной машины,
Устроить самому колеса и пружины,
С искусством дьявольским пригнать за частью часть
И, чтоб испробовать ее, ей бросить в пасть -
Что?.. Жалкий лоскуток! Пустую вещь! Лакея!..
И холодно смотреть при этом, не бледнея,
Как, кровью залито, летит из-под колес
Что было головой и сердцем, полным грез,
Как брызжет кровь и мозг! Глядеть, не вспоминая,
Что здесь был человек, была душа живая!
(Дону Саллюстию.)
Но сжальтесь, мой сеньор! Ведь время не ушло,
И колесо еще в движенье не пришло.
(Бросается к его ногам.)
Молю не за себя! О, сжальтесь вы над нею!
Я верный был слуга. Всей жизнью вам моею
За это заплачу!
Дон Саллюстий
Не хочет он понять...
Как скучно!
Рюи Блаз
(у его ног)
Я молю пощады!
Дон Саллюстий
Как, опять?
Короче, милый мой, мне фразы надоели...
(Поворачиваясь к окну.)
Закрыли плохо вы, ужасно дует в щели.
(Подходит к окну и закрывает его.)
Рюи Блаз
(вставая)
Довольно же! В лицо взгляну я палачу!
Под вашею пятой лежать я не хочу!
Забыли, верно, вы: я - герцог де Ольмедо,
Министр всесильный здесь! Да, да! За мной победа!
Дон Саллюстий
Что это он сказал?.. Скажите еще раз.
Да вы ослеплены! Вы - герцог, Рюи Блаз?
Нет, милость получил монаршую такую
Дон Цезарь де Басан!
Рюи Блаз
Но я вас арестую!
Дон Саллюстий
А я, любезный мой, вас выдам головой.
Рюи Блаз
Но...
Дон Саллюстий
Вы все скажете? Я риск предвидел свой.
Да, да... Обрушится на вас вся мощь удара.
Кого из нас двоих скорей постигнет кара?
Рюи Блаз
Все обвинения я буду отрицать.
Дон Саллюстий
Но разве можно так по-детски рассуждать?
Рюи Блаз
Где доказательства?
Дон Саллюстий
Вам память изменила.
Должны бы помнить вы... За мною правды сила.
Перчатка только вы, а я, мой друг, рука.
(Приблизившись к Рюи Блазу.)
Довольно лишних слов. Закончим мы пока.
Но помни: если ты мне слепо не послужишь
И данный мной приказ хоть в чем-либо нарушишь
И если вздумаешь кому-нибудь шепнуть
Хотя бы слог один, посмеешь намекнуть
Хоть взглядом, помешать моей пытаясь мести, -
Та, за кого дрожишь, навек лишится чести!
Я приготовлю ей ужасную судьбу:
Я выставлю ее к позорному столбу!
Все унижения публичного скандала
Она изведает. Но этого мне мало:
Уже готов пакет; на нем моя печать.
Я в нем записочку пошлю ей прочитать.
Она написана - ты помнишь, чьей рукою?
С одною подписью... Не помнишь ли, с какою?
Прочтет: "Я, Рюи Блаз, даю расписку в том,
Что был лакеем взят к маркизу Финлас в дом
И буду, как слуге хорошему прилично,
Всегда ему служить и тайно и публично... "
Рюи Блаз
(сломлен; упавшим голосом)
Исполню все.
Дверь в глубине открывается. Возвращаются члены тайного
совета. Дон Саллюстий быстро закутывается в плащ.
Дон Саллюстий
(тихо)
Идут. До завтра, милый мой.
(Отвешивает Рюи Блазу низкий поклон; громко.)
Имею честь пребыть покорнейшим слугой.
(Уходит.)
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
ДОН ЦЕЗАРЬ
Маленькая комната, роскошно убранная и плохо освещенная.
Панель и мебель в старинном стиле со старинной позолотой. На
стенах старинные обои из малинового бархата, местами,
особенно за спинками кресел, потертого и лоснящегося;
широкий золотой позумент делит обои на вертикальные полосы.
В глубине двустворчатая дверь. В срезанном углу слева большой
лепной камин времен Филиппа II, с гербом на железном щите
внутри него. С противоположной стороны, в срезанном углу,
низенькая дверца, ведущая в темную комнатушку. Единственное
окно слева, расположенное очень высоко, забрано решеткой и
снабжено снизу щитком, как это бывает на тюремных окнах. На
стене несколько закоптелых и полустертых старых портретов.
Комод для платья с венецианским зеркалом. Большие кресла
времен Филиппа III. У стены шкаф с богатой резьбой.
Четырехугольный стол с письменными принадлежностями. В
одном из углов маленький круглый столик с золочеными
ножками. Утро.
При поднятии занавеса Рюи Блаз, весь в черном, без плаща и
цепи Золотого Руна, взволнованный, расхаживает большими
шагами по комнате. В глубине стоит паж, неподвижный и как
бы ожидающий приказаний.
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Рюи Блаз, паж.
Рюи Блаз
(говорит сам с собой)
О ней лишь мысли все, о ней, о ней одной!
Что делать? Как ее спасти? Любой ценой, -
Пусть череп размозжить о стену будет надо,
Пусть плаха ждет меня и все мученья ада!
Отдать и жизнь, и кровь, и душу - пустяки!
Но как спасти ее, как разорвать силки?
Нет положения страшней и безысходней!
О этот человек! Злой дух из преисподней...
Появится... затем вновь уползет во тьму!
Я замыслов его ужасных не пойму,
Но должен угадать, прозреть, что он готовит!
Его предательства ничто не остановит, -
Он страшный человек, и сердце в нем мертво!
Я жалок был и глуп - я умолял его!
Я тигра хищного надеялся растрогать,
Когда в добычу он впустил уж острый коготь.
Ужель он с жертвою расстанется своей?
За королеву я молил его, лакей!
Как страшно с высоты упал я после взлета!
Но дело не во мне: о ней одна забота.
Через какую щель появится он здесь?
Как это угадать? В его руках я весь,
Он всем владеет тут, и все ему послушно.
Как вправе этот пол топтать он равнодушно,
Так вправе растоптать и сердце он мое.
Но речь не обо мне - ее спасти, ее!..
О, ненависть его идет к ней издалека.
Я проследить никак не мог ее истока,
И в тайну черную его я не проник.
Я слаб, как бурею колеблемый тростник.
Но попытаюсь все обдумать я сначала.
Как сделать, чтоб она дворца не покидала?
Опасность - в этом. Да! Она близка! Чутьем
Я чувствую ее, хотя не вижу - в чем.
Но только должен я во что бы то ни стало
Дать знать ей, чтоб она дворца не покидала.
Как это сделать мне? Придумать не могу.
Ее так стерегут! Нельзя послать слугу.
Один, совсем один средь вражеского стана!
(Погружается в тягостное раздумье. Потом,
словно озаренный внезапной мыслью и проблеском
надежды, поднимает голову.)
Однако что же я! Забыл дон Гуритана.
Он честный человек, ее он любит сам.
(Сделав пажу знак приблизиться, тихо)
Мой паж, скорей беги ты во дворец и там
Без промедления найди дон Гуритана.
Его застанешь ты - еще ведь очень рано.
Ты передай ему нижайший мой поклон;
Скажи, что я прошу, чтоб оказал мне он
Услугу: поспешил увидеть неотложно
Ее величество - секретней, как возможно -
И просьбу от меня немедля передать:
Ни в коем случае дворца не покидать.
(Возвращает пажа.)
Стой! Помешаем мы предательскому плану!
(Вырывает листок из записной книжки и, положив
его на колено, быстро пишет.)
"Молю довериться во всем дон Гуритану!"
(Складывает листок и отдает пажу.)
Пусть это ей отдаст, а сам, как верный страж,
Все время пусть следит за ней. Беги, мой паж!
Да! Если б говорить он начал о дуэли,
Которую мы с ним закончить не успели,
То скажешь ты ему, что я вину мою
Без спора перед ним всецело признаю,
Что принесу ему публично извиненья,
Но что сейчас одна минута промедленья
Грозит ей гибелью. Не выходить три дня!
Исполнишь в точности все это для меня?
Паж
Вы добрый господин, я предан вам сердечно.
Рюи Блаз
Серьезно это все и важно бесконечно.
Ты понял хорошо?
Паж
Все понял.
Рюи Блаз
Молодец.
Паж
Все сделаю.
(Уходит.)
Рюи Блаз
Лети, мой маленький гонец.
(Падает в кресло.)
Вот стало на душе спокойнее немного.
Но все еще кипит невольная тревога,
Смятение в уме и в голове туман:
Боюсь я что-нибудь забыть... Дон Гуритан...
Но я - что делать мне? Приказ - повиноваться.
Он приказал мне ждать... Не буду дожидаться!
Уйду и скроюсь я, так выиграю день.
Пойду в соседний храм: его святая сень
Навеет на душу мою успокоенье,
И, может быть, сам бог укажет мне спасенье.
(Берет свою шляпу с этажерки и звонит в
колокольчик, стоявший на столе.)
В глубине комнаты появляются два негра, одетые в светлозеленый
бархат и парчу их кафтаны - в складку, с длинными
полами.
Сюда один сеньор придет с своим ключом:
Ему я отдаю в распоряженье дом, -
Его приказы все покорно исполняйте.
А если явится...
(После минутного колебания.)
Ну что же: всех пускайте.
Сегодня для гостей открыта дверь моя, -
Теперь мне все равно.
(Жестом отпускает негров - те почтительно
кланяются и уходят.)
Пойду!
(Уходит.)
В то самое мгновение, когда дверь закрывается за Рюи Блазом, в
камине раздается страшный шум, и из него вылезает человек,
закутанный в рваный плащ. Это дон Цезарь.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Дон Цезарь
(смущенный, запыхавшийся, растрепанный,
оглушенный; лицо его выражает радость и тревогу)
Уф! Вот и я!
(Поднимается, потирая ногу, ушибленную при
падении, и выходит вперед с множеством поклонов,
держа шляпу в руке.)
Беседу я прервал? Простите, ради бога!
Я только прохожу, хоть странною дорогой...
(Останавливается посреди комнаты и замечает,
что он один.)
Здесь нету никого? Э, что за чудеса!
Я с крыши явственно тут слышал голоса.
Нет никого? Куда же я попал? Занятно!
(Садясь в кресло.)
Но одиночество порою нам приятно.
Я наземь вырвался, как утопавший пес,
И мне слепит глаза и заливает нос.
Еще кругом себя не вижу ничего я...
Собраться с мыслями... минуточку покоя...
Вот приключений цепь! Садись пиши роман!
Свобода! Золотом наполнен мой карман!
Три альгвасила вдруг - без дальних слов -
в колодки!
Неделя плаванья в какой-то жалкой лодке,
Потом все ужасы пиратского гнезда,
Потом какие-то чужие города...
И как же били там меня, великий боже!
А взгляды пылкие красотки желтокожей!
Побег мой с каторги! И дома я опять.
Но дальше - нет, нельзя в романе описать:
Едва попал в Мадрид, вдруг те же альгвасилы
Навстречу! Я - бежать, как от нечистой силы.
Бегу, и по пятам они бегут за мной!
Вдруг путь мне прегражден высокою стеной;
Перемахнув ее в один момент, как птица,
Я вижу дом в саду - там я решил укрыться.
Ну да, но как же мне проникнуть в самый дом?
Все пусто, никого не вижу я кругом.
Взобрался на карниз, потом все выше, выше...
Цепляясь, лезу вверх - и сел верхом на крыше.
Потом предаться я решил моей судьбе -
И в этот мирный дом спустился по трубе.
Так в безопасности пока я очутился;
Но мой последний плащ в лохмотья превратился!
Он все делил со мной, мой бедный старый друг, -
Немало потерпел от бурь, дождей и вьюг.
Теперь уж в нем пленять я не могу красавиц...
О дьявол! Мой кузен - отъявленный мерзавец!
(Рассматривает себя в маленьком венецианском
зеркале, стоящем на большом комоде с резными
ящиками, бросает взгляд на камин. Снимает плащ и
рассматривает в зеркале свой камзол из розового
шелка, истрепанный, рваный и заплатанный.)
Как ногу я ушиб! Однако поищу
Замену моему злосчастному плащу.
Быть может, что-нибудь найдется здесь?
(Выдвигает ящики комода. В одном из них находит
плащ светло-зеленого бархата, расшитый золотом,
подаренный Рюи Блазу доном Саллюстием. Дон
Цезарь разглядывает плащ и сравнивает его со
своим.)
Отлично!
Так буду я одет достаточно прилично.
(Набрасывает зеленый плащ себе на плечи, а на его
место укладывает в комод свой плащ, тщательно
его сложив; затем кладет туда же свою шляпу,
засовывает ее под плащ и задвигает ящик. Гордо
расхаживает по комнате, закутавшись в
роскошный плащ, вышитый золотом.)
Итак, все позади - скитания и плен.
Я снова здесь. Да, да, милейший мой кузен!
Вы к тиграм в Африку сослать меня хотели?
Но я вам отомщу! Вы не добьетесь цели.
Да, я вам отомщу, и страшной будет месть!
Вот только дайте мне как следует поесть, -
В сопровождении моей беспутной шайки,
Под именем своим, открыто, без утайки,
Явлюсь в ваш дом - и вас моим кредиторам
На растерзание живого я отдам!
(Заметив в углу великолепную пару сапог с
кружевными отворотами, сбрасывает свои старые
сапоги и бесцеремонно надевает новые.)
Теперь обследую я мой приют случайный.
(Осматривает всю комнату.)
Здесь словно дышит все трагическою тайной.
Закрыты ставни все, и двери на замке, -
Какая-то тюрьма от мира вдалеке.
Как будто бы сюда лишь сверху попадают -
Да, сверху, как вино в бутылки наливают.
(Со вздохом.)
Что может лучше быть хорошего вина?
(Замечает дверцу направо.)
Вот дверца. Поглядеть, куда ведет она!
(Открывает дверцу, быстро входит в соседнюю
комнату и возвращается, жестами выражая
изумление.)
Тайник без выхода! Да где ж я очутился?
Но хорошо, что я от альгвасилов скрылся!
(Идет к двери в глубине, открывает ее и
заглядывает внутрь; затем захлопывает дверь и
возвращается на авансцену.)
Все пусто. Ну так что ж? И что плохого в том,
Что вижу в первый раз подобный странный дом?
(Снова усаживается в кресло, зевает и почти
тотчас же встает.)
Вот положение! Мой бог, какая скука!
(Заметив угловой шкафчик в левой стене.)
Как будто книжный шкаф?
(Подходит и открывает шкаф. Оказывается, это
кладовая, наполненная всякой снедью.)
Смотрите, что за штука!
Тут все для завтрака: вино, паштет, арбуз...
О! Угощение на самый тонкий вкус!
Я был предубежден: прекрасное жилище,
И превосходный тут запас питья и пищи.
(Рассматривает бутылки.)
Почтенный книжный шкаф! Какие книги в нем!
(Берет круглый столик, стоящий в углу, переносит
его на авансцену и весело расставляет бутылки и
блюда. Добавляет стакан, тарелку, вилку и прочее.
Затем берет одну из бутылок.)
Вот это мы сперва внимательно прочтем!
(Наливает стакан и выпивает залпом.)
Произведение великого поэта,
Что солнцем мы зовем! О, с чем сравнится это?
(Садится, наливает второй стакан и пьет.)
С какою книгою? В какой же из поэм
Найдем такой огонь и вкус?
(Пьет.)
Теперь поем.
(Принимается за паштет.)
О псы проклятые! Но я их сбил со следа.
(Ест.)
Вот украшение для царского обеда!
А вдруг появится хозяин?
(Идет к шкафу и, взяв оттуда стакан и прибор,
ставит их на стол.)
Ничего:
Мой завтрак разделить я приглашу его!
Ох, только бы меня не выгнал он отсюда!
Скорее поспешу очистить лучше блюдо.
(Накладывает себе полную тарелку.)
Покончив с завтраком, я осмотрю весь дом.
Но интересно знать - кто проживает в нем?
На свете всякое бывает - и, пожалуй,
Хозяин этих мест веселый, добрый малый.
Тут не без женщины: пари держу, что тут
Таинственной любви какой-нибудь приют.
Чего бояться? Я не преступил закона;
Хозяин не понес особого урона.
Приюта у него я попрошу, как встарь
Просили в Греции,
(становится на одно колено и обхватывает стол
руками)
обняв чужой алтарь.
(Пьет.)
Нет, у плохих людей, конечно, не бывает
Подобного вина! А если пожелает
Пожаловать сюда, то милости прошу.
Так, решено: себя назвать я поспешу.
Дон Цезарь де Басан, не нойте и не трусьте!
А! Вы попляшете, любезный дон Саллюстий!
Вы рады будете, проклятый негодяй,
Когда к вам свалится, как с неба, невзначай
Сафари! Шалопай! Бандит! Бездомный нищий!
Извольте-ка его принять в своем жилище!
Дон Цезарь де Басан - двоюродный ваш брат.
Воображаю, как в Мадриде зашумят!
"Откуда он взялся? Когда приехал? Ночью?
Вы можете его увидеть все воочью
Вот имя славное, забытое давно!"
Взорвется бомбою среди всех вас оно.
"Дон Цезарь де Басан? Да он давно в могиле!
О нем не думали! О нем не говорили!
Так он не умирал?" - Нет, жив он и здоров,
Не думал умирать и вам служить готов!
Мужчины скажут: "Черт!", "Ах, боже!" - скажут
дамы.
Развязка славная настала бы для драмы,
Когда б не мог ее испортить грозный лай
Кредиторов...
Шум за дверью.
Идут! Ну, Цезарь, не плошай!
(До самых глаз закутывается в плащ.)
Дверь в глубине отворяется. Входит лакей в ливрее, неся за
спиной большую сумку.
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
Дон Цезарь, лакей.
Дон Цезарь
(окидывая взглядом лакея с головы до ног)
Кто нужен вам, мой друг?
(В сторону.)
Поболее апломба.
Лакей
Дон Цезарь де Басан.
Дон Цезарь
Он здесь.
(В сторону.)
Вот это - бомба!
(Лакею.)
Дон Цезарь - это я.
(Открывает лицо.)
Лакей
Дон Цезарь де Басан?
Дон Цезарь
Он самый. Де Басан. Дон Цезарь. И мой сан -
Граф де Гаро...
Лакей
(кладя сумку на кресло)
Прошу проверить - все ли точно.
Дон Цезарь
(ошеломлен; в сторону)
Как! Деньги?
(Лакею.)
Но, мой друг...
(В сторону.)
Да, деньги! Как нарочно!
Лакей
Приказано вручить мне эту сумму вам.
Дон Цезарь
(напуская на себя важность)
Ах, да! Я и забыл!..
(В сторону.)
Пускай пойду к чертям!
Понять я не могу - с какой все это стати?
Да что тут размышлять? Необычайно кстати!
Лакей
Извольте сосчитать.
Дон Цезарь
Нужна расписка вам?
Лакей
Нет, не нужна сеньор...
Дон Цезарь
(указывая на стол)
Так положите там.
А кто же вас прислал?
Лакей кладет сумку на стол.
Лакей
Тот, от кого вы ждете.
Дон Цезарь
А, ну, конечно, так. Отлично: мы в расчете.
Лакей
Сеньор, который вам со мною деньги шлет,
Мне приказал сказать: "Их посылает тот,
Кого вы знаете, - на то, что вам известно".
Дон Цезарь
Кого я знаю и на то, что мне... Прелестно!
Лакей
От нас обоих он строжайшей тайны ждет.
Тсс... Тсс...
Дон Цезарь
Тсс... Тсс... Итак, послал мне деньги тот...
Так фраза хороша, что повторить уместно:
"Кого вы знаете..."
Лакей
"...На то, что вам известно".
От нас обоих ждет строжайшей тайны он.
Дон Цезарь
Все ясно.
Лакей
Для меня приказ его - закон.
Не знаю ничего, но исполняю честно.
Ведь вам известно все?
Дон Цезарь
Еще бы! Все известно!
Яснее ясного!
Лакей
Достаточно с меня.
Дон Цезарь
Все знаю, все беру, труды твои ценя.
Лакей
Тсс!..
Дон Цезарь
Тсс!.. Все быть должно строжайшей тайной
скрыто.
Лакей
Сочтите же, сеньор...
Дон Цезарь
(любуясь сумкой)
Ах, как брюшко набито!
Лакей
Но сосчитайте же, я вас прошу. А вдруг...
Дон Цезарь
Да за кого меня ты принимаешь, друг?
Ведь сразу по лицу людей мы видим честных.
Лакей
Извольте! Золото - в дублонах полновесных:
Не меньше унции. В пиастрах серебро, -
Известна сумма вам.
Дон Цезарь
(в сторону)
Где я возьму перо,
Чтоб это описать? Тут чудеса такие...
Роман мой кончился - идет уж феерия.
Как будто, золотом доверху нагружен,
Ко мне из Мексики явился галион!
(Открывает сумку, вытаскивает из нее несколько
мешочков с золотом и серебром, развязывает их и
высыпает содержимое на стол; потом начинает
брать деньги пригоршнями и наполнять себе
карманы: набив один карман, принимается за
другой, ищет, где у него еще карман, и как будто
вовсе забывает о лакее.)
Лакей
(безучастно глядя на него)
Теперь покорно жду, сеньор, я приказаний.
Дон Цезарь
(оборачиваясь)
Каких?
Лакей
Мне сказано, чтобы без опозданий
Исполнил быстро я, и с точностью вполне,
Все, что известно вам и неизвестно мне.
Тут важный интерес...
Дон Цезарь
(прерывая его, с понимающим видом)
Общественный и частный,
Лакей
Большой поспешности он требует.
Дон Цезарь
Прекрасно.
Лакей
Что мне приказано - я вам передаю.
Дон Цезарь
(похлопывая его по плечу)
Да, исполнительность я оценил твою.
Лакей
И вам меня прислал сеньор в распоряженье,
Чтоб я вам помогал.
Дон Цезарь
Какое одолженье!
Исполним же все то, чего желает он.
(В сторону.)
Черт! Что же мне сказать?
(Громко.)
Приблизься, галион!
(Наполняет второй стакан.)
Сначала выпей-ка.
Лакей
Что?
Дон Цезарь
Пей без рассужденья.
(Лакей пьет. Дон Цезарь снова наполняет его
стакан.)
Малага... Не вино, а прямо наслажденье!
(Усаживает лакея и заставляет его пить, все время
подливая ему. В сторону.)
Уже осоловел.
(Разваливается в кресле; громко)
Давай поговорим.
Что значит - человек? Ничтожный черный дым
От пламени страстей; пройдет неуловимо -
И вот уж нет его. Да нет, мы хуже дыма:
По дымовой трубе стремится кверху дым...
(Снова наливает лакею вина.)
Он к небесам летит - мы на землю летим.
(Потирает себе ногу.)
Нет, друг мой; человек не дым - свинец презренный.
(Наполняет оба стакана.)
И песня пьяницы любого, несомненно,
Дороже всех твоих червонцев, милый мой.
(Наклоняется к нему с таинственным видом.)
Благоразумными должны мы быть с тобой:
Чрезмерно нагрузив, легко сломать рессоры,
И стены рушатся, оставшись без опоры...
Как давит воротник! Поправь-ка мне аграф.
Лакей
(гордо)
Не камердинер я; прошу прощенья, граф.
(Прежде, чем Цезарь успевает ему помешать,
берет со стола колокольчик и звонит.)
Дон Цезарь
(испуган; в сторону)
Он позвонил! Придут, и я пропал без спора!
Погиб!
Входит негр. Дон Цезарь, до крайности встревоженный,
отворачивается, не зная, что делать.
Лакей
(негру)
Поправьте-ка застежку у сеньора.
Негр чинно подходит к дону Цезарю, смотрящему на него с
изумлением, поправляет застежку на плаще, кланяется и уходит;
дон Цезарь ошеломлен.
Дон Цезарь
(встает из-за стола; про себя)
Я положительно в гостях у Сатаны.
(Выходит на авансцену и прохаживается большими
шагами.)
Отлично! Ведь с судьбой мы спорить не вольны.
Что в руки нам плывет, то надо брать. Чудесно!
Но что же с деньгами мне де
...Закладка в соц.сетях
