Жанр: Детская
Фаэтон 2. Дочь нефертити
...ену о
владычице и о слугах, которые её окружают.
- И что он сказал?
- Анхесенамон, как и подобает вдове великого владыки, непрерывно оплакивает своего
почившего мужа. Она окружена служанками и плакальщицами, которые сопровождают её
повсюду. Правда, никуда особенно она не выходит, разве что в храм, принести жертвы богам и
прочитать молитвы по усопшему. Она не принимает гостей, хотя, возможно, это просто Аи не
пускает к ней никого. Хену говорил, что и днём и ночью вокруг неё множество слуг.
- И ночью? - удивился Апуи.
- Да, и ночью. Она не отпускает никого от себя, ей страшно оставаться одной. Она
боится заснуть и требует, чтобы ей всю ночь рассказывали интересные истории.
- И что же, она совсем не спит? - спросил поражённый Апуи. - Человек не может не
спать так долго.
- Раньше она, конечно, спала, правда, всё равно приказывала слугам находиться рядом, в
её опочивальне, так как могла проснуться среди ночи от страшного сна. Но последние
несколько дней Анхесенамон вообще не спит. Как только начинает засыпать, тут же
вздрагивает и вскакивает с криком... Хену сказал, что во дворце все только об этом и говорят.
- Значит, чтобы не заснуть, она слушает удивительные истории?
- Да, - ответил Джедхор. - Но слуги начинают потихоньку жаловаться. Запас
увлекательных сказок почти иссяк, а придумывать их всё тяжелее. Меж тем Анхесенамон очень
гневается, если история скучна и не нова. Под такую она сразу начинает засыпать и...
- Понятно, - сказал Апуи и надолго задумался.
- Как же нам попасть во дворец? А ведь мы должны посвятить Анхесенамон в наши
планы, - напомнил слуге Джедхор. - Была бы волшебная шкатулка, спросили б совета у
богов.
Апуи пристально посмотрел на господина и тихо произнёс:
- У меня есть одна мысль.
- Говори же, - нетерпеливо приказал Джедхор.
- Спасители наши в отчаянии. Они надеются только на то, что ты, Джедхор, поможешь
разыскать украденную шкатулку.
- Да, я, конечно, попытаюсь это сделать. Отправлю слуг переговорить со всеми нищими
и бродягами, предложу хорошее вознаграждение за поимку вора...
- А в обмен на это, мы попросим наших спасителей оказать одну услугу, - таинственно
произнёс Апуи.
- Какую услугу? Как они смогут помочь нам без своей волшебной шкатулки?
- Они вместо тебя пойдут во дворец и передадут наше послание Анхесенамон.
Заручившись её согласием, они выведут владычицу из дворца, а дальше уж мы сами
переправим её за пределы Та-Кемет.
Джедхор удивлённо поднял брови.
- Они пойдут во дворец вместо меня? - переспросил Джедхор. - Но как они попадут
туда? Ведь у них нет волшебной шкатулки, которая способна перемещать их из одного места в
другое. А просто так их не пустят... Я не понимаю тебя, Апуи.
Слуга хитро улыбнулся:
- Ты говорил, что Анхесенамон почти не спит?
- Истинно так, - подтвердил Джедхор. - Но причём тут это? Я бы сказал, что её
нездоровье лишь осложняет дело.
- А я думаю, что как раз этим мы и можем воспользоваться.
- Каким образом? - не понял Джедхор.
- Хену рассказывал тебе, что слуги жалуются, мол, у них почти иссяк запас
удивительных историй, и Анхесенамон очень недовольна этим. Так вот, наши спасители придут
во дворец в качестве великих рассказчиков. Я уверен, что они знают много поразительных
историй...
- Постой-постой, - прервал его Джедхор, начиная понимать, к чему клонит слуга. -
Потрясающая мысль! И как проста!.. - он был восхищен. - Я сегодня же пойду к Хену! Пусть
шепнет служанке Анхесенамон, что у него на примете есть рассказчики увлекательных
историй, да таких интересных, каких владычица еще никогда не слышала. Служанка будет рада
передать это госпоже, да и остальные слуги обрадуются... И никакой Аи не сможет помешать
приглашению во дворец великих рассказчиков.
Джедхор пригладил свою маленькую бородку и расплылся в довольной улыбке.
- И как мне самому не пришла в голову такая простая, но великолепная мысль, -
задумчиво произнёс он. - Ведь в этом случае наши спасители смогут очень часто видеть
Анхесенамон, если, конечно, их истории понравятся ей, а я уверен, что понравятся. Еще бы, ее
будут развлекать не простые люди, а посланцы самих богов!.. Итак, спасители передадут
владычице наше письмо. Через них мы будем всё время держать с ней связь... Да, - покачал
головой Джедхор, - это поистине прекрасная мысль. И как я сам не додумался...
Он снова встал и заходил по комнате.
- Теперь надо обдумать разговор с нашими могущественными гостями. Что, если они не
согласятся идти во дворец? - и он посмотрел на Апуи. - Не можем же мы их заставить.
- У них нет выбора, - спокойно сказал Апуи. - Ты пообещаешь им найти украденную
шкатулку, но только в обмен на услугу.
Джедхор с сомнением пожал плечами:
- С ними надо вести себя осторожно, надо пытаться уговорить их. Наши гости -
посланцы всемогущих богов, а боги не терпят корысти и могут разгневаться, если мы будем
требовать помощи. Нет, - покачал он головой, - требовать нельзя! Надо только просить.
Помыслы наши должны быть чисты... И я буду вести разговор очень осторожно.
- Тогда придётся рассказать им всё о наших планах, - сказал Апуи.
- Да, - согласился Джедхор, - этого не избежать.
Глава 30
ГОЛОС ИЗ ПРОШЛОГО
Большой зал был освещён огнями ламп, двери плотно заперты, а окна занавешены. Никто
из посторонних не смел войти в помещение. Таково было распоряжение Джедхора.
Трое друзей сидели в больших креслах, а напротив расположился сам хозяин дома и его
слуга Апуи. Ребята молчали. Слышен был лишь тихий голос Джедхора, доверительный и
осторожный.
Когда вельможа закончил говорить, настал черёд Саши. Он перевёл друзьям рассказ
гостеприимного хозяина дома, стараясь не упустить ни одной детали. Аня и Ваня в
замешательстве переглянулись. То, о чём просил Джедхор, было настолько неожиданно,
странно и тревожно, что сразу они затруднились ответить. Только смотрели друг на друга,
пытаясь оценить возможные последствия. Все трое без слов понимали, что их втягивают в
опаснейшую интригу, да ещё и предлагают стать её главными участниками.
Молчание прервал Саша:
- Мы должны обсудить вашу просьбу. Насколько я понимаю, дело это небезопасное.
- Конечно, - согласился Джедхор и благородно удалился в соседнюю комнату вместе со
слугой.
Но даже оставшись без свидетелей, ребята не сразу смогли начать разговор: два таких
стресса подряд выбили их из колеи. Аня вжалась в высокую спинку кресла и прикрыла глаза,
пытаясь сосредоточиться. Ваня в задумчивости чертил пальцем по подлокотнику и
одновременно постукивал по полу ногой. Саша, сдвинувшись на самый краешек кресла, замер в
позе роденовского мыслителя, и его невидящие глаза смотрели в одну точку. Сейчас ему было
крайне важно вспомнить подробности жизни своего предшественника Тамита, ведь тот служил
во дворце и по идее должен был знать, что происходило с Анхесенамон перед самыми
похоронами.
"Ванька же вспомнил свою прошлую жизнь, даже то, как видел меня в Монсегюре во
время осады, то есть самое главное... Значит, это возможно - напрячь мозги и восстановить в
памяти суть, квинт-эссенцию проблемы... - уговаривал себя Саша. - И в итоге там, в
средневековой Франции, мы всё сделали правильно, не изменяя хода истории. Почему же
сейчас я ничего не могу вспомнить? - И вдруг его осенило: - Я не помню этого, потому что
меня, то есть Тамита, в этот период времени не было во дворце!.. А где же я был?"
И Саша вновь погрузился в раздумье, пока его ни прервал голос Вани:
- Ну что, какие будут мнения, господа?
- Меня вообще не интересует ничего, кроме "Фаэтона", - уныло произнесла Аня. -
Его надо вернуть во что бы то ни стало! Любыми способами! - она говорила все громче и
громче. - Я не хочу здесь остаться навсегда! - и, наконец, заплакала.
- Анюта, успокойся, - сказал Саша. - Мы тоже хотим вернуться домой. И будем
делать для этого всё.
- Но надо трезво подходить к ситуации, - добавил Ваня. - Слезами горю не
поможешь. Давайте всё тщательно взвесим и решим.
Аня перестала плакать, однако взвешивать и решать, тем более тщательно была еще явно
не готова.
"Мы найдём "Фаэтон", мы найдём "Фаэтон", - твердила она про себя как молитву, - и
вернёмся домой, и вернёмся домой... Обязательно вернёмся. Ведь если чего-то очень захотеть,
то это обязательно исполнится, - убеждала она себя. - Только надо очень-очень захотеть. А я
очень-очень-очень хочу вернуться домой, - она опять закрыла глаза и сжала кулачки. -
Очень-очень. И это обязательно сбудется".
Саша и Ваня сочувственно и даже с испугом смотрели, как девушка вздрагивает и,
зажмурившись, что-то шепчет еле слышно. Ваня уже хотел подойти и потормошить её. Но
Саша поднял руку:
- Не надо. Пусть сама успокоится.
В этих вопросах он считался авторитетом - все-таки из медицинской семьи. И, как
обычно, оказался прав. Аня на несколько секунд закрыла лицо руками, потом резко опустила
их, потрясла головой как собака, пришедшая с дождя, и даже улыбнулась.
- Все, - сказала она, - я готова и слушать, и думать, и говорить.
- Хорошо, - начал Саша, - как вы полагаете, если мы не согласимся на предложение
Джедхора...
- Он не будет искать "Фаэтон", - быстро сказал Ваня.
- Не думаю, - покачал головой Саша. - "Фаэтон" он, конечно, искать будет, но без
особого усердия. Он тоже оказался в безвыходной ситуации, когда только мы и можем помочь.
- И тут, ему на счастье, у нас украли "Фаэтон", - съязвил Ваня.
- Ну да, - согласился Саша. - Правда, Джедхор в любом случае просил бы нас о
помощи. Поручение Нефертити с самого начала было сложным и опасным, а после этого
нападения по дороге в город, оно стало почти невыполнимым. Судите сами: Аи узнаёт через
осведомителей, что Нефертити отправила в столицу одного из своих ближайших советников.
Зачем отправила? Думаю, Аи пока не знает. Как и то, что Анхесенамон ждёт ребёнка, но он,
безусловно, чувствует подвох и, от греха подальше, посылает лучников убить Джедхора на
подступах к городу. Вероятнее всего, Аи боится, что Джедхор нарушит его планы относительно
Анхесенамон. Мало ли что ещё могла придумать Нефертити! Присоветовала же она дочери
интригу с хеттским принцем. Из той затеи ничего не вышло, потому что Аи вовремя раскусил
планы вдовы, да и Суппилулиума в данной ситуации повёл себя чересчур осторожно. Но теперь
до объявления будущего владыки Двух Земель осталось всего несколько дней. И рисковать
визирь не будет. Не пустит он к Анхесенамон посланца Нефертити, вот и причина есть -
нездоровье. Где уж там передавать послания и выводить вдову из дворца! Тут войти во дворец
- задача невыполнимая!
- Миссия невыполнима, - проворчал Ваня. - Поэтому ее возложили на нас. Ловко
придумано!
- Да план-то, откровенно говоря, неплохой, - рассудил Саша. - И Джедхора можно
понять - ему необходимо спасти Анхесенамон. Это - благородная цель. Какие претензии? А
мы для него - люди непростые, посланники богов, и, значит, способны на многое... Да! -
вспомнил вдруг Саша. - Вещий сон, который ему приснился накануне отъезда из Меннефера,
говорил о том, что мы явимся как его спасители и покровители... И все же поначалу Джедхор
таился, не говорил нам о деле, надеялся справиться сам, но теперь осознал, что без нас ему
никуда.
- Ладно, - сказала Аня, - это всё понятно. Ты очень длинно говоришь, Саш. А нам-то
что делать? Соглашаться или нет? Ведь твой предшественник служил при дворе у самого
визиря, ты должен знать, насколько все это опасно. Не хотелось бы лезть в самое пекло. Вдруг
Аи догадается о наших намерениях, и тогда... - она тяжело вздохнула. - Я даже думать об
этом не хочу. И потом, нельзя же вмешиваться в историю. Вы что, забыли?
- Если б только знать еще, где вмешательство, а где точное следование событиям, -
философски проговорил Ваня. - У меня во Франции не так все просто оказалось... Ветров,
вспоминай! Без тебя ничего не получится.
- Да знаю я, - отмахнулся расстроенный Саша.
- Слушай, а может, ты видел кого-нибудь из нас во дворце? - с надеждой спросила Аня.
- Я уже думал об этом, - ответил Саша. - Но пришел к выводу, что меня, ну, то есть
Тамита, в этот период во дворце не было. А где был - не помню.
- Ты должен вспомнить, - настаивал Ваня. - От этого зависит...
- Сашка! - вдруг выкрикнула Аня. - У нас ведь есть подсказка!
- Какая подсказка? - не понял Саша.
- Человек попадает в свою прошлую жизнь в момент, который является поворотным или
критическим в судьбе его предшественника. Тебе угрожает опасность, ты стоишь на пороге
смерти, или, наоборот, жизнь резко меняется к лучшему. Там же особое поле возникает -
помните? - оно и притягивает путешественника во времени. Короче, вспоминай поворотное
событие в своей, то есть его судьбе.
На Сашином лице отразилась такая мука - казалось еще чуть-чуть, и уже с ним случится
настоящая истерика. Но правильно говорят: именно в минуту отчаяния и начинает дуть
попутный ветер. Воспоминания в его голове стали выстраиваться в более или менее внятной
последовательности...
Вот он стоит перед визирем Аи, и тот отдаёт ему распоряжения относительно хеттских
послов, поручает следить за каждым шагом посланников Суппилулиумы... Осторожный
правитель Хатти прислал вместо сына своих послов. Аи сразу понял, что дело нечисто,
приставил к Анхесенамон соглядатаев, и те донесли, что вдова написала письмо - уже второе
по счёту. О, в каком гневе был Аи! Он ведь ничего не знал о первом письме. Ему не доложили!
У него под носом плетутся интриги!.. А дальше? Что дальше?..
Вот он едет на западный берег Нила, чтобы проверить работу каменщиков в усыпальнице
Тутанхамона...
Вот он в сопровождении охраны везёт письмо в отдалённый гарнизон, что расположен в
пустыне на границе Та-Кемет. А в этом письме приказ - встретить хеттского принца "как
положено". Аи узнал, какой дорогой поедет сын Суппилулиумы и решил перехватить его на
границе. Обратный путь прошел без происшествий.
Дальше, дальше... Ничего необычного, мелкие поручения Аи, повседневные обязанности.
В том числе и приказ визиря отобрать самых опытных лучников и направить их "встретить"
Джедхора на подступах к городу. Тамит не знал его имени. Просто Аи сказал, что вельможа,
который следует в столицу, очень опасен и от него надо избавиться. Тамит сам отобрал
лучников и послал их выполнять задание. Правда, они вернулись в страшном возбуждении и с
невыполненным приказом...
"Теперь-то я понимаю, о чём они говорили, - думал Саша. - А тогда трудно было
поверить, что это правда. Аи сам, лично вызвал их на разбирательство... Что было дальше?..
Стоп!.. Вот событие, которое произошло как раз накануне похорон и на следующий день после
той истории с лучниками..."
- Ребята! - Саша даже вскочил с кресла. - Я вспомнил!
- Рассказывай, - обрадовался Ваня.
- Да, это событие изменило мою жизнь... - Саша перевёл дух и продолжил. - Я, как
обычно, в сопровождении вельмож, направлялся в храм для жертвоприношений и совершения
молитв по усопшему фараону. Меня догнал человек и вручил письмо с царской печатью. Там
было сказано, что Аи приказывает мне срочно отправиться в сопровождении его верных людей
в некое местечко недалеко от Фив для выполнения важного поручения. Дальнейшие указания
- на месте.
- И что потом? - торопила Аня.
- Гонец, передавший письмо, сказал, чтобы я, не мешкая, отправлялся в путь. Такая
поспешность удивила, конечно, но приказ есть приказ. Гонец проводил меня к своей колеснице,
и мы тронулись за пределы города, в сторону пустыни. Потом, проехав порядочное расстояние,
остановились. Вокруг ни души не было, одни пески, и только кое-где скалы - скучный пейзаж.
Провожатый повёл меня к специальному входу в одной из скал. Собственно, в ней был
выдолблен узкий коридор, ведущий, в просторную пещеру. Там меня ждал человек, который
представился тайным советником визиря и велел никуда не отлучаться вплоть до следующих
высочайших указаний.
- И какие же указания ты получил от Аи? - Аня просто сгорала от любопытства, но ее
ожидало разочарование.
- В том-то и дело, что никаких. Меня продержали в пещере несколько дней, а потом так
же, на колеснице, проводили обратно в город.
- Странно, - не поняла Аня.
- Мне это показалось более чем странным. Сначала я подумал, что Аи решил просто
избавиться от меня. Но так, чтобы никто не знал. Я перебрал в голове всех вельмож и слуг
дворца, которые тайно завидовали мне или ненавидели и могли опорочить моё имя в глазах Аи.
Я не чувствовал за собой никакой вины. Я всегда исполнял поручения визиря и не строил
козней за его спиной... Неужели Аи решил избавиться от меня, потому что я слишком много
знаю?.. Скажу откровенно, я был в отчаянии. Представьте себе: один в пещере, несколько дней
и охрана у входа. Чего я только ни передумал тогда.
- И тебя даже не кормили?
- Отчего же? Кормили, да ещё как! Доставляли самые изысканные блюда.
- Вот чудеса! - проговорила Аня. - А когда ты вернулся в город, что сказал визирь?
Как он объяснил своё поведение?
- Тогда он был уже не визирем, а полноправным владыкой. Я же вернулся после похорон
Тутанхамона. Аи был разгневан и не поверил ни одному моему слову; мало того, он запретил
мне появляться во дворце. По его приказу меня сослали в далёкую провинцию, как говорится, с
глаз долой! Но, честно говоря, я был рад этому. Служба у Аи очень подорвала моё здоровье. Я
находился в постоянном напряжении: все эти дворцовые интриги, сплетни, заговоры... А в
провинции моя жизнь наладилась. Я вспоминаю ее с большим удовольствием. Покой и
размеренность во всем...
- А, может, Аи специально сказал, что не поверил тебе, - стала размышлять Аня, -
чтобы возник повод для ссылки. Но зачем было держать тебя в той пещере? Сослал бы сразу -
и делу конец. Не понимаю.
- Получается вот что, - задумчиво произнёс Саша. - Это не Аи держал меня в пещере,
а какой-то недоброжелатель, решивший занять моё место. Конечно, в этом случае, Аи должен
был назначить разбирательство и выяснить, кто похитил меня. Но ничего подобного Аи не
сделал. Даже не стал выяснять подробностей - отослал меня, и всё. Значит... Что? Все-таки по
его приказу? Но зачем?! Парадокс какой-то...
- А если наоборот, - предложила Аня. - Аи решил, что ты сам сбежал от него, а потом
выдумал эту неправдоподобную историю, чтобы себя реабилитировать?
- Чепуха! - резко сказал Саша. - Тогда бы он сразу казнил меня. Мыслимое ли дело -
сбежать от визиря! Да он бы меня в порошок стёр! А уж если б я сбежал, точно не стал бы
возвращаться. Я же говорю: парадокс!.. Конечно, эти события изменили мою жизнь, причем в
лучшую сторону. Я стал свободным. Понимаете, свободным! - Саша улыбнулся. - От
унизительного подслушивания и подглядывания, от интриг, от постоянного страха и ожидания
чьей-нибудь подлости. Я мог делать, что хочу и не думать больше, что за мной наблюдают
сотни глаз, слушают меня сотни ушей, а их обладатели ждут - не дождутся, когда я оступлюсь
или впаду в немилость к господину! Вы не представляете, как тяжело служить при дворе.
Особенно, если это, как говорится, не твоё. Лишь оказавшись далеко от дворца, я осознал это, а
там, у Аи, конечно, гордился, что занимаю такую ответственную и важную должность.
- Да, - улыбнулся Ваня, - характер у тебя с тех пор совсем не изменился... Ну, ладно,
а что стало с Анхесенамон? Вопрос предельно важный. Нам удастся вывести её из дворца? Уж
это ты должен помнить.
- С Анхесенамон вообще много странного. Её судьба осталась тайной за семью
печатями.
- Как это? - растерялся Ваня.
- Могу рассказать только то, что слышал. Меня уже не пускали во дворец после
возвращения из "плена". Короче, Аи стал фараоном, вдова объявила об этом на похоронах
Тутанхамона. Но - что удивительно! - после её уже никто не видел. Аи сказал, что она
приняла яд и умерла - не вынесла горя. Но бальзамировщики, которые мумифицировали её
тело, говорили, что это вообще не Анхесенамон. Рассказывали, что и сама церемония
погребения владычицы была очень скромной... Но это, конечно, только слухи. Меня уже не
было в столице в то время.
- Значит так, - попробовал подытожить Ваня, - получается полная ерунда. Вариант
номер один. Всё по плану Джедхора: она сбежала, Аи решил скрыть это, объявил, что она
отравилась, а вместо неё похоронили другую. Но зачем тогда объявлять Аи своим мужем и,
стало быть, фараоном? Как-то нелогично. Вариант номер два: она сама отравилась, а
придворные распустили слух насчёт бальзамировщиков. Между прочим, те могли просто не
узнать царицу: от некоторых ядов, у человека вместо лица получается одна сплошная язва.
Вариант три: сам Аи её и отравил, узнав, что может родиться наследник.
- Действительно полная ерунда, - Саша почесал в затылке и вздохнул. - Однако Аи
реально мог отравить Анхесенамон. Здесь ядами пользуются вовсю. Той же синильной
кислотой, получаемой из косточек персика. А мог поступить ещё проще - подсунуть в
апартаменты царицы скорпиона или змею, чьи укусы смертельны.
- Но мы же просто фантазируем, - вставила Аня. - Спасётся Анхесенамон или нет -
так и не понятно. Значит, по-прежнему всё зависит от нас.
- И такая же неразбериха с твоим Тамитом, - проворчал Ваня, - то ли прятали, то ли
похитили...
- В общем, зря мы столько времени потратили, - печально заключила Аня. - Ничего
определённого ты нам сказать не смог. Во всяком случае, по поводу плана Джедхора. Опять
проклятая неизвестность. Саш, ну, может, ты хоть что-нибудь важное припомнишь? Я, кажется,
повторяюсь, но мы же не имеем права ломать ход исторических событий. Вдруг наше
вмешательство будет опасно для всей планеты в целом? Из этого надо исходить в первую
очередь. А во вторую... Вдруг Аи раскусит наш план и прикажет убить нас?..
Саша снова вошел в полный ступор. Видно было, что второе для него явно важнее
первого. История - вещь абстрактная, а жить каждому хочется вполне конкретно. И он
перебирал в памяти мельчайшие подробности своего "похищения": фразы, отдельные слова,
лица, звуки... Ведь не просто же так его держали в пещере! Должно быть этому хоть какое-то
объяснение! Мысли его то и дело цеплялись за что-то, но потом соскальзывали, срывались и
падали, исчезая в пустоте, а он снова нашаривал их вслепую, удерживал и пытался сцепить друг
с другом...
Ваня и Аня тем временем тихо перешептывались, стараясь не мешать другу:
- Знаешь, Вань, мне кажется, это Апуи надоумил Джедхора послать нас во дворец. Когда
мы пришли, он сразу пошёл к хозяину и они там долго беседовали. И потом, когда Джедхор нас
вызвал, он почему-то всё время поглядывал на слугу.
- Да, - согласился Ваня, - мне этот Апуи тоже показался не таким уж простачком.
И тут Саша подскочил, как ужаленный и выбросил вверх руку со сжатым кулаком. Ребята
даже испугались в первый момент.
- Апуи! - выпалил он, словно это был боевой клич. - Апуи! - повторил он громко.
И ни слова больше! И глаза в точку, как у безумного.
- Что Апуи? - не понял Ваня.
- Вы говорили про Апуи, - Саша сказал это строго, почти осуждающе и каким-то не
своим голосом.
- Ну, - растерялся Ваня.
Анюта же напряглась вся и приложила палец к губам, показывая Ване, чтобы молчал
пока: вдруг Саша ещё не все вспомнил и они собьют его с мысли.
- Голос! - выкрикнул Саша, словно отдавал команду собаке, и потом отвернулся
почему-то к стене.
- Какой го... - начал Ваня, но Анюта зажала ему рот рукой.
В эту последнюю и самую ответственную минуту никто не должен был мешать Ветрову.
- Совсем крыша съехала, - зашептал Ваня, вырвавшись из-под Анютиной руки и кивая
на Сашу.
- Тихо! Пожалуйста, тихо! - в последний раз взмолилась Аня, и тут Саша торжественно
повернулся к друзьям, улыбаясь от уха до уха.
- Все! - объявил он. - Победа. Я вспомнил главное. Там, в пещере, я слышал, как
снаружи двое переговаривались. Скажу больше: один отдавал распоряжения другому. Скажу
еще больше: главный говорил голосом Апуи.
- Что?! - синхронно выдохнули Ваня и Аня. - Ты в этом уверен?
- Абсолютно, - ответил Саша. - Уже сейчас вспомнилось: когда мы пошли за
верёвочной лестницей и Апуи вызвался нас сопровождать, его голос сразу показался мне
знакомым. Я просто не придал этому значения. А теперь... Слушайте, вы хоть поняли, что это
даёт нам?
- Кажется, да, - неуверенно начала Аня.
Ваня опередил её:
- Если среди похитителей был Апуи, значит, украли тебя не по приказу Аи, а по
приказу... Страшно сказать, да? По приказу Джедхора. Я даже готов объяснить, зачем.
И Ваня торжественно поднял вверх указательный палец.
УДАЧНОЕ НАЧАЛО
В небольшой, но светлой и чистой комнате за богато накрытым столом сидели двое
вполне респектабельных вельмож. И кто бы мог усомниться, что это действительно вельможи?
Язык, на котором они разговаривали с жителями Фив, был безупречен, одежда изыскана и
добротна, украшения и амулеты - тончайшей работы. Поселившись у некого торговца по
имени Мериб, они к тому же хорошо заплатили за постой. Хозяин дома был весьма рад
заполучить таких щедрых постояльцев. Вознаграждение ему выдали поистине роскошное -
пять алебастровых бутылочек с чудесными благовониями. Понюхав все ароматические масла,
Мериб пришел в необыкновенный восторг. Какой изысканный аромат! Никогда еще не
попадалось ему ничего подобного. "Да на этих благовониях можно сделать целое состояние, -
думал торговец. - Считанные капли таких ароматных масел равноценны нескольким мешкам
зерна или двум коровам и двум баранам! А то и больше. Ведь столь утончённых ароматов еще
ни у кого не было в Великой Та-Кемет, уж я-то знаю, - не зря же столько лет занимаюсь
торговлей благовониями! И где они раздобыли их?.. Говорят, приехали издалека. Откуда
именно - не говорят. Обещают пробыть несколько дней и двинуться дальше... О, они
несказанно щедры!"
Мериб спрятал бесценные бутылочки в ларец, где хранились самые дорогие вещи, и запер
его на замок.
И вельможи остались довольны сделкой. Ведь торговец на радостях выделил им лучшую
комнату в доме, распорядился подать вкусный обед и не тревожить гостей.
А при плотно закрытых дверях можно было поговорить и на родном языке.
- Итак, "Фаэтон" уже у
...Закладка в соц.сетях
