Жанр: Детская
Рэдвол 5. Жемчуг лутры
...уг расхохотался.
- Да-а, видел бы тебя сейчас отец! - сказал он сквозь смех. - В общем, так. Как
командир всего нашего отряда, я приказываю: если Плогг сейчас же не улыбнется и не
затянет веселую песню, нужно сбросить его в воду и не выпускать до тех пор, пока он не
превратится в сосульку. То-то смеху всем будет!
От этого веселья не осталось бы и следа, знай друзья о том, что в этот самый миг
десятки и десятки зорких темных глаз наблюдают за ними, а десятки темных
бесформенных теней внушительных размеров молча направляются к ледяному мысу, на
котором так уютно устроилась эта беззаботная компания.
ГЛАВА 33
В Страну Цветущих Мхов пришло новое летнее утро, ясное и безоблачное.
Предрассветная роса еще искрилась на листьях и траве, придавая всей зелени особенно
яркие и сочные оттенки. Из леса, окружавшего аббатство, доносились звонкие птичьи
трели. Наступающий летний день обещал быть долгим и жарким.
За завтраком ежиха Тизель села между Аумой и Пижмой. Беспокойно посмотрев на
обеих соседок, она завела разговор на волновавшую всех тему:
- Не вижу никакого смысла в том, чтобы вот так изводить себя. Аума, я тебе уже
говорила: эти трое проголодаются и явятся как миленькие. Найдется и пропавшая Фиалка,
в этом я тебя тоже могу уверить. Нет, по-моему, пора брать руководство этой кампанией в
свои лапы. Аббатство мы сегодня обыщем от крыши до самого дальнего уголка подвалов,
включая огороды, дворы и лужайки. Малышей найдем. Пижма, ты берешь своих подруг,
летописца Ролло и любого, кто вам еще понадобится, и продолжаешь искать жемчужины.
А поисками пропавших малышей займутся брат Дормал, Командор и сестра Цецилия. Они
организуют всех незанятых обитателей аббатства на большую ловчую охоту за малышами.
Барсучиха, отодвинув тарелку с недоеденным завтраком, вздохнула и благодарно
погладила ежиху Тизель по лапе.
- Ты права, - сказала матушка Аума, - так будет лучше.
Пинким, Краклин и Ролло к этому времени уже вовсю пытались оттащить ненасытного
Снопа от стола. Совенок сопротивлялся и изо всех сил старался успеть заглотить
возможно большее количество булочек с черничным вареньем, на ходу запивая их мятным
чаем. Отмахиваясь от наседавших друзей крыльями, в перерывах между глотками он
ворчал:
- Кыш от меня, настырные! А то у меня от волнения будет несварение желудка, и я не
смогу мудро думать.
Пижма решительно отодвинула от него тарелку с булочками, завернула оставшиеся в
салфетку и сунула сверток под крыло Снопу.
- Вот, держи, клюв ненасытный. Будешь жевать по дороге. Интересно, кто-нибудь
когда-нибудь слышал о совах, думающих желудком?
Все еще отказываясь верить в то, что булочки так легко достались ему, Сноп поспешил
на чердак.
Добравшись до жилища Фермальды, он вытащил откуда-то осколок стекла, сунул его в
пустое ласточкино гнездо и распорядился:
- Эй, Краклин! Ну ты, молодая непоседа! Привязывай гнездо к удочке и вешай его на
место. Да-да, именно.туда, где оно висело.
Пока белочка выполняла распоряжение Снопа, Ролло уяснил для себя суть совиного
плана.
- Понятно-понятно. Теперь нужно дождаться, пока галка снова прилетит к гнезду,
чтобы утащить стекляшку, и проследить за тем, куда она ее унесет. Хорошая мысль!
Сноп поудобнее устроился в кресле и развернул сверток с булочками.
- А то! - ухнул он. - Я, между прочим, не просто мешок перьев с крыльями. Нас, сов, не
зря называют мудрыми птицами. А теперь, Пижма, Пинким, Краклин, становись и слушай
мою команду! Сейчас вы идете и залезаете на южную стену аббатства. Оттуда гнездо
будет видно как на ладони. Когда появится галка, будьте готовы к тому, что вам придется
хорошенько поразмять лапы, чтобы проследить за тем, куда она полетит. Сами понимаете
- не хотелось бы потерять след этой птички. Все ясно? Ну, тогда вперед. А мы с Ролло
будем следить за гнездом отсюда, с чердака.
Тем же утром, чуть позже, брат Хиггли Стамп, проходя мимо стены с мешком орехов
за спиной, поднял голову и увидел трех подружек, напряженно глядевших куда-то вверх.
- Привет! - поздоровался он. - А вы что, не ищете пропавших малышей?
Не отрывая взгляда от гнезда, Пинким покачала головой:
- Добрый день, уважаемый Хиггли. Нет, в тех поисках мы не участвуем. У нас свое
дело.
Еж поставил тяжелый мешок на землю.
- Ну да, дело, конечно! А не могли бы вы мне сказать, какое именно у вас дело? Помоему,
вы просто смотрите на крышу аббатства, словно желая проследить, растет оно или
нет.
Пижма поспешила уточнить:
- Мы следим во-он за тем ласточкиным гнездом. Брат Хиггли понимающе кивнул:
- Не могли бы вы заодно почистить с полмешка вот этих орехов?
Лишь на миг оторвав взгляд от гнезда, Краклин посмотрела на мешок и уточнила:
- А это обязательно?
Еж кивнул и добродушно улыбнулся белочке:
- Ну, если вы рассчитываете на ореховый флан и крем на полдник, то эта работа
совершенно необходима. Сама понимаешь, орехи ведь без посторонней помощи из
скорлупы не повылезают.
Пододвинув мешок поудобнее, три подружки, не отрывая взгляда от гнезда, стали
вслепую чистить орехи.
Довольно высоко взобравшееся по небосводу солнце припекало троих малышей, устало
пробиравшихся сквозь чащу леса. Разумеется, большую часть ночи они провели без сна,
завернувшись в одеяло и подпитывая свое мужество прихваченными из дому вкусными
припасами. Еда кончилась за пару часов до рассвета. Дожевав последние крошки, малыши
немного вздремнули, но этого, понятно, было мало. Теперь они брели по лесу, изрядно
устав, пав духом и не желая верить в то, что, по всей видимости, они заблудились. Из всех
троих только бельчонку доводилось раньше бывать в лесу, и теперь он с деловитым видом
вел двух кротишек за собой.
Сам того не зная, Арвин увел подруг сначала на север от аббатства, а потом сделал
крюк, и теперь они оказались недалеко от основной тропы, ведущей к Рэдволлу.
Там и сморил сон уставших малышей. Они лежали, прижавшись друг к другу, и время
от времени их носики и лапки тихонько вздрагивали - им снились их детские сны.
Сноп вложил стеклышко в гнездо так, чтобы его было видно снаружи. Солнечные лучи,
попадавшие внутрь гнезда, заставляли осколок переливаться всеми цветами радуги. Галка
Скруво вскоре заприметила новый сверкающий предмет. Вволю наевшись гусениц и
муравьев на старом бревне на одной из дальних полян в лесу, галка облетала окрестности
в поисках чего-нибудь блестящего. Сделав на всякий случай несколько кругов над
аббатством и поняв, что в этом месте ей никакая опасность не угрожает, галка
спикировала к гнезду и с размаху резко клюнула стеклышко, словно оно было живым и
могло убежать. Осколок и вправду отлетел к дальней стенке ласточкиного гнезда, и галке,
зависнувшей в воздухе, пришлось немало потрудиться, чтобы извлечь его оттуда. Вскоре
птичьи усилия были вознаграждены, и, зажав в клюве стекло, Скруво радостно полетела
на юго-восток от аббатства, в глубину Страны Цветущих Мхов.
Скруво, конечно, видела трех обитательниц аббатства. Но, понимая, что белочка,
мышка и ежиха не представляют для нее ни малейшей опасности, она решила не обращать
на них никакого внимания.
Сноп и Ролло, спустившись с чердака, увидели, как их подружки выскочили за
территорию аббатства через обычно закрытую маленькую калитку в южной стене.
Совенок с обидой подвигал больным крылом.
- Нет-нет, я, конечно, ничего против ходьбы не имею, но это именно тот случай, когда
я был бы не против полетать.
Ролло, прищурившись, смотрел в синее небо.
- Боюсь я, что они потеряют галку из виду. Все-таки с земли нелегко преследовать
птицу, свободно летящую над лесом.
Старый летописец оказался прав. Добежав до леса, Пижма и Пинким сообразили, что
из-под веток они ничего не увидят. Оставалось надеяться на ловкость и проворство
белочки Краклин. Та мгновенно вскарабкалась на самую высокую сосну, взобравшись так
далеко, что подруги не могли увидеть ее с земли. Вскоре сверху, почти с самого неба,
донесся ее взволнованный голос:
- Она спускается, спускается! Там, на юге, она кружит на одном месте и потихоньку
спускается пониже к земле.
Пижма радостно захлопала в ладоши:
- Ну конечно, можно было сразу догадаться! Она полетела к старой церкви Святого
Ниниана! За мной!
Уже собравшихся бежать дальше подружек окликнул издалека Ролло:
- Ну что, видели, куда она полетела?
Пижма крикнула в ответ:
- Кажется, к старой церкви!
Черва секунду лишь маленькое облачко пыли над тропинкой свидетельствовало о том,
что здесь только что пробежали три небольшие, но очень проворные зверюшки. Ролло и
Сноп последовали за ними чуть более спокойным шагом.
По пути летописец рассказал сове о том, что собой представляет эта старая церковь.
- Вообще-то толком никто не знает, кем и когда была построена церковь в честь
Святого Ниниана. Время от времени кто-нибудь пытается в ней жить, но из-за сырости
эти развалины стали совершенно непригодны для жилья, а вот для нескольких десятков
галочьих гнезд место это, по-видимому, вполне подходит.
Взволнованно ухнув, Сноп пошел гораздо быстрее, чем раньше, оставив летописца
позади. Повернувшись, он объяснил свое поведение:
- Пойду-ка я поскорее. Дело в том, что поодиночке галки - вороватые, но трусливые и
безобидные птицы. А вот когда их целая стая, они могут быть очень и очень опасны,
особенно если их потревожить рядом с гнездом. С ними надо держать ухо востро.
Длинное копье с силой вонзилось в землю буквально в шаге от спавших малышей.
Арвин проснулся от того, что какая-то огромная мрачная тень подняла его в воздухе на
могучих лапах.
- Ой-ой-ой-ой-ой! - завопил бельчонок. - Это они! Щеритцы! На помощь!
Еще не успевшие проснуться Копуша и Гурбал точно так же были подняты в воздух.
- Не тррогайте нас! Мы же прросто малыши! Мы ничего плохого не сделали!
- Эти пр-ротивные щерритцы съедят нас прросто так!
Не в силах сдержать смех, дочь Командора - выдра Длинная Лапа - позволила себе
даже легонько встряхнуть Арвина.
- А ну-ка молчать, маленькие хулиганы! Будете вести себя смирно - мы вас не съедим.
А ты, бельчонок, перестань дергаться, а не то я тебя отпущу, и ты упадешь головой вниз.
Любознательная Копуша тем временем вскарабкалась по лапе своей спасительницы и
заглянула той прямо в глаза.
- Хур-р! - восторженно выдохнула кротишка. - Ты не щерритца, ты - выдрра!
Длинная Лапа опустила "пленников" на землю и перехватила поудобнее копье.
- Да, ребята, повезло вам, что мы не - как вы их называете? - "щеритцы". А теперь
лучше скажите мне, что трое малышей делают одни, без взрослых, так далеко от
аббатства?
Не успевший толком испугаться и поэтому быстро сообразивший, что к чему, Арвин
нашел самые веские, на его взгляд, причины.
- Мы... это... охотились на щеритц. Ну, на тех, которые похитили настоятеля и Фиалку.
Мы хотели выследить их, перебить всех противных щеритц и вернуться с
освобожденными пленниками в аббатство - чтобы на нас не ругались.
На этот раз выдра сдержала улыбку, вспомнив, как сама в детстве не раз попадала в
подобные приключения.
- Вы, ребята, молодцы,- одобрительно сказала она.- Мы тут недавно видели огромную
толпу "щеритц". Они бежали во всю прыть и кричали, что за ними гонятся три храбрых
воина.- Обернувшись к подошедшим выдрам из ее отряда, Длинная Лапа попросила у них
поддержки: - Я ведь правду рассказываю?
Выдры согласно закивали.
- Знаете, что они еще кричали? "Ой, спасите! Ой, помогите! За нами гонятся три
ужаснейших, кровожадней-ших малыша!" Я своими ушами слышала!
Арвин грозно нахмурился, схватил с земли свою палку и потряс ею в воздухе:
- Вперед, за мной! Вы поможете нам схватить их! Длинная Лапа запросто подхватила
бельчонка и посадила его себе на плечо.
- Брось, не стоят они того! Хочешь, я прокачу тебя до самого аббатства? Эй, ребята,
есть у нас что-нибудь вкусненькое? Пусть храбрые воины перекусят по дороге домой.
Тем временем в аббатстве брат Хиггли уже в третий раз открывал духовки и заглядывал
в кастрюли.
- Ну, и что прикажешь делать? - вопрошал он свою супругу Тизель. - Накрывать на
стол, чтобы все остывало, или оставить в духовке, чтобы пережарилось и перетушилось?
- Я и сама не знаю, - отвечала Тизель. - Пойду спрошу Ауму, ей виднее, когда должны
вернуться те, кто отправился на поиски.
Аума сидела на крыльце аббатства вместе с Командором и нервно терла лапами морду.
- Надо было еще вчера начинать поиски этих малышей, - в который раз повторила она.
- Говорила мне сестра Цецилия, а я не послушала. Все думала, что они захотят есть и
вернутся. А теперь что? Вон уже целый день ищем, и все без толку! Это все я виновата. А
еще бедняжка Фиалка! Оказаться в лесу одной! Что с ней - заблудилась, в плен попала или
еще что-нибудь похуже...
Командор погладил ее по плечу:
- Не вини себя. В конце концов, в прошлый раз все обошлось. И никто не мог
предположить... Это еще что такое?
Думм-бумм-бумм! Вслед за ударами колокола раздался крик Фарло Стампа,
дежурившего на башне у ворот.
- Выдриный патруль возвращается! - крикнул еж. - По-моему, они ведут с собой кого-то
еще. Да это же наши трое пропавших малышей! Точно, они! Вальджер, открывай ворота.
Бросившись к воротам, Аума на бегу задрала морду к небу и взмолилась:
- Хвала Всем Сезонам! Хоть эти целы и невредимы! Но где же Фиалка?
Большой колокол на башне пробил четыре раза, созывая обитателей Рэдволла на обед в
Большом Зале. В Рэдволле едоков стало гораздо больше за счет землероек Гуосим и выдр
из дозора Длинной Лапы, в зале даже пришлось поставить дополнительные столы.
Сестра Цецилия и еще кое-кто из старейшин аббатства предлагали немедленно
отправить троих провинившихся малышей в постель и уж точно лишить их вкусного
обеда, заменив его крапивной похлебкой. Неожиданно для всех Длинная Лапа выступила
в защиту виновных и, действуя уверенно и настойчиво, даже сумела перетянуть на свою
сторону Ауму и многих других.
- Друзья мои, - сказала она достаточно громко, чтобы ее слышал весь зал, - я думаю,
нашему отряду никак не помешают эти трое славных воинов, усилиями которых древний
Рэдволл был спасен от набега кровожадных ящериц. И я полагаю, нам нужно задобрить их
сейчас, пока они молоды, тогда в старости мы будем избавлены от диеты из крапивной
похлебки.
Сестра Цецилия хотела что-то возразить, но ее перебил Лог-а-Лог, который заявил, что
присоединяется к Длинной Лапе и считает вредным подавлять боевой дух юных воинов,
запирая их в лазарете и кормя крапивной похлебкой. Поняв, к чему клонит Лог-а-Лог,
Длинная Лапа продолжила его мысль и обратилась к малышам:
- Готовы ли вы поклясться мехом и усиками, что вы никогда больше не будете убегать
и прятаться без моего разрешения? Да, и еще: вам придется дать присягу, что вы будете
вести себя, как подобает настоящим выдриным воинам, а это значит: выполнять приказы
старших, никогда никого не обманывать, быть добрыми к любому зверю, ну, и вести себя
хорошо, и все в том же духе. Готовы ли вы дать такую серьезную клятву?
Проголодавшиеся малыши готовы были дать не только такую почетную клятву, но и
наобещать всего, чего угодно, лишь бы от торжественных речей перейти наконец к
поеданию стоявшего перед ними большого клубничного пудинга. За всю голодную троицу
ответила Копуша, вскарабкавшаяся на табуретку и гордо помахавшая в воздухе ложкой:
- Прринимайте нашу пррисягу, хур-хур!
Раздались общие аплодисменты и одобрительные крики. Вдруг двери Большого Зала
распахнулись, и на пороге появился Вальджер, поддерживавший или, скорее, тащивший
на себе Пижму и Краклин. Сделав несколько шагов к главному столу, белочка и ежиха
рухнули на пол, задыхаясь от усталости и душивших их рыданий. Вальджер взволнованно
сообщил:
- Из того, что они пытались мне сказать, я мало что понял, но, по-моему, около церкви
Святого Ниниана происходит что-то ужасное.
С неожиданным для своих сезонов проворством Аума выскочила из-за стола и
плеснула холодной водой в лицо теряющим сознание подругам. Ежиха Тизель приподняла
голову Пижмы, подула ей в нос и ласково потрепала по щекам, стараясь привести в
чувство.
Едва придя в себя, Пижма сбивчиво и неразборчиво заговорила:
- Мы всю дорогу бежали оттуда... Галки... Они напали на нас... у церкви... Ролло
спрятался... в канаве... Сноп сказал позвать на помощь... Пинким... Пинким... только не
это... нет!
Аума, поднявшая на передние лапы белочку, поспешила спросить ее:
- Всё так?
Та лишь кивнула в ответ и, зарыдав, снова потеряла сознание. Вся ее мордочка была
покрыта глубокими кровоточащими шрамами.
Первым пришел в себя бесстрашный Лог-а-Лог. Он выхватил шпагу и скомандовал:
- Гуосим, тревога! Эй, Командор, собирай свободных от дежурства выдр и двигай за
нами! По-моему, медлить нельзя ни секунды. Вперед, за мной!
Император Ублаз проснулся в ужасном настроении. Разбудило же его робкое
царапанье в дверь спальни. - Если хочешь войти, то постучи как положено! - рявкнул
Безумный Глаз. - А если дело действительно срочно, так входи и буди, что за порогом
топтаться-то!
Командир крысиной стражи Сагитар Пилозуб, понурив голову, вошла в дверь
императорской спальни. Ублаз протер глаза и спросил:
- Ну что там еще? Выкладывай!
Набрав в легкие побольше воздуху, Сагитар приступила к докладу:
- Ваше Всемогущество, сегодня под утро один из надзирателей был найден мертвым на
берегу моря, у стен дворца. По всей видимости, его выбросило прибоем. Он был привязан
к корабельному рулю. А вот это было засунуто ему в пасть.
Сагитар протянула императору свернутый несколько раз и перевязанный бечевкой
кусок парусины. Развернув еще влажную тряпку, Ублаз обнаружил на ней надпись,
сделанную кровью ящерицы. "Смерть Безумному Глазу!" - гласило послание. Чуть ниже
значилось: "Привет от Расконсы и его морских братьев". Отбросив парусину в сторону,
император заскрежетал зубами, но взял себя в лапы и спокойно сказал:
- Итак, уже четвертый надзиратель за последние два дня. А как пираты? Вернулись они
в таверны?
Сагитар отрицательно покачала головой:
- Нет, Ваше Всемогущество. В порту никого нет, и никто из пиратов ни разу не
попытался пробраться на корабли. Они ушли в горы...
Ублаз шагнул к Сагитар и сильно толкнул ее.
- Это я и без тебя знаю! - крикнул он ей прямо в морду. - А также то, что у них есть еда,
оружие и все необходимое, чтобы сидеть в горах, сколько им заблагорассудится.
- Ваше Всемогущество, а может быть, стоит напасть на них всеми силами крысиной
стражи и надзирателей? В конце концов, у нас дисциплинированные отряды, а они - всего
лишь морской сброд, не обученный воевать на суше.
Морда Ублаза расплылась в недоброй ухмылке.
- А вот этого подарка мы им не сделаем. От нас только того и ждут, чтобы мы
покинули дворец и пошли в глубь острова. Они оставят перед нами отвлекающий отряд, а
когда мы увязнем в бою, тотчас же займут дворец. Нет, так не пойдет. Пошла отсюда вон!
- прикрикнул он на Сагитар. - Выстави усиленные караулы на стенах, на всех башнях и на
подходах ко дворцу. Докладывай обо всех новостях, о любом передвижении противника в
окрестностях. А теперь оставь меня, мне нужно подумать.
Пиратские капитаны Пряжка и Оскал вместе с рулевым Гухом захватили в плен еще
одного надзирателя. Ящерицу связали, заткнули ей пасть кляпом и потащили к лагерю
бунтовщиков-пиратов на дальней оконечности острова.
Расконса сидел у костра и ждал, пока испекутся крабы. Увидев друзей,
конвоировавших пленную ящерицу, он ухмыльнулся и сказал:
- Что, еще один пленничек? Отлично! Ну а как дела во дворце императора? Есть
новости?
Капитан Пряжка выбрал место в тени, присел, хлебнул морского грога и сказал:
- Безумный Глаз боится даже нос высунуть из дворца. Того пленного мы доставили ему
так, как ты приказал. Насколько мне известно, Сагитар уже передала твое послание
Ублазу. А этот был часовым на причале. Ну не оставлять же его было там одного -
пришлось прихватить с собой.
Расконса пощекотал ящерицу острием кинжала.
- Ладно, приятель, ты не переживай. Долго терпеть такую мерзкую компанию тебе не
придется. Отдадим мы тебя твоему императору ближе к ночи, не беспокойся. В каком
виде, правда, не знаю, но как-нибудь уж доставим.
Горностаю Оскалу вся эта болтовня была неинтересна. Он подошел к Расконсе и,
поглядев ему прямо в глаза, спросил:
- Когда мы вернем себе наши корабли? Лис в ответ улыбнулся и сказал:
- Когда настанет время, не раньше. Как ты думаешь, чего от нас ждет Ублаз? Вот
именно: он ждет, что мы организуем набег на порт, чтобы захватить наши корабли. И
можешь быть уверен, Безумный Глаз придумал какую-нибудь ловушку. Нет, нам теперь
важнее захватить дворец. А потом корабли сами упадут к нам в лапы. Ничего, продержим
Ублаза во дворце сколько потребуется, пока он не согласится на переговоры.
Оскал с сомнением в голосе поинтересовался:
- А потом что? Лис выхватил из ножен свой любимый кинжал и кровожадно облизнул
его.
- Тогда мы обманем его и убьем. Я думаю, не только куницы способны на хитрость и
двойную игру.
Оскал не унимался:
- Корабль! Нам нужен корабль, хотя бы один.
Расконса поразмыслил над этим, а затем встал и направился на вершину ближайшего
холма. Оттуда он показал пальцем в сторону полузатопленного "Флибустьера".
- Эй, Оскал! - обратился к горностаю Расконса. - Посмотри: вот тебе корабль, почти
целый. Согласись: если привести "Флибустьер" в порядок, то в твоих лапах окажется едва
ли не самый быстрый корабль в мире.
Оскал, воодушевившись, стал собирать по окрестным скалам свой экипаж. Расконса
добрался наконец до уже пропекшегося краба и сказал сам себе:
- Вот и славненько. И Оскал при деле, и корабль нам не помешает. Особенно такой,
который списан Ублазом со счета.
Вечером Ублаз лично спустился к дворцовым воротам, куда стражники и надзиратели
приволокли тело очередной мертвой ящерицы. Нисколько не заинтересовавшись
погибшим надзирателем, император вытащил кусок парусины, который был зажат у того в
зубах. Отойдя в сторону, Ублаз стал читать послание Расконсы: "Поговорим завтра. Если
ты не придешь, я все равно выкурю тебя из дворца рано или поздно. Выброси зеленый
флаг, если согласен с моими условиями: встречаемся в центре острова утром после
рассвета. Расконса". Ублаз жестом подозвал Сагитар и отвел ее в сторону на достаточное
расстояние, чтобы никто не слышал их разговора.
- К полуночи приведешь ко мне в тронный зал шестерых лучших стрелков из лука, -
распорядился император. - Сделай так, чтобы никто не знал, зачем и куда их вызвали.
Улыбаясь, Безумный Глаз отправился обратно в свои покои. Ему даже нравилась
сложившаяся ситуация: он снова вступил в рискованную игру и был уверен, что вот-вот
докажет настырному противнику - тягаться с ним бесполезно.
Прошло уже два дня с тех пор, как "Морской Змей" вышел из полосы льдов и туманов,
и теперь он на всех парусах двигался на запад, к Сампетре. Светило солнце, хотя из-за
северного ветра по-прежнему было холодно, и к тому же изрядно штормило.
Настоятель Дьюррал сидел в капитанской каюте. Время от времени он грыз морские
сухари, запивая их холодной водой. Мыслями старый настоятель был где угодно, только
не на пиратском корабле. Разумеется, большая часть его раздумий была посвящена
Рэдволлу. Из сладких воспоминаний Дьюррал был вырван раздавшимся на палубе шумом.
Послышались топот множества лап, звон стальных клинков - стало ясно, что взаимная
неприязнь Ромски и Ласка Фрилдора все-таки переросла в открытый бой. Для своей
безопасности Дьюррал подтащил к двери стол и пару не прикрепленных к полу скамеек.
Забаррикадировавшись таким образом, он завернулся в пыльное одеяло, лежавшее на
койке капитана, и забрался в дальний угол каюты. Ему оставалось только надеяться, что
верх в разыгравшейся схватке одержит хорьчиха Ромска, а не беспощадный генерал
надзирателей.
Проснулся Дьюррал ближе к ночи, когда иллюминатор, находившийся под самым
потолком каюты, почти перестал освещать помещение. Настоятель на ощупь проверил
дверь и убедился в том, что она надежно забаррикадирована. Завернувшись снова в
одеяло, он сел спиной к перевернутому столу и стал ждать. На палубе царила тишина.
Вдруг настоятель Дьюррал насторожился: кто-то поскребся в дверь каюты. Не зная, кто
это - друг или враг, но опасаясь худшего, Дьюррал перебрался в дальний угол.
Скребущиеся звуки сменились стуком, а затем сильными ударами, от которых задрожала
дверь каюты. Вскоре в двери была прорублена большая дыра, в которой мелькнула чья-то
тень. Не выдержав напряжения, старый настоятель в отчаянии закричал:
- Да кто же там?
В следующую секунду раздался еще более сильный треск, половина двери разлетелась в
щепки, и в образовавшуюся дыру просунулась кошмарная чешуйчатая морда Ласка
Фрилдора.
Выглянувшая из-под парусинового полога Фиалка первой увидела незнакомцев. Она
испуганно вскрикнула, и Мартин тотчас же вскочил на ноги, выхватив из-за спины меч.
Отбросив в сторону тент, он приготовился к бою.
Хват, зажав лапой Фиалке рот, сам изумленно смотрел на множество огромных
неизвестных ему существ, окруживших челнок.
- Великие Сезоны! - пробормотал он. - Откуда взялось это стадо морских кошмаров?
Большие, сильные и подозрительно моргавшие темными глазами звери плотным
кольцом окружили лодку. Мартин занес меч, чтобы отпугнуть их и заставить
отодвинуться чуть подальше. Двигаясь быстро, но очень плавно, Грат поспешила опустить
лапу Мартина, негромко сказав ему:
- Отложи меч, Мартин. Это морской народ. Лучше их не злить. Не делай резких
движений, не то они просто сбросят нас в воду и утопят.
Мартин опустил оружие, не отрывая взгляда от незнакомых зверей.
- Что будем делать дальше? - шепотом спросил он у выдры.
Та отложила лук и стрелы и показала незнакомцам, что она безоружна.
- Давай я попробую с ними поговорить, - сказала она Мартину. - Морской народ
иногда приплывал к тем местам, где жила моя родня. Они по-нашему не говорят, но я их
вроде немного понимаю. Да, вспомнила: наши называли их тюленями.
С этими словами Грат выс
...Закладка в соц.сетях
