Жанр: Детская
Рэдвол 1. Страна цветущих мхов (Воин Рэдвола)
...ыл выспаться, чтобы потом хорошенько все обдумать на свежую
голову. Но долгожданного отдыха не было: во сне его вновь преследовал воин.
Как ни старался, Клуни никак не мог убежать от мстителя с огненным мечом. Тени убитых им зверей вставали
перед ним из-под земли. Они путались у него под ногами, он спотыкался о них и падал. Обессиленный, он все-таки
поднимался и бежал дальше от неумолимого преследователя, а вокруг плясали тени его мертвых офицеров - Черепа,
Краснозуба, Рваноуха и Сырокрада - и повторяли на все лады: повернись, повернись! Но Клуни, охваченный страхом, бежал
не оглядываясь.
Наконец две ласки-землекопа пробили тонкий свод подземного хода и отпрыгнули в сторону от посыпавшейся
сверху земли. В дыру ударил солнечный свет. Подталкиваемый сзади нетерпеливыми солдатами, Темнокогть подошел к
землекопам, и те подняли его на вытянутых лапах и выпихнули наружу. Темнокогть, подтягиваясь, уже ухватился
передними лапами за траву, но вдруг замер...
Прямо перед ним вдоль натянутых на колышки бечевок стояли, словно на смотру, две шеренги лесных зверей.
Темнокогть усмехнулся: нашли время играть в свои глупые игры! Ведь у них даже оружия нет!
В это время за спиной у него послышался какой-то шум, и, обернувшись, Темнокогть увидел два булькающих на
огне огромных котла. За котлами стояла барсучиха и какой-то неизвестный ему зверь - но не менее внушительный, чем
Констанция.
Темнокогть попытался выскочить наружу, но не успел - барсучиха и ее напарник мигом перевернули котлы вверх
дном.
Предсмертный крик застрял у Темнокогтя в глотке. Кипящая вода обрушилась ему на голову обжигающим
водопадом. Кипяток мгновенно затопил набитый крысами подземный ход. Прижатые друг к другу, крысы даже пискнуть не
успели.
Тотчас Констанция скомандовала выстроившимся вдоль бечевок зверькам:
- Прыгайте!
И все зверьки одновременно прыгнули через натянутые бечевки.
Констанция начала мерно считать:
- Раз, два, прыгай! Раз, два, прыгай! Раз, два, прыгай!
Под ударами сотен лап земля вскоре осела - подкоп завалило.
Защитники аббатства издали громкий торжествующий крик. Артель Кротоначальника принялась засыпать
образовавшуюся канаву камнями и землей.
Монах Гуго попросил вернуть котлы на кухню. Некоторое время мыши постояли возле бывшего подкопа и вскоре
пошли прочь от длинного каменистого кургана памятника на братской могиле крыс.
Черноклык и Кроликобой, стоявшие у входа в подкоп, были отброшены в сторону толпой крыс, ласок и хорьков, в
страхе рвавшихся наружу.
- Это еще что такое? - заорал Черноклык. - А ну назад! Назад, кому сказано!
Но на его окрики никто не обращал внимания. Облепленные жидкой грязью, волоча за собой обломки копий,
отталкивая друг друга, солдаты Клуни бросились прочь от подкопа.
Кроликобой заглянул в дыру. Поток горячей воды вынес ему навстречу мертвого горностая. Хорек еле успел
отскочить в сторону - опоры треснули, раздался глухой удар, подкоп рухнул.
Клуни все бежал и бежал, и вдруг перед ним возникло новое привидение: отвратительная тварь, покрытая темной
дымящейся жижей. Призрак, расставив лапы, словно для объятия, преградил ему путь. Клуни отпихнул его прочь, и тот
жалобно застонал:
- Клуни, это я, Темнокогть. Смотри, что они со мной сделали!
Около шатра стояли, переминаясь с лапы на лапу, Кроликобой и Черноклык и тихонько спорили:
- Ты рыл подкоп, ты и заходи первым.
- Почему я? Я хорек, а ты - крыса, тебе и отвечать. Иди первый.
- Может, вместе зайдем?
- А может, лучше подождать? Хозяин, кажется, спит. Пожалуй, он не особенно обрадуется, если мы его разбудим.
- Верно. Нечего его будить.
8
Выглянув в узкую дыру, что находилась у него прямо перед глазами, Асмодеус увидел в большой пещере мышь и
злобно зашипел. Мышь украла меч, его любимый, такой красивый меч!
Аспид развернул свое мускулистое тело и, обнажив ядовитые зубы, стремительно заскользил в пещеру.
Никто не смеет красть у него!
Матиас схватил перепуганного Лог-а-Лога за лапу и потянул за собой.
- Асмодеус обнаружил нас! Быстрее, Лог-а-Лог! Прочь отсюда!
Они бросились в ближайший проход, но тут же в страхе побежали обратно: Асмодеус полз им навстречу. Держа
одной лапой Лог-а-Лога, а другой меч, Матиас остановился и огляделся.
- Вон туда, Лог-а-Лог! Быстрее!
Обежав мерцающее озеро, друзья юркнули в узкий ход на другой стороне пещеры.
Огромный аспид лениво свернулся возле этого узкого хода и ехидно зашипел:
- Асмодеус-с-с! Некуда спешить, никуда не денутся.
Вскоре в отчаянии беглецы обнаружили, что ход кончается тупиком. Они попали в ловушку!
Лог-а-Лог остановился, зубы его громко стучали друг о друга.
- Т-тут, т-т-тут нет-т-т выхода! Мы погибли! - запричитал он.
Матиас стал шарить лапами по стене.
- Надо что-то придумать, - сказал он. - Не теряй головы, думай!
Асмодеус слегка просунул голову в ход, и воздух вокруг беглецов наполнился шипением:
- Немного подождите, мои маленькие, я скоро приду. Асмодеус-с-с!
Лог-а-Лог прямо-таки одеревенел от ужаса. Матиас принялся яростно копать стену мечом, отбрасывая в сторону
куски песчаника, он все время повторял про себя:
- Нам нечего терять, кроме меча и наших жизней. Но должен, должен быть выход!
Вот меч вонзился в древесный корень, и Матиас принялся тыкать вокруг, мягкий песчаник под стальным клинком
стал осыпаться. Матиас заработал еще быстрее.
Лог-а-Лог всхлипнул: в узком подземном ходе показался Асмодеус, медленно, но неуклонно он приближался.
Матиас понял, что меч пробил камень, за которым была пустота. Мышонок с удвоенной энергией принялся
расширять проделанную дыру. Вскоре он схватил Лог-а-Лога за шкирку и как следует встряхнул его:
- Слушай! Ты меньше меня, лезь вперед, а потом попытайся втянуть и меня за задние лапы. Быстрей же, если
хочешь жить!
Лог-а-Лог наконец-то сообразил, в чем дело, и быстро юркнул в дыру. Скорчившись, он спрятался за древесным
корнем.
Асмодеус подполз уже совсем близко, и Матиас, размахивая мечом, отступал, не сводя глаз с врага.
Он нащупал за спиной дыру в стене и полез в нее боком. Не опуская меча, мышонок крикнул своему товарищу:
- Лог-а-Лог, видишь мои лапы? Хватайся за них покрепче и тяни!
Матиас заболтал задними лапами в воздухе, но передними крепко сжимал рукоять меча и водил им из стороны в
сторону, вслед за движениями змеиной головы. Наконец он почувствовал, что Лог-а-Лог тянет его за задние лапы, и,
извиваясь всем телом, стал протискиваться в дыру. Асмодеус, приближаясь к мышонку, оскалил пасть. Матиас, защищаясь,
замахнулся мечом на аспида, тот зашипел и отпрянул. Тогда Матиас ткнул концом меча в голову змея.
- Назад, змей, или я убью тебя! - прокричал он.
Асмодеус ответил тихим шипением:
- Иди ко мне, мыш-шонок, дай я обовью тебя. Мой поцелуй принес-сет тебе вечный с-сон.
С радостным криком Матиас наконец проскочил в дыру и упал на Лог-а-Лога. Змей попытался просунуть голову в
отверстие, со всех сторон на двух друзей посыпались песок и камни.
- Он скоро пролезет! - в ужасе вскрикнул Лог-а-Лог.
Матиас отодвинул друга в сторону и, расставив задние лапы пошире, крепко сжал рукоять меча.
- Отступать некуда, я буду биться с ним не на живот, а на смерть!
Вот огромная треугольная голова уже просунулась в тесную пещеру.
- Верни меч, мышь, и ты умрешь без мучений! - прошипел аспид.
Матиас рассмеялся:
- Попробуй отнять его, Ядозубый!
Асмодеус рванулся вперед, но ему мешал торчащий в проломе корень. Тогда он принялся раскачиваться всем
телом из стороны в сторону.
- Посмотри на меня, мой маленький друг. Я знаю, ты - великий воин и не побоишься взглянуть мне в глаза.
Посмотри на меня.
Зрачки змея сужались и расширялись, и вскоре Матиас, завороженный, был не в силах оторвать взгляд от этих
огромных глаз. Асмодеус вкрадчиво шипел:
- Смотри, смотри, это озера вечности. Ныряй в них, там темно, темно и тихо...
Лог-а-Лог, околдованный взглядом змея, тоже застыл. Матиас чувствовал, что его сковывает сонное оцепенение.
Голос аспида, словно ядовитый зеленый туман, холодный, темный туман, окутывал все тело. Мышонок неотрывно смотрел
в змеиные глаза, его веки становились все тяжелее и тяжелее...
Но вдруг из этого тумана появился Мартин Воитель:
- Матиас! Проснись! Встреть врага, как подобает воину! Подними меч, Матиас! Мой меч не достанется змею.
Ударь его за меня, мой храбрый воин!
Асмодеус, с трудом протискивая свое длинное тело в узкий проход, медленно, но неумолимо приближался.
Губы Матиаса, стоявшего с закрытыми глазами, вздрогнули и зашевелились.
- Ударь...
И - о чудо! - наваждение исчезло. Матиас открыл глаза и смело взглянул на змея. Мышонок поднял старинный меч
высоко над головой и с размаху опустил его на голову аспида.
Это Мартин бьет за Рэдволл!
За Мартина!
За Лог-а-Лога и его землероек!
За убитую Гуосим!
За Мафусаила!
По Клуни Хлысту!
По насмешкам капитана Снега!
За солнечный свет и свободу!
Матиас рубил мечом, покуда тот не выпал из его ослабевших лап.
Когда Лог-а-Лог очнулся от оцепенения, он первым делом взглянул на своего друга Матиаса Воителя.
Тот стоял дрожа от изнеможения, тяжело дыша, передние лапы бессильно висели вдоль тела. Одежда его была в
крови, длинный грозный клинок легендарного меча мерцал в темноте алым цветом победы.
Голова ядозубого Асмодеуса неподвижно лежала на земле, его помутневшие глаза закрылись навеки!
На следующий день Матиас вошел во двор дома Джулиана во главе Повстанческого союза землероек Леса
Цветущих Мхов. Около амбара он велел повстанцам остановиться и повернулся к Лог-а-Логу:
- Подождите меня здесь. Мне надо кое с кем поговорить наедине.
Матиас вошел в полутемный амбар, зная, что его появление здесь не будет неожиданностью. С порога, не глядя по
сторонам, он крикнул коту:
- Джулиан, это я, Матиас! Я вернулся!
Рыжий кот мгновенно вынырнул из темноты.
- Вижу. Добро пожаловать, мои маленький друг! А это и есть тот самый меч, о котором ты мне рассказывал?
Матиас протянул меч коту:
- Он самый. И этим мечом я убил Асмодеуса. Это меч Мартина Воителя!
Сквайр Джулиан Джиндживер бережно принял меч в свои лапы, затем положил его на сено и, сев рядом, прикрыл
глаза.
- Матиас, я хочу дать тебе добрый совет. Я намного старше тебя и знаю жизнь. У меня почти не осталось иллюзий,
и, хотя тебе могут не понравиться мои слова, я должен тебе кое-что сказать. Род Джиндживеров очень древний, я видел
много реликвий, подобных этому мечу. У моих предков был огромный арсенал, полный прекрасного драгоценного оружия
и боевых доспехов. Твой меч, без сомнения, прекрасен и выкован искусным мастером. Не много таких мечей осталось в
мире, но, Матиас, не забывай - это всего лишь меч! Без волшебной силы и тайных заклинаний. Этот меч выкован для одной
цели - убивать, и он ровно настолько хорош или плох, насколько хорош или плох тот, кто им владеет. Знаю, Матиас, ты
думаешь только о благе аббатства, поэтому не пускай свое оружие в ход бездумно и праздно. Это неминуемо обернется
бедой для тех, кого ты любишь, и для тебя самого. Мартин Воитель поднимал этот меч только ради правого дела - вот
почему меч стал символом мощи Рэдволла. Без мудрости сила - ничто, знай это, мой друг. Владей мечом мудро.
Кот протянул мышонку меч, и Матиас церемонно принял свое оружие. Его удивили слова Джулиана - к тому же
они неожиданно напомнили ему о старом Мафусаиле.
- Благодарю тебя, Джулиан, - сказал он. - Я на всю жизнь запомню твой совет. А теперь я хочу попросить тебя об
одном одолжении. Мне надо поговорить с капитаном Снегом, и я бы хотел, чтобы ты тоже присутствовал при нашем
разговоре.
Кот досадливо поморщился:
- Ты просишь слишком многого. Ну хорошо, только ради тебя.
Джулиан неохотно вышел вслед за Матиасом во двор. По рядам повстанческой армии пронесся испуганный ропот.
Сквайр Джулиан приветливо кивнул землеройкам и с царственной небрежностью проговорил:
- Однако хороший сегодня выдался денек. Приятная погода для этого времени года, не правда ли?
Впервые со времени образования Повстанческого союза землеройки стояли в полном молчании, с открытыми от
изумления ртами.
Так и не дождавшись ответа, Джулиан пошел дальше. Шел и ворчал на ходу:
- Матиас, все-таки ты просишь слишком многого. Неужели мое присутствие при разговоре с этим узколобым
пернатым солдафоном действительно необходимо? Нет, ты все-таки просишь от меня слишком многого.
Матиас слегка коснулся лапы ворчавшего кота:
- Не беспокойся, Джулиан. Мне кажется, ты будешь приятно удивлен.
Рыжий кот подавил зевок.
- А-а, брось. Я буду приятно удивлен, если на этого старого дурака упадет еще одно дерево.
Капитан Снег ходил взад-вперед у корней дуба, служившего ему жилищем. Он мрачно взглянул на кота, потом на
Матиаса с мечом в лапе, фыркнул, нахохлился и сложил крылья за спиной.
- Ладно, мышь. Я не стану выслушивать твой рассказ о том, как тебе удалось это сделать. Все равно не поверю. Но
ты здесь, и, надо понимать, я проиграл?
Матиас, скрывая торжествующую улыбку, нетерпеливо топнул:
- Итак, капитан Снег. Хорошо вы помните свою клятву, сэр?
Гневно сверкнув глазами, филин швырнул к ногам мышонка медаль Бэзила.
- Вот! Забери свою медаль, маленький наглец. И учти, пока этот травоядный кот ошивается рядом, я не собираюсь
разговаривать с тобой.
Матиас нахмурился и, поводя острием меча по земле, вежливо заговорил:
- Благодарю вас за медаль, капитан Снег. Но должен вам сказать, я привел сюда целую армию землероек. Они
ждут, что вы сдержите и свою другую клятву, сэр.
Филин развернул огромные снежно-белые крылья и в несколько взмахов взлетел на край дупла. Сложив крылья и
крепко зажмурив глаза, он заорал:
- Обещаю никогда больше не убивать и не есть мышей и землероек. Пока я жив! Все! - С недовольным уханьем он
скрылся в дупле.
Откуда ни возьмись вокруг Матиаса и Джулиана появились землеройки, они кричали и приплясывали от радости.
Капитан Снег высунул из дупла голову:
- Прочь! Убирайтесь прочь! Когда вокруг скачет столько еды, я за себя не отвечаю! Не испытывайте мое терпение,
наглые твари!
- Простите, что я вам напоминаю об этом, сэр, - закричал филину Матиас. Но было еще одно обещание, касающееся
нашего общего друга - сквайра Джулиана Джиндживера.
Филин, унылый и взъерошенный, снова показался из дупла. Вконец униженный, он поклонился коту:
- Я виноват перед тобой, сквайр Джулиан, и прошу у тебя прощения.
Однако ответ кота удивил его и приободрил.
- Ты ничуть не виноват, дорогой друг. Если кто и должен был извиниться, так это я. Ссора произошла
исключительно из-за моей придирчивости и нетерпимости.
Капитан Снег проворно слетел на землю и уселся рядом с Джулианом,
- Правда? Ты и вправду так думаешь? О нет, старина Джулиан, это я во всем виноват. Все началось из-за того, что я
не умею вести себя прилично за столом. Тебе не в чем себя винить, дружище.
На физиономии Джулиана появилась широкая улыбка, и он промурлыкал:
- Нет, нет. Настаиваю на том, чтобы мы разделили вину хотя бы поровну. А раз ты только что дал обещание мышам
и землеройкам не есть их, мы больше не вернемся к этому вопросу. Скажи, ты когда-нибудь пробовал салат из форели с
горчицей и крессом? Не зайдешь ли ко мне в амбар? Нам на двоих хватит. И не хмурься - ведь форель все-таки не совсем
овощ, не так ли?
И помирившиеся друзья, оживленно беседуя, зашагали к амбару, как будто между ними никогда не было никакой
размолвки. В дверях Джулиан, пропустив филина вперед, обернулся к Матиасу и подмигнул:
- А знаешь, мой друг, может быть, этот меч и впрямь волшебный? Хотя лично я думаю, что скорее это его хозяин -
волшебник.
Впервые за много дней Матиас от души рассмеялся. На сердце у него было радостно. После всех пережитых за
последнее время опасностей мышонок почувствовал себя так, словно заново родился. Разумеется, впереди у него еще много
трудностей, но он справится с ними, непременно справится. Однако все это будет потом. А сейчас он просто счастлив!
Опершись на меч, Матиас хохотал во все горло, да так заразительно, что сначала к нему присоединился Лог-а-Лог, а
потом и остальные землеройки. Радостный смех долго звенел на всю округу, от реки до леса.
Когда Клуни, вышел наконец из шатра, он вовсе не был похож на безумца.
Оставшиеся в живых крысы настороженно смотрели, как он расхаживает по лугу. Его единственный глаз хитро
поблескивал, приказы звучали отрывисто и властно, и даже хвост, казалось, щелкал с небывалой силой. Хозяин выглядел
уверенным в себе как никогда.
Прежде всего Клуни отвел свою армию на дальний конец луга. Он хотел, чтобы солдаты как следует отдохнули, и
не стал донимать их упреками и угрозами.
Защитники Рэдволла постарались как можно лучше воспользоваться полученной передышкой. Плотники, которых
спустили со стены в плетеных корзинах, принялись чинить поврежденные тараном ворота. На случай внезапного нападения
на стене стояли отряды мышей - они были готовы в любой момент поднять корзины с плотниками наверх. Впрочем,
скучать этим мышам не пришлось: целый день они спускали вниз инструменты, доски, гвозди, скобы и все прочее, что
требовали мастера.
Клуни, наблюдая за мышами издалека, злобно бормотал про себя:
- Старайтесь, старайтесь, укрепляйте все как можно лучше. Мне вовсе не нужна крепость с разбитыми воротами.
Проходивший мимо Черноклык услышал, что хозяин что-то говорит, и, решив, что Клуни обратился к нему,
остановился.
- Хозяин, как самочувствие?
- Как нельзя лучше! - ответил Клуни и, указав на работающих у ворот мышей, добавил: - Взгляни, Черноклык!
Отлично работают, а зачем, ты не знаешь?
Черноклык рискнул предположить:
- Чтобы мы не прорвались?
- Нет, чтобы не стыдно было нас принять, - пошутил Клуни. - И знаешь, возьми-ка ты несколько солдат, и пусть
они разведут в канаве костер, да побольше и пожарче.
Черноклык уже достаточно хорошо знал Клуни и не стал задавать лишних вопросов.
- Большой костер? Сделаем, хозяин. Сейчас будет костер.
И Черноклык, ни на секунду не забывая, что Клуни зорко следит за ним своим единственным глазом, заспешил
выполнять приказ.
Вскоре в канаве уже запылал огромный костер. Крысы собрались вокруг огня - всех разбирало любопытство: что на
сей раз задумал хозяин? Но жаркое пламя вскоре заставило их попятиться. Над канавой волнами поплыл раскаленный
воздух.
Клуни, подбоченясь, появился на краю канавы и щелкнул хвостом:
- Грязнонос, Шелудивый! Привести пленных мышей!
Крысы тотчас привели пленников и бросили их перед хозяином на землю. Грязные и голодные, мыши выглядели
жалко.
Клуни вытянул лапу вперед:
- Эй, ты, да, ты, как тебя?
- Увалень, сэр, - отвечал измазанный грязью пленник.
Клуни грубо схватил Увальня и оттащил его от остальных мышей.
- Кем они тебе приходятся, Увалень? - рявкнул он.
Тот ответил дрожащим голосом:
- Это моя семья, сэр. Мать, отец, братья, сестры, моя жена и двое малышей. Пощадите их, сэр, умоляю вас!
Клуни в ответ только засмеялся. Во взгляде его единственного глаза не было и тени жалости. Он наклонился к
Увальню и хрипло прошептал:
- А что ты готов сделать, чтобы спасти их?
Пленник в ужасе глядел, как Клуни лениво переводит взгляд от его семьи к костру и обратно.
- Все! Все, что угодно! Что вы хотите? - взвизгнул Увалень в ужасе.
Клуни торжествующе щелкнул хвостом и притянул Увальня к себе так, что их носы соприкоснулись. Дыхание
разбойника было таким же отвратительным, как его голос.
- Слушай меня внимательно. Ты откроешь мне ворота аббатства, дружок! А если не сможешь - за все расплатятся
твои драгоценные родственнички. Ты понял, что тебе надо сделать?
Констанция с легкостью поднимала на веревке тяжелые грузы, но и все другие звери, хотя и уступали ей в силе,
работали на славу. Василика и Молчун Сэм постоянно приносили рабочим прохладный морс. Работа у всех так и кипела.
Никто и не заметил, что среди плотников появился новичок.
Увалень!
Клуни дал ему одежду, снятую с одного из упавших со стены защитников Рэдволла. Прячась в канаве, Увалень
подобрался почти к самым воротам, затем, дождавшись удобного момента, вышел на дорогу с доской на плече и незаметно
присоединился к плотникам. Мыши трудились без устали, и наконец белка Джесс решила, что работа закончена. И в самом
деле, ворота стали как новые. Плотники собрали инструменты и убрали с дороги строительный мусор. Затем рабочих
подняли в больших корзинах обратно на стену. Увалень, сидя в корзине между братом Альфом и братом Руфусом,
разглядел далеко на лугу Клуни - тот не сводил взгляда с ворот.
Увидев, как дружно живут в Рэдволле звери, Увалень в душе проклинал свою несчастливую судьбу: о, зачем, зачем
попал он в лапы крыс?! С этими невеселыми мыслями он сидел вместе с остальными обитателями Рэдволла на траве и пил
чай. При одной мысли о предательстве кусок застревал у него в горле, но как иначе спасти ему свою семью? После чая он
поднялся с травы и отошел в сторону. Затем незаметно пробрался к воротам и залез в келью Мафусаила. Заперев за собой
дверь, Увалень в отчаянии бросился на кровать. Что же будет сегодня ночью?
После чая аббат собрал в Пещерном зале командиров и обратился к ним с речью:
- Друзья, теперь, надеюсь, всем стало ясно, что Клуни ничего не добьется ни штурмом, ни осадой. Как вам хорошо
известно, в Рэдволле есть почти все, что нужно для жизни. Все затеи Клуни провалились, и тем не менее мы не должны
убирать дозорных со стен. Будьте начеку и следите за Клуни и его ордой. Я не сомневаюсь, что недалек тот день, когда враг
наконец отступит и оставит Рэдволл в покое.
Слова аббата были встречены громкими радостными возгласами, но Констанция, настроенная не столь
оптимистично, как аббат, прошептала Бэзилу и Джесс:
- Клуни, пока жив, не отступит!
Заяц Бэзил Олень в знак согласия кивнул головой:
- Верно. Наш аббат такой славный и добрый, он верит, что в каждом есть нечто хорошее. Даже в Клуни.
- А я тоже верю, - сказала ехидно Джесс. - Верю, что когда-нибудь и Клуни станет хорошим. Хорошим и мертвым!
Приближалась ночь, в аббатстве один за другим гасли огни: все отправлялись на отдых. Над лугом и лесом повисла
мирная тишина. Часовые на стене, опершись на копья, слушали пение вечерних птиц. За лугом в мягкой темноте июньской
ночи мерцали костры вражеского лагеря.
Увалень, как и приказал ему Клуни, выжидал после наступления темноты еще час. Но вот наступило время
действовать, и он, выскользнув из кельи, крадучись, стараясь держаться в тени, отправился к северной стене. У маленькой
двери в северной стене аббатства Увалень достал из-под одежды пропитанную маслом тряпку и, смазав засовы, бесшумно
отворил дверь.
Хорек Кроликобой, укрывшись за деревом на опушке леса, не сводил с двери глаз. Клуни поставил самых верных
своих солдат у каждого входа в аббатство, но Кроликобою повезло больше всех: именно он первым увидел мелькнувшую в
дверном проеме красную тряпку. Хорек немедленно помчался к Клуни.
Когда Клуни со своей ордой выступил из лагеря, была уже середина ночи. Вокруг костров лежали завернутые в
одеяла охапки травы. Часовым со стен аббатства они казались телами спящих крыс. Сначала крысиная армия сделала
большой крюк на север, и, только решив, что они достаточно далеко от аббатства, Клуни повернул назад.
Они вернулись к аббатству под тенистым покровом леса. Теперь, когда цель была так близка, Клуни был
осторожен, словно выслеживающий дичь охотник. Его солдаты прятались за листьями папоротника и кустами - они хорошо
знали, какое наказание ожидает их, если неосторожным движением они выдадут себя: смерть от когтей хозяина.
Клуни не спешил. Он подождал еще полчаса и наконец увидел, что часовые на стене начинают клевать носом.
Долгожданный момент приближался - что значат теперь какие-то минуты? Клуни незаметно выскользнул из укрытия и
пробрался к двери, которая бесшумно открылась от первого же легкого толчка. Он встал у двери, и мимо него к главному
зданию аббатства потянулась вереница крыс. Часовые на стене сейчас не представляли серьезной угрозы: если не спят, то
наблюдают за дорогой и вражеским лагерем, а что происходит у них за спиной этого они все равно не видят.
Неподалеку, с беспокойством глядя на Клуни, стоял Увалень. Ну что же, по крайней мере теперь его семья вне
опасности. Он честно выполнил порученное ему дело, и предводитель крыс, конечно, сдержит свое слово. Увалень не
заметил, как Клуни тайком подмигнул Черноклыку.
Тяжелая палица Черноклыка с силой опустилась на затылок Увальня, и бедняга, не успев даже пикнуть, повалился
наземь.
Клуни Хлыст оскалился в злобной усмешке. Наконец-то его армия в Рэдволле!
Последние лучи заходящего солнца проникли в распахнутые двери амбара и осветили все темные углы. Матиас
лежал на сене среди остатков обильной праздничной трапезы. Повстанческий союз землероек проявил небывалое
гостеприимство. Матиас взял трюфель, но тотчас отбросил его в сторону: еще кусок, и он лопнет!
Рядом с ним с одной стороны горой лежали подарки от сквайра Джулиана Джиндживера, капитана Снега и
землероек, с другой - сверкал в лучах заката меч. Землеройки-повстанцы решили завершить праздник здоровым сном на
свежем воздухе и, объевшиеся до такой степени, что уже не могли спорить, теперь лежали во дворе.
Лог-а-Лог, отдуваясь, подошел к своему другу и тяжело рухнул рядом с ним на охапку сена.
- Приветствую тебя, о могучий воин, - захихикал он, - избавитель землероек, победитель Ядозубого, собеседник
котов, друг филинов, примиритель...
- Уймись, болтун! - засмеялся в ответ Матиас, спихивая его на землю.
- Ты, наверное, и с птицами водишь дружбу, а? - поинтересовался Лог-а-Лог. - Как насчет воробьев?
Матиас лениво зевнул:
- Воробьи? Приходилось иметь с ними дело. А что?
- Да так, ничего, - сонно пробормотал Лог-а-Лог. - Просто наши заметили одну воробьиху на опушке леса, но не
могли понять ни слова из того, о чем э
...Закладка в соц.сетях
