Жанр: Боевик
Мент
... С этим гадом я сам разберусь. - Бабкин бросился к
джипу.
Как ни старался Калина, ему так и не удалось завести мотор. Откуда ему было
знать, что прежде, чем повернуть ключ, требовалось нажать всего лишь одну
кнопку, скрытую под приборным щитком. Петрович придумал эту штуковину и числил
ее не иначе, как самым крутым противоугонным средством. Андрея же изобретение
Петровича только раздражало, поскольку он сам частенько забывал про эту кнопку.
И все же, если ружье висит на стене, оно должно когда-то выстрелить. И оно
выстрелило!
Поняв, что сбежать не удастся, Калина открыл дверцу и выбросил пистолет на
снег.
- Ну, довольны? - с вызовом произнес он. Дорофеев и Бабкин, стоявшие по
разные стороны от кабины и державшие капитана под прицелом, опустили оружие.
Леха, подняв брошенный пистолет, приказал:
- А теперь выходи!
Калина выбрался из салона. Как ни странно, держался он более уверенно, чем
минуту назад.
- И что дальше? - усмехнулся и нагло добавил: - А ведь вы меня не убьете.
- Это почему же? - поинтересовался Бабкин.
- Прежде захотите узнать то, что известно мне: кто убил Круглову и Сомова.
- Ты сам сейчас скажешь, - заявил Леха. Калина покачал головой:
- Не скажу.
- Почему?
- В этой информации гарантия моей безопасности.
Не стерпев такого откровенного хамства, Дорофеев припечатал свой мощный
кулак к скуле , Калины. Отлетев на несколько метров, тот приподнялся на локте,
кровью сплюнул на снег и состроил подобие усмешки:
- Ты, Ваня, всегда был слишком прямолинейным, в этом твоя беда.
- Я тебя сейчас задушу! - вне себя от ярости простонал Дорофеев и ринулся
на предателя. Андрей удержал его за плечо.
- С этим мы еще успеем. Сейчас важнее другое. - Он подошел к Калине и,
достав у него из кармана ключ, продемонстрировал его парням. - Вот он, наш
золотой ключик...
Глава 5 ТЕСТ НА ПОРЯДОЧНОСТЬ
Несмотря на то что рана оказалась несерьезной, пуля прошла навылет,
Дорофеев не дал Андрею вести машину и сел за руль. Бабкин, вызвавшийся охранять
предателя, устроился позади. Сам же Калина обретался там, куда его бросили, - на
полу между сиденьями. Если он позволял себе проявить неудовольствие, страж
каблуком наступал ему на горло. Настроение у всех, кроме Калины, было
приподнятое, хотя никто не знал, что ждет их впереди. Об этом старались не
говорить. Попеняли на погоду, обсудили достоинства пролетевших мимо машин.
Бабкин рассказал анекдот, причем тупейший. Тем не менее все рассмеялись.
Пошел мокрый снег, и Дорофееву пришлось сбавить скорость. Стрелки часов
показывали без
четверти десять. Андрей занервничал, хотя и понимал, что не в силах
что-либо изменить.
- Ладно, ребята, хорош водить меня за нос, - оборвал он дружный смех. -
Расскажите лучше, каким макаром вы в лесу очутились.
- Ой, Андрюха, не сыпь мне соль на раны, - вздохнул Дорофеев. - Честное
слово, вспоминать не хочется.
- И все же? - настаивал~Андрей. Дорофеев большим пальцем указал назад.
- Все этот артист. Его благодари. Андрей, обернувшись, впился взглядом в
Бабкина:
- Ну, Леха, выкладывай.
Поняв, что ему не отвертеться, старший лейтенант удрученно закатил глаза.
- Прямо не знаю, с чего начать...
- У тебя пять минут, - поторопил его Андрей.
- О том, что у нас завелась подсадная утка, знали все, - начал Бабкин. -
Кто именно стучит, не знал никто. Даже я.
- Ближе к телу, - не выдержал Дорофеев. - Тут не Малый театр, а ты не
Андронников. Старлей поднял руки:
- Тезисно. Когда пропал диктофон, я подумал, что может пропасть и лежащий
под стеклом факс. Зашел в кабинет и снял с него копию. Я оказался прав. На
следующий день, когда Ваня проводил летучку, факса уже не было. Фараон вторые
сутки отсутствовал. Значит, его взял кто-то другой. И тогда я положил ксерокопию
на то же самое место и тихо вышел.
- Ну, не так уж и тихо, - усмехнулся Дорофеев, - раз я тебя застукал.
- Ты же не знал, что я там делал, - возразил Бабкин. - А это главное! Вчера
Ваня вновь собрал всех. И опять на факс никто не обратил внимания. Кроме одного
человека. Сами понимаете, о ком я. Он был бледен, как полотно. Ясное дело. А
вдруг свои подставили?! Неважно. С этого момента я взял Калину под контроль.
Нынче в ночь он дежурил. Ну а я, ясное дело, сплю, как нормальный человек, и
вдруг в пять часов звонок. Поднимаю трубку - Калина. Выручай, мол, жену надо
встречать, приезжает в семь. Ну, думаю, ладно, выручу. Короче, заступаю на пост,
а Калина такси берет. Что за черт, думаю, человек жену встречает, а табельное
оружие не сдал. Я насторожился. Он за дверь, а я в справку ЖД. В ближайшие
несколько часов никаких поездов из Минска. Звоню Фараону. Кто-то поднял трубку и
послал меня, сказав, что при-шел-де капитан из сто тридцать шестого. Ну, думаю,
все, назревает очередной "глухарь". Звоню Дорофееву, а он, скотина этакая, тоже
посылает меня.
- Я был уверен, что все это твои хохмочи, - обиделся Дорофеев. - Тем не
менее машину достал.
- Только водишь хреново. Короче, вызвонил Гурвича, в дежурке оставил
сержанта и тормознул мотор. Мчусь на Матвеевскую. Приезжаю, джипа нет и
Дорофеева тоже. Пацанва говорит, что только-только двое укатили на джипе в
сторону Ананьевского шоссе. А тут Ванька подгребает на крутой "такой тачке
"Париж - Дакар".
- Черт, так это вы были на "Ниве"! - подосадовал Андрей. - Я даже
предположить не мог...
- Мы, мы, - недовольно пробурчал Дорофеев. - Вчера вечером ко мне
племянничек из Серпухова завалился и заночевал. Поругался с молодой женой. И что
я ему теперь скажу? Это же его тачка.
- Придумаем что-нибудь, - перебил его Бабкин. - Ну, до того момента, как мы
спикировали в сугроб, думаю, рассказывать не надо. Слава богу, на горке все
произошло. Оттуда дорога километров на пять просматривается. Естественно,
пометили себе место, где ты, Андрей, свернул. Потом тормознули одного лоха.
Проехав по лесу километра три, он прочно засел. Дальше пришлось накручивать на
своих двоих.
- Представляешь, Андрей, - вмешался в разговор Дорофеев, - я ведь не верил
Лехе до того самого момента, пока не увидел в руке у Калины пистолет. Ну, не в
том смысле, что он с какой-нибудь мафией связался... Думал, все шутки шутит. У
него же клинический случай: ради красного словца не пожалеет ни мать, ни отца.
- Мне всегда было жаль людей, у которых напрочь отсутствует интуиция, - с
издевкой заметил старлей.
Дорофеев зло посмотрел на него через зеркальце заднего вида.
- Зато из тебя она прет, как из бочки!.. Эге, а я в свое время уложился. -
Он ткнул пальцем в лобовое стекло. - Вон, смотрите, Москомбанк.
Свернул на стоянку и посмотрел на Корнилова, ожидая дальнейших указаний.
- Ждите меня здесь. - Андрей открыл дверцу.
- Постой, - задержал его Бабкин. - В таком виде тебе нельзя. Зачем
усугублять ситуацию?
- Леха прав, - поддержал коллегу Дорофеев. - Вся куртка в крови. Что там, в
банке, подумают? Наверняка поставят в известность органы и уж точно сделают это
раньше, чем ты доберешься до ячейки. Пусть сгоняет Бабкин. Он почти чистый. Да и
актер вроде неплохой.
Андрей провел по куртке рукой и, отняв ладонь, увидел на ней кровь.
- Черт бы побрал этого Калину! - выругался, достал ключ-и протянул его
коллеге. - На, только не оплошай.
- И чтобы без всякой стрельбы! - напомнил Дорофеев.
- Точно, - поддержал Андрей. - И еще. Там, конечно, металлоискатели. Оружие
оставь.
Бабкин со вздохом выложил пистолет и вышел из машины.
- Ну, Леха, с богом, - бросил ему вслед Дорофеев.
- К черту, - отмахнулся старший лейтенант и поспешил к главному входу.
В ожидании Бухвостова, который должен был появиться с минуты на минуту,
Миша Гурвич нервничал и в душе на чем свет поносил болтуна Леху:
"Сам-то слинял! А мне, как всегда, отдуваться. Легко сказать заболтай,
задури голову, любым способом задержи. Сам бы попробовал задурить голову
Бухале!"
Гурвич пытался убедить себя, что у него все получится, и все же не находил
слов и доводов, которые задержали бы начальника отделения. Отчаявшись, даже
обратился к богу с просьбой, чтобы тот послал полковнику какую-нибудь легкую
болезнь суставов. Бухвостов же ступил на порог отделения, как всегда, ровно в
девять и первым делом заглянул в дежурку. Миша попробовал сработать на
опережение:
- Товарищ полковник, ночь прошла без серьезных происшествий! - отчеканил
он. Бухвостов сразу заподозрил неладное.
- Постой-постой, - вдруг нахмурился он. - А ты что здесь делаешь?
- Как что? - Гурвич с деланным недоумением посмотрел на полковника. - Несу
дежурство.
- Сегодня же не твоя очередь.
- Бабкин попросил подменить, - как можно беззаботнее выпалил Миша. - Его
дед чуть не окочурился. Сердечный приступ. Вот он и обратился ко мне...
- Сердечный приступ, говоришь? - Бухвостов строго посмотрел лейтенанту в
глаза. - Может, хватит врать?
- Истинная правда!
- Ну хорошо. Тогда объясни мне еще одну вещь. Что здесь делал Бабкин, если
сегодня очередь Калины?
- Калины? - искренне удивился Миша.
- Именно.
- Наверное, у него тоже какие-то личные проблемы...
- С тещей?
Гурвич вынужден был признаться:
- Не знаю. Разве что Бабкин в курсе.
- Но его нет, - догадался Бухвостов и рассердился еще больше, заорав на
весь вестибюль: - Кто-нибудь из оперов на своем рабочем месте есть?
- Я, - смущенно пробормотал Гурвич. Полковник хотел было разразиться
гневной тирадой, как вдруг тяжело задышал, и, схватившись за сердце, опустился
на стул. Гурвич, вспомнив, как призывал на помощь бога, не на шутку испугался.
Подскочив к столу, плеснул в стакан воды и протянул его полковнику:
- Выпейте водички. Может, полегчает.
- Где все? - просипел Бухвостов, рывком взял стакан и отпил несколько
глотков. - У Корнилова? Он опять что-то задумал?
Миша пожал плечами.
- Телефон! - потребовал полковник. Решив больше не брать грех на душу,
Гурвич подал аппарат. Сняв трубку, полковник набрал номер Корнилова. Около
минуты слушал длинные гудки. Потом набрал еще раз - никакого ответа. Бросив
трубку, скомандовал:
- Передай пост сержанту и со мной к Корнилову!
Гурвичу ничего не оставалось, как подчиниться.
До дома Корнилова они добрались на "шестерке" полковника. Гурвич сразу
обратил внимание на то, что джипа во дворе нет, однако промолчал. На лифте они
поднялись на пятый этаж. Приблизившись к двери, Бухвостов нажал на кнопку звонка
и прислушался.
- Похоже, там никого нет, - протянул озадаченно. - Что же делать?..
- Ломать, - предложил Миша в надежде, что эта операция займет не меньше
получаса.
Разбежавшись, он дал двери доброго пинка и тут же, схватившись за ногу,
жалобно застонал.
- А все из-за того, что башка не варит, - назидательно проговорил полковник
и, достав из кармана обыкновенную воровскую отмычку, сунул ее в замочную
скважину. На глазах у изумленного Гурвича повертел ею так и этак, затем,
повернув ручку, потянул дверь на себя.
Та преспокойно открылась.
- Прошу! - Бухвостов предложил Мише войти первым.
- Думаю, вы правы: никого нет, - поделился тот своим мнением, переступая
порог прихожей.
В этот момент из гостиной донесся сдавленный стон. Миша, выхватив пистолет,
ногой распахнул дверь. Посреди комнаты на полу вместе со стулом, к которому был
привязан, лежал мужчина. Как водится в таких случаях, рот его был заклеен
скотчем. Больше всего Мишу удивило то, что незнакомец был в майке и босиком.
- Черт! - простонал увидевший ту же картину Бухвостов. - Это же офицер с
Петровки. Я его там встречал. Кажется, капитан.
Бросившись к лежащему, он судорожно принялся развязывать веревку, бормоча
что-то вроде извинений.
"Если его развязать, он позвонит на Петровку, - прикинул Миша. - Объявят
розыск. Раз Фараон его связал, значит, так было нужно для дела. Ради пустяка он
на такое не пойдет..."
- Помоги! - прикрикнул на Мишу начальник, пытаясь отклеить скотч. Сделать
это удалось лишь со второй попытки.
- Телефон, - простонал полуголый человек. Проигнорировав просьбу, Гурвич с
Бухвостовым перенесли его на кушетку. Мужчина хватал ртом воздух и силился
что-то сказать. Миша, робея при виде побагровевшей физиономии жертвы, спросил
полковника:
- С ним все нормально? "Скорую" вызывать не надо?
- Обойдется, наверное, - успокоил Бухвостов и, склонившись к мужчине,
уточнил: - Что здесь произошло?
- Сзади ударил, сволочь... - простонал тот.
- Кто?
- Не видел...
- Корнилов, наверное?
- Да. - Глаза офицера закатились, и он обмяк.
- Что такое? - встрепенулся Гурвич.
- Обморок, - хладнокровно пояснил начальник и с досадой добавил: - Как
чувствовал, что все хреново кончится! - Сунув руку в карман пиджака, он вытащил
таблетки. Перехватив недоуменный взгляд Миши, пояснил: - Валидол...
- Сердце?
- Да, что-то прихватило. - Бухвостов сунул таблетку под язык и поделился с
подчиненным своими проблемами: - От сюрпризов Корнилова я уже спать не могу.
Вчера, прежде чем уснуть, три таблетки димедрола выпил.
- А не много? - полюбопытствовал Гурвич, ухватившись за случайную
подсказку.
- Как видишь, живой, - поддался на провокацию полковник. - Зато вырубился
моментально. Толку-то?
В этот момент человек начал подавать признаки жизни. Вначале разлепил один
глаз, затем второй и жалобно застонал.
- Я сбегаю за водой. - Гурвич метнулся на кухню.
Открыв кран почти что до упора, он сунулся в холодильник, достал аптечку и,
выпотрошив ее, нашел упаковку димедрола. Взгляд остановился на бутылке водки,
опорожненной только наполовину. Гурвич вылил часть ее содержимого в стакан,
размял ложкой две таблетки и, мысленно перекрестившись, высыпал порошок в водку.
Возвратившись в гостиную, с невинным видом протянул потерпевшему стакан.
Первый глоток тот сделал, что называется, от всего сердца. Поморщился и вдруг -
кто мог этого ожидать? - выпил оставшееся залпом.
- Позвоните на Петровку. Пусть объявят розыск... - Это были его последние
слова, которые плавно перетекли в громкий храп.
- Он что, уснул? - растерялся Бухвостов и с недоумением посмотрел на
Гурвича: - Ты что-нибудь понимаешь?
Миша неопределенно пожал плечами. Бухвостов на всякий случай пощупал у
спящего пульс, затем приподнял веко и лишь после этого (старая школа сыска!)
додумался понюхать стакан.
Лицо полковника побагровело. В первое мгновение он даже не нашелся, что
сказать. Затем заорал так, что в серванте задребезжали стекла:
- Это что, вода?
- Вода, - упавшим голосом подтвердил Миша.
- У Корнилова из крана такая течет?
- Нет. Я брал из чайника. Думал, кипяченая лучше... - Глядя на Бухвостова
честными глазами, Миша тоже понюхал стакан. Потом придав лицу растерянное
выражение, возмутился: - Ничего себе! Это же водка!
- Так... - Полковник нервно достал сигарету и закурил. - Сразу видно, что
здесь побывал Дорофеев.
Он принялся мерить шагами гостиную, что-то бормоча себе под нос и вовсе не
собираясь никуда звонить. Гурвич мог торжествовать, его план удался и, что самое
странное, ему даже удалось выйти сухим из воды. Наблюдая за передвижениями
начальника, Миша почувствовал угрызения совести. Возможно, потому, что полковник
выглядел неважно, как раздавленный горем человек, который только что похоронил
своих близких.
- Семен Андреевич, - нарушил Гурвич затянувшуюся паузу. - Корнилов
вернется... Я вам это гарантирую.
- Я знаю, Миша. Мы все равно обязаны сообщить о его побеге. Прямо сейчас.
Пойми, невозможно сохранить честь, защищая ее грязными методами.
Гурвич готов был сквозь землю провалиться. Как бы он ни относился к
полковнику, на этот раз вынужден был признать, что Бухвостов прав на все сто.
Когда полковник снял трубку, Миша не только не стал его отговаривать, но даже
почувствовал некоторое облегчение...
Этого момента сидящие в джипе напряженно ждали. И вот огромная дубовая
дверь банка наконец открылась, и на пороге появился не очередной джентльмен в
кашемировом пальто, а нормальный русский мужик Леха Бабкин. Напряжение как рукой
сняло.
- Ровно пятнадцать минут, - облегченно выдохнул Дорофеев. - Кажется,
обошлось без
приключений.
Очутившись в машине, старлей подтвердил:
- Все о'кей! - Он достал из-под куртки толстый конверт и, протянув-его
Андрею, уточнил: - На ощупь похоже на видеокассету.
- А на бомбу не похоже? - пошутил Дорофеев.
- Я бы передал пакет не Фараону, а тебе, - ядовито отозвался Бабкин и
спросил: - Я так понимаю, нам нужен кинозал?
Разорвав пакет и обнаружив в нем кассету, Андрей с минуту вертел ее в
руках, а потом заявил:
- Нужно отсмотреть.
- У меня на примете есть одно крутое заведеньице, - вызвался Бабкин. - В
квартале отсюда.
Поскольку других предложений не было, Андрей поддержал инициативу старлея.
Через десять минут они свернули в узкий переулок и по указанию Бабкина
остановились.
- "Срочный ремонт обуви", - прочитал надпись на вывеске Дорофеев и
недоуменно покосился на Леху. - Ты ничего не напутал, Сусанин?
- Это место уже весь район знает, - оскорбился тот. - Не веришь, зайди и
посмотри.
- Ты остаешься, - остановил его Андрей. - А мы с Ваней заглянем.
Леха состроил кислую мину, но спорить не стал.
Протиснувшись вслед за Андреем в дверь, Дорофеев был удивлен: в небольшом,
человек на двадцать зале помещалось несколько стендов с дорогой
видеоаппаратурой. Картину дополняла стена, вымощенная видеокассетами в цветастых
обложках. Людей было раз-два и обчелся.
- Что вас интересует? - подсел им на хвост молодой человек из
обслуживающего персонала.
- Нас интересует все, - буркнул Дорофеев и ткнул милицейской коркой парню в
нос. - Налоговая полиция. Через минуту здесь никого не должно быть. Понял?
- Начальства нет, - сообщил тот. Дорофеев неодобрительно покачал головой и,
взяв парня за грудки, притянул к себе.
- У тебя что, со слухом проблемы? Время пошло.
Пока майор и его молодой помощник очищали помещение от людей, Андрей
пробрался к одному из включенных видеомагнитофонов и сунул в него кассету.
Увидев на экране гей-парочку, занимающуюся любовью, он со злостью сплюнул.
"На кой мне это сдалось? Если так и дальше пойдет, я этого Марка из-под
земли достану и собственноручно переломаю ему позвонки!" - решил Андрей.
К счастью, через пару минут изображение пропало. Раздражение сменилось
напряженным ожиданием. Еще минута, и экран стал серым. В правом нижнем углу
высветились дата и часы с мелькающими секундами:'На экране возникли очертания
комнаты, затем силуэт мужчины. Находясь спиной к камере, он прошел в глубь
комнаты и, развернувшись, сел в кресло. Камера сфокусировалась на его лице. Это
был Калина.
- Коньяк или водку? - прозвучал женский голос, показавшийся Андрею
знакомым.
- Лучше водку, - произнес Калина и улыбнулся. - Привычнее.
На столе появились бутылка финской водки, две рюмки и скромная, но
экзотическая по нынешним временам закуска: бутерброды с черной икрой, маслины и
нарезанная щедрыми ломтиками салями. Калина набросился на закуску с такой
жадностью, словно его неделю держали на голодном пайке. Впрочем, это было
неудивительно, вряд ли на милицейскую зарплату он мог позволить себе такие
деликатесы.
- Ну, с чем пожаловал, капитан? - насмешливо спросила невидимая
собеседница. - Кого на этот раз надо подставить?
- Погоди, дай выпить! - Калина собственноручно налил себе полную рюмку и со
словами "За Тебя, красотуля!" опрокинул содержимое в рот.
- Хватит фамильярничать! - отрезала женщина. - Ближе к делу!
Смутное подозрение, зародившееся у Андрея минуту назад, перерастало в
уверенность: женщина, с которой беседовал Калина, Вероника Круглова. И хотя
камера была вмонтирована так хитро, что Вероника умудрилась ни разу не попасть в
кадр, уверенность росла с каждой секундой. Модуляции голоса, выражения, присущие
только ей, манера держаться - безусловно, это была Ника!
- Значит так, крошка, - продолжал тем временем Калина, - хозяин приказал
тебе взять в оборот одного парня. - Он протянул ей конверт и пояснил: - Здесь
бабки, пять штук, и фото этого козла.
- Как его зовут?
- На обороте написано... Вообще-то зовут его Андрюхой, кликуха Фараон, он
мой непосредственный начальник... Сегодня после шести будет в автосервисе
"Иномотор", что на Беговой. Смотри не опоздай.
Андрей почувствовал, что ему не хватает воздуха. Выходит, его романтическое
знакомство было подстроено! И кем - предателем Калиной и Никой Кругловой,
женщиной, пробудившей в нем давно забытые чувства, ради которой он ввязался в
это дерьмо!
Усилием воли Андрей заставил себя вновь взглянуть на экран. Теперь все
сомнения исчезли, Ника наконец появилась перед камерой. Как всегда красивая,
чуть-чуть взволнованная и, несмотря ни на что, желанная. Она рассматривала
фотографию' (его фотографию!) с ироничной улыбкой на тонких губах, затем бросила
ее в пепельницу и щелкнула зажигалкой. Пока снимок горел, налила себе водки и,
держа рюмку в ладонях, спросила:
- Этот Корнилов мент? Как и ты?
- Мент. А что, с ментами ты не спишь? Проигнорировав откровенно хамский
вопрос, Ника задумчиво произнесла:
- Симпатичный парень...
- У нас все симпатичные, - хохотнул Калина. - Других не держим.
- А если окажется, что я не в его вкусе?
- Не мне тебя учить. А насчет вкуса... Это ты перед хозяином будешь
оправдываться... По идее, должен клюнуть. Ты похожа на его жену как две капли
воды.
Ника удивленно вскинула брови.
- Он женат?
- Был когда-то. Теперь вдовец... Ладно, это к делу не относится. Твоя
задача закадрить этого козла. Да так, чтобы он с тобой в постели не только о
сексе базарил, а еще и делился своими планами на будущее. Более четкие
инструкции получишь потом.
Ника выпила свою водку и с вызовом посмотрела на Калину.
- Ты мне осточертел, капитан. Быстрее пей, закусывай и сваливай. А то при
виде твоей рожи
у меня настроение портится. А мне еще, между прочим, работать.
- Ладно тебе! Работница... Да если бы не хозяин, кем бы ты сейчас была?
Прыгала бы из койки в койку, а может, и бомжевала...
- Хватит! - звенящим от злости голосом оборвала его Ника. - Уйди, очень
тебя прошу. Иначе... - Она с трудом сдерживала рвущиеся наружу эмоции. - Если не
перестанешь меня доставать, самому придется прыгать в койку к Корнилову.
- Что-то ты, детка, совсем нюх потеряла. А может, решила вести собственную
игру?.. - Калина вдруг стал серьезным. - Хозяину это может не понравиться. Да и
мне тоже. Ей-богу, если что, ты же меня знаешь. Пристрелю собственноручно...
Хотя нет, на тебя, курву этакую, даже пулю тратить жалко. Забросить в тачку
грамм двести тротильчику и...
- Уйди, иуда!..
На этом видеозапись обрывалась. Андрей, стараясь не смотреть на Дорофеева,
который подошел на половине записи, промотал пленку до конца и, не обнаружив
больше ничего существенного (игры гомиков были не в счет), выключил видик.
- Ну и сука же этот Калина, - в сердцах ругнулся Дорофеев и вытащил из
пачки сигарету. Предложив закурить Андрею, мрачно добавил: - Я, правда, не с
самого начала смотрел, но... И как у него рука поднялась угробить такую классную
девку?
- Она сама себя угробила, - вынужден был поправить Андрей.
- Сама, не сама... Теперь-то какая разница? Ну кто думал, что она такая?..
На вид вполне приличная телка, - почувствовав, что перегнул, Дорофеев быстро
перестроился на деловой тон: -
Кстати, ты понял, кто такой хозяин? Я пока бегал, многое пропустил...
- Они не называли его по имени. Только это не Марк.
- А че нам голову зазря ломать? - ухмыльнулся Дорофеев. - Нашего козла в
погонах тряхнем как следует, вмиг расколется.
- Веди его сюда, - поддержал Андрей. - Думаю, ему стоит посмотреть это
кино.
Через минуту коллеги втащили в зал Калину.
Андрей включил запись. После первых же кадров предатель побледнел.
- Сашок, а Сашок, - насмешливо подъехал к нему Бабкин. - Может, стульчик
подать? А то, не ровен час, сердечко взбрыкнет. Мы же тогда останемся без
главного свидетеля. Калина не реагировал на эти подколки, глядя
остекленевшими глазами на экран. Создавалось впечатление, что он ничего не
видит.
- Ну, теперь ты понимаешь, что молчать тебе бессмысленно и опасно? -
пытался расшевелить его Андрей.
Калина вздрогнул.
- Я не хочу в тюрьму...
- Хм, размечтался, - встрял Бабкин. - Не переживай, до тюрьмы ты не
доживешь. Максимум пару дней в сизо посидишь. Там тебя и найдут. Холодного и
спокойного.
- Я не хочу в тюрьму, - бесцветным голосом повторил Калина.
- А ведь придется, - не уставал язвить Бабкин. - Торг, как говорится,
неуместен. А будешь брыкаться, по морде схлопочешь. Лично от меня.
Ты даже не представляешь, с каким удовольствием я тебе навешаю.
Калина поднял голову и, обращаясь к Андрею, заявил:
- Я не убивал Веронику.
- Вот те раз! - не сдержался Бабкин и кивнул на экран. - А как же это? Или
на кассете не ты, а твой двойник, брат-близнец! Или человек, похожий на...
- Скажи Лехе, пусть заткнется, - сквозь зубы процедил Калина. - И без него
тошно.
Бабкин хотел разразиться площадной бранью, однако Андрей жестом остановил
его. Интуиция подсказывала, что Калина не врет.
- Пусть говорит. - Он и обратился к капитану: - Допустим, я тебе верю, ты
не убивал. Ты знаешь ведь, кто это сделал?
Калина с видимым усилием продолжил:
- Вышло недоразумение... Я передавал некоторые материалы следствия, это
правда, но никого не убивал. А Вероника... Она не должна была взорваться.
- А кто должен был? - уточнил Андрей. - Я?
- Нет. Никто, - замотал головой Калина. - Мне сказали, что рванет, когда в
машине никого не будет. Ночью.
- Какой в этом смысл?
- Хотели припугнуть тебя, поставить на место, предостеречь, чтобы не лез в
чужие дела. По крайней мере мне так сказали. Я виноват лишь в том, что установил
устройство. Я не знал, что все так кончится... Так не должно было быть.
- Установил, когда машина стояла во дворе отделения?
- Да. Мне обещали...
- Кто обещал? - перебил Андрей, посчитав, что капитан уже созрел для того,
чтобы назвать имя главного действующего лица.
Калина на мгновение замялся, а потом выпалил:
- Полежаев. Это ему я передавал документы. Через посредников...
- Полежаев?.. Мой бывший тесть? - удивился Андрей.
...Закладка в соц.сетях
