Жанр: Боевик
Ликвидатор
Юлия ШИЛОВА
Ее заставили предать мужа, унизили, растоптали, надругались над душой и
телом... У нее отняли все, оставив только право
отомстить, и этим правом она воспользовалась сполна...
Все события и герои этого романа вымышлены, любое сходство с существующими
людьми случайно.
Наверное, окружающие считают меня счастливой и даже более того - мечтают о
такой жизни, как у меня, но я чертовски
несчастна. Говорят, что этой болезнью страдают все жены новых русских - болезнью
одиночества и нехватки воздуха в
просторной золотой клетке. Казалось бы, у меня есть все - двухэтажный особняк в
центре Москвы, деньги, шикарный "ягуар",
шубы, драгоценности, муж-умница, чудесный ребенок, но я устала от такой жизни.
Однообразие, скука, затворничество идут
со мной рука об руку, и впереди не видно никакого просвета.
Мой особняк ломится от дорогих и престижных вещей, на кухне хозяйничает
домработница, в гостиной драит паркет
горничная, с ребенком сидит няня, а я всегда предоставлена самой себе.
Мой муж преуспевающий банкир, глава крупного коммерческого банка. Он,
конечно же, любит меня и старается быть со
мной ласковым и внимательным, но, к сожалению, при его работе у него не хватает
времени на семью. Матвей уезжает в
офис довольно рано, а возвращается очень поздно. Часто ему приходится работать
даже в выходные дни. Матвей всегда
говорит, что бизнес есть бизнес и промедление в финансовых сделках иногда
чревато самыми непредсказуемыми
последствиями. В сущности, мне не на что жаловаться, у нас с мужем все хорошо,
но так пристойно все выглядит только на
первый взгляд, это всего лишь внешняя оболочка нашей семьи, а на самом деле мое
благополучие является липовым. Так,
сплошной обман и иллюзии. Я просто устала быть одна, груз одиночества
непостижимо давит на мои хрупкие плечи. Иногда,
когда сидеть в особняке совсем невмоготу, я сажусь в машину и разъезжаю по
городу. Бывает, кого-нибудь подвожу, в
основном женщин, получая за это чисто символическую плату.
Разумеется, этим я занимаюсь не ради денег, а ради общения - в средствах,
как вы уже поняли, я не нуждаюсь. Раньше
меня всегда сопровождал охранник, но я уговорила мужа, чтобы он освободил меня
от назойливой опеки постороннего
человека, который по долгу службы следует за мной по пятам и действует на нервы.
Моя жизнь не представляет особой
ценности и интереса, поэтому я могу спокойно передвигаться одна, без настырных и
раздражающих внимательных глаз.
Замкнутость характера не позволяет мне завести себе подругу. Почти каждый
день я посещаю парикмахерскую, солярий и
косметический салон, иногда бываю в бассейне и тренажерном зале. Еще несколько
лет назад такая жизнь представлялась мне
настоящим раем, и я даже представить не могла, что все это может надоесть и
наскучить. Я - молодая красивая женщина и
хочу не просто быть любимой, но и находиться рядом с любимым, а меня окружает
пустота. Иногда моя депрессия становится
настолько сильной, что я могу целыми днями лежать на диване, уставившись в
потолок. Муж понимает это по-своему и
дарит мне в такие дни дорогие подарки. По большому счету, я давно уже свыклась
со своим положением, и все же легкая
грусть почти никогда не покидает меня. Со стороны это выглядит так, будто бы я
бешусь с жиру. Что ж, не буду отрицать, но
я и сама не могу понять, что со мной происходит. Мне хочется, чтобы муж больше
времени уделял семье, чтобы мы хотя бы
раз в неделю куда-нибудь выезжали, ужинали вместе, но это, увы, невозможно.
Конечно, можно было бы завести себе
любовника, но придерживавшиеся пуританских взглядов родители воспитывали меня в
строгости, и, дожив до двадцати пяти
лет, я не имела никаких мужчин, кроме мужа.
Конечно, мы бываем вместе на презентациях или банкетах, но и там я не
являюсь для Матвея центром внимания. В
основном на подобных мероприятиях он решает рабочие вопросы, забывая о моем
существовании, а я по прежнему провожу
время в гордом одиночестве, издали наблюдая за передвижениями своего супруга.
После таких вечеров у меня вообще исчезает желание выходить в свет и
блистать в обществе.
Очень часто Матвей бывает в командировках, и тогда мне совсем становится
тоскливо. Но даже когда муж в Москве, то ни
о каком сексе не может быть и речи, так как он приезжает домой далеко за
полночь. Супруг мой чертовски устает и мечтает
лишь о том, чтобы поскорее добраться до кровати и уснуть, ведь утром опять на
работу.
Когда мне совсем тяжело, подхожу к зеркалу, надеваю драгоценности и меха,
затем наливаю рюмку виски и горько плачу.
Все мои попытки приобщить мужа дому оказываются тщетными. Один раз он меня
упрекнул, сказав, что деньги нужно
уметь не только тратить, но и зарабатывать. А этого я, к своему глубокому стыду,
делать не умею.
Боже мой, а как романтично все начиналось! Я приехала в Москву из
маленького провинциального городка. Город Артем,
такого нет даже на карте. Я никогда не любила этот серый городишко, который
состоял из базара, мебельной фабрики,
фарфорового завода и Дворца культуры угольщиков. Это же надо придумать такое
название? Какая у угольщиков может быть
культура?! Они ведь напашутся в три смены, выходят из забоя черные, как кроты,
им бы тормозок да бутылочку, вот и все - о
какой культуре здесь вообще может идти речь? Я чувствовала, как постепенно
деградирую в этом городке, и от этой убогости
меня спасали только книги. Я старалась как можно реже выходить на улицу и
побольше читать. Я всегда верила в то, что
обязательно встречу своего богатого принца и уеду в Москву.
Да, именно в Москву и никуда больше, и вся эта провинциальная жизнь
забудется как страшный сон.
При воспоминаниях о "малой родине" меня кидало в мелкую дрожь и становилось
муторно на душе. Все было так давно и
как будто не со мной. Эти пыльные улочки навсегда оставили отпечаток в моей
душе.
В памяти запечатлелась совсем молоденькая беспечная девчушка в рваных,
затасканных джинсах и пестрой рубашке, с
большой увесистой сумкой на плече, садящаяся в поезд дальнего следования.
Конечно же, это была я. Я бежала прочь от этой
серости, убогости и однообразия не зная зачем и куда, но только подальше от этих
ненавистных мест, навстречу своему
счастью, своей судьбе.
Обстоятельства сложились так, что мне просто повезло. Что может случиться с
семнадцатилетней девушкой, впервые
приехавшей в столицу, не видевшей жизни и уж тем более ее плохих сторон?
Да все что угодно, включая увлечение наркотиками и проституцию, но судьба
оградила меня от такого кошмара. Я
успешно, с первой попытки, поступила в школу-студию МХАТ на актерское отделение
и стала студенткой. Именно там я и
познакомилась с Матвеем, своим будущим супругом. Он приехал к своему другу,
учившемуся на моем курсе, зашел в
актовый зал, где у нас была репетиция спектакля по пьесе Салынского
"Барабанщица". Мне доверили играть главную
героиню - Нилу Снежко. Помните, там есть такая сцена: Нила танцует на столе
перед упившимися немцами, а они хлопают в
ладоши и просят ее раздеться? Я по очереди скидывала с себя предметы туалета,
прикрывавшие мое тело, и при этом лихо
отплясывала под восхищенные вопли моих сокурсников. Когда сцена закончилась,
Матвей подошел к своему другу и
попросил нас познакомить. Так и произошла наша первая встреча. Чуть позже я
узнала, что Матвей учится в Институте
международных отношений и имеет довольно влиятельных родителей. Мои дела тоже
шли неплохо, я считалась весьма
талантливой и перспективной студенткой, и окружающие предрекали мне блестящее
будущее. Это было поистине
замечательное время, мне до слез больно о нем вспоминать. Матвей заезжал за мной
на занятия, и мы ехали гулять в
Сокольники, счастливые и безумно влюбленные. Он - такой умный и красивый,
готовившийся получить диплом и мечтавший
открыть свой бизнес, и я - юная, симпатичная старлетка.
Я даже помню наш первый сексуальный опыт. Это произошло у него дома.
Матвей оказался довольно опытным мужчиной и сделал все просто великолепно,
но я была настолько напугана, что долго
не могла избавиться от ощущений, что сижу на большом и остром колу и что эта
штука, которую он сунул в меня, застряла
где-то внутри.
Дела Матвея продвигались настолько успешно, что спустя некоторое время мы
сняли квартиру и стали жить вместе.
Матвей одаривал меня дорогими подарками, но у него, к сожалению, обнаружился
крупный недостаток - он был страшный
собственник. Его раздражала моя театральная жизнь, он ревновал меня к каждому
преподавателю, студенту, актеру и
зрителю. Его ревность доходила до безумия, а моя карьера только набирала
обороты. В моей жизни появились первые
поклонники, я узнала, что такое зрительская симпатия...
Я занималась с ним любовью и разучивала новые роли. Особенно мне нравился
монолог Сонечки Мармеладовой. Матвей
психовал, хлопал дверью и уходил из дома. Эти ссоры стали отрицательно
сказываться на моем творчестве, у меня начались
проблемы с зачетами, так как я больше не могла тонко проникать в самую суть
характера своих персонажей. Передо мной
встал выбор - либо жить с Матвеем, но без театра, либо жить театром, но без
Матвея. Я ненавижу тот день, когда я предпочла
Матвея театру. Матвей стоял на коленях, целовал мои ноги, просил бросить все к
чертовой матери и родить ребенка.
Итак, я выбрала Матвея. Мне пришлось бросить учебу и с головой окунуться в
семейную жизнь. Значительно позже я
поняла, что совершила самую большую глупость в своей жизни, на которую только
была способна, потому что мужчины
никогда не оценят такой жертвы. Матвей с утра до ночи работал, делал деньги, а я
стала всего-навсего красивой женой при
богатом муже, на большее не было смысла претендовать, уж больно он был занят. В
первое время я, скучая по театру,
пыталась следить за карьерой своих однокурсников, часто перебирала свои
фотографии из различных спектаклей,
просматривала видеоматериалы и даже несколько раз порывалась вернуться обратно,
но Матвей был непреклонен, и я решила
жить для него. В конце концов творить можно и в кругу семейного очага.
Когда Матвей стал директором и учредителем коммерческого банка, мы наконецто
узнали, что такое достаток и роскошная
жизнь. Но одновременно с достатком в душе моей появилось полнейшее безразличие
по отношению к себе. Я замкнулась, у
меня не стало подруг, друзей, мне хотелось выключить телевизор, когда я видела
своих однокурсников в каких-нибудь
развлекательных передачах.
Немного погодя я вообще забыла свою театральную жизнь, а театральная жизнь
забыла меня. С рождением ребенка я
замкнулась еще больше и большую часть дня проводила в своем особняке в ожидании
Матвея.
Вот и сегодня я проснулась, а мужа уже нет. Он уезжает на работу очень
рано. Подушка смята, а в комнате витает запах
дорогого мужского одеколона.
Вчера вечером я даже не заметила, когда он пришел. Я уснула, а Матвей,
вернувшийся поздно, тихонько прокрался, чтобы
меня не разбудить. Рано утром он испарился, словно его и не было вовсе. И так
изо дня в день!
Взяв телефонную трубку, я попыталась связаться со своим супругом, но
противный и писклявый голос секретарши
сообщил мне, что директор занят и просил его ни с кем не соединять. Это было
выше моих сил.
- Послушай, что ты себе позволяешь?! - закричала я. - Ты хоть знаешь, с кем
говоришь! Это звонит жена! Понимаешь,
жена! И если ты не соединишь меня в ближайшие полминуты, то будешь уволена из
этого банка ко всем чертям, несмотря на
то что спишь с моим муженьком!!!
Секретарша немного помолчала и испуганно произнесла:
- Сейчас соединю.
- Вот так-то лучше. - Я залезла на кровать с ногами и отпила из бокала
свежевыжатый сок.
- Я слушаю, - раздался в трубке голос моего Матвея.
- Привет.
- Привет. У тебя что-то случилось?
- Нет, просто я соскучилась.
- Я тоже, но, дорогая, мне некогда, я ведь на работе.
- Ты всегда на работе! - не сдержалась я. - Тебе что, трудно было разбудить
меня вчера вечером?
- Но ты так сладко спала, мне не хотелось тебя тревожить.
- Боже мой, какие мы заботливые! Матвей, скажи правду, ты спишь со своей
секретаршей?
- Что?!
- Я, кажется, ясно спросила: ты спишь со своей секретаршей?
- С чего ты взяла?! Жанна, давай я сегодня освобожусь и мы обо всем
поговорим.
- Во сколько ты освободишься?
- Я не знаю, но постараюсь пораньше. Не забивай себе голову всякой ерундой,
а лучше поезжай в бассейн, поплавай там,
чтобы разрядиться, или возьми денег и купи себе какую-нибудь новую шмотку, или
погуляй с ребенком.
- Я уже устала плавать в бассейне, покупать шмотки и гулять с ребенком, мне
хочется хоть пару часов провести с тобой.
- Хорошо, Жанна, успокойся, я же тебе сказал, что постараюсь прийти
пораньше, мне сейчас некогда, извини.
В трубке послышались быстрые отрывистые гудки. Я бросила ее на пол и громко
разревелась. Будь проклят тот день, когда
я бросила театр и близких, дорогих мне людей! Сейчас уже поздно что-либо менять,
слишком поздно. Мои однокурсники
выкручиваются как могут в поисках славы и денег, а я осталась совсем одна - хотя
и при деньгах, но с тяжелым грузом на
душе.
Я постаралась взять себя в руки и зашла в спальню к своей малышке. Она
сидела на коленях у няни и держала большого
плюшевого слона.
- Привет! - улыбнулась я и протянула к ней руки. Малышка бросила слона и
пошла мне навстречу. Я крепко обняла ее и
поцеловала в ушко.
- Девочка сегодня плохо спала, скорее всего, опять лезут зубки, -
улыбнулась няня.
Неожиданно из холла раздался пронзительный телефонный звонок, я посадила
малышку на ковер и побежала к
телефонной трубке. То, что я услышала, привело меня в неописуемый восторг.
Звонила моя школьная подруга.
- Жанка, привет,. - весело затараторила она.
- Галька, ты, что ли?
- Я.
- Господи, а как же ты меня нашла?
- Ездила на родину, в наш далекий, забытый Богом Артем, встретила твою
маму, она и дала мне твой телефон. Ты что, не
рада?
- Да что ты такое говоришь?! Рада! Безумно рада! Сколько же мы не виделись?
- Лет восемь.
- С ума сойти! А ты давно в Москве?
- Полтора года. Послушай, давай лучше встретимся, все-таки столько времени
прошло! Увидеть тебя хочется сил нет!
- Конечно! Приезжай ко мне, я сейчас сижу одна и скучаю дома, муж на
работе.
Продиктовав адрес, я побежала к зеркалу привести себя в порядок. Боже мой,
сколько же времени прошло, милая моя,
родная Галька! Я ведь помню тебя совсем ребенком, девчонкой, с которой сидела за
одной школьной партой. Мы жили по
соседству и вместе мечтали покинуть этот город. Такая встреча в Москве, это же
уму непостижимо!
Мне казалось, что время тянется слишком долго. Наконец раздался
долгожданный звонок в дверь. Я сбила с ног
горничную, направлявшуюся в прихожую, и открыла сама. На пороге стояла моя
школьная подруга. Выглядела она неплохо.
Не медля ни минуты, мы бросились друг другу на шею.
- Жанка, - обняла она меня, смахивая слезы.
- Галька, - улыбнулась я и крепко прижала ее к себе. - Господи, да что же
мы на пороге стоим, заходи в дом.
Мы зашли в гостиную и плюхнулись на большой кожаный диван. Я была безумно
рада новому развлечению, которое
возникло так внезапно. Мы выпили по бокалу виски. Галька окинула взглядом
просторную гостиную и с восхищением
произнесла:
- Уютное у тебя гнездышко!
- Тебе нравится?
- Еще бы!
- А хочешь, покажу тебе все свои комнаты?
- Хочу.
Мы обнялись, и я принялась показывать Гальке все достопримечательности
этого роскошного дома. Галька ходила открыв
рот. Когда обход закончился, она приземлилась снова на диван и, отпив виски, с
восхищением произнесла:
- Вот это тебе повезло! Ты, наверное, самая счастливая женщина на свете!
- Глупости, я глубоко несчастна. Когда живешь в роскоши, то проходит
определенное время и начинаешь понимать, что
деньги не делают счастье. Может, конечно, они добавляют уверенности, не спорю,
но счастья они не приносят.
- Не скажи, подруга, это хорошо тебе говорить, потому что проблем особых
нет, а вот посмотрела бы я, как бы ты запела,
если бы моего хлебнула!
- Может быть, но в данный момент я так одинока, ты даже не представляешь!
Послушай, а кто твой муж?
- Хозяин банка.
- Вот это да! - выпучила глаза Галька и залпом выпила виски. - Мне бы
такого! Всю жизнь мечтаю о каком-нибудь
банкире!
- Да ну, зачем тебе это нужно? Жить с банкиром очень тяжело. У него совсем
нет свободного времени.
- А где ты его подцепила?
- Нигде я его не цепляла, - надула я губки. Галькины слова меня покоробили.
- Ой, извини, а где ты с ним познакомилась? - поправилась она.
- У себя на курсе, когда была студенткой. Тогда он вовсе не был никаким
банкиром, а был обычным студентом. Правда, он
подавал большие надежды, и ему пророчили светлое будущее.
- Понятно, и сколько же он у тебя получает?
- Нисколько. Он президент финансовой группы. Сколько надо, столько и тратит
на семью.
- А твой оклад какой цифрой измеряется?
- Никакой, я не работаю.
- Здорово! Значит, ты устроилась еще лучше! Многие о такой жизни только
мечтают, им это во сне снится, а у тебя все
наяву. Бабок-то много отстегивает?
- Что?
- Ну денег много дает на продукты, на ведение домашнего хозяйства?
- Я не знаю, наверное, сколько надо, домашним хозяйством у нас занимается
домработница.
- Классно! Ну а свои деньги у тебя есть? Например, на косметику,
парикмахерскую?
- Есть, конечно.
- Послушай, подруга, так тебе надо жить да радоваться, а тебе, видите ли,
чего-то не хватает. Я бы на твоем месте
развернулась, а ты, дура, сидишь, локти кусаешь!
- Скучно, - тяжело вздохнула я, - Матвей постоянно на работе.
- Любовника заведи!
- Кого? - Любовника!
- Скажешь тоже. У меня, кроме Матвея, мужчин больше не было.
- Да разве такое бывает, - выпучила глаза Галка. - Вот в этом-то и вся твоя
проблема. Уж он-то у тебя, поди, всех кассирш
переимел!
- Не говори ерунды.
- А это вовсе и не ерунда. Мужика тебе хорошего надо, тогда и вся дурь
пройдет.
- Я мужа очень люблю, из-за него все и бросила. Себя с другим мужчиной
просто не представляю.
- Ну и дура! Тогда хотя бы чаще на людях бывай.
- А я и так бываю. В магазинах, салонах, на презентациях, выставках.
- Тогда еще чаще бывай.
- На презентациях скукотища смертная! Матвей там постоянно с кем-нибудь
встречается. Обо мне совсем забывает.
- Ерунда все это. Тебе нужно выбраться куда покруче. Сходила бы, например,
в казино, ночной клуб, мальчика по вызову
заказала бы, наконец! У тебя же деньги есть, так найди себе постоянного жиголо.
- Нет уж, увольте. Я Матвею изменять не хочу.
- Ну тогда в бар-то ты можешь сходить?
- Как я туда пойду одна!
- Послушай, а где же твои подруги, однокурсники?
- Больше никого нет. Понимаешь, мне стыдно - я была неплохой актрисой,
подавала надежды и вдруг все резко оборвала.
Все мои однокурсники кем-то стали, а что я - жена при муже, только и всего!
- Зато ты деньги такие имеешь, что им и не снилось. Они, дешевые актеришки,
за всю свою жизнь в паршивых театрах
столько не заработают.
- Да не в деньгах дело, Галя, как ты не поймешь!
- Ну хорошо, хочешь, давай вместе в ночной клуб или бар пойдем, я тебе
компанию составлю!
- Правда?
- А почему бы и нет?! Только финансы твои, госпожа банкирша, я на мели.
- Я бы пошла, Галя, только что Матвей скажет?
- Дура, ты и есть дура! Ну почему таким бестолковым бабам везет?! Ну почему
я в свое время не встретила такого
банкира?! Твоему Матвею вовсе не обязательно знать о том, куда ты ходишь!
- Ты предлагаешь, чтобы я ему врала?
- Ну, не врала, а молчала.
- А если он спросит?
- Но это же не значит, что ему нужно все рассказывать? У тебя же должны
быть какие-то свои женские тайны, о которых
твоему Матвею знать вовсе не обязательно.
- Может, ты и права.
- Не может, а права. Вот его домой-то и не тянет, потому что ты перед ним
вся как на ладони. А в женщине всегда должна
оставаться какая-то тайна, загадка. У меня опыта в таких делах все-таки
побольше, чем у тебя. За свое место под солнцем, мне
ой как пришлось поработать кулаками, локтями да и еще кое-чем!
- Чем? - насторожилась я.
- Да это я так, к слову, - засмеялась Галька. - Придет время, и я тебе все
расскажу.
- Я надеюсь.
- Кстати, клуб я выберу сама, найду что-нибудь благопристойное. Ты
доверяешь моему вкусу?
- Доверяю, конечно.
- Ну тогда о чем разговор! Я научу тебя, как правильно жить с кошельком и
получать от этого райское наслаждение. Если
тебе не понравится то место, куда мы поедем, то сразу уйдем, клянусь.
- Даже не знаю...
- Хорош цену набивать, подруга!
- Ладно, давай изучай приличные места, как выберешь - сразу поедем, только
позвони мне предварительно, - вздохнув,
согласилась я.
- Это другой разговор. Эх Жанка, Жанка, будь я на твоем месте и имей
столько денег, я бы уже давным-давно прогулялась
по всем увеселительным заведениям столицы, - весело сказала Галка.
- Всегда хорошо быть на чужом месте, - уныло произнесла я и уставилась в
окно. - Ты в Артеме когда последний раз была?
- Полгода назад.
- Ну и как?
- Как всегда. Что там может измениться?
Единственная радость у местных жителей это базар, куда они ходят каждый
день, а вечером город как будто вымирает.
Помнишь наших одноклассников?
- Смутно, но помню.
- Курашкин работает на мусорке, Аржаев сидит в тюрьме, Разуков
снаркоманился, Андриенко в шахте пашет.
- С ума сойти!
- Точно. Я когда в Артем приехала, Костю Курашкина встретила. Он стоит
важный такой и предлагает меня подвезти, ну я
и согласилась. Из магазина вышли, он к мусороуборочной машине своей подходит и
мне как принцессе дверь открывает.
В кабине портретов с голыми тетками понавешал целую кучу. Я тогда ноги в
руки и бегом от него как можно дальше.
- Я тебя понимаю, - весело засмеялась я.
- То-то, подружка, обратной дороги для нас нет. Кто вкусил Москву, обратно
не возвращается.
- Это точно.
- Так что сиди и не рыпайся. Уж как ты устроилась, так даже и москвичке-то
не снилось, не то что артемовской бабе!
- А я вовсе и не артемовская баба, а уже пять лет как москвичка.
- Ладно, не злись. Ты у нас всегда была оригинальной. С виду невинная
пташка, а хватка будь здоров, бульдожья, того и
гляди, ногу откусишь. Ну, подруга, мне пора.
- Да посиди еще. Мне так тоскливо, хоть волком вой. Ты как отдушина. Я,
кроме Матвея, уже сто лет ни с кем не общалась.
- Сама виновата, устроилась в такой роскошной клетке, а правильно ею
воспользоваться не можешь. - Галка встала и
направилась к выходу. Я поплелась следом.
- Ты хоть позвонишь?
- Позвоню.
- А когда?
- На днях позвоню, не боись, - улыбнулась Галка.
- А хочешь, я тебя на машине подвезу?
- У тебя даже тачка есть?
- Ну конечно, не на метро же ездить, там душно и меня сразу укачивает.
- Да уж, с такими сережками, как у тебя, какое может быть метро - только
публику шокировать! А какая у тебя тачка?
- "Ягуар".
- Класс! - присвистнула Галка. - Только везти меня никуда не надо, ты же
выпила. Я девушка не гордая, на метро поеду.
Меня после Артема уже ничто не укачает.
Галка испарилась, как будто ее и не было вовсе. А я, опять оставшись одна,
налила себе полный бокал виски. Матвей и в
самом деле приехал пораньше с большим букетом орхидей, но это не спасло
ситуацию. На все мои вопросы он отвечал вяло,
ссылаясь на усталость и жуткую загруженность. Поужинав, мы легли в постель.
Произошел скоротечный семейный секс без
ласк и поцелуев. Закончив, Матвей повернулся на другой бок и громко захрапел, а
я взяла в руки книжку и углубилась в
чтение. Правда, сконцентрироваться на чтении я так и не смогла.
Взглянув на спящего супруга, я подумала о Галке. Может, она права, что я
для мужа как прочитанная книга, может, и в
самом деле нужно иметь свою тайную жизнь, свои маленькие женские тайны? А вдруг
Галка не позвонит, что тогда? Нет,
должна, она же обещала.
Галка не заставила себя долго ждать. Она позвонила на следующий же день и
предложила сходить в "Манхэттен
Экспресс". Матвей рано утром улетел в командировку на неделю, поэтому лучшей
возможности могло больше не
представиться. Мы договорились встретиться на стоянке у входа в гостиницу. Это
был мой первый выход в свет без супруга.
Я подъехала на стоянку в назначенное время и сразу увидела поджидающую меня
Галку. Она подошла к машине и
плюхнулась на заднее сиденье.
- Ну что, готова?
- Готова.
- Тачка у тебя, как конфетка. Класс!
- Послушай, Галя, я там никогда не была, - занервничала я. - Куда мы идем?
Что там за публика?
- Не боись! Местечко просто класс! Сначала послушаем джаз в "Манхэттене",
затем зайдем в приват-салон "Казанова".
Там будет обалденное эротическое шоу при участии самых темпераментных и
чувственных стрип-моделей Москвы. Тарзан и
Дилана - слышала про таких? С ума можно сойти!
- Нет, я ничего про них не знаю.
- Зря! Сейчас ты все увидишь своими глазами. Позже начнется конкурс на
самую эротичную пару года, а еще - секс-меню
для одиноких мужчин и женщин, секс-подарки!
- Послушай, Галя, ты же говорила, что мы пойдем в приличное заведение, а
тащишь меня в какой-то публичный дом. Я
туда не пойду!
- Как это не пойдешь?! Это самое что ни на есть приличное заведение,
приличнее просто не бывает!
- Может быть, но это по твоим меркам, а не по моим.
- Ах, какая ты у нас праведная! Что же мне, по-твоему, надо было тебя в
филармонию на концерт классической музыки
повести?
- Ну, не совсем. Можно было бы сходить в какой-нибудь приличный ресторан с
хорошей и вкусной кухней.
- Тебе дома что - плохо повар готовит?
- Почему плохо? Нет, плохого повара мы бы не держали.
- Тогда дома и ешь! Я хотела, чтобы ты развеселилась и расслабилась,
потанцевала, наконец, посмотрела на классные
мужские тела.
- У моего мужа тело, между прочим, тоже неплохое. А танцевать мне совсем не
хочется. Я уже целую вечность не
танцевала.
- Боже мой, в кого ты превратилась?! В убогую, зажравшуюся старуху! На тебя
даже смотреть противно! Теперь я
понимаю, почему твой муж постоянно занят!
- Галка занервничала и закурила сигарету. - Хорошо, можешь не хо
...Закладка в соц.сетях
