Жанр: Боевик
Повести
...ленях на кухне. И перед
ней лежал на тарелочке шприц. Из этой тарелки она всосала иглой разбавленный
дистиллированной водой героин. И теперь готовилась вколоть его в вену.
- На иглу молишься? - спросил я.
Она не ответила. Щеки ее были обильно смочены слезами.
- Не могу. Не могу, - всхлипнула она.
- Что так? Боишься?
- Да! Да!
- С этого героина Робертино на кладбище угомонился?
- Да! - вдруг дико завопила она, схватила шприц и нацелила его себе в
вену.
Я ударил ногой по ее руке, и шприц отлетел, ударился о стену и упал в
мусорное ведро. Классный бросок. Мяч в корзине.
- Сдурела? - воскликнул я.
- Не могу... Не могу... Слышишь, я должна уколоться... Я не могу...
- Сдохнешь же.
- А, все равно сдохнем. Робертино подох. И я подохну. Рано или поздно.
- Конечно, подохнешь, - согласился я. - Если так жить будешь.
Естественно, вести воспитательную беседу с наркоманом, который хочет
уколоться, - занятие неблагодарное и опасное.
- А как еще жить? Как?! Мент драный! Сука!
Ну что, получил за доброту. Трудно быть джентльменом и выслушивать все
это... Да и зачем, спрашивается, всегда быть джентльменом? Я влепил ей
легкую пощечину. Голова Вороны мотнулась, в глазах появилось осмысленное
выражение.
- Пришла в себя? - спросил я. - Поговорим?
- Никогда!
- Нехорошо. Я же тебя из могилы вытащил. Ты уже там была.
- И была бы!
Я нагнулся над мусорным ведром, вытащил шприц, кинул его в папку.
- Сдохнем... Все сдохнем, - опять запричитала Ворона.
- Кто тебе порченого "геру" дал?
- Никто! Не было этого! Никто не давал!
- Смотри, - я выкинул из кармана ладонь, на которой лежал "чек" героина.
Такие штуковины постоянно ношу с собой. При общении с контингентом вещь
незаменимая, хотя и таскать ее - преступление. Да что не преступление? Вся
эта работа - сплошное преступление идиотских законов, которые не дают нам
выметать нечисть. И то, что я сейчас делаю, - незаконно. Какой-нибудь
высоколобый умник-юрист возопил бы возмущенно - позор! А я не высоколобый
умник. У меня заочный юрфак Московской Академии за плечами - и хватит.
Она потянулась к героину, но он волшебным образом пропал с моей ладони.
На лице Вороны отразилась борьба. Но я наперед знал, чем она кончится. Нет
ничего на свете, что перевесит для наркомана, у которого начинается ломка,
хорошую дозу героина.
- Тютя этот "герыч" дрянной дал нам, - всхлипнула Ворона.
- Кто?
- Боря Утютин.
В моей памяти что-то нехотя заворочалось. Где-то слышал я эту кликуху.
- Утютин - кличка?
- Все так думают. Это фамилия!
- Адрес?
- Я его по пейджеру нахожу, - Ворона не сводила глаз с моей руки, в
которой только что был героин.
- Номер.
Она задумалась. Потом отбарабанила цифры. Ты глянь, еще не все мозги
героином съедены.
- Отлично, - кивнул я. - С твоей помощью мы его и возьмем.
- Что? Нет! - завопила она.
- На нет и героина нет, - я направился к выходу. Догнала она меня в
коридоре. Упала на колени. Уцепилась за мои ноги, как регбист. И взвыла:
- Ну пожалуйста! Я сдохну. Дай.
- Сдашь Тютю?
- Нет... Да!
- Когда?
- Завтра только смогу.
- Вот спасибо, - я кинул на пол целлофановый шарик где-то с десятой
частью грамма героина. - Ты хоть понимаешь, куда катишься?
- Понимаю, понимаю, - зашептала она, сжимая пакетик. Ее больше ничего не
интересовало. Она говорила механически.
- Хорошо тебе провести вечер, - я хлопнул дверью. И почувствовал, что
меня подташнивает. Меня будто стискивало тисками. Нет, так жить нельзя!
Я вздохнул. Мир надо принимать таким, как он есть. Нечего устраивать
страдания опера по безвинно порушенным жизням...
Я поглядел на часы. Могу еще успеть на "винтовую хату". Надо было от
Вороны в контору (так именуют в милиции свое место работы) прозвонить. Ну да
ладно.
- Но, каурая, - воскликнул я и включил зажигание. Двигатель завелся
сразу.
Арнольд влепил ему с ходу кулаком в спину. Барыга пролетел два метра и
пропахал коленом асфальт, попытался подняться. Тут подскочил я и вмазал
подлеца ласковым движением в тротуар. Он только и пискнул:
- У, блин...
- Ты смотри, еще порядок нарушает, - буркнул Арнольд. - Брань в
общественном месте.
- Браслеты, - велел я.
- Английские. Фирменные, тебе повезло, - сказал Арнольд, защелкивая
наручники на барыжьих запястьях.
- За что? - завопил тот.
- За торговлю героином в неположенных местах, - сказал я.
Взяли мы его около мусорных баков под неодобрительные взоры местных котов
после того, как он продал своему старому покупателю героина на сто долларов.
- Нарушение правил торговли, - хмыкнул Арнольд. - Иди, козел! - он пинком
направил Тютю в сторону затормозившего "Форда". Галицын отворил дверцу и
сделал приглашающий жест.
- Я ничего не делал. Ничего, - бормотал Тютя.
- На нет и суда нет, - кивнул Арнольд.
Мы вчетвером - я, Арнольд, Князь и барыга - втиснулись в машину.
- Ну что, влип? - с сочувствием спросил я.
- Вы кто? - воскликнул Тютя.
- Хрен в пальто... Милиция. Где "белый" берешь?
- Вы меня с кем-то перепутали.
- Ах, перепутали, - кивнул я. - А это что? - Я выудил v него из
нагрудного кармана стодолларовую купюру. - Деньги меченые. Не веришь?
- Я ничего не делал. И ничего не знаю.
Вчера, подумав, мы решили усложнить комбинацию и не вводить в нее Ворону.
Ворона сдала нам посредника - застарелого наркомана, который тоже брал у
Тюти героин. Утречком мы его "хлопнули" на продаже - прямо на улице. Статья
228 Уголовного кодекса Российской Федерации, где расписано наказание за сбыт
наркотических веществ, произвела на него неизгладимое впечатление.
- Он же тебе не брат. Он на наркоманской беде разжирел, - сказал я.
- Точно. Сука он, - с плохо скрываемой неприязнью произнес наркош. -
Поднялся, гадина, на героине. Машину, технику купил. Жену с квартирой
отхватил.
- Сдаешь нам его - и свобода.
- По рукам...
Барыгу у наркоманов сдать считается не западло. И он честно сдал нам
Тютю. Пробил сообщение на его пейджер. Они созвонились. Договорились
встретиться у помойки за кафе "Волнорез". Тютя отдал наркотики. Получил
меченые сто баксов. А потом и по хребту.
- Отпустите! - вдруг взбрыкнул Тютя и дернулся на сиденье, в отчаянном
порыве пытаясь вырваться, отчего машина качнулась.
Арнольд улыбнулся обрадованно и залепил ему кулаком в лоб.
- Машину разнесешь. - Я так стиснул плечо Тюти, что он взвыл.
Машина тронулась с места.
- Чего рубаха с длинными рукавами? - спросил я.
- Холодно.
- Ну да. Двадцать восемь градусов. - Я задрал его рукав. Арнольд оглядел
руку задержанного и присвистнул:
- Хорош...
Тюте лет двадцать пять. Красивый парень. Статный. С роскошными черными
волосами. Такие морды раньше были на фотографиях в парикмахерских в качестве
рекламы модельных причесок. Белые брюки, кремовая рубашка, дорогие туфли -
стиляга. Такой должен девушкам нравиться. Все в нем хорошо - и стать, и
рост. Вот только одно плохо. На нем - чертова печать. Вся его рука в
глубоких шрамах. По ней плугом прошелся шприц, оставив следы навсегда.
Машина выехала со двора и устремилась к окрестной свалке. Там было пусто.
- Остановись, - приказал я.
Князь остановил машину.
Я распахнул дверцу, поставил одну ногу на асфальт. Ветер свистел, и
бродячие собаки рылись в отходах.
- Все равно я ничего не делал, - прошептал Тютя, поеживаясь на сиденье.
- Это ты суду объяснишь, - сказал я. - Все, дело сделано. Теперь -
тюрьма. И надолго. Там не поколешься.
- Я ничего не делал, - упрямо твердил Тютя. Арнольд, естественно, не
выдержал такой вопиющей наглости и врезал поочередно ему по каждому уху, так
что глаза Тюти чуть не вылезли из орбит. Барыга застонал, а потом
расслюнявился.
- Все доказано, ублюдок, - Арнольд взял барыгу за шею и сжал, потом
отпустил.
Тютя захрипел, лицо его посинело. Он схватился руками в браслетах за
горло, закашлялся. Тут запиликал пейджер на его поясе.
- Ну-ка, - Галицын перегнулся с первого сиденья и снял пейджер. С
выражением процитировл:
- "Нужно два киндер-сюрприза. Жду на старом месте в два часа!
Пожалуйста!"
- Конспираторы, - хмыкнул Арнольд. - Сюрпризы-то не шоколадные, а
героиновые.
- Так, чего тут еще. - Князь нажал на кнопки пейджера, выкликивая ранние
сообщения. - "Тютя, если не появишься, я умру. Катя"... "Нужно три сюрприза.
Деньги отдам и за старые. Быстрее!"... "Тютя, помоги"...
Пейджер опять запиликал.
- "У моста. За старое отдам золотом"... Отлично. Золото всегда в ходу, -
усмехнулся Галицын.
- У тебя клиентов, наверное, полрайона, - сказал Арнольд. - Популярная
фигура среди окрестной рвани.
- Много баксов заколачиваешь? - спросил я.
- А, - Тютя всхлипнул. - Все в вену идет.
- И сколько в сутки надо?
- До двух грамм "геры".
Арнольд с уважением присвистнул. Нехило. Это далеко зайти надо. Накладно
- минимум полторы сотни долларов в день только на собственное обслуживание.
Еще и машину прикупил, и технику, и квартиру с женой содержит. Это сколько
же народу нужно погубить, чтобы так жить?
- Ты героин Робертино и Бацилле дал, от которого те кони бросили?
- Нет! - возмутился барыга. - У меня товар чистый!
- Правда?
- Да.
- Вот и уколем им. Робертино перед смертью шепнул, что у тебя брал. Если
чистый, тебе ничего не будет. - Я вытащил из папки шприц с дистиллированной
водой. - Руку давай. Сейчас тебе будет хорошо. Главное, бесплатно.
- Нет!
- Тогда рассказывай. Где прикупил порченый героин?
- Где и все, - Тютя понурил плечи. Он сломался. - У таджиков.
- По скольку?
- Пятьдесят "зеленью".
- Что-то дешево.
- Оптом. Приличные партии.
- Как договариваешься с ними?
- Как и со мной мои клиенты. Звоню таджику на пейджер. Он скидывает мне
на пейджер ответ.
Вот плоды прогресса. Не нужно секретиться. Все просто. Пейджер - лучший
способ конспирации.
- Время? - осведомился Галицын.
- Да хоть сегодня.
- Сдашь поставщиков? - обернулся к нему я.
- Сдам, - с готовностью кивнул Тютя. Мне бы задуматься, чего это он так
радуется. Но восприятие притупилось из-за близости удачи. Так что я просто
кивнул:
- Будем звонить.
Галицын завел мотор, и мы двинули к ближайшему телефону-автомату.
- Ну не идиоты вы, а? - спросил Романов, зло разглядывая меня и Арнольда.
В свете неоновой лампы мы выглядели бледными и виноватыми.
- Так точно, - щелкнул я каблуками. - Свиньи-с мы-с. Прикажете выпороть?
;
- Приказал бы, - Романов махнул рукой. - Нет, ну это надо!
- Моя вина, - сказал я.
- Конечно, твоя... Раздолбай...
- Вообще-то я его упустил, - сказал Арнольд, виноватыми собачьими глазами
глядя на Романова. - Не успел.
- Все хороши... Где третий герой?
- Князь?
- Да.
- У него что-то с тещей.
- Хоть бы разок ее увидеть. Такое впечатление, что он по жизни только ей
и занят, - покачал головой Романов.
- Заботливый зять, - сказал я.
- Барыгу отпустить. Ну как это? - всплеснул руками Романов.
- Мы его не отпускали. Он просто непослушный оказался, - невесело
улыбнулся Арнольд.
- Смеемся, да? - недобро осведомился Романов.
- Ну с кем не бывает, - поморщился досадливо я. - Что мы могли сделать?
Чугунку машиной тормозить?
Получилось все действительно по-дурацки. Тютя забил встречу с таджикским
барыгой. Тот согласился приехать через полчаса. Времени на нормальную
подготовку операции не было. В назначенное время таджик приперся на
железнодорожную станцию на окраине города. Он был какой-то жизнью
напуганный, боязливо оглядывался, а на платформе народу было мало, так что
засветиться мы могли запросто. Поэтому за встречей наблюдали с некоторого
расстояния. Ближе всех был Арнольд. Тютя о чем-то минут пять говорил с
таджиком. Они махали руками. Потом подошла электричка. А когда ее двери уже
закрывались, Тютя и таджик вскочили в нее. А Арнольд не успел.
- Это не просто прокол, - сказал Романов. Наконец он соизволил кивнуть
нам на стулья, стоящие вдоль стеночки его кабинета. - Это уже система.
- Таджиков отпускать, - хмыкнул Арнольд. Месяца три назад повязали
человек шесть таджиков. Пока грузили их в машину, обыскивали, один куда-то
исчез.
- Эффект привыкания, - сказал Романов. - Вы считаете себя такими крутыми
профессионалами, что забываете об элементарных предосторожностях и правилах,
которые не надо объяснять курсанту школы милиции. Как можно было отпускать
на длинный поводок задержанного, а?
- Чего удивляться, - пожал я плечами. - Конвейер. Работу делаешь
автоматически и расслабляешься.
- Этот Тютя сейчас сидит на хазе, уже обдолбался и своим приятелям
взахлеб рассказывает, как оперов вокруг пальца обвел. Не обидно? -
профессионально сыпал соль на раны Романов.
- Обидно, - кивнул я. - Ничего, сочтемся с ним.
- Да, - с сомнением поддакнул Арнольд. - Хотя в городе его ничего не
держит. Он вообще из другой республики. Из Казахстана.
- Как ничего не держит? - резонно возразил я. - А баба его? А машина? А
клиенты? Нет клиентов - нет денег. Нет героина. А без героина - он труп.
- Факт, - кивнул Арнольд.
- Найдем мы его, - заверил я Романова. - Рано или поздно.
- Вот именно. Поздно... Вы знаете, что у нас еще один жмурик
почерневший?
- Где это?
- На Кутузовской.
- Те же симптомы? - спросил Арнольд.
- Те же, - сказал Романов. - И это не все. Вот заключение экспертизы, -
он вытащил из стола скрепленные скрепкой листы и кинул на стол.
- Чего там? Объясни по-простому, - попросил я.
- То, что в шприцах, где было смертельное зелье, обычный героин. Никаких
примесей не обнаружено.
- А отчего они сдохли? - удивился я.
- Может, грибов объелись, - хихикнул Арнольд.
- Каких грибов?
- Бледных поганок, - охотно пояснил Арнольд. - Это как внучка у деда
спрашивает: "Что такое каюк?" Он ей: "Где ж ты слов таких набралась?" А она
ему: "Мама сказала: дед грибочков поест - и ему каюк".
- Помолчи, клоун, - прикрикнул Романов. - Тут серьезный вопрос.
- Хорошо, хорошо, - поспешно произнес Арнольд. - Все-таки, может, они чем
другим траванулись.
- Ерунда, - отрезал Романов.
- Скорее всего просто эксперты у нас такие. Ничего найти не могут, -
сказал я.
- Как с триметилфентанилом, - задумчиво произнес Романов.
- Точно.
Лет пять назад мы начали один за другим задерживать наркоманов с
ампулами. В ампулах - дистиллированная вода. Во всяком случае так утверждали
эксперты, не отвечая на вопрос: как можно дистиллированной водой обдолбаться
до полного улета в Космос? По всей России такая же незадача была. Привыкание
к "водичке" возникало после одного-двух уколов, и никто не мог понять, в чем
суть прикола. Тогда экспертно-криминалистический центр МВД взялся за
экспертизу. Там у них возможности крутые. Они как раз прикупили газоструйный
хроматограф за шесть сотен тысяч долларов. Но они и то сразу не справились.
В Австрию ездили за консультациями, но все-таки установили - в ампулах не
дистиллированная вода, а супермощный наркотик триметилфентанил. Одно время
он распространялся по Западу, но производство его очень сложное, нужны спецы
химики экстра-класса, так что там он долго не процарствовал. А возник у нас.
По убойной силе он в пять тысяч раз круче морфина. Один грамм растворяется в
пятнадцати литрах воды - и 15 тысяч ампул готово. В каждой по две-три, а для
новичков аж до десяти доз. Количество наркотика в растворе настолько мало,
что экспертиза не дает его.
На уши тогда поставили все правоохранительные органы и спецслужбы.
Тогдашний замминистра МВД Дунаев определил новый "синтетик" как угрозу
национальной безопасности России. В следственно-оперативную группу согнали
оперов со всей страны, ну и меня тоже. Искали мы, искали. Нашли. Восьмой
отдел МУРа - по наркоте - первый стал получать реальную информацию, откуда
все поступает. Раскрутили весь клубок - всегда можно все раскрутить, было бы
желание да средства. Выяснилось - какой-то ушлый азербайджанец-барыга и
несколько студентов-химиков устроили этот бардак. Притом студенты вычитали
процесс изготовления в открытой литературе, умудрились егo упростить и
изготовлять эту дрянь при минимуме затрат. Во всем мире его столько лет не
могли повторить, а наша смекалка горы движет. Эх, если бы на благое дело
была направлена! Партия в шестьсот грамм - это с полсотни миллионов доз -
ушла в Казань. ФСБ и МВД предъявили ультиматум: верните наркотик, а то будет
всей братве казанской Варфоломеевская ночь. Подействовало. Отраву подбросили
на кладбище. Это какой-то черный юмор - поверх могилы лежал сверток, который
мог превратить в могилу не один русский город.
Студенты-химики сейчас на зоне. И братва, и правоохрана ждут, когда
выйдут. Система наша государственная сейчас безвольна и слаба. В нормальном
государстве нашли бы способ обуздать их творческую активность. А у нас? Все
опера с ужасом ждут, когда вновь появятся ампулы с "мертвой водой".
Но пока объявился лишь порченый героин. И опять та же история - дохнут
наркоши незнамо отчего. И экспертиза бессильна.
- Высокие технологии, - сказал я.
- Чего? - спросил Арнольд.
- Такие фокусы возникают, когда братва получает доступ к высоким
технологиям.
- А на шиша эти технологии? Чтобы травить наркошей? - иронично
осведомился Арнольд.
- Неизвестно, - пожал я плечами.
- В общем, завтра Куравлев летит со всеми материалами в Москву, - сказал
Романов. - В ЭКЦ Министерства. Пусть там гадают.
- На самолете? - удивился Арнольд.
При безденежье лететь самолетом туда, куда можно неторопливо дотрюхать на
поезде, никто не даст. Нет денег в МВД. Уже несколько лет ни на что в стране
нет денег, кроме как на прокорм вечно голодных олигархов. Так что билет на
самолет означал, что начальство очень сильно озабочено всем происходящим.
- У кого-то наверху заболела голова от наших проблем, - сказал я.
- Это уж точно. Так что нам лучше напрячься, - устало произнес Романов. -
Нет, Терентий, от тебя я не ожидал такого. Ведь не просто этот барыга
несчастный смылся. Нить порвалась.
- Свяжем, - заверил я. - Морским узлом.
- Ну так вяжи!
- Ты, етить твою мать, подлый убийца! Сам держишь притон. Сам вколол
Олечке отравленный героин! Заставлял ее, невинное дитя, торговать
наркотиками! Ничего, скоро все будет в газете.
Арнольд подирижировал в такт доносящейся из громкоговорителя телефонного
аппарата брани. Это звонила бабка Турусова, которая все упрекала Арнольда в
том, что он отравил ее внучку.
- Знаете, чего эта карга старая устроила, - сказал Арнольд, дав отбой. -
Приходила в мой подъезд и пыталась взять у соседей показания, что я веду
аморальный образ жизни.
- Ну, тут ей искать долго не пришлось, - сказал Асеев, отвлекшись от
пишущей машинки.
- Обижаешь, - произнес Арнольд. - Соседи знают меня как исключительно
добропорядочного семейного человека.
- И непьющего, - поддакнул Галицын.
- Кто без греха, пусть первый бросит в меня камень, - продекламировал
Арнольд.
- Так колись, дали на тебя соседи показания, что ты притон содержишь? -
потребовал я.
- У меня сосед, вечно пьяный "новый русский", ее пообещал с лестницы
спустить... В таком возрасте - и такая неуемная энергия.
- Появилась у бабы-яги цель в жизни, - сказал Асеев. - Добра молодца в
печи изжарить. Послышался опять звонок.
- Опять она? - прошипел зло Арнольд, включая громкоговоритель. - Что
вам?
- Арнольд. Это Рок, - огласил сбивчивый голос стены нашего кабинета.
- И чего с этого?
- Я сейчас приеду, - заявил Рок. Потом голос его отдалился, видно было,
теперь он обращался к кому-то рядом с собой. - Я в ОБНОН еду. Что, не
слышала? Бойцы невидимого фронта.
- Ты что там несешь?! - заорал Арнольд. - Ты кого там грузишь, урод?
- Да не бойся, Арнольд. Она - надежный человек.
- Я тебя убью, ублюдок! Понял?
- Ладно, ладно. Не шуми, - примирительно заявил Рок. - Буду,
Забулькали гудки.
- Ну что с ним сделаешь, а? - покачал головой Арнольд. - Только отравить
порченым героином, как Бациллу и его корешей.
Рок появился через час. Арнольд хотел ему дать в лоб сразу у входа. Но
морда у Рока и так была разбита.
- Еле добрался, - сообщил он. - Пришлось водителя кинуть.
- Как это? - спросил Арнольд.
- Ну, сказал ему, что по делу в ментовку приехал. И если ему бабки нужны,
пусть у дежурного возьмет. I
- Во даешь, - покачал головой Асеев. - Ты вообще знаешь, как на
троллейбусе ездить?
- А зачем, когда тачек полно? - с недоумением произнес Рок. Да, Рок
вообще при коммунизме живет. За такси не платит. За сигареты не платит -
взял с лотка и пошел.
- Тебе водители рожу намылили? - спросил Арнольд.
- Чурки наваляли. У южного рынка палатка. Чего они ко мне привязались?
- Кинул их? - осведомился Асеев.
- Не. Просто суки. Как бы нам их встряхнуть? Чурбаны клятые.
- Они наркотой торгуют? - спросил я.
- Торгуют, - закивал Рок. - Чем им еще торговать?
- Так продумай, как - мы их возьмем, - сказал я.
- Посчитаемся с чурбанами, - зловеще ухмыльнулся Рок и потер руки. -
Возьмите агентом. Всю мафию встряхнем.
- Агентом, говоришь, - задумчиво произнес Арнольд. - Ты всерьез решил?
- Я давно и крепко все обдумал.
- Ну хорошо. Возьмем.
- Арнольд, ты чего? - воскликнул я.
- Выйди, - кивнул Арнольд Року. Рок послушно вышел.
- Ты чего ему обещаешь? - вскипел я.
- А чего, приколоться нельзя? Арнольд объяснил идею.
- Клоун, - покачал я головой. - Ладно. Вскоре Рок писал заявление с
просьбой принять его в "секретные агенты отдела по борьбе с наркотиками с
дальнейшей постановкой на вещевое и денежное довольствие".
- Без ошибок пиши, - склонился за его спиной Арнольд. - Секретный
сотрудник должен быть грамотным. Образованным. Не пить.
- Ага, - Рок скосил взор на Арнольда, от которого разило перегаром.
- Не ширяться наркотиками, - добавил Арнольд.
- Как?
- Ну, это в идеале. Давай пиши.
Сопя, Рок начал аккуратно выводить буквы.
- Число, подпись... Все. Теперь начальник должен утвердить, - Арнольд
взял листок.
- Какой начальник?
- У, большой начальник. Сам Карл Карлович, - протянул Арнольд.
Он вышел из кабинета и через некоторое время появился в компании со своим
старым собутыльником - толстым, представительным усатым майором из отдела
кадров.
Насупившись, энергичным шагом майор ворвался в кабинет.
- Готов служить не за страх, а за совесть? - набросился он на Рока.
Рок вытянулся по струнке и с энтузиазмом воскликнул:
- Готов!
- Но ведь служба эта опасная, - покачал майор головой.
- Я мечтал о ней с детства, - Рок вытянул руки по швам.
- Служи честно, сынок. Ради Отечества нашего, не щадя живота и сил, -
майор положил руку на плечо Рока. У наркомана, казалось, от воодушевления
сейчас слезы брызнут.
Из угла послышался сдавленный писк. Арнольд, обхватив горло, давился, из
последних сил пытаясь не заржать. Асеев сидел с каменным выражением на лице
- у него самообладание самое сильное. Я тоже закусил губу.
- С испытательным сроком на три месяца, - сказал "Карл Карлович" и вышел.
- Ну вот и все в порядке, - произнес Арнольд.
- А зарплата? - осведомился деловито Рок.
- Сказали же - через три месяца.
- Ничего. Я и "белым" брать согласен.
- Ой, блин, - покачал головой Арнольд. - Выйди на лестницу.
Рок выскочил. И в кабинете грянул хохот.
- Слушай, - отдышавшись, произнес Арнольд. - Может, он нам голову
морочит? Издевается над нами?
- Нет, - покачал головой Асеев. - Он действительно такой. Наркош. Где был
мозг, там теперь кость.
- Пиши ему оперативное задание, - сказал я.
- С чего начать? - Арнольд сел за пишущую машинку .
- С транснациональных связей, - сказал я. - Про неаполитанскую каморру,
сицилийскую мафию и японские триады не забудь.
- Не забудем, - Арнольд забарабанил по клавишам. - Итак, коррупция в
мэрии - пойдет... Проникновение западных разведок в регион... Годится...
Связь мэра города с корейской организованной преступностью.
- Башку нам снимут, - сказал Асеев. - У мэра жена - кореянка.
- Ничего... Так. Чего бы еще? Подкоп под зоопарк? Вредительство на
мясо-молочной ферме под Куряткино? Что еще? Все валим в кучу?
- Вали...
Бумага получилась солидная.
- Печати не хватает, - сказал Асеев.
- Делов-то, - махнул рукой Арнольд и полез в стол. Вытащил изъятую у
одного жулика год назад печать фирмы "АГУ". Оттиснул ее на "плане-задании" -
получилась немножко размытая, но читалась.
- Сойдет, - он с любовью посмотрел на "План-задание", выглянул в коридор
и заорал:
- Рок, к ноге!
Рок зашел чуть ли не строевым шагом. Воодушевление не сходило с его
разбитой физиономии.
- Бери, - протянул бумагу Арнольд. Рок прочитал "план-задание". Ни один
из пунктов у него сомнений не вызвал.
- Тяжело, но постараемся, - серьезно заявил он.
- Постарайся, агент Рок. Постарайся, - сказал Арнольд. - Ты теперь на
государевой службе.
- Если такое дело, у меня важная оперативная информация, -
многозначительно произнес Рок. - Знаю, кто еще "геру" берет с того же
источника, что и Тютя.
- Кто?
- Он сперва через Тютю брал, но потом каким-то образом на поставщика
вышел. Но он по-маленькому барыжит.
- Что за человек?
- Костян, - сказал Рок. - Ваш коллега.
- Мент? - подался вперед Арнольд.
- Не мент. Ментенок.
- Чего?
- Из милицейского колледжа.
- Мы его можем взять?
- Я знаю, как его загрести, - сказал Рок.
- Молодец, - отметил Арнольд.
- Не, ну ты посмотри, - покачал головой Арнольд. - Потише езжай. Такое
зрелище! Не улица Ворошилова, а пляс Пигаль.
- Улица Красных Фонарей, - поддакнул Галицын;
- Во, Князь все про них знает, - кивнул Арнольд. - Д
...Закладка в соц.сетях
