Жанр: Боевик
Бездомный мрак
...ских операций и, наконец, психиатрическая больница. Вам надо
оформить инвалидность и получать пенсию, но адвокат отказывается направлять вас
на комиссию, заверяя, что вы трудоспособны и в ближайшее время приступите к
работе. Одно с другим не вяжется. Как вы можете руководить крупной нефтяной
компанией, если не можете понимать сути вопроса?
— Врачи уверяют, что память восстановится. Сейчас я чувствую себя вполне
прилично. Не уверен, что способен руководить компанией, но прогресс налицо.
Извините, но я же не специально попал в аварию. Так сложились обстоятельства.
— Возможно. Мы с нетерпением ждем результатов расследования.
— Что это значит?
— То, что если авария произошла по вашей вине, то страховой полис
аннулируется, и вы должны возместить убытки страховой компании. Но дело
настолько запутано, что рассчитывать на скорые результаты невозможно.
Представьте себе, что вы решили покончить жизнь самоубийством таким образом?
Вариантов может быть много.
— Я вам сочувствую. Но когда вы меня страховали, очевидно, удостоверились
в моем психическом состоянии. Нормальные люди не кончают жизнь самоубийством
при полном благополучии и здоровье.
— Да, мы запрашивали вашу историю болезни и консультировались с лечащим
врачом. Он опроверг наши подозрения и уверяет, что вы совершенно здоровы.
— О каком враче идет речь?
— Вы прикреплены к ведомственной поликлинике при депутатском корпусе, что
находится на Неглинке* Короче говоря, бывшая Кремлевка. Ливанов очень
компетентный врач, и мы не можем не доверять ему.
— Скорее всего, так. Мне жаль, но никакого злого умысла я не преследовал.
Странно другое, компания сама могла оплатить лечение, да и на моих счетах, как
я знаю, достаточно средств.
Молодой человек улыбнулся.
— Так не бывает, Максим Алексеич. Чем больше человек имеет денег, тем
осмотрительнее он их тратит. Зачем лезть в свой карман, если существует кошелек
страховщика. Но мы тоже не любим нести потери и активно участвуем в следствии.
— Удачи вам. Извините, но у меня стынет завтрак.
Странный визит. Я так и не понял, что хотел от меня страховой агент?
Познакомиться? Вряд ли.
После завтрака я вышел из дому и прошелся по участку в поисках гаража.
Ухоженный сад, подстриженный кустарник, клумбы с цветами. Трудно поверить, что
участок пустовал большую часть лета. Если верить нынешней прислуге, то всех их
предшественников уволили, как только опечатали дом, а этих наняли на днях.
Неужели Антон пожалел денег и не мог оплатить им вынужденный отпуск? Смена
прислуги меня беспокоила. Меня все раздражало, что не имело под собой
логических объяснений. Доктор Розин внушал мне, что все и всегда подчиняется
логике, кроме патологии.
Антон не походил на параноика. Этот человек продумывает все до мелочей на
несколько ходов вперед. Я ему верил, и не понимал, какой ему смысл вводить меня
в заблуждение. Какая ему от этого польза?
Наконец-то одна из аллей вывела меня на открытую площадку. Очень
симпатичный двухэтажный домик, выкрашенный зеленой краской, сливался с зеленью
елей. Первый этаж занимал сам гараж. Трое ворот распахнуты настежь, второй этаж
жилой, судя по цветастым занавескам. В гараже могло разместиться машин пять,
но, подойдя, я увидел всего две.
Эрик протирал стекла белого
мерседеса
. Машина мне очень понравилась.
Двухместная, обтекаемая, с дополнительными фарами, низкой посадкой. Таких я
даже в кино не видел.
В стороне стояла потрепанная колымага.
— А это что за драндулет? — спросил я. Эрик оглянулся.
— Каждый имеет то, на что заработал.
Девятка
моя. Только зря вы к ней
относитесь с пренебрежением. Я с ней изрядно повозился и скажу вам, что моя
тележка не хуже вашей. Инжектор, шестнадцать клапанов, новая резина
нокиа
.
Зверь, а не тачка. Заводится с полтычка и летит как ласточка.
— Извини, что обидел твоего железного коня. И все же в город мы поедем на
моей машине.—Я сел рядом с водительским креслом.— Поехали в Москву. Мне нужна
депутатская поликлиника на Неглинке. Найдешь?
— А что ее искать. Известное заведение. Я же бывший таксист. Если
заблудимся, то в бардачке лежит подробная карта города и области.
Мой новый шофер включил двигатель и тронул машину с места. Я этого даже не
почувствовал, словно сидел на домашнем диване.
— Сильно не гони. У меня голова кружится от мелькания предметов перед
глазами.
Мы выехали за ворота, миновали пролесок и вскоре выехали на шоссе.
— Ты работал таксистом, а до этого? Где твоя жена?
— С такой работой трудно иметь семью. В Москву я приехал из Челябинска
десять лет назад. Вообще-то я детдомовский. Служил в Афгане. В Москве устроился
по лимиту в таксопарк, жил в общаге. Девчонок хватало, но кто пойдет за парня
без крыши над головой? Им всем принцев подавай. А те, кто согласились бы, они
мне и задаром не нужны. Короче, на квартире мне жениться не удалось. Официантом
работал. Жил с одной вдовушкой последние пару лет. Но она старше меня на восемь
лет, и требования у нее слишком завышены. Посмотрела бы на себя в зеркало. В
общем-то я рад, что удалось от нее избавиться. Надоела мне вся эта суета.
Одному спокойнее. Сам себе хозяин.
— Вот тут ты не прав.
— Почему? Вы человек уравновешенный, с вами не устаешь.
Спустя час машина остановилась у высокого серого здания. Эрик указал мне
на огромный подъезд с тяжелыми дверями и ручками под ладонь Кинг-Конга. Никаких
табличек.
Я направился в мрачное заведение. Кругом мрамор, идеальная чистота и много
света.
В дверях меня остановил охранник. Их было четверо, да еще турникет.
— Ваш пропуск, пожалуйста.
— Мне нужно попасть к доктору Ливанову. Я из страховой компании. Речь идет
о его пациенте, который попал в аварию.
На всякий случай я показал ему визитную карточку своего утреннего гостя.
Это была моя первая ложь в новой жизни. Но цель оправдывает средства, как
говорил герой одного из фильмов.
Меня сопроводили в регистратуру, откуда позвонили в кабинет врача, и он
согласился меня принять. Охранник довел меня до лифта с лифтером, и я поднялся
на третий этаж. Больше всего поражало безлюдье. Если мне и встречались живые
существа, то только в белых халатах и в большинстве своем мужчины.
На сорок шестом кабинете висела табличка:
Ливанов Андрей Константинович
.
Я постучал и вошел.
Хозяин кабинета, очень солидный господин в белоснежном накрахмаленном
халате, бросил на меня мимолетный взгляд и глянул на настенные часы.
— Больше трех минут уделить не могу. Кажется, я дал вам все сведения,
которые вы запрашивали.
— Две детали, доктор. Мы ведем собственное расследование. Слишком большие
денежные потери несет компания. Вопрос первый. У Максима Круглова имелись
особые приметы?
— Не понимаю. Что вы имеете в виду?
— К примеру, шрамы, родимые пятна.
— Ах, вот оно что. Да, можно сказать, были. Шрам над правой лопаткой.
Раздвоенный, сантиметров в шесть. История его появления мне не известна.
— Такой шрам можно удалить путем пластической операции?
— Нет, не думаю. Новое мясо не нарастишь, а он был достаточно глубок.
Я достал из кармана фотографию, принесенную мне Антоном в больницу,
сделанную во время свадебного путешествия.
— На этом снимке есть Максим Круглое? Он глянул на карточку и указал на
блондина с короткой стрижкой, сидящего на капоте.
— Вот он. Так в чем ваша проблема?
Я забрал снимок.
— Извините, доктор, три минуты истекли.
Я вышел из кабинета и почувствовал испарину на лице и это при том, что все
помещения были оборудованы кондиционерами.
Я не получил ответа на главный вопрос: кто я? У Максима Круглова был шрам,
не подлежащий выведению, у меня шрама нет, и даже намека на него не осталось.
Где же зарыта собака? Где таится фальшь?
Эрик расхаживал вдоль машины, дымя сигаретой. Заметив меня, он
профессиональным жестом открыл дверцу и посторонился.
— Поедем домой,— буркнул я, усаживаясь на свое место.
Еще час дороги и сплошной путаницы в голове.
Не доезжая до коттеджа, я попросил шофера остановиться и вышел.
— Езжай дальше один, я пройдусь пешком. После обеда опять поедем в город.
Никуда не отлучайся.
Я видел его недовольство и растерянность. Не оставалось сомнений, что
Антон дал ему жесткие инструкции в отношении меня, но спорить со мной он не
решался.
Как только машина уехала, я нашел ту самую просеку, о которой мне
рассказывала Элина Львовна и пошел в поселок за лесом.
Как меня и предупреждали, Дусю я нашел в огороде. Высокая сухопарая
женщина, смуглая от загара, с морщинистым лицом и выцветшими глазами.
— Добрый день. Я не знаю вашего имени, отчества...
— Дуся. Меня все так называют.
— Хорошо, Дуся. Я новый хозяин коттеджа, где вы мыли окна.
— Нужна помощь? Нет проблем.
Она отставила лопату в сторону и пригласила меня в дом.
Окошки маленькие, и света явно не хватало. Но при тесноте тут
чувствовалась ухоженность и уют. Мы присели за стол.
— Хотите чаю?
— Спасибо, но я питаюсь строго по режиму. Меня интересует старая прислуга.
Дело в том, что они, как я слышал, хорошо справлялись со своими обязанностями и
отлично знают и дом, и участок. У меня возникла идея найти их и позвать
обратно.
Можете помочь?
— Идея хорошая, но вряд ли я смогу вам помочь. Вы правы, люди они
работящие, но я и не знала, что дом продали, а их уволили.
— А что вы скажете о бывшем хозяине?
— Я его никогда не видела. Меня приглашали, когда он был в отъезде. Со
мной расплачивалась Дина Борисовна, домоправительница. Знаю, что она живет в
Москве и раньше работала главным бухгалтером в Смоленском гастрономе. Считать
умела и хозяйство вела правильно. Строгая женщина, но справедливая. Ирочка
работала горничной и подавальщицей. Молоденькая девушка лет двадцати. Ну просто
куколка и очень скромная. Говорочек у нее хохлятский. Кажется, она приехала
из Крыма. Но в Москве ей помогли купить однокомнатную квартиру. На какие шиши,
понятия не имею.
— А где?
— В новостройках. По-моему, в Бутово.
— Как ее фамилия?
— Кажется, Новикова. Она мне диплом торгового техникума показывала.
Хвасталась. Одни пятерки.
— Кто еще работал в коттедже?
— Ефим. Шофер. Боевой парень. Он все время находился с хозяином. И вел
себя как хозяин. Обедал в столовой, а не на кухне, и спальня у него была на
хозяйском этаже. Они вроде друзьями были. Так что Ефима я видела один раз.
— А кто же жил над гаражом?
— Садовник. Тихон. Мой ухажер. Вдовец. Военный в отставке. Вот о нем я
кое-что знаю. В гостях у него была на дне рождения. Он живет в красном доме
напротив метро
Багратионовская
. Там один такой дом. Самый правый подъезд,
второй этаж и квартира тоже справа. Что касается других, то ничего сказать не
могу.
Все, что она мне рассказала, я записал в телефонную книжку Тимура, которую
таскал с собой.
— Не густо, конечно. Но попытаюсь их разыскать.
— Вам бы Дину Борисовну найти. Она о каждом все знает.
— Вы не знаете ее фамилию?
— Нет. Кто же такую даму будет по фамилии называть? Перед ней все
трепетали, кроме Фимки, конечно, тот мог и прикрикнуть. Знамо дело, близкий
друг хозяина.
— Вот-вот, и вдруг увольняют.
— Может быть, он остался со старым хозяином? Ведь вы же недавно дом
купили?
— Похоже на правду. Очевидно, Ефим остался с настоящим хозяином.
Дуся ничего не поняла. Ей и не надо ничего понимать, а вот мне не мешало
бы разобраться во всей этой мешанине.
Я поблагодарил ее и ушел. Возвращаясь домой, я не мог, отделаться от
ощущения, будто за мной наблюдают. Мне только навязчивых идей не хватало, тогда
можно возвращаться к доктору Розину с новым диагнозом.
Вернувшись домой, я увидел еще одного гостя. Меня сегодня атаковали,
впрочем, и я не скучал в своих путешествиях.
Молодой парень, лет двадцати с небольшим, ждал в холле. Как выяснилось, он
привез компьютер, и они с Эриком уже отнесли технику в мой кабинет. Осталось
все подсоединить и установить программное обеспечение. Мы поднялись наверх, и я
с любопытством наблюдал, как он все делает.
Потом мне на выбор предложили разные игрушки. Они мне все понравились, и
их загнали в компьютер.
— А вам базы данных нужны?—спросил молодой человек таинственным голосом,
словно раскрывал военную тайну.
— Что это такое?
— Ну вот, к примеру. Вашу шикарную машину поцарапал какой-нибудь
жигуленок
и скрылся, но вы запомнили номер. Набираете его номер в базе данных
ГАИ и получаете все сведения о владельце машины.
— Любопытная штука. А если мне человека найти надо по имени?
— Есть база
прописка
. Там все, кто прописаны в Москве и база БТИ, где
значатся владельцы квартир.
— Ну что же, устанавливайте и научите меня ими пользоваться.
— Мне оплатили доставку и установку того, что я привез. Но эти базы
ворованные, понимаете. Они дорого стоят. Неофициально. Понимаете?
— Не очень. Что от меня требуется?
— Заплатить. Каждая база стоит сто долларов.
— Понятно. Погодите минутку.
Я отправился в свою спальню и выгреб все деньги из карманов костюмов,
висевших в шкафу, после чего вернулся обратно.
— Триста долларов хватит?
— Вполне. За оптовую, серию я вам бесплатно поставлю последнюю версию
телефонного справочника. Останетесь довольны.
В течение часа все программы были установлены и меня научили ими
пользоваться.
— Теперь вы без труда можете разыскать любого человека и узнать о нем все
подробности,— с гордостью заявил парень.
— Вы появились как нельзя вовремя.
Мне кажется, он остался довольным в большей степени, чем я.
После его ухода я сделал несколько попыток найти кого-нибудь. Своего
адвоката я нашел тут же. Антону Гольдбергу пятьдесят три года и он имеет
Ауди-88
. Ничего нового я о нем не узнал. Адрес, телефон, номер машины,
паспортные данные. Все эти данные меня не интересовали. Из списка бывшей
прислуги мне никого найти не удалось. Чего-то не хватало. Так, в районе Бутово
жило четырнадцать Ирин Новиковых в возрасте от девятнадцати до двадцати двух
лет. Но я нашел человека, место жительства которого мне описала Дуся. У метро
Багратионовская
жил садовник Тихон, и его найти не трудно. Имелся еще один
вариант. Бывшая экономка. Я позвонил в Смоленский гастроном и сказал, что мне
срочно нужно поговорить с бухгалтером Диной Борисовной.
Меня переспросили:
— С Богатыревой?
— Я ответил:
Да
.
На что мне сказали:
— Дина Борисовна не работает у нас уже пять лет.
— А как мне ее разыскать?
Вместо ответа положили трубку. Я не очень расстроился и залез в базу
данных.
В Москве проживало четыре Дины Борисовны Богатыревых. Не так уж много.
Очевидно, редкое имя, и мне, можно сказать, повезло.
Две женщины сразу вылетели из моего списка. Одной не было и тридцати.
Другой перевалило за семьдесят. Я мог, конечно, позвонить им по телефону, но в
моем случае лучше разговаривать с человеком, глядя ему в глаза. Мне так
понятнее. Глаза тоже могут многое рассказать такого, чего не договаривает язык.
Я все еще жил ощущениями. Однако я переписал все телефоны на листок и убрал его
в телефонную книжку.
После обеда пошел дождик и мне пришлось надеть плащ и кепку. Конечно, в
таком наряде я очень отличался от серой толпы и серого неба. Белая одежда и
белый
мерседес
, да еще черные перчатки. Белая ворона с черными лапками,
по-другому не среагируешь. Но в данный момент это меня интересовало в меньшей
степени, чем все остальное.
Эрик повез меня в город без всякого удовольствия. Боюсь, он уже доложил
Антону о моих выходках и получил нагоняй. Положение шофера было незавидным.
Выполнять волю двух господ не просто, учитывая их несовместимые желания.
Мы остановились у метро
Багратионовская
, и я велел ему ждать.
Найти дом, подъезд и квартиру садовника не составляло труда. Все совпадало
с описаниями Дуси, но на звонок мне не ответили. По словам Дуси, Тихон человек
пожилой, возможно, он плохо слышит, и я постучал в дверь локтем, стараясь не
повредить кожу на пальцах. Дверь качнулась. Я ее толкнул, и она открылась.
Хозяина я нашел на кухне, но поговорить мне с ним не удалось: он был
мертв. Старику проломили голову чем-то тяжелым, он лежал на полу в луже крови.
У меня тут же разболелся шрам на затылке. Трупов я еще не видел в своей
новой жизни. Что касается предыдущей, то мне о ней ничего не известно, и,
похоже, я не доберусь до истины, если дела пойдут таким образом.
Я склонился над покойником, снял перчатку и пощупал его руку. Она
сохранила тепло живого тела. Тихон умер совсем недавно. Надо сказать, что кровь
и мертвец меня вовсе не пугали. Я сам побывал в шкуре мертвеца, и чужая смерть
на меня не произвела впечатления.
Я прошел в комнату и осмотрелся. Чисто, убрано. Скромное жилье одинокого
пенсионера. Вероятнее всего, оно так и должно выглядеть. На обеденном столе,
стоявшем посреди комнаты, лежал семейный альбом с фотографиями. Я подошел и
пролистал его.
Часть снимков исчезла. Они были вырваны, и остались только следы от клея.
Кто же так тщательно заметает за собой следы? Кому мог помешать безобидный
старик? Могу ли я считать себя причастным к данному несчастью? Никто не мог
знать, что я приеду к нему. Даже Эрик не догадывался, куда мы едем, пока я не
сел в машину и не назвал ему адрес. Похоже на упреждающий удар. Но, может быть,
мне все кажется и я тут ни при чем? Плод больной фантазии.
Я достал телефонную книжку, развернул листок с данными, выписанными с
компьютера и начал звонить.
— Слушаю вас,— раздался женский голос, когда я уже собирался положить
трубку.
— Дина Борисовна?
— Совершенно верно.
— Один вопрос. Вы работали экономкой в частном коттедже?
Наступила пауза. Мне показалось, она прикрыла трубку ладонью и с кем-то
разговаривает.
Уже хорошо, что она не одна в доме.
— Да. А с кем я разговариваю?
— С новым владельцем дома. У меня накопились к вам вопросы по
хозяйственной части. Вы не могли бы уделить мне полчаса?
— Если это так важно, то, пожалуйста.
Голос ее немного дрожал, будто я ее напугал чем-то.
— Хорошо. Я сейчас приеду.
Положив трубку, я тут же ушел. Не знаю, видели меня или нет, по сторонам
не озирался. Мне хотелось как можно быстрее найти экономку и желательно живой.
Тут что-то творилось неладное.
Вернувшись к машине, я попросил Эрика поторопиться и назвал ему нужный
адрес.
Дорога через всю Москву с бесконечными пробками заняла больше часа.
Эрик заехал во двор и остановился возле нужного подъезда. Зря мы это
сделали. Я своим видом привлек внимание всех старушек, сидевших возле дома на
скамеечке. Они разглядывали меня, как огородное пугало.
Поднявшись на пятый этаж, я позвонил в дверь. Мне никто не открыл. На стук
тоже не реагировали, правда на этот раз дверь была заперта.
Странно. Сбежав по ступеням вниз, я обратился к всезнающим и всеведущим
стражам местности.
— Извините, любезные дамы. Вы не в курсе, дома ли Дина Борисовна с пятого
этажа?
— Уехала, милок,— сказала самая бойкая бабуля, покачивая коляску с
младенцем.
— Не ушла, а уехала? Вы в этом уверены?
— На такси не уходят. С полчаса как уехала. За ней машина приезжала. Она
вышла с двумя чемоданами и укатила. Сказала, что в отпуск.
— Одна?
— Нет. Ее племянник провожал.
— А он здесь живет?
— Нет. Заходит изредка. Но еще один мужчина к ней заходил. Ушел минут за
десять до ее отъезда.
— Именно к ней?
— Так он номер квартиры у нас спрашивал.
— Как он выглядел?
— А кто ж его знает? В черных очках, кепке и в куртке. Он ушел, а следом
она с племянником. Торопились очень. Вишь, такси вызвали.
— Жаль, не застал. Извините.
Я сел в машину, и мы поехали прочь.
— Куда теперь?
— В Бутово, потом видно будет.
В дороге мне пришла в голову интересная мысль. Я опять достал свой список,
пролистал записную книжку Тимура. В его записях имелось три Иры. Я сопоставил
телефоны из книжки со своим списком, и один из номеров совпал. Теперь я знал
точный адрес, по которому надо ехать. Но меня не переставала тревожить одна
навязчивая мысль. Успею ли я?
Я даже не рассчитывал на удачу. Но на сей раз мне повезло. Дверь открыла
молоденькая хорошенькая девушка. Живая, без одной царапины. Мне показалось, она
ждала кого-то. Увидев меня, ее улыбка постепенно растворилась, а лицо стало
серьезным и очень беспокойным.
— Прошу прощения за вторжение. Вы Ира?
—Да.
— Мне надо с вами поговорить. Это очень важно.
— Догадываюсь. Проходите.
Милая однокомнатная квартирка, обставленная с шиком и напичканная
электроникой. Даже плазменная панель висела на стене вместо телевизора. И одета
девушка со вкусом, не броско, без лишней косметики и побрякушек. Впрочем, с ее
внешностью макияж мог только испортить естественную красоту.
Мы прошли в комнату и расселись по креслам напротив друг друга. Она не
отрывала от меня взгляда.
— Я знала, что рано или поздно вы придете.
Хорошенькая встряска. Я ждал услышать что угодно, но только не это. Ее
взгляд меня немного смущал. Мне казалось, она что-то ищет на моем лице или по
нему ползает муха.
Я решил идти на пролом.
— Почему вас уволили из коттеджа?
— Я думала, вы знаете.
Обескураживающий ответ, ничего не скажешь.
— Давайте построим нашу беседу иначе. Расслабьтесь.
У меня создавалось впечатление, что я здесь хозяин, а не она.
— Начнем с аварии. Вы же в то время еще работали в доме. Как вы о ней
узнали?
— Мне рассказал о трагедии Антон Романыч. Он довольно резко заявил мне,
что Тимур погиб, а Максим отправлен в ожоговый центр. Что касается меня, то я
могу идти ко всем чертям.
— Он плохо относился к вам?
— Ненавидел.
— Поэтому и выгнал?
— Я бы и сама ушла. Мне незачем оставаться.
— Механика Ефима Никитина тоже выставили за дверь?
— Очевидно. Меня выгнали первой, так что я не могу знать, как обошлись с
остальными.
— Вы знаете, где живет Ефим?
— Где-то за городом. Адреса не знаю. Но там есть озеро, и его дом стоит на
берегу. Он что-то рассказывал о моторной лодке и рыбалке. Но я не
прислушивалась. Собирался строить яхту для Тимура.
Я чувствовал себя не в своей тарелке, она меня смущала. Ответы ее мне
казались странными, даже снисходительными, а голос знакомым.
— Почему Антон вас ненавидел?
— Разумеется, из-за Тимура.
Я сделал паузу. Мне трудно было с ней разговаривать. Я словно взял на себя
роль следователя, который ведет жесткий допрос. Вероятно, я выглядел
омерзительно, но выбрал не самый лучший способ самозащиты из-за растерянности.
— Возможно, вы догадываетесь, кто я, и вам известно, что я болен.
Катастрофа лишила меня памяти. Постарайтесь быть откровеннее со мной и более
подробно рассказывать о прошедших событиях... У вас с Тимуромыли близкие
отношения?
Мне показалось, она вот-вот заплачет.
— Да. Я любила его. Мы познакомились в Ялте. Он проводил там отпуск, а я
работала в цветочном магазине. Вообще, я из Винницы, летом мы проходили
практику на курортах, когда большой наплыв отдыхающих. Я закончила торговый
техникум. В Ялте жила в общежитии. Однажды Тимур зашел в наш магазин с двумя
красотками. Я влюбилась в него с первого взгляда. Он купил девушкам цветы.
Скорее всего, девицы для него ничего не значили. Я ему приглянулась, как и он
мне. Тимур подмигнул и вызвал хозяина магазина. Я видела, как Тимур отдал ему
кучу денег.
— Мне нужны все цветы с доставкой на дом,— сказал он Арсену.
Наш директор Арсен чуть не онемел от такой покупки. Половину цветов не
успевали раскупать, и их выбрасывали. Когда он спросил, куда доставить цветы,
Тимур улыбнулся, глянул на меня и сказал:
— Куда укажет эта девушка. Я еще не знаю ее домашнего адреса.
Спустя пару дней он встретил меня после работы. Я была без ума от счастья.
Тимур очень внимательный, чуткий, и с ним невероятно легко. О таком принце я не
смела и мечтать. Я знала, что он наплевательски относится к деньгам, но не
подозревала, что познакомилась с настоящим миллионером. Впрочем, деньги меня
никогда не интересовали. Я просто не могла без него жить. Отпуск кончился. Я
бросила все и уехала с ним в Москву. В то время он еще не был женат. Тимур
купил мне эту квартиру, обставил ее и приходил сюда, но редко. Однажды он мне
сказал, что я должна быть постоянно рядом. Так я попала в коттедж в роли
горничной-любовницы. Антон обо всем быстро догадался и потребовал, чтобы меня
уволили. Но ничего из этого не получилось. А меня все устраивало, лишь бы быть
рядом с Тимом. А потом он женился на Кате.
— Тимом?
— Так друзья звали Тимура, а Максима—Максом. Тим и Макс.— Ее губы
задрожали.
— Вы видели его в день аварии?
— Да. Он очень нервничал, был раздражитель
...Закладка в соц.сетях
