Жанр: Боевик
Гибель дракона
..... Ну вот и все, - Наката передал
оператору последний лист Программы и прикрыл воспаленные глаза. - Правда,
геодезическая лаборатория в Канояма сильно пострадала...
- Как бы то ни было, кто-нибудь из геологов догадается, - Куниэда на
минуту перестал перелистывать бумаги. - И кто-нибудь из технических
специалистов Управления метеорологии или сотрудников местных
наблюдательных станций рано или поздно обратит внимание...
- А что, есть какая-нибудь подозрительная информация?
Наката, отпив остывшего чаю, обернулся к Куниэде.
- Да как сказать... Разве что вот это. Международное океанологическое
общество предлагает сотрудничество в исследовании изменений рельефа
морского дна после землетрясения в прилегающем к краю Канто районе. В
общем, предлагают помощь, поскольку, мол, у японских ученых сейчас дел по
горло.
- Ведь это дочерняя организация Международной геодезической и
геофизической ассоциации? - Наката, держа чашку у рта, нахмурился. - Ну и
дела! Так, пожалуй, обо всем станет известно из-за границы.
- Здесь следует опасаться Америки. Их военно-морские силы уже давно
усиленно исследуют морское дно в районе Дальнего Востока. Да и специальные
суда нефтяных компаний рыщут по дальневосточным морям в поисках нефти.
- И не только Америки, но и Советского Союза, - сказал технический
специалист, прикомандированный из Управления обороны. - В последнее время
к востоку от Курил плавает советское научно-исследовательское судно в
сопровождении крейсера. И кажется, еще несколько подводных лодок.
- Н-да, обе стороны стараются установить подводные ориентиры... -
пробормотал Куниэда.
Зазвонил телефон. Технический специалист поднял трубку.
- Звонят из Государственного управления геодезии и картографии, -
сказал он, слушая. - С завода поступил гравиметр типа Т.
- Один?
- Да. Еще два поступят немного позже. Сейчас он проходит испытания.
- Передайте, чтобы после испытаний его отправили в Йокосуку, - Наката
поднялся из-за стола и нажал кнопку звонка. - Постойте! А нельзя ли его
отправить из Мэгуро в Йокосуку на вертолете? Тогда полетел бы кто-то из
нас и провел испытания в воздухе.
- Ну и беспокойный же ты, - усмехнулся Куниэда.
- А когда они закончат испытания?
- Сегодня, после полудня.
- Прекрасно. Передай, что после полудня пришлем к ним вертолет.
- ...Наката-сан, Наката-сан, пришел заместитель начальника канцелярии
премьера, - заговорил интерфон. - Просим на совещание, все в сборе...
- Прошу подождать пятнадцать минут! - сказал Наката, нажав кнопку
обратной связи. - Программу уже заложили в компьютер. А в комнате для
совещаний есть вывод от компьютера? Очень хорошо...
В комнату вошел Катаока. Его темные обветренные щеки запали, глаза
потускнели от усталости.
- Катаока, извини, пожалуйста, но тебе придется слетать на вертолете от
Мэгуро до Йокосуки. Поступил гравиметр. Мне бы хотелось, чтобы ты провел
испытание во время полета.
- Как бы ни спешили, все равно установить гравиметр удастся только
завтра, - бесстрастно произнес Катаока. - У сторожевого гидроплана,
который находится в Йокосуке, барахлит двигатель. Мы просили прислать
гидроплан из Майдзуру.
- А установку геомагнитометров закончили?
- Да, установили три штуки на сторожевых самолетах. Когда снимали
магнитный обнаруживатель подлодок, один из них сломали. Здорово попало,
пришлось писать объяснение.
Зазвонил телефон на столе Куниэды.
- Управление по науке и технике, - досадливо щелкнул языком Куниэда. -
Комитет технических средств исследования океана опубликовал сообщение о
необычном погружении континентального шельфа Бофуса. Ну и ну! Штаб проекта
по разработке океана организует исследовательскую группу...
- Ну и что? Не так-то просто начать исследования. Мы же захватили все
имеющиеся батискафы, - сказал Наката.
- А у них есть подводная лаборатория, способная работать на
трехсотметровой глубине, - заметил Катаока.
- Не самоходная же! Ничего, пока ничего страшного, - Наката задумчиво
остановился у выхода. - Пожалуй, час пробил - пора переходить к
демонстративной тактике.
- Демонстративная тактика? - Куниэда обернулся к Накате. - Это еще что
такое?
- Я уже докладывал о своем проекте. - Наката открыл дверь. - Число
участников плана Д превысило сто человек, а вскоре перевалит за тысячу.
Тогда хочешь не хочешь, а держать все в тайне станет просто невозможно.
Фигура Накаты исчезла за дверью. Технический специалист, все это время
молча слушавший другой телефон, передал Куниэде записку. Взглянув за нее,
Куниэда помрачнел.
"...Взрыв рифов Медзин, Байонез и атолла Смита, извержение острова
Аогасима, появились признаки извержения вулкана Нисияма на острове
Хатидзе. Начата эвакуация населения с обоих островов".
4
Сообщение об извержении на Хатидзе Онодэра услышал под водой, на
глубине двух тысяч метров, в пятидесяти километрах от острова Тори.
Разговаривать со вспомогательным судном "Есино" было трудно из-за помех,
но все же Онодэра понял, что из двенадцати тысяч жителей острова многие
пострадали.
И в тот самый момент, когда с "Есино" поступило это сообщение, Онодэра
ощутил толчок: "Кермадек", испытывавший давление в двести атмосфер, как-то
странно дернулся.
- Послушайте... - сказал Онодэра своему напарнику, бледному, совсем
молодому парню. - Здесь не наблюдается каких-нибудь аномалий в морском
дне?
- Что?..
Молодой человек, поглощенный показаниями опущенных на дно приборов,
удивленно обернулся. Онодэра кивнул ему, и он поспешно переключил
телеметр.
Опущенные на дно на глубину от пяти до десяти километров приборы
регистрировали изменения температуры, колебания геомагнитного и
гравитационного полей и посылали их наверх по двум каналам связи - на
сверхдлинных волнах и через фонон-мазерное устройство. Технический
специалист начал читать показания ближайшего прибора.
- Опасно... - пробормотал он. - Величина теплового потока резко
возросла, да и угол склона увеличивается. А геомагнит...
- Может произойти землетрясение?
- Нет, скорее не землетрясение, а взрыв.
Корпус "Кермадека", сделанный из высокопрочной легированной стали,
загудел, словно гонг, и судно, продолжая раскачиваться, изменило
направление.
- Может, закончим наблюдения? - спросил Онодэра, включая прожекторы и
глядя в иллюминатор. - Здесь, кажется, тоже становится опасно.
- Еще бы немного. Вообще-то я закончил, но хорошо бы проверить, где
произошли изменения, - прямо под нами, на дне, или...
- Сейчас некогда этим заниматься, - Онодэра запустил двигатель. - Гашу
свет. Выпущу подводные ракеты, а вы смотрите в иллюминатор, может быть,
что-нибудь увидите.
Таща за собой по дну цепь, "Кермадек" медленно удалился от опущенного
измерительного прибора. Определив четыре направления, Онодэра нажал кнопку
запуска ракет, четыре легких толчка отдались в корпусе "Кермадека". В
темной гондоле засияли бледно-голубым светом девять иллюминаторов.
Молодой человек издал возглас удивления.
- Видите что-нибудь? - спросил Онодэра. - В каком направлении?
- В сорока градусах правее нашего курса...
Рассчитав в уме скорость всплытия, Онодэра выпустил в этом направлении
оставшиеся четыре ракеты. Став легче, "Кермадек" немного всплыл, цепь
теперь едва касалась дна. Постепенно стала увеличиваться и горизонтальная
скорость судна.
- Взгляните, - в голосе молодого человека чувствовались подавленность и
испуг. Гори в гондоле свет, можно было бы заметить, что он стал еще
бледнее.
Оставив свое место за рулем, Онодэра подошел к иллюминатору. В свете
четырех ракет он увидел дно и уходивший во мрак пологий склон невысокого
подводного холма. В одном месте над этим склоном вздымалась муть. Из
темных клубов вверх тянулись мириады пузырьков. Иногда происходил взрывной
выброс пузырьков, и тогда "Кермадек" начинал слегка покачиваться.
- Будет взрыв? - спросил Онодэра, возвращаясь к своему месту.
- Надеюсь, пока ничего страшного... - ответил специалист, торопливо
проверяя температуру воды и донных отложений. - Если взрыв и произойдет,
то, думаю, небольшой. А батискаф выдержит?
Онодэра выбросил цепь и, срочно связавшись с "Есино", стал один за
другим открывать магнитные клапаны. "Кермадек" начал всплытие. Ощущая
легкий холодок в сердце, Онодэра пытался вычислить безопасный предел для
скорости всплытия и насколько эту скорость можно ограничить двигателем
горизонтального хода. Слишком большая скорость всплытия может привести к
деформации поплавка. Тогда гондола, весящая несколько тонн, опустится на
дно и всплыть уже не сможет. Онодэра попытался снизить скорость. Потом
вдруг решил комбинировать вертикальное и горизонтальное движение. Мысль
оказалась удачной. После нескольких поворотов руля "Кермадек", чуть
накренившись, начал боком всплывать. Однако при этом гондола могла
опрокинуться, и приходилось иногда переходить на горизонтальное движение.
- Держитесь покрепче за что-нибудь, - сказал Онодэра напарнику. - Может
качнуть...
На глубине три тысячи триста метров Онодэра опять выбросил немного
балласта. "Кермадек" стрелой пошел вверх. Онодэру тревожило, что резкое
снижение давления может привести к взрыву: находившийся под давлением в
двести атмосфер охлажденный на морском дне воздух в поплавке начинал
адиабатически расширяться. Когда до поверхности оставалось восемьсот
метров, Онодэра решил его стравить. Несколько уменьшив скорость всплытия,
он хотел выжать бензин, соприкасавшийся с морской водой на открытом дне
поплавка. Следом за воздухом из поплавка стал уходить бензин, а клапан
никак не хотел закрываться.
- Онодэра-кун! - сдавленным голосом крикнул за его спиной молодой
специалист. - Вода, вода!
Порой при всплытии, когда резко уменьшается давление на корпус,
крепость швов батискафа ослабевает, и в гондолу проникает вода. А
"Кермадек" подвергся непосильной для него перегрузке.
- Из иллюминатора?
- Вроде бы нет, не знаю откуда, но ее довольно много.
- Ничего, не беспокойтесь, скоро перестанет течь.
Утечка бензина продолжалась, скорость всплытия упала до восьмидесяти
метров в минуту. Проверив остаток балласта, Онодэра мысленно представил
себе схему масляного клапана. На глубине пятисот метров он перешел на
горизонтальное движение и включил полную скорость. При таком режиме
аккумулятора могло хватить только на три минуты. Онодэре хотелось по
возможности сохранить скорость горизонтального движения до всплытия на
поверхность. "Кермадек" стало подбрасывать. К этому прибавился еще боковой
снос. Онодэра потратил целых две минуты, чтобы выровнять батискаф.
Аккумулятор почти сел. В корпусе звоном отдавались ультразвуковые сигналы
эхолота "Есино". Переключив телефон на УДВ, Онодэра вызвал командный
пункт.
- Постарайтесь нас поймать! Возможно, мы выпрыгнем из воды.
- Понял. Беспрерывно следим за вами. Не меняйте направления. Задним
ходом идем к месту предполагаемого всплытия.
- Как на море? Погода?
- Качает. Высота волн превышает полтора метра, ветер северо-западный,
смотри, как бы тебя не укачало! Поймаем вас под водой, на десятиметровой
глубине.
Когда оставалось уже сто пятьдесят метров, из бака с поврежденным
клапаном вышел весь бензин. Чтобы сохранить равновесие, Онодэра выпустил
бензин и из двух других баков. Скорость всплытия упала до сорока метров в
минуту. Оставалось только одно: используя инерционную скорость в три с
половиной узла и выбросив остатки воздуха, регулировать всплытие. Начало
сказываться волнение на поверхности - "Кермадек" стал подпрыгивать и
раскачиваться.
- Держитесь крепче! - крикнул Онодэра.
Операторы "Есино", словно волшебники, ловко поймали батискаф. На
двенадцатиметровой глубине его поджидали два водолаза на подводном
скутере. С помощью магнитного якоря они прикрепили к корпусу буксирный
канат и подсоединили телефонный кабель. Выбросив остатки воздуха и
маневрируя рулем, Онодэра погасил скорость всплытия. На глубине пяти
метров закончилось крепление подъемных тросов, поплавок соединили со
шлангом и началась откачка бензина.
- Волны высокие, подъем будет опасным, - сообщили с палубы "Есино". -
Выходите из люка. Крепление судна проведем под водой.
Механические рули подъемного крана крепко схватили "Кермадек". Оба
члена экипажа через люк выбрались на палубу и тут же насквозь промокли:
море было неспокойно. Когда они перешли на "Есино", механические руки
отпустили "Кермадек". Его подтянули к корме и начали крепить.
Онодэра осмотрелся. В море на довольно большом пространстве плавала
пемза.
- Говорят, извержение на рифе Косю, - сказал кто-то из стоявших на
палубе. - Странно, в таком месте...
- Да и из этого района лучше поскорее уйти, - Онодэра вытер лицо
мохнатым полотенцем. - Вы слышали, что я передавал?
- Да. Как только батискаф установят на палубе, мы так и сделаем.
Когда Онодэра, выпив горячего кофе, поднялся в радиорубку, "Есино" уже
быстро удалялся из опасной зоны.
- Можно вызвать "Сэйрю-мару", где он сейчас? - спросил Онодэра радиста.
- В пятидесяти милях к северу. Попробую вызвать.
- А как там на Хатидзе? - в рубку заглянул напарник Онодэры по
погружению.
- При извержении Ниси-яма там погибло около двухсот человек. Но
опасность не миновала. Сейчас на пассажирских и военных судах эвакуируют
всех жителей острова... Двенадцать тысяч человек. На сборы не дают ни
минуты... На других островах Идзу тоже тревожно. Оттуда, говорят, людей
будут эвакуировать в район Сидзуоки...
Двенадцать тысяч человек... Это подстать трем-четырем первоклассным
пассажирским лайнерам. Онодэра хорошо помнил этот субтропический остров,
покрытый густой зеленью. Ограды из крупной гальки, яркие декоративные
растения в каждом саду. У него больно сжалось сердце. Даже и предположить
нельзя, какой мощности достигнет извержение и когда оно прекратится.
Гибнет остров, и думать об этом невыносимо. Неважно, что он такой
маленький. Остров - это ведь не просто высунувшаяся над мором вершина
скалы. Это плоды вдохновенного труда многих поколений. Это живая история
мирно сосуществующих людей и деревьев, зверей и птиц. Остров - это приют
всему живому, которое захотело и смогло здесь поселиться. Он и сам стал от
этого "живым". И теперь он гибнет, умирает насильственной смертью, и его
обитатели должны либо бежать, либо погибнуть вместе с ним... Пока один
остров, но если...
- На связи "Сэйрю-мару", - прервал мысли Онодэры радист.
- Попросите вызвать штурмана "Вадацуми" Юуки. Юуки быстро оказался на
связи.
- Ну, как там "Вадацуми"? - спросил Онодэра.
- Отлично... - ответил Юуки. - Уже три раза погружался. Жаль, что не
вместе работаем.
- Возможно, скоро будем вместе. "Кермадек" расшатался. Думаю, придется
отправить его в док. Впрочем, еще надо проверить. Но на это уйдет не
меньше недели.
- Тогда сюда переберешься? - в голосе Юуки прозвучала надежда. -
Когда?..
Онодэра не успел ответить - поступил другой вызов. Кажется, на связи
был самолет.
- Поблизости находится гидроплан сил морской самообороны, - доложил
радист офицеру связи. - Просит навести его на место посадки, чтобы взять
данные об исследовании дна...
Офицер передал сообщение капитану. "Есино" стал сбавлять скорость.
- Онодэра-сан, - радист поддерживал связь с гидропланом. - Там у них
Катаока-сан, он просит вас пересесть к ним.
- Катаока? - Онодэра, уже переступивший порог радиорубки, обернулся.
Протопали несколько пар ног, над головой послышался гул.
Онодэра поднялся на палубу. Ветер усилился, дыбились и плясали высокие
волны. Четырехмоторный гидроплан быстро снижался.
- А не опасно садиться при такой волне?.. - поинтересовался Онодэра.
- Абсолютно безопасно, - улыбаясь, ответил ему один из офицеров. - У
него на носу волногаситель. Такой гидроплан взлетает и садится при высоте
волн в три с половиной метра. Лучше наших гидропланов нигде не сыщешь!
Поднялся столб водяной пыли, гидроплан сел и, повернувшись носом к
судну, побежал по воде.
- Онодэра-сан, спускаем лодку, - крикнул хриплый голос.
От волн разлетались тучи брызг. Онодэре пришлось надеть плащ. Едва он
сел в надувную лодку с подвесным мотором, она сразу заныряла. Онодэра
крепко ухватился за борт. Обогнув гидроплан спереди, с трудом подрулили к
дверце. Как только погрузили непромокаемые мешки с материалами
исследований, тут же взревели двигатели. Гидроплан пробежал по нескольким
волнам, и шум бьющейся о дно корпуса воды прекратился - он уже парил над
"Есино".
Онодэра прошел через неширокий, забитый аппаратурой проход в
радиорубку. Катаока был здесь. Он смотрел, как возится с прибором один из
членов экипажа. Онодэра хлопнул приятеля по плечу. Тот обернулся.
- А-а... - сказал он равнодушно и тут же опять повернулся к прибору.
- Точно, - сказал член экипажа. - Большая подлодка. Не меньше четырех
тысяч тонн.
- Четыре тысячи тонн, говоришь? Ну, тогда это атомная подлодка, - все
так же равнодушно произнес Катаока. - Преследует "Есино", что ли? Всего на
расстоянии восьмисот метров... Страшно близко.
- А это не наша "Удзусио"? - спросил Онодэра. - Она же должна
участвовать в плане Д?
- "Удзусио" сейчас у полуострова Кий, - ответил Катаока. - Да она и не
такая огромная. Всего тысяча восемьсот пятьдесят тонн.
- Что же она здесь делает? - задумчиво склонил голову член экипажа. -
Может, следят за нами?
- Очень возможно. Следует сообщить шифровкой на "Есино", - сказал
Катаока.
- Не иначе, как нами заинтересовалась какая-то страна, - заметил
Онодэра.
- Точно. Лодка недавно в двух километрах на глубине сорока метров
следовала за "Есино". Ты ее не заметил во время погружения?
- Нет... К тому же при всплытии пришлось попотеть - была опасность
взрыва на дне.
- Сигнал от нее был такой силы, что едва не сломалась стрелка
магнитного обнаруживателя подлодок. И тебя попросили пересесть, чтобы
выиграть время. Ведь материалы можно было просто спустить на канате. Пока
спускали лодку, пока ты добирался, мы спустили за борт активный эхолот и
убедились.
- А я, значит, для камуфляжа? - усмехнулся Онодэра.
- Не только. Юкинага-сан просил, чтобы ты, если сможешь, присутствовал
сегодня вечером на чрезвычайном совещании штаба. Да, "Кермадек", наверное,
на ремонт поставите? Я слышал, ты разговаривал с "Сэрю-мару".
- Впереди слева по курсу извержение! - крикнул громкоговоритель. -
Взрыв...
Все бросились к иллюминаторам. Над темно-зеленым морем пятнами висели
разорванные крепким западным ветром кучки белых облаков. Под ними прямо из
океана вырывался, словно джин из волшебной лампы Алладина,
желто-коричневый клуб дыма. Разбухая и поднимаясь все выше, он прорывал
кучевые облака. Даже здесь, на высоте пять тысяч метров, воздух сотрясался
от взрывов, а на поверхности воды в дыму заплясали языки пламени. Видно
было, как из колыхавшегося дымового столба в воду сыпалось что-то белесое
- наверное, пепел и пемза. В крутящемся дымовом смерче, казавшемся густым
и липким, сверкали сполохи. Поверхность моря покрыли вулканические бомбы и
пемза. Кругами разошлось, несильное цунами.
- Скала Смита? - спросил Онодэра.
- Нет. Аогасима, - ответил Катаока. - Второй раз после вчерашнего.
Остров, наверное, почти целиком исчезнет.
- Остров Аога? А люди?
- Там было человек двести семьдесят. Видно, все погибли. Разве
кто-нибудь успел уйти в море на рыбачьих лодках... Но, не проверили...
- Бросили на произвол судьбы?!
- Поблизости не было судов. Буквально через десять минут после
радиограммы с острова о признаках извержения пассажирский самолет
международной линии сообщил о начавшемся извержении, - лишенным интонации
голосом пояснил Катаока. - Аога в отличие от Хатидзе лежит в стороне от
морских линий...
И такое теперь будет происходить без конца, подумал Онодэра, чувствуя
мучительный холод в желудке. Аога - это еще цветочки. Масштабы последующих
извержений и взрывов будут в сотни тысяч, в миллионы раз больше...
- Весь вулканический пояс Фудзи одновременно стал изрыгать огонь, -
Катаока хмуро кивнул в сторону иллюминаторов. - Правда, и раньше бывало,
что он активизировался, но не в такой степени.
Гидроплан, набирая высоту, накренил крыло. Глазам открылось еще одно
извержение. Дым, уже оторвавшийся от поверхности моря, вздымался южнее
Аога. И к северу от острова Хатидзе тоже виден был столб дыма.
- А это? - спросил Онодэра, судорожно проглотив комок.
- Остров Миякэ. Часа два назад началось. Извержение вершины Акабаке...
Птицы все чувствуют. В этом году так и не прилетели на остров...
- Да, дела... - сказал Онодэра, голос у него, как и у Катаоки, стал
бесстрастным. - Все острова Идзу разом... А Осима?
- И остров Осима. В вулкане Михара три раза были небольшие взрывы, а
пепел до сих все еще сыплется. Того и гляди произойдет большой взрыв.
Население эвакуируется, даже внутренние воздушные линии, проходящие над
островом, закрыли.
Гидроплан достиг восьми тысяч метров и все продолжал набирать высоту.
Дальше к северу облаков стало меньше и вскоре открылась ясная поверхность
зимнего океана, раскинувшегося под чистым небом. Гидроплан продолжал
лететь на север, время от времени делая правые и левые круги. Когда он в
очередной раз лег на правый круг, из иллюминаторов открылся вид на всю
цепочку островов Идзу, протянувшихся с севера на юг. С пяти из них высоко
в небо поднимались тускло-черные столбы дыма. Столбы эти ломались под
западным ветром, и казалось, что на север движется гигантская военная
флотилия.
На самом же деле эта цепочка островов билась в судорогах, прежде чем
исчезнуть в темной пучине океана. Онодэра невольно закрыл глаза. А когда
открыл их, увился вдали, словно белый призрак, силуэт Фудзи со скользящими
по склонам легкими облаками. Эта непостижимо прекрасная в белизне свежего
снега гора, казалось, парила в прозрачном зимнем воздухе. Неужели есть на
свете такая сила, которая способна нарушить, осквернить этот неземной
покой?.. Однако выстроившаяся внизу флотилия, изрыгая столбы черного дыма,
двигалась на север - на эту прекрасную, благородную гору. Огромная
огненная змея, притаившаяся на неизмеримой глубине под океаном, сейчас
изрыгала огонь, дым, пар и пепел и с каждой секундой подбиралась все ближе
к Фудзи, символу Японии...
- Высота девять тысяч метров... - сообщил громкоговоритель из
штурманской. - Переходим к горизонтальному полету.
- Ну как? - обратился Катаока к инженеру-электронику.
- Пока что ведет себя прекрасно, - ответил пожилой мужчина, возившийся
с каким-то большим прибором. - Если так пойдет и дальше, то будет отлично
работать и на высоте пятнадцать-двадцать тысяч метров.
- Гравиметр типа Т, - объяснил Катаока заинтересовавшемуся Онодэре. -
Совместная разработка геолаборатории Токийского государственного
университета и лаборатории воздушных съемок Института национальной
картографии. Наша страна создает наиболее совершенные приборы этого вида.
Не случайно в Японии впервые в мире были обнаружены гравитационные
изменения с качающегося судна. И я думаю, такого прибора, как этот,
способного работать на высоте десять тысяч метров, тоже пока ни у кого
нет. Сплошная электроника. А вот эта приставка устраняет все, даже самые
слабые шумы. Сегодня мы испытываем его впервые, но вскоре такие же приборы
будут установлены еще на двух самолетах. А обнаруживатели геомагнитных
аномалий уже установлены на двух противолодочных сторожевых самолетах.
- Полученные данные одновременно регистрируются и поступают на наземную
станцию, откуда передаются компьютеру в штабе, - сказал технический
специалист.
- И что же? - спросил Онодэра. - Изменения гравитации значительны?
- Колебания просто чудовищные, - Катаока почему-то вдруг улыбнулся. -
Потом в штабе просмотришь их на дисплее. Отрицательный пояс аномалии в
районе Японского желоба сейчас со страшной скоростью перемещается на
восток. А с востока вулканического пояса происходит перемещение в
противоположном направлении - на запад. Кажется, эти перемещения в
основном и послужили причиной пожаров на островах Идзу и Бонин. В открытом
море в районе Канто отрицательная аномалия увеличивается с каждой минутой.
Пожалуй, дно Японского желоба с восточной стороны уже опустилось метров на
двести-триста... Иди-ка сюда.
Катаока за руку потащил Онодэру к правому иллюминатору.
- Видишь море на востоке? - указал он пальцем.
- А туман-то какой! - сказал Онодэра. - Это что, течение тормозится,
что ли? Впрочем, не может же Курильское течение заходить так далеко на
юг...
- Нет, это не то. Вот посмотри на метеорологическую карту. Пояс
обнаруженной большой гравитационной аномалии и участок возникновения
тумана почти полностью совпадают...
- Гравитационная аномалия и... туман?! - удивился Онодэра. - Но какая
тут связь?
- На этом участке морская поверхность из-за резкого уменьшения
гравитации вогнута, - Катаока втянул шею в плечи. - И температура воды
распределяется по вертикали очень неравномерно. Из-за малой гравитации
холодные воды глубинных участков поднялись в верхние слои. Возможно, в
какой-то степени произошло и адиабатическое рас
...Поділитися у соцмережах
