Жанр: Боевик
Джек Райан 6. Все страхи мира
...обороны покачал головой.
- Нет, но передовые разведывательные части должны сейчас входить в
город. Радиосвязь крайне ненадежна. Наши высокочастотные трансиверы плохо
действуют в городах - для них устойчивая связь возможна лишь в пределах
видимости. Сведения, которые мы получаем, отрывочны и представляют собой
главным образом тактические переговоры между командирами мелких
подразделений. Нам еще не удалось установить связь с командиром полка. Не
исключено, что он погиб. Вообще, - напомнил министр обороны, - американцы
стремятся в первую очередь вывести из строя командный состав.
- Таким образом, по сути мы не знаем, что происходит?
- Нет, но я убежден, что ни один советский командир не откроет огонь
против американцев без веских на то оснований!
Головко закрыл глаза и выругался про себя. Теперь министр обороны
начинает терять самообладание.
- Сергей Николаевич? - обратился Нармонов к Головко.
- КГБ не может представить никакой новой информации. Можно
предполагать, что все американские ракетные базы наземного базирования, а
также подводные ракетоносцы, находящиеся в море, сейчас в состоянии полной
боевой готовности. По нашим данным, американские ракетоносцы, находящиеся на
базах, выйдут в море в течение ближайших часов.
- А наши подводные ракетоносцы?
- Один выходит с базы. Остальные готовятся покинуть гавани. Потребуются
почти сутки, чтобы все вышли в море.
- Почему мы действуем так медленно? - недовольно спросил Нармонов.
- У американцев два полных экипажа для каждой подлодки. У нас - только
один. Им гораздо проще выпустить их в плавание.
- Значит, вы сообщаете мне, что их стратегические силы полностью или
почти полностью готовы, тогда как наши еще нет?
- Все наши ракеты наземного базирования находятся в состоянии боевой
готовности.
- Андрей Ильич, вы еще не подготовили ответ американцам?..
- Итак, что мне им ответить? - спросил Нармонов. В комнату вошел
полковник.
- Получено сообщение из Берлина. - Он передал текст министру обороны:
"Американцы продвинулись в восточную часть города. Первая группа наших
разведывательных БМП попала под их огонь. Подбиты три машины, в одной из них
убит командир части. Мы открыли ответный огонь и подбили две американские
боевые машины. Пока установить связь с нашим полком не удалось."
Затем министр обороны взял другой листок:
"Авианосец "Кузнецов" докладывает, что поднял в воздух два патрульных
истребителя. Они услышали сигнал бедствия и полетели на него. Затем связь с
истребителями прервалась. В четырехстах километрах находится американская
боевая группа с авианосцем. Наша эскадра ждет указаний."
- Что все это значит?
Министр обороны проверил время высылки второй депеши.
- Если к данному моменту наши самолеты не вернулись на авианосец, у них
вот-вот кончится топливо. Следует предположить, что они погибли по
неизвестной причине, однако близость американской боевой группы с авианосцем
вызывает тревогу... Что все-таки они делают, черт побери?
ПРЕЗИДЕНТУ ФАУЛЕРУ:
Я УБЕЖДЕН, ЧТО НИ ОДИН СОВЕТСКИЙ КОМАНДИР НЕ НАПАДЕТ НА АМЕРИКАНСКИЕ
ВОЙСКА БЕЗ СООТВЕТСТВУЮЩЕГО ПРИКАЗА. А ТАКИХ ПРИКАЗОВ НЕ БЫЛО. МЫ ВЫСЛАЛИ В
БЕРЛИН ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ВОИНСКИЕ ЧАСТИ, ЧТОБЫ РАССЛЕДОВАТЬ ПРОИСХОДЯЩЕЕ ТАМ.
НА НИХ БЫЛО СОВЕРШЕНО НАПАДЕНИЕ ВАШИМИ ВОЙСКАМИ В ВОСТОЧНОЙ ЧАСТИ ГОРОДА,
ВДАЛИ ©Т ВАШИХ БАЗ. ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?
- О чем он говорит, черт его побери? Что я делаю? А вот что делает он?
- проворчал Фаулер. На панели вспыхнула лампочка. Сигнал из ЦРУ. Президент
нажал кнопку, добавив еще одного участника к селекторному совещанию.
- Все зависит от того, кто этот "он", - предостерегла Эллиот.
- Да, слушаю.
- Господин президент, у нас все перепуталось.
- Райан! Нам нужен не анализ ситуации, а всего лишь информация! -
крикнула Эллиот. - Она у вас есть?
- Советы выпускают в море свои подлодки из гаваней Северного флота.
Один подводный ракетоносец сейчас, судя по всему, оставляет базу.
- Значит, их ракетные войска наземного базирования находятся в
состоянии боевой готовности?
- Совершенно верно.
- И теперь они усиливают соединения своих подводных ракетоносцев?
- Да, господин президент.
- А хорошие новости у вас есть?
- Сэр, хорошая новость уже в том, что других новостей нет, и вы...
- Слушайте, Райан. Предупреждаю вас в последний раз: от вас мне нужна
информация, и ничего больше. Это вы познакомили меня с материалами Кадышева
и теперь утверждаете, что им нельзя верить. Почему же я должен верить вам
сейчас?
- Сэр, когда я передавал вам эти материалы, я предупредил, что они
ничем не подтверждены!
- Думаю, теперь у нас есть подтверждение, - послышался голос Лиз. -
Генерал Борштейн, если советские ракетные войска находятся в состоянии
полной боевой готовности, насколько велика угрожающая нам опасность?
- Самым быстрым средством доставки ядерного оружия к цели у русских
являются межконтинентальные баллистические ракеты. Расчеты показывают, что
один полк ракет СС-18 нацелен на район Вашингтона, а большинство остальных -
на наши ракетные базы в Северной и Южной Дакоте, а также на базы подводных
ракетоносцев, в том числе в Чарлстоне, Кингс-Бэй, Бангоре. Нас предупредят о
запуске за двадцать пять минут до накрытия ими цели.
- Значит, и мы тоже будем их целью? - спросила Лиз.
- Вполне реальное предположение, доктор Эллиот.
- И теперь своими СС-18 они попытаются исправить то, чего им не удалось
добиться своей первой бомбой?
- Если это была их бомба, то это так.
- Генерал Фремонт, где находится резервный ЛКП?
- Доктор Эллиот, он взлетел десять минут назад и совершит посадку в
Хагерстауне через девяносто пять минут. Сейчас дует сильный попутный ветер.
И тут же командующий стратегической авиацией пожалел об этих словах.
- Значит, если они готовят нападение и запустят ракеты не позже, чем
через полтора часа, нам всем здесь конец?
- Да.
- Элизабет, не забывай, наша задача не допустить этого, - тихо произнес
Фаулер.
Советник по национальной безопасности посмотрела на президента.
Казалось, ее лицо сделано из стекла, таким хрупким оно выглядело. Все шло
совсем не так, как она ожидала. Она была главным советником самого
могущественного человека в мире, находилась в месте, безопасность которого
была заведомо гарантирована, окружена преданной прислугой, однако меньше чем
через тридцать минут какой-то безымянный безликий русский примет решение -
может быть, уже принял, - и она умрет, превратится в горстку пепла,
рассеянного по ветру, уж никак не больше этого. Все, ради чего она работала,
все эти книги, лекции и семинары завершатся ослепительным уничтожающим
взрывом.
- Роберт, мы даже не знаем, с кем разговариваем, - с трудом выдавила
она.
- Вернемся к сообщению русских, господин президент, - сказал генерал
Фремонт. - "...дополнительные воинские части, чтобы расследовать
происходящее там." Сэр, это похоже на подкрепление.
Молоденький пожарный нашел первого, кто уцелел после ядерного взрыва.
Пострадавший выполз по бетонному пандусу из подземного помещения, где
находилась погрузочная платформа. Поистине невероятно, как ему удалось
проползти такое расстояние. Его руки были в ожогах второй степени, и, пока
он полз, в раны попали осколки стекла, бетона и еще Бог знает чего. Пожарный
поднял пострадавшего - это был полицейский - и отнес к эвакопункту. Две
оставшиеся пожарные машины облили их потоками воды, затем им приказали
раздеться и снова облили водой. Полицейский еще был в сознании, он оторвал
листок из своего блокнота и все время, пока их везли в машине "скорой
помощи", пытался что-то объяснить пожарному. Но тот слишком замерз, слишком
устал или был слишком напуган, чтобы обращать внимание на слова
полицейского. Он исполнил свой долг и при этом, вполне возможно, ценою
жизни. Все это было уж слишком для двадцатилетнего парня, который уставился
невидящим взглядом в мокрый пол машины и дрожал, закутавшись в одеяло.
Над входом в здание стадиона стену поддерживала перемычка из
предварительно напряженного бетона. Она была разрушена взрывом, и половина
ее рухнула вниз, закрыв вход. Солдат из танка размотал стальной трос с
лебедки, установленной на башне, и закрепил его вокруг самого большого
блока. Когда он принялся за работу, Кэллахан взглянул на часы. Останавливать
его сейчас было уже слишком поздно. Не оставалось другого выхода, как
продолжать работу, даже если ценой того станет смерть.
Трос натянулся подобно струне и выдернул бетонный блок. Каким-то чудом
не рухнула остальная часть входа. Кэллахан прошел через образовавшийся
проем. Полковник Лайл последовал за ним.
Аварийные лампы освещали помещение, и, казалось, вода лилась из всех
спринклеров действующей противопожарной системы. Кэллахан вспомнил, что
именно здесь в здание входила главная водопроводная труба, чем и объяснялось
обилие льющейся воды. Сквозь ее плеск слышались и другие звуки, похоже,
издаваемые человеком. Кэллахан вошел в мужской туалет и увидел там двух
женщин, они сидели в воде, пальто их были забрызганы рвотой.
- Быстро, заберите их! - скомандовал он своим людям. - Затем
отправляйтесь в разные стороны, налево и направо, быстро проверьте
обстановку и немедленно возвращайтесь!
Кэллахан осмотрел кабинки в туалете - все оказались пустыми. Еще раз
огляделся по сторонам. Больше никого. Итак, они потратили столько усилий и
пробились в здание стадиона, чтобы обнаружить в мужском туалете двух женщин.
Всего двух. Пожарный посмотрел на полковника Лайла, слова были излишними.
Они поили дальше и оказались в вестибюле.
Кэллахану потребовалось несколько секунд, чтобы понять это, хотя вход
внутрь стадиона находился прямо перед ними. Там, где совсем недавно
виднелась бы крыша и южная трибуна, теперь он видел горы, все еще темнеющие
на фоне далекого оранжевого заката. Зияющий вход манил его к себе, и, словно
завороженный, Кэллахан поднялся по ведущему вверх пандусу.
Сцена, представшая перед ним, напоминала преисподнюю. Каким-то образом
этот сектор оказался защищенным от взрывной волны. Но ничто не закрыло его
от теплового излучения. Здесь насчитывалось около трехсот мест, почти все
сиденья оказались целы, и на всех сидели люди. То, что еще недавно было
людьми. Все они обгорели до черноты, до угля, подобно сгоревшему на
сковородке мясу. Это зрелище было куда более страшным, чем все то, что
Кэллахан видел за почти тридцать лет службы пожарным.
По крайней мере триста обгоревших трупов все еще сидели и смотрели на
то место, где раньше находилось футбольное поле.
- Пошли, шеф, - произнес полковник Лайл, беря его под руку. Кэллахан
опустился на пол, и Лайл увидел, как стекла его маски изнутри залило рвотой.
Полковник снял маску с пожарного и вытер ему лицо.
- Пошли, нельзя терять времени. Здесь все кончено. Вы исполнили свой
долг.
Оказалось, что были найдены еще четыре пока живых человека. Пожарные
положили их на плоскую броню танка над двигателем, и М-728 тут же отправился
к пункту первой помощи. Оставшиеся пожарные встали под падающие струи воды,
смыли все, что можно было смыть, и пошли к выходу.
По-видимому, единственной удачей за весь день оказалось то, подумал
Ларри Парсонс, что выпал снег. Снежный покров смягчил тепловой удар по
ближайшим зданиям. Вместо сотен пылающих домов горело всего несколько. К
тому же солнце, выглянувшее накануне после полудня, оказалось достаточно
жарким, так что во дворах и на крышах домов вокруг стадиона образовалась
ледяная корка. Парсонс искал радиоактивные осадки. Его сотрудники
пользовались для этого сцинтилляционными счетчиками. Трудно поверить в то,
что, хотя ядерная бомба превращает значительную часть своей массы в энергию,
общее количество массы, потерянной в результате этого процесса, ничтожно.
Вдобавок, материю почти невозможно полностью уничтожить, и Парсонс искал
осадки от ядерного устройства. Найти их оказалось проще, чем он предполагал.
Осадки были темными и очень радиоактивными и резко выделялись на белой
поверхности. Парсонс обнаружил шесть пятен с исключительно высоким уровнем
радиации в двух милях от подветренной стороны стадиона. Он выбрал то пятно,
что было самым радиоактивным.
Одетый в свой защитный костюм со свинцовой подкладкой, Парсонс тяжело
шагал по лужайке, покрытой снегом. Похоже, в доме жила пожилая пара. Дети не
станут вместо снежной бабы лепить ангелов. Радиометр щелкал все чаще... Вот
здесь.
По размеру осадки чуть превышали частицы пыли, но их оказалось много.
Скорее всего это превращенные в пыль гравий и асфальт с автомобильной
стоянки, подумал Парсонс. Если ему повезло, то эти осадки втянуло в центр
огненного шара и они слились с частицами вещества самой бомбы. Если повезло.
Парсонс подцепил совком темные частицы и высыпал их в пластиковый мешочек.
Затем бросил мешочек своему напарнику, тут же опустившему его в свинцовое
ведро.
- Очень высокая степень радиации, Ларри!
- Знаю. Возьму еще один образец. Он подцепил совком еще горстку темных
частиц и тоже высыпал их в мешочек. Затем поднес к губам портативную рацию.
- Говорит Парсонс. Нашли что-нибудь?
- Да, три хороших образца, Ларри. Думаю, для анализа достаточно.
- Встретимся у вертолета.
- Иду.
Парсонс вместе с напарником пошел прочь, не обращая внимания на
любопытные глаза, наблюдающие за ними из окон дома.
В данный момент эти люди не интересовали его. Слава Богу, подумал он,
что они не докучали вопросами. Вертолет со все еще вращающимся ротором стоял
посреди улицы.
- Куда теперь? - спросил Энди Боулер.
- Летим на командный пункт, это там, где раньше был торговый центр.
Там, должно быть, поуютнее. А ты забирай образцы и прогони их через
спектрометр.
- Тебе тоже стоило бы присутствовать при этом.
- Не могу, - качнул головой Парсонс. - Должен позвонить в Вашингтон.
Это не то, о чем нам говорили. Кто-то напортачил, и я должен сообщить об
этом. Нужно где-то найти наземную линию связи.
В конференц-зал было проведено не меньше сорока телефонных линий,
причем одна из них была прямой линией Райана. Его внимание привлекло
электронное жужжание. Джек нажал на мигающую кнопку и поднял трубку.
- Райан слушает.
- Джек, что происходит? - спросила мужа Кэти Райан. В ее голосе звучала
тревога, хотя паники не было.
- Что ты имеешь в виду?
- Местная телевизионная станция сообщила, что в Денвере взорвалась
атомная бомба. Это - война, Джек?
- Кэти, я не могу... - нет, милая, это не война.
- Джек, они показали разрушения. Может быть, мне нужно что-то
предпринять?
- Нет, Кэти. Ты знаешь почти столько же, сколько и я. А мы знаем
только, что там что-то произошло. Но обстоятельства неизвестны, и мы
пытаемся выяснить их. Президент со своим советником по национальной
безопасности находится в Кэмп-Дэвиде и...
- С Эллиот?
- Да. Сейчас они ведут переговоры с русскими. Прости, дорогая, у меня
много работы.
- Может быть, увезти куда-нибудь детей?
Правильным ответом на этот вопрос, честным, хотя и тревожным, сказал
себе Джек, будет ответить жене, что ей нужно остаться дома, что им нужно
разделить опасность со всеми остальными, однако беда в том, что он сам не
знает, где его семья окажется в безопасности. Райан посмотрел в окно, медля
с ответом.
- Нет.
- Лиз Эллиот дает советы президенту?
- Да.
- Джек, она маленький, слабый человек. Может быть, она умна, но
внутренне слаба и нерешительна.
- Мне это известно. Кэти, я действительно должен заниматься работой.
- Я люблю тебя, Джек.
- И я тоже люблю тебя, дорогая. До свиданья. - Джек положил трубку. -
Новости стали всеобщим достоянием, - громко произнес он. - Вместе с
фотографиями.
- Джек! - окликнул его старший дежурный офицер. - Только что поступила
молния из "Ассошиэйтед пресс": перестрелка между американскими и советскими
частями в Берлине. Агентство Рейтер сообщило о взрыве в Денвере.
Райан позвонил Мюррею.
- Ты получил сообщения из службы новостей?
- Джек, я знал, что из этого ничего не выйдет.
- Что ты имеешь в виду?
- Президент отдал нам приказ закрыть телевизионные компании. Думаю, мы
где-то допустили ошибку.
- Просто великолепно! Тебе следовало отказаться выполнять такое
распоряжение, Дэн.
- Я попытался.
В мире коммуникаций было слишком много дублирования, слишком часто
пересекались интересы. Два спутника связи, обслуживающие Соединенные Штаты,
все еще функционировали, и система микроволновых ретрансляторов,
предшествовавшая спутниковой связи, продолжала действовать. Основные
телевизионные компании управлялись не только из Нью-Йорка и Атланты. Бюро
компании Эн-би-си, получив тайное сообщение из центра Рокфеллера, взяло на
себя управление всей телевизионной сетью. Си-би-эс и Эй-би-си сделали то же
самое, передав управление сетями соответственно Вашингтону и Чикаго.
Раздраженные репортеры сообщили телезрителям, что агенты ФБР грубейшим
образом нарушили первую поправку к Конституции США и "захватили в качестве
заложников" сотрудников служб новостей главных телевизионных компаний в их
штаб-квартирах. Эй-би-си была вне себя от ярости из-за гибели всей своей
группы в Денвере, но даже смерть сотрудников мало что значила по сравнению с
масштабами сенсации. Общеизвестный "кот" вырвался из мешка, и телефонные
линии в комнате для прессы в Белом доме раскалились докрасна. Многим
репортерам был известен номер телефона в Кэмп-Дэвиде. Там неизменно
отвечали, что президент не может сейчас сделать никакого заявления. Это
только ухудшило ситуацию. Филиал компании Си-би-эс в Омахе, штат Небраска,
всего лишь послал своих сотрудников, которые проехали мимо штаба
стратегической авиации и сразу обратили внимание на усиленную охрану и на
то, что аэродром опустел. Эти фотографии будут опубликованы по всей стране и
разойдутся по всем телевизионным станциям уже через несколько минут, но
наилучшую - или наихудшую - службу сослужили местные станции. В Америке вряд
ли найдется город, где не было бы арсенала национальной гвардии или базы для
резервистов. Попытка скрыть лихорадочную деятельность, повсеместно
охватившую их, была равносильна попытке скрыть восход солнца, и службы
новостей немедленно информировали всех об этом. Для того чтобы подтвердить
серьезность этих сообщений, понадобилось всего лишь несколько минут показа
сделанной в Денвере станцией KOLD видеозаписи, которая повторялась снова и
снова, и сразу стало понятно, что происходит.
Все телефоны в Пресвитерианской больнице Авроры были заняты. Парсонс
знал, что в его власти освободить любой из них, но ему показалось проще
перейти улицу к почти пустому торговому центру. Там он увидел агента ФБР в
синей служебной куртке, на которой крупными буквами значилось место его
работы.
- Вы - тот самый парень со стадиона? - спросил Парсонс. Он уже снял
шлем, но на нем все еще был металлический защитный костюм.
- Да.
- Мне нужен телефон.
- Можете сберечь свои четвертаки.
Они стояли у магазина мужской одежды. На его двери была наклейка, что
магазин принят на охрану с сигнализацией, но сигнализация выглядела дешевой
и ненадежной. Агент достал свой табельный револьвер и выстрелил пять раз в
толстое стекло.
- Прошу, дружище.
Парсонс подбежал к прилавку, снял трубку телефона, принадлежащего
магазину, и набрал номер своей штаб-квартиры в Вашингтоне. Телефон молчал.
- Вы куда звоните?
- Вашингтон, округ Колумбия.
- Междугородная связь не действует.
- Почему? Телефонная компания не должна была так пострадать от взрыва.
- Мы отключили междугородную связь. По приказу из Вашингтона, -
объяснил агент.
- И кто же отдал этот идиотский приказ?
- Президент.
- Поразительно. Мне нужно немедленно позвонить.
- Подождите. - Агент снял трубку и набрал номер своего отделения.
- Хоскинс слушает.
- Говорит Парсонс, руководитель группы по чрезвычайным ситуациям при
ядерных катастрофах. Вы можете передать в Вашингтон то, что я сейчас вам
скажу?
- Конечно.
- Тогда слушайте. Бомба взорвалась на поверхности, ее мощность менее
пятнадцати килотонн. Мы отобрали образцы осадков для анализа. Сейчас их
везут в Рок-Флэтс, где будут изучать на спектрометре. Вы уверены, что
сможете передать это?
- Да, я знаю, как поступить.
- Действуйте. - Парсонс повесил трубку.
- Вы собрали частицы от этой бомбы? - В голосе агента звучало
изумление.
- Кажется невероятным, да? Именно из этого и состоят радиоактивные
осадки - частицы взорвавшейся бомбы, соединившиеся с посторонними частицами.
- И что дальше?
- А дальше мы сможем узнать много интересных подробностей. Пошли, -
сказал Парсонс агенту ФБР. Они перебежали через улицу к Пресвитерианской
больнице. Парсонс заключил, что присутствие агента ФБР может оказаться
весьма полезным.
- Джек, мы получили информацию из Денвера, от Уолта Хоскинса. Это был
Наземный взрыв, примерно пятьдесят килотонн. Ребята из группы расследования
чрезвычайных ядерных ситуаций отобрали образцы и собираются подвергнуть их
анализу.
Райан поспешно записал слова Мюррея.
- Количество пострадавших?
- Этого не сообщили.
- Пятьдесят килотонн, - задумчиво произнес начальник НТО. - Маловато по
сравнению с информацией со спутников, но возможно. И все-таки слишком мощная
бомба для террористического акта.
Ф-16С, "Боевые соколы", не были идеальными самолетами для такой
операции, но они обладали большой скоростью. Всего двадцать минут назад
четыре истребителя вылетели с базы ВВС в Рамштейне. Поднятые в воздух по
объявленной ранее боевой готовности номер три, они направились на восток в
сторону того, что по-прежнему называли внутригерманской границей. Они даже
не успели долететь туда, как новый приказ послал их к южной части Берлина
посмотреть, что происходит в расположении Берлинской бригады. Четыре "Орла",
Ф-15, взлетевшие из Битбурга, обеспечивали им прикрытие с воздуха. Все
восемь американских истребителей имели на вооружении только ракеты класса
"воздух - воздух", Ф-16 несли вместо бомб по два топливных бака, а "Орлы" -
объемистые топливные элементы. С высоты в десять тысяч футов они видели на
земле вспышки и взрывы. Звено из четырех истребителей разбилось на пары и
спустилось, чтобы изучить обстановку с более близкого расстояния, а "Орлы"
барражировали высоко в небе. Позднее выяснилось, что причин на то было две.
Прежде всего, летчики были более чем застигнуты врасплох, чтобы
приготовиться к возможной опасности; к тому же потери американских ВВС над
Ираком были настолько незначительными, что летчики просто упустили из виду,
что сейчас находятся в другом регионе.
На вооружении русского танкового полка находились противовоздушные
ракеты класса "земля - воздух", СА-8 и СА-11, а также обычный комплект
зенитных установок "Шилка" калибром 23 миллиметра. Командир зенитной роты
ждал этого момента и не включал свои радиолокационные установки, короче
говоря, проявил немалую находчивость, которой так не хватало иракцам. Он
дожидался, когда американские самолеты снизятся до тысячи метров, прежде чем
дать приказ открыть огонь.
Едва засветились экраны предупреждения об опасности на американских
истребителях, как с восточной стороны русской базы им навстречу взмыл рой
зенитных ракет. "Орлы", находящиеся значительно выше, имели куда больше
шансов уклониться от ракет, чем "Боевые соколы", которые летели прямо на
ракеты. Одна пара истребителей была сбита через несколько секунд, но вторая
пара сумела уклониться от первой волны ракет. Однако один из истребителей
второй пары пострадал от осколков второй волны ракет СА-11, от которой почти
уклонился. Летчик катапультировался, однако погиб при слишком сильном ударе
о крышу жилого дома. Четвертый Ф-16 сумел спастись - он спикировал к самой
земле, включил форсаж и с ревом над крышами домов улетел на запад. К нему
присоединились два "Орла". Всего на город упало пять подбитых американских
истребителей. Уцелел лишь один летчик. Спасшиеся самолеты сообщили о
происшедшем по радио командующему американскими ВВС в Европе, штаб которого
находился в Рамштейне. По его приказу к взлету уже готовилось двенадцать
истребителей Ф-16 с полной боевой нагрузкой. Следующий налет американских
самолетов будет совсем другим.
ПРЕЗИДЕНТУ НАРМОНОВУ:
МЫ ПОСЛАЛИ В БЕРЛИН НЕСКОЛЬКО САМОЛЕТОВ ДЛЯ ВЫЯСНЕНИЯ СИТУАЦИИ. ОНИ
БЫЛИ СБИТЫ СОВЕТСКИМИ РАКЕТАМИ БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ. ПОЧЕМУ ЭТО ПРОИЗОШЛО?
- Что это значит?
- "Сбиты без предупреждения"? Там идет сражение, именно поэтому туда и
были посланы американские самолеты! У нашего полка есть зенитные части, -
объяснил министр обороны. - На вооружении этих частей противовоздушные
ракеты малой дальности действия, способные поражать лишь самолеты на
небольшой высоте. Если бы американцы только изучали ситуацию с безопасной
высоты - десять тысяч метров, - мы не смогли бы даже коснуться их. В данном
случае они, до-видимому, спустились ниже, по-видимому, пытались поддерживать
наступление своих войск с воздуха. Только при таких условиях мы могли сбить
их.
- Но у нас нет никакой информации?
- Действительно нет, нам еще не удалось установить связь.
- Не станем отвечать на этот вопрос американ
...Закладка в соц.сетях
