Жанр: Боевик
Джек Райан 6. Все страхи мира
...еские силы в боевую готовность. Почему он не сообщил нам об этом?
- Потому что боится, что мы сочтем его действия провокационными... -
заметил Нармонов. Даже ему самому такое объяснение показалось
неубедительным.
- Может быть, - признал министр. - Но они не подозревают о нашем успехе
в расшифровке их кодов. Не исключено, что они рассчитывают скрыть это от
нас.
- Нет, - донесся голос Куропаткина из командного центра ПВО. - Я не
согласен с таким мнением. Мы не можем не заметить хотя бы части их
приготовлений. Американцы несомненно знают, что нам известно о приведении в
боевую готовность хотя бы части их стратегических сил.
- Но не всех. - Министр обороны повернулся к Нармонову и взглянул ему
прямо в лицо. - Мы должны рассмотреть вероятность того, что американский
президент утратил способность к рациональному мышлению.
- Впервые? - спросил Фаулер.
Элизабет кивнула. Ее лицо стало теперь совсем бледным.
- Это мало кому известно, Роберт, но это так. Русские никогда не
приводили свои ракетные войска стратегического назначения в боевую
готовность.
- Но почему они сделали это сейчас? - спросил президент.
- Роберт, единственным объяснением является то, что с нами
разговаривает не Нармонов.
- Как можно это проверить?
- Этого проверить нельзя. Нас соединяет с Москвой канал компьютерной
связи. Между нами нет ни голосовой связи, ни визуальной.
- Милосердный Бог!
Глава 40
Столкновения
- Райан, откуда нам известно, что мы действительно ведем переговоры с
Нармоновым?
- Господин президент, кто же еще может их вести?
- Черт побери, Райан, именно вы представили мне эти сообщения!
- Господин президент, вам следует успокоиться, - посоветовал Райан,
голос которого отнюдь не свидетельствовал о его собственном спокойствии. -
Да, я ознакомил вас с этой информацией, сообщил, что она не проверена, а
несколько минут назад также сказал, что, по нашему мнению - и на то есть
причины, - она может даже быть ложной.
- Неужели вы не просматриваете собственные доклады? Это вы
предостерегли нас, что у русских исчезли ядерные боеголовки! - напомнила
Эллиот. - Так вот, они нашлись - нашлись как раз в том месте, где мы должны
были присутствовать!
Господи, она перепугана еще больше его, подумала Элен Д'Агустино и
взглянула на Пита Коннора, лицо которого было бледным как полотно. Да,
события развиваются слишком быстро, решила она.
- Послушай, Лиз, я устал повторять, что сведения, имеющиеся в нашем
распоряжении, ненадежны. Их слишком мало, чтобы прийти к какому-то
определенному заключению.
- Но почему они объявили боевую готовность в ракетных войсках?
- Да по той же причине, что и мы! - крикнул Райан. - Может быть, если
обе стороны отступят...
- Райан, только не надо давать мне советы, как поступать, - тихо
произнес Фаулер. - От вас мне нужна только информация. Решения будут
приниматься здесь.
Джек отвернулся от микрофона. Он проигрывает, подумал Гудли. Райан
выглядел болезненно бледным. Он посмотрел в окно на двор ЦРУ и почти пустое
здание напротив, глубоко вздохнул и снова заговорил в микрофон.
- Господин президент, - сказал Джек, сдерживая себя, - мы
придерживаемся точки зрения, что президент Нармонов остается во главе
советского правительства. Нам ничего не известно о причине взрыва в Денвере,
но в нашем распоряжении нет никакой информации, которая указывала бы на то,
что он вызван советским ядерным устройством. Мы убеждены, что подобная
операция со стороны Советского Союза была бы безумным шагом, и даже если
предположить, что контроль там перешел к военным - после переворота, о
котором у нас нет никаких сведений, сэр, - вероятность подобного просчета
приближается к нулю, сэр. Такова точка зрения ЦРУ.
- А Кадышев? - спросил Фаулер.
- Сэр, у нас есть доказательства, появившиеся только вчера и сегодня,
на основании которых можно предположить, что его сообщения недостоверны. Мы
не в состоянии подтвердить, что произошла одна из встреч, которая должна...
- Одна? Вы не можете подтвердить, состоялась ли всего одна встреча? -
спросила Эллиот.
- Дайте же мне закончить! - Райан снова вышел из себя. - Черт побери,
это обнаружил Гудли, а не я! - Он сделал паузу и перевел дыхание. - Доктор
Гудли обратил внимание на некоторые едва различимые оттенки в сообщениях
Кадышева и решил проверить их происхождение. Мы полагали, что все доклады
Кадышева поступали после его личных встреч с Нармоновым. В одном случае мы
не сумели добиться совпадения их маршрутов. Мы не уверены, встречались ли
они в этом случае вообще. Если такой встречи не было, то Кадышев лжет.
- Я полагаю, вы проверили вероятность их тайной беседы? - В голосе
Эллиот звучала насмешка. - Или, по вашему мнению, такой вопрос будет
рассматриваться во время деловой встречи? Неужели вы считаете, что он будет
обсуждать опасность возможного переворота на заранее запланированном
совещании?
- В который раз мне приходится повторять, что его информацию никто не
смог подтвердить - ни мы, ни англичане. Вообще никто!
- Райан, по вашему мнению, заговор, имеющий целью военный переворот,
особенно в такой стране как Советский Союз, будет готовиться в обстановке
полной секретности? - спросил Фаулер.
- Конечно.
- Тогда как вы можете рассчитывать на подтверждение этого из других
источников? - Фаулер говорил как адвокат на судебном заседании.
- Да, сэр, на это трудно надеяться, - признал Райан.
- Следовательно, информация, полученная от Кадышева, - это лучшее, чем
мы располагаем, верно?
- Да, господин президент, если она соответствует истине.
- Вы говорите, что у вас нет надежных доказательств, подтверждающих ее?
- Совершенно верно, господин президент.
- Но в то же время вы не имеете достоверной информации, опровергающей
сообщения Кадышева, правда?
- Сэр, у нас есть основания...
- Отвечайте на мой вопрос!
Правая ладонь Райана сжалась в твердый, побелевший от напряжения кулак.
- Нет, господин президент, такой информации у нас нет.
- А те сведения, что мы получали от него последние несколько лет, были
надежными и достоверными?
- Да, сэр.
- Таким образом, исходя из этого, можно утверждать, что информация,
присланная Кадышевым, является лучшей из всего, чем мы располагаем?
- Да, сэр.
- Благодарю вас. Предлагаю вам, доктор Райан, попытаться получить
дополнительные сведения. Когда они поступят к вам, я буду готов выслушать
их.
Связь прервалась.
Джек медленно встал. Ноги едва повиновались ему. Он сделал шаг к окну и
закурил сигарету.
- Я потерпел неудачу, - обратился он к миру, - Господи милосердный,
какую неудачу...
- Не по твоей вине, Джек, - заметил Гудли. Райан стремительно
обернулся.
- Эта фраза будет прекрасно выглядеть на моем надгробном памятнике,
черт побери! "Не по твоей вине" был взорван наш безумный мир!
- Перестань, Джек, все не так уж плохо.
- Ты так думаешь? А ты слышал их голоса?
Самолеты взлетали с палубы советского авианосца "Кузнецов" не так, как
с американских авианосцев, где использовались катапульты. Носовая часть
судна загибалась кверху подобно лыжному трамплину. Первый МИГ-29 устремился
вперед со стартового положения, поднялся по изгибающейся плоскости и взвился
в воздух. Такой взлет был тяжелым испытанием для летчиков и самолетов, но
действовал исправно. За ним последовал второй истребитель, и оба повернули
на восток. Они едва успели набрать высоту, когда ведущий услышал в своих
наушниках жужжание.
- Похоже на сигнал бедствия, - сообщил он ведомому. - Судя по частоте,
один из наших.
- Да, к востоку от юго-востока. Это точно один из наших. Кто же это
может быть?
- Не знаю.
Ведущий передал эти сведения в штаб соединения, находящийся на
"Кузнецове", и получил приказ выяснить источник сигнала бедствия.
- Говорит "Сокол-2", - послышалось сообщение с "Хокая". - Видим два
истребителя с русского авианосца, с большой скоростью направляются к нам,
пеленг три-один-пять, расстояние двести пятьдесят миль от Стика.
Капитан первого ранга Ричарде взглянул на экран тактического дисплея.
- Спейд, это Стик. Иди на сближение и отгони.
- Исполняю, - ответил Джексон. Он только что пополнил свои топливные
баки и мог оставаться в воздухе часа три, у него все еще было шесть ракет.
- Отогнать их? - удивленно спросил лейтенант Уолтере.
- Шреддер, я тоже не знаю, что происходит. Джексон отвел в сторону
ручку управления и начал поворот. Санчес повторил его маневр, снова отойдя
на некоторое расстояние.
Две пары истребителей продолжали полет на встречных курсах, сближаясь
со скоростью чуть меньше тысячи миль в час. Четыре минуты спустя оба
"Томкэта" начали активное радиолокационное зондирование. В обычных условиях
это насторожило бы русских, свидетельствуя о присутствии в этом районе
американских истребителей. Однако новые американские радары обладали малой
интенсивностью излучения, что снижало вероятность их обнаружения, и русские
летчики не заметили их. Тем более что через несколько секунд они включили и
собственные радары.
- К нам приближаются два истребителя!
Летчик ведущего русского самолета посмотрел на экран своего
радиолокатора и нахмурился. Два МИГа взлетели для того, чтобы охранять
воздушное пространство над своим тактическим соединением. Поступил приказ о
повышении боевой готовности, и истребители поднялись в воздух. Теперь им
было поручено осуществить что-то похожее на спасательную операцию, и потому
у летчика не было никакого желания заниматься бессмысленными играми с
американскими самолетами, особенно ночью. Он знал о присутствии американских
самолетов. Его средства обнаружения отметили излучения от самолета раннего
оповещения.
- Поворачиваем направо, - приказал он ведомому. - Спускаемся до тысячи
метров и начинаем поиски. - И все-таки он не выключил свой радар - пусть не
думают, что с ним можно шутить.
- Они уходят налево и начинают спуск.
- Бад, действуй, - произнес Джексон. У Санчеса оставалось больше ракет.
Робби прикроет его сзади.
- Стик, докладывает "Сокол-2". Направлявшиеся в нашу сторону самолеты
свернули на юг и пикируют вниз.
На плечах Ричардса векторы курсов обоих самолетов, которые приближались
к его авианосцу, изменились. В настоящий момент они действительно свернули,
хотя должны были пройти довольно близко.
- Что у них на уме?
- По крайней мере они не знают, где мы находимся, - заметил начальник
оперативного отдела. - Хотя радары их включены.
- Ищут нас?
- Да, пожалуй.
- Ну что же, теперь мы знаем, откуда прилетели первые четыре. Ричарде
взял микрофон связи с Джексоном и Санчесом.
"Топи их" - таков был приказ. Робби поднял свой самолет выше. Санчес
нырнул вниз, зайдя в хвост и чуть ниже обоих МИГов.
- Американцы исчезли с моего экрана.
- Не обращай на них внимания! Не забывай, мы ищем мигалку - человек
нуждается в спасении. - Ведущий наклонил голову. - Вот, погляди. Это не
сигнал бедствия? На поверхности, смотри на два часа...
- Вижу.
- Спускаюсь, следуй за мной!
- Они пытаются ускользнуть, вниз и направо! - произнес в микрофон Бад.
- Атакую!
Его истребитель находился всего в двух тысячах ярдов позади МИГов.
Санчес выбрал для атаки "Сайдуайндер" и направил свой самолет на ведомого,
"южного парня", который чуть отставал. "Томкэт" продолжал сближаться, летчик
услышал в наушниках щебечущий звук и, нажав на кнопку, выпустил ракету.
"Сайдуайндер А1М-9М" сорвался с направляющих и устремился к правому
двигателю русского истребителя. Последовал взрыв. Едва успев заметить яркую
вспышку, Санчес выпустил второй "Сайдуайндер".
- Один сбит.
- Что за черт! - Ведущий уголком глаза заметил вспышку, повернулся и
увидел, что его ведомый падает вниз, таща за собой язык желтого пламени. Он
туг же рванул налево ручку управления и одновременно нажал на кнопку,
выбросившую позади самолета отвлекающие вспышки и массу мелких алюминиевых
обрезков. Его глаза искали в темноте напавший на него самолет.
Вторая ракета Санчеса пролетела справа от русского МИГа. Это не имело
значения. Он все еще преследовал русский истребитель, и поворот на левое
крыло привел того точно в перекрестие 20-миллиметровой пушки Санчеса.
Короткая очередь - и у истребителя отвалилась часть крыла. Пилот едва успел
катапультироваться. Санчес следил за тем, как раскрылся парашют. Минуту
спустя, описав круг, он увидел, что оба русских летчика, судя по всему,
уцелели. Бад остался доволен.
- Сбиты двое. Стик, шесть спускаются вниз два парашюта.., погоди
минуту.., на поверхности три мигалки, - сказал Джексон. Он сообщил свои
координаты, и почти сразу с палубы "Теодора Рузвельта" взлетел вертолет.
- Спейд, по-твоему, это так просто? - спросил Уолтере.
- Мне самому казалось, что русские - куда более умелые пилоты, -
признался капитан первого ранга. - А это походит на первый день утиной
охоты.
Через десять минут "Кузнецов" попытался установить радиосвязь со своими
двумя МИГами и не получил ответа.
Вертолет ВВС вернулся из Рокки-Флэтс. На нем, сопровождаемый пятью
сотрудниками, прибыл майор Григгс. Все были в защитных костюмах. Двое сразу
же подбежали к Кэллахану, который стоял возле саперных танков М-728.
- Если все будет ладно, понадобится еще десять минут, - крикнул
полковник Лайл из башни танка, шедшего первым.
- Кто здесь руководит работами? - спросил один из прибывших.
- А вы кто?
- Парсонс, руководитель группы по ликвидации последствий ядерного
взрыва.
Лоуренс Парсонс возглавлял дежурную группу, одной из ее задач были
действия при чрезвычайных ситуациях. И эта группа потерпела сегодня неудачу
- ей не удалось обнаружить ядерное устройство до его взрыва. Три такие
группы находились наготове круглые сутки - одна недалеко от Вашингтона,
другая в Неваде и третья, недавно созданная в Рокки-Флэтс, чтобы
контролировать демонтаж завода по изготовлению ядерного оружия,
принадлежавшего департаменту энергетики, который находился неподалеку от
Денвера. Никто не ожидал, разумеется, что эти группы всегда будут в нужном
месте и в нужное время. Парсонс держал в руке радиометр, и то, что он увидел
на нем, не могло понравиться.
- Сколько времени находились ваши люди в этой зоне?
- С полчаса, может, минут сорок.
- Еще десять минут, и всех необходимо вывести отсюда. Речь идет о
радиоактивном облучении.
- Почему? Майор сказал, что радиоактивные осадки...
- Облучение тут вызвано нейтронной активацией. Здесь высокий уровень
радиоактивности!
Мурашки пробежали по спине Кэллахана. Его тело подвергается нападению
сил, которые он не видит и не чувствует.
- Под развалинами стадиона люди. Мы уже почти добрались до них.
- Тогда действуйте быстрее! Как можно быстрее! Парсонс и его сотрудники
направились обратно к вертолету. У них была своя работа. У дверцы их ждал
человек в гражданской одежде.
- А вы кто такой, черт побери? - рассерженно бросил Парсонс.
- Я из ФБР. Что здесь произошло?
- А вы не знаете?
- Вашингтон требует информацию.
- Ларри, тут уровень радиоактивности выше, чем возле стадиона! -
сообщил один из членов группы.
- Этого следовало ожидать, - ответил Парсонс. - Произошел наземный
взрыв. - Он указал рукой. - Дальняя сторона стадиона - подветренная. Вблизи
здания зона более защищенная.
- Вы можете сообщить что-нибудь? - спросил агент ФБР.
- Очень мало. - Парсонс пытался перекричать шум вращающегося ротора. -
Наземный взрыв, мощность меньше двадцати килотонн - это все, что могу
сказать.
- Сейчас здесь опасно?
- Еще как, черт побери! Установим временный штаб - но где?
- Как относительно Пресвитерианской больницы, что с наветренной стороны
в двух милях отсюда? - предложил один из членов группы. - По другую сторону
бульвара Авроры. Там должно быть безопасно.
- Вы знаете, где это? - спросил Парсонс.
- Да.
- Тогда отправляйтесь к больнице! Кен, передай всем, чтобы убирались из
этого района - здесь уровень зараженности на двадцать процентов выше, чем
вблизи стадиона. Отберите образцы. Вот еще что, Кен: позаботься, чтобы они
покинули место взрыва через десять минут - максимум через пятнадцать. Если
понадобится, тащи их силой. Берись за работу прямо отсюда.
- Понятно.
Агент ФБР пригнулся, когда вертолет начал подниматься вверх. Оставшийся
сотрудник группы Парсонса побежал вдоль выстроившихся пожарных машин,
показывая жестами, чтобы они уезжали отсюда. Агент ФБР решил последовать их
примеру. Через несколько минут он сел в свой автомобиль и направился на
северо-восток.
- Вот ведь как, - покачал головой майор Григгс, - я вовсе и забыл про
нейтроны.
- Огромное спасибо! - прокричал Кэллахан сквозь грохот танкового
дизеля.
- Ничего страшного, костюмы уменьшают облучение до сотни. Сотня не
причинит особого вреда.
Кэллахан услышал шум отъезжающих пожарных машин.
- А как быть с людьми, что все еще под развалинами? Он нашел на броне
танка микрофон внутренней связи.
- У тебя десять минут, после этого мы все должны покинуть район
радиоактивного заражения. Давай, навались!
- Сделаем, приятель, - ответил командир танка. - Ну-ка, отойди.
Трогаюсь на счет десять.
Кэллахан отбежал в сторону. Полковник Лайл спрыгнул с танка и
последовал его примеру. Внутри саперного танка водитель переключил сцепление
на задний ход, танк отполз на десять ярдов, водитель довел число оборотов
двигателя до красной черты и отпустил тормоза. М-728 раздавил пять
автомобилей и отбросил их в сторону. Теперь танк двигался со скоростью миля
в час, но не останавливался. Гусеницы разрывали асфальт - и вот он пробился
сквозь разбитые автомобили.
Территория, прилегающая непосредственно к стадиону, оказалась на
удивление нетронутой. Обломки крыши и верхних этажей отбросило взрывной
волной на сотни ярдов, а здесь асфальт был усыпан только кучками кирпича и
осколками бетона. Автомобиль тут не проедет, но люди могут действовать.
Пожарные подтащили шланги и принялись поливать все вокруг. Асфальт был все
еще настолько горячим, что вода превращалась в пар. Кэллахан бежал перед
танком, жестами посылая своих людей влево и вправо.
- Ты знаешь, что напоминает это зрелище? - спросил один из
специалистов, глядя вниз из вертолета, который кружил над стадионом.
- Да, Чернобыль. Там тоже работали пожарные. - Парсонс постарался
отогнать от себя эту мысль. - Летите с наветренной стороны, - скомандовал он
пилоту. - Энди, что ты думаешь об этом?
- Наземный взрыв, его мощность была куда меньше ста килотонн, даже
меньше двадцати пяти.
- Тогда почему НОРАД так ошибся в расчетах, как ты считаешь?
- Стоянка автомобилей. Асфальт и все эти горящие машины - создалась
идеальная имитация материала черного тела. Господи, да здесь все на самом
деле черное! Удивляюсь, что тепловой выброс не показался еще более мощным.
Видишь, все остальное вокруг белое от недавно выпавшего снега? Получилось
гигантское мегаотражение, да еще такой колоссальный контраст!
- Пожалуй, ты прав, Энди, - согласился Парсонс. - Значит, террористы?
- Сейчас это самое логичное предположение, Ларри. Но чтобы окончательно
убедиться, понадобятся пробы с места взрыва.
Звуки боя стихли. Слышалась только беспорядочная стрельба, и командир
бронемашины "Брэдли" заключил, что русские местами отошли назад, может быть,
вообще отступили к своим казармам. Похоже, это был разумный маневр,
поскольку обе стороны понесли тяжелые потери и теперь в бой вступили БМП -
боевые машины пехоты. Пешие солдаты, подумал он, умнее танкистов. Это
объясняется тем, что у них для защиты вместо фута брони всего лишь рубашка.
Раз ты уязвим, тебе приходится тщательно обдумывать каждый свой шаг. Он еще
раз сменил позицию. Странно, как все получалось, хотя он отрабатывал этот
маневр много раз. Когда бронемашина подъезжала к пересечению улицы, из нее
вышел солдат и осторожно заглянул за угол.
- Никого, сержант. Все... - одну минуту! Что-то движется по улице,
милях в двух... - Солдат поднял к глазам бинокль. - БМП! С ракетной
установкой!
Отлично, подумал сержант, не иначе ведут разведку для наступления. Его
задача была очень простой, она состояла из двух этапов: требовалось
обнаружить противника и не допустить, чтобы этот противник успешно
осуществил свою разведывательную миссию.
- Вижу еще одного!
- Приготовиться к движению. От пересечения направо, цели с правой
стороны, - добавил сержант, чтобы дать стрелку время на подготовку.
- Готов, сержант!
- Вперед!
Бронированный корпус "Брэдли" качнулся назад, и машина выскочила на
перекресток. Стрелок повернул башню. Все так походило на занятия в тире по
стрельбе из малокалиберного оружия. Две БМП ехали прямо на них. Стрелок
открыл огонь по ближайшей из них, и первые же снаряды взорвали
противотанковую ракетную установку. БМП резко свернула влево и врезалась в
автомобили, стоящие вдоль тротуара. Стрелок "Брэдли" уже перенес огонь на
вторую машину, попытавшуюся увернуться, взяв вправо, однако для такого
маневра улица оказалась слишком узкой. Автоматическая пушка, которой был
вооружен "Брэдли", представляла собой удачное сочетание лучших качеств
пулемета и обычной пушки. Стрелок следил за полетом трассирующих снарядов,
откорректировал их направление точно в цель и с удовлетворением увидел, как
взорвалась боевая машина русских. Но в этот момент...
- Сдай назад - быстро! - крикнул в интерком сержант. За двумя БМП
разведки показалась третья. "Брэдли" мгновенно откатился на исходную
позицию. Едва его корпус скрылся за углом, как по улице, через перекресток,
где только что стояла американская бронемашина, пролетел ракетный снаряд,
волочащий за собой тонкий провод управления. Он взорвался в нескольких
сотнях метров.
- Пора уходить отсюда, разворачивайся, - скомандовал командир. Затем
выключил рацию.
- Докладывает "Дельта-33". Натолкнулись на разведывательные БМП
противника. Две уничтожил, но третья заметила нас. Появляется все больше
"друзей", сэр.
- Генерал, мы отогнали их назад за разделительную полосу. Сейчас я могу
удерживать позиции против тех сил, что противостоят нам, но, если к ним
поступит подкрепление, я окажусь в заднице, - произнес подполковник Лонг. -
Сэр, мы нуждаемся в помощи!
- О'кей, я обеспечу воздушную поддержку через десять минут. Они уже
приближаются к вам.
- Неплохо для начала, но мне понадобится что-то более весомое, сэр.
Верховный главнокомандующий объединенными вооруженными силами НАТО в
Европе повернулся к своему начальнику оперативного отдела.
- Что у нас наготове?
- Второй дивизион Одиннадцатого бронетанкового полка, сэр. Уже выходит
из места расположения.
- Что там между ними и Берлином?
- Вы имеете в виду русских? Их там очень мало. Если наши части будут
передвигаться быстро...
- Отдайте команду.
Верховный главнокомандующий вернулся к своему письменному столу и
поднял трубку прямой телефонной связи с Вашингтоном.
- Да, в чем дело? - спросил Фаулер.
- Сэр, у нас есть сведения, что русские шлют подкрепления в Берлин. Я
только что отдал приказ второму дивизиону Одиннадцатого бронетанкового полка
двинуться к Берлину для усиления нашей бригады. Кроме того, к месту боя
летят самолеты для оценки ситуации.
- Каковы, по-вашему, их намерения?
- Это мне неизвестно, сэр. Мы не можем понять, чем вызвано их
нападение, но наши люди продолжают гибнуть. А что сообщили вам русские,
господин президент?
- Они спрашивают, почему мы напали на них, генерал.
- Они что, спятили? - Или это вызвано чем-то еще, подумал
главнокомандующий. Чем-то еще более страшным?
- Генерал, - послышался женский голос. Видно, там эта Эллиот, подумал
главнокомандующий. - Мне требуется совершенно четкий ответ. Вы уверены, что
именно русские первыми вступили в бой?
- Совершенно уверен, мадам! - разгоряченно ответил главнокомандующий. -
Командир Берлинской бригады, судя по всему, погиб. Начальник штаба бригады -
подполковник Эдвард Лонг. Я знаю этого парня, он отличный офицер, умный и
находчивый. По его словам, русские открыли огонь по нашей бригаде без
всякого предупреждения в тот момент, когда войска получили приказ из
Вашингтона о боевой готовности. У наших танкистов даже пушки не были
заряжены. Повторяю, мадам, именно русские начали боевые действия - это
абсолютно точно. Итак, вы даете мне разрешение, господин президент, на то,
чтобы подтянуть подкрепления?
- А если вы не получите такого разрешения? - спросил Фаулер.
- Тогда, господин президент, вам придется подписать тысяч пять писем
родным погибших.
- Ну хорошо, посылайте подкрепления. Передайте в Берлин, чтобы там не
предпринимали наступательных действий. Мы пытаемся снять напряжение.
- Желаю успеха, господин президент, но здесь мне приходится командовать
войсками.
ПРЕЗИДЕНТУ НАРМОНОВУ:
МЫ ПОЛУЧИЛИ СООБЩЕНИЕ ИЗ ЕВРОПЫ, ЧТО СОВЕТСКИЙ ТАНКОВЫЙ ПОЛК БЕЗ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ СОВЕРШИЛ НАПАДЕНИЕ НА НАШУ БЕРЛИНСКУЮ БРИГАДУ. Я ТОЛЬКО ЧТО
ГОВОРИЛ С КОМАНДУЮЩИМ, И ОН ПОДТВЕРДИЛ ЭТО СООБЩЕНИЕ. ЧТО ПРОИСХОДИТ В
БЕРЛИНЕ? ПОЧЕМУ ВАШИ ВОЙСКА АТАКУЮТ НАШИ ВОЙСКА?
- Мы получили что-нибудь из Берлина? - спросил Нармонов. Министр
...Закладка в соц.сетях
