Жанр: Боевик
На грани потопа дирк питт
...ной его задачей было как можно скорее поставить об этом в
известность правоохранительные службы. К тому же он замерз, страшно устал и
мечтал только об одном - посидеть часок в мягком кресле у горящего камина со
стаканчиком текилы и завалиться спать. Но вместо того чтобы прислушаться ко
внутреннему голосу, настоятельно советовавшему избрать именно такой способ
действий, Питт, по своему обыкновению, пошел другим путем. Непроницаемо-черный
корпус буксира, чуть заметно покачивающегося на легкой озерной волне, неудержимо
притягивал его взор, одновременно пробуждая жгучее любопытство. Какой-то
дьявольской жутью веяло от этой зловещей громады, вызывающей невольные
ассоциации с мифической ладьей перевозчика душ умерших Харона. Питт вздохнул,
покрепче ухватился за рукоятки "стингрея" и направил нос скутера под двойные
поплавки катамарана.
8
Сорок восемь мужчин, женщин и детей набилось в прямоугольную коробку
корпуса черного буксира так плотно, что не осталось ни дюйма свободного места,
чтобы усадить малышей и престарелых. Все стояли, тесно прижимаясь друг к другу,
истекая потом и судорожно хватая раскрытыми ртами спертый воздух, пропитанный
испарениями давно не мытых тел. Единственным источником вентиляции служило
крошечное решетчатое отверстие в потолке. Несколько человек уже лишились чувств,
но продолжали стоять, стиснутые телами соседей. Об их состоянии можно было
догадаться только по безжизненно упавшим на грудь головам и обмякшим членам.
Внутри надстройки царила какая-то жуткая, неестественная тишина. Запертые в ней
люди, казалось, смирились с уготованной им участью и впали в апатию -
аналогичную реакцию многие исследователи отмечали у узников нацистских
концлагерей, приговоренных к отправке в газовые камеры.
Джулия всю дорогу простояла, прижимаясь спиной к холодной стальной
переборке, отчего ей было немного легче, чем остальным, переносить жару и духоту в
помещении. Она напряженно вслушивалась в плеск воды за бортом и равномерный глу
машин катамарана, безуспешно пытаясь угадать, куда их везут. Часа полтора назад
морская качка прекратилась, и девушка пришла к выводу, что буксир вошел в реку или
судоходный канал. Джулия почти не сомневалась, что находится дома, на территории
Соединенных Штатов. Несмотря на слабость и боль во всем теле, она не потеряла
присутствия духа и намеревалась использовать любой шанс, чтобы выбраться на
свободу. Слишком многое зависело от того, выживет она или нет. Если она сумеет
передать по назначению добытую информацию о контрабандных перевозках людей,
тысячи невинных останутся в живых и еще десятки тысяч смогут вырваться из рабства
и кабальной зависимости от криминальных структур.
В рулевой рубке наверху двое из четверых охранников, составлявших экипаж
буксира, начали отмерять и отрезать одинаковые куски от большого мотка толстой
бельевой веревки, в то время как старший, он же шкипер, стоя у штурвала, осторожно
вел буксир вверх по течению реки к озеру Орион. Усеявшие ясное ночное небо звезды
давали слишком мало света, поэтому шкипер не сводил глаз с экрана радара. Спустя
некоторое время он обернулся к подчиненным и предупредил, что катамаран миновал
исток реки и вошел в озеро. Достигнув границы освещенной огнями комплекса
акватории, старший остановил двигатели, снял трубку судового телефона и произнес
несколько слов по-китайски. Не успел он вернуть ее обратно на рычаг, как все окна
главного здания, фонари и прожектора на крыше и на берегу разом погасли. Озеро
Орион погрузилось во мрак. Вновь запустив машины на самый малый, рулевой обошел
яхту и мастерски пришвартовал катамаран впритирку с пирсом. Двое охранников
спрыгнули на причал и закрепили швартовы на чугунных кнехтах. По неизвестной
причине шкипер не стал окончательно заглушать дизели, оставив их работать на
холостом ходу.
В течение последовавших трех или четырех минут заключенные в надстройке
продолжали хранить молчание. Хотя в голове у каждого теснились десятки вопросов,
все были слишком подавлены и напуганы, чтобы высказать свои мысли вслух.
Неожиданно боковая дверь распахнулась, в отсек ворвался порыв ветра, напоенного
ночной свежестью и влагой. Задыхающимся в невероятной тесноте людям он
показался благодатным дуновением самих Небес. Затем в проеме показалась мощная
фигура охранника, и все очарование разом улетучилось.
- Всем, кого я сейчас назову, - громко провозгласил он, значительно
откашлявшись, - по одному выходить на причал и строиться.
Поначалу оказавшимся во главе списка приходилось долго протискиваться сквозь
плотные ряды соплеменников, но, по мере того как надстройка пустела, процесс
ускорялся. Все больше народу скапливалось на пирсе, в то время как еще не
покинувшие буксир получали возможность расслабиться и немного размять затекшие
от долгого стояния ноги. Львиную долю высаженных на берег составляли так
называемые контрактники - выходцы из беднейших слоев населения, у которых не
было за душой ни гроша, не говоря уже о тех немыслимых суммах, которые требовал
за переправку в другую страну преступный синдикат, занимающийся контрабандными
перевозками людей. Эти несчастные попали на борт "Голубой звезды", подписав
кабальный договор и не подозревая о том, что по сути добровольно продались в
пожизненное рабство тому же синдикату, чьи представители в Америке, действуя по
давно отработанной схеме, после соответствующей обработки включали "живой товар"
в сферу своей криминальной деятельности.
Вскоре в надстройке остались только Джулия, небольшое семейство из отца и
матери с парой рахитичных малолетних детишек и еще восемь пожилых мужчин и
женщин, пребывающих в различных стадиях истощения и изнеможения. Девушка
пришла к неутешительному выводу, что все они представляют собой отработанный
материал. Из них уже вытянули все имевшиеся деньги, отобрали пожитки и ценности,
если таковые имелись, а использовать в дальнейшем в качестве черновой рабочей силы
сочли нецелесообразным - вследствие возраста и неадекватного физического
состояния.
Словно в подтверждение худших ее опасений, дверь захлопнулась, разом отрезая
их от мира живых. Вновь зарокотали дизели, и буксир пришел в движение, набирая
ход. На этот раз путешествие оказалось коротким. Не прошло и нескольких минут, как
гул машин стих, и катамаран остановился. Дверь опять открылась, и в кабину вошли
четверо охранников. Ни слова не говоря, они принялись бесцеремонно хватать
оцепеневших от ужаса людей и вязать их по рукам и ногам прочными веревками,
которые принесли с собой. Каждому связанному заклеивали рот широким пластырем и
привязывали к лодыжкам массивный железный брус. Семейная пара попыталась
защитить детей, но их быстро успокоили несколькими ударами по голове и по печени.
Джулия поняла, что сейчас их попросту перетопят, как беспомощных котят. Мозг
ее лихорадочно заработал, перебирая варианты побега. Внезапно сорвавшись с места,
она в несколько прыжков достигла двери, но ее отчаянная попытка броситься в воду и
вплавь добраться до берега, была с самого начала обречена на провал. Отзывающиеся
мучительной болью на каждое движение мышцы и общая слабость от недостатка пищи
и перенесенных побоев заметно сказались на ее реакции и физических возможностях.
Вместо стремительного броска у нее получился какой-то лягушачий скок, моментально
пресеченный ближайшим к выходу охранником, элементарно подставившим ей ножку.
Девушка упала, с размаху ударилась лбом об металлическую палубу и на миг потеряла
сознание. Очнулась она уже в цепких объятиях экзекуторов. Джулия храбро
отбивалась, кусалась и царапалась, но что может сделать одна хрупкая молодая
женщина против четверых здоровых мужчин, разозленных вдобавок ее ожесточенным
сопротивлением? Схлопотав полдюжины хлестких пощечин и пару ощутимых ударов в
живот, она лишилась последних сил и безропотно позволила связать себя, после чего
ей, как и всем остальным, залепили рот и подвесили к ногам тяжелую железяку.
Глаза Джулии расширились от невыносимого ужаса, когда один из палачей открыл
люк в центре надстройки, а двое других, подхватив под мышки ближайшего
обреченного, отволокли его к краю и спихнули вниз головой в зияющее мраком
отверстие.
Питт перевел на ноль регулятор скорости и неподвижно завис между двумя
корпусами катамарана на глубине десяти футов. Он уже намеревался всплыть и
обследовать нижнюю часть буксира, когда прямо у него над головой внезапно
открылось освещенное изнутри квадратное отверстие, а спустя несколько мгновений в
воду с громким всплеском шлепнулось что-то тяжелое. Вздрогнув от неожиданности,
он проводил оцепеневшим взглядом медленно уходящее на глубину человеческое тело
со связанными руками и ногами и пришел в себя только после того, как за ним
последовали еще два или три. Да что ж это такое творится, помилуй Господи?!
Следует отдать должное реакции Питта. Стряхнув оцепенение, он начал
действовать с молниеносной быстротой. Выпустив рукоятки и выхватив нож, он
энергично заработал ластами и устремился вдогонку. Поравнявшись с первым, Питт
торопливо рассек путы, одним движением сорвал с губ полоску пластыря, жестом
указал направление и мощным толчком направил несостоявшегося утопленника в
сторону поверхности. Затем проделал ту же операцию со следующим. К несчастью,
Питт был один и явно не успевал освободить от веревок и груза всех, от кого
подручные Шэня продолжали избавляться, безжалостно выкидывая в воду сквозь люк
в надстройке буксира. Некоторые из "обработанных" им уже не проявляли признаков
жизни, но он все равно выталкивал их наверх в слабой надежде, что они все же
очнутся, глотнув свежего воздуха. Особенно запомнилась ему маленькая девочка лет
восьми с четко выраженными китайскими чертами лица. Вначале она уставилась на
него круглыми от страха глазами, но когда он разрезал веревки и подтолкнул малышку
вверх, она сразу все поняла и даже сохранила достаточно самообладания, чтобы
поблагодарить его подобием улыбки. Питт мысленно пожелал ей благополучно
преодолеть толщу воды и вынырнуть на поверхность.
Безнадежно проигрывая в схватке со временем, он приходил во все большую
ярость, достигшую предела, когда рядом с ним показалось тщедушное тельце мальчика
лет трех-четырех с закрытыми глазами. Питт проделал с ним ставшую уже привычной
операцию, проклиная в душе потерявших человеческий облик монстров, способных
сотворить такое с маленьким ребенком. В последний момент, однако, он передумал,
обхватил мальчика одной рукой, в несколько взмахов ластами добрался до
поверхности, убедился, что спасенный дышит, а когда малыш открыл глаза, вложил в
его ручонки рукоятки "стингрея", приложив при этом палец к губам, чтобы тот не
вздумал кричать и плакать. Как ни странно, ребенок моментально сообразил, что от
него требуется, быстро закивал и мертвой хваткой вцепился в обтянутые резиной
ручки скутера. Убедившись, что с ним все в порядке, Питт снова нырнул,
одновременно включив подводный фонарь. Узконаправленный луч выхватил из
темноты лениво опускающуюся на дно изящную фигурку, по всей видимости
сброшенную с буксира последней, потому что катамарана уже не было. Закончив свое
черное дело, палачи, как у них принято, поспешили убраться с места преступления.
Догнав тело на глубине двадцати футов, Питт обнаружил, что перед ним молодая
женщина.
Ожидая своей очереди. Джулия методично вентилировала легкие, а когда ее
столкнули в люк, успела сделать глубокий вдох. Она изо всех сил старалась
освободиться от стягивающих руки за спиной веревок, но охранники хорошо знали
свое дело, и девушка лишь разодрала в кровь запястья. Боль в ушах усиливалась по
мере погружения, и ей пришлось пожертвовать частью запаса воздуха, сделав пару
коротких выдохов через нос, чтобы выровнять давление. Она прекрасно понимала, что
жить ей осталось минуту-другую, не больше, но все равно мужественно решила
бороться до конца.
Неожиданно чья-то мускулистая рука обвилась вокруг ее талии, а в следующее
мгновение лодыжки избавились от увлекающей ко дну тяжести. Затем она
почувствовала, что руки и ноги свободны и какая-то неодолимая сила стремительно
выталкивает ее в обратном направлении. Едва голова Джулии показалась на
поверхности, кто-то сорвал с ее губ клейкую ленту пластыря, и прямо перед ней
возникло смутно белеющее во мраке лицо, обтянутое темным капюшоном
гидрокостюма с горящим на макушке фонариком.
- Вы понимаете по-английски? - шепотом спросил мужчина.
- Да! - выдохнула девушка.
- Плавать хорошо умеете?
Она безмолвно кивнула.
- Отлично! На пару мы сможем спасти больше людей. Надо собрать их вместе и
помочь доплыть до берега. В одиночку мне со всеми не справиться. Передайте им,
пусть ориентируются на свет фонарика и плывут за мной.
Питт оставил девушку и занялся малышом, послушно сжимающим рукоятки
"стингрея". Он взвалил его на спину и жестом приказал обнять себя за шею. Затем
перевел регулятор скорости на малый и принялся описывать круги, выискивая
выживших - в первую очередь ту маленькую девочку, одарившую его благодарной
улыбкой. Бедняжка барахталась из последних сил и уже начала пускать пузыри, но он
подоспел вовремя и подхватил ее, избавив тем самым от повторного погружения в
пучину.
Двое охранников остались в надстройке, чтобы навести порядок, проветрить
помещение и закрыть люк, а остальные поднялись наверх, в рулевую рубку.
- Дело сделано, - доложил один из них шкиперу. - Группа полностью
ликвидирована.
Капитан молча кивнул и нажал на стартер. Два винта с шумом врезались в воду,
взбивая пышные шапки пены, и катамаран, набирая ход, двинулся к берегу. Но не
успел он приблизиться к причалу на сотню ярдов, как в рубке раздался телефонный
звонок.
- Дэнь Чжу?
- Дэнь Чжу слушает, - отозвался шкипер.
- Это Хань Лу, начальник охраны. Почему нарушаете инструкцию?
- Ничего мы не нарушали! Все было, как всегда. Нежелательные элементы
ликвидированы и покоятся на дне, а мы возвращаемся.
- Нет, вы нарушили, - настаивал Хань. - Почему не соблюдаете
светомаскировку?
Дэнь в недоумении вышел из рубки, тщательно осмотрел буксир, снова поднял
трубку и раздраженно проворчал:
- Ты, должно быть, слопал за ужином слишком много цыплят под острым
сычуаньским соусом, и теперь твой желудок заставляет твои глаза видеть то, чего нет.
На моем судне не горит ни единого огонька!
- А что же тогда светится ближе к середине озера в восточной стороне от нашего
берега? - ехидно осведомился начальник охраны.
Дэнь Чжу командовал буксиром и отвечал за доставку отсеянных на борту
контрабандистского судна иммигрантов в горные владения Шэня, а также за
уничтожение тех из них, от кого было решено избавиться. Формально он не
подчинялся начальнику охраны и тюремных надзирателей Хань Лу, занимая на
иерархической лестнице организации примерно одинаковую с ним ступеньку. Оба
были безжалостными убийцами, обоих обуревали честолюбивые помыслы и желание
любой ценой выслужиться перед хозяином. Поэтому нет ничего удивительного в том,
что негласное соревнование между ними привело в итоге ко взаимной неприязни и
стремлению под любым предлогом досадить сопернику.
Коренастый, низенький, плотного телосложения Хань Лу слыл любителем вкусно
поесть и сладко поспать, отчего изрядно располнел и сильно напоминал пузатый
пивной бочонок. Если бы не упрямо выдающаяся вперед нижняя челюсть, зверский
оскал и свирепый взгляд налитых кровью глаз, его можно было принять за
безобидного увальня и добропорядочного отца многочисленного семейства. Между
тем подчиненные боялись его как огня. В гневе Хань был страшен и мог, не
задумываясь, пристрелить любого, вызвавшего его неудовольствие. Дэнь Чжу,
худощавый, подтянутый и крайне редко проявлявший на людях свои эмоции, был его
полной противоположностью. Он откровенно презирал коллегу за несдержанный
характер и некомпетентность и никогда не упускал случая ткнуть того носом в дерьмо.
На сей раз, однако, он вынужден был признать, что Хань прав, а носом в дерьмо
ткнули его самого. Снова выскочив на палубу, Дэнь действительно заметил ярдах в
двухстах к востоку слабый огонек, медленно дрейфующий по направлению к
противоположному берегу.
- Ну и чего ты расшумелся? - спросил он, возобновив переговоры с Ханем, но
уже не столь агрессивным тоном. - Скорее всего, кому-то из местных вздумалось на
ночь глядя сетку закинуть. Ничего особенного.
- Согласно инструкции, ты обязан в этом убедиться, - злорадно напомнил
начальник охраны. - Это твоя прямая обязанность!
- Хорошо, сейчас проверю, - со вздохом согласился шкипер.
- Если заметишь что-нибудь подозрительное, - не преминул добавить Хань, -
немедленно свяжись со мной, и я прикажу включить все прожектора.
- Понял, - буркнул Дэнь, бросил трубку и быстро завертел штурвал,
разворачивая катамаран на обратный курс. Он устал, зверски проголодался и кипел от
злости на формалиста Ханя, по чьей милости ему придется теперь лишние полчаса
мерзнуть на мостике. Чтобы не страдать в одиночку, он наклонился над забранным
решеткой световым люком кабины и рявкнул:
- Эй, бездельники, быстро наверх! Встать на носу и смотреть в оба. Прямо по
ходу какой-то подозрительный огонек.
- Как вы думаете, шкипер, что это может быть? - робко спросил самый младший
из охранников.
- Откуда мне знать, - равнодушно пожал плечами Дэнь. - Наверное, какойнибудь
любитель ночной рыбалки. Уж сколько мы их шугали, а им никак не надоест.
Ну ничего, этому парню мы точно всю охоту отобьем, я вам ручаюсь!
- А вдруг это не рыбак? - не отставал юнец. - Вдруг это шпион?
Дэнь Чжу повернул голову и жутко осклабился.
- В таком случае, - процедил он, - мы его самого отошлем кормить рыбок. За
компанию с теми, кого уже отправили.
Завидев возвращающийся катамаран, уверенно приближающийся к кучке
обессилевших людей, барахтающихся в холодной воде горного озера, Питт
окончательно уверился в том, что их засекли. С бака буксира, представляющего собой
огражденную леером небольшую площадку, сваренную из листовой стали и
выдвинутую на несколько футов вперед над водой, доносились возбужденные голоса
матросов, по всей вероятности докладывающих начальству об увиденном. Не
приходилось сомневаться и в том, что причиной возвращения неприятельского судна
был его собственный подводный фонарик, который он, скрепя сердце, оставил
включенным, чтобы не лишить единственного ориентира плывущих следом за ним
людей. Он не имел права его зажигать, но и потушить тоже не мог. Питт все поставил
на одну карту - и проиграл. Оставался, правда, еще один шанс...
Он осторожно ссадил с плеч маленького мальчика и знаком показал ему ухватиться
за одну из рукояток скутера. Плывущей рядом девочке велел держаться за другую и
поручил присмотреть за обоими детьми молодой женщине, которую он спас
последней. Та уверенно рассекала воду, одновременно успевая и подбодрить, и оказать
помощь в критический момент держащимся справа и слева от нее пожилым китайцам и
китаянкам. Освободив обе руки, Питт выключил фонарь, развернулся лицом к
неумолимо надвигающейся на беглецов темной громаде буксира и поплыл навстречу.
Когда расстояние между ними сократилось до трех футов, один из стоящих на носу
наблюдателей наклонился над поручнями, заметил пловца и издал предостерегающий
возглас.
Но Питт был начеку. Прежде чем второй успел среагировать на предупреждение и
схватиться за оружие, выпущенный из пневматического пистолета дротик с
зазубренным наконечником глубоко вонзился ему в шею. Мгновение спустя та же
участь постигла и его напарника. На этот раз Питт не испытывал колебаний, разя
наповал. Эти двое были среди тех, кто недрогнувшей рукой только что отправил на
мучительную смерть почти полтора десятка мужчин, женщин и детей. Такие люди -
если только их можно называть людьми, - по его глубокому убеждению, не имели
права ни на снисхождение, ни на предупреждение. Они сами поставили себя вне закона
и безусловно заслуживали казни без суда и следствия.
Оба охранника, не издав ни звука, замертво повалились навзничь, а Питт
перезарядил пистолет и перевернулся на спину, держа оружие наготове и напряженно
вглядываясь в проплывающее мимо судно. К его величайшему изумлению, буксир
отвернул влево, обошел по окружности группу сбившихся вместе беглецов, решивших,
должно быть, что настал их последний час, и начал быстро удаляться в направлении
комплекса. Питт с трудом верил собственным глазам. Что бы это значило? Допустим,
шкипер мог и не заметить потери двух бойцов на носу, но зачем же тогда он вообще
возвращался? Впрочем, долго гадать на эту тему не приходилось. Питт не сомневался,
что подручные Шэня в самое ближайшее время опомнятся и постараются исправить
допущенную ошибку, ну а пока в его распоряжении есть пять-семь минут выигрыша во
времени, которыми следует распорядиться с максимальной эффективностью.
Вернувшись к своим подопечным и заняв прежнее место во главе группы, Питт
только успел подумать, что погруженный во мрак комплекс дает им дополнительный
шанс на спасение, как противоположная сторона озера вновь озарилась праздничной
иллюминацией. Лучи прожекторов беспорядочно зашарили по воде, выхватывая из
мрака то бревно, то пустую пластиковую бутылку, то облезлый детский мячик. Еще
минута, и они нащупают горстку людей, из последних сил пытающихся доплыть до
спасительного берега. Если их сейчас засекут, они обречены.
Один из ластов Питта ткнулся во что-то мягкое и податливое, а в следующую
секунду то же самое случилось с его коленом. Песок и прибрежный ил! Ура! Они
спасены! Но он тут же напомнил себе, что радоваться рано. Сначала надо вывести
людей на сушу, укрыть в безопасном месте и оказать необходимую помощь. В лесу
прятаться бесполезно - поднятые по тревоге охранники, наверняка хорошо
изучившие местность, без труда выследят и выловят беглецов. Значит, действовать
надлежит быстро, но осмотрительно. И неплохо бы еще придумать какую-нибудь
военную хитрость. Но это позже, а пока Питт занялся главной на данный момент
проблемой - спасением утопающих. Отыскав отставших, он заставлял их ухватить
себя за ноги, по двое буксировал на мелководье, откуда те могли уже самостоятельно
добрести до берега, и тут же возвращался за следующей парой. Большинство
спасенных настолько выбились из сил, что сразу падали у самой воды, не в состоянии
даже ползти дальше.
Доставив на место очередную партию - последнюю, по его расчетам, - Питт чуть
не столкнулся с выходящей из воды девушкой. Одной рукой она тащила за собой
маленькую девочку, другой поддерживала шатающуюся от усталости пожилую
женщину.
- Быстрее на берег, - поторопил он ее. - Вы мне нужны. Хватайте детей,
поднимайте остальных и уводите в лес. Прикажите всем лечь на землю и по
возможности замаскироваться листвой и ветками.
- А вы... где будете вы? - спросила она с тревогой в голосе.
Питт обернулся, заслышав приближающийся шум двигателей. Чертов буксир, так и
не дойдя до причала, снова возвращался. Не желая выказывать свою озабоченность
таким поворотом, он весело подмигнул девушке, напряженно ожидающей ответа.
- А я буду героически прикрывать отход. Как Гораций на мосту, помните?
И прежде чем Джулия собралась с мыслями, широкоплечий незнакомец в темносером
гидрокостюме, избавивший их всех от ужасной смерти, отвернулся от нее,
бросился в воду и исчез во мраке.
Дэнь Чжу так перепугался, что чуть не обделался со страху. Целиком
сосредоточившись на управлении катамараном, он совсем забыл об отправленных им
на бак наблюдателях и, как следствие, пропустил момент их гибели. Обнаружив трупы
уже на подходе к пирсу, шкипер запаниковал. Он никак не мог позволить себе
вернуться на базу с докладом о необъяснимой потере сразу двух бойцов, павших от
руки неизвестного противника, оставшегося при этом не только безнаказанным, но и
незамеченным. Дэнь прекрасно знал, что хозяин подобных ошибок не прощает, а
провинившегося ожидает такое наказание, что лучше сразу пустить себе пулю в лоб.
У него теперь оставался только один выход: любой ценой отыскать убийцу,
захватить его живым или мертвым - предпочтительно мертвым, чтобы не сболтнул
лишнего! - и представить в качестве доказательства своей невиновности. Можно
даже и повышение получить, если расписать все как следует. А двое оставшихся в
живых охранников подтвердят его рассказ - куда им деваться, коли шкура дорога!
Приняв решение, Дэнь начал срочно претворять его в жизнь. Первым делом он
связался с Ханем и попросил снова включить освещение и прочесать поверхность
озера прожекторами. На вопросы начальника охраны отвечать не стал, сославшись на
то, что сам пока до конца не разобрался, и повесил трубку. Одного из двоих уцелевших
членов экипажа направил на корму, другого на нос, приказав обоим залечь и снять
оружие с предохранителей. Когда лучи мощных прожекторов суматошно заметались
над водной гладью, Дэнь почти сразу засек несколько человек, выбирающихся из воды
на восточный берег озера. Прильнув глазами к окулярам бинокля, он с ужасом опознал
в них тех самых иммигрантов, которых его подчиненные полчаса назад отправили в
последнее путешествие. Но как они сумели избавиться от груза и выплыть? Дэнь
моментально пришел к выводу, что тут не обошлось без постороннего вмешательства.
Кто-то наверняка пришел к ним на помощь. И вероятнее всего, группа специально
обученных боевых пловцов, возможно даже, пресловутых "морских котиков" -
элитного подразделения боевых пловцов США.
Мысли Дэнь Чжу завертелись с удвоенной скоростью. Беглецов необходимо
срочно перехватить и вернуть. Если хоть один из них доберется до властей, всему
конец. Господин наверняка разгневается и распорядится утопить всех виновных,
предварительно подвергнув их жестоким пыткам. Еще раз внимательно осмотрев
прибрежную полосу, шкипер насчитал около дюжины мужчин, женщин и детей - кто
пошатываясь, кто на четвереньках, кто ползком, - пытающихся добраться до леса.
Подгоняемый страхом за собственную ш
...Закладка в соц.сетях
