Жанр: Боевик
И возьми мою боль
...дел, как из подъезда мрачно и торжественно вышел Наум
Киршбаум. И, не глядя по сторонам, зашагал куда-то.
"Почему они его отпустили? - мелькнула у него подлая мысль. - Или он
действительно сумел с ними договориться?" К ним подбежал один из боевиков из
первой машины.
- Поднимайтесь наверх, - приказал он, - все вместе. Боевики грубо вытащили
Сыроежкина из машины, втолкнули в знакомый подъезд. Они поднялись по лестнице. В
квартире их ждал Мироненко. Увидев своего пленника, он кивнул ему, подмигивая:
- Твой старик раскололся, - сказал он, - девушка у него. Я знал, что он
скажет правду.
- Какую правду? - не понял Леша.
- Он знает, где она находится. Сегодня утром он заказывал для нее паспорт.
- Он знает? - изумленно переспросил Сыроежкин.
- Ну да. Он все знает. Хитрый старик.
Может, он действительно знает, подумал Сыроежкин. Значит, дядя Наум его
обманывал. Вот старый негодяй. Но как он может знать, ведь девушка сбежала из
дома еще рано утром. Ничего не понятно, подумал Сыроежкин.
Старик уходил от дома легко и быстро, как обычно ходил в молодые годы. Он
заметил, что за ним едет машина и идут двое. Но только улыбнулся, не
оборачиваясь. Он жил в этом городе много лет и знал все соседние дворы и дома.
Пройдя метров триста, он вошел в один из подъездов и исчез. Его преследователи
вбежали в подъезд следом и никого там не нашли. Подъезд оказался с двумя
выходами. Один вел в многолюдный двор. Выбежавшие туда боевики не смогли найти
старика. А никто из ребят, игравших во дворе, его не видел.
Они искали около пятнадцати минут, а потом вернулись к своему автомобилю.
Им пришлось позвонить и доложить Мироненко о постигшей их неудаче. Разъяренный
Мироненко наорал на нерадивых подчиненных, но тут же отключился, решив
подождать. Ровно через полчаса раздался звонок. Мироненко схватил трубку.
- Это говорю я, - узнал он голос Наума. - Вы привезли Лешу?
- Иди поговори со своим благодетелем, - грубо сказал Мироненко, протягивая
трубку Сыроежкину.
Кто-то толкнул Лешу в спину. Он взял трубку дрожащими руками.
- Дядя Наум, - вибрирующим голосом заныл Леша, - простите меня.
- Ничего не бойся, Леша, - твердо сказал Наум. - Все будет хорошо.
Мироненко выхватил трубку.
- Полчаса уже прошли, - грозно сказал он, - когда ты сюда приедешь?
- Через пять минут, - ответил Наум, - ровно через пять минут.
Мироненко положил трубку и вышел в другую комнату с одним из боевиков.
Сыроежкин, сидевший у дверей, услышал его приглушенный голос:
- Когда придет этот ювелир, уберешь его вместе с этим типом. Сделай так,
чтобы было похоже на ограбление. Пусть решат, что этот тип хотел ограбить
ювелира и они убили друг друга. Можете даже пошарить по квартире. Но только не
оставляя следов. Здесь есть чем поживиться, хотя старик очень осторожен. Он
ценных вещей дома не держит.
От ужаса Сыроежкин хотел закричать, но благоразумно промолчал. Он понял,
что их участь решена. Как глупо они попались.
- А девушка? - спросил боевик.
- Девушку не трогать, - продолжал Мироненко. - Она уйдет вместе со мной.
Сыроежкин закусил губу. От страха у него дрожали ноги.
ГЛАВА 21
После того как неизвестный догнал ее и грубо схватил сначала за плечо, а
потом за руку, Ирада замерла от ужаса, решив, что они станут убивать ее прямо на
улице. Но затормозившая машина с сотрудниками милиции вынудила бандитов
отвлечься. А потом началось самое ужасное. Швырнувший ее на асфальт бандит в
упор расстрелял сидевшего за рулем офицера. Она видела, как вздрагивало пробитое
тело, когда в него попадали пули бандита.
Ирада сообразила, что внимание обоих отвлечено, и, вскочив на ноги,
побежала в другую сторону. Она слышала за спиной крики и вжимала голову в плечи,
убежденная, что они будут стрелять ей в спину. Но они не стреляли.
Она бежала долго, очень долго, пока наконец не увидела станцию метро.
Обернувшись и не видя своих преследователей, она вбежала в вестибюль станции.
Денег у нее уже не было, но она подбежала к стоявшей в стеклянной будке старушке
и остановилась, тяжело дыша.
- За мной гонятся, - сказала она, - можно я пройду в метро? У меня нет
жетона.
- Пойди и купи, - сказала желчная старушка, даже не посмотрев в ее
сторону.
- Они за мной гонятся! - закричала Ирада и, толкнув старушку, побежала к
эскалатору.
- Стой, - грозно послышалось за ее спиной, -стой, тебе говорю!
Но девушка уже бежала вниз. Старушка крикнула еще раз и погрозила ей
сухоньким кулачком. После чего снова уселась на свое место. Здесь иногда
хулиганили молодые люди, перепрыгивавшие через турникет. Она многого
насмотрелась за годы работы в метро. Поэтому старушка тут же успокоилась и уже
не думала о девушке.
В метро было спокойнее. Ирада несколько раз пересаживалась на разных
станциях, стараясь запутать следы. И наконец, успокоившись окончательно, уселась
в углу, тяжело задумавшись. Снова хотелось пить. И она почувствовала, что сильно
проголодалась. Девушка все еще не могла прийти в себя.
Ей казалось, что достаточно выйти на кого-нибудь из знакомых отца, и все
ее неприятности закончатся. Она вспомнила, как позвонила, как ей ответил
знакомый голос. Как говоривший с ней пообещал приехать. И как потом за ней
приехали совсем другие люди. От напряжения болела голова, она закрыла глаза,
чтобы сосредоточиться.
Почему не приехал он сам? Почему не прислал кого-нибудь из друзей отца?
Почему вместо них приехали бандиты, которые наверняка участвовали в нападении на
дачу? Она пыталась понять логику происходящего. Голубая "Тойота" стояла недалеко
от офиса компании ее отца. И она явно приехала за ней. Получается, что кто-то
вызвал машину, которая находилась ближе всего к ней. Но кто мог знать о ее
разговоре с этим человеком?
Она вспомнила, как он просил ее пройти на улицу Ляпунова. "Почему он
попросил меня завернуть туда? - вспомнила девушка. - Он ведь мог встретить меня
у офиса компании. Там всегда много людей. Или он боялся голубой "Тойоты"? Но
тогда почему за мной приехала именно эта "Тойота"? Получается, что человек, с
которым я разговаривала, и вызвал эту "Тойоту".
От ужаса Ирада затаила дыхание. В это трудно было поверить. Если этот
человек предатель, то становится понятным, почему за ней приехали бандиты. Но
тогда он может предать и остальных. Она вскочила...
Нужно предупредить о его предательстве! Нужно обязательно предупредить.
Она посмотрела по сторонам. Вокруг сидели люди. Она увидела их уставшие лица и
снова села на место. Нужно найти способ предупредить о том, что этот человек
предатель. Кого предупредить? Он сказал, что отец жив. Но он мог и соврать. Кому
она может поверить, если даже человек ее отца оказался предателем.
Ирада стиснула руки. Она не знала никого в этом страшном огромном городе.
Потом она вспомнила о том, что говорил ей отец. Он сказал, что среди его людей
есть один - не чеченец, которому он доверяет. И этот человек был Слава
Стольников. Отец много о нем рассказывал. Он, кажется, бывший сотрудник милиции.
Значит, нужно найти его.
Она вспомнила, как был одет Стольников. Как он выглядел. Она видела его
только один раз. В аэропорту, когда он их встречал. Но запомнила его лицо из-за
слов отца. Значит, нужно найти Стольникова. Она хотела посмотреть на часы, но
вспомнила, что часов у нее уже нет. Можно было бы вернуться к ювелиру, вздохнула
девушка. Но она не знала адреса, а дом так и не успела рассмотреть. А запах пота
и лука помнила очень хорошо. При одном воспоминании об этом она поморщилась.
Скоро будет совсем темно. Из метро ее выгонят. Куда ей идти? Утром она
может узнать через адресное бюро, где живет Стольников. Но ей нужно будет
заплатить за услугу. А у нее нет Денег. И где найти адресное бюро? Как ей
отыскать этого Стольникова? Она вдруг подумала о Турции. Там в доме тети на
телефонном столике лежал блокнот, где записаны все телефоны отца. В том числе
должен быть и телефон этого Стольникова. Но как дозвониться в Турцию? Может,
действительно поехать в турецкое посольство? Кто ее туда пустит? Что она скажет
сотрудникам? Да и ночью посольство, наверно, закрыто.
От напряжения болела голова. Она все еще пыталась придумать что-нибудь,
как-то вырваться из этого замкнутого круга. Но сначала нужно придумать, где она
будет ночевать. Это сейчас самое главное. Она ощущала себя почти голой и
беззащитной. И с каждой минутой становилось все страшнее и страшнее.
- Конечная, - объявили по радио, и пассажиры поспешили на выход. Она тоже
поднялась. Это была станция "Новогиреево". Она встала на эскалатор, все еще
ничего не соображая. Наверху уже смеркалось. Мимо проходили девушки и ребята,
они весело смеялись, болтали, некоторые ели мороженое. Она сглотнула слюну и
подошла к ларьку, где торговали водой. Долго смотрела на воду и, вздохнув, пошла
дальше.
Она миновала несколько домов и неожиданно увидела длинную трубку шланга,
протянутого к растущим неподалеку кустам. Она оглянулась. Было очень стыдно, но
пить хотелось сильнее. Решившись, она перелезла через небольшой барьер, подошла
к шлангу и, подняв его, стала пить.
Это была самая сладкая вода, которую она когда-либо пила в своей жизни.
Ираде казалось, что она никогда не напьется. Наконец она положила шланг и
счастливо улыбнулась. Все теперь казалось не таким страшным. И даже голод
немного отступил. Теперь нужно было решать, где провести ночь.
Она огляделась. Вокруг высились многоэтажки, обычные бетонные сооружения
новостроя столицы. Они казались мрачными и выглядели совершенно одинаково. Может
быть, в подъезде одного из домов? Она смело двинулась в сторону новостроек,
надеясь, что сумеет найти где-нибудь местечко. В конце концов, темная ночь летом
в Москве длится всего несколько часов. Это она уже знала точно.
Первые несколько домов она прошла не останавливаясь. Было уже совсем
темно, когда Ирада подошла к одному из домов. Здесь было относительно тихо, не
слышалось ничьих голосов. Она осмотрелась и, решившись, вошла в подъезд.
Лестничная клетка была сухой и чистой. Это ее обрадовало. Она поднялась наверх.
Лифт не работал. Но она поднималась по лестнице, пока не достигла последнего
этажа. И только здесь она позволила себе расслабиться, усевшись на ступеньках.
Она устала, но спать не могла.
Она сидела и задумчиво смотрела перед собой. Рядом послышался шум. Ирада
вздрогнула. Снизу поднималась черная кошка. Девушка улыбнулась. Если кот пришел
сюда, значит, все в порядке. Здесь самое сухое и теплое место. Кот, увидев
девушку, замер, долго смотрел ей в глаза, словно спрашивая, как она посмела
занять его место, и, повернувшись, нехотя пошел назад.
Девушка опустила голову на колени и сама не заметила, как заснула.
Проснулась она от сильного толчка. Кто-то будил ее, потряхивая за плечи. Девушка
открыла глаза и, вспомнив, где она находится, испуганно вскочила. Перед ней
стоял молодой человек, немного похожий на того студента, который так благородно
дал ей денег.
- Ты чего здесь делаешь? - насмешливо спросил молодой человек. Ему было не
больше тридцати. Правда, у него не было очков и он уже начал лысеть, но лицо у
него было таким же, как у того студента. И насмешливые глаза. От него пахло
вином и еще чем-то резким. Что-то напоминающее запах краски. Кажется, он был
немного пьян.
Она пожала плечами, не зная, что ответить.
- Давно ночуешь на лестницах? - деловито спросил он, проходя к двери своей
квартиры, находящейся на последнем этаже.
Она по-прежнему молчала. Он достал ключи, открыл двери, потом оглянулся на
девушку.
- Ты что, язык проглотила? - спросил он. - Заходи, чего стоишь. Голодная
небось.
Она покачала головой, и он махнул рукой.
- Как хочешь, - сказал он, - если тебе нравится сидеть здесь, то сиди.
Если захочешь войти - позвони, я открою.
И закрыл дверь. Она посмотрела по сторонам. Он был прав, хотелось есть и
снова хотелось пить. Она сделала несколько шагов вниз по лестнице. Потом опять
поднялась вверх. Она сильно колебалась. Есть хотелось все сильнее. Но воспитание
и привычки оказались сильнее. Молодая девушка не может находиться в квартире с
незнакомым мужчиной. Эта заповедь впитывалась с молоком матери. Заночевать у
восьмидесятилетнего ювелира или остаться на даче врача, который уехал, - это
одно. А постучаться самой в квартиру молодого человека - это совсем Другое. Но,
с другой стороны, у нее просто нет иного выхода.
Она подошла к двери. Подумала немного. Подняла руку, снова опустила, снова
подняла. И позвонила. Он открыл дверь не сразу, словно долго шел по небольшой
квартире.
- Заходи, - сказал он, посторонившись.
- Нет, - возразила она, - простите меня. Вы не могли бы одолжить мне
немного денег? Я вам верну. Вы только напишите свой адрес.
- Немного, это сколько? - спросил мужчина.
- Я не знаю. Мне нужно позвонить, - призналась девушка.
- Заходи и звони, - пригласил мужчина.
- Нет, - испуганно сказала Ирада, - вы не могли бы принести телефон сюда?
Она привычно считала, что телефон можно переносить с места на место. Но он
оглянулся и покачал головой.
- У меня короткий шнур, - признался он, - сюда не дотянется. Я не понимаю,
ты что, боишься меня?
Девушка смущенно кивнула.
- Тогда, конечно, это сложно. Ладно, подожди. Он прикрыл дверь и ушел в
другую комнату. Затем появился, протягивая деньги.
- Десять тысяч. Тебе этого хватит?
- Спасибо, - нерешительно подняла она руку. - Дайте мне ваш адрес и
фамилию.
- Зачем? - удивился он.
- Я верну вам деньги через два дня.
- Не нужно, - улыбнулся он, - это не такая сумма, чтобы беспокоить такого
занятого человека, как ты. Ты все-таки не хочешь войти?
- Нет, - твердо сказала девушка, сжимая купюру.
- До свидания, - кивнул ей незнакомец.
- Спасибо вам, - поблагодарила его девушка.
- А есть ты не хочешь? - спросил он напоследок. Она очень хотела сказать,
что не хочет. Очень хотела. Она не должна была хотеть есть. Но она хотела. И она
кивнула головой, сознавая, что поступает неправильно.
- Заходи, - широко улыбнулся он, - у меня есть консервы. И хороший сыр.
Она все-таки вошла в эту квартиру. Может быть, сыграла роль купюра,
которую он дал ей без всяких возражений. Может, то обстоятельство, что он был
похож на студента, оказавшего ей такую помощь. Но она вошла в квартиру. Он
закрыл дверь и показал на кухню.
- Пошли, поужинаешь.
- Можно я помою руки? - спросила она.
- Можно, можно. Там туалет и ванная, - махнул рукой хозяин квартиры.
Через пять минут она уплетала горячую яичницу, закусывая рыбой и сыром,
которые он достал из холодильника. Глядя, как она жадно ест, он усмехался. Она
пока не могла увидеть в его насмешливом, чуть пьяном взгляде того вожделения,
которое сразу же выдает настроение мужчины,
- Выпить хочешь? - спросил он.
Она кивнула, и он достал бутылку водки, усаживаясь напротив. Она
посмотрела на него изумленным взглядом.
- Я не пью спиртного, - прошептала девушка, - я хотела воды.
- Может, ты еще и не куришь? - спросил хозяин квартиры. - Если окажется,
что ты еще и девственница, я поверю в чудо. Ладно, вот тебе вода. Повернись. Там
за твоей спиной стоит бутылка с кипяченой водой.
Девушка повернулась и взяла бутылку.
- Спасибо, - благодарно сказала она.
- Хочешь посмотреть мои рисунки? - вдруг спросил он.
- А вы художник? - значит, она правильно почувствовала этот запах краски.
Значит, он действительно был художником.
- Немного, - улыбнулся хозяин дома, - тебя как зовут?
- Ирада.
- Я так и подумал, что ты не русская. А меня Савелием.
- У вас есть телефон? - решилась девушка.
- Зачем тебе?
- Мне нужно позвонить в адресное бюро.
- В коридоре, - показал он на столик. - Ты знаешь полное имя того, кого
ищешь?
- Нет, - растерялась девушка, - только имя и фамилию.
- Тогда адреса не дадут, - сказал Савелий. Она задумалась.
- Можно я позвоню в Стамбул? - нерешительно спросила она.
- Куда? - изумился художник.
- В Стамбул, в Турцию. Я скажу, чтобы разговор оплатила Другая сторона, -
торопливо добавила Ирада.
- Тогда звони, - удивился художник еще больше. Она вскочила и побежала в
коридор. Начала быстро набирать номер. Она хорошо помнила и код страны, и код
города. Трижды набор срывался. Он вышел в коридор и смотрел на нее. Девушка
нервничала, хмурилась, волосы падали на лоб. Наконец с четвертого раза она
попала.
- Здравствуй, тетя, - закричала Ирада.
- Вай, Ирада, - заплакала тетя. - Где ты находишься, откуда звонишь? Все
твои родные с ума сходят.
- Я у знакомых, - она говорила по-чеченски, и хозяин дома ничего не
понимал, - у меня мало времени, тетя. Пусть разговор будет за ваш счет, вы его
оплатите. Только быстрее.
- Как мы его оплатим, - удивилась тетя, - ты ведь сама к нам позвонила.
- У меня мало времени, тетя, - крикнула девушка, - вышлите мне триста
долларов на предъявителя. Хотя нет, без паспорта мне их не дадут.
- Твой дядя Адалят сейчас в Москве. Он полетел к твоему раненому отцу. Где
ты находишься? Что мне им сказать?
- У друзей, - торопливо сказала девушка, - я тебя прошу, тетя, найди
справочник отца.
- Какой справочник?
- Такую желтую книжку.
- Он забрал ее с собой. Что сказать Адаляту? Девушка закусила губу. Она
чуть не плакала. Потом вдруг решилась.
- Позвони ему, - сказала девушка, - пусть он найдет Стольникова. Запиши -
Стольникова. И пусть приедет вместе с ним за мной. Но только вдвоем. Чтобы они
никого больше не брали. Ты понимаешь, тетя, никого!
- Да-да, все понимаю. Ты где?
- Который сейчас час? - спросила девушка у хозяина квартиры по-русски,
- Половина четвертого утра, - посмотрел он на часы.
- В пять часов утра я жду их у станции метро "Новогиреево". Запиши
название - метро "Новогиреево", - она сказала по буквам, - не перепутай, тетя.
Позвони им.
- Ты сама можешь им позвонить, - вдруг сказала тетя, - я могу дать тебе
телефон.
- Да, - согласилась девушка и вдруг вспомнила о человеке, оказавшемся
предателем. А вдруг он будет там рядом с другими? - Нет! - крикнула она. - Звони
ты сама. И скажи, чтобы они ничего и никому не рассказывали. Ты меня понимаешь?
- Понимаю.
- Какой у них телефон в Москве?
- Сейчас, сейчас, - заторопилась тетя и через минуту продиктовала номер.
Ирада закрыла глаза, запоминая.
- До свидания, - сказала она и положила трубку. Потом взглянула на
художника. Поправила волосы. Майка после горячей еды и нервного разговора
прилипла к телу. Под ней отчетливо проступали ее груди.
- Спасибо вам, - сказала она хозяину дома.
- Так ты не хочешь посмотреть мои рисунки? - иронически просил он.
- Да-да, конечно, - сказала девушка, решив, что можно задержаться еще на
полчаса. В конце концов, он был так любезен с нею.
Художник повел ее в комнату. Повсюду висели его рисунки.
В основном они были эротического плана, и девушка сильно смутилась, даже
покраснела. Но один рисунок ей понравился. Это были наброски линий переплетенных
тел мужчины и женщины. Она замерла около рисунка, когда вдруг почувствовала, как
он встал за ее спиной.
- Нравится? - спросил он.
- Да, - кивнула она, - интересно. И вдруг почувствовала на своей груди его
руки. Она вздрогнула. Он прижал ее к себе, больно тиская грудь.
- Мы можем так же, - шепнул он ей в ухо.
Прошло еще пять минут, и снизу позвонил один из оставшихся в автомобиле
боевиков. Они стояли на другой стороне улицы, напротив дома ювелира.
- Он пришел, - доложил бандит Мироненко.
- Один?
- Да, один.
- Сукин сын, - пробормотал Мироненко, - решил обмануть. Приготовьтесь, -
приказал он своим людям.
В дверь позвонили. Мироненко сам пошел открывать.
- Ты один? - криво улыбнулся он хозяину дома.
- Она здесь, - твердо сказал Наум. - Но я хочу иметь гарантии.
- Все торгуешься, старый друг, - понял Мироненко, -все боишься прогадать.
- А как бы ты поступил на моем месте? - спросил старик. - Смотри, сколько
людей ты нагнал в мою квартиру. У меня столько гостей за полвека не было.
- Ладно, ладно, где девушка? - спросил Мироненко. Но старик, отодвинув его
в сторону, прошел к столу, где сидел Алексей Сыроежкин.
- Здравствуй, Леша, - печально сказал он. Тот молча кивнул ему. От страха
он не мог выдавить ни слова.
- Я ведь тебя предупреждал, - печально сказал старик. - Почему ты меня не
послушал?
Сыроежкин дергался, пытаясь что-то сказать, но так ничего и не мог
вымолвить.
- Господь карает человека, отнимая у него разум, - изрек словно размышляя,
старик, - от жадности ты потерял голову Леша, предал меня, старого друга твоего
отца, чуть не погубил девушку. Как ты мог, Леша, как ты мог стать таким? Если бы
твой покойный отец узнал о том, каким ты стал, он бы умер второй раз.
- Хватит, - рявкнул Мироненко, - где девушка?
- В соседнем доме, - вздохнул старик, - если хочешь, пойдем за ней вместе.
Но сначала пусть твои боевики выйдут из дома. Иначе я вас туда не отведу. -
Хорошо, - согласился Мироненко, - но это твое последнее условие, которое мы
выполняем. Слышишь, Наум, последнее.
- Пошли, - сказал он, кивая боевикам, - а ты останься, - показал он на
Лешу. И вдруг остановился.
- Нет, - вдруг сказал он. - Так неправильно. Почему мы должны верить тебе
больше, чем ты нам? Двое останутся здесь. Я вам позвоню, если все будет в
порядке.
И он подмигнул тому, кого отзывал в соседнюю комнату.
- Дядя Наум, они вас обманут, - сумел наконец закричать Сыроежкин и тут же
получил короткий болезненный удар по шее.
- Нет, - твердо сказал старик, - господь не позволит им этого сделать.
Пойдем, Гриша, нас с тобой ждут.
Первым из квартиры вышел один из боевиков. За ним вышли Наум Киршбаум,
Григорий Мироненко и второй боевик. Двое других остались в квартире вместе с
Сыроежкиным.
- Поедем в лифте? - спросил старик.
- Давай спустимся по лестнице, - улыбнулся Григорий, - в твоем возрасте
полезно ходить.
- В моем возрасте уже нужно умирать, - заметил старик.
- Ну это ты всегда успеешь сделать, - усмехнулся Мироненко, доставая
телефон и набирая номер оставшихся в машине. - Чего они так долго не отвечают? -
буркнул он с раздражением. Наконец кто-то ответил, и он нервно спросил: - У вас
все в порядке?
- Все нормально..
- Мы выходим, - он отключился и еще раз улыбнулся старик.
- Все проверяешь? - угрюмо спросил Наум.
— Время такое сложное, - серьезно ответил Мироненко, - Доверять никому
нельзя.
Они спустились по лестнице. Первым из подъезда вышел один из боевиков. Он
оглянулся и сказал:
- Все в порядке. Они вышли на улицу.
-Ты прав, - сказал поворачиваясь к Мироненко, старик, - время сейчас
плохое. И сегодня не твой день, Гриша.
Мироненко не успел даже ответить. Внезапно со всех сторон на них
повалились какие-то люди. Они появились неожиданно и в таком количестве, что его
боевики даже не успели оказать сопротивления. Рядом затормозили два автомобиля.
Из них выскакивали сотрудники милиции.
- Быстро наверх, - приказал руководивший операцией полковник, показывая на
окна квартиры ювелира, - там в квартире еще остались люди.
Сразу пять человек побежали по лестнице. Григорий с изумлением смотрел,
как его людей выводили из первой машины.
- Ты... - зашипел он, поворачиваясь к Науму, - ты... милицейская сука,
подставка, я тебя...
- Нет, Гриша, - сказал старик, - я не сука. Я ничего не нарушал. Это ты
нарушил наши правила. К тебе человек принес часы, а ты отобрал их, не заплатив
ему за его вещь. И самого его хотел убить. Мы так не поступаем, Гриша. Ты ведь
знаешь наши правила, клиента можно обмануть, но убивать или грабить нельзя. Есть
законы и в вашем воровском мире, Гриша. А ты их нарушил.
- Ух ты!.. - рванулся к нему Мироненко. Старик даже не шевельнулся.
Спецназовцы надели на Мироненко наручники. Сверху раздалось несколько выстрелов.
- Быстрее, - закричал кто-то сверху, - у нас есть раненые. Быстрее врача.
Наум стоял перед машинами, спокойно наблюдая, как арестованных боевиков
рассаживают по машинам. Подъехал автомобиль "Скорой помощи". Сначала вынесли
носилки, на которых стонал тяжелораненый бандит. На вторых носилках лежал
Алексей Сыроежкин. Он глухо стонал. Его ранили в живот. Наум подошел к нему.
- Вот видишь, дядя Наум, как все получилось, - попытался улыбнуться
Сыроежкин, - ты был прав, я не сумел устоять.
- Как же ты так? - наклонился к нему старик.
- Он услышал, как мы открываем дверь, и бросился к окну. Ну, в этот момент
один из бандитов и выстрелил, - пояснил сотрудник спецназа. - Мы, конечно, тоже
стреляли, но чуть позже. И зачем он так дернулся, непонятно. Мы бы их и так
взяли, спокойно, без суеты.
- Нет, - сказал Сыроежкин, - так должно было быть. Ты меня прости, дядя
Наум. И за часы, и за девушку.
- Несите, несите носилки, - закричал кто-то, и носилки потащили к машине.
Киршбаум стоял не двигаясь. К нему подошел полковник.
- Поедемте с нами, Наум Аронович, - попросил он, - понадобятся ваши
показания.
- Да, конечно, - кивнул ювелир, поворачиваясь к полковнику. - Спасибо вам,
вы все сделали правильно.
- Это вы сделали правильно, что пришли к нам, - улыбнулся полковник, - мы
этого Мироненко уже два года зацепить пытались. Но он все время уходил. А вот
теперь попался и уже не отвертится.
Они сели в машину.
- Я все-таки не все понял, - сказал полковник, - они привезли к вам часы,
которые оказались у Сыроежкина, и самого Сыроежкина. А при чем тут девушка, про
которую вы говорили?
- Это ее часы, - пояснил старик, - они и приехали, чтобы я ее нашел. Они
искали девушку. Просто у нас было мало времени, и я не мог вам все объяснить
подробно.
- Понятно, - весело кивнул полковник. Он был молодой и красивый. И ему еще
нравилась его работа. - А где девушка? - спросил он, улыбаясь.
- Ее нет. Она ушла сегодня утром, - ответил ювелир. - Я подозреваю, что
она сбежала из дома.
- Сейчас многие бегут, - отмахнулся полковник, - найдется. Главное, что мы
Мироненко взяли.
Всю дорогу Наум молчал, глядя в окно. Когда они вышли из машины, он сказал
полковнику:
- Нужно будет эту девушку найти. Мироненко говорил мне, что они назначили
награду за ее голову.
- Найдем, - горячо заверил его полковник, - раз Мироненко взяли, то теперь
все б
...Закладка в соц.сетях
