Жанр: Триллер
Эссе 3. Политбюро.
...наша церковь вела, как прежде, всю
Европу к благородным целям? Где вообще эти цели? Где личности? Где божественные
порывы? Где блеск стали в проведении веры и Божьих помыслов? Где всё это? -
Понтифик вскочил со своего золочёного кресла и вскинул руки к небу провозглашая
святую мысль, пришедшую в его голову:
- Я объявляю новый крестовый поход! Я намерен возглавить тотальное давление на
православие! Кто, если не я?! - И посмотрев на секретаря, добавил: - Объявите эту весть
Понтификату.
- Вы как всегда мудры, Ваше Святейшинство, - ответил, поклонившись, тот. - Но,
надеюсь, Крестовый поход поведется в завуалированной форме, в формате 21 века, в
соответствием с нормами отношений в мире, сложившимися за последние столетие?
- Нет!!! Хватит католического нытья и проповедного бормотания! Русские идут!!! Это
видно даже слепому. - Опустился в кресло и мрачно заключил: - И я намерен их
остановить. Никаких дипломатических причитаний больше в Ватикане не будет. Вы
знаете, как меня избрали?
Секретарь испуганно кивнул. Понтифик продолжил:
- Как меня избрали, так я и буду действовать. Секретный меморандум уже разослан во
все уголки христианского мира. Даю один экземпляр и вам. - Протянул секретарю
скрученный в трубочку лист пергамента. Тот развернул и стал читать. Через некоторое
время поднял глаза на понтифика.
- Ваше Святейшество, вы уверены что такая политика пойдёт на пользу католическому
миру и Ватикану?
- Создавай разрушая. Это слова Иисуса. Я следую его инструкциям.
- Господи, Ваше Святейшество, я не очень понимаю какие будут последствия в смысле
созидания?
- Поэтому вы и не понтифик, Джордано. Над Наполеоном тоже смеялись, когда он был
сержантом. Но потом тот смех вышел юмористам боком. Ну?!!
- Я полностью вас поддерживаю и Секретариат тоже, - торопливо ответил секретарь и
поклонился.
- Вот так-то лучше. - Прошелся по кабинету и сказал: - Ещё раз тщательно проверьте
помещение на предмет наличия прослушивающей аппаратуры. Если русские нехристи
сумели отключить интернет, то от них можно ожидать чего угодно. - Он опять в упор
посмотрел на секретаря. - Девяносто процентов наших проповедей интерактивного
влияния и нейролингвистического программирования паствы распространялось
интернетом. Православная Москва нанесла нам удар ниже пояса. Вы видите, что
происходит в мире? Это славянская экспансия. Сначала они сбивают американские
самолёты, с католиками за штурвалом и в небе католической Украины, а затем вообще
обрушили основу глобализма, этот сакральный символ -WWW. Что мы из себя
представляем без глобального воздействия на тёмную массу, одержимую бесноватым
стремлением к наживе? Что?
- Я с вами полностью согласен, - быстро проговорил секретарь.
- Я с собой тоже согласен. Крестовый поход начался!!!
13.
- Все мы знаем, что миром управляют сумасшедшие. Решение понтифика католической
церкви начать Крестовый поход против православия - подтверждение тому. Мир
стремительно несётся к своей переполюсовке. Мы к ней готовы, - сказал Абсолютный
Магистр конфессии Сатанистов обращаясь к своим тринадцати апостолам. - Ядерная
бомба, вмонтированная в сердце России, в Киеве, скоро детерминирует необратимые
процессы, которых наша церковь ждёт достаточно долго. Главный успех достигнут -
христиане вот-вот сцепятся друг с другом. Они готовы выполнять заказ нашего
Основателя и поэтому, - Магистр внимательно посмотрел на тринадцать человек,
внимавших ему, - и поэтому я познакомлю вас с оперативными разработками, а не
теоретическими проблемами которые, как вы видите, решаются без нашего
вмешательства. Единственная политическая и духовная сила, не поддавшаяся внедрению
наших агентов, это Политбюро. В свете наступающих событий мне уже не интересно, что
думает президент США или президент России. Меня больше интересует нарастающее
доминирование Политбюро как силы, интегрированной неведомо куда. А поэтому весьма
опасной для Церкви. После киевского взрыва в мире начнётся цепная реакция с
достаточно предсказуемыми последствиями. Мы к этому готовы. Но Политбюро может
внести свои коррективы. Я не ожидал, что эта секта имеет доступ к оружию, основанному
на синтезе и анализе атомного ядра. - Поправил корону. Продолжил: - Во избежание
нанесения удара по Церкви, необходим превентивный удар. Совпадающий с крестовым
походом. Наши агенты потомственного укрытия завтра, сразу после объявления
Крестового похода и взрыва в Киеве, сделают пуск десятью ядерными боеголовками по
Москве и Глухову. Вам известно, почему мишенью стал этот крошечный украинский
городок. Одновременно удар нанесётся по Вашингтону, Лондону, Парижу, Пекину, ТельАвиву,
Сеулу, Дели и Исламабаду. И всё это произойдёт под знаменем Крестового похода.
Этот недоумок из Ватикана сам напросился на такую расстановку фигур в этой
шахматной партии. Агенты Церкви, командующие субмаринами, по моему указу
перекодировали цели и мне остаётся только дать команду. - Магистр опустил руки к
земле и громовым голосом произнёс: - Что я и сделаю во имя Святого Люцифера
возвращающегося из тьмы после долгих времён несправедливых гонений. Сатан!
- Сатаааннн!
- Сатан!
- Сатаааннн!
- Сатан!
- Сатааааааннн!!!
- Мда, - проговорил Седой, усевшись за круглый стол, где сидели участники захвата
Киево-Могилянской академии. - А, собственно, что в тут делаете?
Леся указала на бейджик, висящий у неё на груди. Там было написано: "Всеукраинская
конференция института лубяных культур".
- Мы - делегация, - сказала. - Француз - профессор, Димедрол и Парковщик - микробиологи,
изучающие влияние тетрогидроканабинола на ключевые участки мозга. Я -
администратор нашей делегации.
Седой с изумлением слушал эту галиматью.
- И чья идея? Впрочем, о чём я. Можете не отвечать.
- Да, полковника Дубины. Мы находимся в составе вашей группы.
- А как это вы прибыли? Какого чёрта я тогда прыгал с парашютом?
- Вова, мы приехали вчера из Берна. Там проходил аналогичный симпозиум, - ответил
Француз. - Операция ведётся уже несколько дней, но всё изменилось после поступившей
информации от итальянцев. Планы были другие. В Берне мы были сексопатологами.
Здесь, на данный момент, у нас она задача - ждать вас. Был отдан приказ оставаться в
отеле "Кабан". Потом оборвалась связь.
- Меня уже достал Президент, - пожаловался Димедрол. Угостил его, не подумавши, со
своих рук его пивом. Теперь проходу не даёт.
- Весело живёте, - сказал Моня. - Свиней пивом поите. - Обернулся к Седому. - Так ты
знал о каком кабане идёт речь?
- Догадывался. А Гитлер к вам в гости не заходил? - обратился к Лесе.
- Я не знаю, кто это такой. Но в городе полным - полно всякого сброда. Так сказал
Капуста. Он местный. А неместных, говорит, как котов недоеденных.
- Верно говорит, - вставил слово Капуста, наливающий очередное пиво для Президента.
- Ну, вы ладно. Конференция. В лубинституте она идёт почти круглый год. Но геологи по
разработке месторождений меди и олова? В Глухове? И это не всё. Театр какой-то
альтернативный приехал. Говорят, все артисты - клинические душевнобольные. Это в
Европе новая волна. Ну, а наши, наверное, опыт перенимают. Представления этого театра
происходят не в зале, как обычно, а где угодно. Хоть на лесоповале, хоть на базаре или
даже в общественном туалете. Это у них называется полный уход в реальность. Изменение
реальности субреальными методами, ну и прочий, подобный, бред. Я пил пиво с
руководителем этой группы. Они даже друг с другом не встречаются. Бродят по городу
самостоятельно, каждый сам по себе, и так сказать, гонят дуру. Сценарий, считает
режиссер, активируется сам по себе. Но ночью, в определённое время, секунда в секунду,
глядят на луну и чувствуют - они все вместе.
- Вот это идиоты, - прокомментировал Моня. - И им платят деньги?
- Руководитель говорит, что платят. Спонсоры новой волны. Из Лос-Анджелеса.
- Всё понятно, - Сказал Маринин и посмотрел на Седого. - Вова, а мы с этими
придурками ещё и разговаривали. Деньги платит - понятно кто. Американская сволочь
через подставные фонды раз вития цивилизации. Капуста, - обратился он к хозяину
заведения, - если увидишь здесь этих клоунов, натрави на них Президента.
- Опасно, - ответил, поправляя передник, хозяин. - Президент во гневе не управляем.
Могут быть случаи летального исхода.
- Тогда пусть пивом откупаются, - предложил Моня.
- Вот это другой разговор, - оживился Капуста. - Неплохая идея. Хороший вариант.
Свежий полёт мысли. Чувствуется взгляд со стороны. Запустишь внутрь - пусть себе гонят
свою дуру - а обратно только через Президента. Пусть американские спонсоры
откармливают мою свинью. Рентабельность больше двух нулей после единицы
обеспечена. За идею - с меня кофе. - И поставил перед всеми по глиняной чашке с
напитком.
- Мне со сливками, - попросила Леся.
- Мадам! - галантно обратился Капуста. - И сливки и всё, что положено. Пожалуйста!
- Хозяин задвигался, махнув рукой официанту, чтобы не вмешивался. Всех угостил и
ушел колоть дрова.
- Ну? - спросил Седой. Кто представитель?
- Я, - сказал Француз и отдал Седому пакет. Добавил: - Дела сдал, теперь руководи ты.
Пакет вчера вечером привёз посыльный. Между прочим, итальянец и по русски ни бумбум.
- Да ну? - подивился Моня.
- А кто ещё пройдёт через оцепление? - риторически спросил Француз.
Седой минут десять изучал бумаги. Глянул на часы. Пробормотал: " Надо - же, прямо
хроноснайперы". Предложил:
- Давай немного посидим. - И стал пить кофе.
В "православном ресторане" кроме группы полковника Дубины не было никого. Но
клиент появился. Звякнул звонок входной двери и низко, как пещерный лев, захрюкал
Президент. Появился Капуста и запустил гостя. Вошел человек в морской тельняшке и
шортах. Заказал чай и сел в самый угол "православного ресторана". Посмотрел в сторону
" группы Д" и принялся за напиток. Мужчина, с седыми и коротко остриженными
волосами. Внимательные и дружелюбные глаза.
"Я вообще-то, моряк. Пусть и бывший. Но морская душа от моря никуда не уйдёт, хоть
закрути её в банку с песком. Море! Вот и вся молитва. Говорят, что жизнь дерьмо? Это не
правда. Да, сухопутные пешеходы страдают неврозами суши. Но это их беда. Скажет ли
моряк, что жизнь дерьмо? Ни один, начиная с Одиссея", - говорил он Седому, когда тот
подсел к нему за столик и принялся пить чай после обмена паролями. Это был Лион.
" И ты знаешь", - продолжал он в ответ на размышления Седого. " Я пишу стихи. И это
не от печали, но, конечно, и не от жеребячьего оптимизма. Это от понятия, что жизнь
прекрасна во ВСЕХ проявлениях".
- Прочтите, - попросил Седой.
- Ты правда хочешь послушать?
- Ну конечно - же.
- Хорошо, маленькое произведение я исполню. У нас немного времени.
В плену
Судьба навек с тобой связала
Я жизнь свою с тобой делю
Не обнажай сомнений жало
Ведь я люблю тебя, люблю
Как горестны твои упрёки
И всё безжалостней они
Исчезнут радости истоки
Молю - храни ты их, храни
Всё хочется начать с начала
Сомнений сдвинуть пелену
Жизнь безвозвратно пробежала
А я люблю в плену, в плену...
- Только очень прошу, не надо никак комментировать, - остановил Седого Лион.
- Хорошо, - ответил тот. - Но я бы послушал ещё.
- У нас, а вернее - у вас, нет времени. Всё, что нужно, я сказал. Удачи желаю.
И старый моряк направился к выходу. Зашел Капуста и проводил его. Вернулся и
подсел к Седому. Спросил:
- Вам Лион всё передал?
- Да. Связной вы. Когда отправляемся?
- Прямо сейчас, но поехать могут лишь двое. Остальные пускай
отдыхают в номерах второго этажа. Всех служащих я отпускаю домой. Двери закрою, а на
Президента, как на охранника, можно положиться. Я его отвяжу.
Через несколько минут Капуста, Седой и Моня выехали со двора "православного
ресторана" на зелёном джипе и исчезли в неизвестном направлении.
- Знакомьтесь, сказал Капуста. - Маринин и Суворов, представители киевского
Сопротивления. А это - Авраам, Даниил и Виил, - триумвират, представляющий
Политбюро в этом регионе.
Пожали друг другу руки. Седой и Моня недоверчиво глядели на трио. Это были
обыкновенные парни. Пили пиво.
- У вас есть выход на Политбюро? - уточняюще спросил Седой после ряда формальных
фраз.
- У нас есть вход. Выход вам придётся искать самим, - ответил Виил. Судя по
некоторым признакам, в триумвирате он был главным.
Помолчали, испытывающе разглядывая друг - друга. Моня и Седой от предложенного
пива отказались.
- Курите? - задал вопрос Виил.
- Я бросил, ответил Седой.
- Это плохо, -констатировал Виил.
- Я курю, - сказал Моня. - Если нужно для дела, выкурю всю пачку.
- Это хорошо, - ответил Виил. - Проблем с контактом у нас, я думаю, не возникнет. -
Изучающе оглядел Маринина. Спросил:
- Когда-нибудь марихуану употреблял?
- Было дело. Но "трава" меня не берёт.
- Да? - спросил глава триумвирата. - Это мы посмотрим.
Моня поёжился от нехорошего предчувствия. Виил продолжал спокойно пить пиво.
Все молчали. Капуста сказал: " Проверю джип". И вышел.
- У нас не простая "трава", - продолжил тему Виил. - Её бояться не надо. Но и любить
тоже. Она сама по себе. В Политбюро так и говорят: трава - в - себе.
- Да? - спросил Моня. А почему?
- Наверное, дело в себестоимости, туманно ответил Виил.
- Кхм... - обозначил своё присутствие Седой. - Извините, но мы прилетели из Киева как
представители Сопротивления и рассчитываем решить проблему Ликвидатора. Вы, я
думаю, в курсе?
- В курсе, в курсе...
- У нас мало времени, до пуска заряда осталось около суток и тему наркотиков можно
было бы обсудить после решения основных вопросов. Как вы считаете?
- Так же, как ивы. Время имеет свойство уменьшаться.
Авраам и Даниил посмотрели на Виила. Тот спокойно пил пиво. Добавил:
- Но даже его можно остановить. Верно?
Авраам и Даниил молча кивнули и также принялись за бокалы. Моня спросил:
- А какое имеет значение, курим ли мы? Это вы, типа, говорите о погоде?
- Нет, - ответил Виил. - Погода здесь совершенно не при чём. Дело в транспозиции.
- Что? - не понял Седой.
- Транспозиция, это дорога в Политбюро. Путь специфический, не совсем
традиционный. Как вы думаете, почему у нас в городе до этих времён существует и, -
обратите внимание! - работает институт лубяных культур? Кстати, единственный на весь
Советский Союз, - непонятно отойдя от темы спросил глава триумвирата. - А? - И
посмотрел на Авраама и Даниила. Те уставились на Седого.
- Я не знаю, - ответил тот. - При чём здесь вообще конопля?
- Не знают и американцы, вот в чём фокус. Более того, не знаем и мы.
Маринин характерно посмотрел на Седого.
- А о чём мы тогда здесь говорим? - спросил Суворов сурово сунув руки в карманы.
- О способе организовать вашу встречу. - И снова принялся за пиво. Допил и отставил
бокал в сторону. Сказал:
- Мы её организуем. Это наша работа.
Повернулся, открыл стоящий за спиной сейф и вытащил оттуда небольшую плоскую
коробку из красного дерева. Закрыл сейф. Положил изделие на стол и проговорил:
- Совершенно секретный сорт марихуаны используется внешней разведкой России в
исключительных случаях при разрешении проблем стратегического характера. Его
выводили в нашем институте сорок два года. Примерно столько же людей погибло при
испытаниях. Это есть главная цель работы института ради которой он и был создан. Цель,
обозначенная ещё Лаврентием Берией, который сам являлся крупным специалистом в
области наркологии. Официальная же задача академиков из института заключалась в
полной противоположности - снизить уровень канабинола в конопле до нуля. То
добились быстро. Лет за тридцать. Но! - Виил посмотрел на Авраама и Даниила. Те
кивнули головой. - Но и этот и тот сорта, по большему счёту, являлись отвлекающей
подставкой для американо - английской агентуры, не спускающей глаз с института. Самое
глубокое информационное укрытие имели разработки которые проводил неведомо кто. И
даже цель этих работ неведома. Сталин довёл систему закрытого информационного
режима до абсолюта. О результатах неизвестных разработок и возможностях неведомо
чего, изготовленного неведомо кем, мы можем судить только эмпирически, то есть
наугад. А точнее - опытным путём проб и экспериментов. Что мы и делаем. - Авраам и
Даниил кивнули. Виил продолжил: - У нас очень тяжелая работа. Наш триумвират,
помимо всего остального, выполняет роль фильтра. У всех свои функции. Моя функция -
общаться. Функции Авраама и Даниила - другого плана. Слепо глухонемому легче
развлекаться серфингом, чем нам вычислять прорывающегося в Политбюро масонского
выродка. Прошу прощения за эмоцию. Но мы вычисляем. - Авраам и Даниил кивнули. - А
то, что вы здесь, разговариваете с нами, живые и здоровые - это есть очень - очень
большой комплимент человеку открывшему вам дорогу сюда и прошу это оценить по
достоинству, принимая честь оказываемую вам такой, как она есть, - сложновато
закончил фразу Виил. Авраам и Даниил кивнули. Виил продолжил:
- Нашими услугами, посредством сложной, кодированной цепи коммуникаций,
пользуются весьма серьёзные люди, работающие в области психокинеза,
психоантропологии и экспериментирующие с проникновением в Мировую субстанцию. В
частности, многие придворные маги и ясновидящие королей; императоров, президентов и
премьеров. Очень многих. Но это есть просто побочный заработок, идущий на
содержание триумвиратов, подобных нашему.
Виил пристально посмотрел на Седого и обратился к нему:
- Если вы думаете, что я много болтаю, то могу вас успокоить. В этом помещении
лишнего не говорят. У каждого слова своя цель. Даже у этого.
Авраам и Даниил кивнули. Виил продолжил:
- Сдвинутая реальность даёт возможность входа в Субстанцию. Там и есть Политбюро.
По крайней мере так мы думаем и вход гарантируем. А вот выход оттуда вам придётся
искать самим. - Успокоил: - В основном находят.
- Кто они такие, эти парни? Я имею в виду Политбюро, - хрипло спросил Моня.
- А мы откуда знаем? - ответил Виил. - Из нас туда ещё никто не ходил. Мы хранители
"контакта". Мы предоставляем услуги входа. А там - как решит Политбюро.
- Вова, - испуганно сказал Моня Седому. - Я догадываюсь, что будет дальше. Ты же не
куришь. Что делать? Это не парашют и не пулемёт.
Виил тем временем открыл коробку из красного дерева, стоявшую на столе как
гробница Тутанхамона. Внутри, на чёрном бархате, лежала длинная папироса с золотой
надписью по мундштуку: "Герцеговина Флор". Глава триумвирата пододвинул коробку
Маринину.
- Кури, - проговорил. Это есть сверхсекретный сорт который не пробовал никто из нас.
Изделие взвешивается на электронных весах. - Добавил: - МОССАД отдал бы за эту
папиросу парочку израильских поселений. А американцы, возможно, вернули бы Аляску.
- Седой мрачно размышлял. Вздохнул и сказал Маринину:
- Саша, я отвечаю за руководство. Бруклин отвечает за доставку наших тел. А ты у нас
оперативный работник. Оперативность - твоё призвание, твой генотип. Я уверен, ты
найдёшь дорогу назад. Только не забывай инструкцию и полномочия данные тебе. Кури
траву и вперёд. Я буду следить за тобой.
- Да вы не бойтесь, - сказал Виил Седому. - Летальных исходов было очень мало. В
основном расстройства психики. Но это в случае, если Политбюро решит, что контакт
послан масонской разведкой. Они масонов вычисляют моментально. Вы же не масоны? -
испытывающе спросил Виил киевлян. - Ну вот и всё в порядке. - Он закурил сигарету и
меланхолично оглядел десантников.
- Извините, можно уточнить, когда проводился последний контакт? - поинтересовался
Моня.
- В принципе, нельзя. Но я скажу. Предпоследний достаточно давно, а вот последний -
недавно. Несколько дней назад прибыл посланник неких Меровингов из Шотландии.
Хотя говорил по французски. Не знаю, как решалась проблема допуска, но он его
получил. Прибыл представитель и переводчик.
- Ну и как, остались довольны общением? - полюбопытствовал Седой.
- Мы не знаем, - ответил Виил. Переводчик до сих пор в коме, не приходит в себя. А
этот худющий, бородатый шотландец французского происхождения, исчез неведомо куда.
Мы так и не поняли каким образом он скрылся. Нас, в общем то, обвести вокруг пальца
сложновато. - Виил сбил пепел с сигареты, помолчав несколько секунд. -Однако
Меровинг ушёл не попрощавшись. Но с Политбюро он общался и, очевидно,
благополучно. Был в мажоре.
- Как в коме? - со скрытым волнением спросил Моня.
- А так. Лежит, а диагноза никто поставить не может. Здоровый как бык, но спит без
права на пробуждение.
Виил потушил сигарету и налил себе ещё бокал пива. Навязчиво поинтересовался:
- Ну как, будете осуществлять контакт?
- Конечно, будем, -решительно ответил за Маринина Седой. - Но... Ммм... Никаких
гарантий?
- Совершенно. Здесь не контора страхования. Мы что? Мы хранители контакта.
Вопросы физиологического характера не к нам.
Авраам и Даниил кивнули. Седой глянул на посветлевшего Моню и сказал
предводителю триумвирата:
- Нам надо посовещаться.
- Пожалуйста, - ответил тот и взяв на столе громадные наушники, надел их на голову.
Вытащил со стеллажа старинную виниловую пластинку с надписью "DEEP
PERPLE",поставил её на такой же антикварный проигрыватель нажал кнопку и откинулся
в кресле, весь уйдя в процесс восприятия неведомого "DEEP PERPLE". Остальные члены
триумвирата встали и покинули комнату.
- Саша, - обратился Седой к Моне. - Тебе придётся рискнуть.
Маринин молча глядел на командира отряда. Медленно спросил:
- Вова, ты вот так просто готов отправить меня на тот свет?
- Но если Политбюро там, то что же делать? Выход обратно есть, шотландец вернулся
и уже, наверное, купается в своём Лох- Несс.
- Плевать мне на шотландца. Состояние его напарника меня интересует больше.
- Да шпион был переводчик, неужели не ясно? А шотландец приехал с реальным
вопросом. Вот и вся тема, - отвечал Седой, сам себе не особо веря и не зная, что делать.
С минуту оба молчали и разглядывали Виила, вдумчиво ушедшего в виртуальность
"DEEP PERPLE". Наконец Маринин, закурив папиросу, сказал:
- Хорошо, Вова. Я тебя понимаю. Заставить меня принять неизвестное зелье никто не
может. Придётся рискнуть самому. Но обещай мне, что если я окажусь в коме, ты не
оставишь меня здесь, а вывезешь с Бруклиным в Киев.
- Клянусь, Саша! Клянусь! Но не торопись с комой. Скорее всего, это проверка на
нервы.
- Эти трое- те ещё парни. По мордам вижу. Особенно Авраам и Даниил. Я буду всё
время наблюдать за тобой и у меня в кармане " Стечкин- 44". Если случится провокация,
я из этого триумвирата сделаю шпигованный бифштекс. Ты же знаешь, я сумею.
- Знаю, Вова. - Потушил сигарету и напряжённо проговорил: - Я в ловушке. За мной
Подол и Киев. Отступать некуда. Кто, если не я? - Посмотрел на Седого. - Что, не так?
- Так, Саша.
- Значит, придётся курить.
Оба посмотрели на невозмутимого Виила, в такт музыке кивающего головой и не
обращающего на них никакого внимания. Седой помахал рукой перед глазами
представителя Политбюро. Тот снял наушники, положил их на стол и вопросительно
посмотрел на киевлян.
- Мы готовы к контакту, -сказал Маринин. - Курить буду я . Он, - указал на Седого, -
дублёр.
- Ну и прекрасно, - ответил Виил. - Перейдём к процессу. Только подпишите бумагу.
Констатация
Я, ф.и.о., без всякого принуждения и по собственному желанию готов пройти процесс
субстанционного перехода посредством употребления препарата 4ХА22.
Ответственность за побочные явления беру на себя. О возможных побочных эффектах
предупреждён.
Дата. Подпись. Отпечаток пальца.
Моня прочёл листок и поставил закорючку - автограф. Оставил отпечаток.
- В скобках разборчиво напишите фамилию, имя, отчество и дату рождения, - попросил
Виил, забрал бумагу и положил её в сейф. Вернулся к столу и пододвинул "саркофаг" с
"Герцеговиной Флор" к Моне. Проговорил:
- Каждый раз немного завидую. Мне никогда не приходилось её пробовать. Запретный
плод, говорят, не горек. Ну, коллега из Киева, здоровья вам не желаю, а ума - да.
Виил аккуратно взял папиросу, протянул Моне и задумчиво сказал:
- Великолепный дизайн. Берите "ключ" и заходите... Кхм... Туда, не знаю куда.
Маринин заворожено глядел на папиросу как кобра на дудочку факира. Зашли Авраам
и Даниил. Сели каждый в своё кресло и уставились на папиросу, потом на Моню.
- Успокойся, пристёгиваться ремнём не надо, - сказал Виил Маринину, видя его
состояние человека вынужденного принять чашу с ядом. - Ты, Моня, хороший парень. А
людей убивает не внешнее воздействие, а внутренняя злоба. - Авраам и Даниил кивнули.
Виил продолжил: - Эта аксиома не слишком популярна в среде волчьего капитализма, но
этим её действие не отменяется. Возьми, брат, - снова протянул "Герцеговину...". Моня
взял.
- Возможно, постулирование перцепционного изменения произойдёт не сразу, -
непонятно проговорил Виил. - Тогда подождём и попробуем ещё раз.
Он щёлкнул зажигалкой. Маринин прикурил. Ароматный запах конопляного алкалоида
заполонил помещение. Виил ободряюще улыбнулся Моне и показал большой палец- всё,
мол, о`кей, брат. Кури, и не выпадай на измену. Сказал:
- Саша, передавай привет парням с той стороны. Мы с ними давно работаем в
творческом тандеме, но но пообщаться напрямую нет возможности. Статус не позволяет.
А жаль. Авраам и Даниил мне скоро будут сниться. Я все их темы знаю наизусть, а они
мои. Свежая мысль, как и свежая кровь, необходима для предотвращения деградации. Мы
сторонники триединства, в отличие от Мемы. Есть тут у нас такой любопытный
проповедник новой волны. Мема в себе. А мы нет. Передача мысли на расстояние
отличает гомо сапиенса от гомо фиксуса. А мысль передаётся посредством речи.
- А зачем её передавать? - поинтересовался Маринин. Мы на Подоле просто так ничего
не передаём.
- Ха. Вы на Подоле... Саша, не лечи интеллектуальных костоправов. Я тебе скажу, хотя
не должен... Такие вещи постигаются самостоятельно, иначе теряют силу. Так говорить?
- Говори, Виил. Всё равно врёшь, наверное.
- Да. вру, - согласился Виил. - А может и нет. Со стороны видней. Так вот, - стал
серьёзно смотреть Маринину в глаза, - мысль передаётся для
Закладка в соц.сетях
