Жанр: Триллер
Неофит
...ота - время страха. Но тебе не надо бояться, Джоби,
потому что ты победил их, они изжарились в собственном аду.
Он остановился, обернулся, подумав, увидит ли отсюда пляшущие вдалеке языки
пламени, услышит ли треск охваченных огнем балок и стропил. Не было ничего, кроме
темноты, и овцы все еще бежали. Джоби вспомнил о небольшом возвышении на склоне
холма, после которого он уже полого опускался в деревню. На этом возвышении росли
высокие сосны, закрывавшие дома от любопытных глаз. Чтобы сгорела крыша, может
потребоваться час или больше. На самом деле ему не хотелось смотреть на пожар. Может
быть, кто-то наберет 999. Но это маловероятно - ведь горел дом Тэррэтов. Пожар в доме
колдуна. Пусть он сгорит вместе с колдуном, пусть колдун изжарится заживо, как изжарил
бы его на костре охотник на ведьм, случись это пораньше.
Никто не увидит этот пожар, уж они об этом позаботятся.
Наконец он дошел до рощицы, увидел ее очертания на усыпанном звездами горизонте,
теплое и надежное место. Даже издали оно казалось дружелюбным, не враждебным, как
Хоупский лес. Темнота не мешала ему, потому что она ничего не скрывала. Кроме него
самого.
Джоби опустил книзу верхний ряд колючей проволоки с помощью спортивной сумки,
использовав ее как седло, чтобы соскользнуть на другую сторону. Дрогнула гитарная струна,
когда он положил инструмент на землю, и от этого звука тревожно вспорхнула пичуга,
сидевшая в гнезде. Он начал пробираться вглубь рощицы.
Деревья были посажены очень тесно, колючие еловые лапы и березовые ветки
переплелись и преграждали ему путь; в некоторых местах Джоби приходилось наклонять
голову и сгибаться. Он вспугнул еще несколько птиц на деревьях, где-то мрачно прокричала
сова. Джоби Тэррэт бежал из Хоупа, пусть он укроется здесь с нами, спрячем его. Через
несколько минут он вышел на лужайку. Не больше трех метров по окружности, разросшиеся
ветви образовывали естественную крышу, укрытие от ливня. Здесь было так тихо, так тепло,
несмотря на холодную ночь. Джоби опустился на землю, вытащил рваный дождевик из
сумки. Он послужит ему простыней, а спортивная куртка - одеялом. Он будет в тепле и в
безопасности.
В темноте на него напала дремота. Сова все еще кричала, но звуки эти не тревожили его
- ему казалось, что он уже забыл о Хоупе. Завтра он отправится в город, может быть, даже
дальше. Но завтра - это завтра, а сейчас ему необходимо поспать.
Внезапно Джоби проснулся. Не было никаких промежуточных моментов, никакого
сонного ворочанья; он моментально заснул и тут же проснулся. Он прислушался, зная, где
находится, почему он здесь; ему не пришлось шаг за шагом вспоминать недавние события.
Птицы в гнездах встрепенулись, как-то тревожно задвигались на ветках, выискивая
более надежные укрытия в вечнозеленых деревьях. Вокруг была кромешная темнота. Это не
походило на пробуждение пернатых на рассвете, скорее, это была тревога.
Все еще прислушиваясь, Джоби мысленно представил птиц на их насестах, фазанов и
лесных голубей, как они перебираются по ветвям, прижимаются к стволам деревьев, пытаясь
стать как можно незаметнее; скворцы и певчие птицы чирикают от страха, сбившись в стаю
ради безопасности. Опять прокричала сова, на этот раз по-другому - быстрее, тоньше;
предупреждение. Сова тоже была хищником.
Хрустнула сухая веточка, это звук напомнил Джоби выстрел из игрушечного пистолета,
и он понял, что кто-то или что-то бродит по рощице, кто-то чужой, встревоживший
обитателей этого ночного укрытия. Он снова вспоминал слова Джо Роуэлла: "Все охотятся
на вся, нужно лишь постараться, чтобы ты был среди хищников". Его почти охватила
паника, он подумал, сумеет ли взобраться на одно из деревьев, чтобы спрятаться, В темноте
это будет почти невозможно, да и хвойные ветви слишком густые, слишком частые, их
специально не обрубали, чтобы они укрывали овец во время ненастья.
Все вокруг него двигалось, пряталось, тревожно перемещалось. Он постарался найти
какое-то логическое объяснение происходящему. Лисица, вот это кто: сюда забрела
рыскающая лисица, может быть, она охотилась в рощице, надеясь обнаружить птицу,
упавшую с насеста, или поймать ту, которая по глупости уселась слишком низко. Закон
диких зверей.
Он снова услышал звук; кто-то отвел низкие ветки в сторону, потом они прошуршали и
вернулись на место. Кто-то шел сюда...
Шум крыльев: это испугалась большая птица, стремительно взлетела, несмотря на
темноту, может быть, это был фазан. Фазан не может долго летать - всего лишь через
несколько секунд его крылья устали, и ему пришлось снова опуститься. Или же он налетел
на какую-то преграду, упал, оглушенный, может быть, даже мертвый. Только сильный страх
мог заставить фазана взлететь ночью.
Джоби отчаянно пытался убедить себя, что этот мародер - не кто иной, как лиса, и
когда она учует его запах, то бросится бежать. Если это лисица...
Может быть, браконьеры. Сердце у него упало от этой мысли. Безжалостные бандиты,
намеревающиеся подстрелить сидящих на деревьях фазанов из ружей с глушителями,
отчаянные люди, которых ждет тюрьма, если они попадутся Они жестоко разделаются с
единственным свидетелем. Джоби прижался к стволу дерева, не обращая внимания на
острые еловые иголки, которые вонзились ему в спину и шею. Нет, это не банда
браконьеров, он бы услыхал глухой звук выстрела, увидел бы свет фонарика, если бы они
стали обыскивать деревья в поисках сидящей на них дичи.
Еще одна ужасная мысль, от которой его прошиб холодный пот, внутри все словно
свернулось в тугой комок. Эти... существа, которых он пытался сжечь, шепчущие, злобные,
которые так долго жили в его доме. Пламя не смогло уничтожить их, всего лишь лишило их
храма; выгнало их оттуда. Шли ли они следом за ним, пришли ли с целью отомстить?
Шуршание, тихие, приглушенные шаги по толстому ковру из хвойных игл,
похрустывающие веточки. Нет, это не они, если только они не приняли облик животных.
Это лисица, должна быть лисица.
Вот она уже совсем близко; Джоби слышал принюхивающиеся звуки. Лисица учуяла
человека, почему же она не бежит прочь? Он вгляделся в темноту, разобрал очертания
деревьев. Деревья, еще деревья. Вот где-то опять неуклюже взлетела испуганная птица.
И тогда Джоби увидел его! Силуэт, который был чернее самой черноты окружающей
рощицы; оно стояло на противоположной стороне лужайки, огромное существо с
настороженно поднятыми ушами, в его глазах отражался слабый свет звезд. Оно смотрело на
Джоби, не боялось его.
У Джоби все завертелось в голове, его разум отказывался признавать, что это не лисица,
как бы ни старался он убедить себя в этом. Существо было слишком крупное, слишком
смелое. Дикий зверь, сбежавший из какого-нибудь частного зверинца. Волк!
Внезапно он узнал его, понял, что за животное уставилось на него, вспомнил, где видел
его в последний раз. Восточноевропейская овчарка, свирепый страж охотничьих угодий Джо
Роуэлла, незаконно обученный охоте на людей в ночной темноте леса!
У Джоби пересохло во рту, он сильно дрожал. Собака учуяла его запах в поле, нашла его
здесь по следу. Теперь она загнала его в угол, была готова броситься, чтобы... убить!
Она злобно смотрела на него, шерсть ее вздыбилась; чувствовалось, как напряжены ее
мышцы, как она собирает силы для прыжка. Она настигнет его, повалит, эти клыки яростно
разорвут его тело, вонзятся в горло...
"Хороший, хороший пес", - сказал Джоби. Это прозвучало избито. Он услышал
собственный шепот, то, как дрожит его голос, потому что дрожало все его тело. Он был во
власти этого пса, который мог напасть на него, когда хотел, и никто не услышит его криков.
Этот пес был убийцей, и он выполнит то, чему обучил его Джо Роуэлл.
Собака пошевелилась, и Джоби приготовился к тому, что она прыгнет на него,
набросится в бешенстве. Он поднял руку, чтобы защитить себя. Но ничего не произошло,
овчарка все еще смотрела на него, но что-то изменилось. Джоби сразу не смог понять,
почему животное не бросилось на него, почему оно просто стояло там в темноте, глядя на
свою беззащитную, охваченную ужасом жертву.
Но внезапно он понял. Изменилось выражение в блестящих собачьих глазах. Исчезла
алчная жажда крови жертвы, появилось нечто другое, что Джоби узнал не сразу, а когда
узнал, то едва смог поверить этому, решив, что это всего лишь жестокая игра звездного
света. И только когда животное попятилось назад, он убедился, что прав, что он прочел
совершенный ужас в собачьих глазах!
Он смотрел на пса, а тот повернулся, стал отходить, и его длинный, пушистый хвост был
поджат, когда он прыгнул в заросли. Джоби слышал шум прыжка, продолжительный вой
ужаса, слышал, как собака продиралась сквозь низкие ветки, преграждающие ей путь. Эти
звуки все еще стояли в ушах Джоби, когда пес исчез из рощицы, эхом отдаваясь в его
ошеломленном мозгу, когда он тщетно пытался отыскать причину такого поведения
овчарки.
В рощице все стихло, птицы снова уселись на свои насесты, и сова где-то вдалеке
принялась кричать вновь - тягуче и печально. Чужак ушел и был забыт. Но Джоби не
забыл.
Почему охотничий азарт овчарки внезапно сменился ужасом, а вместо нападения она
бросилась бежать? Он не знал, но было ясно, что каким-то образом это связано с ним. И
мысль эта ужасала Джоби.
Он устроился поудобнее, но сон не шел. Он невольно стал смотреть на небо сквозь ветви
над головой, ожидая, когда поблекнут звезды, когда подступит рассвет, когда птицы слетят с
насестов и начнут свои ежедневные поиски корма. Потому что только тогда он уйдет
отсюда, зная, что он должен сделать, перед тем как покинуть проклятую деревню Хоуп.
Он должен своими глазами увидеть сгоревший остов дома, почерневшие развалины зла,
ощутить запах гари и убедиться, что всему этому действительно пришел конец. Только тогда
он сможет уйти и забыть.
Глава 18
Наконец-то наступило утро. Рассвет не торопился, ему не хотелось начинать пасмурный
день с грозящим вот-вот хлынуть дождем; из-за сумрака вокруг почти ничего не было видно.
Идеальный день для того, чтобы тайком вернуться в Хоуп и снова покинуть деревню, не
рискуя быть замеченным любопытными глазами из-за задвинутых штор.
Джоби окоченел от холода, когда свертывал полиэтиленовый дождевик, заталкивал его в
сумку и натягивал спортивную куртку. Рощица была приветливым, теплым местечком,
почти стала его собственным мирком. Устроившись как следует, здесь можно жить, стать
отшельником. Нет, отсюда слишком близко до Хоупа. Пора ему расстаться с фантазиями,
вернуться к реальности; бежать.
Он шел медленно, неохотно покинув рощицу, возвращаясь во внешний мир из
временного рая. Стоя на пастбище на склоне холма, он видел серую стену тумана,
закрывшего ему видимость. Там, внизу, была деревня Хоуп, крошечное болотце, умирающее
от рака, зло внутри зла. Дом, от которого остались лишь камни, бесформенные
обуглившиеся развалины, над которыми все еще вьется дымок изнутри, пол покрыт густым
слоем пепла. Вот так это будет выглядеть, но он должен увидеть все это своими глазами.
Тогда он успокоится, сможет уйти отсюда по дороге, отрубив последнее звено, связывающее
его с прошлым.
Джоби снова напрягся, вспомнив о том, что ему придется идти туда; словно сбежавший
заключенный, рискнувший приблизиться к зданию тюрьмы, в которой он отбывал
пожизненное заключение. Беги сейчас, пока ты еще свободен. Нет, я должен вернуться. В
последний раз.
Он насторожился, услышав звук автомобиля. Машина выехала из деревни, шум ее
мотора медленно затих. Хрипло каркали вороны; это, наверно, их колония, поселившаяся на
церковной колокольне, посвятившая себя тому, что украшала каменное строение белыми
пятнами своих испражнений и выклевывала известь, так что в конце концов шпиль должен
рухнуть. По крайней мере, у них есть цель в жизни, криво усмехнулся Джоби.
Он шел украдкой, готовый отпрянуть в рододендроны, растущие по краям кладбища,
заслышав чьи-либо шаги. Твоя мама здесь, Джоби, ее тело сгнило, сожрано червями, остался
один скелет. Но это не имеет значения, потому что оно ей больше не нужно. Она все еще
жива.
Его дом был прямо напротив. Джоби стоял в тех же самых кустах, где так часто прятался
кот миссис Клэтт, откуда Салли Энн следила за ним. Но он не видел дома, потому что туман
здесь был намного гуще, влажная серая пелена намеренно скрывала его от Джоби. Он
понадеялся увидеть то, что хотел, отсюда, а потом пойти дальше. Тебе придется подойти
поближе, Джоби, хотя бы зайти в сад. Может быть, даже в дом, только чтобы убедиться.
Он сделал глубокий вдох. Быстрый прыжок через дорогу, а затем бегом до
бензозаправочной станции Тэннинга, потому что это уже почти не Хоуп. И все же он
медлил. Я не хочу этого видеть. Ты никогда не успокоишься, если не посмотришь в
последний раз. Только один раз.
Он пересек дорогу.
Сад выглядел так же, как всегда, но этого следовало ожидать. Не изменился и дом...
Джоби захотелось физически расчистить этот низко лежащий туман, разодрать его
руками, потому что туман создавал иллюзии, играя с ним жестокие шутки. Он сделал еще
один шаг вперед, остановился на небольшом клочке глинистой почвы, испачканной кровью;
дверь в дом была приоткрыта, не пострадала даже выгоревшая краска на ней. Грязные окна
злобно смотрели на него своими большими, насмешливыми глазами. Посмотри и убедись
сам, Джоби Тэррэт.
Нет, этого не может быть, дом обуглился, почернел, стекла выбиты. Он принюхался. Не
чувствуется даже запаха дыма.
Еще шаг вперед, готовый повернуться и броситься бежать. Это какой-то обман, вред,
который они успели нанести перед тем, как пламя поглотило их...
Он посмотрел в приоткрытую дверь, ошеломленный, не веря своим глазам, пытаясь
силой внушения превратить гору обломков в кучу пепла, остатки лестницы - в тлеющие
угли, чтобы эта адова дыра под ней исчезла навсегда.
Но чулан под лестницей был на месте, его дверца чуть приоткрыта, придерживаемая
упавшим на бок стулом. Пол кухни усыпан сломанной мебелью и разбитым стеклом, в
центре - неряшливая куча; там, где пламя успело лизнуть дубовый комод, прежде чем
погаснуть, дерево почернело. Небольшой костер, которому не удалось сжечь дом, от него
даже не почернел потолок, не осталось даже запаха гари в тех местах, где он прилагал
напрасные усилия. Только знакомый запах сырости и зла из чулана.
Джоби медленно отошел назад, ощутил эту непреодолимую силу зла, злобу, которая
знала о его присутствии и выдыхала на него свой зловонный гнев. Ты же не собирался на
самом деле уничтожить нас, Джоби, не правда ли? Почему же ты не зайдешь в дом, не
попробуешь еще раз, не подожжешь газеты?
Нет, я ухожу. Сейчас же.
Мы пойдем за тобой.
В этот миг Джоби охватила паника, его прошибло холодом, словно это был физический
удар, облако зла охватило его всего, он стал задыхаться от этой отвратительной вони. Он с
силой вырвался, бросился бежать к калитке. И вдруг он увидел прямо перед собой
невысокую фигуру, успел заметить ее прежде, чем она бросилась бежать, выскочив из травы.
Он видел ее только две-три секунды, но этого было достаточно, чтобы узнать худое тело,
прямые рыжие волосы.
Элли Гуд!
Он - отвратительный мальчишка, Джоби.
Салли Энн - зло. Берегись ее, Джоби.
Необходимость выбора взгромоздилась на него, словно попугай уселся на плечо. Он
оглянулся, но туман скрыл от него деревню. Может быть, ее там вовсе и не было; он мог
находиться где угодно. Пустота; это холодное, отвратительно смердящее зло скрылось в
своем логове. И Элли ушел, если он вообще там был.
Джоби ускорил шаг, пошел по дороге, ведущей из деревни, зная, что на этот раз уходит
навсегда. Он быстро миновал развилку, от которой вел путь назад. Настроение у него
изменилось, он испытывал оптимизм и облегчение, потому что теперь он наверняка
избавился от проклятья. Слева он увидел желтые и белые сигнальные огни, сверкающие
сквозь серый туман. Похожие на роботов стражи, бензоколонки Берта Тэннинга. И Джоби
охватило чувство, которое испытывает моряк с потерпевшего крушение корабля, когда
видит приветливый свет берегового маяка.
Салли Энн была встревожена. Уже второе утро Джоби не появлялся на ферме. Во время
завтрака она сидела за столом только с отцом; Клифф Моррис громко чавкал, поедая
пережаренный бекон, перед ним была разложена вчерашняя газета, угол которой заехал в
липкий мармелад. Ее мать лежала наверху в постели; в промежутках между чмокающими
звуками, издаваемыми Клиффом, слышался приглушенный спазматический кашель. Со
вчерашнего дня у нее при кашле начиналось сильное кровотечение, и Салли Энн сказала
себе, что это начало конца; вот почему она не ходила к дому Джоби. Но сегодня ей
необходимо узнать, что с ним случилось.
- Разве Джоби не пришел сегодня? - Она задавала этот вопрос уже второй раз, но так
и не получила вразумительного ответа.
- М-м?
- Папа, я спросила: Джоби пришел сегодня утром?
- Нет, его и вчера не было видно, - Клифф Моррис все еще не оторвал взгляд от
газеты. - Ого, цена на яйца упадет на три пенса на следующей неделе.
- Почему?
- Потому что они наполнили рынок дешевыми голландскими яйцами. Мы просто сами
перерезаем себе горло, это точно.
- Да я не об этом. Почему Джоби два дня не было на работе?
- Не знаю. Видать, переработался. Что ж, этот подлец может вообще не приходить, мне
не нужны работники, которые появляются на ферме тогда, когда им захочется.
- Он мог заболеть.
Моррис хмыкнул, перевернул страницу газеты, вытащил ее из вазочки с мармеладом и
опрокинул при этом солонку; он опять стал читать.
- Я сказала, что он мог заболеть. Как мама.
- У нее просто кашель. Пройдет. Лучше ей полежать.
- Она кашляет кровью, уже несколько дней.
Газета зашуршала, и Клифф Моррис поднял голову. Выражение его лица медленно
изменилось.
- Что ты сказала?
- Я сказала, что она кашляет кровью. Мы должны вызвать Овингтона.
Молчание, затем:
- Может быть, у нее просто лопнул cocyд во время кашля. Это часто бывает.
- Думаю, дело серьезное. Я собираюсь позвонить врачу.
- Да, конечно, позвони, Сал. Пойду-ка я к ней схожу.
Клифф Моррис со скрипом отодвинул стул, встал из-за стола, все еще жуя. Салли
посмотрела на него, и лицо ее стало жестким. Подонок, думаешь только о себе, не хочешь
признать, что с ней что-то серьезное, пока она не умрет, но и тогда все будет в порядке,
потому что Сал купит продукты, приготовит и постирает. Нет, тебя ждет удар, потому что
малышки Сал тогда здесь не будет.
Она встала из-за стола, прошла в холл и стала листать телефонную книгу с загнутыми
углами страниц, пытаясь найти номер доктора Овингтона. Она нашла его, начала набирать, и
ее мысли вернулись к Джоби. Может быть, ему тоже нужен врач. Она проснулась сегодня с
тревожным чувством. Надо пойти и проверить, что с ним.
Доктор Овингтон обещал заехать во время утреннего осмотра, вероятно, около середины
утра. Значит, во время ленча врачи почему-то имеют привычку появляться во время ленча.
Миссис Моррис очень плохо, она кашляет кровью. Медсестра, с которой Салли Энн
разговаривала, не переменила тон голоса. Рак был обычным явлением, нечего из-за него
волноваться.
Когда Салли Энн шла обратно в кухню, сверху спустился отец. Он все еще жевал
кусочек бекона.
- Она плохо выглядит, Сал.
- Она уже несколько недель плохо выглядит. - Она выглядит чертовски больной, и
мне приходится говорить тебе об этом. - Врач приедет попозже.
- Ну, надо пойти, заняться делами, мне многое придется теперь делать самому, и если
Джоби не появится, пусть совсем отваливает. Я не потерплю, чтобы со мной не считались.
Она посмотрела ему вслед, слышала, как он прохлюпал по грязи. Тогда она подошла к
шкафу, вынула зеленую куртку, помедлила, чуть было не решив подняться перед уходом к
матери, но передумала. Нет смысла - от этого ничего не изменится ни в лучшую, ни в
худшую сторону, Они только снова начнут спорить все на ту же тему.
- Мне не нравится, что здесь бывает Джоби, Сал. Ты не должна выходить к нему,
разговаривать с ним.
- Его здесь нет, мама. Он уже два дня не приходил.
- Я не верю тебе.
- Это правда.
- Он твой сводный брат, не забывай этого. Ты не можешь выйти за него, а если ты с
ним позволишь себе что-то, это будет кровосмешение!
Именно в этот момент она вложила все свои силы и желания чтобы ее мать умерла. Но
это не она ее убьет, а проклятье Хильды Тэррэт, вызвавшее раковую опухоль; помни об
этом, Сал.
Салли Энн вышла из дома, огляделась, чтобы убедиться, что поблизости нет отца. Она
слышала какофонию куриного кудахтанья в курятниках, их голодное квохтанье, когда
птицы начали клевать корм. Она никогда не забудет того, как взбесились куры в тот день;
это было как-то связано с Джоби, но она не могла понять, как именно. Это беспокоило ее,
потому что она не оценила полностью величину его сил. Но со временем она это сделает.
Она собиралась многое узнать о нем.
Салли Энн поспешила выйти на дорогу, быстро пошла в сторону деревни. Дом миссис
Клэтт; из трубы тонкой струйкой вился дымок. Первый признак жизни за долгое время.
Может быть, старуха начинает справляться со своим горем - смертью кота, подумала
Салли Энн. Она сморщила нос: даже у дыма был отвратительный запах. Она пошла
помедленнее, невольно оттягивая свое приближение к дому Джоби. Что-то случилось, я
чувствую это. Ее ноздри раздулись, она учуяла зло в этой сырой, туманной атмосфере, то же
самое, которое было в том клаустрофобическом чулане. Конечно, не здесь, нет...
Салли Энн стояла у полуразрушенной калитки Джоби. Она прищурилась, постаралась
что-нибудь разглядеть, но из-за тумана увидела лишь очертания ветхого дома. Но она все
равно ощущала пустоту, заброшенность, она уже поняла, что Джоби там нет. И все же ей
придется пойти и посмотреть.
Салли Энн уверенно прошла по сырой дорожке, вся насторожившись. Она
почувствовала запах засохшей крови в грязи, чего другие бы не заметили, застегнула
"молнию" на куртке, потому что внезапно сильно похолодало. Дверь приоткрыта, и это был
дурной знак.
Еще метра два, и она смогла заглянуть вовнутрь: разбитая мебель, обгоревшие газеты и
неровно обрубленные дубовые доски, которые обуглились, но не загорелись. Она увидела
остатки лестницы, осколки стекла. Топор валялся на полу с почти виноватым видом.
Историю, которая здесь произошла, можно было прочесть и понять за несколько секунд.
- Ох, ну и дурак же ты, Джоби, - прошипела она в сердцах. - Дурак, ты решил, что
сможешь таким образом разрушить могущественное зло. Ты бежал, но ты не спасешься.
Она медленно повернулась, вышла и пошла назад по тропинке к дороге, постояла там,
словно охотничья сука в поисках запаха. Она прекрасно знала, в какую сторону ушел Джоби
- вниз по извилистой дороге, прочь из Хоупа; как он и угрожал. Мысленно она представила
его: ссутулившаяся фигура в старой спортивной куртке, с нехитрыми пожитками и с
гитарой. Он часто оглядывался назад, потому что опасался погони.
Она помедлила, чуть было не пошла следом, но затем повернула и медленно направилась
к Спарчмуру. Торопиться некуда, но так она это надолго не оставит; самое большее - до
завтра. Она вернется на ферму как раз к приходу доктора Овингтона, услышит от него,
сколько осталось жить матери.
Затем она должна тщательно продумать, что делать дальше, потому что Джоби не
должен убежать от нее. Он не может потерять ее просто так - взять и уйти. Сегодня
вечером она напряжет все свои силы, станет искать его в своем сознании, а завтра пойдет к
нему.
Она только беспокоилась, что зло, порожденное в Хоупе, найдет его первым.
- Итак, ты покидаешь Хоуп, а Джоби? - Берт Тэннинг заерзал на стуле, но не встал;
когда он говорил, незажженная трубка с алюминиевым черенком, зажатая между его
вставными зубами, качалась вверх-вниз, а по щетинистому подбородку текла слюна. - Не
могу сказать, что виню тебя за это, парень. Хоуп - паршивое место, чтобы здесь жить, но
еще паршивее здесь помереть.
Джоби усмехнулся, услышав коронную фразу Тэннинга; это была сущая правда.
- Кажется, вы не спешите уехать отсюда, мистер Тэннинг, - сказал он.
- Мне уже поздно. - Может быть, он ухмыльнулся - Джоби не смог разобрать из-за
этой трубки. - Я слишком поздно приехал, так что, наверно, тут и помру. А куда путь
держишь, парень?
- Да я точно не знаю. - Джоби посмотрел на свои вещи. Он зашел в магазин, чтобы
купить хрустящего картофеля и шоколада; он не ел утром, и не известно, когда снова увидит
еду. - Нет планов, нет работы. Я просто взял и ушел, потому что, как вы говорите, мистер
Тэннинг, Хоуп - паршивое место.
- Хочешь получить работу? Т- аков уж был Берт Тэннинг. Он мог бы точно так же
спросить: - Хочешь пакетик хрустящего картофеля, парень?
- Я... ну, мне придется искать работу. - Джоби подумал, что это могла быть какая-то
неуклюжая стариковская шутка. Тэннинг был на все способен.
- Я собирался в конце недели дать объявление в "Стар". - Он чиркнул спичкой,
подержал ее над трубкой, сильно пососал, и табак занялся. - Пора бы мне кого-нибудь
взять присматривать за насосами. Беда в том, что если берешь по объявлению, то не знаешь,
что за птица. В наше время полно всяких прохиндеев. А вот кто-нибудь вроде тебя мне бы
подошел, Джоби. Я мог бы заняться своей механикой, зная, что тут все в порядке. Платить
буду по два фунта в час, наличными, в конце недели, Шесть дней в неделю, но можешь
работать и по воскресеньям, если хочешь.
- Вы серьезно, мистер Тэннинг?
- А разве я когда-то был несерьезным, парень? - Берт Тэннинг засмеялся, дунул в
трубку, чтобы прочистить ее, осыпав пол пеплом. - Я о таких вещах не шучу.
- Я ушел из своего дома. Не хочу туда больше возвращаться. Надеялся как-то в городе
устроиться.
- За магазином есть жилье. - Старик прищурился. - Ничего особенного. Последним
там жил паренек из Ирландии, работал у меня два лета назад. Но если ты не очень
привередлив, то тебе будет там неплохо. Есть кровать и электрокамин. Еду сам будешь
покупать, а за жилье стану удерживать десятку. Хочешь - соглашайся, хочешь - нет. Но
если тебе работа н
...Поділитися у соцмережах
